Вестник Создателя

Над лагерем, расположившимся под высокой отвесной скалой, витал дух отчаяния. Спасшиеся от неминуемой смерти люди жались друг к другу возле небольших костерков, стараясь согреться. У самого отвеса расположился десяток кривоватых палаток, сделанных из самого различного тряпья — кто что смог утащить с собой из покинутого Убежища. В них расположили раненых — тех, кого еще можно было спасти. Не сумевших же выдержать изматывающий поход через узкие пещеры и покрытый снегом перевал пришлось оставить, даже не пытаясь обещать вернуться за ними, чтобы похоронить так, как полагается. Вестник, оставшийся в занесенной лавиной деревне, купил им день-другой жизни, но стоило ли оно того? Сейчас, в наступившей ночи, их положение было едва ли не тяжелее, чем тогда, когда на них напал враг. Почти без еды, без топлива для костров, без медикаментов для раненых, половина из которых умрет уже сегодня, они лишь могли продлить собственную агонию. И мысль эта билась в головах всех — от простых воинов, до их командиров, самые главные из которых собрались под небольшим навесом из медвежьей шкуры, за импровизированном столом в виде доски, небрежно брошенной на пустой бочонок. Кассандра даже не пыталась о чем-то думать, просто слепо уперла взгляд себе под ноги, обняв себя за плечи. Не надеясь согреться даже, а просто для того, чтобы не так сильно дрожать. Каллен потирал подбородок ладонью, меховой воротник его брони вымок от снега и больше походил на рваную тряпку. Лелиана пыталась что-то написать на листе бумаги, но чернила замерзли и теперь она пыталась их отогреть собственным дыханием. К ним подошла Жозефина, неся в руках три кружки, пахнущих травами — позади них Солас и Дориан варили из остатков кореньев отвар, который, по их словам, должен был прибавлять сил. — Нам надо сворачиваться и идти дальше, — произнес Каллен, беря кружку и с благодарностью кивая Жозефине, с плеч которой спадал плащ Блэкволла — в своем обычном желтом платье она бы замерзла едва они бы вышли из пещеры. — Враг может найти нас в любой момент. — И куда нам идти? — спросила, бросив на него быстрый взгляд, Лелиана. — Люди устали, люди напуганы и… В конце концов, враг мог и отступить. Спустить лавину было отличным решением. — Которое обернулось дорогой ценой, — подала голос Кассандра, держа кружку двумя руками — терпкий, чуть горьковатый аромат щекотал ноздри и от одного этого запаха становилось немного теплее. — Вестник… — Вестник погиб. Надо это признать, — жестко произнесла Лелиана, глядя ей прямо в глаза. — Быть может, это было его предназначение. Кассандра с отвращением посмотрела на нее и отвернулась. Как бы не было противно признавать, но та была права. С каждым часом надежда на то, что Нумерий смог спастись, таяла — ночь, мороз, начавшийся снег, все это мешало поискам. Она уже не единожды ходила, то с Варриком и Соласом, то с Вивьен и Блэкволлом, то с Сэрой и Дорианом прочесывая пройденный ими путь, но все без толку. Коул тоже был с ними, но и он не мог им ничем помочь. «Он закрывает мысли. Не получается», — говорил юноша с сожалением и ей было не в чем его обвинить. — Предназначение? — буркнула себе под нос Кассандра, делая глоток, чувствуя, уходит холод из мышц. — Умереть под снегом? Хорошее дело. — На все воля Создателя, — безразличие в голосе Лелианы заставило ее поморщиться. — В какой-то степени это даже к лучшему… — Лелиана! — воскликнула Жозефина и прижала ладонь ко рту — на ее возглас обернулось несколько солдат, пиливших промерзшее насквозь дерево для костра, но поняв, что опасности нет, вернулись к своему занятию. — Нельзя же так. — Вестник был практически неуправляем, — продолжила, не замечая собиравшейся грозы в глазах Кассандры, тем временем та. — Я сожалею о его смерти, но… — договорить она не успела. Кассандра подалась вперед и резко выбросила руку — закованный в сталь кулак с хрустом впечатался в лицо Лелианы, рассекая губы и щеку, из носа потекла кровь, рассыпавшись на снегу рубиновыми каплями. Она упала, глядя расширенными от страха глазами на Искательницу, переводившую взгляд с нее на собственную ладонь. Выругавшись, Кассандра бросила кружку себе под ноги и, круто развернувшись, пошла прочь, к небольшой расселине, за которой заканчивались границы их лагеря. — Дорогая моя, куда вы? — остановил ее на полпути голос Вивьен. Первая Чародейка Монтсиммара выглядела лучше прочих. Может, причиной тому была магия, может быть просто выработанное умение держать себя в руках при любой ситуации, но она была спокойна, будто бы ничего такого и не произошло. И одного взгляда на нее было достаточно, чтобы бешено бьющееся от гнева и боли сердце начало успокаиваться. Вивьен решительно взяла ее под руку и повела за собой — у Кассандры не было сил сопротивляться. Их небольшой отряд, кроме колдующих над котлом Соласа и Дориана, собрался возле маленького костерка, весело горевшего ярко-желтым, наверняка магическим, пламенем. Варрик, хмуро проверявший механизм своей Бьянки, поднял взгляд на подошедших и улыбнулся, подвинулся. Едва только Кассандра села на освободившееся место на большом бревне, еще пахнущем смолой, ей сунули в руки новую кружку с отваром. — Ну что, когда пойдем искать Нумерия? — спросил Блэкволл, грея ладони над костром. — А то знаки скоро заметет. Проклятый снег, — он посмотрел в небо и нахмурился. Эти знаки в виде небольших костерков они решили оставить просто на всякий случай. Каллен был против — он опасался, что это наведет на их след противника. Но придумавший эту идею Дориан при поддержке Блэкволла смог переубедить коммандера. Правда, тевинтерец предлагал еще и магические огоньки развесить по пути, но от такого плана пришлось, не без сожаления, отказаться — это было просто слишком сложно и тяжело. Хотелось надеяться, что костры продержатся хоть сколько-нибудь. — Думаете, он еще живой? — не без легкой признательности в голосе, спросила Кассандра. — Ха, я скорее поверю, что у Соласа когда-то была шевелюра, чем в то, что наш Нуми-Думи погиб, — фыркнула Сэра, очиняя стрелы коротким ножиком. — «Нуми-Думи»? — к ним подошел Дориан — уставший и измотанный, но не утративший бодрости духа. — Очаровательная рифма. Не забудь ему рассказать, когда мы его откопаем-таки в этих снегах. Эльфийка рассмеялась, так громко, что на нее начали оборачиваться. Она зажала рот ладонью и опустила голову, борясь с очередным приступом смеха. Кассандра непонимающе поглядела на нее, не зная, что стало причиной этого приступа — то ли она совсем не разбиралась в юморе, то ли таким образом Сэра выплескивала накопившиеся эмоции. И, судя по сменившему смех хныканью, это было именно последним. Варрик похлопал девчонку по плечу и та, утерев слезы, кивнула, через силу улыбнувшись. — Да, Дориан, — позвала уже собравшегося уходить мага Кассандра. — Что тебя тогда так удивило в церкви? Ну, когда Нумерий… — она вспомнила замершего в коленопреклоненной позе мужчину, шептавшего то ли молитву, то ли еще что-то и округлившиеся глаза Дориана в тот момент. — Хм, — задумавшись, он почесал подбородок. — Понимаешь, я узнал первую строку. — И? — «Молитва Легиона», так она называлась в стародавние времена, — продолжил он, махая рукой зовущему его Соласу. — Если верить старинным хроникам, в этих не рифмованных строках поминались каждый из семи богов древнего Тевинтера. — Тебя удивило, что кто-то еще молится Древним Богам? — поднял голову прислушивавшийся к их разговору Варрик. — Ах, если бы, — поморщился Дориан. — Просто от этой молитвы остались только первая и последняя строки — они выбиты на обелиске в Каринусе и руки церковников до них не добрались. Полный же текст не сохранился. — То есть… — Вивьен чуть сощурилась, бросила внимательный взгляд на Кассандру. — Понятия не имею, — покачал головой Дориан. — У меня отвратительно с древним тевином, так что я могу дать только примерный перевод. Кажется… — задумавшись, он с вдохновенным видом продекламировал: — «Мы идем в тишине. Печаль забыта…» — Тишина — это про Думата? — догадалась Кассандра и Дориан одобрительно кивнул. — Ну вот и дальше все в том же духе, наверно. А заканчивается все так: «Мы или победим, или умрем». — Ладно, оставим богословские разговоры на потом, — предложил Блэкволл, сворачивая двое одеял и беря их под мышку. — Что? — поймав на себе недоумевающий взгляд Варрика, спросил он. — Пара посохов ваших и одеяла — чем не носилки? — Голова, — с одобрением покачала головой Сэра, прикусив нижнюю губу, будто бы жалея, что не она до этого додумалась. — Ну, пошли, а то скоро уже рассвет, — и бодро вскочила на ноги. Их уход из лагеря — на этот раз вшестером, включая Коула — не остался незамеченным. Один из бойцов даже поинтересовался, что случилось, а получив ответ, что они идут на поиски Вестника, даже предложил свою помощь, пусть и сам едва держался на ногах. Кассандра вежливо отказалась. Вивьен зажгла магический огонек, Блэкволл запалил пару факелов — один оставил себе, другой протянул Кассандре. Они дошли до самого близкого к стоянке знака-костерка. Никаких свежих следов возле него они не обнаружили. Пришлось идти дальше, до колен утопая в снегу. Было тяжело — Кассандра почти ничего не слышала, даже завывание поднявшейся вьюги едва пробивалось сквозь стучащую в ушах кровь. В какой-то момент она совсем отчаялась. Это был их последний шанс отыскать Нумерия — если он пострадал, а в этом она почти не сомневалась, то эта ночь станет для него фатальной. Без огня, без укрытия, без теплой одежды он просто замерзнет, а вместе с ним замерзнет и надежда. Следующий костерок почти замело, а вдалеке раздался волчий вой, заставивший Сэру судорожно искать в колчане стрелу. Но звери были далеко, так и не показавшись им на глаза. Кассандра брела вперед, изредка проваливаясь почти до пояса, но выбираясь, разгребая руками навалы снега. Остальные успели отстать — особенно тяжело приходилось Варрику из-за его низкого роста, ему помогали, по очереди, то Блэкволл, то Вивьен. В какой-то момент она перестала слышать надсадное дыхание своих товарищей и оглянулась — Сэра махала ей рукой, призывая вернуться. Кассандра остановилась и уже собралась идти обратно, как услышала скрип снега и хриплое, рваное дыхание. Подняв факел повыше, она увидела, как к ней приближается человек. — Frigide… — она узнала голос и крикнула, замахав факелом: — Сюда, быстро! Мы нашли его! — F-frigide… Non cibor… — Нумерий шел качаясь, будто пьяный, левая рука безвольно болталась вдоль тела, нагрудник был изломан так, словно его рвало когтями какое-то чудовище. — Cass… Кассандра, — увидев ее, прорвавшуюся через снег и осторожно подхватившую его под правую руку, он улыбнулся. — Phasma. — Нет, нет, я не призрак, — горячо зашептала она, оборачиваясь — Блэкволл и Вивьен бежали к ним, чародейка магией очищала дорогу. — Все хорошо. — Корифей… — захрипел Нумерий, позволяя положить себя на одеяла — все же идея с носилками себя не оправдала и было решено нести его просто на растянутых покрывалах. — Он магистр. Идти в Черный Город, — он попытался приподняться, но Кассандра придержала его, положив ладонь на грудь и с ужасом осознавая, что почти не почувствовала сопротивления. — Сфера. Сфера. Он найти сферу. — Тише, тише, — возвращаться оказалось несколько легче — Вивьен, идя впереди, растапливала снег магическим пламенем. — Не трать силы. — Сосредоточие, — не слыша ее, закашлялся Нумерий. — Хочет идти в Тень. Нельзя… — он закрыл глаза и прошептал. — Нельзя пустить. — Кассандра со страхом прислушалась, но он, пусть и рвано, но дышал. — Сознание потерял, — произнес, пытаясь как-то ободрить ее, Блэкволл. — Крепкий мужик. — Надо быстрее возвращаться, — глухим голосом приказала Кассандра, но все и без того спешили. Появление Вестника — живого — поставило на уши весь лагерь. Люди, уже распрощавшиеся со всякой надеждой, восприняли его возвращение как знак Создателя. Попытавшись увидеть его, они едва ли не взяли штурмом палатку, где его расположили и только Каллен вместе с несколькими солдатами смогли угомонить их, заставить разойтись. Но разговоры не стихли до самого утра, как не сомкнула глаз Кассандра, сидя на перевернутом бочонке у изголовья наспех собранной из обрубленных веток дерева койки. Иногда подходил Солас — давал принять изредка возвращающемуся в сознание Нумерию какие-то отвары. Она же размышляла над его словами, пересказав все остальным главам Инквизиции, которые, разумеется, сразу начали спорить. Что за «сферу» имел ввиду Нумерий она не знала, но помнила изменившееся лицо Соласа, когда она рассказала ему об этом. В его глазах явственно читалось отчаяние и ужас, непонятный ей и оттого подозрительный. В то, что Корифей — так звали Старшего — древний магистр, вошедший в Черный Город ей верить вовсе не хотелось. Хотелось иного — что Нумерий просто бредит из-за переохлаждения и усталости. К этому склонялся и Каллен, выслушавший ее слова с каменным выражением лица. — Ну как он? — в палатку вошел Варрик, неся в руке дымящуюся миску — наверняка, повара постарались. — Приходит иногда в сознание, все продолжает говорить про Корифея… — рука Варрика, которой он передавал ей миску, задрожала. — Что такое? — Ты же помнишь, как я рассказывал про то, как за Хоук охотилась Хартия? — он перевел взгляд с Кассандры на Нумерия, который спокойно спал, размеренно дыша. — Как мы повстречали Корифея? — Помню… — она нахмурилась, потом в голове что-то щелкнуло и с большим трудом ей удалось не вскрикнуть. — Ты говорил, что вы его убили! — от ее громкого голоса Нумерий заворочался, но не проснулся. — Не кричи, — прошипел Варрик, хмурясь. — Ну да, убили. Драка была… Хоук тогда показала все, на что была способна и даже сверх этого. Но все держалось во-от на таком волоске, — он пальцами показал толщину того самого «волоска». — И он был мертв. Мертвее мертвого. — Значит… — Кассандра прикусила губу и помотала головой, надеясь, что тот ошибается и, одновременно, зная, что он прав. — Значит у нас проблемы, — мрачно кивнул Варрик и потер лицо ладонью. — Большие проблемы. — Так, об этом особо не болтай, — внимательно и сурово глядя ему в глаза, потребовала она. — Панику не надо разводить. Надо подумать… — запустив пальцы в волосы, она откинулась на спинку стула. — Иди отдохни. — А ты? — А я посижу и подумаю, — на ее лице появилась слабая улыбка, почти сразу погасшая. Варрик понимающе улыбнулся и вышел из палатки, не забыв поплотнее задернуть полог. *** Следующий день они провели все под той же скалой. Отправленные во все стороны разведчики не нашли ни одного, хотя бы близко похожего на их нынешнее, места для стоянки. Равно как и противника — никто не спешил вслед беглецам. Это обнадеживало. Но не обнадеживало иное — вновь начавшиеся под вечер споры. Сейчас, когда Вестник был с ними, вновь поднялся вопрос о том, что же им делать дальше. — Мы не можем просто так сидеть тут и ждать, — возмущалась Лелиана, с легкой опаской глядя на Кассандру. Они, конечно, принесли друг другу положенные извинения, но отношения все равно остались натянутыми. Признаться, Кассандра так и не смогла научиться доверять Левой руке полностью, полагая, что для нее была важнее Джустиния, чем Церковь. Но им все равно надо было работать вместе. — У тебя есть варианты, куда нам идти? Карта? — подавшись вперед, спросил Каллен, в глазах которого отражалась дикая смесь усталости и решимости. — Нет, но… — Тогда, пожалуйста, будь любезна, закрой рот, — попросил ее он, растягивая губы в вежливой улыбке, от которой Лелиану перекосило. — Но мы же не можем просто так сидеть и торчать здесь, пока не замерзнем! — встала на защиту подруги Жозефина. — Надо успокоиться и подумать, — предложила Кассандра, как и с десяток раз до этого. На самом деле, у нее тоже не было никаких идей. Известие о том, что на Убежище напали не оскорбленные пренебрежением к своим персонам маги, а древний тевинтерский магистр из тех, что начал Моры, оглушило. Крепко оглушило. Так, что скоро и без того истрепанные нервы лопнут и одному Создателю известно, к чему это сможет привести. Именно сейчас им был нужен лидер, человек, способный принять на себя весь груз ответственности. Потому что ни один из них четверых на это способен не был. Краем глаза она увидела, как из палатки, опираясь на палку, выходит Нумерий. Выглядел он отвратительно — бледный до синевы, с забинтованной левой рукой, с многочисленными свежими царапинами и парой шрамов на лице. Но глаза остались прежними — живыми, яркими, полными сил. Она против воли улыбнулась, когда тот заметил ее и приветственно махнул ей рукой. Тут к нему подошел Солас и что-то произнес, отчего Нумерий сначала нахмурился, потом резко кивнул и медленно пошел вслед за эльфом. Кассандре было стыдно, но она ничего не могла с собой поделать. Провожаемая удивленным взглядом Лелианы, которая как раз начала новый круг пустопорожнего обсуждения их положения, она пошла вслед за двумя магами. Нумерий и Солас остановились на небольшом пригорке. Кассандра прислушалась, но до ее слуха долетали только отдельные слова на эльфийском. Солас мерил шагами небольшой пятачок перед Нумерием, что-то ему втолковывая. Пару раз она расслышала слово «reth», на которое Нумерий реагировал чуть раздраженным покачиванием головы и короткой фразой: «banal din’dareth». Но о чем-то они все же договорились и, когда их беседа, судя по интонациям, начала подходить к своему завершению, она постаралась незаметно вернуться обратно. — Солас предлагает идею, — спустя пару минут к ним под навесом присоединился сам Нумерий, в то время как Солас вновь пошел к костру, видимо, готовить очередную порцию отваров. — Духи сказали, — он закашлялся, но справился с приступом, отдышался и продолжил. — Что в день… дне пути есть крепость. «Tarasyl'an Te'las», — произнес он так, словно бы его должны были понять. — Крепость, здесь? — не поверил Каллен, глядя на него как на сумасшедшего. — В горах? — Тут был путь. Через горы, — Нумерий обхватил палку двумя руками, пытаясь стоять крепко, пусть и было видно, насколько тяжело ему это дается. — Брошенный. От Орлея до Ферелдена. — А ведь точно! — быстро закивала Лелиана. — Была такая дорога, но после войны торговля между Орлеем и Ферелденом почти заглохла. Поэтому эту крепость, Скайхолд, ее забросили. — Но это же ферелденская крепость? — Жозефина была взбудоражена не меньше своей подруги. — Кто ее владелец? — А нет у нее владельца, — хмыкнула Лелиана, разводя руками. — Вообще, это были владения короны. Но сам король, разумеется, здесь никогда не правил — на то были наместники. Кажется, кто-то из сыновей монарха или близкий родственник. Это хотя бы объясняет, почему храм Урны Священного праха, — она невольно бросила взгляд на горы, над которыми еще совсем недавно горело небо. — Был настолько… масштабным. — Думаешь, его строили ферелденские короли? — скептически выгнула бровь Кассандра. — Не знаю, — та лишь плечами пожала. — Может и они, а может — тот, кто владел крепостью до короны. — Это интересный экскурс в историю, но важнее то, что скажут король и королева, если мы самовольно займем эту крепость? — задал главный вопрос Каллен, которому идея обосноваться в забытой всеми в горах твердыне понравилась. — Вероятно, нам придется посетить Денерим и переговорить с королевой Анорой, — вздохнула Лелиана, слегка поморщившись. — Хорошо, — вздохнула Кассандра, поворачиваясь к Нумерию, который уже начал пошатываться, палка в его руках подрагивала — так сильно он сжал ее. — Отдохни немного, с утра отправимся в путь. Знаешь дорогу? — Да, — кивнул Нумерий и, вцепившись в посох, покачнулся — она в последний момент ухватила его за плечо. — Все хорошо? — хотя, какое, к демонам, «хорошо» — тот держался, кажется, только на чувстве долга, только знать бы еще, перед кем. — Да, — так же коротко ответил он. — Полежу немного. Дождавшись, когда Нумерий вернулся к себе в палатку, Кассандра повернулась к остальным. Раз уж главная их проблема на данный момент — где обосноваться — была таким неожиданным образом разрешена, то следовало перейти к вопросу, который долгое время оставался третьестепенным. К вопросу лидерства. Себя Кассандра главой воссозданной Инквизиции не видела. Она не была лидером, ей с трудом давались тяжелые решения, она даже тогда, когда в первый раз вела Нумерия к Бреши спросила у него совета. У возможного убийцы Верховной жрицы! Поэтому, даже если бы кто предложил, она бы отказалась. Здесь требовался иной, не такой прямой, как у нее, подход. Каллен был бы хорошей кандидатурой, но отличался точно такой же, как и у нее, прямолинейностью и грузом ошибок и трагедий, тянувшихся за ним со времен еще Пятого Мора. Да один Киркволл чего стоит — после того, что происходило в том городе сложно сохранить рассудок. Нет, он был прекрасным военачальником, отличным и подготовленным воином, но никак не лидером в политическом смысле. Лелиана, на взгляд Кассандры, не подходила по иным причинам — неспособности договариваться. Десять лет та выполняла грязную работу для Джустинии, оберегая ее от заговоров и тайных убийц, и, по итогу, провалив свою работу на Конклаве, теперь вряд ли была готова взвалить на свои плечи груз больший, что уже несла на себе. — Нам нужен лидер, — тихо, но властно произнесла Кассандра, собравшись с мыслями. — И я вижу только одного человека, достойного вести нас в эти смутные дни, — она медленно обвела взглядом подобравшегося Каллена, сузившую глаза Лелиану, лицо которой еще хранило следы того злосчастного удара, приободрившуюся Жозефину. — Нумерий Амладарис Ювенал. — Согласен, — не раздумывая, кивнул Каллен, приподнимая уголки губ в улыбке. — Я тоже, — чуть пожала плечами Жозефина, которая, вероятно, поддержала бы любую кандидатуру просто для того, чтобы, наконец, закончить споры. — Он уже символ — только логично, если он станет главой Инквизиции. — Я не уверена, — поморщилась Лелиана, отводя взгляд. — И я ему не доверяю. Но… — она горестно вздохнула и качнула подбородком. — Поддерживаю. Надеюсь, это не станет ошибкой. — Значит, решено, — с плеч Кассандры будто скала упала, ей даже стало как-то легче дышать. — Тогда займемся делом. Поутру, едва только взошло солнце, разведчики, получив от Соласа указания, где именно находится Скайхолд, направились в путь. Лагерь же в это время только-только начал оживать. Все были воодушевлены как явлением Вестника, так и сообщением, что скоро они придут в новый дом — Кассандра, проходя меж палаток и шалашей, не могла не отметить, что атмосфера стала куда приятней. На лицах людей впервые появились, пускай и робкие, но искренние улыбки, а до того механически исполняемая работа, вроде рубки дров или готовки пищи на всех, выполнялась с радостью. Она даже посетила небольшую утреннюю службу, которую решила провести мать Жизель. Строки из «Песни Света» странным образом прибавляли уверенности и сил. Под конец жрица возблагодарила Создателя за возвращение Его рыцаря целым и невредимым, что было поддержано одобрительными криками. Сам же «рыцарь» вышел из палатки только ближе к середине дня. В иное время у Кассандры это вызвало бы только раздражение — сама она привыкла вставать рано, еще до зари. Но состояние Нумерия было хоть и лучше, но все равно вызывало беспокойство. Солас отпаивал его отварами — в его палатке стоял настолько крепкий запах трав, что от него кружилась голова. Сейчас Кассандра думала над тем, стоит ли рассказать Нумерию о том, что теперь он — лорд-инквизитор. Что-то ребяческое в ней желало сохранить эту новость в тайне, сделать, своего рода, сюрприз, но рациональная часть говорила о том, что сообщить все же следует. — Ну, как ты себя чувствуешь? — спросила она, подходя и заглядывая ему в лицо. — Жить буду, — усмехнулся он, обтираясь мокрым полотенцем — о бане и даже простом утреннем умывании думать не приходилось. — Но я уже смотреть на эти отвары не могу. — Для здоровья же, — улыбнулась Кассандра. — В общем, у меня новость одна. — Рассказывай, — вздохнул Нумерий, словно бы предчувствуя что-то, а, быть может, так оно и было. — Ну, — она как-то сразу растеряла весь свой пыл, да и речь, которую она заготовила, показалась ей глупой и какой-то слишком напыщенной. — Инквизиции нужен лидер. Такой, как ты. Она замерла в ожидании ответа. Нумерий, прищурившись, посмотрел ей в глаза, потом перевел взгляд ей за спину, где расположились остальные лидеры Инквизиции. Кассандра так же обернулась через плечо — Каллен что-то втолковывал Лелиане, иногда указывая рукой то на палатки, которые начали потихоньку сворачивать, то на небо, то на горы. Молчание же затягивалось и это начинало слегка нервировать: может, действительно стоило просто поставить его перед фактом? Не отказался бы он. Наверно. — Мне стоит быть благодарным за уверенность вас? Нет, за вашу уверенность, — Нумерий вновь посмотрел на нее, в глазах его плясали искры смеха. — Не было споров, — ответила Кассандра, но все же добавила, признаваясь. — Почти не было сомнений. Я верю, что ты справишься и… И мы одержим победу. — Твоя идея? Мог бы и не спрашивать, — он покачал головой, будто бы был чем-то разочарован или расстроен, веселье из взгляда ушло, сменившись задумчивостью. — Ты же знаешь, кто я. — Да, поэтому это решение мне далось легко, — с уверенностью в голосе произнесла она, глядя ему прямо в глаза. — Что ж… Хорошо, — он кивнул и Кассандра не смогла сдержать вздоха облегчения. — Официально мы объявим, когда хоть немного обустроимся в этом «скайхолде», — добавила она, чувствуя, что день стал еще краше, чем был до этого. Улыбнувшись напоследок, Кассандра пошла дальше по лагерю — хотелось лично убедиться в том, что все готовы к выходу. В этот момент как раз начали возвращаться разведчики, сообщив, что через, примерно, милю начинается нормальная дорога. Значит до Скайхолда получится добраться не переломав себе ноги. Шли весь остаток дня и часть ночи, пока не стало совсем темно, а люди не выбились из сил. Хуже всего было с ранеными — они плохо переносили дорогу, а телег или простых повозок просто не было, поэтому приходилось нести их на носилках, что никак не прибавляло им здоровья. Кое-кто так и не справился и матери Жизель пришлось провожать их души к престолу Создателя, а Вивьен — сжечь тела магическим огнем. Эта мрачная картина не сильно, но ухудшила настроение в лагере. Утром опять двинулись в путь — по словам Соласа оставалось немного, но снежная пустыня и безликие горы вокруг, казалось, слились в единую картину, не меняющуюся, сколько бы они не прошли. В иной момент Кассандра бы с радостью наблюдала за искрящимися серебром пиками, дышала свежим прохладным воздухом — но не сейчас. Сейчас в голове были мысли только о том, как бы дойти до крепости. А вот Нумерий, к ее удивлению, чувствовал себя куда лучше. Сначала она думала, что его, как и остальных раненых и просто немощных, придется нести на носилках. Но он вполне спокойно прошел вчерашний путь пешком, пусть и медленно, но даже не опираясь на палку, что уже радовало. Казалось, каждый шаг придавал ему сил — она бы с удовольствием поинтересовалась этим феноменом, но у нее как раз сил на разговоры не было. И сколь велико было ее удивление, когда до ушей донесся его голос, поющий какую-то незамысловатую песенку. Слов она не понимала, а мотив был будто бы специально подобран для долгого, скучного пути. — А вот и Скайхолд, — объявил он, когда они миновали узкое ущелье меж отвесных скал, таких острых, что, наверно, о них можно было порезаться. Кассандра с трудом удержалась от вздоха восхищения, увидев картину, открывшуюся перед ней. Внизу раскинулась полная яркой, сочной зелени долина, поросшая редкими деревцами и густыми кустарниками. Веселой голубой лентой ее рассекала горная речка, спускавшаяся с самых вершин. Но вся природная красота меркла перед творением людей. Могучая твердыня возвышалась над долиной, подобно сказочному великану. Высокие светло-серые каменные стены были ничуть не менее грозными, чем горы. Башни хоть и пострадали от времени и непогоды, но все равно внушали уважение одним своим видом. И цитадель — громада из белого камня, блестевшая в лучах полуденного солнца как алмаз в императорской сокровищнице. Дорога, спустившись с пригорка, упиралась в сложенный из невероятных размеров кусков гранита мост, широкий и прочный, по которому могли проехать не менее десяти всадников в ряд. С приближением к крепости становилось видно, что годы ее не пощадили и та красота, что была видна издалека, чуть померкла. В стенах зияли трещины и дыры, ворота давно сгнили и от них остались только ржавые петли. Решетка валялась изогнутая и смятая, будто бы в нее влетел дракон. Похоже, твердыню брали штурмом — во внутреннем дворе валялось несколько валунов, пущенных из катапульты или требюше. Но несмотря ни на что Скайхолд был крепок и силен, как, пускай и пострадавший в бою, но еще способный сражаться ветеран. — Поразительно подходящее имя для этой крепости, не так ли, Солас? — обратился к эльфу Нумерий, мягко улыбаясь, но в его голосе слышались какие-то странные, чуть тягучие нотки, которые Кассандра никак не могла разобрать. — Да, Нумерий, — согласился с ним тот, чуть пожимая плечами. — Ты тоже чувствуешь?.. — Крепость рада появлению живых, да, — Нумерий развел руки в стороны и прикрыл глаза. — Спокойное место. Древнее. Лучше и не найти. — Хватит вашей магической хероборы, — попросила его Сэра, садясь на первый попавшийся камень и с отразившимся на лице наслаждением вытягивая ноги. — Что дальше-то? — Дальше надо осмотреться, пройтись по замку, понять, что и как тут устроено, — вздохнув, покачал головой Нумерий почти синхронно с Соласом, от чего Кассандра, не удержавшись, хихикнула, но сразу же придала своему лицу невозмутимое выражение. — Сделаем, — соглашается она и кивает Каллену, который все прекрасно услышал. Остаток дня и всю ночь кипела работа. Растаскивали завалы внутри казарм, в которых хватило бы места на полтысячи, а то и больше человек. Временно решили поселить всех здесь и заняться остальными помещениями, бывших в еще большем запустении, позднее. Немного расчистили большой зал цитадели — даже с проломленной крышей, плесенью и проросшим через пол мелким кустарником, он производил впечатление. Воистину, крепость возводили для человека королевских кровей. Но для того, чтобы привести здесь все в порядок не хватало рук — потому ограничились только выносом гнилья, трухлявых досок и прочего мусора. А на утро было решено объявить при всем честном народе, что Нумерий — первый за последние восемь сотен лет лорд-инквизитор. Уставшие, но довольные люди, высыпали во двор перед лестницей, ведущей к цитадели. Собрались решительно все — мужчины и женщины, солдаты и мирные жители, маги и храмовники. Две с лишним сотни душ смотрели, как Нумерий медленно выходит из высокого арочного проема, спускаясь на небольшую площадку, отделяющую один пролет лестницы от другой. Кассандра улыбалась, глядя на него: да, броня на нем истрепалась и носила следы недавней страшной битвы — а она точно была таковой, раз его врагом был тот, кто смог войти в Черный Город — но каждое его движение, каждый жест выдавали в нем человека, привыкшего повелевать и вести за собой. Лелиана, с чуть дрогнувшим лицом, протянула ему на вытянутых руках клинок — Харритт, заняв местную кузницу, выковал его за день, применив для того все свои знания. Нумерий принял меч и повернулся к ждущим его обращения людям. — Братья и сестры! — его голос вознесся над Скайхолдом. — Наш путь был долог. Наш путь был тернист. Мы сражались, мы боролись, мы умирали. Мы теряли друзей и родных, дочерей и сыновей, матерей и отцов. Мы закрыли Брешь! Но враг не пожелал сдаться, — Кассандра слушала его и сердце стучало все быстрее и быстрее. — Он нанес нам удар — и мы выдержали. И мы ответим стократ сильнее! — Нумерий вскинул вверх руку, сжимающую клинок и крикнул со всей возможной силой. — Ибо того хочет бог! — Веди нас, Вестник! — рявкнул кто-то из солдат и этот его возглас подхватили остальные — люди, гномы, эльфы. — Куда бы ты не шел — мы будем рядом, — произнесла Кассандра, становясь рядом с ним и глядя на толпу внизу, с каким-то религиозным фанатизмом славящую Нумерия. — Я знаю, — ответил он, улыбаясь. Заходящее солнце окрасило вершины гор алым, обещая новую кровь.