Глава 14. Ночное наступление
30 марта 2025 г., 21:23
1665 год
Бессмертное королевство
Староград
Библиотека встретила присущей ей тишиной. Обширное количество шкафов с книгами, запах пыли и огромное пространство вокруг — всё это завлекло меня в свою спокойную и таинственную атмосферу, предвещая утолить мое любопытство. Я закрыла высокие двойные двери и медленно пошла посреди книжных стеллажей, не упускаю из виду ни одну примечательную книгу. Что я искала? Точно не знаю. Последние события неумолимо продолжали твердить о том, что я мало знакома с окружающим меня миром. Иногда и с самой собой... Ведь не может быть такого, что я первая полукровка, кого настигла тьма? Ответ на этот вопрос можно даже не пытаться искать в дворцовой библиотеке волшебников, однако на многие другие — вполне. Сегодня, что уже не было удивительно, Артур сказал мне заняться своими делами. Но в этот раз строго наказал, чтобы я не выходила за пределы дворца. Мне это показалось странным, но спорить я не решила — слишком была увлечена тем фактом, что снова забыла поставить мысленный барьер от короля, и он нагло вторгся в мои мысли. Когда-нибудь, чувствую, я пожалею об отсутствии своей концентрации. Я неспешно шла по деревянному полу, пока мой взгляд метался от одной полки к другой. Иногда среди рядов мелькали небольшие столы с креслами, на которых стояли свечные лампы. Однако создавалось ощущение, что в библиотеку ходят очень редко. И, возможно, так и было: стал бы Артур хранить ему нужные книги на всеобщее обозрение? А насчёт остальных жителей дворца уверена, что им нет дела до скучных перелистываний страниц. Окон в библиотеке почти не было, если ни считать те, что были гораздо выше самих стеллажей. Из примечательного в этой части дворца я заметила только красивый витражный куполообразный потолок, выполненный в спокойных тонах. Я завернула в другой ряд. Ужасно, что нигде не было пометок по типу «Книги по магии» и всего такого. Как я должна догадаться, где искать нужные рукописи? Тяжело вздохнув, начала вразброс читать названия корешков. На одном стеллаже были книги, связанные с историей Сказочного мира, образованием королевств и городов. Если бы не моя сегодняшняя цель в этой библиотеке, возможно, я увлеклась этим чтивом, ведь пора бы уже для себя отметить своё незнание в этой сфере. На полках с другой стороны заметила небольшое количество тонких рукописей с интересными названиями: «Неупокоенные души», «Мёртвое царство, и что оно скрывает?» и тому подобное. Это заставило меня усмехнуться. Волшебники лезут туда, куда бы не следовало, ибо что Агнесса, что Аид никогда не дадут для изучения хоть одну душу из Мёртвого царства. Всем всегда интересно, что будет после смерти. В особенности тем, кто уже заранее знает о своей прогнившей душе, которая попадёт в Ад. Однако запретные знания не успокоят любопытство, а, напротив, подогреют азарт и боязнь смерти. Так я ходила довольно долго. На глаза попадались фолианты о целительстве, какие-то азы магии, а точнее, откуда она берётся в нашем резерве; также много было информации о ведьмах — какие-либо исследования и вспомогательные материалы. Открыв одну из таких рукописей, я вздрогнула: там подробно описывались методы пыток для ведьм и нечисти, разнообразные оружия, которые для этого могут применяться. Кто-то не поленился, даже зарисовал картинку. Смотря на всё это, меня охватывало неприятное чувство. Сразу хочется задаться вопросом: с какими чудовищами я живу совсем рядом? Думаю, каждый волшебник, служащий королю, знает нечто подобное о пытках. Решив не портить себе настроение, я отложила книгу подальше и ушла в другие ряды. Наконец нашлось что-то связанное с магией для более углубленного чтения. Практики, приемы, безопасность. Но что нужно было мне? Я открыла рукописи о магии всех четырёх стихий. Меня интересовал огонь. Эта магия всегда описывалась как импульсивная и совсем не безопасная. Подобная сила с самого детства требовала контроля, ведь никому не нужен волшебник, который ненароком может спалить дом. В моем окружении не было тех, кто владел бы магией огня, поэтому, в уже более осознанном возрасте, я начала исследовать, как действует моя магия и что она может. Конечно, за счет неразвитого резерва нанести сильный урон моей магией нельзя, но для того, чтобы испортить кому-то имущество достаточно маленькой искры. Это меня иногда забавляло. Возможно, когда-нибудь я приду к Даниэлю и случайно подпалю ему поместье. В книге также говорилось, что огню покровительствует богиня ярости, которая бесследно исчезла тысячелетия назад, и теперь эта стихия осталась бесконтрольной. Поскольку книга была довольно старая — неудивительно, что её автор так сильно верил в огромное божественное влияние. Я не спорю, что наша сила исходит от богов, ведь можно всегда взять в пример Аида и Агнессу, которые даровали ведьмам темную магию, но не верится, что магия огня такая уж бесконтрольная. Чуть дальше стояла более занимательная книга «Магия ведьм». Просто изумительно, как сильно волшебники стараются узнать своего врага. Рукопись была довольно толстой, и в ней я прочла не только азы магии... «...Ведьмы — Темные создания, пришедшие в наш мир из самого Ада. Их сила безгранична, ведь боги, что даровали им магию, всегда где-то поблизости. Тьма — вот вечная спутница ведьм! Она пропитывает землю, куда ступают эти создания; сводит с ума невинных жертв. Темная магия беспощадна, как и её носители.» Я вздохнула, пока моя собственная тьма слегка всколыхнулась в резерве. Руки будто сами собой решили поскорее перелистнуть страницы. «...Другая опасность, что может вас поджидать, — это грешное их соблазнение. Воины готовы пасть к ведьмам в ноги, лишь бы они удостоили их своими прикосновениями. Омерзительные создания, которые рушат семьи и жизни!» И ведь какая невразумительная ересь! Даже король прекрасно знает, что никакая эта не магия, а лишь дарованная природой красота. Мужчины сами выбирают, пасть им к ногам ведьм или нет. Для моих сестёр же, конечно, такая особенность только на руку. «... Неужели нет спасения? Нас ждёт только смерть? Ежегодно ведьмы умирают чаще, чем наши защитники и мирные жители, да и численность наша гораздо выше. Для борьбы с Тёмными издавна королевства приняли решение объединяться. Правители создали оружие против ведьм — это мы знаем точно, но вот какое — остаётся загадкой.» Кажется, знаю я, что это за оружие. Ведьмин яд. Главная Ведьма ещё в ночь кровавой луны рассказала мне, что это оружие создали ещё при правлении Эдуарда. Но как? Этот вопрос иногда мучает меня, ведь магия ведьм ни для кого не изучена... Или же правители просто скрывают свою осведомленность? Тогда назревает мысль, что о темной магии знает Артур? Если... если именно он может мне помочь? Однако я погнала эту мысль прочь. Только в самом страшном кошмаре я признаюсь королю, что тьма медленно сводит меня с ума. Я поставила книгу на место и села в кресло неподалеку, проведя пальцем по пыльному столику. Что было бы, если ведьмы перестали притворяться, будто в них нет ничего более, кроме тьмы и жестокости? И что было бы, если волшебники увидели их... нас другими? Моя мать была слишком добра и наивна; многие знакомые ведьмы с самого детства казались мне скорее несчастными детьми, которых вскоре принудили ненавидеть волшебников и вступать с ними в бой. И таких примеров можно привести множество. Ведьмы — не чудовища, хоть и пытаются для всех казаться таковыми. Зачем? Наверное, они и сами ответа не знают. Если так подумать, то наверняка никого нельзя назвать истинным воплощением зла. Даже демоны, такие, как Ахерон, имели свои чувства и проблемы. И кто же тогда придумал делить мир на доброе и злое? Я устало потерла глаза. Такими думами уже ничего не исправить. Это мировоззрение слишком укоренилось в нашей жизни. Самое главное сейчас — избавиться от своей тьмы, иначе я действительно стану истинным воплощением зла. У тьмы нет сочувствия и мотива. Есть только жажда крови и убийств. Она видит цель и, к сожалению, единственным препятствием являюсь я. Но как долго ещё смогу продержаться — неизвестно. Я еще раз быстрым взглядом оглядела ближайшие стеллажи. Ничего занимательного тут не найти, только если Артур не хранит какой-нибудь тайный отсек. Хотя, конечно, чтобы изучить всю библиотеку понадобятся несколько дней, а я как-то желанием не горю. Вот можно было бы пробраться в кабинет к королю... Я усмехнулась, представляя его недовольное лицо и обещание наказания в мой адрес. Наверное, я так глупа, раз хочу специально выводить его на негативные эмоции. Просто именно в такие моменты наши перепалки длятся дольше всего... Так, нет! Мне просто нравится раздражать Артура, потому что он почти всегда портит мне жизнь. В библиотеке я точно схожу с ума от этой тишины, поэтому поспешила выйти. Немного поплутав по коридорам отметила, что гвардейцев сегодня во дворце гораздо больше, чем прежде. Все как один на вид напряжены и вечно к чему-то готовы. То ли Доран настолько строгий главнокомандующий, то ли жизнь их научила. Поднявшись на второй этаж, я всё оглядывалась по сторонам. Меня тревожили воины. И вовсе не тем, что я их боялась, нет. Дело в том, что сегодня обычный день, и их ничего не заставляет стоять на постах. Ведь так? Идти в спальню не хотелось. Я встала около стены так, чтобы наблюдать, что происходит на первом этаже и по обе стороны от меня. Дорана с самого утра я не видела, хотя этот вредитель ведьмам очень любил своей лёгкой походкой прогуливаться по коридорам и всем надоедать. Велена заходила ко мне только утром, чтобы принести завтрак и, как бы странно ни было, не предупреждала, что во дворце будет так много гвардейцев. Я над этим всем очень сильно задумалась, но мне оставалось только стоять и наблюдать. Могла бы пойти к Артуру и спросить прямо, но, думаю, моего визита он точно не ждёт. Стоит только вспомнить, что даже по мысленной связи король обошёлся бытовыми фразами и наказом заняться своими делами. Занятая своими размышлениями, я не заметила, что меня уже какое-то время сверлит взглядом незнакомый гвардеец возле соседней стены. Увидев, что я теперь тоже смотрю на него, он усмехнулся и свернул куда-то вглубь коридора. Мне было скучно, поэтому я осторожно последовала за ним. Когда я повернула в том месте, где и скрылся воин, меня тут же грубо придавили к стене рукой. Я охнула, когда полностью ощутила удар спиной о твёрдую поверхность и посмотрела на этого нахального гвардейца, который стоял и просто ухмылялся. — Что нужно? — процедила я, пытаясь откинуть его руку. Но он, к несчастью, был сильнее. Его ладонь грубо стиснула мое плечо. — А ты догадайся, нечисть. Вот нечистью меня еще не называли! Я снова попыталась вырваться, но безуспешно. — Я, по-твоему, мысли читать умею? — не было смысла обращаться уважительно, когда этот идиот непонятно что вытворяет. — Кто ж знает тебя, Тёмная. Ну, давай-ка, покажи своё истинное обличие. Он хотел, чтобы я использовала темную магию? Я могла, однако в таком случае моё существование могло встать под угрозу. С другой стороны в данной ситуации ничего сделать против него я не могла, кроме как применить тьму. — Если ты не знаешь, что я полукровка, — это не мои проблемы! — сказала я как можно громче. Вдруг кто-то услышит и сможет помочь? Гвардеец сильнее придавил меня к стене. — Все во дворце шепчутся, что ты околдовала короля. — Он вперил в меня злобный взгляд. — Именно поэтому он сделал тебя подчиненной. Я закатила глаза. Околдовала? Интересно, кому же было не лень придумывать подобное. — Если бы я околдовала короля... — Я сладко ему улыбнулась. — То я была уже королевой, анчутка ты безмозглый! Воин на мгновение задумался, но от своего не отступил, продолжая держать слишком крепко. Без синяка не обойдусь. — Ну, ты же служишь своей госпоже. Кто ж знает, какие у вас грязные планы на нашего короля. Я выгнула бровь. У всех всегда одно и то же мнение — даже скучно. Возможно, это хорошо, что гвардеец так верен Артуру, но распускать свой язык и руки ему никто права не давал. — Что ж, ты прав. — Я страдальчески вздохнула, сдерживая свою тьму, как могла. — Наша королева послала меня, чтобы я влюбила в себя короля, и он всегда падал мне в ноги, как только видел. Знаешь ли, влюбленным мужчиной очень легко манипулировать. Лицо воина выражало полное замешательство и недоверие. С одной стороны для него могло показаться странным, что я так просто открыла ему тайну... А с другой в каждой шутке есть доля правды. Я повернула голову в сторону и встретилась взглядом с Артуром, который шел прямо к нам. Неужели меня избавят от этого нахала? — Аарон, на пост! — крикнул король, вперив в гвардейца красноречивый взгляд. — Слушаюсь, Ваше Величество. — Аарон поклонился и довольно быстро удалился. Артур тем временем подошел ко мне, бегло оглядел и недовольно произнёс: — Просил же тебя: не нарывайся. — Он первый начал. Король хмыкнул. — Говоришь, как дитя, которого ругают за конфликт. Я нахмурилась и решила перевести тему: — Что вообще во дворце происходит? Артур поменялся в лице, сделавшись серьёзным и задумчивым. — Всё в порядке. Я вздохнула, понимая, что со мной ничем делиться не будут. Порой, мне действительно кажется, что я здесь больше похожа на врага, от которого ждут подвох, нежели на разведчицу, которая нужна королю. Артур пошёл по коридору, и я следом за ним. — Тогда почему так много стражи сегодня? — не отступала я. Он удрученно вздохнул. — Это не должно тебя волновать. — Король неожиданно повернулся ко мне. — В любом случае их лучше не трогать сейчас. И я слишком занят, чтобы тебя вечно спасать. — Напоследок он бросил мне лукавую улыбку. — Ну а ты, чтобы не скучать, можешь пока подумать, как исполнить свой план, который наговорила гвардейцу. Я отвела взгляд. Он слышал... — В таком случае, это слишком предсказуемое занятие. Я буду продумывать и выполнять свой план, когда вы этого точно ожидать не будете. Артур на мгновение прикрыл глаза, усмехаясь. — Кто знает, как быстро ты преуспеешь в этом занятии... Он ушёл, а я ещё долго стояла на месте, совершенно переставая понимать, что король имеет ввиду в каждом разговоре со мной.***
Долгожданная ночь приходила слишком медленно. Всё это время я незаметно наблюдала за гвардейцами и отметила, что с каждым часом их становилось всё меньше внутри дворца — все куда-то уходили. Пришла к себе в комнату только тогда, когда совершенно стемнело, и во дворце не осталось и души — по крайней мере, никто не шлялся по коридорам. Я накинула плащ, сразу спрятав лицо под капюшоном, и взглянула на себя в зеркало. В последний раз в таком виде я была на задании воровкой. Казалось, прошло не так много времени, однако я перестала замечать, как оно течёт. Время перестало меня щадить, меняя с каждым днем что-то во мне и в моей жизни. Проверив, на месте ли кинжал, я спустилась в главный холл, где высились одни из главных ворот дворца. Но когда я дернула за ручку, та не поддалась. Заперто. Возможно, так делали каждую ночь — я не проверяла. Однако теперь встал вопрос, как же выйти из дворца? Обходить его, чтобы добраться до других ворот было слишком муторно и я имела вероятность заплутать. Пару минут я просто пялилась на высокие двери, опустив капюшон, чтобы в случае чего увидеть боковым зрением чьё-то приближение. Меньше всего хотелось оказаться во внимании какого-нибудь гвардейца, который не преминул бы поиздеваться или повести, как нарушительницу, к королю. По факту, я действительно нарушаю указ короля, ведь Артур велел мне не выходить сегодня за пределы дворца. Но все моё нутро просто кричало сделать наоборот. Нет, не из вредности и своенравности. Я чувствовала, что должна оказаться в городе. В голову пришла самая внятная из всех идей — пойти к проходу для слуг, откуда мы с Веленой уходили в лес. Я очень надеялась, что ту дверь никто не додумался закрыть. Иногда мне казалось, что слуги работают день и ночь. Я почти побежала туда. Чем быстрее, тем лучше. В памяти очень рассеянно запечатлелась дорога к тому выходу. Пройти полностью главный холл, мимо дверей тронного зала, затем должен быть длинный коридор, в сплошь увешанный картинами. А дальше? Когда я пришла к тому самому коридору с картинами, то напрягла память. В тот раз меня привлекла одна картина, возле которой я и остановилась. А потом фрейлина сразу потащила меня к узкому и более тёмному проходу. Я подбежала к концу коридора. Та картина, что привлекла моё внимание, была довольно яркой, красочной, но её содержание холодело кровь: это центральная площадь Старограда с её злополучным эшафотом. На нем стоит кол, к которому привязана ведьма, а вокруг эшафота стоят волшебники. Картина, судя по отметке снизу, датировалась окончанием Великой войны с ведьмами, и называлась довольно красноречиво: «Последняя ведьма». Для меня осталось непонятным, что имел ввиду автор картины. На ней последняя плененная волшебниками ведьма или же здесь излита фантазия, что наконец сожжена последняя ведьма в нашем мире? Вздохнув, я более рассеянно отвернулась и побрела к уже заметному узкому проходу, который освежил в моей памяти и то, где находится выход из дворца. Наконец я оказалась в саду. Дело за малым: выбраться за его пределы. Аккуратно ступая между деревьями, я часто прислушивалась, нет ли поблизости кого? Однако меня окружала тишина и какое-то удручающее спокойствие. Днем жители дворца не находили себе места, а сейчас это затишье лишь учащало во мне пульс. Калитка, ведущая в лес, теперь послужила мне отличным и незаметным выходом. Идя вдоль забора уже за пределами территории дворца, я на ходу срывала только поспевшую землянику. Предчувствие постепенно улеглось и уже не казалось, что находиться вне дворца сейчас — первостепенная необходимость. Стоило мне об этом подумать, как меня захлестнули чувства. Не мои. Их произвела тьма. Ведомая только ей, я пошла в центр города, стараясь быть незамеченной. Но спутница торопила меня, слегка покалывая в груди. Я сильнее натянула капюшон, закрыв в кулаке оставшиеся ягоды, когда центральная площадь уже казалась впереди — верхушки главного храма давали об этом понять. Сорвавшись почти на бег, я наконец достигла своей цели. Но стоило мне очутиться на площади, как всё внутри меня перевернулось. Земляника упала из руки, пока мои глаза тщательно ловили каждое движение. Каждую ведьму, которую силком уводили с площади. Каждое кровавое пятно. И каждое мертвое тело. Тьма гневно рвалась наружу, но я ее держала. Мне не хотелось верить в то, что происходит, и видеть это... Все во дворце знали, что будет сражение. И король упрямо мне смолчал. Мои глаза всё ещё провожали ведьм, которых связали и увозили на телегах куда-то далеко. А я уже знала, что буду делать.
