Вестник Создателя

По возвращении в Убежище Кассандра сразу, не дав себе и минуты отдыха, направилась в церковь. Следовало разобраться с основными делами сразу — промедление могло стоить им слишком многого. Преподобная мать Жизель согласилась им помочь — она еще из предместий Редклифа отправила письма в Вал Руайо, Монтсиммар и Вершиель, в надежде заручиться поддержкой знакомых лично ей жриц. И даже получила несколько ответных посланий, полученных ею уже в Убежище — с согласием организовать встречу Вестника и клира. И это волновало Кассандру больше всего. Нет, Нумерий уже более-менее сносно разговаривал на их языке — уже за одно это она простила Варрику половину его грехов — но она не знала, как он относится к Церкви как к структуре. Он вполне удачно цитировал «Песнь Света», очаровав местных жриц, но ей все время казалось, что в его голосе звучит легкая ирония или даже издевка. А ведь встреча с церковными иерархами была очень важна — без их поддержки или хотя бы вежливого нейтралитета и думать было нечего о закрытии бреши. Только Церковь могла дать им необходимые ресурсы, поскольку их уже подходили к концу. Да, что-то они смогли забрать еще тогда, когда только начали эту авантюру с восстановлением покрытого пылью веков ордена. Что-то смогла получить по своим каналам Лелиана — Серые Стражи Ферелдена, тейрн Хайевера, перепало и из королевской казны, но в отсутствии принца-консорта (но куда чаще в его адрес говорили «король») Кусланда помощь оказалась дозированной и единовременной. Но этого хватало только на текущие расходы. Поэтому от того впечатления, что произведет Нумерий зависело все — или они победят, или проиграют. И Кассандра надеялась, что на их совете они смогут убедить его говорить то, что нужно. Войдя в церковь, она замерла на мгновение на пороге, пробормотав короткую молитву Создателю, и прошла через зал до противоположной двери. Там ее уже ждали — Лелиана, Каллен и Жозефина ожесточенно спорили меж собой, причем слышно их было даже из-за плотно закрытых дверей. — Опасность для Вестника слишком высока! — воскликнула Лелиана, тяжело опираясь о край стола и исподлобья глядя на Каллена. — Если он погибнет… — Мы не можем послать туда солдат — у нас их слишком мало, — Каллен мрачно буравил взглядом карту южного Тедаса, развернутую на столе. — Но Вестник должен там присутствовать! — Жозефина, размахивая листом пергамента, не собиралась сдавать своих позиций. — Это тот случай, когда мы не можем, не имеем права послать представителей! — О чем спорите? — спросила Кассандра, с грохотом захлопывая дверь за спиной — ни к чему было всем слушать их беседу. — Мы беспокоимся, что не сможем обеспечить должную безопасность для Вестника, — пояснила Жозефина, натянуто улыбаясь — как всегда безукоризненно вежливая, она старалась донести суть любой проблемы максимально понятно, но не без изящества в словесной науке. — Я поеду с ним, — кивнула Кассандра, которая не меньше остальных беспокоилась о том, чтобы с Нумерием ничего не случилось. — Вместе с Соласом и Варриком. Так же, Лелиана, — она повернулась к Тайному канцлеру, которая уже открыла рот, но не успела ничего сказать. — Отправишь в Вал Руайо своих людей — столько, сколько сможешь выделить без ослабления остальных операций. В случае опасности мы просто вернемся обратно. — А вы не хотите спросить самого Вестника? — хмыкнул Каллен, отрывая взгляд от карты и оглядывая остальных хмурым взглядом красных от недосыпа глаз. — Я думаю, что он согласится, — пожала плечами Кассандра. Быть может это прозвучало слегка легкомысленно, но после их пребывания в лагере беженцев, где тот, в то время, пока не был занят «ликвидацией безграмотности» (так обозвал их совместные уроки языка Варрик), изо всех сил старался помочь беженцам, она изменила свое мнение о нем. Дыхание Создателя, он даже на охоту на баранов пошел, когда стало понятно, что еды слишком мало, чтобы накормить ораву голодных ртов. Та еще была картина — марширующие, как на параде, звери произвели впечатление решительно на всех беженцев. А Кассандра закрыла глаза на использование магии крови, согласившись, что, во-первых, применение таковой на животных это не такой уж и страшный грех, а во-вторых признав правоту Нумерия — гоняться по полям за быстроногими баранами было попусту глупо. — Отчего такая уверенность? — чуть прищурилась Лелиана, мало общавшаяся с ним лично. — Чувствую. В любом случае, его надо будет пригласить сюда — он все же важная часть Инквизиции. И решать некоторые вопросы без него… — Кассандра чуть повела плечами. — как-то неудобно. На том и порешили. Лелиана отправилась собирать людей, Жозефина — строчить очередные письма, а Каллен — муштровать солдат. Кассандра же, все мысли которой сейчас крутились где-то в районе кровати, где было бы неплохо поспать минут эдак шестьсот, пошла к дому Вестника. Но того там не оказалось. Поймав Варрика, направлявшегося в таверну чтобы пропустить кружечку эля, она выяснила, что Нумерий пошел к озеру. Кассандра вздохнула — надежда на нормальный сон таяла, как снег в пустыне, но делать было нечего. На поиски она потратила еще с четверть часа — Нумерий стоял на берегу вдали от деревни, раскинув руки в стороны, словно пытался обнять темнеющее небо, закатное солнце и первые, робкие звезды в вышине. Подходя ближе, Кассандра расслышала слова — непонятные ей, но слух зацепился за одно знакомое. Думат. Бог Тишины. Первый Архидемон, если верить строкам «Песни Света». Дождавшись, когда он закончит, она тихонько кашлянула, привлекая внимание. Тот медленно обернулся и слова, которые Кассандра хотела произнести, застряли у нее в глотке — лицо Нумерия было бледным, как мел, а вместо глаз было две сияющие фиолетовые воронки. С трудом отведя взгляд и удержавшись от того, чтобы не хвататься за меч, она, кашлянув, спросила: — Что с тобой? — Я… — голос Нумерия был каким-то далеким, словно отголосок эха в просторном зале. — Я молился Думату. Я же первожрец… — произнес он, благостно улыбаясь, и пламя в его глазах медленно гасло, возвращая им нормальный — человеческий — цвет. — Но он молчит. — А он… — осторожно, словно ступая на зыбучие пески, спросила начала Кассандра. — Он отвечал тебе? — Я слышал его шепот служа в храме, — голос Нумерия вновь стал нормальным, не вызывающим страха. — Но сейчас — молчание. Впрочем, — он улыбнулся, краски начали возвращаться на его лицо. — Ты веришь в своего бога. А я не хочу быть… — очередная заминка, значившая, что ему нужно подобрать слово. — Проповедником. Я верно сказал? — Да, верно, — она вернула улыбку. — Я тебя искала — нужно обсудить один вопрос. — Какой? — он окинул ее заинтересованным взглядом, от которого ее щеки чуть порозовели. — Клир хочет поговорить с тобой в Вал Руайо, — быстро произнесла Кассандра, поборов возникшее смущение. — Хм, — Нумерий почесал отросшую щетину, поморщился. — И о чем мне с ним поговорить? — С ними, — поправила она его. — Нам нужна их поддержка в борьбе с Брешью, — взгляд против воли обратился к бледно-зеленой воронке над горой, на чьей вершине некогда располагался храм Урны. — Деньги? — Кассандра резко выдохнула — как же хорошо, что не надо объяснять все с самого начала. — Не только, — призналась она, чуть призадумавшись. — Инквизиции нужна поддержка. И сейчас только Церковь может ее нам дать. А это ресурсы, люди… — Я понял, — Нумерий выставил руку вперед, прерывая льющийся поток слов и, склонив голову на бок, загадочно улыбнулся. — Я обещал помочь. И помогу. — Хорошо, — Кассандре показалось, что с ее плеч рухнул невероятной тяжести груз. Она уже собралась уходить — ей было немного неудобно от того, что ей пришлось прервать ее молитву, и самую малость страшно от того тона, которым говорил о Думате Нумерий. И пусть она уже смирилась с тем, что он именно тот, за кого себя выдает, где-то в глубине души теплилась надежда, что это все просто страшный, затянувшийся сон. Она проснется, как обычно, и ничего этого нет — нет Бреши, нет смерти Джустинии… И все нормально. — Я нужен сейчас? — бросил он ей вслед, заставив обернуться. — Нет, — может быть излишне поспешно покачала она головой. — Утром приходи в храм на совещание. — Доброй ночи, Кассандра, — Нумерий склонился в уже ставшим ей привычным поклоне и отвернулся, обратив свой взгляд на замерзшее озеро. Обернувшись напоследок, Кассандра увидела, как тот вновь развел руки в стороны — отчего-то сейчас его фигура показалась ей столь же величественной, как древние статуи в Неварре, посвященные великим королям прошлого. *** Под утро вновь собрались в кабинете церкви. Каллен отчаянно зевал, сидя на табурете, изо всех сил пытаясь придать своему лицу бодрое выражение — получалось скверно. Жозефина, не менее вымотанная (спала ли она вообще сегодня?), вооружившись блокнотом и свежим пером, замерла, готовясь записывать все самое важное. Лелианы пока видно не было — вероятно, набрать команду для работы было сложнее, чем казалось на первый взгляд. Кассандра вошла в помещение вместе в Нумерием, который с интересом поглядывал по сторонам — она и забыла, что он был тут всего пару раз, причем первый — в кандалах. Остановившись перед картой, тот уставился на нее как на какое-то чудо, вызвав удивленный взгляд Каллена. — Что-то не так, Вестник? — спросил он, подавив очередной зевок. — Хорошая работа, — ответил Нумерий, низко наклонившись и вперяя взгляд в чертеж. — Неужели даже юг… — протянул он с оттенком недоверия. — А в твое время?.. — осторожно начала Кассандра, быстрым взглядом призывая Каллена к молчанию. Нумерий щелкнул пальцами и в его руке возникла тонкая серебристая палочка, которой он, чуть нерешительно, коснулся листа и несколькими размашистыми движениями обозначил мерцающими линиями границы известных ему земель. Кассандра пригляделась и тихонько вздохнула — в них был заключен почти весь север Тедаса вплоть до середины Орлея и большей части Неварры. Жозефина вскинула брови, Каллен поднялся на ноги, но Нумерий, поджав губы, отбросил палочку в сторону, и та истлела в воздухе без следа, а начерченные ею линии исчезли, будто их и не было. — Что от меня нужно? — спросил он, выпрямляясь и окидывая собравшихся тоскливым взглядом — Кассандра могла поспорить, что тот думает примерно о том же, что и она сама: это только сон и надо лишь проснуться. — Жрицы согласились встретиться с нами — в Вал Руайо, столице Орлея, — на всякий случай уточнила Жозефина. — Кроме того, с вами желает встретиться леди Вивьен, «мадам де Фер», как ее прозвали среди орлесианской знати — она даже изволила прислать приглашение на прием, — Кассандра нахмурилась — этого она не знала. — Только… — в голосе посла зазвучала неуверенность. — Она хочет, чтобы вы пришли одни. — Исключено! — кулак Каллена обрушился на стол с такой силой, что тот подпрыгнул. — Маги без надзора Церкви — они могут убить Вестника! — Мадам де Фер одна из немногих, кто сохранила верность идеалам, — не согласилась Жозефина, ничуть не напуганная этой вспышкой. — С чего такая уверенность? — со злостью, смешанной с недоверием, поинтересовался он. — Ее не было на Конклаве, и она всячески протестовала против действий Первой чародейки Фионы, с которой и начался бунт магов, — объяснила Жозефина. — Коммандер, она может стать ценным союзником, не менее ценным, чем Церковь. — Я поговорю с ней, — произнес Нумерий. — Но сделай так, — он внимательно посмотрел на Жозефину, отчего она чуть вздрогнула и принялась поправлять платье, будто бы оказалась перед ректором пансиона. — Чтобы была Кассандра. — Я не любительница приемов, Вестник, — хмуро ответила та. — А я плохо знаю мир, — он повернулся к ней с легкой улыбкой на устах. — Де Фер знает правду? — спросил он у Жозефины, вновь обращая на нее свое внимание. — Правду… — осторожно начала та, быстро переглянувшись с Калленом, который только пожал плечами. — Правду о вас знают только мы, Варрик и Солас. — Пусть так и будет, — ответил Нумерий и, развернувшись, вышел из кабинета. Воцарилось напряженное молчание, слышен был только треск факела на стене, да свист ветра в так и не заделанных щелях. Кассандра было дернулась, намереваясь вернуть Нумерия обратно, но, подумав, махнула рукой — главный вопрос был решен, для остального его внимания не требовалось. Каллен сел обратно и запрокинул голову назад — казалось, что его шея сейчас переломится от тяжести. — Мы все же считаем, что он тот, за кого себя выдает? — нарушила тишину Жозефина. — Говорили уже об этом, — досадливо поморщилась Кассандра, беря еще один стул и садясь на него верхом, опираясь руками о невысокую спинку. — Почти месяц прошел — ни единого доказательства тому, что он не древний архонт просто нет. Не способен человек постоянно играть свою роль столь безукоризненно, понимаешь? И хватит об этом — наша задача разобраться с Брешью, а, значит, разобраться с клиром. Напиши де Фер — получи согласие и на мой приезд. Нумерий прав, — она опустила подбородок на руки и опустила взгляд на каменные плиты пола. — Он плохо знает мир. — Я чувствую неуверенность в твоем голосе, Кассандра, — раздался в дверях голос Лелианы — на ее лице была улыбка человека, только что получившего неожиданный, но приятный подарок. — Ты какая-то очень довольная, — хмыкнула та, поднимая голову и щурясь. — Ваши действия во Внутренних землях имели необычайный успех, — объяснила Лелиана, входя в кабинет и закрывая за собой дверь. — К нам присоединилось несколько сотен человек, желающие оказать нам всю возможную помощь. Пришла и весточка от эрла Неруда, с Южных Холмов — он также согласен оказать нам поддержку, если мы разберемся с демонами в его домене. Прости, Жози, — притворно повинилась она. — Я проверила корреспонденцию. — Не тиран… — пробормотала Кассандра, вновь опуская голову. — Прости? — не поняла Лелиана. — Да так… — неопределенно мотнула она головой, задумавшись о том, что недооценила поступки Нумерия. Ведь со стороны это казалось глупостью. Нет, людям надо помогать, но под помощью она всегда понимала что-то глобальное, массовое. Но как оказалось, такие мелочи как забота о раненых, заготовка припасов и разборки с бандитами имеют значение ничуть не меньшее. Признаваясь самой себе, она слабо понимала психологию простых людей. А Нумерий, получается, будто знал, как следует поступать. — Жозефина… — Кассандра медленно подняла голову и посмотрела на посла. — Пожалуйста, свяжись с орлесианским университетом. Попроси им переслать сюда какие-нибудь книги о древней истории Тевинтера. — О, без проблем. Но зачем? — та не поняла, но, на всякий случай, перелистнула блокнот и сделала пометку в нем. — Не уверена, но вдруг это поможет нам понимать его чуть лучше? — вздохнула она и, потянувшись, встала со стула. — Корабль зафрахтовали? — Да, в Джейдере вас ждет когг «Чаровница», капитана зовут Жак, прозвище — Смеюн, — ответила Лелиана, заведя руки за спину. — Забавный, должно быть, мужик, — через силу рассмеялся Каллен. — Ему, во всяком случае, можно доверять, — пожала плечами Лелиана. Кассандра кивнула и оставила их разбирать оставшиеся дела, которые уже не требовали ее непосредственного внимания. Сейчас как никогда она чувствовала, что из организации не хватает лидера. Такого человека, который бы мог принять окончательное решение. Да, пока у них получается управлять коллегиально, но только потому, что управлять, в сущности, было нечем. Идя по деревне, она, крепко задумавшись, оказалась неподалеку от дома Соласа. В обычное время отступник сидел в четырех стенах, лишь изредка появляясь на улице. Иногда помогал их травнику — Адану. А сейчас, к ее удивлению, сидел на скамейке вместе с Нумерием и о чем-то с ним разговаривал — судя по размашистым жестам рук и громким голосам, беседа была интересной. И Кассандра не могла отказать себе в удовольствии приблизиться и чуть послушать. — …я понимаю, что так просто. Проще, — глаза Нумерия азартно горели. — Но Тень меняется всегда. Можно быть в таких местах и… — он постучал ладонью по колену, подбирая слово. — Оставаясь дома. — Но связь с прошлым сильнее, если прийти именно туда, где происходили сами события, — возражал ему Солас, не менее оживленный — таким эльфа Кассандра видела впервые. — Если попросить духов, то они тебя сами туда провести. Перевести? — Проведут, — поправил он Нумерия, получив в ответ благодарный кивок. — Ты общался с духами? — Иногда. С одним я даже был другом. Он звал себя Доблесть, — чуть печально произнес Нумерий. — Я хотел с ним говорить, но не найти его здесь. Сейчас, — хмурясь, он опустил голову. — Доблесть? Редкий дух, — с оттенком уважения в голосе произнес Солас. — Если позволишь, о чем вы с ним говорили? — Позволить что? — Спрашиваю разрешение задать вопрос, — улыбнулся эльф. — А, понял, — рассмеялся Нумерий. — О сражениях. Иногда даже дрались. Но редко — я боялся, что это повлияет на него. — Я удивлен, — покачал головой Солас. — Мало кто понимает, какое мы оказываем воздействие на духов. — Они превращаются в демонов не сами, — кивнул Нумерий и, бросив Соласу взгляд за спину, поднялся со скамьи. — Кассандра? Той ничего не оставалось, кроме как подойти поближе, отмечая про себя, что уже второй раз слушает чужой разговор. Солас также встал с места и повернулся к ней — в его глазах мелькнуло легкое недовольство от прерванной беседы, но он быстро натянул привычную улыбку. — Простите, что помешала, — извинилась она, разведя руками. Нумерий, отступив от скамьи на шаг, сделал приглашающий жест рукой, но она покачала головой — тот чуть насупил брови и пожал плечами. — Вы говорили о духах? — спросила она, пытаясь как-то сгладить возникшую неловкость. — Да, — ответил Солас. — Нумерий, как оказалось, имеет интересный опыт общения с ними. — Я хотел благодарить Соласа за помощь с Якорем, — произнес тот, скрестив руки на груди. — Удивлен, что знания о забытый… забытой магии сохранились. — Ты знаешь, что это? — сощурилась Кассандра, подходя ближе. — Эльфийская магия, — качнул он головой. — Так я попал в Тень. Не по своей воле, — заметив, как изменилось ее лицо, поспешил добавить он. — Ты не рассказывал об этом, — она подошла к нему почти вплотную так, что могла видеть собственное отражение в его глазах. — Я сражался с эльфами на востоке, — Нумерий опустил глаза и, махнув рукой, тяжело опустился на скамью. — Я вел легион — эльфы разоряли наши земли. Сейчас я думаю, что это была ловушка. Мы, нет, нас разбить, — он со злостью ударил кулаком по своему колену и чуть поморщился от боли. — Там был маг. Он сказал, что смерти мне мало. — Значит, Брешь… — протянула Кассандра, краем глаза замечая, как изменилось выражение лица Соласа, став каким-то слишком мрачным. — Не знаю, — дернул плечом Нумерий. — Это не моя вина. Я видел белый свет в конце. Я видел человека, которого убили демоны. Но я не делал этого! — он яростно вскинул руку, указывая на зеленое свечение в небе. — Моей магии не хватило бы для этого. — Солас, — Кассандра повернулась к эльфу, который хмуро смотрел на них, будто бы чего-то опасаясь. — То, что ты услышал здесь, не должно уйти дальше тебя. Если это эльфийская магия, то это вызовет проблемы для твоего народа. — Спасибо, Искательница, — он склонился в полупоклоне и, бросив быстрый, нечитаемый взгляд на Нумерия, со странной поспешностью скрылся у себя в доме, плотно притворив за собой дверь. — Ты можешь управлять этой силой? — осторожно спросила Кассандра, присаживаясь рядом с Нумерием и пытаясь поймать его блуждающий взгляд. — Я могу делать так, что Якорь, — он стянул с руки перчатку и показал слабо светящуюся метку на своей ладони. — Не убивает меня. Сложно. Нужно думать. — Хорошо, — помолчав, Кассандра ободряюще похлопала его по плечу, вызвав этим слабую улыбку Нумерия. — Собирайся. До Джейдера день пути. Не став дожидаться ответа, она пошла к своему домику — пускай часть вещей она всегда держала собранными в специальном рюкзаке на случай немедленного выхода, нужно было, как минимум, их перепроверить. К тому же все равно перед выходом следовало оповестить Каллена и Лелиану. И отыскать Варрика, который что-то зачастил в таверну, опустошая запасы пива и вина. В общем, дел было достаточно и им крупно повезет, если они выйдут из Убежища до заката. *** Соленый воздух чуть щекотал ноздри. Им повезло с погодой — ветер дул в нужную им сторону и когг весело летел по волнам, с каждым мигом приближаясь к Вал Руайо. Кассандра впервые за долгое время позволила себе немного побездельничать — все равно никакой пользы на корабле она принести не могла, совершенно не разбираясь в мореплавании. Командир «Чаровницы» — пожилой, но крепкий мужчина похожий то ли на бывшего разбойника, то ли на отставного наемника — казалось, был в нескольких местах сразу. Вот он орет на ленивых матросов, плохо закрепивших какой-то канат, вот он распекает повара, вот он торчит на корме и смотрит на небо через какой-то странный прибор. Как-то поневоле проникнешься к такому человеку уважением. На горизонте, если присмотреться, уже можно было увидеть тоненькую полоску берега. И, значит, что скоро их путешествие подойдет к концу. Кассандра стояла на носу корабля и изредка бросала сочувственные взгляды на Нумерия. Вот ему плавание далось с трудом. Бледный, не выспавшийся, так и ни разу не поевший — ему было откровенно плохо. А попытка исправить положение бутылкой доброго вина привела к тому, что ей в последний момент удалось удержать его от падения за борт, куда он изливал свою душу и содержимое желудка. — Я никогда больше не плавать на корабле, — простонал Нумерий, цепляясь ослабевшими от усталости руками за борт, стараясь лишний раз даже не поворачивать голову. — Ну ничего, мы почти приплыли, — ободряюще улыбнулась она, но усилия пропали втуне — тот только мотнул головой и вновь перегнулся через борт. — Обратно — на конь. На лошади, — со слезой в голосе попросил Нумерий, пытаясь отдышаться. — Хорошо, хорошо, — быстро закивала Кассандра. Ну откуда было бы ей знать, что он так скверно переносит плавание? Что Солас, что Варрик, что она сама держались вполне уверенно, а вот Нумерия скрутило почти сразу. И это стоило принять во внимание — строить маршруты возможных поездок так, чтобы путешествий по морю было как можно меньше. Или, как вариант, поить Вестника до беспамятства, чтобы он спал беспробудным сном — тоже какое-никакое, а решение проблемы. Вскоре когг подошел к причалу и бросил якорь. Корабль шел груженый — ящики с вином, меха, редкие породы древесины, словом все, что можно выгодно сторговать на самом большом рынке южного Тедаса. Потому, стоило только опустить трап, как матросы начали споро вытаскивать ящики из трюма и выносить их на палубу, а оттуда — на берег. При этом едва не затоптав собравшихся покинуть корабль пассажиров. Кассандре очень хотелось высказаться по этому поводу, но видя неподдельную радость Нумерия от того, что тот вновь стоял на твердой земле, подавила свой порыв в зародыше. Рассчитавшись с капитаном, они направились к воротам, ведущим из порта к городу. Даже отсюда был слышен печальный перезвон колоколов — город продолжал оплакивать смерть Верховной жрицы. Джустиния была любима в народе, выгодно отличаясь как от своих предшественниц, так и от иных иерархов Церкви. Кассандра вздохнула — все в этом городе напоминало о тех событиях, которые сделали ее Героиней Орлея. День Драконов — так его называют с тех пор. Но титулом она не гордилась — слишком многое произошло тогда из того, о чем она предпочла бы забыть. — Красивый город, — произнес Нумерий, заставляя ее вынырнуть из воспоминаний и обратить внимание на своего спутника. Тот чувствовал себя заметно лучше — исчез бледный вид, а из глаз ушел взгляд загнанного зверя. Он даже улыбался, подставляя лицо теплому летнему солнцу. От этого и у нее самой настроение чуть улучшилось. — Не похоже на Минратос? — ненавязчиво поинтересовалась она. — Хм, запахом, — неопределенно махнул он рукой, усмехаясь. — В наших портах так же пахнет тухлой рыбой и водорослями. — Ты понимаешь, о чем я, — не поддержала шутку Кассандра. — Нет, не похоже, — продолжая улыбаться, Нумерий указал рукой на высившееся впереди здание Великого Собора. — Это ваш главный храм? У нас храмы богов парят в небесах. Больше черного камня. А ночью горят тысячи хрустальных огней, освещая улицы и дома. Вал Руайо слишком белый. Нет, светлый? — он повернулся к ней, она кивнула. — И золото. Мы украшаем дома сильверитом или серебром. — Звучит… интересно, — звучало действительно интересно, но Кассандре показалось, что он преувеличивает. Представить дома, висящие в воздухе, у нее не хватило бы фантазии. А вот в общую мрачность одного из самых древних городов мира — вполне. Ей подумалось: что он сказал бы о Неварре — городе строгом и жёстком, как и сами люди, что его населяют? С легкой улыбкой она наблюдала за тем, как Нумерий подошел к одному из фонтанов с золотым львом и стучит по носу скульптуры пальцем. — Это не настоящее золото, — сказала она, подходя ближе и бросая сердитый взгляд на двух хихикающих девиц, шептавшихся между собой и кивающими на него. — Хм, — он отступил на шаг назад и покачал головой, будто бы с досадой. — Не понимаю, зачем тогда? — Для красоты, — подал голос Варрик, откровенно забавляющийся этой картиной. — В чем красота? — Нумерий, пожав плечами, отвернулся от фонтана. Продолжить эту увлекательную беседу им не дали. Солас махнул рукой, указывая на бегущую в их сторону девушку. Кассандра мгновенно узнала ее — это была одна из агентов Лелианы, посланных на разведку. И, судя по виду, их вряд ли ждут хорошие новости. Подбежав к ним, та быстро опустилась на одно колено. — Леди Кассандра, милорд Вестник, — сбивчиво начала она. — Церковники ждут вас… Как и храмовники. — Храмовники? Здесь? — глаза Кассандры расширились от удивления. — Жители надеются, что они… — повинуясь жесту Нумерия, девушка встала на ноги. — Что они защитят их от Инквизиции. — Где они расположились? — спросила Кассандра, справившись с удивлением. — На рынке, — ответила девушка. — Будьте осторожны, вас ждут не с распростертыми объятьями. — Да это уж понятно, — протянул Варрик, поглаживая приклад своего арбалета. — Думаю, не стоит заставлять никого ждать, — насколько можно более миролюбиво произнес Солас. Путь до рынка был недолгим. На площади, где и в обычное время всегда было полно людей, сейчас и вовсе было яблоку негде упасть. На деревянной платформе, в окружении храмовников, стояло несколько жриц в привычном бело-красном одеянии. Толпа, заметив приближение Кассандры и Нумерия, расступилась — не в почтении, но в страхе. Одна из жриц выступила вперед — вероятно, она была главной. — Добрые жители Вал Руайо, — начала та, вскидывая руки к небу. — Услышьте меня! Мы все скорбим о смерти Верховной жрицы! И вы спросите — что же с ее убийцей? И я отвечу! Узрите же так называемого Вестника Андрасте, — театральным жестом она указала на Нумерия, лицо которого стало напоминать маску. — Того, кто жаждет занять место нашей возлюбленной погибшей. Разве мог Создатель послать в столь темный час мага? Толпа одобрительно зароптала, Кассандра положила ладонь на рукоять клинка, но пока не спешила обнажать оружие. Мысленно она молилась о том, чтобы Нумерий не сказал что-то такое, что положит конец всем их начинаниям. Но его слова были неожиданными — как для нее, так и для жрицы. — Вы смеете говорить за бога? — раздался его голос над площадью, заставив всех замолчать и прислушаться. — Вы считаете, что ведаете его замысел? Я вижу — вы боитесь. И стремясь побороть страх бросаетесь обвинениями в тех, кто мог бы помочь вам. Но, — на его лице появилась всепрощающая улыбка человека, готового взойти на костер, если это было нужно. — Я понимаю вас. Мое сердце тоже сковал страх — но я продолжаю бороться, равно как и вы, желая мира и спокойствия. И я хочу помочь вам — ибо того желает сам бог. Кассандра удивленно моргнула и посмотрела на Нумерия — тот стоял, глядя на жриц, а у тех слова застряли в горле. Наверняка они готовились выкрикивать новые обвинения, но их сразу поставили в сложное положение — у паствы появятся вопросы, если они начнут говорить за Создателя. Или отрицать, что Создатель хочет им помочь. По толпе пробежали шепотки — все услышали сказанное и Кассандра спиной чувствовала одобрительные взгляды, направленные на Вестника. А еще ей пришла в голову мысль, что он не соврал. Неизвестно, как бы развивались события дальше, но на сцене появилось новое действующее лицо. Лорд-искатель Люциус. — Храмовники вернулись! — воскликнула жрица, наконец найдя повод отыграться. — Они разберутся с вашей «Инквизицией» и… Договорить ей не дали. Сильным ударом кулака лорд-искатель бросил ее на землю. Толпа испуганно ахнула. А Люциус, как ни в чем не бывало, похлопал по плечу выступившего вперед чернокожего храмовника и, повернувшись к толпе, объявил: — Спокойно. Она не заслуживает внимания. Равно как и вы, — указал он рукой на Нумерия. — Вы создали еретическую организацию и объявили свою марионетку Вестником нашей пророчицы. Вам следовало стыдиться, — покачав головой, Люциус спустился с помоста. — Лорд-искатель, нам необходимо… — Кассандра вышла вперед, но тот, не обращая на нее внимания, жестом подозвал остальных храмовников, которые поспешно строились в шеренги. — Нам не о чем с вами говорить, — бросил Люциус, даже не оборачиваясь. — Если вы пришли обратиться к Церкви, то вы опоздали. Я решаю здесь все! — с пылом произнес он, вздымая руку к небу. — Храмовники! Мы заслуживаем независимости и признания. А Вал Руайо не заслуживает нашей защиты. Мы уходим. — Но… — попытался было возразить чернокожий, но был прерван решительным жестом. — Ты служишь великой цели! — улыбнулся Люциус, но в его улыбке не было ни унции тепла. — Не задавай лишних вопросов. — Лорд-искатель! — крикнула Кассандра, перекрывая гомон толпы и лязг стальных доспехов храмовников, ровным строем идущих по улицам города к главным воротам. — Я все сказал, — мотнул тот головой и быстрым шагом пошел вслед за своими людьми. Кассандра медленно выдохнула, пытаясь унять гнев, пылающей в ее груди. Не такого она ожидала от лорда-искателя, человека сложного во всех отношениях, но далеко не глупого. Неужели и на него повлияла смерть Джустинии? Она обернулась — Нумерий, взобравшись на помост, помог встать той самой крикливой жрице. Та приняла помощь с недоверием, чуть пошатываясь и кривясь от боли, из рассеченной ударом закованного в сталь кулака текла кровь, орошая мантию. Нумерий мягко улыбнулся и похлопал ее по плечу, что-то сказал, отчего остальные жрицы сначала замолкли в удивлении, а потом принялись перешептываться между собой. — Что ты ей сказал? — спросила Кассандра, когда Нумерий поравнялся с ней. — Чтобы она не отчаивалась, ведь бог всегда покажет правильный путь, — ответил он, усмехаясь. — Ты же не веришь в Создателя, — прошептала она, подойдя к нему почти вплотную. — А я говорил не про него, — его улыбка стала еще шире. — Кто был этот человек? — Нумерий кивнул на последних уходящих храмовников. — Люциус Корин, — Кассандра заметила, как при упоминании этого имени в глазах Нумерия мелькнул гнев. — Лорд-искатель. Глава ордена Искателей Истины. — Твой господин? — Уже нет, — покачала она головой. — Он может быть убежден? — Нумерий так и остался стоять на месте, вынудив Кассандру отступить на пару шагов назад — они стояли слишком близко к друг другу, что вызвало в ней легкое беспокойство. — Люциус… Я помню его другим человеком, — покачала она головой. — Но, возможно, другие храмовники к нам прислушаются. — Что-то мне в нем не нравится, — Нумерий в задумчивости отвел взгляд в сторону, рассматривая камни мостовой. — Не знаю. Он такой же, как они? — Ты имеешь ввиду, храмовник ли он? — тот кивнул. — Нет, — покачала головой Кассандра. — У нас иные силы, не связанные с лириумом. Я позднее тебе расскажу. — Хм, ладно. Что дальше? — Особняк, где проживает мадам де Фер в нескольких часах езды от столицы, — сказала она, похлопывая себя по сумке на поясе, где лежали их приглашения на прием. — Можем немного прогуляться, взять лошадей и поехать туда. К ним подошли Варрик и Солас, которые предпочли на время развернувшегося представления оказаться подальше. Не из трусости — она это прекрасно поняла с первого взгляда — а для обеспечения отхода. Во всяком случае, на кончиках пальцев эльфа еще вспыхивали едва заметные темно-синие огоньки готового раскрыться магического барьера. Толпа медленно расходилась — ничего интересного больше не происходило, а тем для разговоров теперь хватит на несколько недель вперед. — Неплохо сказано, Нумерий, — произнес Варрик, сияя как начищенный неваррский королевский гульден. — Рад, что наши с тобой уроки не прошли даром. — Даром? — тот рассмеялся, расслабленно впервые за все время. — А, понял. Ты хороший учитель, Варрик. Хотя мне еще многому надо научиться. — В любое время, в любое время, — также улыбаясь, ответил Варрик, склоняясь в поклоне. — Кстати, пока ты стегал словом этих милейших дам, я обнаружил послание, привязанное к стреле, — с этими словами он протянул Нумерию небольшой лист бумаги. Тот быстро пробежался по неровным, крупным строчкам и, в свою очередь, передал лист Кассандре. Она бросила на него быстрый, чуть удивленный взгляд, но послушно взяла послание и принялась за чтение. Малограмотный текст, щедро сдобренный неприличными каракулями — во имя Создателя, даже молодые послушники не рисовали в книгах такое количество мужских членов — гласил: «Говорят, что вы не как все, так что хочу помочь. Я всех могу собрать. В Вал Руайо один урод хочет вам подгадить». Далее шла примитивная карта рынка и точки, где лежали «некие красные шмотки». — Это?.. — Кассандра закончила чтение, смяла бумажку в кулаке и посмотрела на Варрика. — Это что такое? — Предложение о сотрудничестве, не иначе, — хмыкнул тот, его взгляд был полон точно такого же скепсиса, как и ее собственный. — Я думаю, что это должен решить ты, Варрик, — произнес Нумерий, в его глазах сверкали искры смеха и Кассандра не могла не улыбнуться, пусть и поспешно придала своему лицу прежнюю невозмутимость. — Мне всегда было тяжело с… шпион. — Ладно, — не стал спорить тот и повернулся к Соласу. — Составишь компанию, Смеюн? — Я надеялся, что ты запомнишь мое имя, но, видимо, твоему разуму сложно удерживать больше одной вещи одновременно, — эльф коротко хохотнул, Варрик в ответ только покачал головой. — Пойдем. Мы встретим вас у конюшен, леди Кассандра, Нумерий. — Возможно, стоило все же пойти с ними? — чуть неуверенно спросила Кассандра, глядя в спину удаляющейся парочке из эльфа и гнома, вид которых был слегка комичен. — Варрик начал это — Варрику заканчивать это, — пожал плечами Нумерий. Он хотел сказать что-то еще, но тут к ним подошла женщина. Эльфийка, уже не молодая, одетая в простую мантию с отброшенным за спину капюшоном. Кассандра удивленно ахнула — она знала, кто это такая. — Первая Чародейка Фиона? — не веря своим глазам, спросила она. — Да, — эльфийка почтительно склонила голову. — А вы, Вестник Андрасте, или, по крайней мере, вас так называют, — обратилась она к Нумерию. — Верно, — согласился он. — Чем мы обязаны вашему появлению? — взяв себя в руки, спросила Кассандра, настороженно глядя на чародейку. — Мне хотелось увидеть Вестника, — просто ответила она. — Кроме того, если вы решили разобраться с Брешью, то разумнее будет обратиться к своим собратьям-магам, не так ли? — поинтересовалась она таким тоном, будто не спрашивала, а утверждала. — Хм, — Нумерий, казалось, задумался. — Вы не были на Конклаве? — Как и лорд-искатель Люциус, — согласилась Фиона. — Мы оба послали туда своих представителей. И меня не так радует мысль, что я жива — слишком много моих друзей погибло тогда, Вестник. — Раньше маги и слушать не желали об Инквизиции, с чего вы переменили свое решение? — Кассандра все еще не была убеждена и смотрела на ту с подозрением, ожидая ловушки. — Я вижу, как действуете вы. И как действует Церковь, — расплывчато ответила чародейка. — Считайте это приглашением в Редклифф, милорд Вестник. Такой союз был бы плодотворным, вам ли не знать? — туманно добавила она и, еще раз поклонившись, скрылась в редеющей толпе, будто ее и не было. — Тут есть над чем подумать, — помолчав, сказала Кассандра, размышляя над тем, была ли это попытка заманить их в ловушку или реальным желанием помочь. — Прошу, покажи мне город, Кассандра, — отвлек ее Нумерий, который, как ей казалось, думал примерно об этом же. Той ничего не оставалось, кроме как согласно кивнуть. Вал Руайо она знала неплохо — эту часть города, во всяком случае. Столица Орлея продолжала поражать своим великолепием, а ведь ей казалось, что она успела привыкнуть к этой кричащей, до безвкусицы, роскоши. От золота и белого камня слепило глаза, а разодетые по последней моде дамы и кавалеры напоминали каких-то кукол, а не настоящих людей. И маски. Она ненавидела маски — не из-за их неудобства, хотя и поэтому тоже, но из-за того, что они мешали читать лица людей. — Они прокаженные? — задал вопрос Нумерий, когда они прошли мимо особенно большой стайки девиц, мгновенно разразившихся отвратительным хихиканьем, стоило им заметить Вестника. — Что прости? — не поняла Кассандра, вынырнув из размышлений. — Маски. Не на встрече, — он кивнул на идущего к ним на встречу какого-то дворянчика. — Проказа? — Нет, это не проказа, — покачала головой она, улыбаясь — мысль Нумерия пришлась ей по душе, это бы многое объяснило. — Такая мода. Все время носить маски. — У нас носят… носили маски, — хмыкнул тот, заводя руки за спину и двигаясь прогулочным шагом. — Но только если это было… Если это был специальный вечер. Объявляли — бал-маскарад, — он произнес это столь торжественно, что сделал бы честь любому герольду. — Но в обычное время… Это трусость. Орлей — страна трусов? — Кассандра не нашлась, что ответить на это. Нумерия, похоже, тяготил этот город. Он бросал хмурые взгляды на дома вдоль широкого проспекта, на разодетых людей, на поставленные, казалось, на каждом шагу скульптуры львов, покрытых позолотой. И тем большим было ее удивление, когда он остановился возле большого фонтана и замер, глядя на него как на какое-то неведомое магическое чудо. Она подошла поближе и увидела, как в глубокой, широкой чаше плещутся рыбки. Золотые, серебристые, радужные — они веселыми косяками мчались от борта к борту, изредка выпрыгивая из воды. Рядом с фонтаном стоял десяток ребятишек, кидающих в воду хлебные крошки из пакетика и заливались радостным смехом, когда какая-нибудь рыбка, раскрыв рот, ловила угощение. Кассандра бросила быстрый взгляд на Нумерия — тот улыбался. Впервые за долгое, если не вообще за все время, что она его знала, улыбался счастливо и беззаботно. Она заметила, как от группы детишек отделилась одна девочка и, не испытывая никакого смущения, протянула ему пакетик. Нумерий подставил сложенные ковшиком ладони, и та высыпала в них небольшую горку хлебных шариков, после чего убежала обратно к своим друзьям. Он, продолжая улыбаться, протянул ладони Кассандре и той ничего не оставалось, как взять несколько мякишей. К краю чаши, словно чувствуя угощение, подплыла одна из рыбок — толстенький карп призывно разевал рот, требуя еды. Она, вздохнув, чуть смяла хлеб между пальцами и бросила его в воду — кусочек тут же исчез в голодной пасти карпа. Так они простояли, кормя рыбок, пока корм не закончился, и карпики, утратив к ним интерес, не уплыли в сторону детишек, которые, казалось, имели не истощаемый запас хлеба. — Это было странно, — призналась Кассандра, когда они направились к конюшням, чтобы взять лошадей, а также дождаться товарищей. — Что? Почему? — не понял Нумерий, светясь от радости — казалось, теперь Вал Руайо не был ему столь неприятен, как поначалу. — Ну… рыбки, серьезно? — она пыталась скрыть появившуюся на ее лице улыбку, но не получилось. — Они… забавные, — пожал тот плечами и посмотрел на нее. — Улыбайся чаще, тебе идет, — добавил он, отчего щеки Кассандры предательски заалели, и она постаралась скрыть смущение за напускной серьезностью. К счастью, от дальнейшего разговора, который мог свернуть куда-то не туда, ее спасли Варрик и Солас, стоявших возле здания конюшни — даже здесь орлесианцы выделились, возведя добротную, но аляповатую постройку, щедро украшенную, по обыкновению, позолоченными, статуями лошадей — вместе с какой-то неряшливого вида эльфийкой. Та представилась Сэрой, одной из неких «рыжих Дженни» и пожелала присоединиться к делу Инквизиции, не скрывая своей обиды на то, что Вестник — или, по ее определению, «лорд Расфыфурье» — не пришел сам. Впрочем, одного долгого, холодного взгляда Нумерия хватило, чтобы несносная девчонка замолчала. — К де Фер? — спросил он у Кассандры, вернувшейся от конюха — тот заломил три десятка золотых за двух молодых кляч, но выбирать не приходилось. — Да. Варрик, Солас и Сэра — отправляйтесь в Убежище. — Развлекайтесь, — усмехнулся гном и подмигнул эльфийке, которая, наверно, уже жалела, что предложила помощь. Кивнув Нумерию на прощание, троица пошла в сторону гавани — Кассандра успела договориться с еще одним капитаном, который по счастливой случайности держал путь в Джейдер. А их с Нумерием путь лежал в другую сторону — к поместью герцога де Гислена, где обитала Первая Чародейка Вивьен.