Секрет ведьмы. Борьба за власть

      «Много дорог, много тревог и сомнений. В какой момент начинается новая жизнь, а в какой — заканчивается прошлая?»

Фрагмент учений Триединой богини.

***

1665 год

Бессмертное королевство

Староград

      Мигом забыв о боли и прочих вполне неприятных вещах, я неотрывно смотрела на короля. Всё гадала, зачем же он пришёл. Ещё и один, без охраны... Собственными руками выведет меня на казнь, или же грубо выдаст свой вердикт, мой приговор?       Я запомнила его таким же: опасный взгляд, обещающий месть, лишённое эмоций лицо... Артур оставался загадкой даже при том, как долго мне доводилось быть рядом с ним. О каких тогда чувствах к нему я думала раньше?       Невозможно было не съежится под пристальным вниманием короля. Я лежала на полу раненная и грязная. Он же нависал надо мной, одетый во фрак, чистую рубашку и брюки. На голове не было короны, чему я всегда удивлялась. Почему не обозначает свою власть ещё и ей? Однако Артуру это не мешало быть королём. Одно его присутствие стало нагонять на меня страх. Раньше, даже в самом начале нашего совместного пути, я не испытывала подобного.       Я молчала, ожидая дальнейших слов короля. Уверенность в том, что я готова к собственной смерти поутихла. Как не вовремя.       — В последнюю нашу встречу ты выглядела гораздо лучше, — раздался вкрадчивый голос. Я не смогла сдержаться:       — А вы — совсем наоборот.       К слову, так и было. Артур еле смог пережить ранение... Только как — оставалось загадкой.       Он усмехнулся, но доброй усмешкой это назвать было нельзя.       — Не тяните мое время, — вспылила я. — Если пришли отвести меня на казнь, так вперед же.       — Вряд ли ты до нее дойдешь. Еле держишься в сознании.       Я нахмурилась.       — Зря вы пришли без охраны, Ваше Величество. Пусть моё состояние шаткое, я еще вполне способна кого-нибудь убить.       В ответ на угрозу я услышала лишь тихий бархатный смех.       Мне совершенно не казалось, что мои слова лишь шутка. Желание поскорее выбраться отсюда, хоть на смертный орд, превозмогало боль. И сейчас я чувствовала лишь вскипающий гнев на всех, кто меня сюда посадил и довёл до такого состояния.       Хотя отчасти я понимала, что гневаться за меня больше всего тьма.       — Как приятно видеть, что ты не растеряла колкости на язык. Каждый день тренируешься?       — Вынуждают обстоятельства, — буркнула я.       Артур начал разглядывать мои раны. Мне могло показаться, что в его глазах на секунду промелькнула ярость. Может, я просто принимаю желаемое за действительное. Ладонь короля осторожно взяла меня за запястье и подняла руку. Я особо не двигалась за всё время, поэтому тело отозвалось болью, я охнула. Но Артур был занят тем, что изучал моё ранение на боку.       — Если так важно заявляешь, что можешь кого-то убить, так почему позволила сотворить с тобой такое?       Я придала голосу больше раздражения.       — Еще спрашиваете! Опоили меня Ведьминым ядом, оставив без магии, и забрали оружие. Чем, прошу прощения, я должна защищаться?       Король посмотрел мне в глаза.       — Откуда ты знаешь о яде?       — Это же ясно. Как по-другому могли притупить мою магию?       — Нет, — он покачал головой, — я тебя спрашиваю, откуда ты знаешь о его существовании?       Это не стало бы большим секретом, но мне не хотелось поддаваться и охотно отвечать на все вопросы Артура.       — Не так важно.       Король недовольно прищурился, натянув цепь моих кандалов чуть на себя. Я всхлипнула, когда предплечье на эти движения снова заболело, и по моей руке скатилась струйка крови. Артур тут же опустил цепь.       — Ты не в том положении, чтобы пререкаться.       — А вы, к сожалению, в том положении, чтобы чувствовать превосходство. Кажется, я начинаю завидовать.       Артур закатил глаза.       — А теперь помолчи.       К своему глубокому сожалению, я действительно умолкла, потому что король щёлкнул пальцами, материализуя странную склянку с рассыпчатым веществом. Открыв её, слегка сыпнул мне на предплечье, затем на раненный бок.       — По-хорошему нужно было бы тебя раздеть, — он странно ухмыльнулся. А я, почувствовав лёгкость в руке, смогла стукнуть его по колену.       Король не обратил на это внимание, ведь уже успел слегка приподнять мое платье на бедре, чтобы насыпать то же вещество и на ту рану. В этот момент я должна была смутиться, но лишь сжала зубы от жжения в тех местах, куда попало вещество.       — Что это такое? — прошипела я. Как бы не было неприятно, но странное лекарство помогало — я перестала чувствовать мучившую боль. Хоть на чуть-чуть.       — Тебе повезло, — вместо ответа сказал Артур. — В такой грязи ты не получила заражение.       — Какая удача, — я закатила глаза. — Хотите сказать, это везение сглаживало хоть на немного мою боль?       Король сжал губы в тонкую полоску.       — Ты не должна была быть ранена.       — И всё же это случилось.       — И всё же, — повторил за мной он, — ты могла бы избежать всех этих мучений, если бы не пробралась в дом дворянской семьи.       Я устало прикрыла глаза, ощущая руку Артура достаточно близко к внутренней стороне бедра.       — Я бы все равно это сделала.       — Зачем?       Сдать Элеонору было бы правильнее и проще, но... Я никогда не думала в первую очередь о себе.       — Так было нужно.       Артур неожиданно поднялся и стал расхаживать по камере от одной стены к другой.       — Значит, послушай меня сюда, Каролина. Нужно ли мне повторять в каком ты положении, чтобы так отвечать? Мало того, что я просил тебя не попадаться мне на глаза после твоих тёмных выходок, — на этих словах его голос стал резче, — так ты ещё и посмела нагло ворваться в поместье Волконских. Что же ты там искала, маленькая воровка?       Король издал смешок, больше походивший на усталый.       — А интересно ли тебе, почему я назвал тебя воровкой, если не было доказано, что ты что-то украла у Волконских? — Когда я не ответила, лишь догадываясь о причинах, он заговорил: — Я не поленился, поискал... До ужаса было интересно узнать, как обычная ведьма-полукровка так решительно пробралась в охраняемый дом. И знаешь, что я узнал?       Я затаила дыхание и закрыла глаза. Если мои опасения подтвердятся, меня официально можно считать мёртвой.       — Знаком ли тебе старик Беремир?       Во мне всё ухнуло. Не думаю, что был смысл отпираться, короля не обманешь.       — Знаком.       — Если тебе любопытно, вся его проклятая таверна прикрыта, а завтра утром назначена его казнь. — Я вздрогнула. — Но я успел узнать от него всё, что хотел, Каролина. И мне это очень не понравилось.       — Ну так и скажи уже, — внезапно перешла я на «ты» осипшим голосом. — Скажи, как скоро и моя казнь. Зачем мучить, издеваться?       Артур снова сел напротив моего лица.       — Открой глаза, — потребовал он. Я покачала головой. — Открой.       Я не хотела, чтобы он видел застывшие слезы на глазах. Не хотела, чтобы видел в них страх, который я старалась прятать.       Король опустил руки на мои плечи, повернул меня на спину, вдавил аккуратно в пол. Тепло его ладоней успокаивало моё холодное тело. Но не холодную душу, которая уже ждала смерти.       — Зачем ты воровала, Лина? И это не мелкое воровство, если ты так думаешь. Для некоторых семей — это крупный грабёж всего имущества.       Услышать от него сокращенное имя спустя столько времени... словно больно. И это заставило меня всё же открыть глаза.       — Будь по-другому, я бы не выжила, Ваше Величество.       Я с усилием оттолкнула его руки от себя, ощутив ещё больше холода без тепла короля. Он сощурился, но промолчал.       — Но я просила вас не мучить меня и сказать приговор.       Я сжала руки в кулаки и собрала остаток сил, чтобы подняться на локтях. Артур, на моё удивление, отреагировал быстро: взял за руку и помог окончательно сесть, облокотив меня о стену. За это я была тайно благодарна, ведь теперь не чувствовала себя ущемленной, находясь на одном уровне глаз с королём.       Наше молчание прерывало только мое сбивчивое дыхание. Я старалась разглядеть хоть одну эмоцию в лице своей будущей погибели. Создавалось ощущение, что я была готова к смерти... Но не до конца. Лишь мысль о сожжении приводила меня в дрожь. И Артур это видел. Глядя на меня, он иногда хмурился, был задумчив, но так и не ответил на просьбу сказать мой приговор.       — Ваше молчание меня убивает, — сказала я шепотом.       Король тяжело вздохнул, дотронувшись до лба более чистой рукой. Я только сейчас заметила, что Артур выглядел будто уставшим. Хотя, возможно, только сейчас он сбросил непроницаемую маску. И я не преминула заметить его изменения:       — Вы тоже не в лучшем виде. Кажитесь измотанным.       Я вопросительно вскинула брови, но король лишь вернул мне уничтожающий взгляд. Видимо, очень зря я заговорила о его усталости. Однако почему меня это волнует?       В конце концов, Артур вернул себе всю собранность и серьёзно заговорил:       — Твоя дальнейшая судьба сложиться от одного твоего ответа. Выбора у тебя не так много. Лишь два.       — Просветите.       — Сегодня вечером Волконские хотят видеть тебя на твоей же казни. Но ты можешь этого избежать... Если примешь мои условия.       Я заинтригованно наклонилась ближе. Неужели у меня есть шанс выжить? Пока все казалось не таким плохим в моем положении.       Артур продолжил:       — Предлагаю тебе подобие сделки. Я смогу вытащить тебя из темницы и снять все обвинения. А взамен ты станешь моей подчиненной, будешь работать на меня. Что скажешь?       Звучало очень заманчиво, если не парочку сомнительных вещей. Для ведьм было унизительно работать на волшебника, ровно как и наоборот... Но на кону моя жизнь. А также меня волновало, какую именно работу мне хочет предложить король.       — И что же от меня будет требоваться?       — Пусть это пока останется моим маленьким секретом, — он хмыкнул, а я нахмурилась.       Король мог подразумевать роль слуги или чего-то подобного. Это всяким лучше, чем умереть. Тем более, если я смогу сбежать.       — Прежде, чем ты согласишься, — разбил мои надежды Артур, словно прочитав мысли, — хочу уточнить: просто так ты не сбежишь. А если и сможешь, то помни: стоит тебе выйти из-под моего покровительства, как Волконские сразу навесят эти же обвинения вновь. В последующий раз я не стану жертвовать репутацией и не спасу тебя.       Настроение омрачилось. Мне приходится выбирать между вечным служением королю и смертью... Выбор должен был быть очевиден, однако неприятно было осознавать, что я теряю свободу. Навсегда. Конечно, мне не придётся теперь воровать и прятаться от Даниэля. Так почему же мне так не нравится идея служить Артуру?       Потому что он снова будет в моей жизни. И снова навязчивые грёзы, сны, душевные муки. Я не смогу спрятаться от своего предательского юного сердца, которое заставил учащенно биться от каких-то новых чувств только он, король... Однако могла хотя бы попытаться сделать вид, что мне всё равно.       — Я согласна, — прошептала я, сглотнув. Жизнь была дороже. Дороже...       Мне показалось, я уловила искру облегчения в его глазах.       — Как пожелаешь. — Он поднялся и пошёл к двери. Напоследок сказал: — Я подготовлю всё нужное и вернусь. Пока выпускать тебя незаконно, к сожалению.       Я кивнула, испытав смесь облегчения, что смерть мне не грозит, и усталость от того, что еще какое-то время проведу здесь. Мне безумно хотелось переодеться, перевязать уже не такие воспаленные раны и лечь спать. Надолго. А ещё я который раз вспомнила, что давно ничего не ела.       Однако я была согласна подождать сколько требуется, лишь бы в конце концов выбраться отсюда.

***

      Благодарность к королю была безгранична. Многим бы не представилась такая возможность, почему же отличилась я? Где-то с час, сидя в одиночестве, я гадала, с чего вдруг Артур был так добр, раз предложил работать на него. Зачем ему ведьма? Потешить самолюбие тем, что теперь даже ведьмы ему подчиняются? Могла лишь догадываться, пока его ждала.       Но эти загадки теперь не давали мне покоя. Что, если в его предложении есть подвох? Ведь я толком не знаю, на что согласилась. Однако уверенность в том, что я вытрясу все ответы из короля совсем скоро прибавляла сил.       Мне до ужаса надоели кандалы на руках. Их закрепили настолько плотно, что, кажется, останутся синяки. Но это окажется меньшим из увечий. Раны на теле даже не начали затягиваться, а лечебное вещество короля лишь сняло сильную боль и возможное заражение.       Тьма неожиданно кольнула меня, когда я подумала о ранах. Даниэль... Хотелось придушить его голыми руками. Или, лучше, взять кинжал и оставить порезы на каждом дюйме его тела. Я чувствовала, что когда-нибудь отомщу. Когда-нибудь... Если обрету хоть немного свободы.       Я насмехалась над теми, кто её не имел. А теперь сама же стану вечной прислужницей своего врага. Как нелепо. И что за работу он захочет мне дать? Драить полы во дворце? Готовить еду? Я усмехнулась. В последнем случае будет легко кого-нибудь отравить. Немного, но я разбиралась в ядах.       Наконец-то я услышала звуки за дверью, и в следующую секунду ко мне вошли два гвардейца. Без слов они опустились и сняли с меня цепи. Затем встали по обе стороны и крепко схватили за руки. Не сказала бы, что они сильно помогали. Скорее, доставляли боль своими прикосновениями. Я могла попытаться дойти и самой. Однако противиться не стала. Наконец-то я почувствовала, как облегчение ложится на мою душу, и темница с её ужасными кандалами уже были позади меня.       Долгое время мы шли по темным коридорам, лишь иногда освещенным факелами и канделябрами. Я подивилась, как далеко меня держали от возможного выхода. Мимолетно я видела ещё множество таких темниц, как моя.       — Что это за здание? — решила спросить я, но, очевидно, мне никто отвечать не собирался. — Аидовы души, какие же вы серьёзные.       Гвардейцы вели меня так быстро, что я еле успевала перебирать ногами. Отпускать они меня тоже не собирались, поэтому я решила немного приподнять ноги, чтобы мужчины просто несли меня. По-видимому, моего маневра они даже не заметили.       Вскоре я увидела впереди двустворчатые двери. Один гвардеец взмахнул рукой, и они отворились. От резко света пришлось зажмуриться, а всему виной оказалась большая люстра со множеством свечей. Когда мои глаза привыкли к свету, я разглядела круглый зал, который был сделан из такого же темного камня, что коридоры и моя темница. Коллоны, которые, скорее, служили красивым дополнением тянулись до самого центра потолка и словно врастали в него.       На стенах висели пара гобелен с изображением первого короля династии — Алана. На одной из них он... пронзал клинком какую-то женщину, чьё-то тело казалось лишь вспышкой света. А на другой — просто его портрет рядом с черным конем.       Наконец я перевела взгляд на присутствующих. Возле стен стояли с десяток гвардейцев, а в середине зала та же троица — Драган, Даниэль и Артур. По яростным лицам Волконских было видно, что до моего прихода они усердно пытались что-то донести королю, но тот их вновь не послушал. Теперь же все неотрывно глядели на меня.       — Привели, Ваше Величество, — констатировал один гвардеец, опуская мою руку, и отошёл в сторону. Второй остался стоять, теперь лишь слегка придерживая меня.       Артур кивнул и снова повернулся к Волконским.       Драган при виде меня еще больше разгневался, обращаясь к королю:       — Это недопустимо, Ваше Величество! Воровка, ведьма, чьё место на костре!       Король лишь примирительно слушал, а Даниэль, как и всегда, смиренно молчал рядом с отцом.       — ... Потревожила помолвку моего сына, испортила праздник и нашу репутацию! — не унимался Волконский-старший. — И после этого вы снимаете обвинения? Это верх безумия!       — Я понимаю, — спокойно ответил Артур. — Понимаю ваше недовольство. Но посмотрите на это с другой стороны: как много слухов понесёт за собой сожжение ведьмы? Что станет с нашим шатким перемирием с Тёмным лесом? Не каждому вобьешь в голову, что всему виной воровство, а не происхождение.       Доводы короля были вполне разумными, что смогли убедить и меня, но подсознательно я чувствовала, что есть кое-что ещё в его решении так поступить... Но поймать эту мысль никак не получалось.       Драган немного притих, ведь прекрасно понимал, что Артур прав и лучше вообще не перечить его воле. Я вообще не понимала, почему Волконские посмели кричать о недопустимости решений короля, но потом вспомнила, что Артур пока не получил абсолютную власть. Он сам говорил об этом.       В конце концов всех утомили споры. Драган позвал Даниэля следовать за ним и они направились к каким-то мне незнакомым дверям. Наверное, выход. Проходя мимо, Волконский-младший наградил меня многообещающим взглядом, а я лишь мило ему улыбнулась, попутно думая, как было бы чудесно взять у рядом стоящего гвардейца меч и всадить его прямо Даниэлю в...       — Каролина, — позвал меня Артур. Моя мысль и тьма, которая ее произвела мигом улеглись.       Король проводил взглядом дворян и подошёл ко мне. Оглядел с ног до головы, и продекламировал:       — Думаю, тебе нужно будет хотя бы переодеться, прежде чем мы уйдем отсюда.       Это была бы неплохая идея, но...       — Хотелось бы поскорее отсюда выбраться.       Артур понимающе кивнул, но всё же отправил гвардейца из зала. Как я понимаю, всё порешали за меня и уже доставили сменную одежду.       — Пойдем.       Он взял меня за не раненное предплечье и повёл в те же двери, куда ранее ушли Волконские. И, действительно, сразу за ними оказался свежий воздух и солнце. Я мигом остановилась и не могла поверить в то, как соскучилась за простым солнечным светом. Казалось, весна ещё больше приняла обороты. Всё цвело, деревья вокруг здания зеленели.       — Как долго я была в темнице?       — Четыре дня. Два из них ты была без сознания.       Затем я обернулась, чтобы посмотреть на это темное и пугающее здание в три этажа. Оно было длинным и широким.       — Опережая твой вопрос, это самая отдаленная городская тюрьма, — пояснил король, проследив за моим взглядом.       — И зачем так далеко?       — Волконские считали, что ты весьма опасная персона, и настояли заточить тебя подальше.       Я недобро усмехнулась, но сдержалась от колкости, которая так и рвалась изнутри.       Мы вышли из высокого ограждения, напоминающего железные колы, и я тут же заметила не сильно вычурную карету с двумя серыми лошадьми. Гвардеец возле неё тут же открыл дверь, и король сказал:       — Залезай и переодевайся. Я скоро вернусь.       Я не стала спорить и очутилась вполне уютной карете в светло-красных тонах. Окна были завешаны узорными шторками, так что мне не нужно было особо переживать, что кто-то будет подглядывать. Быстро сняла грязную и порванную одежду, взамен надев новое простенькое платье салатового цвета, которое лежало на одном из сиденьев. Оно оказалось без корсета, за что я была благодарна: он сильно сдавливал бока, что потревожило бы рану. Проблема была лишь только с ленточными завязками сзади. Мне тяжело было развернуть больную руку.       Как раз в этот момент дверь экипажа отворилась и зашёл Артур. Он без слов понял мои мучения и лукаво хмыкнул.       — Тебе снова нужна помощь, недоведьма?       Мне нужно было покачать головой, но вместо этого я охотно кивнула. Глупая.       Король сел на то же сидение, что и я, забрав у меня завязки. Я почти не чувствовала его прикосновений, но сам этот факт снова меня будоражил.       Когда он закончил, то наклонился ближе и шепнул мне на ухо.       — Когда-то мы подобное проходили.       И вправду... Только в прошлый раз Артур помогал мне с корсетом, и его движения были куда более чувственными.       Король пересел напротив меня, и экипаж тронулся. Я не привыкла ездить на таких штуках, поэтому первую минуту старалась держаться, чтобы не свалиться. Кони бежали быстро. Даже слишком для меня. Артур лишь забавлялся, но он старался это скрыть за маской сочувствия к моему изможденному телу.       Первое время мы ехали в тишине. У меня не было желания скоротать время, смотря в окно. Я вообще не поднимала взгляд. Только задумалась: как вести себя с королём после всего, что между нами было? И ждёт ли меня всё-таки месть за темную магию? Я устала гадать, поэтому задала вкрадчивый вопрос:       — Кажется, ты не особо злишься на меня.       Артур вопросительно поднял брови. Я пояснила:       — За темную магию и Контроль.       Я услышала тяжёлый вздох.       — Злюсь. Но теперь я изучил тебя достаточно, чтобы впредь не получить таких... сюрпризов. И я надеюсь, что это больше не повторится. Ведь так?       Я согласно кивнула, но заметила, как Артур отвёл взгляд.       Главное, чтобы теперь моя тьма самовольно не захотела выбраться наружу...       — Меня скорее волнует, как неформально ты ко мне стала обращаться, — заявил король. Я еле заметно ойкнула. Перестала следить за собственной речью.       — Нужно как-то по-особенному, Ваше Величество? — поддразнивая, произнесла я.       Но Артуру было не до шуток.       — Никто не должен знать, что мы с тобой были знакомы. Ясно?       — И никто не вспомнит, как ты помогал какой-то ведьме в ночь кровавой луны?       — Те, кто знает об этом — единицы. И всем можно доверять.       — А что же будет, узнай кто-то другой?       — Лучше об этом не думать.       Очень неоднозначный ответ. Артур сам не знает или же не хочет говорить? Возможно, ему просто не нравится тот факт, что он не единожды помогал ведьме. Которая его подчиняла себе и обманывала. Я не должна была корить себя, но от чувства вины всё же не отделалась.       — Если это все еще важно — прости. Я очень сожалею, что использовала темную магию.       И теперь она стала моей постоянной спутницей. Но Артуру знать об этом было необязательно.       — Ты усвоила урок, недоведьма. Как и я.       Я снова кивнула. Наверняка Артур будет теперь настороже со мной...       Потом опомнилась:       — А куда мы едем?       Меня пробрал бархатистый смех короля.       — Во дворец. Куда же ещё? Нужные вещи из твоего прежнего дома придётся забрать чуть позже.       И почему я раньше не подумала о том, что мне придётся жить во дворце? Я обомлела и потеряла дар речи. Мне не терпелось увидеть дворец, но меж тем стало не по себе. Это никогда не сравниться с моим тихим и уютным домом, полным воспоминаний.       Я не успела до конца осознать новость, как мы остановились.       — Прибыли, — подтвердил Артур.       Я вздохнула. Что ж, меня явно ждала новая, пугающая и незнакомая жизнь. Но другого выхода не было.