Глава 17. Откровение
7 мая 2025 г., 12:01
1665 год
Бессмертное королевство
Староград
Первые лучи утреннего солнца выглядывали из-за горизонта. Ветер трепал мои грязные волосы и дорожный плащ, который главнокомандующий откуда-то для меня взял. Меня совсем не смущало, что ехала я на одной лошади с Дораном, а скорее заставляло насторожиться: всё-таки такое близкое присутствие вредителя ведьмам было непривычным. Он сидел сзади, крепко держа поводья коня. Могу представить, что компания в виде меня ему тоже не очень нравится. Между нами было напряженное молчание. Доран выбрал длинную, но малолюдную дорогу, чтобы горожане меньше обращали на меня внимание. Возможно, я даже была ему благодарна. Мне хотелось много всего спросить, начать свою тираду уже сейчас, однако предчувствие, что главнокомандующий это терпеть не станет, не покидало. Да и, впрочем, сейчас я мало могла сообразить, что именно хочу сказать. Мне нужно поговорить с королём, но как бы я не прокручивала в голове возможный разговор — всё казалось до ужаса нелепым. Также часто я думала о заточенных ведьмах. Надежда, что они выберутся благодаря мне, держалась крепко. А ещё очень хотелось верить, что ведьмы действительно не натворят непоправимых дел, за что вероятнее всего прилетит мне. Хотя сам факт, что они сбегут, наведет Дорана на мысли кто мог в этом помочь. Качнув головой, отбросила ненужные думы, и всё-таки заговорила: — Он злится? — Думаю, не стоило уточнять, о ком идёт речь. — Злится. — Главнокомандующий одарил меня равнодушным тоном, который не желал продолжения беседы. Однако мне иногда всё равно на чужие желания. — Возможно, не нужно было скрывать от меня нападение ведьм? Доран тяжело вздохнул. — Видимо, он знал, что ты обязательно влезешь в самый эпицентр событий, если узнаешь. Однако Артур не предусмотрел, что тебя настолько безрассудно понесёт вслед за ними. — Он осторожно, но предостерегающе сжал моё плечо. — Вот и как доверять тебе, рыжее чудо? Может, ты и не против к ведьмам присоединиться? Хвала Богине, ему не было видно, как я закатила глаза. — Мне просто нужна правда. Какая я разведчица, если меня запирают во дворце и держат в неведении? — Такая, которую страшно выпускать из комнаты. Ты же везде неприятности найдешь, а королю потом разгребать. Скажи спасибо, что я нахожусь в городе, и Артуру самолично не пришлось тебя искать. — Он не умер бы от этого, — фыркнула я небрежно. Я даже спиной почувствовала испепеляющий взгляд Дорана. — Ты, вероятно, мало понимаешь, что такое слухи и как это вредит его правлению. Пока ты не научишься по-настоящему быть разведчицей, можешь даже не мечтать, что тебе начнут доверять. — Скорее всего мне вообще никогда доверять не станут. Вы же сами говорили, мол, я ведьма и не буду преданна королевству до конца. — Возможно, это так. Именно поэтому я буду тщательно следить за тобой... И больше улизнуть не получится. На меня его слова нагнали тревогу. Если Доран будет сильно следить за мной, то велика вероятность, что увидит главнокомандующий слишком много ненужного и темного во мне. Темная магия тоже пришла в негодование, а потому гнев вспыхнул во мне, и я сказала: — Как, наверное, унизительно нянчиться с ведьмой будучи главнокомандующим. Теряете хватку. Я почувствовала, как он напрягся, однако никакого ответа не поступило. Моё любопытство взяло верх, и я решила повернуться, дабы посмотреть на Дорана, но в этот же момент его рука грубо толкнула меня в плечо. Я поняла, что теряю равновесие и скоро упаду прямо под копыта коня. Однако когда мои ноги наровились перекинуться, главнокомандующий поймал меня за руку и крепко сжал, чем причинил легкую боль. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы остановить лошадь и дать мне возможность вернуть равновесие. Моё сердце неистово колотилось, и я чуть ли не закричала: — Вы в своём уме?! Доран послал мне кривую ухмылку. — Тебя надо научить держать язык за зубами. Иначе от него ты погибнешь быстрее, чем от своей глупости. Мне хотелось столкнуть его, но, увы, даже если бы я и решилась, мне не хватило сил. И оставалось только развернуться лицом вперед, к дороге, и отодвинуться от вредителя ведьмам как можно дальше. Всё желание как-либо с ним сработаться для своего блага напрочь отбило. Далее мы ехали в тишине. Я уже мечтала наконец избавиться от присутствия главнокомандующего и ощутить прохладную постель под своим телом. Однако я знала, что прежде чем моя мечта исполнится, мне нужно поговорить с королём. Но что я ему скажу? Как сильно терпеть не могу? Скажу, что ненавижу, когда меня считают слабой и ни к чему не приспособленной? Или же не выдержу и расплачусь из-за накатившей усталости и чувства безысходности? О последнем не хотелось и думать. Возможно, именно потому, что раньше я себе позволяла показывать слабость перед Артуром, он и решил, будто лучше будет меня держать от мира подальше. Король наверняка запомнил ту Каролину, которая утыкалась ему в плечо, всхлипывала и говорила, что ей страшно. Запомнил ту, которую вечно спасал... И почему-то до сей поры продолжает это делать. Однако я должна показать, что больше не такая. Мне не нужна защита. Но, как назло, чем ближе мы были ко дворцу, тем меньше во мне было уверенности. Внезапно к нам приблизился гвардеец верхом на лошади. Его лицо выражало истинное негодование и даже испуг. Мы тут же остановились. — Ведьмы сбежали! — вскричал он чересчур громко. Я краем глаза заметила, что Доран поморщился. Мне же далось нелегко скрыть улыбку. — Сколько жертв? — Три стражника, господин. Что ж, они действительно постарались уйти с миром. — Каким образом вы это допустили? — голос главнокомандующего приобрёл те самые стальные нотки, от которых я вздрогнула. Гвардеец не знал, что ответить. Доран слишком тяжело вздохнул. — Иди. Я сам доложу королю. — И мы двинулись дальше. Я подумала о довольно странном факте: вредитель ведьмам ничего мне не сказал. Неужели не додумался о моей причастности? Оказывается, я рано радовалась. — Вот сейчас мне действительно хочется скинуть тебя с лошади. Но, боюсь, Артур не оценит. — Не понимаю, о чём вы. — Однако мой тон был слишком лёгким, чтобы не вызвать подозрения. Я знала, что цепочка доверия между мной и главнокомандующим иссякла. И маловероятно, что мне под силу её восстановить. Меж тем мы подъезжали к главным воротам дворца.***
Меня попросили посидеть в прилегающей к кабинету комнате, пока Доран о чём-то бурно разговаривал с Артуром за стеной. Жаль, я не слышала суть диалога. Сидя на мягком диване, я пялилась в одну точку перед собой: там были шкафы с довольно объемным количеством книг, а помимо стояли шкатулки и деревянные статуэтки. Я старалась подмечать детали окружающей обстановки, чтобы не думать о предстоящем разговоре. Чуть поодаль от дивана расположился стол, который я приметила ещё в первый раз: на нем раскинута огромная карта Сказочного мира. Рядом со мной на диване лежала новая газета, к которой притрагиваться у меня не было желания, ведь краем глаза я уже заметила, что там всё сплошь о нападении ведьм. Мельком мне подумалось, что Артуру наверняка сейчас тяжело сдерживать негодование народа. А погибли ли мирные жители? Меня это не должно было волновать, однако маленький червячок несправедливости происходящего грыз изнутри. Резко дверь в кабинет распахнулась, и оттуда быстрым шагом вышел Доран. Он метнул на меня недовольный взгляд, от которого мне захотелось провалиться сквозь землю, и ушёл. Я сглотнула, а затем перевела глаза на Артура, который стоял в дверях, словно не решаясь подойти, и накрепко увяз в своих думах. В конце концов, он заметил меня и пересёк комнату. Я тут же поднялась, слегка опустив голову. Мне, откровенно говоря, не хотелось смотреть ему в глаза. Мы долго молчали. Казалось, не было ничего, о чём нужно бы поговорить. Я не понимала, чего ждёт король. Хочет придумать, как более изощренно меня отчитать? — Сама объяснишься или мне задавать вопросы? Я старалась говорить ровно. — Что бы вы ни думали, я прежде всего ведьма и мне небезразлично то, что происходит. Артур вздохнул. — Эта и вся причина, по которой нужно было подрывать моё доверие и посылать Дорана на розыски? — А что мне прикажите делать? — Я наконец взглянула на него. — Я и так страдаю от безделья во дворце, хотя являюсь вашей разведчицей. Возможно, будь у меня больше свободы, а не запретов, я бы узнала о нападении ведьм раньше, чем они явились. В конце концов, это моя работа — искать информацию. — Твоя работа находится в тех пределах, которые назначаю я. Приказа не было рыскать среди ведьм и что-то выяснять, как я помню. — Недовольство Артура читалось не только во взгляде, но и периодически сжатых ладонях в кулак. — Мало того, Доран доложил, что ты, вероятно, помогла ведьмам сбежать. Мне захотелось проклясть главнокомандующего. Сейчас это известие в нашем разговоре было лишним. И, увы, на свои действия в этот раз у меня не нашлось оправдания. — Да, — твердо сказала я, всё же придумывая более-менее складное: — Потому что казнь безумно разозлит Главную Ведьму. Вам нужна война, Ваше Величество? Он печально хмыкнул. — Перемирие нарушено ими, недоведьма. Война настанет так или иначе. А по твоей милости у нас будет бóльшая армия противников, чем могла быть. — Объявления о войне не было... Я надеялась, что ничего не пропустила, сидя одну ночь в темнице. — Это лишь вопрос времени, — сказал Артур, потирая висок. — Если не они, так Совет захочет этой войны. — Вы же король! Можете убедить Верховный Совет этого не делать. — Слишком наивное заявление. Мы снова замолчали. Пожалуй, более подавленно я себя не чувствовала никогда. Опустив голову, я рассматривала мозоли на пальцах и грязь, в которой в общем-то была вся я. Но впервые меня это мало волновало. Однако король неожиданно поднял рукой моё лицо, слегка дотрагиваясь до места, где раньше кровоточила губа. — И это стоило того? — Что значат эти мелкие царапины, когда я смогла поговорить с ведьмой. Артур заинтересованно склонил голову. — Не поделишься? Я поджала губу. — Что-то нет желания. Сначала вы от меня скрывали нападение, затем мне пришлось ночь отсидеть в темнице, а потом ваш ненаглядный главнокомандующий чуть не скинул меня с лошади. Король вскинул брови. — У вас начала вырабатываться взаимная неприязнь, Каролина. Я бы тебе посоветовал быть осторожнее. Я хмыкнула. — И что же он про меня наговорил? — Изначально он считал тебя не самым лучшим моим решением в жизни, а сегодня ты его достаточно вывела из себя. Давно я не видел Дорана таким... неуравновешенным. — Артур ещё раз оглядел меня даже, я бы сказала, чересчур внимательно. — Присядь. Я понятия не имела, почему так покорно послушалась. Наверное, слишком устала. Король сел рядом и, не спрашивая позволения, развязал узел на дорожном плаще, откидывая его с моих плеч. Мне совсем немного стало неуютно. — Где-нибудь ранена? Я покачала головой. — Самым главным ударом стало то, что у меня отняли кинжал. Артур слабо улыбнулся. — Я подарю тебе новый, но только если пообещаешь больше не сбегать. Я неожиданно перешла на «ты». — Ты что, даже наказывать меня не будешь? — изумленно сказала я. — А смысл, недоведьма? — Он ещё раз посмотрел на мое ободранное платье и расчесанную губу. — Ты и так вдоволь натерпелась. Сама же себе наказание устроила. Эти слова словно заставили меня мысленно очутиться в темнице. Перед глазами сумасшедшая бабушка, пронзающая себя колом и бьющаяся в судорогах; пыточные камеры и тьма, которая наконец сделала то, чего я так боялась всё это время — взяла надо мной верх и, вероятнее всего, убила одного волшебника. Я вздрогнула, что не укрылось от короля. — Лина, — позвал Артур мягко. Ох, ну зачем он старается быть таким? Мои эмоции разрывались на части, будто вот-вот лопнут. — Поговори со мной. Хотя бы раз. Не заставляй меня лезть в твои мысли. Уже совершенно забыла про концентрацию и свой барьер. Кажется, я зря себе твердила о том, что должна быть сильной. Я не была такой, только не сейчас. Если уж моя собственная тьма легко брала контроль надо мной, так что же вообще могу я? Вместо всего этого я сказала: — Моя бабушка... покончила с собой. И я замолчала. Больше не было ничего, что я имела право сказать королю. Пусть думает, что смерть стала для меня ударом. Хотя и не могла отрицать, какой ужас действия Айверы в меня вселили. Однако Артур продолжал на меня смотреть, будто моё откровение ничего не значило. Возможно, король знает меня гораздо лучше, чем я предполагала. Это очень, очень нехорошо. — Что? — спросила я, чувствуя, как начинает подрагивать мой голос. — Это не могло так сильно тебя задеть. Будь твоя бабушка тебе дорога, ты бы скорбела как... в ночь Мабона. Я не знаю, что со мной случилось и виновата ли в этом тьма. Поднявшись с дивана, я попятилась, при этом причитая: — Да, это не больно для меня, но это жутко! Я молилась почти всю ночь, чтобы хоть кто-то пришёл и забрал меня оттуда. Сумасшедшие бредни бабушки, пыточные камеры. Я... готова была раскаяться перед тобой, чтобы просто забыть всё это. Мне ненавистно быть слабой, беспомощной да ещё и взаперти. Я настолько сильно отошла назад, что Артур схватил меня за плечи аж у двери. Сильной хваткой он притянул меня к себе, и я снова почувствовала себя, как в том сне. Моя голова покоилась на его груди, только теперь я не ощущала спокойствия — по моим щекам катились слёзы. И я не могла это остановить. За эту слабость я ненавидела себя. Снова позволяю быть такой ничтожной рядом с королём. — И тебя из-за этого терпеть не могу... Вечно ты меня спасаешь. Зачем, Артур, зачем? Мне было плевать на формальности. Артур вздохнул. — Потому что соглашение... И резко замолчал. Это послужило тому, что все мои слезы прекратились. — Какое соглашение? — Он не отвечал. — Откровение за откровение, Ваше Величество. Король отвёл взгляд и тут же отпустил меня из своих объятий. — Как ты помнишь, я умирал... Но меня нашла твоя мать. Она предложила исцелить мою рану взамен на то, что я буду тебя защищать, как только представится такая возможность. Самое интересное, что соглашение было просто на словах — у нас не было времени скреплять это магией. Я ошеломленно смотрела на Артура. — Почему именно вы? — Я тоже задал ей этот вопрос. Всё-таки меня не радовала мысль, что я буду должен вновь спасать ту, которая меня предала. Однако твоя мать сказала, что ты предложила Главной Ведьме ещё более ужасающую сделку: твоя жизнь в обмен на моё исцеление... Я настолько сильно отшатнулась, что моя спина нашла стену. Он знал. Артур всё это время знал. Однако теперь меня волновало и другое. — Моя мама мертва, вы могли не исполнять сделку. — Это выше моих сил, особенно когда ты действительно была опять на грани смерти. Я невесело хмыкнула. — Как славно, что мне больше не придётся ломать голову, почему же Его Величество соизволил помочь ведьме-воровке. — Ты ожидала услышать что-то иное? Я развернулась к двери, намереваясь уходить. — Наверное то, что ещё остался хоть кто-то, кому просто так небезразлична моя жизнь. А, оказывается, мама позаботилась обо мне даже после своей смерти. Уже открыв дверь и переступив порог, я услышала тихое: — Может быть, не только моя справедливость не дала тебя казнить, Лина. Я закрыла дверь, не желая думать, что это могло значить. В общем-то не было вещей, которые я сейчас хотела даже слышать.***
Как только мне довелось привести себя в порядок, я отсыпалась, зашторив окна и закрыв дверь на замок. Только, конечно же, в этот раз я выпила отвар для сна без сновидений. Даже если никаких кошмаров не будет, мне не хотелось снова очутиться на лавандовом поле... Проснулась я только тогда, когда сквозь приоткрытую щелку штор просвечивалось закатное солнце. Все бушующие мысли вернулись с удвоенной силой, и я не преминула взять блокнот и сделать какие-то пометки. Почему бабушка так странно себя вела? Что она знала о власти и о какой мести говорила? Почему обе стороны противоречат друг другу: король сказал о нарушении перемирия со стороны ведьм, а ведьма в темнице говорила аналогичное, только про Бессмертное королевство. Кто не хочет признавать вину, а главное — зачем это скрывать? Также лично для себя я пометила интригующий разговор с Артуром. Во-первых, что значили его последние слова. А, во-вторых, почему для меня так важно то, что он говорит? И, в конце концов, Аид меня побери, почему мне так тяжело принять истину, что король, вероятнее всего, просто соблюдал соглашение с моей матерью? Неужели я думала, что моя жизнь действительно может что-то для него значить?.. Теперь себя терпеть не могу за эти мысли. Чуть позже пришла Велена, которой я с радостью открыла дверь. К тому же, была не прочь наконец-то поесть. — Голодом себя моришь, в темноте сидишь... Фрейлина своими причитаниями заставила меня улыбнуться. Возможно, она сейчас единственная, кто бескорыстно обо мне беспокоится. А ещё мне нравилось, что Велена никогда не спрашивает, где я была, почему сделала то или иное глупое действие, ведь наверняка в курсе происходящего, и как могу смотреть в глаза королю, когда фактически предала его. Фрейлина проявляла заботу здесь и сейчас, и я откровенно не понимала, почему в лесу моя тьма хотела её смерти. Однако в данный момент мне было безумно одиноко. Я знала, что женщина не будет что-либо спрашивать просто так, поэтому заговорила сама: — Как думаете, король неправильно сделал, что не дал мне наказание? Велена подняла на меня сострадательный взгляд. — Если он не посчитал нужным... — Но я ведь этого заслуживаю, — перебила её я. Она вздохнула и присела около меня на кровати. — Каролина, тебе тяжело. Мы все это понимаем. Я не знаю толком тебя, твою жизнь, но достаточно просто подумать, что ты ведьма и находишься в том месте, где подобным тебе не каждый рад. Оттого ты можешь совершать ошибки, и если Артур считает, что их возможно простить, то он делает всё правильно. Велена мягко улыбнулась мне и поднялась. Я прошептала ей короткую благодарность. Пусть легче мне не стало, однако фрейлина, в отличие от Дорана, не спешит меня винить. Уже возле двери женщина спохватилась: — Совсем забыла! Наверняка тебе интересно знать, что Артур собирает всю знать Бессмертного королевства на собрание, мол, важные переговоры. Это действительно принесло мне воодушевление, ведь, кажется, я уже знала, о чём на их собрании пойдёт речь. Велена ушла, оставив меня с возобновленными силами двигаться дальше, словно влила какой-то чудодейственный отвар. Кто бы мог подумать, что простой и короткий разговор может стать ему заменой.
