Красная шапочка

Ледяной дождь лил с неба крутящимися каплями. Поначалу контакт был болезненным, но вскоре Арья забыла замечать укол. Конечно, им следовало бы отступить обратно в безопасный зал Волчьего Короля. Арья наполовину ожидала, что Джон отведёт её в безопасное место, но её кровь была слишком горячей. — В тебе есть дикость, дитя. «Волчья кровь», — утверждал Нед. — Лианна имела к этому отношение, а мой брат Брэндон более чем на ощупь. Это свело их обоих в раннюю могилу. Меч Джона рассыпал капли дождя, рассекая воздух между ними. Арья нырнула с его пути. — Во мне тоже есть Волчья кровь, отец, — подумала она. И это то, что поддерживает во мне жизнь. Она была жива, танцуя с этим одиноким Богом, который двигался, как ртуть под дождём. Она уже много лет не сталкивалась с противником, равным или более искусным, ни живым, ни мёртвым. До сих пор нет. Улыбка Джона растянулась, обнажив его слегка острые зубы. Тонкие ручейки крови ласкали его лицо, когда они кружились вместе, клинки скрещивались, снова отступали, их ноги превращали снег в слякоть. Стая наблюдала за ними из сгущающихся теней, ощетинив шерсть, но в остальном молчаливая, почти благоговейная. Что-то в этом было священное, подумала она, когда её сердце бешено заколотилось, а лёд впился в костяшки пальцев Джон сделал ложный выпад влево, затем нанёс удар справа. Арья нетерпеливо поддалась его атаке, перекатываясь всем телом и сцепляя их клинки, пока не оказалась прижатой к нему вплотную. Меч Джона вонзился в ткань её платья, дразня кожу под ним, и его улыбка стала ещё более дикой, серебро скрылось за чёрными радужками. Арья зачарованно наблюдала, как дождь стекал по его носу и прокладывал дорожку её губами. Воздух между ними окутался тёплыми порывами, когда Джон шагнул дальше в её пространство, пробуя её на вкус, пока Арья не перестала быть уверенной, где заканчивался он и начиналась она. Это был изысканный вид боли. — Жизнь - это боль. — Арья давным-давно усвоила этот урок. Язык Джона проследил контур её ровных зубов, прежде чем отступить и прикусить её нижнюю губу. — Я голодная, — перебила Арья. Джон прижался своим лбом к её лбу. — Я тоже. Арья отступила прежде, чем он смог снова завладеть её ртом с едким смехом. — Для еды, глупый. Ты всё ещё не накормил меня. — Она сделала осторожные шаги назад, твёрдо держа перед собой свой новый клинок. Джон подкрался к ней с лёгкой, скачущей грацией. — Что ты дашь мне взамен, если я утолю твои смертные аппетиты? Арья фыркнула и притворилась, что его обещание и скрытая угроза не взволновали её. — Я не думаю, что мне больше следует заключать сделки с Богами. Король-волк двигался в такт со вспышкой и треском молнии. В мгновение ока он поймал её в ловушку своей рукой с мечом, в то время как его свободная рука схватила её за шею. — Я — единственный Бог, с которым ты снова будешь разговаривать. Ты моя. Она подавила стон и выдавила из себя слова, в которые сама не совсем верила. — Я никому не принадлежу. В ответ на её открытый вызов Джон со злой ухмылкой поднял её на руки и прошествовал обратно в свой холл. Дверь захлопнулась за ними сама по себе. Джон уронил свой меч и взял её лицо в тёплые мозолистые ладони. Воздух, казалось, подвернулся рябью и задрожал вокруг них, огонь в яме позади них разгорался всё жарче. У неё было всего мгновение, когда он отстранился и предложил ей намёк на мужчину, — Ты принадлежишь мне, — прежде чем варг в нём взял верх. Арья выпустила из рук свой новый меч. Часть её не могла понять, почему он что-то ей подделал. Кем она была? Благородный по случайности рождения. Арья Лошадиное лицо, Путающаяся под ногами… Разве он не видел, что она никто? — Прекрати, — прорычал он, прикусывая её шею над своим любимым местом. — Ты прекрасна, — сказал он, затем мягче, — ты - моё сердце. Арья кивнула, слова не доходили до неё, когда он прижался губами вместо зубов к её нежной коже. — Мой.

***

— Ты говоришь мне, что у нас вправду закончилась еда? — Арья выгнула бровь со своего места у чардрева. — Мне нужно поохотиться, — спокойно ответил Волчий Король со своего места у костра. — Можно мне не пойти с тобой? — Арья знала лучше, но всё же ей нужно было спросить. — Это небезопасно. Арья напряглась от решительности в его голосе. Шторм давно прошёл, ледяной дождь сменился снегопадом. Потребовалось больше часа, чтобы убрать в комнате разбросанную одежду и постельное белье после их последнего занятия любовью. Джон, вернувшийся из своей комнаты со сменой брюк и платья для Арьи, не улучшил её настроения. Особенно когда чистая одежда не сопровождалась едой. — Я должен вернуться к утру, — продолжил он, медленно надевая свои чёрные доспехи. — В амбаре ещё есть каша и другие консервированные сухие продукты. Если тебе нужно что-нибудь ещё, скажи свое желание вслух, и оно будет исполнено. Арья усмехнулась, едва не упустив вспышку того, что заставило Джона пройти мимо его лица. — Не мимо… больше. Какой бы ответ ни вертелся у неё на кончике языка, он утонул в том, как Джон решительно направился к ней. Она почти могла представить, что это было естественно, то, как её кожа горела от прикосновения к его коже даже сейчас, или то, как она слегка выгнула шею, чтобы он мог уткнуться в неё носом, когда он обнимал её сзади. — Я не хочу покидать тебя. — Его борода царапала её кожу, когда он говорил. Арья подавила дрожь. — Ты думаешь, я шутила раньше, когда угрожал съесть тебя? Все попытки сохранить насмешливый тон, казалось, померкли, когда Джон развернул её лицом к себе. Его глаза заблестели, зверь приблизился к поверхности, когда он прорычал, — Я скоро вернусь, малыш. — Намёк на улыбку тронул уголок его сочного рта. — Постарайся не сжечь крепость дотла. — Заткнись. — Арья ткнула острым кулаком в его открытый, обтянутый кожей бок, раздраженная тем, что он даже не вздрогнул. Отстранённость вернулась к его жестким чертам, хотя в его серебристых глазах ещё оставался намёк на веселье. — Джон, я знаю, что ты собираешься только поохотиться, но… ты ведь не забудешь передать моё сообщение, правда? Всё веселье исчезло из его взгляда, хотя его большой палец нежно коснулся метки на её шее. — Пока ты ухаживаешь за чардревым деревом, занимайся своим рукоделием и выполняй свой долг передо мной. Арья ухмыльнулась при мысли о своём недавно выкованном браавосском клинке. Это было похоже на возвращение домой, когда она держала в руке волшебную сталь. — Передай моё сообщение, и выполнение моего долга не будет проблемой. Сверкнули острые, белые зубы, а затем губы Короля Волков завладели её губами в затаившем дыхание поцелуе. — Я обещаю, — поклялся он, прежде чем отойти от неё, чтобы забрать свой меч и покинуть крепость. Стая молча следовала за ним. Арья сжимала кулаки до тех пор, пока ногти слишком сильно не впились в её недавно зажившую плоть. Она обожгла ладони, бросая раскаленные угли в тварей, убивших Сноу. Новая кожа была немного неровной, но и близко не такой нежной, как должна была быть. Шелест листьев привлёк её внимание к чардреву. — Сестра… — Голос её брата донёсся как шепот на прохладном ветру, срывая алые листья с ветвей к ногам Арьи. Лицо на дереве могло бы быть лицом Брана, в которое он мог бы вырасти, если бы достиг зрелости. — Ты молчал последние несколько дней, — сказала она. — Вместо этого навестил маму? Ветер усилился через тонкие отверстия, прорезанные в крыше, чтобы подарить верхнему стволу и ветвям чардрева зимний солнечный свет. — Ты была занята, — ответил Бран. Арья покраснела и повернулась лицом к замку. Её клинок теперь лежал рядом с их с Джоном тюфяком. — Не будь глупым, — сказала она. — Я никогда не бываю слишком занята для своего младшего брата. Бран молчал, пока Арья не повернулась, чтобы провести пальцем по кровоточащему соку на поверхности дерева. — Ты казалась счастливой. Я хочу, чтобы ты была счастлива, Арья. Она фыркнула. — Счастливой? Предположим, это можно описать одним словом. — Она была лгуньей. Её Волчий Бог отсутствовал всего несколько мгновений, но она ощущала потерю как постоянно растущую боль в костях. Потребность следовать за ним оставалась сильной. — Он тоже был счастлив, — добавил Бран, — но теперь пришло время тебе узнать правду, сестра. — О чём ты говоришь? — Палец Арьи замер на своём следе. Сок был густым и слегка липким, окрашивая её руку в красный цвет, когда он стекал по запястью. Ужас, который она испытывала раньше, неуклонно нарастающий страх, который она подавляла в течение нескольких дней, теперь ожил. — Ты не можешь больше оставаться здесь, если хочешь спасти жизнь Неда Старка. Арья отдернула руку. — Что, во имя семи кругов ада, это должно означать? И прекрати нести мне свою чушь о Трёхглазом Вороне, Брэндон Старк! Ответ Брана был раздражающе спокоен. — Тебе нужно вернуть свои вещи. Джон прячет их в комнате, в которую тебе было запрещено входить. Но теперь ты должна войти и узнать правду. — Ты думаешь, я ещё не заглядывала в эту чёртову дверь? — Арья зарычала в ответ. — Он каким-то образом запер её с помощью магии. Я не могу прорваться. — Заявив на тебя права, Джон уже дал тебе силу открыть перед ним любую дверь. — Зачем ты это делаешь? — Её голос дрогнул, нарастающее давление заставляло её слова сгущаться. Арья прочистила горло и выдавила из себя слова. — Ты сказал мне, что я могу доверять ему. — На лице чардрева было красное пятно. Сок на её руке горел, как угли, за которые она схватилась, чтобы спасти жизнь Сноу. — Поторопись, сестра. Осталось не так много времени. Арья повернулась спиной к дереву, прежде чем Бран смог увидеть слёзы, скатывающиеся по её щекам. Она потерла их рукой, прежде чем вспомнила о соке. Ощущение крови чардрева на её лице заставило её оцепенеть задолго до того, как она достигла запретной двери. — Это чушь собачья, — прошептала она. — Почему я так боюсь? — Потому что в глубине души ты уже знаешь правду, — бесполезно ответил Бран. — Ты не хотела вспоминать раньше, Арья. Теперь у тебя нет выбора. Арья не могла заставить себя оглянуться на дерево, как бы ей этого ни хотелось. Её рука дрожала, когда она прижала его к темному зернистому дереву. Дверь беззвучно открылась внутрь. Пространство с другой стороны было окружено тем же горным камнем, на котором была построена крепость. Далекий тусклый свет исходил где-то впереди. Арья вздрогнула, ступая босиком по утоптанной тропинке и следуя за манящим сиянием. На десять шагов глубже очертания зала изменились, камень сменился переплетающимися корнями деревьев и утрамбованной землей. Воздух изменился, наполнившись острым ароматом специй, теперь уже знакомым вкусом магии. Арья остановилась в тот момент, когда свет коснулся её кожи. Нежное летнее тепло почти мгновенно проникло в её тонкие конечности. Её глаза затрепетали и закрылись, когда она сделала ещё один шаг на свет. Она открыла глаза и закричала, потянувшись за своими пропавшими кинжалами. Корни и камни впились ей в спину, когда она как можно плотнее прижалась к стене пещеры. Существо не отреагировало на её крик, просто уставилось в ответ нестареющими золотыми глазами. Их кожа была тёмно-орехово-коричневой и пятнистой, как весенняя шерсть оленёнка. Их одежда казалась сотканной из леса. Несмотря на нестареющие глаза, оно было ниже Арьи и сложенная как ребёнок. — Д-детя… — пробормотала она, и губы существа растянулись, обнажив два ряда острых зубов. — Дети леса? — Голос, ни молодой, ни старый, приветствовал её. — Твои предки, Первые Люди, называли нас так. Великаны называли нас вох-дэк-нэг-грэн, но мы Те, Кто Поют Песню Земли, а твоя песня была соткана давным-давно, Арья Старк. Арья почувствовала вкус сока чардрева в уголке рта. Онемевший укол пробудил её от шока. — Кто ты такая? Улыбка существа сменилась на что-то более мягкое. — Меня зовут Твиг*, и я приветствую тебя в твоём истинном доме. Арья сглотнула, сжала корни руками и оттолкнулась от стены. В тот момент, когда она снова вышла на свет, тепло вернулось к её коже. Она вздрогнула. — Полагаю, я ничему не должна удивляться после встречи с Богом Волков. Твиг захихикала, её золотые глаза заплясали, когда она поднял четырёхпалую когтистую руку. — Ты забавная. Нам нравится, что ты заставляешь его смеяться. Волчий Король не смеялся с тех пор, как его мать привела его к нам младенцем. Арья приняла руку Твиг. — Его мать? — Представление о том, что у Богов есть матери, казалась ей странной. Или, возможно, было просто странно думать о своём Боге Волке как о младенце? — Да, — ответила Твиг, когда Арью потащили глубже в освещенный туннель. — Лианна была так опечалена, когда мы рассказали ей о судьбе её сына. Арья резко втянула воздух, голос её отца эхом отдался в её голове. — Лианна могла бы носить меч, если бы мой лорд-отец позволил это. Иногда ты напоминаешь мне её. Ты даже похожа на неё. — Вот мы и пришли, — снова заговорила Твиг, вытаскивая Арью из воспоминаний и возвращая в уютную комнату, в которую они только что вошли. — Мы надеемся, что ты найдёшь всё по своему вкусу, Арья Старк. Теплое свечение, казалось, пульсировало в толстых белых корнях над головой, охватывая потолок в кажущихся естественными спиралях с замысловатым рисунком, которые достигали стен. Арья высвободилась из нежной хватки Твиг, чтобы последовать примеру. Кровать, такая же большая, как у её леди-матери, стояла в одной части комнаты, покрытая мехами. В ногах кровати стоял глубокий сундук, под ним был расстелен меховой коврик. Рядом стоял стол с двумя стульями, столешница была завалена бумагами и угольными палочками. Рука Арьи, испачканная соком, задрожала, когда она потянулась, чтобы приблизить край одной бумаги, и ахнула, узнав своё лицо, изображенное в мельчайших деталях. Её сердцебиение участилось, когда она повернулась к противоположной стене, почти полностью покрытой другими набросками и полностью выполненными рисунками. На некоторых были изображены волки, в то время как на других были узоры, к которым, казалось, прикасалась магия. Однако больше всего её беспокоило то, что большинство из них были её гравюрами. Арья в детстве, её короткие ручки обвивают шею гораздо более молодого Джона. Арья у ворот Винтерфелла, выглядящая усталой, но энергичной и старше, чем была сейчас. Арья верхом на спине лютоволка, за ними армия меньших волков. Профили лица Арьи в разном возрасте, но в основном примерно того возраста, в котором она была сейчас. На некоторых она улыбалась художнику с озорством в глазах, на других была серьезна, озабоченно нахмурив брови. На нескольких более новых набросках был изображен изгиб её талии или руки, изгиб шеи… Она с содроганием потянулась, чтобы коснуться метки, которую Джон каждую ночь прослеживал губами, языком и зубами. — Прости меня, — бормотал он при свете камина. Её взгляд пробежался по другим портретам, прежде чем остановиться на самом центральном: Арья в окружении других на поле боя, с уникальным кинжалом в руке. Только тогда она заметила каменный алтарь под самым центральным портретом, украшенный увядшими венками из синих зимних роз, окружающих изогнутый кинжал из валирийской стали. — Что это, чёрт возьми, такое? — прохрипела она. — Это Подземелье, Арья Старк, — ответила Твиг с того места, где Арья оставила её несколько мгновений назад, а казалось, что прошла целая жизнь, — пути, созданные старыми богами, чтобы соединить нас от чардрева к чардреву дереву. Сглотнув желчь, Арья схватила кинжал из валирийской стали за рукоять. Точно так же, как клинок Браавос, этот кинжал, казалось, прилип к её руке. — Как будто держала его раньше. — Что всё это значит? — Она резко развернулась лицом к Твиг. — Когда он успел всё это нарисовать? Почему… — Её голос подвёл её, когда она подавилась начинающимся рыданием. Арья сжала кинжал и сосредоточилась на дыхании. Твиг колебалась. — Он и не думал снова тебя искать. Именно такой Волчий Король запомнил тебя, Арья Старк. — Запомнил? — огрызнулась Арья. — Мы, блядь, только что встретились! Как он мог помнить, если я никогда в жизни его раньше не видела? Твиг кивнул. — В этой жизни, возможно. Разве твой брат, Трёхглазый Ворон, не объяснил тебе суть проклятия? Моя сестра, Лиф сказала… Арья прервала его резким смехом. — Мой брат мёртв. Твиг просияла, когда они приблизились, не обращая внимания на кинжал в руке Арьи. — Но он не мертв. Теперь он живет среди всех нас. Арья взглянула на светящиеся ветви и сморгнула новые слёзы. — Это не имеет значения, не так ли? Призрак или нет, Бран был прав в одном. Я больше не могу здесь оставаться. Твиг склонила голову набок. — Но ты наконец-то дома. Почему ты хочешь уйти? Арья снова рассмеялась, оглянувшись на рисунки через плечо. Её взгляд задержался на одной из младших Арьев, окружённой парой серых и более крупными белоснежными лютоволками. Глубокая боль, которую она почувствовала после ухода Джона, исказилась, когда она ответила, — Мне здесь не место. Окинув комнату ещё раз, взгляд Арьи вернулся к сундуку в ногах кровати. Она положила кинжал из валирийской стали на кровать, прежде чем поднять крышку сундука, затем порылась в одежде Джона и своих платьях. Наконец, Арья сняла свои сапоги, кожаную одежду и кинжалы. Освободив свои вещи, Арья начала раздеваться и переодеваться. — Я умоляю тебя не уходить, Арья Старк, — настаивал Твиг с её стороны. — Сердце Короля Волка не выживет, если ты бросишь его и в этой жизни. — Джон сказал, что мне нужно только попросить то, в чём я нуждаюсь, и это будет дано. — Арья краем глаза взглянула на маленького человечка. — Мне понадобится еда, если я собираюсь добраться до Стены Твиг положила когтистую лапу на руку Арьи, останавливая её движения. Её золотистые кошачьи глаза, казалось, проникали ей в душу. — С чем бы ты ни столкнулась наверху, у тебя всегда будет дом с нами в подземелье. Ослепляющая ярость и решимость, которые Арья вкладывала в каждый предмет одежды, были ненадолго разрушены теплом руки Твиг. Ночь была тёмная и полной ужасов, и Арье отчаянно хотелось, чтобы она могла остаться. — Спасибо. — Она сжала четыре пальца Твиг, прежде чем пристегнуть кинжал из валирийской стали к остальным на поясе. Одевшись, она отправилась на поиски своего рюкзака, который она приготовила для стены, затем вытащила его с места между кроватью и столом. Арья проверила содержимое, в то время как Твиг ускользнул по туннелям. Пачка писем, написанных хрупким почерком Кэтлин. Резьба по лютоволку, которую Рикон сделал для Неда. Свежепоштопанные рубашки, брюки и нижнее белье. Кожа и бусы, ткани для торговли с одичалыми, которые сейчас обитают в Даре. Между одеждой и товарами были спрятаны десятки недавно выкованных клинков из драконьего стекла. Если Бран говорил правду, Неду и Ночному Дозору они понадобятся очень скоро. Арья в последний раз осмотрела комнату и остановилась на рисунке, на котором она была моложе, заключенная в крепкие объятия с младшим Джоном. Снова эта ужасная тяжесть в животе потащила её ноги через всю комнату, пока руки не ухватились за древний пергамент и не потянули. Рисунок расплылся, когда слёзы наполнили её глаза. Она вытерла щёки грубой рукой, затем вернулась к своей сумке со свернутым рисунком. — Это ничего не значит, — сказала она себе, пряча пергамент под письмами Кэтлин. Твиг появилась снова как раз в тот момент, когда она потянулась, чтобы завязать рюкзак, со странным, землисто пахнущим мешком в руке. — Это сохранит тебе жизнь до самой стены, Арья Старк. С огромным усилием Арья улыбнулась и поблагодарила Твиг, когда получила то, что Дитя Леса считало едой. Арья взвалила на плечо свой приготовленный рюкзак, а затем отступила вверх по маршруту, который ей показали. Твиг внимательно следил за ним. — Ты уверена, что я не могу переубедить тебя? Мои братья и сестры шепчутся о Иных, собирающихся в большем количестве за Стеной. Сейчас туда ехать небезопасно. Арья ускорила шаг, когда они оставили тепло таинственного света позади. Она подумала о своей матери и брате в Винтерфелле, о Сансе в Королевской гавани и Неде в Чёрном замке. Мысли о Джоне витали над ними всеми, хотя она всё ещё дрожала при мысли о святилище, зимних розах… её лицо приклеивалось к стене снова и снова. — Нигде больше не безопасно, — наконец ответила она, переступая порог. Твиг задержалась в тени, её глаза светились печалью, когда она прижала когтистую руку к двери. — Надевай красный плащ и мужайся, потому что мы снова увидим друг друга. Это мне показал Трёхглазый Ворон. Арья кивнула и предложила, — Может быть, в следующей жизни, Твиг. У неё не было намерения возвращаться в логово Короля Волков в этой жизни. Красный плащ висел на крючке у двери, куда Джон повесил его ранее. Лоскутки красного, сшитые вместе в виде зимних роз и волков, были такими же мягкими на ощупь, как в то утро, когда Кейтилин накинула плащ на плечи Арьи. Арья сделала успокаивающий вдох, как только накинула плащ на рюкзак и плечи, прежде чем накинуть капюшон на свои заплетённые в косу волосы. — Я буду наблюдать, сестра, — последовало за ней обещание Трёхглазого Ворона, когда Арья открыла дверь в убежище Джона и ступила в снег. Она не осмелилась оглянуться назад на то место, где она по-настоящему узнала и полюбила Короля Волка, и оставила свой браавосский клинок позади. Волки входили и выходили из теней, наблюдая глазами, как она пересекает пограничное пространство между логовом их альфы и всем, что лежало за его пределами. Миновав внешние постройки и амбар, тропинка уперлась в стену из неровного камня. На камнях были вырезаны узоры, похожие на те, что она видела в Подземелье. Дыхание Арьи затуманило морозный воздух, когда она высвободила руку из перчатки и прикоснулась ладонью к камням. С грохочущим стоном гора сдвинулась и открыла щель как раз её размера. Арья моргнула, когда воющие ветры из более диких земель за её пределами приветствовали её. Быстро натянув перчатку на голую руку, Арья натянула плащ на руки, прежде чем сделать свой первый шаг за ворота Джона. Она не осмеливалась задаваться вопросом, почему ей постоянно нужно смахивать ледяные частички с ресниц. Вместо этого она мысленно представила нежные серые глаза своего отца и прогнала все мысли о Короле Волке, похороненном в её сердце.