Красная шапочка

Неду Старку и людям, сражавшимся с вершины Стены, потребовалось больше времени, чем предполагалось, чтобы спуститься по большой извилистой лестнице. Однако ремонт подъемника казался меньшей необходимостью, когда нужно было сжечь столько мёртвых. Ночной дозор и свободные люди протащили через Южные ворота бесчисленные телеги, полные тел, чтобы сжечь их в огромных кострах. Это был не первый раз, когда эти почерневшие ямы использовались с начала Долгой ночи. И не в последний. Самые храбрые и наименее раненые мужчины и женщины переходили на другую сторону, чтобы расчистить пространство у Стены. И хотя рыцари не могли взобраться на неё так, как веками взбирались одичалые, они могли использовать курганы своих павших. Лорд-командующий поступил мудро, сосредоточив там свой огонь. Многие траншеи за стеной продолжали гореть, облегчая изнурительную задачу. Никто не осмеливался заходить в Лес. Даже для того, чтобы помолиться дереву. Даже свободные люди. Ведь пока живые побеждали в этой битве, никто не видел на поле боя Ночного короля. Война ещё не была закончена. Тем не менее, они уничтожили десять Иных и их легионы мертвецов. И ещё много дней и ночей будут гореть костры. После битвы Нимерия забылась и ничего не знала. Когда к ней подошли люди, чтобы собрать мёртвых, она зарычала, предупреждая, чтобы все держались подальше. Неважно, что женщина со слезами и запахом печали умоляла, — Пожалуйста, Волчья Королева… позволь нам позаботиться о ней. — Что мы скажем богу смерти? — раздался изнутри далекий знакомый голос. Волком было проще во многих аспектах. Как волчица, она могла стоять над телом женщины у своих лап и не чувствовать ничего, кроме желания защитить. Пока наконец не пришел он. — Арья… — глубокий голос мягко, но властно прорезал её беспокойный разум. Арья не могла не поднять голову с того места, где она охраняла изломанное тело Лианны. Она принюхалась, и шерсть её зашевелилась, когда она узнала запах его. Волчий Король был в своем высоком смертном облике, с серебристыми глазами, окрашенными в красный цвет, и распущенными чёрными кудрями. — Арья, — успокаивал он, приближаясь медленными, мощными шагами. Его голос всколыхнул в ней что-то глубокое и ранимое. — Всё кончено. Битва выиграна, любимая. — Его улыбка вызвала Арью Старк изнутри её божественной сущности. Она наклонила голову и позволила его руке провести по её свалявшемуся меху. Она увидела своё отражение в тёмных глазах Волчьего Короля - златоглазого волка, покрытого чёрной кровью и припорошенного снегом. Точно так же она выглядела перед тем, как Лианна в последний раз закрыла глаза. — Спасибо, — сказала её тётя. — Во что я превратилась? Ужаснулась Арья Старк. Джон покачал головой, нахмурив брови, а другой рукой поймал её за морду. — Не бойся. Ты не сделала ничего плохого, любимая. — Его взгляд ненадолго переместился на тело между её лапами, а затем вернулся к ней с болезненной улыбкой. — Я знаю, что быть смертным и чувствовать сложнее. Но нам нужно, чтобы ты вернулась, хотя бы ненадолго. Я обещаю, что скоро мы будем вместе бегать на свободе. Только ненадолго, любимая. Джон продолжал гладить шерсть на её шее, и она тихонько заскулила. Она хотела бежать с ним, как можно дальше, пока они не достигнут страны Вечной Зимы. Она хотела найти Великого Иного и уничтожить их врага раз и навсегда. — Арья? — раздался взволнованный голос, и она зарычала. В отличие от других смертных, стоявших вокруг них, Джон не вздрогнул, хотя его глаза окрасились в яркий красный цвет. — Вам следует поберечься, лорд-командующий, — сказал он. — Она полностью отдалась своим инстинктам во время битвы. — Это тело моей сестры, — ответил тот, в его запахе чувствовались горе и усталость. — Арья - моя дочь, Волчий Король. Джон провёл успокаивающей рукой по её уху и прижался лбом к её носу. — Ты не должна, — прошептал он. — Я знаю, но я должна, — подумала девушка из Винтерфелла. Девочка, которая когда-то надела красный капюшон и преодолела лиги, чтобы добраться до своего отца в Чёрный замке. Девушка, которая любила свою семью больше всего на свете. Словно услышав её мысли, Джон вздохнул, отпустил её и сделал несколько шагов в сторону. Его рука прошлась по её боку, успокаивая. Человек в чернном приблизился, когда она перевела взгляд на него. Он опирался на одну ногу, а плоть на его руке и кисти была обожжена. На его длинном лице виднелась копоть, кровь и изнеможение. Но его серые глаза были знакомы. Глаза Старка. Волчья кровь. Отец. — Привет, волчонок, — сказал Эддард Старк, глядя на её бессмертный облик. Его бородатый рот растянулся в улыбке, не доходившей до глаз. — Я знаю, что ты боишься, волчонок, но клянусь старыми и новыми богами, никто не причинит вреда нашей стае. Арья чувствовала его обещание в своих костях, слишком больших, чтобы выдержать её разбитое смертное сердце. Ветер донёс до неё запах пепла и магии, а также голос Трёхглазого ворона. — Пришло время отпустить тебя, сестра. Арья вздрогнула, и боль захлестнула её тело: кости затрещали. Её тело задрожало и забилось в конвульсиях, быстро превращаясь в маленькую смертную девочку. Её магия была новой и необузданной, поэтому ей не удалось отточить плавное изменение, как Волчьему Королю. Всё, что ей удалось сохранить, это красный плащ, который её товарищ быстро накинул на неё, заключив в свои объятия. Рот Джона осыпал её шею поцелуями, шепча слова утешения. — Ещё немного, любимая, и я обещаю, что мы скоро вернёмся домой. Арья прижалась к Джону своими ослабевшими руками. Её конечности дрожали от усталости, но теперь в ней было что-то большее, сила старых богов наполняла её более глубокой силой. Она была ослаблена после первого обращения, но она станет сильнее. Она проследила за потрясённым взглядом отца, обращённый к женщине, неподвижно лежавшей в грязи рядом с ней. Нед и Эрена, последние из Флинтов, подошли к Лианне Старк и перевернули её на спину, чтобы она смотрела на них пустыми молочными глазами. Нед обнял сестру, и его плечи затряслись от беззвучных слёз. Эрена опустилась на колени по другую сторону от Лианны и начала молиться на древнем языке. Горные кланы следовали путям Первых людей и хранили традиции, о которых забыли даже великие северные дома. Джон крепче прижимал к себе Арью, пока Нед не позволил Эрене и поражённому Тормунду унести Лианну с напутственным предупреждением, — Я зажгу факел. — Эрена поморщилась, но кивнула в знак согласия, пока они пробирались через двор. Ночной Дозор и свободные люди, стоявшие в безмолвном благоговении с тех пор, как Волчья Королева вернулась в свой смертный облик, задержались, но не заговорили. Им нечего было сказать. Нед провёл рукой по лицу. Он склонился перед Арьей и протянул ей руку. — Мне сказали, что ты обратилась, чтобы защитить Лианну, когда её заколол Иной. Они сказали… — его голос оборвался, а рука начала опускаться к боку. Арья поймала ладонь отца прежде, чем она успела исчезнуть, и, сжав её, поднялась с новой силой. Её голос звучал глубже и хрипло, когда она сказала, — Она спасла мне жизнь. Мне жаль, что я не смогла спасти её. Лицо Неда сморщилось, а самообладание, о котором ходили легенды, сломалось. Арья, не обращая внимания на свою наготу и боль в измождённых конечностях, обняла отца за талию. Его рука неуверенно провела по её грязным волосам. — Она была моей младшей сестрой, — пробормотал он. — Мне так жаль, отец, — прошептала она. Нед зажмурился и отстранился, чтобы посмотреть между ней и Джоном, но его взгляд уже казался гораздо более далёким. — Обещай мне, что, как бы далеко ты ни ушла, ты всегда вернёшься. Одинокий волк… — Он покачал головой, и челюсть его напряглась, когда он проглотил слова, которые Арья никогда не забудет, пока жива. Джон кивнул. — Тебе нужно только позвать нас, и мы услышим. Арья закрыла глаза и прижалась к отцовским доспехам, не обращая внимания на то, как больно они впиваются в её ушибленную щеку. — Мы придём, — поклялась она. — Всегда.

***

С волком было проще. В облике Нимерии ею двигал инстинкт, и она упивалась обретённой силой. Она разрывала их врагов на части и была готова сделать всё, чтобы закончить битву. Было проще притвориться, что её тётя не умирает рядом с ней. Что никакая магия не сможет вернуть душу её тети. Откинув голову назад, Арья наблюдала за тем, как вороны кружат над клубящимся дымом в чистом небе. — Для чего мы служим, если не можем защитить тех, кого любим? На этот раз вороны не ответили. Как бы то ни было, её бессмертный брат мог видеть всё, на что, как она полагала, никто из них не знает ответа. Даже боги. Будучи смертной девушкой, она смотрела на костер, на котором сожгли Лианну Старк, и всё чувствовала. Своевольная, страстная натура часто доставляла ей неприятности в детстве. Джон сжал её талию, прижав к себе, и она подняла подбородок, чтобы увидеть его обеспокоенный серебряный взгляд. Не на костер, где тело его матери превратилось в пепел. Она гадала, рассказала ли Лианна Неду, кто на самом деле Джон, кто его отец. А может, Эддард Старк и сам знал или подозревал. Может, отчасти поэтому её отец стоял напротив них по другую сторону костра вместе с остальными вождями на Стене. Хотя они всё ещё были покрыты грязью, оставшаяся армия живых вымылась и оделась, как могла, и стояла в знак уважения, пока свободный народ пел свои песнопения. Древний мейстер произносил над павшими древние слова. Мёртвых было много, но они одержали великую победу. Сразу за своим отцом Джендри стоял рядом с Гренном и Эддом. Пирожок стоял дальше в толпе жителей замка, переживших короткую осаду. Ни один из мертвецов, слава богам, не добрался до замка. Джендри уже смотрел на Арью, и в его ярко-голубых глазах читалась спокойная напряжённость. Он опирался на рукоять своей булавы из драконьего стекла. Арье хотелось подойти к нему и поблагодарить за всё, что он сделал для неё и её отца, за то, что помог сохранить ей жизнь. Но рука Джона обхватила её, привязав не только к нему, но и к этой хрупкой человеческой фигуре. — Прости меня. — Она заставила Джендри прочитать мысль в её взгляде. Его челюсть дрогнула, и он пригнул голову. Та малая часть её души, что бежала из Королевской Гавани вместе с королевским бастардом, сокрушалась о том, что она никогда не сможет дать своему старшему другу. Возможно, существовал мир, где она могла бы это сделать, и, возможно, это был бы этот мир, если бы Джон не заключил сделку со старыми богами в своём стремлении найти её за гранью смерти. Арья уткнулась лицом в кожаные доспехи Джона и вдохнула его воздух. Она не была уверена, помнит ли она жизнь из того, другого мира, или каким-то образом пригласила старого бога в своё тело. Она знала только одно: она принадлежит Джону. А Волчий король принадлежал ей. Его вторая рука поднялась и притянула её ближе, а грудь затрепетала, когда он выпустил дыхание на макушку её головы. — Прости меня, любимая. Арья прикусила губу, чтобы сдержать нелепый порыв рассмеяться. — Почему ты должен извиняться перед мной, глупый? Джон покачал головой, и она почувствовала его улыбку на своём лбу. — За твоё горе. Если бы я мог, я бы скрывал от тебя каждый несчастливый день. Арья откинулась назад, чтобы встретиться с ним взглядом. — Будь твоя воля, ты бы до сих пор держал меня в ловушке в своём замке, Волчий Король. — Да… — Его глаза вспыхнули красным, и в нерешительной улыбке промелькнуло счастье. — Тебе не грустно её терять? — прошептала она, прижавшись подбородком к его груди. Некоторые вещи было легче услышать и сказать именно так. Джон ответил медленно, так тихо, что она могла бы и не услышать, не будь у неё новых чувств. — Я бы хотел, чтобы она позволила мне узнать её, да. Но благодаря ей у меня есть ты, Арья. Я никогда не смогу об этом пожалеть. Неважно, чем мне придётся пожертвовать, я сделаю всё снова, всё. Только ради этого. — Он зарылся лицом в её шею, приподнимая её в своих объятиях. Арья обвила его шею руками, не обращая внимания на давящий груз взглядов вокруг. Пусть люди думают, что хотят. Мало кто знал, что Флинт когда-то была Лианной Старк, ещё меньше — давным-давно она родила старого бога. Серый Ветер рыскал поблизости от них, вместе с первой стаей, пришедшей из тайного убежища Джона, и поэтому никто из людей не задерживался рядом с погребальными кострами. Даже те, с кем они сражались бок о бок, относились к ним с опаской. Все, кроме Неда, Джендри и Эрены — тех, кто знал их лучше всех. Твиг и остальные дети леса уже исчезли в той стороне, куда пришли. Джон повернулся и, прижавшись губами к уху Арьи, прошептал, — Ты готова вернуться домой? По коже Арьи поползли мурашки, её чувства наполнились ароматом магии и отголосками воспоминаний, которых не было. Объятия Джона были единственным по-настоящему знакомым, самым верным, что она знала в каждой из их жизней. И разве не поступила бы она точно так же, как он, если бы представилась такая возможность? Разве она не сделала бы больше, чтобы удержать его сейчас? Возможно, старые боги всё это предусмотрели, а может, всё так и случилось бы, несмотря ни на что. Скоро они побегут домой, как волки, ведущие свою стаю. Будут и другие битвы, но им не место на Стене, им место везде и нигде. Они принадлежали зиме и землям за Стеной, и однажды они вернутся, чтобы сразиться в последней битве. Она знала это, как знала и то, что больше никогда не почувствует себя потерянной или одинокой. Потому что Джон никогда не покинет её, даже в последней смерти. Арья прижала покрытую шрамами руку к бородатой щеке Джона и встретила его взгляд: миры внутри миров ждали её, когда она прижалась лбом к его лбу и сказала, — Ты — мой дом.