Вестник Создателя

Кассандра шла по Скайхолду с твердым намерением кого-нибудь убить. Вернее, не «кого-то», а вполне определенного гнома, по имени Варрик Тетрас. Люди шарахались от нее, стараясь побыстрее уйти с ее пути — видимо, все ее мысли отражались на лице. Как же она сейчас проклинала себя за то, что поверила лживым россказням Варрика! Он же сочинил красивую историю и всю дорогу от Киркволла до Убежища изображал невинную простодушность, заверяя, что Хоук исчезла, что с Хоук нет возможности связаться! Как оказалось — не исчезла, возможность связаться есть. И когда Нумерий на совете, где она вновь стала появляться (не в последнюю очередь из-за него самого), сообщил, что имел «приятную беседу с госпожой Мариам Хоук», Кассандра подумала, что небо перевернулось, реки обратились вспять, а горы начали расти вниз. Тогда она громко и в неподобающей манере высказала свои мысли и, покинув совет, направилась искать Варрика. Может, самый ничтожный из живших на свете детей камня что-то подозревал, может ему кто-то давал советы, но отыскать Варрика ей пока не удалось. Ни у конюшен, где уже занимался своими любимцами Деннет; ни в отстроенной таверне, которую облюбовала Сэра, пытавшаяся научить Маридин каким-то нецензурным песням про коня; ни в казармах, которые назывались таковыми пока лишь на словах — жилые помещения только-только начали очищать от векового мусора и солдатам приходилось, пока что, жить вместе с остальными жителями. В какой-то момент она отчаялась и уже хотела махнуть рукой, как заметила знакомую рыжеватую шевелюру на стене, направляющуюся к лестнице, ведущей через кузницу вниз. — Значит, «Хоук исчезла», да? — вкрадчивым шепотом произнесла Кассандра, увидев Варрика, замершего в комнате на последнем этаже двухэтажной кузни. — «Испарилась», — взяв стул и подперев им дверь, мрачно улыбаясь. — Кассандра… — тот замер, мгновенно побледнев, словно увидел призрака. — Я… — Ты, ты, ты! Ты, поганый, вонючий кусок нажьего дерьма! — рявкнула она, рванувшись к нему — Варрик успел отскочить в сторону и нырнул под стол, выбираясь с другой стороны. — Иди сюда, и я убью тебя быстро! — Искательница, да приди ты в себя! — закричал он, заметавшись по комнате — пути к отступлению закрывали стул с одной стороны, и сама Кассандра с другой. — Я приду! Я придушу тебя, мелкий говнюк, и сразу приду в себя! — пинком отправляя в него стол, пообещала она, но тот, к ее глубокому сожалению, лишь перевернулся, а не влетел в Варрика. Один Создатель знает, чем бы все закончилось — убила бы она гнома или просто хорошенько поколотила, но ни первому, ни второму случиться было не суждено. Входная дверь сначала заскрипела, а потом распахнулась — стул с жалобным треском развалился на части — и на пороге появился Нумерий. Чуть запыхавшийся и раскрасневшийся, одного его взгляда хватило, чтобы она остыла и бросила попытки схватить постоянно уворачивающегося от нее гнома. — Хватит! — ударив в ладони, приказал он, в то время как Варрик поспешил укрыться за его широкой спиной. — Что вы здесь устроили? — Лорд-инквизитор, — сбивчиво, но твердо произнесла Кассандра, пытаясь заглянуть ему за спину, чтобы еще раз взглянуть в лживые глаза Варрика. — Этот… мелкий прощелыга все время знал, где была Хоук! — Кто, прости? — не понял он, запустив ладонь в волосы. — Прощелыга, — подал голос Варрик, объясняя. — Плут, обманщик. Искательница, разумеется я знал! — И ничего не сказал! — зарычала она, чуть дернувшись вперед, но замерев под стальным взглядом Нумерия. — Ты меня схватила, пытала! Чего ты ожидала? — воззвал Варрик к голосу разума, не стремясь, пока что, покинуть укрытие. — Я ожидала, что ты скажешь нам правду! Я же говорила, что от этого зависит! Она действительно говорила. Хоук стояла у самого истока восстания магов, когда в Киркволле происходили события, навсегда изменившие мир. Чародейка-малефикар заняла про-храмовничью позицию, и ее фигура была слишком велика, чтобы не попытаться перетянуть ее на свою сторону. Видит Создатель, она не собиралась причинять Хоук вреда, но Варрик, похоже, ей не поверил и предпочел прикрыть свою подругу. — Так, замолчали. Оба, — резко произнес Нумерий, пересекая комнату — перевернутый стол сам собой поднялся в воздух и встал на чуть покосившиеся ножки. — Я вас услышал. Потерев лицо ладонью, он устало посмотрел на Кассандру, и той, неожиданно, стало стыдно. Ему и без того было тяжело — с самого возвращения в Скайхолд из Денерима он торчал в ставке практически безвылазно, разбирая с советниками накопившиеся вопросы. А для разнообразия ездил во Внутренние земли и Теринфаль с небольшой охраной просто для того, чтобы решить проблемы на местах. И сегодняшний разлад в команде явно не прибавит ему здоровья и сил. — Нам нужен был кто-то, кто возглавит Инквизицию, — бушевавшая в ее душе ярость спала, и она устало оперлась руками на стол. — Хоук была нашей единственной надеждой. Храмовники уважали ее… — У Инквизиции уже есть глава, — Варрик, тоже чуть успокоившийся, театральным жестом указал на Нумерия. — Если бы Хоук была на Конклаве, то она могла бы спасти Ее Святейшество! — Если бы Хоук была на Конклаве, то тоже погибла бы, — с прорезавшейся в голосе печалью ответил Варрик, опуская голову. — Натерпелась она уже ото всех вас. — Варрик, — обратился к нему Нумерий, массируя пальцами переносицу. — Больше никаких секретов, особенно таких важных. У нас война, если ты не заметил. Кассандра, — он перевел взгляд на нее. — Его можно понять, он защищал друга. Не поступила бы ты так сама? Не отвечай сразу, подумай. Кассандра мрачно воззрилась на него. Дружба для нее была непростым делом и четко ответить на таким образом поставленный вопрос она не могла. Слишком сильно в ней было чувство долга, что, по здравому рассуждению, иногда мешало ей жить. — Варрик, — так и не дождавшись от нее ответа, Нумерий обратился к гному. — Можешь идти. Я поговорю с тобой позднее. — Смотри, чтобы она и тебя не придушила, — хмыкнул тот и, тяжело вздохнув, пошел по скрипящей лестнице вниз. Кассандра только рукой махнула и, сжимая кулаки, подошла к окну. Опустив голову, она мрачно уставилась на двор. Туда-сюда сновали люди, таская камни, везя в тачках раствор — одна из стен Скайхолда требовала срочного ремонта и на него собрали решительно всех, кто не нес дозор или не занимался еще каким-то важным делом. Особенно было забавно видеть Соласа и Вивьен, которых эта чаша также не миновала — они магией перетаскивали особенно крупные валуны, которые должны были быть установлены в основании. — Он наплел мне невесть что, а я и поверила, — горестно вздохнула Кассандра, слыша за спиной шаги Нумерия, подходящего к ней. — Объясни я, что стоит на кону… Отвернувшись от окна, она обессиленно села на ящик, запрокинув голову и касаясь макушкой стены. В висках закололо — ей и вспомнить было сложно, когда она в последний раз приходила в такую ярость. Наверно, когда узнала про взрыв на Конклаве — но тогда было куда больше горя. — Я же ничего не объяснила, да? — Кассандра перевела взгляд на Нумерия, который стоял перед ней с нечитаемым выражением на лице. — Какая же я дура… Он покачал головой и опустился перед ней на одно колено, взял ее ладонь в свои — прикосновение холодных рук будто бы забирало часть душевной боли. Кассандра вздрогнула, когда Нумерий поднес ее ладонь к своим губам и мягко поцеловал самые кончики пальцев. — Если ты дура, то кто тогда остальные? — спросил он, наклонив голову на бок и испытующе глядя на нее, а она была не в силах пошевелиться. — Не позволяй ошибкам прошлого сломать тебя, моя госпожа. — Знаешь, — в горле пересохло — сейчас, рядом с ним, все ее чувства обострились до предела. — Я не жалею. Ведь будь тут Хоук, то Создателю не надо было бы посылать тебя. — А я не жалею о том, что проиграл в той битве, — тихо ответил он, продолжая смотреть ей в глаза. — Ведь тогда я бы не встретил тебя. Сердце Кассандры хотело верить его словам, но ее разум, холодный и беспощадный, говорил, что этому не бывать. Просто потому, что такого не может быть никогда. Ведь она не тот человек, что может понравится избраннику бога, верно? Нумерий же будто прочитал эти сомнения в ее глазах, отчего его улыбка стала теплее. Он уже собирался что-то сказать, но все волшебство момента нарушил донесшийся со двора чуть визгливый возглас Сэры: — Дориан, ну еб твою мать! — а следом послышался грохот, словно бы стена обвалилась. — Хули ты выебываешься! Нумерий быстро поднялся на ноги и выглянул в окно, Кассандра чуть помедлила, но тоже встала и присоединилась к нему. Во дворе изрядно растрепанный Дориан стоял возле кучи огромных, в человеческий рост, камней. Сэра, размахивая руками, под одобрительный смех Блэкволла, распекала мага на все лады. Голос у девчонки был громкий и в выражениях она не стеснялась, в то время как тевинтерец, задумчиво почесывая затылок, смотрел себе под ноги. — Силы невъебенной, да?! А если бы кого завалило этой кучей, то что? Своей некромахией бы их оживил? — Ладно, не ори, — пришел на помощь совсем уж отчаявшемуся Дориану Блэкволл. — Сейчас растащим все. Робко расцветшее было романтическое настроение пропало, Кассандра не смогла сдержать улыбки, глядя на расстроенного Дориана, скачущую вокруг него Сэру и Блэкволла, пытавшегося как-то организовать рабочих, чтобы растащить камни. Нумерий только головой покачал да рукой махнул. — О чем ты с Хоук говорил? — отсмеявшись, спросила Кассандра, возвращаясь на ящик и чуть сдвигаясь, освобождая место. — У нее есть знакомый Страж. Логейн Мак-Тир, — ответил Нумерий, аккуратно присев рядом — получалось не очень удобно, но ее все устраивало. — Отец королевы. Он расследует исчезновение Стражей. Мы встретимся с ним в Крествуде. — Отец королевы — Серый Страж? — удивилась она, хотя что-то такое она могла припомнить, история наделала в свое время много шума на юге. — Все становится сложнее, чем мы думали. — А если вспомнить про слова Веланны о Зове… — многозначительно протянул Нумерий, подпирая щеку кулаком. — Но кто сказал, что нам будет легко? — Пожалуй, никто, — согласилась Кассандра и спросила, слыша краем уха, как Сэра опять кого-то ругает таким тоном, что неподготовленного человека в дрожь бы бросило. — Когда отправимся? — Завтра с утра. Я тут думал над твоими словами по поводу Гаспара, — чуть хмурясь, он подался вперед. — Насколько он сильнее Селины? Как политик, — уточнил он. — Насколько мне известно, он презирает «игру», — подумав, ответила она, вспоминая все, что знала о Великом Герцоге. — Он неплохой воин и отличный командующий, но политик скорее средний. — Хм, — Нумерий с силой провел по подбородку и медленно кивнул. — Это хорошо. Очень хорошо. Что-то в его тоне Кассандре не понравилось. Она не любила Орлей, ненавидела «игру», но то, как было произнесено это «хорошо» заставляло ее нервничать. Насколько сам Нумерий был силен в политических интригах она не представляла. Из его скудных оговорок во время совместных путешествий выходило, что такие милые дворцовые развлечения, как «подставь ближнего», «отрави кубок с вином», «устрой переворот» он не то чтобы не понимает, но недолюбливает. В конце концов, разве не он сам стал жертвой такой же интриги? — Что «хорошо»? — рискнула Кассандра задать вопрос, внимательно вглядываясь в его лицо так, чтобы заметить любое изменение, любой знак, говорящий о том, что тот что-то задумал. — От него мы сможем получить помощь, а не обещания, — ответил Нумерий с абсолютно спокойным выражением лица. — Планируется бал в Зимнем дворце, где соберется большинство знати Орлея, — Кассандра чуть потянулась, разминая затекшие мышцы. — Возможно, это наш шанс? — С Гаспаром надо договариваться раньше, — не согласился Нумерий. — Есть у меня одна идея, но ее надо обсудить с Жозефиной. Она лучше знает местные обычаи. — Какая идея? — заинтересовалась Кассандра, повернувшись к нему. — Ваша знать устраивает охоту? — спросил он и, получив утвердительный кивок, продолжил. — На кого? — В Орлее — на вивернов, гургутов, иногда фениксов… — начала перечислять она, едва удержавшись от того, чтобы, как в детстве, не начать отгибать пальцы. — Ты хочешь организовать охоту для Великого Герцога? Но зачем? — Хороший вариант для того, чтобы «наводить мосты», так кажется говорят? — Кассандра кивнула и Нумерий хитро улыбнулся, в его глазах заплясали искры. — Но виверн… это мелко. Мы устроим охоту на дракона, — важно произнес он. Кассандре показалось, что она ослышалась. Потом — что Нумерий повредился рассудком. Какими бы не были опасны виверны, со всем своим ядом, толстой шкурой и злобным нравом, по сравнению с драконом они были как котята перед львом. В Неварре существовали охотники на драконов, ее брат был таковым — чем и привлек внимание трижды проклятых магов, захотевших, чтобы он убил для них одного монстра и отдал им его кровь. Он отказался и… Она судорожно вздохнула, вспоминая картины прошлого и мотнула головой, прогоняя их. — Это опасно, очень опасно, — сказала она, надеясь, что в голосе не будет страха. — Я знаю, госпожа моя, — он успокаивающе погладил ее по руке. — Но если правильно подготовиться к охоте, то нам удастся впечатлить Гаспара. Это ли не главное? — Ты знаешь, как убивать драконов? — с подозрением посмотрев на него, спросила Кассандра и он коротко хмыкнул. — Я им молился, — ответил Нумерий и поднялся на ноги. — Отдохни перед дорогой, — глянув в окно, он тяжело вздохнул и, не удержавшись, приложил ладонь ко лбу. — А я займусь тем, что наворотили наши друзья. Поклонившись, он спустился по лестнице вниз, и почти сразу со двора раздался его зычный голос, требовавший, чтобы Солас и Вивьен пришли на помощь. Кассандра, потерев щеки ладонями, поднялась и пошла в отведенную ей комнатушку. Проходя мимо магов, которые, следуя командам Блэкволла перемещали камни ближе к стене, она только головой покачала и понадеялась, что Нумерий не решит превращать Скайхолд во второй Минратос. Уж больно стойкими были слухи, что стены древнего города были столь крепки вовсе не из-за того, что строить их помогали гномы… *** Крествуд. Некогда богатая деревня, но после Пятого Мора ее население и значимость уменьшились. Никто не знал, что здесь случилось наверняка, но порождения тьмы прошли мимо поселения, иначе тот повторил бы судьбу стертого с лица земли Лотеринга. Кассандра знала, что эта деревня — относительно новая. Старый Крествуд затопили десять лет назад, вроде бы как раз это и спасло местных жителей от смерти. Но причина поломки могучей плотины, сооруженной сотни лет назад и работавшей до этого безупречно, оставалась тайной. Но не это волновало ее. Нитка Хардинг — незаменимая разведчица — доложила, что сейчас Крествуд находится под непрерывными атаками оживших мертвецов. Причиной этого был разрыв в завесе — демоны, не найдя иных вместилищ, вселялись в трупы и шли убивать живых. Самое сложное во всей этой и без того неприятной ситуации было то, что до разрыва невозможно было добраться — он находился под водой. Кассандра предложила сосредоточиться на поисках Серых Стражей, которых Хардинг видела на полпути к деревне, но Нумерий, как обычно следуя своим принципам, решил помочь местным жителям. Впрочем, Стражей они все равно встретили — на окраине Крествуда они бились с мертвецами, защищая деревенских. Но, когда атака, не без помощи их отряда, была отбита, сообщили, что попали сюда едва ли не случайно. Они искали дезертира и предателя — Кассандре не требовалось много времени, чтобы сложить два и два и понять, что речь идет о Логейне. Но, вроде как, никого им обнаружить не удалось и Стражи, не без внутренней борьбы — все же постулаты Ордена говорили о том, что они должны защищать простых людей — удалились. — Да что ж такое творится? — задал риторический вопрос Блэкволл, которого, что естественно, судьба Стражей касалась напрямую. — А ты не знаешь? — спросил, в свою очередь, Нумерий, провожая удаляющиеся фигуры воинов тяжелым взглядом. — До меня никаких приказов не доходило, если ты об этом, — пожал тот плечами. — Значит, надо поговорить с главой деревни, — решил Нумерий и, толкнув валявшийся перед ним иссохший труп, в котором с трудом угадывался человек, перешагнул его и пошел к воротам, окружавшим поселение. Их приход был встречен хоть и с радостью, но без энтузиазма. Кассандра, медленно идя следом за остальными, замечала уставшие лица людей, их потухшие взгляды. Тяжело им всем пришлось. Староста обитал в отдельном доме на небольшом холме. Инквизицию он встретил с радостью, а узнав причины их прихода, сообщил, что Серых Стражей он вовсе никогда не видал, лишь слышал краем уха про их существование и что они, де, десять лет назад Архидемона побороли. А про затопление Крествуда рассказал, что, вероятно, постарались порождения тьмы — сломали механизм и обрушили реку на ничего не подозревающую деревню. Оснований ему не верить, что по первому, что по второму вопросу, не было, но Кассандре казалось, что староста что-то недоговаривает. И не ей одной. — Что-то не доверяю я ему, — бурчала Сэра, пока они шли к плотине. — Темнит он. — Застарелая боль. Стыд. Печаль, — чуть монотонным и от этого пугающим голосом произнес Коул, которого их отряд, уже называемый среди скайхолдского люда «гвардией Вестника», принял, пусть и с опаской. — Возможно, стоило его допросить с пристрастием? — бросив многозначительный взгляд на Кассандру, спросил Варрик — разругались они крепко и гном не упускал возможности показать своего отношения к ней. — Надо разобраться с разрывом, — покачал головой Нумерий, толкая дверь перед собой и заходя внутрь небольшого домика, где и располагался механизм водосброса. — А потом — встретиться со Стражем и Хоук. Спугнув решившую устроить вдали от чужих глаз романтический вечер парочку, они добрались-таки до искомого механизма. Тот, к удивлению, работал, хотя староста утверждал обратное. Нумерий и Блэкволл, навалившись на рукоять, провернули колесо, и плотина задрожала: открылись люки водосбора, сливая скопившуюся воду. Теперь можно было спускаться вниз, к Старому Крествуду. Вода не пощадила деревню. От домов остались только фундаменты со сгнившими обломками стен. У одного такого они повстречали духа Господства, возмущенного тем, что ее никто не слушает, а окружающий ее мир — не меняется. Кассандра отнеслась к пришельцу из Тени с подозрением, как и Сэра с Вивьен, но Нумерий и Солас минут десять общались с ним на какие-то им одним понятные темы и, судя по их виду, остались довольны разговором. Заодно пообещав исполнить «приказание». Когда Кассандра поинтересовалась, с чего это такое послушание, Нумерий, переглянувшись с Соласом, объяснил: — Духам тяжело в реальном мире. Лучше ему помочь, прежде чем он станет демоном. — Но он… она… оно? вело себя так странно. — Это же Господство, — как само собой разумеющееся сказал он. — Этот дух привык повелевать. И пускай, меня это никак не смущает. — Любишь подчиняться? — с ехидцей в голосе поинтересовалась Сэра, вроде бы даже чуть привыкшая к «магической хери» и уже не впадающая в панику при виде демонов. — Если кто-то того заслуживает, — его взгляд вильнул в сторону Кассандры, и та поспешила отвести взгляд — не хватало ей только насмешек от несносной девчонки. Уничтожать мертвецов было тяжело. Не всегда можно было понять — когда труп — это труп, а когда не совсем. Кассандре это казалось странно-смешным — может, напряжение сказывалось, может еще что-то, но в какой-то момент она не смогла сдержать смеха, из-за чего на нее воззрились решительно все, благо бой закончился. Она с трудом смогла объяснить причину своего веселья, привалившись плечом к склизкой, покрытой известняком стене пещеры. Нервы, проклятые нервы — они всему виной. Сражение с демонами было довольно простым. Каких-то совсем жутких тварей он в реальный мир не завлек, да и четыре мага, особенно таких, что знали свое дело, были поистине необоримой силой. К тому же все успели как-то притереться, что ли, и уже не возникало неразберихи в бою, как случалось иногда до этого. Сэра и Варрик составили отличный дуэт, понимая друг друга с полуслова. Сама она отлично сработалась с Блэкволлом — все же Серые Стражи не зря считались одними из лучших бойцов в мире. За магами же было приятно наблюдать просто с точки зрения эстетики. Огонь и лед, сплетаясь воедино, пели гимн сражения, изничтожая нечисть с такой быстротой, что остальные могли стоять в стороне и лишь смотреть. Вивьен вовсе не зря носила свой титул Первой Чародейки — ее заклинания были тонки и искусны, насколько сама Кассандра разбиралась в магии. Дориан предпочитал грубую силу — земля под его ногами пылала потусторонним огнем, сжигая демонов столь быстро, что те и сообразить ничего не успевали. Солас был не менее искусен, чем Вивьен, но магия эльфов всегда остается магией эльфов — было в ней что-то чужеродное и непонятное. А Нумерий… Что ж, она и не скрывала, что восхищается его действиями в бою. С получением в дар от королевы Аноры того странного меча, он будто бы преобразился. Хотя ее взгляд и замечал, что к клинку он еще не приноровился — в некоторые моменты движения были чуть менее резкими, более размашистыми. Но свое Нумерий брал силой. Серая, полупрозрачная тень мелькала то тут, то там, иногда казалось, что тот был и вовсе везде одновременно. А, быть может, так оно и было? О боевых магах Кассандра почти ничего не знала, полагая, что это искусство давно утрачено. Закрыв разрыв, бывший причиной всех бед деревни, они покинули подземелье — уже светало. Свежий воздух, после влажного и затхлого подземного, сбивал с ног. Кассандра с наслаждением подставила лицо первым, робким лучам утреннего солнца. Пейзаж вокруг был почти мирным — если ночной Крествуд был мрачен и навевал уныние, то сейчас она видела зелень травы, яркие краски цветов кустарника, блеск росы на листьях. Но времени насладиться красотой живой природы не было. Хоук ждала их у бывшей пещеры контрабандистов. Судя по кровавым подтекам на стенах и почерневшей земле, те освободили помещение не без скандала, но куда большее ее внимание привлекла сама Защитница Киркволла. Кассандра представляла ее совсем другой. Из рассказов Варрика получалось, что в Хоук должно было быть семь футов роста, косая сажень в плечах, могучая грудь, а воздух должен был просто искриться от окружающей ее фигуру невероятной силы магии. Но перед ней предстала обычная, уставшая женщина — короткие черные взлохмаченные волосы, бледное, чуть осунувшееся лицо. На шее виднелся толстый, как веревка, шрам, словно кто-то пытался перерезать ей горло. И ростом она была чуть ниже самой Кассандры, не говоря уж о других атрибутах. Только взгляд был ясным. Ясным и страшным, с легким оттенком безумия. Алые искры вспыхивали в глубине ярко-голубых глаз. И если бы не реакция Варрика, радостно заулыбавшегося, едва завидев чародейку, Кассандра бы решила, что их обманули. — Леди Хоук, — чуть запнувшись, поздоровалась она с легендой. — Рада вас видеть. — Леди Пентагаст, — хриплым, скрежещущим голосом ответила та, лениво кивая на приветствие. — Лорд-инквизитор, вы все же добрались, — обратилась она к Нумерию. — Немного… потерялись, — чуть пожал он плечами. — Здесь? — Да, прошу за мной. Не хотелось бы пугать никого лишний раз, — Хоук толкнула дверь и та с противным, бьющим по ушам скрипом, отворилась. — Логейн, это я. Привела лорда-инквизитора. Они вошли внутрь и сразу стало как-то тесно. В центре стоял низкий столик, доверху заваленный свитками, рядом с ним расположился одинокий стул. На стене, отчаянно коптя, горел факел. Раздался скрип и из угла вышел Страж. Логейн Мак-Тир, герой реки Дейн. Он был уже немолод — лицо избороздили глубокие морщины, в глазах царили усталость и тоска. Длинные черные волосы были скреплены широкой повязкой на лбу, щеки синели щетиной. Кирасу, в центре которой был помещен герб Серых Стражей, испещерили мелкие царапины и более глубокие следы от мечей и топоров, на кольчужных рукавах виднелись свежие следы крови. — Я вас слышал, — кивнул Логейн — вопреки его внешнему виду, голос у него был сильный и властный. — Вы — лорд-инквизитор? — он протянул руку Нумерию, которую тот без промедления крепко пожал. — Леди Хоук ввела вас в курс дел? — Мы знаем, что Стражи на юге исчезли. В Денериме Страж-Констебль сказала, что вы слышите Зов, — ответил Нумерий и Кассандра заметила, как напрягся Логейн, а Блэкволл тихо выругался себе под нос. — Все верно, — помолчав, мрачно кивнул он. — Стражи начали слышать Зов около полугода назад. Но это все мистификация. Зов искусственный, ненастоящий. — Это связано с Корифеем? — Нумерий, скрестив руки на груди, внимательно смотрел на Логейна. — Боюсь, что так. Когда леди Хоук сообщила в Вейсхаупт о произошедшем, мое начальство предпочло об этом забыть, — Кассандра понимающе кивнула — она и сама не раз сталкивалась с подобным поведением. — У меня были подозрения, что у Корифея могут быть способности, схожие с силами Архидемона. И если он пережил встречу с леди Хоук, — при этих словах та не смогла сдержать смешок. — То у всего мира огромные проблемы. Уничтожь Стражей — и следующий Мор будет некому остановить. — То есть, вы просто отправитесь умирать на Глубинные Тропы? — подала голос Хоук, которая, казалось, была не удивлена его словам и, поймав подозрительный взгляд Логейна, объяснила. — Кое-что мне рассказал Карвер. Мой брат. Кстати… — Ничего не слышал про него, извини. — Он уже большой мальчик, — с прорезавшейся тоской в голосе покачала головой Хоук. — Итак. Корифей или подделал Зов, или чем-то схож с Архидемоном. И что делают Стражи? — Страж-Командор Орлея, Кларель, предложила провести ритуал, основанный на магии крови, — с отвращением ответил Логейн. Кассандра только головой покачала. Она самую малость привыкла к тому, что творил на поле боя Нумерий, но иногда, в самый темный час, перед ее глазами вставала картина, как тот без всякой жалости потрошит разум магов во Внутренних землях, как истекает кровью его жертва, оставаясь в сознании, как трещит воздух вокруг, как в душу проникает липкий страх. А ведь эта Кларель наверняка замыслила что-то масштабное, а, значит, ужасное. Она заметила взгляд Нумерия — в нем было видно сочувствие и понимание. — Магия крови редко доводит до добра, — со смешком произнесла Хоук, скрещивая руки на груди. — Мне ли не знать. — Я протестовал, и на меня начали охоту. Обратиться мне было не к кому, — продолжил Логейн, подходя к столу и сгребая в сумку бумаги, без разбора. — А Страж-Командор Ферелдена? Почему он вам не помог? — спросила Кассандра, вспомнив, что тот вроде бы отправился искать лекарство от Зова. — У моего зятя свои заботы и я ему не подчиняюсь, — бросил через плечо Логейн, завязывая тесьму. — Я только могу надеяться, что он не поддался. Итак, мои собратья собираются в заброшенной башне Стражей в Западном пределе, — он протянул Нумерию карту. — Возможно, там мы получим ответы на вопросы. До встречи, — склонив голову на прощание, он быстрым шагом покинул пещеру. — Я встречу вас там же, — проводив его взглядом, сказала Хоук. — Было приятно встретиться с вами, лорд-инквизитор. Варрик, увидимся, — подмигнув на прощание своему старому другу, она ушла, покачивая бедрами и насвистывая какую-то мелодию. — Огонь-баба, да? — толкнула засмотревшегося Блэкволла в бок локтем Сэра, ухмыляясь. — Пошли к старосте, — бережно убрав карту в подсумок, произнес Нумерий, который в сторону Хоук даже и не посмотрел. Почему-то этот момент Кассандру обрадовал. Мысленно она одернула себя — не о том надо думать, совсем не о том. У них важное дело, складывающееся из еще десятка не менее важных дел. Которые, в свою очередь… Она могла бы долго так расплетать ткань событий, уйдя в себя, но ее окликнули — нужно было уходить. В деревне старосты не оказалось. По словам местных жителей, тот исчез почти сразу после того, как была спущена вода. Но в его доме осталась записка. Кассандра взяла чуть измятый лист бумаги, на котором дерганым почерком, с обильными чернильными кляксами, было написано признание. Староста был виновником трагедии, произошедшей в Крествуде десять лет назад. И, пускай, в чем-то его понять было можно, но убийство мирных жителей простить было нельзя. Повернувшись к Нумерию, изучающему внутреннее убранство дома, она протянула ему лист. Он пробежался глазами по строкам и покачал головой, передав послание дальше, Варрику. — Мы будем его искать? — спросила Кассандра, заглядывая в потемневшие от гнева глаза Нумерия. — Нужно бы… да есть ли смысл, — протянул он, заводя руки за спину и меряя шагами комнату. — В какой-то степени, он уже сам себя наказал. Не знаю. — Как решишь — так и будет. Попрощавшись с местными — те, узнав про то, что натворил староста (а делать из этого секрет было бы странно) очень удивились и расстроились — они вернулись в лагерь, где были их кони. Хардинг, часть ночи и все утро исследовавшая местность вокруг вместе со своими подчиненными, доложила, что в форте, что в паре миль от деревни, засели бандиты. Кассандра обратила внимание, как помрачнел при этих известиях Нумерий. Она уже привыкла к тому, что тот старается, по мере сил, защищать простых людей. Потому на его лице и отражалась внутренняя борьба, причина которой была понятна: если раньше бандиты сидели тихо, опасаясь привлечь внимание мертвецов, то сейчас они могли развернуться во всю ширь. Но в то же время он не мог не понимать, что дело со Стражами важнее. — Отправь ворона в Скайхолд, — приказал Хардинг Нумерий, забираясь на своего коня. — Пускай пришлют центурию… Роту. Форт занять, разбойников повесить. Так же передай приказ о разведке в Западном пределе. — Слушаюсь, милорд, — приободрившись, ответила та. — Мне остаться тут? — Да, — кивнул он. — У нас еды до Западного предела не хватит, — подал голос Блэкволл, поглаживая по шее свою серую кобылу удивительно спокойного нрава. — До Теринфаля должно хватить, — ответил Нумерий и тронул коня с места.