Взрослая жизнь

"...Она на меня тогда посмотрела растерянно и жалко. На душе стало тяжело, вот нафига я сказала про это? Теперь у нас не будет общения. Она больше не захочет ко мне прийти. Вот реально, мне аж зареветь захотелось. А потом она сказала: - У нас на курсе тоже была такая девчонка. Она даже мне в любви признавалась, - и хихикнула. Сказать, что я была в ах... - это ничего не сказать. Даже не знаю, что меня поразило больше: ее слова или смех. Я ведь думала, неосознанно, конечно, что Нина вообще о таком ни сном, ни духом, и вдруг такое заявление. Я офигела, но все-таки спросила: - А вы что? Она пожала плечами, и так с улыбочкой: - А ничего, я все в шутку перевела. Уж не знаю как, но мне удалось выдавить из себя: - Почему? И знаете, Наташки, сердце при этом так колотилось, словно вот-вот выпрыгнет наружу. - А она мне не понравилась! Вот так Нина мне ответила, прикиньте! И вы думаете, что я сделала? Ни за что не догадаетесь! Я заткнулась, будто в рот воды набрала. Могу представить вашу реакцию. Особенно твою, Курьянов. Как ты меня сейчас обзываешь всяко-разно. Потому что спроси я ее еще раз "почему", знала бы как Нина относится к теме, но мне стало так страшно! Вот логически понимаю, что страх мой дурацкий, эмоциональный. И он сказал: "Вот лучше не знать, почему ей не понравилась девушка!" Вот уже неделя прошла после нашего разговора, и я себя с каждым днем все сильнее корю за трусость. Такой шанс был! Но честно, на меня просто оцепенение нашло. Вот что это за прикол? А у вас было такое? Если да, как вы справлялись потом? Зато после нашего разговора она приходила в гости три раза. Во вторник, среду и четверг. А я-то думала, что она теперь ко мне вообще ни ногой. А тут три дня подряд! Правда, о моей ориентации ни слова больше не было сказано. Ой, забыла написать, что тогда, в воскресенье, когда Нина рассказала о какой-то девчонке, признавшейся о себе, то еще добавила, что главе Хотинского сельсовета мне не надо говорить о моих предпочтениях, мужчины такого не понимают. Особенно, сельские и в возрасте, потому что они росли на других ценностях. И вот правда, умная мысля приходит опосля. Сейчас бы я рассказала, на каких ценностях этот хмырь воспитан! Будучи женатым, гулять с молоденькими девушками. Что же это за ценности такие?? Вот честно, чем больше я узнаю о жизни хотинцев, тем больше хочется отсюда сбежать. Если бы ни она, меня бы и уже след простыл. Помните, как мы дискутировали на тему: "Нужно ли быть в жизни бойцом?". Я тогда доказывала, что только боец может добиться результата в жизни. Все остальные не живут, а только существуют, так ничего и не достигнув. Так сейчас смешно вспоминать свою болтовню! Ведь если я боец, то должна все село поставить на уши, чтобы доказать свою правоту. И что мне это даст, кроме потраченного времени и нервов? Кого из этих неандертальцев я смогу перевоспитать? А главное, зачем? Вот такое упадническое настроение у меня появилось после общения с Ниной. То есть, не я ее переубедила, а, скорее, наоборот. Хотя она жаждой переубеждать не страдает, иногда мне кажется, что она принимает всех и вся. Такая вот она библейская терпила. Поначалу это меня жутко бесило, мазохизм какой-то. Но с каждой новой встречей я отношусь к этому проще. Нина говорит, что я взрослею. Черт его знает, может, и так! Но моментами так хочется зареветь! А еще черная тоска накатывает. И при этом мысли о жутком одиночестве и непонимании. Я реально не знаю, кто я? Кого могу любить: мужчину или женщину? Но так тяжело, когда ты любишь, а сказать не можешь! И кроме вас мне не с кем даже поговорить. Так и таскаю в душе, как верблюд горб. Все три раза, когда Нина приходила на этой неделе, мы беседовали о Григории. Она так его называет, когда сердится. Они снова встречаются, если так можно назвать ее походы к нему. Оказывается, что он к ней не ходит сейчас, болеет. А если человеческим языком - выходит из запоя. Со слов Нины, он, бедняга, так мучается, ведь у него больная поджелудочная и печень. А еще сердце плохо работает. Ему постоянно тошнит, все тело трясет и ломает. Как же он страдает! Все врачи в один голос твердят, что ему нельзя алкоголь, это прямая дорога в могилу. Но он такой слабохарактерный, и у него такая сложная судьба! Вот, правда, хочется спросить: "Нина Михайловна, может, вас чем-то напоили, что вы так неадекватно воспринимаете все?" Или это я не догоняю? А она все делает правильно? Если так продолжится, я скоро начну черное называть белым, и не только в делах любовных, но и на работе. Вчера на большой перемене я была в учительской и решила спросить коллег, что делать с Коновым, помните, я вам писала про него. Одноклассники то в шкаф его засунут, то сумку его на ветку закинут, а он, как мартышка, прыгает и отказывается идти на урок. А они ржут, как лошади, глядя на нас в окно. Я уже побаиваюсь к ним в класс заходить, так и жду новой выходки. Я подняла этот вопрос в учительской, и что вы думали, услышала в ответ? - А Конову такое отношение нравится. Он у них в классе мальчик для битья. Надо же им куда-то энергию девать. Прикиньте, и это на полном серьезе! Одно меня утешило, что они такое не только перед моими уроками творят. Просто все пофиг, а тут такая приехала деловая... Я еще на днях сказала об одном хотинском "уникуме", он в 7 классе учится. Здоровенный! Олигофрен стопроцентный, гормоны из всех щелей лезут. На каждой перемене гоняется за школьницами и тискает их по углам. А на уроке ему, понятное дело, скучно, и плевал он дисциплину и на меня. Мне учительница истории заявила, что мы не можем его ни отчислить, ни перевести в спецучреждение без согласия родителей. А они его не дают, потому что он им помогает деньги зарабатывать на пропой: они пасут сельских коров. Поэтому я могу не напрягаться: в школе он бывает не так уж часто. Зато плюс еще один ученик, а они сейчас на вес золота. Нет детей - нет работы. Мне иногда кажется, что я разговариваю с людьми из другого мира, мы реально не понимаем друг друга..."

***

В субботу я поругалась с мамой. Моя одногруппница Ленка Мезенцева прислала мне письмо. Не могу сказать, что мы дружили, скорее, уважали друг друга. Она тоже получила красный диплом. В отличие от меня подала документы в аспирантуру. Писала о том, как зубрила философию и тряслась, что не сдаст, но сдала. И английский тоже. Теперь она аспирантка... Сказать, что меня задавила жаба - это ничего не сказать. А тут еще мама подлила масла в огонь: "Вот такой могла быть и твоя судьба," - заявила она, вручая письмо. Уже распечатанное и прочитанное. Естественно, меня это взбесило: - Мам, какое ты имеешь право открывать и читать личную переписку? Мама уперла кулаки в бока - верный признак гнева: - Ты мой ребенок! Кто, как не я, должен знать о тебе все? Мы - семья, а это значит стопроцентная открытость. Иначе это уже не семья. - А что же это? - Черт знает что! - выкрикнула мама. - Совместное мучение чуждых друг другу людей на одной жилплощади! И вообще, это даже не обсуждается, - она тряхнула головой. - У ребенка не должно быть никаких секретов от матери. Я представила, что это письмо от Наташек. Мне аж поплохело, теперь еще и от страха. - Я уже взрослый человек, у меня своя жизнь! Своя! Понимаешь?! И ты должна уважать это. У каждого человека должно быть личное пространство, которое никто не смеет нарушать! Мама тоже закричала в ответ: - Вот когда у тебя будут свои дети, тогда им такое и заявишь! А для меня ты всегда будешь моим ребенком, за которого я до гробовой доски несу ответственность! На крик примчался папа и попытался нас утихомирить. А так как он, видимо, тоже прочел письмо, то стать на мою сторону не мог. На мамину тоже - мучила совесть.Он только и повторял: - Девочки, успокойтесь. Машенька, ну ничего же страшного не случилось. Мы решили прочесть, а вдруг там важная новость, а приедешь ли ты на выходные, непонятно. Мы больше никогда не будем читать твои письма... - Еще чего, - перебила мама. - Обязательно буду читать письма моей дочери. Кто, как не я, о ней позаботится? - Ну вот как можно с тобой разговаривать?! - в сердцах крикнула я. - Ну почему вы все такие? Только о себе думаете? - Кто - все? - мама насторожилась. - Что-то случилось у тебя на работе? - Она сморщила лоб, и две глубокие параллельные морщины разрезали его. А две вертикальные угнездились между бровей. "Какая ты уже немолодая. И ничего не изменить, ничего не доказать. Особенно родному человеку. Родителей не выбирают, их просто любят такими, какие они есть. Любят не за что-то, а просто, вот любят, и все. И если это настоящая любовь, то ты не заморачиваешься в попытке переубедить, пытаясь исправить любимого человека, ты его принимаешь или нет. То есть, я Нину люблю со всеми ее тараканами, или же я..." - в моей голове пронеслись мысли, которые показались мне очень дельными, вот надо только выстроить их в логическую цепочку. - Пойду почитаю письмо... Или вы перескажете содержание? - мне не удалось удержаться от колкости. Ленка писала о том, как поступила в аспирантуру, как живет в аспирантской общаге и снова ходит на пары. Мама права: вот такой должна была быть моя судьба, а не дурацкий Хотин. Если бы повернуть время назад! Я ведь тоже подумывала о научной деятельности, но меня так достала учеба. Мне так хотелось самостоятельной жизни подальше от мамы. Казалось, стоит все это обрести - и я самый счастливый человек в мире. Почему же теперь я чувствую себя такой несчастной? Почему завидую Ленке? - Вот видишь? - мама села на соседнее кресло, чинно сложив руки на коленях и выпрямив спину. - Ты сама говорила, что Ленка эта ни капельки тебя не умнее. - Причем здесь ум? - я раздраженно затолкала письмо в конверт. Мне реально хотелось его порвать. - Можно отработать этот год и тоже поступить, - оказывается папа тоже вошел в комнату и застыл возле дверной коробки. - Будет наша Машенька ходоком из народа... Его реплики меня мгновенно разозлили: - Я не собираюсь быть никаким ходоком! Я сама буду решать, что мне делать! - Да пожалуйста, - мама встала. - Мы же как лучше хотим. Если тебе так хорошо в том селе, то... - она выжидающе глядела на меня. - Мне нормально в селе, - процедила я сквозь зубы, злясь на себя, родителей, Ленку, Нину, хотинцев да и вообще на такой несправедливый взрослый мир.

***

В эту ночь мне никак не удавалось уснуть. Я уже привыкла, что, стоит мне лечь в постель, как начинаю придумывать всякие сценарии наших с Ниной отношений. Начинала я со знакомства. Конечно, оно отличалось от реального. Я - вымышленная - была умнее, милее, язвительнее и сообразительнее. Нина, естественно, очаровывалась с первых минут знакомства. Иногда в моих мыслях присутствовал Гришка - олицетворение зла и коварства. Чаще же Нина была одинокой, отдавшейся работе и быту, которые засосали ее капитально. И только благодаря мне она начинала выбираться. Да, было нелегко! Мне приходилось прикладывать недюжинные усилия, но почти всегда у меня получалось изменить ее мировоззрение. После этого я приступала ко второй серии под названием "Наша с Ниной совместная жизнь". Я придумывала всяческие подробности: двуспальная кровать с белоснежным накрахмаленным постельным бельем, спим мы обнаженными... На этом я стопорилась - мне не хватало достоверности. Если бы в реальной жизни Нина хотя бы намекнула, что я ей нравлюсь... Конечно, можно напридумывать всякого, но мне хотелось достоверности, особенно, в постели. Как она целуется? Да и вообще, любит ли? Нравится ли ей лежать в кровати обнаженной? Стесняется ли своей наготы? Может ли раздеваться при включенном свете? Как же мне не хватало фактов!