Вестник Создателя

Западный предел — безлюдное место на западе Орлея, бесплодная пустыня, ставшая некогда ареной сражения между армиями людей и ордой порождений тьмы. Но Нумерию, несмотря на мрачную историю этого региона, здесь нравилось. В ярко-голубом небе светило, пригревая, солнце, что было приятным разнообразием после сырого Теринфаля, где им пришлось задержаться на целых два дня. Глава гарнизона, тот самый храмовник Делрин Баррис, озаботил Нумерия требующими «незамедлительного внимания» делами. К таковым относились проверка и визирование кучи бумаг, которые, впоследствии, должны были быть направлены в Денерим. Статус Инквизиции как марки Ферелдена был, с одной стороны, очень удобен в плане требования помощи от королевы, а с другой — количество отчетов, донесений и писем превышало все разумные пределы. Поэтому, пока остальные отдыхали в уютных комнатах, ранее принадлежавших старшим рыцарям ордена, Нумерий и Делрин чахли под гнетом бюрократии. Но Нумерий был доволен — сейчас в Теринфале было более трех сотен рыцарей и вдвое больше рекрутов, представлявших собой внушительную силу. Конечно, не легион империи и даже не мало по малу набираемая армия Инквизиции, уже перешагнувшая — если верить Каллену — рубеж в пять тысяч душ, но одно дело кое-как обученные пехотинцы и совсем другое — тяжело вооруженные рыцари. Кроме того, Делрин уже спал и видел, как превращает храмовников в личную гвардию лорда-инквизитора — Нумерий относился к такой идее скептически, но вставлять палки в колеса не спешил. К сожалению, превратить храмовников в нормальную рыцарскую конницу было невозможно. Их просто никогда не учили верховому бою, обращению с копьем, да что там — многие из них лошадей видели только издали или в кровяной колбасе. А конница была жизненно необходима. Пока обходились легко вооруженными всадниками, из тех, кто пришел в Инквизицию вместе с землями банна Олафа — его бывшие дружинники. Но этого было мало. В мечтах, куда Нумерий уходил из-за усталости и недосыпа, он видел тысячи конников на поле боя от горизонта до горизонта, идущих в бой с криками «на смерть!». Картина была столь же красива, сколь и нереалистична. Поэтому Западный предел показался ему прекрасным местом. Ни отчётов, ни Делрина, засыпающего его новыми идеями и просьбами, ни мелкого дождя, от которого, казалось, даже исподнее промокло. На фоне этого даже доклад эльфийки Шартер, одной из помощниц Лелианы, которую та выдернула с какой-то тайной операции в Ферелдене и отправила на разведку пустыни, был воспринят им вполне благостно и добродушно. Особенно его внимание привлекло известие о драконе, которого, якобы, видел один из ее подчиненных. Правда, породу определить не удалось — несчастный надышался ядовитыми испарениями и его письменный доклад представлял собой выдающийся образец эпистолярного жанра, в котором попадались такие высокохудожественные, но абсолютно не информативные, описания, как «чернокрылый ужас», «всепоглощающая мощь», «дыхание, что горячее солнца». Все это Шартер зачитала с каменным выражением лица, в то время как Варрик слезно умолял ее познакомить с автором этого произведения на предмет обмена опытом. — В полумиле от лагеря, — отвязавшись от надоедливого гнома, доложила она. — Расположился некий ученый-драконолог. Орлесианец. — Я знаю только одного орлесианского ученого, занимающегося драконами, — поразмыслив, сказала Кассандра. — Фредерик де Серо, но это не может быть он. — Почему? — заинтересовался Нумерий, который вообще не знал про такую профессию — в его время драконами занимались маги, безжалостно истребляя крылатых созданий ради алхимических ингредиентов. Иронично, что боги были представлены в образе драконов, что вызвало еще лет за двести до его рождения теологический диспут — допустимо ли охотиться на драконов, коль они подобны богам? Три Собора понадобилось для решения этого вопроса, который едва не привел к очередной войне, и в итоге на последнем, Кариннском, было решено, что драконы не обладают божественностью. Ходили слухи, что решение продавила гильдия охотников на драконов, поскольку в ином случае они просто остались бы без работы. К тому же проголосовавшие за это положение первожрецы Тота, Лусакана, Разикаль и Уртемиэля как-то очень быстро, буквально через пару лет, отстроили себе впечатляющие усадьбы близ Минратоса, поражавшие своим великолепием любого, кто их видел. Нумерий видел и оценил. Так или иначе, но на драконов продолжили охотиться с тем же пылом. — Фредерик, — объяснила Кассандра, пока они шли к стоянке ученого. — Автор многих книг по драконам, выдающийся специалист и кавалер нескольких неваррских орденов. Что ему тут делать, в этой глуши? — Например, исследовать драконов, — предложил Варрик, кивая на сидящего за столом под натянутым пологом мужчину в простой маске и что-то с вдохновением записывающего в длинном свитке пергамента. Их приближения он не заметил, продолжая свою работу и лишь иногда сверяясь с какими-то книгами — несколько десятков пухлых томов разной степени потертости, окружили его подобно крепостной стене. Кассандра, стоило им подойти почти вплотную, ахнула. — Профессор де Серо? — позвала она, не сумев сдержать своего удивления. — Да-да? — мигом обернувшись, мужчина поспешно встал с табурета и чуть отступил, заметив вооруженных людей. — С кем имею честь? — Мое имя — Кассандра Пентагаст, а это, — она указала на Нумерия, который едва заметно улыбался. — Лорд-инквизитор Нумерий Ювенал. — Ах, леди Пентагаст! — обрадованно ответил он, всплеснув руками. — Как же я вас не признал! Вы же сестра мессира Энтони, верно? Я не смог высказать раньше и лично, но примите мои искренние соболезнования — он был замечательным человеком и великолепным охотником, — присутствия Нумерия он, казалось, вовсе не замечал. — Благодарю за добрые слова, — улыбнулась Кассандра, пожимая протянутую руку. — Что привело вас в эти дикие края? — Ох, вы не поверите, что я обнаружил! — возбужденно начал Фредерик, поворачиваясь к столу и беря свиток. — В этих краях обитает, если верить очевидцам, Глубинная высшая драконица. Представляете? — Они же вымерли, — чуть неуверенно ответила Кассандра, хмурясь. — Оказалось, нет! — Фредерик начал зашагал туда-сюда, размахивая руками — свиток при этом напоминал флаг. — Сначала я подумал, что это Морозница, они стали часто появляться — истинный бич для бедных селян. Но по словам очевидцев и, саму малость, моим наблюдениям, это действительно Глубинная драконица. — Qui quaerit, reperit, — тихо рассмеялся Нумерий, качая головой, но этих его слов никто не услышал. — Она опасна? — спросила о главном Кассандра, скосив взгляд на Нумерия — видимо, помня про их разговор об охоте. — Это, конечно, не Хивернал, но тварь сильная и живучая, — подумав, кивнул Фредерик. — Наверно, у нее где-то неподалеку гнездо, но ее спугнули какие-то странные люди, в балахонах, — он как мог изобразил те самые балахоны. — Венатори, — протянул Дориан, морщась. — Да, да, венатори! — быстро закивал профессор. — Я подумал, что они охотятся на дракона, думал, попросить у них помощь. Но они проигнорировали меня, — расстроенным голосом добавил он. — Вы, значит, не будете против, если мы начнем охоту на дракона? — спросил Нумерий, чувствуя, что удача сама идет ему в руки. — Разумеется! Я бы вам даже с удовольствием помог, у меня есть замечательный трактат о драконах, но, к сожалению, на аркануме, — Фредерик быстро повернулся к столу и вытащил из самого низа построенной из книг башни толстый том — остальная стопка книг рухнула. — Вот, поглядите! Сто двадцатый год от основания Тевинтера, раритет! Но магия сохранила ее в целости и сохранности. — Да, раритет, — согласился Нумерий, беря книгу и перелистывая ее. — Ладриний Пентус… Вот, значит, куда деньги уходили… — буркнул он себе под нос, отыскав имя автора. — Ты что-то знаешь? — тихонько спросила его Кассандра, заметив, как он нахмурился. — Знаю, — не стал отнекиваться он, закрывая книгу и возвращая ее Фредерику, который бережно прижал ее к своей груди, как мать ребенка. — Поднимался вопрос о лишних тратах. Я считал, что он деньги просто ворует, а оказалось — про драконов пишет. И не извинишься теперь, — добавил он тихо. — Жаль, что перевода книги нет, — вздохнул профессор, но вдруг встрепенулся и с живым интересом посмотрел на Кассандру. — Быть может, у вас найдутся необходимые ресурсы? Если вы сможете найти кого-нибудь, кто переведет эту работу, то это поможет нам узнать больше о повадках Глубинной драконицы. Уж если вы действительно решили на нее охотиться. — Думаю, мы найдем нужного специалиста, профессор, — подмигнув улыбнувшемуся при этих ее словах Нумерию, ответила Кассандра. — Позволите нам взять книгу? — Конечно, только, прошу вас, обращайтесь с ней аккуратнее, — попросил он, протягивая им том с таким видом, с каким отдают последние деньги должники. — Это все замечательно, конечно, — подал голос Блэкволл, вытирая пот со лба. — Но нам надо встретиться с Логейном и Хоук, если вы не забыли. — Идем, — согласился Нумерий, за руку прощаясь с профессором. — Башня, — когда они отошли от стоянки Фредерика, он достал карту, которую ему дал Логейн. — В миле отсюда. Только зачем ее здесь построили? — После Второго Мора, — начал рассказ Блэкволл, следуя впереди всех рядом с ним. — Стражи возвели здесь крепость — Адамант. Она должна была защищать от порождений тьмы, лезущих из Бездонного разлома. Но лет сто назад ее окончательно забросили — про опасность Мора все успели забыть, а снабжать удаленный гарнизон посреди пустыни было очень накладно. — Значит, крепость старая? — Ну, сколько ей… — задумался Блэкволл. — Лет семьсот уже. А что, думаешь, штурмовать придется? — Всякое может случиться, — неопределенно пожал плечами Нумерий. С Логейном и Хоук они встретились уже почти дойдя до той самой башни. Впрочем, от древнего строения почти ничего не осталось, кроме выступающей на пару футов из песка каменной кладки, да полуразрушенных колонн, имевших то ли декоративное, то ли ритуальное значение. Еще не видя, что происходит, Нумерий почувствовал волнение в Тени — определенно ничего хорошего их не ждало. Что и подтвердила Хоук. — Мы опоздали, — со злостью произнесла она вместо приветствия. — Они уже начали. — Что начали? — не понял Варрик, с беспокойством глядя на подругу. — Не знаю точно, — сейчас, при свете дня, ее бледность бросалась в глаза еще больше. — Мы не рискнули приближаться, пока вы не подошли. — Пойдем, поздороваемся, — сердито бросил Блэкволл, снимая щит со спины. На площадке перед остовом башни стояло несколько мужчин и женщин в цветах Серых Стражей Орлея. Большинство из них, если судить по посохам, были магами. По мере приближения к ним Нумерий чувствовал, будто бы висок все глубже и глубже входит раскаленный прут — Завеса в этом месте была столь тонка, что можно было расслышать зовущий шепот с той стороны. Но хуже было другое — по левую руку от каждого Стража замер демон. Гнева, Ужаса, Голода. Он услышал скрип зубов и обернулся — взгляд Кассандры был полон с трудом сдерживаемой ярости. А то, что произошло дальше, и его, привычного к мрачным ритуалам, заставило поморщиться. — Н-нет, подождите… — один из Стражей, что характерно, не маг, поднял руки, пытаясь защититься от идущего к нему собрата по Ордену, держащему в руке короткий клинок. — Приказы Стража-Командора Кларель были четкими, — позади него, на небольшом возвышении, некогда бывшим ступенью, подводящим ко входу в башню, стоял черноволосый мужчина в богато украшенном дублете со стальными вставками и стальными же рукавицами. — Вспомни свою клятву: победа в войне, бдительность в мире, жертвенность в смерти, — при последних словах маг, подошедший к жертве сзади, одним движением вспорол ей горло. Земля под ногами вспыхнула алой руной и перед магом появился демон Гнева — он дергался, будто бы в него попала молния, но атаковать не пытался. — Привязывай, как я учил, — с менторскими нотками в голосе приказал черноволосый, поглаживая бородку клинышком — в глазах его горело плохо скрываемое торжество. Страж-маг послушно поднял руку — тонкая красная нить соединила его и демона, после чего тот перестал трястись и замер. Страж отступил в сторону, заняв свое место рядом с собратьями — демон, как собачка, следовал за ним. Нумерий, оглядевшись по сторонам и увидев несколько десятков тел с точно так же перерезанным глотками, поморщился, пытаясь отогнать головную боль. — Лорд-инквизитор! — заметив их приближение, черноволосый издевательски поклонился на орлесианский манер. — Какое неожиданное удовольствие! Лорд Ливиус Эримонд из Вирантиума к вашим услугам. — Ты не Страж! — воскликнул Логейн, выхватывая из ножен меч. — А ты — Страж, — недовольно, но ничуть не обеспокоенно, вздохнул Ливиус. — Которого упустила Кларель. Как всегда, вы, южане, ничего не можете сделать правильно. Значит, ты решил обратиться к Инквизитору и остановить меня? — Братья! — Логейн, сжимая клинок, посмотрел на стоявших с отсутствующим видом магов. — Этот человек лжет вам! Он служит магистру, что хочет вновь начать Мор! — Какое серьезное обвинение, — издевательски улыбнулся Ливиус. — Что же скажут твои браться? — он повернулся к замершим истуканами людьми и приказал. — Стражи — левую руку вверх! — те послушно подняли руку. — Левую руку вниз! — те повторили. — Их подчинил Корифей, — поняла Хоук, поглаживая ребристую рукоять посоха, в любой момент готовясь атаковать. — Они сами виноваты, — пожал плечами Ливиус, прохаживаясь взад-вперед по площадке. — Их настолько напугал Зов, который сунул им в их глупые головы мой повелитель, что они были готовы принять любую помощь. — Даже от Тевинтера… — сокрушенно произнес Логейн. — А то, что Инквизицию возглавляет тевинтерец тебя не смущает? — с глумливой улыбкой указал на Нумерия Ливиус. — Что ты получишь от того, что помогаешь Корифею? — спросил Нумерий, заведя руку за спину — чтобы взять живым, а не убить говорливого мага, ему нужно было немного времени. — Когда мой господин войдет в Золотой город, мы, венатори, станем богами на земле! — с исступлением фанатика воскликнул Ливиус. — Он никогда не был Золотым, — с притворной печалью произнес Нумерий и вскинул руку — сиреневая молния слетела с пальцев и рванулась к противнику, но, к его удивлению и разочарованию, вокруг того вспыхнула серебристая пленка барьера. — Убить их! — крикнул Ливиус и, не прицельно бросив веером несколько ледяных глыб, скрылся с глаз. Стражи не думали и секунды. Десять магов и десять демонов — такие себе противники. Нумерий рванул меч из ножен — несколько молний, летевших в него, ушли в Тень, которая отозвалась недовольным звоном колокольчика на грани сознания. Солас и Вивьен, не сговариваясь, сотворили барьеры, приняв первый удар. Хоук с какой-то странной улыбкой провела пальцами по левому предплечью, открывая вроде бы застарелый шрам, и сделала выпад посохом — кроваво-красный сгусток влетел в одного из Стражей, отбросив его на десяток футов с такой силой, что тот влетел в колонну, которая от удара пошла трещинами. Нумерий прыжком ушел от еще одного заклинания — попав в землю позади него, оно выбило несколько крупных кусков из монолитной гранитной плиты. Второго заклинания враг сотворить не успел — светящийся от магии меч рассек его от плеча до пояса, пройдя, будто бы не заметив, подставленный посох. В следующий миг труп уже летел в другого мага, сбивая ему концентрацию и давая возможность Кассандре, прикрывшейся щитом, сделать один точный и смертельный выпад. Подчиняя Стражей своей воле, Корифей, наверняка, рассчитывал на иной исход. Но потеряв свободу, они потеряли и способность думать. Через несколько минут бой закончился — демоны были изгнаны обратно в Тень, а вражеские маги большей частью погибли. Кроме одного — лишившийся руки седой старик еще дышал. Вознамерившегося добить его Варрика остановил жестом Нумерий, после чего повернулся к Хоук, устало опиравшейся на посох. — Подойдите, — попросил он, кивая на еще пребывающего в сознании мага. — Что такое? — не поняла она, приблизившись. — Этого впервые вижу. — «Circi Talsianis» знаешь? — спросил Нумерий, вглядываясь в расширившиеся от удивления глаза чародейки. — «Круг Талсиана». Ты маг крови, этому учат сразу. — Знаю, — мрачно кивнула Хоук, стараясь глядеть на него и не замечать удивленно-сердитых взглядов остальных. — Твори, — приказал он, делая ей знак отойти на пару шагов. — Зачем? — не поняла та, но все же убрала посох за спину и вновь открыла рану на предплечье, собирая кровь в ладонь. — Надо его допросить, — Нумерий вытянул левую руку в сторону и лужи свежей, еще не успевшей впитаться в песок, крови закипели, и провел второй рукой над телом еще дышавшего Стража. Тот дернулся, глаза распахнулись — в них не было ни единой мысли. Нумерий напрягся, черпая больше силы из крови — в нос ударил запах железа, виски сдавило. Черная пелена скрывала от него разум Стража — с таким он встречался впервые. Хоук, тем временем, сотворила охранный барьер, переливающийся всеми оттенками красного. Кассандра было дернулась к ним, но чародейка властным движением руки остановила ее и покачала головой. — Где собираются Стражи? — спросил мертвым голосом Нумерий, чувствуя, как медленно прогибается под его мощью скрывавший мысли раненого барьер. — Кр-р-реп-пость Ад-дамант-т, — прохрипел тот, дернувшись с такой силой, что едва не свалил Нумерия с ног. — К-клар-рель с-соб-бир-р-рает н-нас, — тело выгнуло дугой, кровь, текущая из обрубка руки, свернулась и почернела. — Зачем? — Нумерий продолжал давить, сейчас для него не было ничего и никого кроме этого седого старика. — Кл-ларель х-хочет р-ритуал. Д-демоны. Приз-звать их. Уничт-тожить Древних Богов… — дернувшись еще раз, Страж замер и уставился остекленевшим взглядом в небо. — Умер, — вздохнул Нумерий, опуская руки, а Хоук движением посоха рассеяла созданный ею барьер. — Уничтожить Древних Богов… — он скривился и сплюнул, выражая этим все свое отношение к происходящему. Оглянувшись, он увидел, как странно на него смотрят его товарищи. Не все — Кассандра, Варрик и Солас были невозмутимы, все же они уже знали, на что он способен. Сэра пребывала в легкой панике, но за оружие не хваталась — то ли уже привыкла к магии, то ли просто не поняла, что сейчас происходило. Дориан явно был под впечатлением, хотя на его лице и отразилась легкая брезгливость человека, который сам никогда не будет убирать дерьмо, но с удовольствием посмотрит на то, как этим займутся остальные. Блэкволл почесал затылок и, переведя взгляд с Нумерия на Хоук и обратно, выругался себе под нос и рукой махнул. А вот Вивьен… Чародейка не спешила убирать посох, глядя на Нумерия с тщательно скрываемым страхом, все же проглядывающим из-за маски невозмутимости. — Вы маг крови? — напряженным голосом спросила она, после чего посмотрела на Кассандру, спокойно очищающую клинок от крови. — И вы знали об этом! — У вас есть иные способы разговорить почти что труп? — поинтересовался в своей привычной вежливой манере Солас. — Во главе Инквизиции стоит тевинтерец и малефикар… — Вивьен вздохнула и оперлась на посох. — Следовало догадаться. — Вы чего-то боитесь, Вивьен? — чувствуя, как саднит пересохшее горло, спросил Нумерий и благодарно кивнул, когда Блэкволл протянул ему бурдюк с водой. — Может быть на севере про это не говорят, но магия крови это… — Леди Кассандра мне все объяснила еще в самом начале, — терпеливо ответил Нумерий, делая несколько небольших глотков — вода казалась поразительно вкусной и сладкой. — Я редко использую ее. И только во благо людей. — Магия крови не может служить во благо людей! — вспыхнула Вивьен, с вызовом глядя на него. — Филактерии, — одного слова хватило, чтобы весь воинственный пыл чародейки исчез. — Ваша Церковь использует магию крови, чтобы контролировать ваших магов, — мысленно он поблагодарил Варрика, что рассказал ему про этот факт, тщательно скрываемый как магами, так и церковниками, про который самому гному рассказала Хоук, стоящая сейчас с видом кошки, дорвавшейся до сметаны. — Давайте оставим споры на потом? — предложила Кассандра, убирая меч в ножны, а щит забрасывая себе за спину. — У нас есть дела поважнее. — Действительно, — согласился с ней Логейн. — Я отправляюсь в Адамант, попробую разведать, что там и как. Потом, если получится, вернусь в Скайхолд. Мы должны остановить все это, — со скорбью в голосе произнес он. — Я с тобой, — Хоук, не принимавшая участия в беседе, подошла к нему и похлопала по плечу. — Две пары глаз лучше. А вы, лорд-инквизитор, — Нумерию показалось, что в ее голосе звучало что-то похожее на уважение. — Готовьтесь к штурму. Стражи уперты, как бронто. Малой кровью мы не обойдемся. Путь к лагерю прошел в гнетущей тишине. Нумерий почти физически чувствовал неприязненные взгляды Вивьен, которые та то и дело бросала в его сторону. С одной стороны — он ее понимал. В том смысле, что если тебе с самого детства вдалбливают о том, что магия крови — это зло, то изменить мнение очень тяжело. Кассандра в этом отношении была уникумом — впрочем, она и знала больше. Вот только рассказывать Вивьен о том, кто он такой, Нумерий не стремился. Он подозревал, что тем, кому надо, уже все про него выяснили, но пока просто не знают, как этим воспользоваться ради своей пользы. — Вы что-то хотите сказать, Вивьен? — спросил Нумерий, когда они, уже на лошадях, начали свой путь обратно в Скайхолд. Они ехали рядом, чуть поотстав от остальных — Нумерий чувствовал, что это разговор нужно закончить раньше, чем они вернутся в крепость. Вивьен смерила его странным взглядом — она уже не пылала тем гневом, который он чувствовал кожей, но и спокойной ее назвать было сложно. — Мне сложно представить, как Правая и Левая руки Верховной жрицы согласились вручить вам бразды правления Инквизицией, — произнесла Вивьен таким тоном, которым обычно стегают нарушивших какие-то правила учеников. — Думаю, все из-за Якоря, — подумав, ответил Нумерий. — В другом случае единственным кандидатом я вижу Кассандру. — Хм, вынуждена с вами согласиться, — кивнула Вивьен, глядя перед собой. — Но меня удивляет столь спокойное отношение леди Пентагаст к вашим… — она поморщилась, как кухарка при виде дохлой мыши. — умениям. — Мы договорились, — у него в голове появилась, было, малодушная мысль отдать дальнейшие объяснения на откуп самой Кассандры, но одновременно возникшее чувство стыда заставило отбросить эту идею. — Тем более, что я не призываю демонов и не пытаюсь влезть в Черный город, — он улыбнулся, показывая, что это шутка, но эффекта это не возымело. — Пока, — с нажимом произнесла она. — Пока не призываете. — Существует понятие «favorabiliores rei potius quam actores habentur», — уже не улыбаясь, продолжил Нумерий. — Простите? — «Ответчик в более выгодном положении, чем истец», кажется, примерно так это звучит на понятном вам языке, — чуть лениво произнес он, поудобнее усаживаясь в седле. — Вы обвиняете меня в том, чего я еще не сделал. Не стоит ли мне обвинить вас в одержимости демоном? — лицо Вивьен при этих словах стало напоминать те самые орлесианские маски. — Я способна справиться со… страстями, — голос ее чуть дрогнул, но от волнения ли, от гнева ли — было неясно. — Равно как и я, — кивнул Нумерий. — Вы всегда можете покинуть Инквизицию, если считаете, что я… не та фигура, за которой стоит идти, — невысказанное «подчиняться» повисло в воздухе. — Позвольте мне обдумать ваши слова, лорд-инквизитор, — официальным тоном произнесла она и ударила коня в бока, прибавляя тому прыти — Нумерий не мог удержаться от улыбки, уж больно по-детски это выглядело. *** По прибытию в Скайхолд Нумерий и Кассандра отправились в ставку командования. Глядя по сторонам, маг мог только удивляться слаженности работавших во благо одного большого дела людей. С каждым днем вид крепости менялся — быть может, со стороны это почти не было заметно, но живущие в ней легко отмечали эти изменения. Внутренний двор, наконец-то, расчистили и даже начали его выравнивать. Что именно тут организовать пока не решили — то ли тренировочную площадку, то ли лазарет — но уже то, что можно было об этом задуматься, являлось настоящим достижением. Разобрали казармы и большую часть внутренних помещений цитадели, обнаружив, ко всеобщему удивлению, гномьи статуи. К сожалению, гномий язык в Скайхолде никто не знал, даже Нумерий смог прочитать только несколько фраз, выгравированных на постаментах, но мало что из них вынес. Самое главное, что удалось расселить людей — теперь не надо было ютиться в, пусть и просторных, но все же казармах. Кто был важнее для жизни крепости, тех поселили в цитадели — нашлось несколько просторных залов, которые банальнейшим образом поделили на более мелкие комнаты, разделив пространство деревянными стенами. Благо материала после вырубки окрестных лесов, совсем близко подобравшихся к стенам, было более чем достаточно. В полную силу заработала кузница, в которой под руководством Харритта несколько десятков кузнецов и втрое большее число подмастерьев занимались ковкой оружия, доспехов и всего того, что было нужно для дела. Разумеется, еще следовало проделать много работы, нужны были еще люди, материалы, деньги. Со всем этим, в меру собственных сил, справлялась Жозефина. Одним из ее предложений было поискать залежи руд в окрестных горах. Для этого отряд гномов в сопровождении десятка солдат целые дни проводили за поиском жил и даже нашли что-то достойное постройки рудника. Но на это опять-таки были нужны деньги и люди, чего не хватало для более важных дел. Хотя бы с войском все было самую малость лучше. Каллен, не без гордости, отчитался о том, что сейчас выступить против врага может до трех тысяч человек сразу и до шести тысяч — при некоторой дополнительной подготовке. Нумерий, привыкший к совсем иным числам, усмехался про себя, но не признать заслуги генерала «всех войск Инквизиции» не мог. За неполные четыре месяца превратить их, в общем-то, банду в, пускай и не большую, но армию — дорогого стоит. И сейчас этой армии предстояло испытать себя. — Нам нужны планы крепости Адамант и ее окрестностей, — заявил на совете Нумерий, объяснив советникам всю ситуацию со Стражами. — Кроме того будут нужны осадные орудия — магов у нас мало, а я… не смогу пробить стены крепости. Он мог. Но это потребовало бы не меньше трех десятков жертв, и умирать им пришлось бы очень долго и очень мучительно. И идти на это ему отчаянно не хотелось. Хотя бы потому, что в этом диком времени пленников более не брали в рабство. Милостивые боги, даже рабовладельческие рынки остались только в пределах изрядно потерявшей свою силу и влияние, вместе с территориями, Империи Тевинтер. Не говоря уже о том, что само использование магии крови, пусть и ради благого дела, вызвало бы очень много вопросов, на которые не нашлось бы ответов. Поэтому от невысказанной идеи Нумерий, поспорив сам с собой, и отказался, не посвящая остальных в собственные размышления. — У меня есть связи с леди Серил, правительницей Джейдера. Думаю, мне удастся уговорить ее передать нам своих саперов, — предложила Жозефина заулыбавшись, когда Нумерий согласно кивнул. — Люди, нам нужны люди, — вздохнул Каллен. — Даже если крепость, по словам Блэкволла, старая, захватить ее будет очень сложно. — Наша задача не захватить крепость, наша задача остановить готовящийся ритуал, — Кассандра устало терла лицо, так и не отдохнув с самого приезда в Скайхолд. — Достаточно будет прорубить коридор, убить Кларель и все. — Вариант с их сдачей мы даже не рассматриваем? — с тоской спросил Каллен, поворачивая голову к Кассандре. — Они могут прислушаться к голосу разума? Нумерий понимал, что причиной такого вопроса Каллена была не трусость или страх, а беспокойство. Сам Нумерий в осадах участия не принимал, но интересовался. Потому прекрасно понимал, сколько будет пролито крови как защитников, так — и в особенности — атакующих. И положить всю новорожденную армию Инквизиции в одном штурме грозило бы огромными неприятностями. И ведь даже у королевы не запросить помощи — Инквизиция, вне Ферелдена, считалась независимым орденом. Да и восприняли бы появление ферелденских солдат на земле Орлея неоднозначно. Война началась бы вряд ли — сейчас императрице на троне бы удержаться — но потом это обязательно всплыло бы. — Жозефина, — произнес Нумерий, мрачно глядя на слишком большую, чтобы увидеть на ней крепость Адамант, карту. — Запроси у наших друзей-дворян из Орлея поддержку. Я не хочу терять наших солдат. — А их? — осторожно спросила леди-посол, но под взглядом Нумерия как-то сразу сникла и послушно записала в свой неизменный блокнот новую задачу. — Еще какие вопросы? — завизировав несколько документов, касающихся поставок строительных материалов в Скайхолд, спросил Нумерий, которому больше всего на свете хотелось просто полежать на кровати. Тем более, что кровать в его покоях была выше всяких похвал. Правда, самой комнате не помешал бы ремонт, но громоздкое чудовище с огромным балдахином притягивало взгляд настолько сильно, что на чуть потрескавшиеся стены или слегка разбитые окна не обращаешь внимания. — Пожалуй, есть одно дело, требующее вашего внимания, лорд-инквизитор, — обведя всех взглядом в ожидании других, более важных вопросов и предложений, сказала Лелиана. — Я выяснила, что венатори, которых возглавляет некая Кальперния, проявляют особый интерес к эльфийским руинам. По ее приказу, разумеется. — Кальперния? Хм, — Нумерий медленно кивнул, роясь в глубинах собственной памяти, пока его не озарило. — Почти как приемная мать архонта Дариния. Старая легенда, — объяснил он, видя легкое недоумение в глазах остальных. — Говорили, что мать Дариния, Ливия, была убита собственным братом, когда тот захотел захватить трон королевства Тевинтер. Но ребенок каким-то образом оказался в храме Думата в Вирантиуме и его усыновила жрица Кальпурния. Значит, венатори решили поиграть с легендами… — Да, — согласилась Лелиана. — Возможно, пытаются придать своим действиям больше значения, чем на самом деле. — И что известно про эту Кальпернию? — Почти ничего, но, — на лице Лелианы появилась хитрая улыбка, которую Нумерий уже успел выучить — что-то она, как выражается Варрик, «накопала». — Венатори проявили большой интерес к некоему Вициниусу, торговцу. Мне кажется, вам стоит встретиться с ним, может быть он что-то знает про нее. — Хорошая идея, — одобрительно кивнул Нумерий. — Устрой нам встречу. — Он живет в Вал Руайо, — при этих словах он не смог удержать мысленного стона — опять, опять плыть на этих мерзких кораблях через мерзкое море. Видимо, эмоции каким-то образом отразились на его лице, потому что Кассандра как-то очень подозрительно закашлялась, а стоило ему на нее посмотреть, как она поспешно отвела глаза. — Хорошо, — мрачно произнес Нумерий. — На этом все? — Да, лорд-инквизитор, — ответила Лелиана. На этом совет закончился. Нумерий отправился в свою комнату, где, сняв только сапоги да дублет, рухнул на кровать, мгновенно погружаясь в сон. Проснулся он только тогда, когда солнечный свет, проникающий через окна, добрался до его лица. Несколько долгих минут борьбы с самим собой все же закончились победой духа над телом и Нумерий, отчаянно зевая, сполз с кровати. Обычно с советниками он встречался, если не было никаких экстренных событий, которые следовало обсудить, во второй половине дня. Это не значило, что первую половину он отдыхал — всегда находились дела, требующие его непосредственного внимания. Иногда он сравнивал свою нынешнюю жизнь с бытием архонта и не мог не признать, что тогда уставал меньше. Большую часть черновой работы всегда выполнял Магистериум, да и советников у него было больше, причем некоторые из них еще Дариния помнили в сознательном возрасте, оставшись в ясном уме. Хотя, если подумать, то идею самодвижущейся повозки на лириуме выдвинул как раз один из этих старцев и с упорством, достойного лучшего применения, продвигал ее как на малых советах, так и на заседаниях Магистериума. И Нумерий помнил, что, когда он отправился в тот злосчастный поход, этот старик был достаточно бодр. «Интересно, сколько еще архонтов он пережил?» — подумалось ему, когда он спускался вниз по лестнице в зал. Внизу, кроме нескольких дворян — из мелких, прибывших, скорее, отметиться при дворе Инквизиции, нежели предложить реальную помощь — был Варрик. Он сидел за длинным столом, приставленным к стене, и что-то писал, изредка прикусывая кончик пера, не иначе, как о вдохновения. Эта картина напомнила Нумерию про любовь Кассандры к произведениям «известнейшего литератора Тедаса» — именно так рекламировали книги Варрика на рынках в Редклифе, когда он был там в последний раз. Вообще, то, что книги стали доступны для простого населения, Нумерия очень впечатлило. Как и бумага, которая в его время стоила дороже золота. Варрик не заметил его приближения, пока лист, на котором он писал, не закрыла тень. — Что еще надо? Я не даю автографов… — недовольно произнес он, поднимая голову. — О, Нумерий, прости, думал, что очередные фанаты. — И как, много таких? — спросил тот, отодвигая стул и присаживаясь рядом. — Порядочно, — со вздохом признался Варрик, и, судя по его выражению лица, подобные просьбы его утомляли, по крайней мере, в данный момент. — Ты что-то хотел? Если ты про уроки, то давай ближе к вечеру. — Уроки тоже, но, — Нумерий огляделся по сторонам — Кассандры поблизости видно не было — и, чуть наклонившись, заговорщицким шепотом произнес. — Дело есть. Ты свои книги, «Мечи и щиты», пишешь? — Ну, у меня есть черновые наброски, — с легким недоумением ответил тот. — Не самая моя любимая серия, «Трудности» мне куда больше нравятся. — Я не спорю, — кончики пальцев чуть покалывали от нетерпения. — Я и то, и другое прочитал, если помнишь. — Ну да, помню, — хмыкнул Варрик. — Так ты что про «Мечи и щиты» заговорил? — Кассандра — большая фанатка твоих книг. Я подумал, что ей было бы приятно, если бы она получила от тебя новую часть, может, даже с автографом. Заодно и помирились бы. — Ну, в этой идее что-то есть… А тебе-то это зачем? — с подозрением поглядел на него тот. — Во-первых, вы помиритесь, мне уже будет легче. А во-вторых, ей это придется по душе, — признался Нумерий, уже чувствуя, как собеседник набирает в грудь воздуха, чтобы сострить. — Да ты романтик… — протянул с, вопреки ожиданиям, уважением Варрик. — В принципе, за неделю я черновик приведу в порядок. Но одно условие. — Какое? — в принципе, Нумерий был согласен почти на все — правда, понятие «почти» он мог растянуть так, как ему того хотелось, но знать об этом было никому не обязательно. — Вручать будешь при мне, — хитро улыбнулся тот. — Договорились. — Ну, тогда сегодня вечером обойдемся без занятий, сам понимаешь, — развел руками Варрик и, когда Нумерий уже собрался уходить, спросил, не повышая голоса. — Я понять не могу одного, ты же архонт, хоть и бывший. Маг. Альтус, наверно. А Кассандра, по вашим понятиям, сопорати. Дориан рассказывал, как у вас относятся к таким, как она. Может, объяснишь? Хотя, что-то я не в свои дела лезу… — спохватился он, извиняясь. — Не в свои, но объясню, — помолчав, ответил Нумерий. — Если бы хотя бы половина знакомых мне магов обладали хотя бы толикой ее мужества и стойкости, Империя бы покорила мир. А еще, — не сдержав улыбки, добавил он. — Сердцу не прикажешь. — Попал ты, — рассмеялся Варрик и махнул рукой. — Ладно, иди, а я примусь за работу. И он действительно принялся, причем так активно, что уже через три дня, как раз к тому моменту, как надо было отправляться в Джейдер, а оттуда уже морем до Вал Руайо, Варрик отозвал Нумерия в сторонку и, оглядевшись по сторонам словно мелкий контрабандист, показал рукопись, даже прошитую. Осталось только вручить подарок. Нумерию показалось, что сейчас как раз самое время — пока он сам будет спать в каюте (Солас сумел-таки сварить нормальное сонное зелье, от которого потом не болит голова), Кассандра насладится чтением интересной книги. И, разумеется, он сдержал данное Варрику обещание и позвал его с собой. В Вал Руайо с ними собиралась поехать Жозефина, у которой оказались какие-то неотложные дела в столице империи, связанные с восстановлением торговли ее дома в Орлее. Нумерий не ожидал от поездки каких-то трудностей, за исключением трижды проклятого морского пути, поэтому и не стал собирать всю команду. Тем более, что та же Вивьен до сих пор не дала внятного ответа, остается она в Инквизиции или нет, а Сэра, до сих пор пребывавшая под впечатлением от увиденного, начала пить едва они приехали в Скайхолд и таверну не покидала. Ее пьяные крики были слышны и сейчас — она абстрактно поносила всех «злоебучих магов». У Соласа были свои заботы, а Блэкволл, чтобы не скучать, принялся помогать Каллену тренировать бойцов. — Кассандра, — позвал девушку, сидящую под деревом в своем любимом месте, рядом с кузницей, Нумерий. — У меня… у нас, — поправился он, переглянувшись с Варриком, который определенно сгорал от нетерпения. — есть для тебя подарок. — Хм? — она оторвалась от полировки, и без того блестевшего огнем на солнце, лезвия и подняла голову. — Что это? — при виде Варрика она слегка напряглась. — Да вот, подумал, что в знак примирения хорошо подойдет книга. «Мечи и щиты», новая часть, — помахивая книгой произнес тот, усмехаясь. — Слышал, что тебе нравится серия… Варрик издевался, Нумерий это понял сразу. И это ему не очень нравилось — не только из-за Кассандры, смотревшей на книгу с плохо скрываемым желанием ею обладать, но и из-за того, что сам себя вел последний раз в далеком детстве. Амладария обожала фрукты в шоколаде, которые доставляли с Сегерона, и он не мог не удержаться и не поиздеваться над девочкой, переставляя вазочку со сладостями повыше, куда сама сестра достать не могла никак. Но что годится для поведения десятилетнего ребенка, плохо подходит для взрослого человека. Точнее, гнома. — Варрик, — с укором произнес он, качая головой. — Ты ему сказал, да? — сердито посмотрела на Нумерия Кассандра. — Ну, таковы были условия, — чуть виновато развел он руками. — Если тебе не интересно, то так и скажи, — пожал плечами Варрик и, медленно развернувшись, пошел назад, поигрывая книжкой в руках. — Все равно еще надо редактировать… — Подожди! — поспешно воскликнула Кассандра и Варрик замер, обернулся и, чуть прищурившись, сказал: — Тебе, наверно, интересно, что случится с рыцарем-капитаном… — Ничего не случится! Ее ложно обвинили! — Нумерий с трудом сдержал улыбку — Кассандра действительно была огромной поклонницей этих книг, чего он сам не понимал. — Ну, в общем, окажется, что тот стражник… — чуть тягуче начал Варрик, но Кассандра, в два шага оказавшись рядом с ним, выхватила книгу из его руки. — Не говори мне ничего, — взмолилась Кассандра, отступая с книжкой, с пылом прижимая ту к груди. — Скажи спасибо Нумерию, — перестав валять дурака сказал Варрик. — Уж если на то пошло, то я никому не показываю свои черновики. — С-спасибо, — погладив рукопись по тонкой, такой же бумажной, обложке, сказала она, улыбаясь столь счастливо, что на душе у Нумерия потеплело. — Все для тебя, госпожа моя, — склонил голову он. — Спасибо, Варрик. — Да что там, — хмыкнул тот, но было видно, что он тоже доволен. — Определенно того стоило. Нумерий покачал головой и пошел обратно в цитадель, в свои покои. Кассандра ближайшее время была потеряна для мира. И кто мог подумать, что ей настолько не чужда романтика. Он и раньше это подозревал, но теперь окончательно в этом удостоверился. Тем лучше. У него в голове была одна идея, как впечатлить понравившуюся — и крепко — ему девушку. Разве что перспектива опять просить о помощи Варрика слегка портила грядущий праздник. Но, как совершенно верно заметил тот, это «того стоило».