Глава 20. Ворон
11 июня 2025 г., 00:35
1665 год
Мёртвое царство
Бесшумная библиотека, пропитанная старостью и тьмой. Эта тьма отражалась не только в еле освещенном факелами помещении, но и сгустками энергии, что блуждала среди книг. Огромные колоннады увили зал библиотеки, тая на себе странные послания — буквы, чей язык давно забыт. Но стоило богу смерти войти, как символы на мгновение вспыхнули, встречая хозяина. «Информация — власть» прочитала Агнесса на одной из колонн, ведь её душа прекрасно помнила язык первых богов. Богиня ступала за Аидом неспешно, впервые в жизни, пусть и нерешительно, доверяя вести ему. Она периодически сжимала руки в кулаки, когда думала: помощь, он предложил ей бескорыстную помощь. Значит ли это, что женщина стала совсем слаба? Магия внутри бушевала, однако свой стержень, который Агнесса собирала по крупицам столетиями, начал мало-мальски рушиться. Страх. Не зря говорят, что тёмные создания им питаются — он очень много забирает, а отдавать не спешит. Аид взял один из факелов со стены и продолжил идти в кромешную темноту. Главной Ведьме казалось странным такое убранство библиотеки: при всем желании и божественном происхождении трудно найти что-либо, не имея достаточно света. Однако уже давно её перестали удивлять причуды бога смерти. Напротив, пугало, как сильно Мёртвое царство кажется ей местом, где можно чувствовать себя правильно, спокойно, словно тот баланс, к которому она стремилась нашёл Богиню. Агнесса еле заметно вздрогнула от этих мыслей. И вот впереди уже завиднелись стол и пара кресел, стоило Аиду поднести факел ближе. Он направил его к подсвечнику на столе, передавая свечам огонь. Стало немного светлее. Агнесса огляделась, хотя по сторонам всё так же жил мрак, а двери, откуда они вошли, уже и подавно скрылись в толстом слое тьмы. — Ты ничем не лучше насекомого, живущего под землей. — Она саркастично хмыкнула. — Книги не любят свет, ведь так в них убивается ценность: не каждый может узреть в такой темноте ту информацию, которую они хотят донести. Богиня села в одно из кресел, притворно вздохнув. — Ваша мудрость не имеет границ. — Она закинула ногу на ногу и откинулась на спинку. — Вот только неизвестно, найдётся ли в этих фолиантах что-то стоящее. — Здесь собраны разные рукописи, что-то даже принадлежит первым богам. Но будет ли это нам полезно — другой вопрос. — Полезно мне. В какой момент мои проблемы ты стал причислять к своим? — Агнесса недовольно сверкнула глазами. Нет, она не могла так глубоко пасть в его глазах, чтобы делить её невзгоды. Аид облокотился спиной о стол. — С того момента, как вызвался помочь, — простодушно ответил он и щелкнул пальцами. Из полок неподалёку взмыли книги, вмиг перемещаясь на стол аккуратной стопкой. — Боги умирают нечасто, оттого так мало информации о Забвении. От этих слов губы Агнессы сами собой сжались в тонкую линию. Она помнила ощущения, когда подлый мерзавец, король Алан, вонзил в неё Клинок; эту боль, что пожирала изнутри и заставляла гореть все органы. Богиня также помнила, что, умирая, обещала себе скорее вернуться, чтобы... Чтобы что? У неё была цель или огромный жизненный смысл, только вот поймать свои воспоминания, подобные изворотливой змее, не так-то просто. Не желая больше размышлять, Главная Ведьма взяла первую попавшуюся под руку книгу из предложенных. «Любовный этюд» — гласил корешок старой рукописи, и Агнесса изогнула бровь. — Какие сомнительные произведения ты хранишь в своей библиотеке, Аид. — Женщина положила книгу на стол, да с такой силой, что бог смерти поморщился. Аид молча забрал фолиант, а Агнесса не преминула себе подметить, что поведение бога вызывает у неё настороженные ощущения. — Очень жаль, что ты так думаешь, дорогая Агнесса. Любви, как и всякому в нашей нелёгкой жизни, нужно учиться. — Он отправил книгу в лёгкий полет обратно на полку. — Я часто сравниваю любовь со смертью... — Потому что она для тебя такая же недосягаемая, как и собственная смерть? — Богиня усмехнулась, и в её руке лишь на секунду образовался Клинок Аида. Но бог смерти проигнорировал её жест. — Потому что любовь способна принести боль, но также способна даровать покой. Аид неожиданно взмахнул рукой, и новая книга из стопки раскрылась перед Главной Ведьмой, бегло перелистывая свои страницы. — Глава восемнадцать. Здесь описаны боги, их сила, Пределы в Вечных Покоях, где они и обитают. Но о смерти сказано вскользь, однако желание богини проштудировать мою библиотеку для меня — закон. Он усмехнулся, начиная медленно выхаживать перед Агнессой, однако держался довольно далеко от неё, из-за чего его очертания иногда расплывались во мраке помещения. Королева ведьм слегка наклонила к себе книгу, которая всё так же с помощью магии витала перед ней. Девять богов, что должны быть живы, и одна, что навсегда оставила свой пост — богиня ярости. К сожалению, эту историю Агнесса уже не помнила, но зато все остальные боги чётко всплывали в памяти, стоило пробежаться глазами по заголовкам текста. Утрата возможности быть как все боги в Вечных Покоях защемила душу. Она знала, что пока полностью не избавиться от Забвения, дорога в обитель богов ей не светит. От несправедливости магия вспыхивала в резерве, однако от бессилия тут же затухала. Как и говорил Аид, про смерть сказано в фолианте лишь вскользь: упомянулись Клинки, что дают временную смерть богам. Королева ведьм вздохнула, но сдаваться не собиралась. Она не могла себе позволить сгинуть навеки точно так же, как и богиня ярости... Мало ли что может с ней сотворить Забвение. Агнесса подняла глаза, чтобы едко заявить богу смерти, мол, его хваленная библиотека — лишь сборище ненужных пергаментов, однако Аид словно исчез. Его не было там, куда доставал свет от подсвечника. Ушёл? Решил найти ещё книг? Издевается? Выгнув бровь, Главная Ведьма поднялась, взяв в руки тонкий подсвечник со стола. Теперь единственным звуком в этой библиотеке был потрескивающий огонь свечи и глухой стук шагов женщины. Агнессе не нравились те игры, которые любил невзначай затевать царь Мёртвого царства. Не зря её изначально настораживало его поведение. Как только богиня ступила во мрак, мимо неё оглушительно быстро пролетела темная энергия. Подсвечник потух и выпал из женской руки. Терпение Агнессы грозилось быстро закончится. Шутки она не любила. Думала не долго: глаза полыхнули серебром, и божественная светлая магия вспышкой озарила тьму впереди. Однако простая темнота кишела темной магией. Две энергии, принадлежащие двум богам, столкнулись. Тьма не пыталась навредить, но отступить? Нет, не умела. Не умел и тот, кто хозяином этой магии наречён с рождения. Серебряные нити сплелись вокруг облака чужой магии, убивая, искореняя, не щадя. Но взгляд Триединой богини уже был полностью направлен на бога смерти. Она чуть не потеряла внутренний баланс, глядя на приподнятый уголок его рта. Весело? Агнесса оскалилась, медленно подходя ближе. Магическая борьба между ними закончилась, однако всё тело богини слабо отдавало серебристым мерцанием. Бог смерти терпеливо ждал её, стоя в нескольких дюймах от шкафа с книгами. Агнесса остановилась рядом с ним почти вплотную. — Вот как, — тихо хмыкнула она. — Хочешь борьбы? Он покачал головой, не сводя с нее глаз. — А чего же тогда? — почти прошипела Агнесса и резко толкнула бога к шкафу. Аид не сопротивлялся, чем вызывал только улыбку. — Противостояния? Победы? Превосходства? Или... — Она неожиданно опустилась перед ним на колени, ехидно ухмыляясь. — Подчинения? Её рука потянулась вверх по его ноге, при этом богиня не торопилась разрывать зрительный контакт. Ей нравилось наблюдать, как он теряется в ней, падает с высоты своей гордыни. Эти чувства опьяняли и Агнессу. Аид перехватил её руку, крепко стискивая запястье. Он не мог. Больше так, черт возьми, не мог! Королева ведьм следила, как бог плавно опускается рядом с ней на колени. Их глаза почти на одном уровне: её, не лишённые божественного серебра, а его — золотого мерцания. Каждый привык прятать эмоции внутри, но пульсирующий поток невидимой энергии рядом говорил много чего за них самих. — Ненавижу тебя, — проговорила Агнесса, качая головой и улыбаясь. Вместо ответа Аид медленно потянулся рукой к её лицу. В этом жесте богиня не могла ничего разглядеть. Не могла... Но пугающее чувство, которое скрывалось на задворках сознания, вспыхнуло. Агнесса растворилась в свою обитель. А рука бога смерти застыла в воздухе, так и не достигнув её лица. Так он просидел несколько минут. В голове всё ещё держался образ её серебряных и, кажется, за столько лет уже совсем чужих глаз. В конце концов царь поднялся и, сжав руки в кулаки, скрылся из библиотеки.***
1665 год
Бессмертное королевство
Староград
Высокие окна пропускали яркие солнечные лучи. Одна из створок была приоткрыта, впуская свежий воздух и развивая полупрозрачные белые шторы. Слуги носились туда-сюда, словно их дела и не думали заканчиваться. Подносы с едой, пылесборники и разные пергаменты в их руках — одним словом, сплошная суета. Где-то неподалеку что-то недовольно причитала Велена, которая с раннего утра командует всеми, дабы дворец стал ещё идеальнее, чем был до этого. Она даже умудрилась ткнуть Дорану на то, что тот садится в пыльной одежде после тренировочных боёв с гвардейцами на диван. Артур, хоть и был на взводе, с этого посмеялся, но поспешил скрыться в своём кабинете, чтобы не тревожить лишний раз фрейлину. После разговора в саду он со мной особо не говорил. Снова я встречаю его холодность и отстраненность, прикрытую тем, что король все время занят. Возможно, я смогла бы этому поверить, однако даже по нашей мысленной связи достучаться до него я не могу. Незнание причины такого поведения меня очень раздражает. Как он смеет так играть со мной? То добр и внимателен, то вновь чужой, незнакомый мне Артур... Я уверяла себя, что последнее его поведение даже лучше: так между нами воздвигается стена, и, может быть, я смогу преодолеть необъяснимую тягу к нему. Однако предательское, гребаное сердце сжимается, когда король так весел порой в общении с Дораном и Веленой, словно они — одна семья. А я чувствую себя явно лишней в этот момент. Той, кому толком и не доверяют. Сейчас я стояла около стены громадной и светлой гостиной. В этом месте ещё не была. Зал украшали золотые элементы на стенах, до блеска отполированный мраморный пол, свисающие стеклянные люстры и три больших окна в пол. Посреди комнаты расположились бежевые диван и два кресла, а чуть поодаль стоял длинный обеденный стол, который уже заполонился разными блюдами. В гостиной приятно пахло из-за обилия цветов в белых каменных горшках. Пальцы сами собой нервно сжимали ткань платья. К слову, Велена попросила меня быть сегодня краше, чем обычно. Принесла красное бархатные платье с кружевной вставкой на груди, заколола пряди волос красивой блестящей заколкой и подвела мне сурьмой глаза. Бесспорно, было приятно глядеть на себя в зеркало, однако стало неуютно, когда я оказалась в этой гостиной. Слуги, хоть и проворно выполняли свою работу, мельком оборачивались на меня и тихо перешептывались. А когда я шла по дворцу, то ловила взгляды и гвардейцев. Всё это потому, что в таком наряде я стала более заметной. Да и к тому же у жителей дворца появился новый повод для слухов: ведьму нарядили, как куклу или собственную зверушку. К своему сожалению, я до сих пор помнила слова мужчины со шрамами. Дворцовая зверушка. Эта фраза никак не выходила из головы. Моё грустное настроение подкидывало мысли о том, что, может, долго искать причину своему появлению во дворце не нужно? Возможно, Артур просто захотел держать меня при себе как трофей, некую диковинку? И вот снова пришлось отмахнуться. Даже если так — всё лучше, чем было умереть. Мне нужно было сосредоточиться на другой проблеме: сегодня прибывает наставник Артура. Что это за волшебник и почему весь дворец так суетится перед его приездом мне неведомо. От этого подогревается интерес и, вместе с тем, страх. Я скрестила руки на груди, лениво взглянув в окно. Лучше сейчас быть где-то в саду или лесу, чем ждать важную персону и волноваться лишний раз, что, в случае чего, я не смогу за себя заступиться. Да и к общению с высокородными волшебниками всё ещё не совсем привыкла. Артура и Дорана я не считала — они и сами негодяи и нахалы, каких только поискать можно. Словно прочитав мысли, будто из неоткуда передо мной появился Доран, щелкнул меня по носу и встал рядом, подражая моей унылой позе со скрещенными руками. — Смотрю да и думаю, что за недовольный гоблин стоит возле стены, а это ты. — Он усмехнулся, а от меня заслужил красноречивый взгляд. — Вашу самодовольную физиономию тоже не каждый захочет лицезреть, уж поверьте, — парировала я. — Прямо нож в спину, рыжее чудо. — Что, сильно бьет по вашему самомнению? Доран приподнял брови. — От гоблина — нисколько. Я негромко фыркнула, а затем еле слышно вздохнула, когда в гостиную зашёл Артур, о чём-то переговариваясь с Веленой. Благо, зал был довольно большой, из-за чего мы даже взглядом с ним не пересеклись. Тьма слабо кольнула в груди, учащая мне пульс, а я всё не могла отвести глаза и мысли куда-то подальше от короля. Вот же негодяй, Аид его побери! Просто несносный, невыносимый... Главнокомандующий неожиданно хмыкнул. Я уже и забыла о его присутствии. — У вас с королём взаимная любовь к тому, чтобы сверлить друг друга взглядом? Я опешила. — По-моему, он даже не смотрит в мою сторону, — как можно равнодушнее сказала я. — Сейчас — нет. Но это не значит, что так происходит всегда. Пальцы снова нашли ткань платья и крепко в неё вцепились. Что же со мной такое? — С чего бы ему это делать? Краем глаза заметила, что вредитель ведьмам пожал плечами. — На моём опыте, так смотрят только в двух случаях: либо, когда очень сильно ненавидят, либо, когда кто-то очень небезразличен. Каждое слово вбивалось в мои мысли, как звенящие колокола. Ненавидит... Что, если Артур правда меня ненавидит, но просто иногда пытается быть учтивым для... какой-то своей цели? Разве не так он сказал: «Может быть, не только моя справедливость не дала тебя казнить, Лина». А что ещё? Какая-то своя выгода? Ненависть короля могла быть вполне оправдана тем, что я применяла на нём Контроль, буквально манипулировала, обманывала, ставила под удар его жизнь... Опомнилась от раздирающих на части мыслей только тогда, когда Доран ткнул меня в плечо и хмуро заглянул мне в глаза. Затем неожиданно подтолкнул в спину и подвёл к дивану, взял с него небольшую подушку и твердо сказал: — Бей. — Он выставил руки вперёд, обхватив предлагаемый предмет. Я долго таращилась на него, а потом наплевала на всё и ударила. Раз, другой. Главнокомандующий, конечно, даже не шелохнулся, пока моя рука то и дело била подушку. Доран терпеливо ждал, когда я выпущу всю злость. Его беспристрастное выражение лица немного успокаивало, и, в конце концов, я опустилась на диван со вздохом, когда костяшки пальцев начинали побаливать. — Стало лучше? Я кивнула и буркнула под нос что-то вроде благодарности. Хвала Богине, Артура уже в гостиной не было. Зато к нам на всех парах спешила Велена. Она отобрала подушку у вредителя ведьмам и сердито на нас посмотрела. — Немедленно прекратите выбивать пыль! Хулиганствуйте в другом месте. А ты, — она обратилась к Дорану, — не подначивай Каролину на свои шуточки... Главнокомандующий её перебил: — Гоблин сама была не против, правда же? — сказал Доран мне. В его глазах сквозило веселье. — Кто?! — возмутилась фрейлина. — Я её всё утро наряжала, так что единственный гоблин здесь — это ты, несносный мальчишка! Она принялась колотить его подушкой, а вредитель ведьмам с полным изумлением в глазах, начал отступать, пока окончательно не скрылся из зала. Я не выдержала и тихо рассмеялась. Порой, не всё так плохо, верно?***
Все были в сборе: Доран, Артур и я. Неподалеку стояли гвардейцы и пара слуг. Я с замиранием сердца наблюдала, как в гостиную неспешно заходит наставник Артура. Длинные тёмные волосы, собранные в низкий хвост; тёмное одеяние и такой же тёмный плащ с серебристыми узорами. Но самое главное — маска. Чёрная маска ворона на лице, за которой были видны только пронзительные зелёные глаза. Я старалась держаться спокойно, но любопытство взяло верх. Где-то уже видела я этого наставника... И тут вспомнила. Воспоминание короля, в которое я так самовольно вторглась. Это был тот самый волшебник, который угрожал Артуру, заставлял собирать войска на ведьм... Теперь понятно, почему король так не рад встрече с наставником — это выражалось в грубо стиснутых челюстях и коротком и холодном рукопожатии. — Ворон, — сказал Артур, слегка склонив голову. Что же, даже имени своего просто так не раскрывает? Запрещает говорить? — Рад видеть, Артур. — Голос Ворона был спокойным, но меж тем почему-то вызывал дрожь. — Давно ты меня не приглашал. Очень сомневаюсь, что король и в этот раз отправлял приглашение. — Был слишком занят, — лишь ответил Артур, и они вместе сели на диван. Мы с Дораном встали сбоку от короля. И в этот момент хотелось спрятаться, потому что всё своё внимание Ворон направил на меня. Его изучающий взгляд проскользил по всему, чему только можно. Король это заметил и впервые за день тоже обернулся ко мне. Мне бы хотелось увидеть в глазах Артура хоть какую-то эмоцию, но нет — пустота. — Неплохой трофей, — констатировал наставник. От этих слов я чуть не дернулась. Король промолчал. — Много ли магии? — Я не могла понять, к кому он обращается, но тем не менее за меня решил отвечать Артур: — Резерв не больше, чем у простых слуг. — Может ли похвастаться происхождением среди ведьм? — Нет. С каждым его ответом во мне вскипал гнев. Решил меня дурехой выставить? Пусть резервом я похвастаться не могла, однако из-за матери являюсь приближенной ведьмой. Но Артур мог бы и приукрасить, всё-таки ему же лучше иметь при себе разведчицу с хорошей репутацией. Ворон склонил голову. — Сирота? Король пару раз моргнул, глядя на меня. Мне на секунду показалось, что в его взгляде что-то промелькнуло. — Нет. Отец отправил служить мне. Она полукровка. Зачем. Он. Врёт. Замешательство смешалось со злостью, но я упрямо подавила все эмоции. Пусть. Наставник усмехнулся. Из-за маски этот смешок казался грубым. — Не желаешь за стол? — неожиданно сменил тему король. — Нет, благодарю. Лучше прикажи своей разведчице подойти ближе. Артур еле слышно выдохнул. — Каролина. — Почти беззвучный приказ. Я еле отлепила ноги от пола и заставила себя подойти. Встала спереди от дивана, но всё же близко к королю. — Сядь, — сказал Ворон. И я почти рухнула на диван, так как подкосились ноги. Тьма подняла во мне пульс — ей совсем не нравился этот странный наставник, с чем я была абсолютно согласна. Рука Ворона потянулась ко мне. Я заставила себя не отпрянуть, когда он по-хозяйски откинул мои волосы назад, обнажив шею, и начал очерчивать пальцем невидимую петлю. Мне было немыслимо, почему наставник решил уделить такое внимание. Любит развлекаться с необычными личностями, вроде ведьм? Пусть катится к чёрту. Теперь тьма согласилась со мной. Но прежде чем я успела нахамить, Артур положил руку мне на плечо и сказал: — Хватит. Она разведчица, а не наложница. Я старалась смотреть куда-то в пол. Всё, что происходило — вгоняло меня в неопределённое, но смущенное состояние. Однако больше всего я злилась. Хвала Богине, Ворон убрал руку и хмыкнул. — Хотел бы заметить, вторая роль пошла бы ей куда больше. Я вспыхнула. — Очень ошибаетесь, — процедила я. — Наложницам свойственно ложиться в постель к хозяину побогаче. Я же оттуда привыкла сбегать, а в случае чего и кинжал воткнуть в хорошие места. Артур крепче сжал ладонь на моём плече, словно требуя остановиться, но продолжать я и не собиралась. Иначе темная магия закончит за меня. Наставник откинулся на спинку дивана и монотонно заговорил: — Грядет война. По твоей воле, Артур, ведьмы практически в полном составе. Преисполнился милостью к ним? — Король не ответил. От такой резкой смены темы по коже пошли мурашки. Артур понял, что возвращаться ко мне Ворон больше не планировал, а потому убрал руку. На каково было моё удивление, когда ладонь короля теперь покоилась в районе моей спины. Почти незаметно. Теперь для меня было проблемой об этом не думать и вовсе не замечать. — Ты меня разочаровал, — продолжил волшебник. — Я долго наблюдал за твоим правлением со стороны... В последнее время твои действия вызывают лишь настороженность. — Прошу пояснить, чем же? — Дворяне недовольны — их мнение ты готов даже не слушать. На собраниях Совета тоже появляешься редко. А твоё месячное отсутствие чуть не поставило под угрозу королевство. — Я не собираюсь оправдываться. Однако моё отсутствие было вынужденным и далеко не приятным событием. — В этом и дело: у настоящего, стоящего такого великого королевства правителя должно быть под контролем всё. Давно я говорил, что не хватает тебе твёрдости и жестокости твоего отца. Я почувствовала, как Артур напрягся. — Отец чуть не допустил захвата государства ведьмами. Великой войны бы не было, будь он чуть спокоен в своих решениях. Наставник долго смотрел на короля, затем еле заметно кивнул, будто что-то отмечая в своих мыслях. Его голос теперь раздался более вкрадчиво: — Не будем бередить прошлое. Важно то, что происходит сейчас. Совет хочет войны, как и каждый, кто хоть немного знаком с чертами гордости и любви к простым жителям... Сколько погибло горожан на последней бойне, Артур? — Около ста, — нехотя ответил он. От этой цифры мне стало нехорошо. — И это лишь разовое нападение. Неужели твои воины не способны защитить подданных? Я краем глаза заметила, что Доран сжал руку в кулак. Не нужно знать главнокомандующего хорошо, чтобы понимать простую вещь: он будет вести свою армию так, чтобы ни одна мирная душа не пострадала. Просто в тот раз они не были готовы, ведь жили в иллюзии перемирия с ведьмами. Почему ведьмы напали? — Впредь мы такого не допустим, — лишь сказал Артур. Он действительно не желал оправдываться. — Очень хорошо... Иначе Совет задумается над многим, мальчик мой, очень над многим. Мне хотелось истерически рассмеяться от его слов. Интуиция подсказывала, что задумается Совет ни без помощи этого Ворона. Пока Артур не имеет абсолютной власти, ему «помогают» приближенные к королевской семье дворяне, а также за каждым действием короля следит Совет — сборище высокопоставленных волшебников, цитадель которых находится на специальной нейтральной территории, не принадлежащей ни одному государству. Ровно так же Верховный Совет влияет и на каждого правителя, просто в меньшей степени, так как те давно приобрели абсолютную власть. Судя по словам наставника, он очень близок к Совету. А, значит, должен в одинаковой с ними степени желать уничтожить ведьм. Навсегда. Всё-таки я была рада, что однажды поговорила с Веленой на тему политики. Она рассказала также, что, оказывается, все остальные королевства, хоть и имеют свою автономию, являются лишь княжествами, которые так или иначе будут уступать во власти Бессмертному королевству. Именно по причине того, что род Артура имеет верховенство, Совет за ним наблюдает на постоянной основе. Резко Ворон встал, отчего и мы с Артуром одновременно поднялись. — Что ж, не могу более здесь задерживаться. Правильно, пусть катится к Аиду. Он бросил странный взгляд на меня, а затем направился к выходу. Артур и Доран поспешили его провожать. Мне же оставалось только облегченно выдохнуть.***
Я стояла на балконе, который нашла совершенно случайно по пути из гостиной. Он выходил на сторону, откуда открывался обзор на город. День был в самом разгаре, солнце освещало множество широких и узких улочек. Храм торжественно возвышался на главной площади; стеклянный мост сверкал на солнце и был оживлен большим количеством волшебников, смотрящих вниз, на небольшой водоём; цветущие деревья всё больше заполняли город, превращая его в по-настоящему прекрасное зрелище. Вдохнув свежий воздух, я положила руки на балюстраду. От напряжённой встречи чувствовалась усталость, поэтому немедленно сняла туфли на небольшом каблуке и стянула с волос заколку, рассыпав рыжие пряди на плечи. Стоять босиком, касаясь холодного пола балкона, было на удивление приятно. Внезапно сбоку я почувствовала движение и тут же повернулась. Ко мне подошёл Артур, чем вызвал только изумление. Вечно собранный, сейчас он растрепал волосы, расстегнул камзол и несколько пуговиц рубахи. Я смотрела на него неотрывно, не в силах что-либо произнести. Несколько часов назад хотелось накричать, разозлиться, а сейчас... Сейчас куда важнее оказалась тишина. Я снова повернулась к городу, ощущая, что король становится рядом, так же облокачиваясь на балюстраду. — Знаю, у тебя есть вопросы, — утвердил он внезапно, прерывая тишину. Я втянула воздух. — Их много. С какого начать? — С того, что считаешь важнее. — Почему ты соврал насчёт меня? — Я даже не заметила, как с моих губ сорвалась фамильярность. Впрочем, кажется, Артур этого и не заметил. — Ради твоей безопасности. Я нахмурилась. — Что это значит? Однако король говорить не спешил. Понимая, что не ответит, я продолжила: — Ты не говорил, сколько было жертв... — Не посчитал нужным. Ведь чужие проблемы вечно трогают тебя больше, чем должны. — Я просто хочу быть полезной. — И ненароком создаёшь проблемы, Лина. Я сжала губы. — Может, будь у меня больше дел, как у настоящей разведчицы... Артур тяжело вздохнул. — Я уже говорил, что пока это не нужно. И также я прекрасно был готов к тому, что от скуки ты начнёшь чудить во дворце, но не думал, что и за его пределами. — Если ты пришёл мне нотации читать, то я лучше пойду. Я хотела было развернуться, но король просто молча придержал меня за руку. Слов не нашлось, поэтому я осталась. Снова тишина между нами. Где-то далеко запела птица, а потом мягко начал бить колокол, оповещая середину дня. Волшебники принялись постепенно уходить с моста: кто на обед, кто безмятежно прогуливаться дальше. — Он напугал тебя? Я не сразу поняла, о ком идёт речь. Мои мысли укатились совсем далеко. — Нет, я лишь была в замешательстве от этого... внимания. — Я повела плечом. — Ворон странный. К слову, почему его так называют? — Он предпочитает, чтобы никто не знал его имени. Я практически не знаком с историей Ворона, поэтому и ответить на твой вопрос не смогу. — Ворон — хороший наставник? — В детстве — возможно. По крайней мере, это было лучшим вариантом после смерти родителей. Он заменил роль отца в плане того, что объяснял все основные вещи, которые должен знать истинный правитель. Ворон всегда был другом нашей семьи, поэтому я ему беспрекословно доверял... Сейчас же, как видишь, он стал помыкать мной и слишком сильно связался с Верховным Советом. — Много ли изменится, когда ты получишь абсолютную власть? Артур криво усмехнулся. — Не знаю. Но очень надеюсь. Вновь молчим, однако молчание не угнетает. Я подперла рукой голову, немного встав на носочки — ноги постепенно замерзали без обуви, а надевать обратно туфли при короле как-то неудобно. Немного времени спустя я ощутила его взгляд. Такой пристальный и внимательный. Но не поворачивалась, предпочитая наблюдать за медленно плывущими облаками. — Ты красивая, — неожиданно сказал Артур. Я отпрянула от балюстрады и во все глаза посмотрела на него. — Что? — Красивая, говорю, недоведьма. Мне не хотелось думать о том, что мои щеки залились румянцем. Надеюсь, нет. Я неопределённо повела плечом, отворачиваясь. — Все ведьмы такие. Но король и тут ошарашил: — Нет. У ведьм злой взгляд, жестокие черты лица. Ты же даже когда хмуришься милая. Я совсем опешила и от переизбытка эмоций ляпнула: — А Доран сегодня сказал, что я гоблин. Артур мягко рассмеялся. — Он просто завидует, что все взгляды во дворце направлены не на него. Особенно сегодня. Я окончательно смутилась. Король тоже заметил, что все на меня поглядывают? — Мне кажется, в этих взглядах ничего хорошего. Как будто, напротив, осуждают. — Слуги лишь шепчутся, как и всегда, разнося сплетни. А вот гвардейцем бы выколоть глаза за их пристальное внимание. Я ухмыльнулась. Ему что, это не нравится? — Пусть смотрят, — мечтательно сказала я. — Может, так и мужа себе найду. Хоть кто-то да и не взглянет на то, что я ведьма. Артур подозрительно на меня взглянул. — Ты хочешь замуж? — Не знаю. Может, и захочу. Зато перестану тебе проблемы приносить. Ноги совсем окоченели. Я постаралась подмять под себя платье, чтобы хоть чуть-чуть согреться. К моему сожалению, король вовремя заметил мои босые ноги. Не говоря ни слова, он неожиданно схватил меня за талию, приподнял и посадил на балюстраду. Одна его рука легла мне на ногу, а другая — на талию. А я лишь глупо взирала на него. — Мне кажется, проблемы из моей жизни уйдут только в том случае, если ты покинешь моё королевство. Так что замужество не поможет. — Мои замерзшие ноги — не твоя проблема. Во мне не было недовольства. Пульс подскочил, а тьма тихо ликовала, покалывая в груди. — Ошибаешься, недоведьма. Если ты заболеешь, то Велена обвинит в этом меня, и тогда страдать от её гнева будет весь дворец. — Какая жалость, — фыркнула я. Его гребаные прикосновения. Моё гребаное сердце. Богиня, помоги мне... — Какая ты злая, Лина. Совсем не думаешь о других. Рука Артур поднялась чуть выше по бедру. Я тихо сглотнула, не зная, куда деть себя от смущения. Ведь только-только начала уверять себя, что король меня ненавидит... — И о ком предлагаешь мне думать? Он хмыкнул. — Думай обо мне. Может быть, и я когда-нибудь тебе приснюсь. Пока я обдумывала услышанное, Артур опустился, поднял мои туфли, затем заботливо одел их на меня, застегнул, после чего снова приподнял за талию, опуская на пол. Всё это время я очень нелепо пялилась на него. Последним его действием было то, что он аккуратно отряхнул моё платье, хотя я была уверена, что на нём не были ни единой пылинки. Уходя, король как бы невзначай дотронулся до моих волос. Я долго смотрела ему вслед. Что это, чёрт возьми, было?***
День, кажется, и не думал заканчиваться. Вскоре после того, как я вернулась с балкона, Велена объявила, что к нам пожаловал герцог Бальфур. Мне хотелось сбежать в свою комнату, однако фрейлина это заметила и за руку, как ребёнка, повела в комнату, где уже расставляли чай на круглый стеклянный стол. По бокам от него расположилась пара кожаных диванов, на один из которых женщина усадила меня, принимаясь поправлять мои волосы. Вот уже в сопровождении Артура вошёл и герцог. Завидев меня, он улыбнулся, а я всё больше поражалась, что высокородные могут быть так бескорыстно добры. Особенно к ведьмам. Конечно, ещё с прошлой встречи Роман заинтересовал своей спокойной натурой, поэтому немного посидеть с ними я была не против. Всю атмосферу портил только внезапный жар в теле, когда я смотрела на короля и вспоминала наш разговор на балконе. Мне казалось правильным встать и приветственно поклониться. — И снова вы, юная леди, — ответил мужчина мне, кивая. Нас было всего трое — как оказалось, вредитель ведьмам решил, что куда полезнее было уйти по делам в город, где фрейлина его уж точно не достанет. Артур сел рядом со мной, а Роман — напротив. Я даже не знала, о чём можно говорить в таких непринужденных встречах. Да и о чём в принципе, кроме вопросов королевства, разговаривают высокородные? Однако от меня ничего не требовали, и я спокойно выдохнула. Король что-то монотонно рассказывал о том, что несносные новоизбранные гвардейцы, заслышав о приближающейся войне, сердечно умоляли не отправлять их на фронт. Роман же, напротив, хвалился тем, что среди его стражи уже нашлись добровольцы. Затем их тема резко поменялась в сторону неурожая из-за весенних холодов. Герцог сетовал, мол, боги окончательно решили от них отвернуться, на что Артур лишь пожимал плечами. А я всё не переставала вглядываться в черты лица герцога. Что-то в его улыбке, ямочке на щеке и в целом профиле заставляло задуматься. Однако про меня, наконец, вспомнили. Роман перевёл взгляд с Артура на мою персону и очень вкрадчиво поинтересовался: — Так, значит, вы разведчица короля? Я кивнула. От усталости голова опустела, и разум уже не мог подкидывать нужные слова. — Кто же ваши родители? Вздохнув, я ответила: — Моя мать недавно умерла, а отца я никогда не знала. — Здесь я мельком взглянула на короля. Мало ли, сказала чего лишнего? Но Артур в присутствии Романа был расслаблен. Видимо, доверял. — Очень соболезную вашей утрате. Но как же так получилось, что вы очутились во дворце? Видимо, король дал право рассказывать мне, а я как-то вовремя вспомнила, что для Ворона он выставил меня ведьмой-неумехой. Возможно, стоило отыграться. — Король просто не смог пройти мимо. Так уж ему нравятся необычные девушки. Я не повернулась к Артуру, но его пристальный взгляд, несомненно, чувствовала. Герцог простодушно рассмеялся. — Признаться, в моей жизни тоже была ведьма. До того нравилась мне, что я иногда подумывал жениться. — И что... случилось? — Не любила меня. И я это знал. Согласитесь, юная леди, как можно создать счастливую семью, когда видишь, как твоя пара вздыхает по кому-то другому? Поэтому я отпустил её до того, как сам начал испытывать любовь. — Вы злитесь на неё? — Нисколько. Свой выбор она сделала сама и, к несчастью, в пользу неизвестности. — Но как же вы хотели на ней жениться? Разве не помешало бы происхождение? Меня не должен был волновать этот вопрос. Я никогда не считала, что могу выйти замуж за какого-нибудь дворянина. Однако... — Законом не запрещены браки с ведьмами. А какой-либо титул необязателен. Я ведь не король. — Роман хмыкнул. Я удержалась от вздоха. Не король... Конечно, волшебнику королевских кровей положена и жена под стать. С меня резко снялось наваждение, которое так умело вызывал Артур одним лишь своим присутствием. Впрочем, терпеть долго его тепло по правую сторону дивана мне оказалось не нужно: совсем скоро герцог Бальфур, извинившись, решил вернуться в своё поместье. Сердечно поблагодарил короля за короткую, но приятную встречу и удалился. Я же поспешила уйти в свою спальню, дабы дать себе передых.***
Однако на приятной ноте заснуть не вышло: я узнала, что Артура вызвали к границе. Мол, что-то серьёзное. Вопреки возможной опасности, король приказал Дорану остаться во дворце. Когда выходила на ужин, я мельком видела хмурое лицо вредителя ведьмам. У меня и самой было беспокойно на душе. И я не знала, почему. То ли все события складываются не лучшим образом, образовывая тяжесть в груди... Либо вновь сказывается ведьминское чутье. Я молилась, чтобы последний вариант был маловероятен, но, когда Велена разбудила меня среди ночи с невообразимой паникой в глазах, моё сердце пропустило пару лишних ударов. — Артур вернулся, и он тяжело раненный.
