Глава 11. Экскурс в детство
1 февраля 2025 г., 22:43
1665 год
Бессмертное королевство
Староград
Известия привели к тому, что теперь я и Артур сидели в моей спальне. Я — всё так же у изголовья кровати, поджав под себя ноги и в явном напряжении смотрящая на короля. Он, в свою очередь, аккуратно присел на край кровати, оперившись о штангу, на которой держался балдахин. Его глаза изучающе глядели на меня. Думал, наверное, что скоро от таких суетливых дней, полных смерти, я сойду с ума. Что ж, надеюсь, этого не произойдёт. По крайней мере, если Артур перестанет лезть в мои мысли. Подсознательно ощущалось, что никакой, даже малейшей связи между нами не было. Именно так должен чувствоваться тот самый барьер? Однако ещё предстояло понять, как и мне сделать такой же. Сейчас Артур выглядел более... по-домашнему. Верхняя часть пуговиц рубахи была расстегнута, фрак накинут сверху явно впопыхах, а волосы слегка растрепаны, что выглядело даже мило. — Может, хватит меня разглядывать? — Артур поймал мой взгляд, и тут я поняла, что слишком долго на него таращусь. Я выпрямилась, заправив выбившуюся прядь волос за ухо. Настроения и сил спорить не было. И впервые в жизни я не ответила колкостью королю. — Прошу прощения. Он хмыкнул, тяжело вздыхая. Мы оба хотели поговорить о той ведьме, но никто из нас и слова о случившемся не произнес. Как же абсурдно для меня всё это было: вот ещё утром я пыталась её допросить, а сейчас мы думаем о смерти ведьмы. И к чему это нас приведёт, соответственно. — Она была приближенная к Главной Ведьме, — наконец произнесла я, чувствуя начинавшуюся головную боль. — Думаю, ты и сама осознаешь, что пойдут слухи. И дойдут они прямиком к ведьмам. Я покачала головой. — Им не нужны слухи. Главная Ведьма и без того в курсе, я уверена. — Откуда ей знать? Хотелось облегчить себе душу, рассказать, что Агнесса — не просто самая первая ведьма, а Триединая богиня. Но, к сожалению, над своими словами я не была властна. — Просто поверьте. — Я решила отвлечь его от этого русла. — Лучше подумайте о последствиях. Ваши воины совершенно не следовали договору с Тёмном лесом. Судя по тому, что мне удалось узнать, ведьма никого не убивала на границе и не желала этого. — Никто не может этого сказать наверняка, Каролина. — И всё же они могли её не трогать хотя бы до допроса. Так мы лишились её здравого ума. Король нахмурился. — Здравого ума её никто не лишал. Она изначально оказалась такой. Я изумилась, подсев ближе к Артуру. — В каком смысле? — При первом докладе пограничных, что схватили ведьму, они добавили странный факт: она словно не понимала, чего от неё хотят. Взгляд пустой, совершенно не осознанный. Когда её связали, ведьма не сопротивлялась, что уж говорить о темной магии. — Когда ее первый раз допрашивали, что она говорила? — Ничего нового из того, что ведьма сказала тебе. Да и хочу отметить, после твоего допроса я приказал оставить пленницу и не трогать до вынесения приговора. Каким образом она могла умереть в муках — я не представляю. — Какова вероятность, что воины вас не ослушались? Король хмуро посмотрел на меня. — Недоведьма, это их обязанность, за не выполнение которой следует казнь. — За всеми не уследишь, да и я собственными глазами увидела, как враждебно все настроены к перемирию. Я могла бы рассказать о том воине со шрамами, который ведал мне про незаконные сжигания беглянок-ведьм, однако у меня не было доказательств его слов. Что, если мужчина просто хотел напугать? Голова совсем разболелась, и я прикрыла глаза. Как же всё странно в этом мире. И как жаль, что я знала слишком мало как о ведьмах, так и о волшебниках, чтобы строить догадки. Внезапно пришла мысль, что я хотела хотя бы обдумать план побега на случай, если моя новая работа пойдёт под откос. Однако теперь я видела и перспективу: информация, которую собираю я и той, которой владеет Артур, определённо помогает восполнить пробелы в моём мировоззрении. И это если не брать в расчёт возможности, которые я могу получить, даже если король запретит лезть куда попало. Когда меня пугали его запреты? Внезапно я почувствовала прикосновение к своему плечу. Открыла глаза, заметив напряженное лицо Артура. — Всё в порядке? — спросил он, почти невесомо ведя пальцами от моего плеча к запястью. Я заставила себя дышать ровно. — Да. Просто тяжело свыкнуться со всем... этим, — я неопределённо взмахнула рукой, — дворец, гвардейцы, такие частые смерти... Мне нужно время. Король понимающе кивнул. — Мне кажется, ты слишком мягкая для этого, Лина. Я нахмурилась, потирая висок. — Что вы имеете ввиду? — Принимаешь всё близко к сердцу и много думаешь. Это не твои заботы. Его пальцы легко вырисовывали какие-то узоры на моей ладони, а внимательный взгляд не давал отвести мне глаза. Да, я обычно много думаю о проблемах, а сейчас... сейчас только о нём. — Иначе станет слишком скучно, Ваше Величество. Иначе кошмары прошлого будут преследовать меня, а тьма поглотит, ничего светлого не оставив на своём пути. Этого я боялась больше смерти. Артур усмехнулся, но ничего не сказал, поглаживая маленький шрам на большом пальце. Кажется, я его получила в ночь кровавой луны от колючего венка белых роз. Мне даже не хотелось обдумывать, что все эти прикосновения значат. Точно не сейчас. На данный момент хотелось подсесть ещё ближе, и чтобы этот момент длился вечность. Слишком спокойно. Слишком нужно. Король любопытно склонил голову, наблюдая за моей реакцией. Я старалась не показывать своего смущения, поэтому вскинула голову, с вызовом произнеся: — Не можете от меня оторваться? Артур тихо засмеялся, наклонив лицо ко мне чуть ближе. — Ну ты же такая... — он неожиданно поднял руку, дотронувшись до моего подбородка, — искусительная недоведьма. — Затем его большой палец как бы нечаянно задел мою нижнюю губу. — В этом ведь ваша ведьминская магия. Я тихо выдохнула, чем вызвала у короля полуулыбку. — Вы же умны, знаете, что эта магия создана, чтобы привлекать новых жертв. Мой голос всё-таки дрогнул. Нужно отодвинуться. Как можно дальше. Но моё тело не слушалось здравой мысли, оно, наоборот, млело под лёгкими прикосновениями Артура. — И сколько у тебя уже таких жертв, Каролина? — Он схватил прядку моих волос, медленно пропуская её через свои пальцы. — Хотя нет, не отвечай. Пусть это будет ещё одной тайной, которую мне следует разгадать. — На моё удивление, Артур сам подсел чуть ближе. — Давай лучше потренируешься закрываться от меня. Я вздохнула, кивнув. Нужно сосредоточиться на таком важном деле... Мне бы не хотелось, чтобы король слышал мои мысли. Там слишком много тьмы. — Как я уже говорил, ты должна представить то, что будет играть роль непробиваемого щита. — Откуда я узнаю тогда, что вы хотите мне что-то сказать? — Будет чувствоваться некий напор на твою защиту. Звучит всё не так страшно, но одновременно сложно. Как можно в постоянном контроле держать эту защиту? Однако выбирать не приходится, поэтому я начала представлять неприступный вал. Лишь одни массивные ворота. Мне хотелось придать образу больше чёткости, и я подключила всю свою фантазию, дабы вал укрепился в моей памяти надолго. Спустя пару минут я решила, что моя защита готова, поэтому попросила Артура попытаться пробиться в мои мысли. Я держала полный контроль на воротах, начиная чувствовать довольно сильное давление с другой стороны. Королю хватило несколько секунд, чтобы моя защита распалась. — Не расстраивайся, недоведьма. Я не буду специально лезть в твои мысли, однако это не значит, что тебе не нужно тренироваться, — появился голос в моей голове. — И что мне нужно делать, чтобы впредь вы не могли так легко сломать защиту? — Со временем ты сама поймёшь как это работает, у каждого свои методы. Я, например, днями ходил, держа концентрацию, чтобы в дальнейшем это происходило словно само собой. Я еле заметно кивнула. Добавил же мне этот договор на крови мороки! Даже не сразу заметила, как Артур поднялся, направляясь к двери. Меня не кольнуло лёгкое разочарование. Совершенно нет. Я проводила его взглядом, услышав напоследок слова: — Весь день меня не будет во дворце. Так что, будь добра, не чуди. Я закатила глаза, не успев пожелать ему доброй ночи, однако потом заметила, что постепенно начинало светать. Вот ещё одна бессонная ночь в мою копилку.***
Отсутствие короля во дворце подзадоривало сделать что-то интересное. Такое, что если бы он узнал об этом, непременно разозлился. Люблю ли я его гнев? Маловероятно. Однако мне безумно импонирует тот факт, что Артур не хочет вредить мне, в каком бы настроении он ни был. Я это поняла по многим событиям. Хоть король наверняка и для себя это отрицает, но... Даже после Контроля и темной магии он не оставил меня. Впрочем, что им движет, разгадать мне явно не удастся. С утра пораньше я всё пыталась уснуть, коря себя за пустую трату магического резерва. Пока я не начну хотя бы питаться и спать как нормальный волшебник, мне можно не думать о попытках сделать свою магию капельку сильнее. Однако мои мольбы услышаны не были: то в голову взбредёт, что Артур может прочитать мои мысли; то страх снова очутиться в своих кошмарах. И теперь я горела идеей заняться чем-то необычным. Достала ключ из-под ковра, запирая дверь в свою спальню, и на всякий случай зашторила окна. Затем щелкнула пальцами, материализуя в своих руках гримуар. Как жаль, что на долгосрочное хранение лучше таких вещей не держать в эфире... Письма я спрятать сумела, но что насчёт книги заклинаний? Найди её хоть кто-то — и я не оберусь проблем. Однако я решила подумать об этом позже. Села на мягкий ковёр, расположив перед собой гримуар тёмных заклинаний. Руки само собой покалывало, словно резерв уже стремился вспомнить, какого это — колдовать по-настоящему. Проблема была лишь в том, что большинство заклинаний написаны на латыни, либо на языке тьмы. Раньше с расшифровкой мне помогал Ахерон, а теперь... Я вздохнула. А теперь сама виновата, что даже в таком деле осталась одна. Я никак не помогла ему в ночь кровавой луны, считая свою жизнь гораздо дороже. Однако старалась об этом не вспоминать, либо успокаивать себя, что Ахерон — демон, ему чужда эмпатия и сердце, которое бы чувствовало боль от моего поступка. Но где-то в глубине души я понимала, что всё совсем не так. Ахерон не был обычным демоном. Он был Изгнанным, верным своему делу и мыслям. А я — не обычная ведьма. Полукровка. Это очень связывало нас, делая возможным не только сделку, но и... дружбу? Я мотнула головой. В любом случае, это уже не важно. В книге заклинаний я часто видела не только какие-либо отдельные заклятия и призывы, но и ценные сведения об Амулетах силы и прочих артефактах, которые усиливают или помогают управлять магией. Один такой я нещадно упустила, когда попалась в руки ведьмам. А ведь я заполучила его довольно честно — убила ведьму, которая напала на меня в лесу. Как раз-таки сейчас присутствие амулета мне бы не помешало... Я открыла гримуар почти в самом конце, пытаясь хоть как-то прочитать название заклинания. И так почти на каждой странице искала знакомые слова, пока в голове примерно ни образовался план содержания книги. Условно гримуар можно было разделить на три части. Первая часть гласила о артефактах, и некоторые из них я смогла прочитать: «Демоническая ловушка», «Нечистая печать», «Символ рода» и тот самый «Амулет Силы». Последний чаще всего находили в Звёздном королевстве, в кристаллических пещерах или других местах силы, где словно захоронена древняя магия. Я подивилась тому, что в основном все легенды и интересные вещички находились в Звёздном королевстве. Во второй части все основные заклятия. Любовные привороты разных степеней, заговоры с целью убийств и другие, подобные заклинанию Контроля... Туда мне не хотелось заглядывать, потому что от подобного холодела кожа, да и тьма заметно покалывала в районе груди. И последним разделом были призывы. Их не так много, но этого достаточно, чтобы, например, заполнить всю мою комнату отродьями и демонами. Однако больше я в такие штуки лезть не собираюсь. С Ахероном повезло, но вот не факт, что в следующий раз будет так же. Моя тьма иногда бесконтрольная, и это может влиять на подобного рода заклинания. Амулеты — тоже не мой случай. Вряд ли кто-то просто так найдёт и поделится хотя бы кусочком усилителя. Поэтому всё же пришлось открыть середину книги. Ничего, что связано с любовью и порчами я не хотела читать. Должно же быть что-то и более полезное? Ответ нашёлся спустя время: «Заклинание Незримости». Кажется всё, что связано с невидимостью и сокрытием личности сейчас под запретом во всех королевствах. Однако для моей работы и пущей безопасности в особенных случаях это может пригодиться. Это заклинание действовало с помощью руны Анзус, которая в особых случаях означала не только самопознание, но и ложь, обман. Я пыталась следовать указаниям из книги, но давалось это тяжело: половина текста просто непонятна! Всё же основную суть я уловить смогла. Нужно было нарисовать на руке руну и каким-то образом активировать её с помощью потока магии. Немного поразмыслив, я взяла сурьму, чтобы аккуратно изобразить Анзус на запястье. Кропотливо перерисовав её, стала думать, что делать с активацией. С одной стороны моя привычная магия огня могла бы словно зажечь в этой руне силу изнутри, а с другой... Темная магия. Эти слова не выходили у меня из головы, хотя я понимала, что нужно всё меньше и меньше её использовать. Иначе когда-нибудь я не остановлюсь. То ли тьма решила за меня, то ли я уже настолько пропиталась азартом, однако дымка в моих руках появилась очень быстро. Струйки тьмы обвили моё запястье, а сама магия действовала изнутри, обкалывая меня своей энергией. Я думала, что ничего не получится, но, кажется, тьма достаточна сильна для такого заклинания. Когда темная магия вернулась внутрь резерва, я оглядела свои руки. Ничего не поменялось... Затем я подошла к зеркалу и замерла. Удивительно было смотреть на себя и видеть пустоту. Но ещё больше изумлял тот факт, что всё получилось. С первого раза. Улыбнувшись, теперь я задумалась о том, как снять с себя заклинание. Магия во мне уже не действовала, поэтому логично было бы просто стереть руну. Как раз в момент, когда я спрятала в эфир гримуар и решила подойти к зеркалу, дабы посмотреть, стала ли я снова видимой, в дверь постучали. Благо, действие заклинания действительно закончилось. Я открыла дверь, встречая на пороге Велену с подносом в руках, на котором очень аппетитно лежали кусочки пирога и стыл чай. — С самого утра не выходишь. Голодом себя сморить решила? — назидательно произнесла фрейлина, ставя поднос на стол. Я промолчала, подошла к окнам и открыла шторы. Комната стала в разы светлее, от чего я зажмурилась. — Спасибо, что принесли завтрак, — только и ответила я спустя минуту. Велена слишком уж идеально стала разглаживать мою постель. — А что ещё делать? Мне ж только в радость за кем-нибудь поухаживать. Детей своих нет. — Она грустно улыбнулась. — Это из-за того, что вы работаете во дворце? Наверное, очень глупый и бестактный вопрос. Видно же, что эта тема была неприятна Велене... Я взяла кусочек пирога, чтобы как-то отвлечься. Однако получила новую порцию удивления: пирог был из земляники, которую я так сильно любила! В силу времен года, уже давно я не чувствовала её вкус. Фрейлина тем временем ответила: — Не совсем так, девочка. Нигде не сказано, что слугам запрещено иметь детей и держать их во дворце. Но так распорядилась судьба, что боги не послали мне собственного дитя. Как жаль, что боги не распорядились, чтобы и у моей мамы было так же. — Это... грустно, — выдавила я, хотя в полную силу не могла понять её печали. — Отчасти да, но я смирилась. Однако большим подарком было стать гувернанткой короля. — Дальше она начала тараторить, кажется, слишком личное: — Он был хорошим ребёнком, несомненно. Вот только его отец погубил в Артуре эту детскую наивность. Знала бы ты, сколько раз я обоих детей вытаскивала из-под горячей руки короля Эдуарда. Бил он их, чем ни попадя, не считаясь с тем, что это его родная кровь... Ох, а сколько раз после смерти сестры за непослушание сидел Артур в подземелье дворца запертым. — Велена посмотрела в окно, шумно вздохнула, а затем слегка улыбнулась. — Ну, чего это я? Заговорилась совсем. Ты ешь, а то совсем кожа да кости скоро останутся. Однако аппетит у меня пропал, и даже вкусная земляника в этом не помогала. Неужели Эдуард действительно такой? Когда я была маленькой, он часто приходил. Был так добр, обходителен, дарил мне сладости, а иногда — миниатюрных пошитых куколок. Не могу поверить, что в этот же период времени бывший король мог творить что-то подобное со своими детьми. Фрейлина, по-видимому, растолковала моё нежелание есть по-своему: — Не нравится пирог? Очень странно, король просил принести именно с земляникой... — Что-что? — ещё больше — хотя куда больше? — изумилась я. Он помнил про то, что именно мне нравится, или это просто совпадение? Велена пожала плечами, а я всё-таки продолжила есть, разрываясь между своими мыслями. Даже с учётом того, что жила я под сильным надзором матери, моё детство казалось не таким плохим. Да, я почти не училась. Да, бабушка часто нас навещала и каждый раз после её ухода я чувствовала себя ничтожно. Но детство Артура? Аид их всех подери, никакие богатства и власть такое не загладят... — Велена, а можно вас спросить? — неожиданно произнесла я. — Что угодно, дитя моё. — Король когда-нибудь... любил? Фрейлина вздохнула. — Что он, что его отец росли по образу и подобию. Не было в их семье любви. А если уж нет её, то откуда ребёнку знать, какого это — любить? — Она покачала головой. — Природа у всех королевских семей такая, не способны они любить. А если уж и полюбят, то любовь эта будет больная для них. Велена забрала мой поднос, похлопала меня по плечу и быстро вышла. А я долго сидела и смотрела в одну точку. Хочу ли я того, чтобы король действительно был ко мне неравнодушен? От этого куда больше проблем, да и вместе мы быть никак не сможем. Куда лучше будет держаться от него подальше. С этой мыслью свыкнуться, на удивление, тяжело. Но иногда случается так, что просто нет выхода. Даже мама когда-то печально говорила: либо корона, либо любовь. И неважно, говорила она о гордости или о её невзаимных чувствах к Эдуарду. Важно то, что эта фраза слишком правильная, чтобы её отрицать.***
Ближе к вечеру я уже просто от скуки скиталась по коридорам, ловя подозрительные взгляды мимо проходивших гвардейцев. Артур наверняка вернулся, однако идти к нему просто ради того, чтобы увидеть я считала высшей степенью неуважения к своему новому плану. А план был прост: держаться на расстоянии и лишний раз не подпускать к себе. Неожиданно ко мне из прохода вывернула Велена. — Почему сегодня во дворце так много гвардейцев? — спросила я, выглядывая на первый этаж. Воины столпились по бокам от главного входа. — Встречают короля. И одного важного волшебника. — Важного волшебника? Фрейлина загадочно улыбнулась. — О, да, скоро сама обо всем узнаешь. — Она оперлась о перила, а потом резко спохватилась: — Ой, у меня ж там отвар кипит! И убежала так быстро, словно совершенно не преклонных лет. Я хмыкнула, меж тем вглядываясь в главные ворота дворца. Ждать долго не пришлось, гвардейцы открыли двустворчатые двери, пропуская сначала Артура, а потом, как я понимаю, того самого важного волшебника. Со второго этажа я смогла разглядеть только темно-каштановые, слегка вьющиеся на концах волосы и строгую форму гвардейца графитного цвета. Мне пришлось несколько минут глядеть на него и думать. Пока я не вспомнила этого гвардейца. Доран. Так обращался к нему Артур в ночь кровавой луны. Вот и нашелся тот самый, кто будет знать обо мне почти наравне с королём.
