Глава 34. Холодная княжна
2 июня 2026 г., 23:05
1665 год
Звёздное королевство
Баспала
Пергамент мягко подсвечивался огнем от горевшего камина. Гримуар, моя записная книжка, найденные письма в таверне, которые я в конце концов выпросила обратно у Дорана, — всем этим я обложилась, лёжа на полу спиной вверх и слегка покачивая ногами. Каменный холодный пол был не лучшим местом для размышлений, но случайно уснуть на кровати я боялась... Взгляд то и дело обращался в ночную даль за окном. Сегодня не было ни странных надписей, ни незваных появлений. А первые лучи рассвета, по ощущениям, уже скоро должны были показаться на горизонте. С того момента, как я в последний раз разглядывала письма мои суждения не изменились: на одном из них почерк подделывали намеренно. Только неясно: чтобы не смогли найти отправителя или сопоставить с прошлым письмом. Я не отметала варианта, что подозрительных авторов писем может быть двое. Какие-либо намеки на сон улетучились еще вечером, когда Доран пришел и со вздохом объявил, что через сутки к нам прибудет один из членов Верховного Совета. А это означало, что мне надлежало быть прилежной и тихой девочкой, которая не будет соваться куда не просят. Однако любопытство всё одолевало и одолевало... Зачем этому волшебнику было приезжать? Не связан ли он какими-то хитроумными планами с Вороном? И что же сулит сегодняшний ужин, на котором мне стоило выглядеть лишь робкой фрейлиной? Но личные неприятности начались куда раньше: я почувствовала холодное прикосновение к мысленным барьерам от короля. Так давно не ощущала его присутствия, что вздрогнула и сцепила руки, чтобы унять волнение. И чего, спрашивается, я так переживаю? Наверняка просто приказ, который следует донести прямо сейчас. Сделав пару глубоких вдохов, позволила Артуру срезонировать с моими мыслями, убрав подальше все то, что ему знать не было необходимости. Его голос ощущался бодрым. И хотелось едко прокомментировать, не связано ли это с ночными похождениями к княжне, но король опередил фразой: — Не спится, недоведьма? — Вам не приходило в голову, что я видела десятый сон, а вы мне помешали? — Не препирайся. Мы ведь оба знаем правду. — Я закатила глаза, а он хмыкнул, словно видел это. Надеюсь, нет, ведь страшно представить его мысли насчёт моей старательно натянутой позы, чтобы не выдать радость от малейшего фамильярного разговора с ним. — В любом случае прямо сейчас иди ко мне в кабинет. И постарайся не найти по пути неприятности. — Я не знаю, где ваш кабинет! — Полагаю, для гостей такие комнаты создаются недалеко от их покоев. — Не знаю, как другие фрейлины, а я не дежурю возле ваших покоев каждую ночь. — Очень жаль. Я подскочила. — Что?! — Ничего, недоведьма. Будешь идти по моим указаниям. — Он вздохнул, будто уже жалел о своей идее. — А зачем мне к вам в такой час? — Это приказ и он не обговаривается. — Уже подойдя к двери, я остановилась и замолчала. Причём это наверняка выглядело слишком наигранно, но двигаться с места без объяснений не собиралась. Артур, кажется, это понял. — Хорошо... Обговорим кое-что насчёт приезда члена Совета. — Доран тоже будет? — Нет. Мне совсем не прельщала возможность находиться ночью одной с королём. Сердце выскакивало от такого поворота, хоть и готовилось к очередной боли от реальности нашего статуса «король-подчиненная». А разум твердил, что стоило бы уже перестать на что-то надеяться, ведь мы заранее обозначили остановку наших игр в чувства. И я вновь всё усложняю... Я вышла из спальни. Артур, как и обещал, всё ещё соединял со мной свое сознание. На удивление, напряжения от этого я не ощущала: только спокойствие и безопасность. Коридоры замка теперь не были такими мрачными даже в полутьме. Холод за окном превратился лишь в живописный пейзаж. Хотелось задыхаться в чувстве, что я не была совсем одинока. Хоть на секунду. Король мягко подсказывал мне, куда идти. Поворот за поворотом, коридор за коридором я шла к мужской части замка. Никто не встречался на пути, так что слышались только мои размеренные шаги и... чем ближе я была к источнику прохладного присутствия в своей голове, то есть к Артуру, тем сильнее колотилось сердце. Отчасти хотелось проклинать тот факт, что ослушаться приказа и не прийти я не могла. Эти мысли унесли меня куда-то далеко от реальности, из-за чего в конце концов я задела угол, чуть не уронила вазу с большим белым букетом цветов и стукнулась лбом о каменную стену. Черт бы побрал эти неожиданные повороты! — Ты жива, недоведьма? Я буркнула ему что-то невнятное, потирая ушибленное место и поправляя вазу. — Я же просил быть осторожной. — Вы просили попытаться не найти неприятности. А стена, Ваше Величество, в ответ на меня нападать не станет. Он вздохнул, и я почти ощутила, что король о чем-то глубоко задумался. А мне оставалось только нетерпеливо ждать следующего указания. Стоять в полутемном коридоре в мужской части замка было сомнительно. К тому же внезапный холодок, пробежавший по спине мне совсем не понравился. Я огляделась, на всякий случай держа руку на уровне кинжала. Тьма пустила свои корни по помещению, невидимая и неуловимая, как тени замка. Дзинь. Этот звук меньше секунды, прежде чем чужая энергия исчезла с предела досягаемости. Однако ещё ни разу я не чувствовала звона в ушах от сторонней силы. Меня передернуло, хотя нутром понимала, что это не было похоже на присутствие мужчины из моего кошмара. Это мог быть любой придворный, слуга, даже сам князь вышел ночью куда-то... — Полукро-овка, — обратилась ко мне тьма, и тут я совсем оцепенела и перекрыла свой канал для Артура. — Здесь кто-то был. — И что с того? Что ты почувствовала? — Сме-ерть. Её вкусный запах я почувствую везде. Кто-то умрёт совсем скоро и это неизбежно. Я вцепилась руками в стену, нервно озираясь. Если бы опасность грозила мне, тьма предупредила бы, так? Спутница не хочет расставаться с моим телом, очевидно, но... — Король? — спросила я. — Он в безопасности, — ответила она после мучительно долгих секунд. Я выдохнула хотя бы наполовину. Внезапно кто-то схватил меня за запястье, крик застыл у меня в горле. А дальше машинально схватила кинжал и направила его на неизвестного. Однако мозг быстро сообразил, кто именно меня схватил и продолжает мягко придерживать мою руку, и теперь облегчение полностью легло на мою душу. Артур стиснул мою зажатую ладонь в кулак с кинжалом, осторожно погладил её и, когда я разжала руку, перехватил выпавшее оружие. — Тише, кто тебя напугал? Тьма предупредила уколом под ребро, что говорить не стоило ровным счётом ничего из того, что я ощутила. — Ничего... Просто страшно. Темно. Я не могла с точность сказать, что король мне поверил, но перестал так издевательски нежно гладить моё запястье. Отпустил и теперь уже более обыденно сказал: — Не надо было закрываться от меня. И ты была чем-то так поглощена, что я не мог к тебе достучаться. Пришлось искать самому. — Ну, вы от этого не умерли. Глупая Лина, держи язык за зубами. Но Артур, на моё удивление, лишь хмыкнул. Что, у него сегодня хорошее расположение духа? — Идём. И теперь я шла бок о бок с ним, но всё еще иногда косилась вглубь коридоров, пытаясь уловить темный, наблюдающий силуэт. Кто умрет совсем скоро? И когда это «скоро» наступит? Кабинет короля размещался возле большого окна в пол с видом на один из заснеженных склонов скалы. Внутри пусть и было просторно, но довольно уютно: мягкий бархатный диван бежевого цвета, большой горящий камин, тёплая шкура какого-то громадного животного на полу; массивный, но скромный в размерах рабочий стол размещался в дальнем конце комнаты. Однако больше всего меня привлек столик, где была откупорена бутылка крепкого напитка. — Ваше Величество, а как же «воин должен быть всегда в форме и готов к бою»? Он вскинул брови, проследив за моим взглядом. — Я когда-то такое говорил? — Нет, но на вас было бы похоже. Он на мгновение улыбнулся. — Хочешь попробовать? Я с сомнением уставилась на почти полную и наверняка дорогую бутылку. Выпить с королем, наедине, ночью? Только если совершенно рехнусь. — Если только немного. Видимо, все-таки рехнулась. Я села на диван, позволяя Артуру самому «обслужить» меня. Было в этом что-то неправильное, но как раз это мне и нравилось. Вскоре в моей руке оказался хрустальный стакан с тёмной жидкостью и соответствующим ароматом. Долго я не думала — напиток быстро обжег мне горло, и я чуть не поперхнулась. Король усмехнулся. — Не умеешь пить? Вместо ответа я спросила сама: — Вам доставляет удовольствие наблюдать за каждым моим действием? Что несла, то совершенно не обдумывала. Адреналин после произошедшего в коридоре схлынул, но оставил после себя лёгкое напряжение, которое требовало разрядки. Артур не ответил, однако его взгляд впился в меня. Я не могла прочесть его эмоции, но вот легкое прикосновение к связывающей нас нити говорило: не ступай на эту дорожку, Лина. И это уже раздражало меня. Думал, если скажет мне, что между нами ничего нет и быть не может, то я резко забуду всё, отчего трепетало моё сердце? И легко перенесу ночную прогулку к нему в кабинет? Хотелось провоцировать его, даже если завтра я об этом пожалею. Тишина между нами накрыла комнату. Я лениво болтала алкоголь в стакане, прежде чем аккуратно отпить снова. Терпкий вкус бодрил разум и меж тем придавал смелости. Но пока я решила не рисковать. — Что насчет приезда члена Совета? — спросила, глядя в окно, где медленно плыли по воздуху падающие снежинки. Король прокашлялся и сел на другой край дивана. — Это известие было неожиданным для всех. В период военных конфликтов Верховный Совет редко высовывается из своей цитадели и навещает королевства. Скажем так, это могут счесть признаком склонности к кому-то одному... — А чем им грозит потеря нейтралитета? — Пересмотр состава членов Совета. — Артур нахмурился. — Но никто этим сейчас заниматься не будет, слишком долгое и спорное дело. — То есть, в их положении можно нарушать правила, не пугаясь, что кто-то будет лезть в их грязные делишки? Король долго смотрел на меня, но кивнул. Эти мысли всё больше укрепляли во мне сомнения насчёт Ворона. И тут Артур перехватил мое запястье, заставив слегка качнуться в его сторону. Он отобрал у меня стакан, поставил его на пол и серьезно заговорил: — Но я хотел поговорить не об этом. Мы не можем быть уверены, что Ворон ничего не замышляет... Поэтому завтра тебе лучше меньше показываться перед Крезом. Старик умен и, если будет нужно, перехитрит тебя быстрее, чем ты успеешь подумать. Пару раз моргнув, я собиралась гневно воскликнуть, что, между прочим, работаю разведчицей, но Артур все испортил: поднялся сам, потянул меня за собой, да так неожиданно, что я чуть не упала к нему в руки. И тогда уже не сдержалась: — Моя обязанность — найти предателей и убийц. Так как, Ваше Величество, я буду исполнять ваши приказы, если вы не даёте мне даже находиться рядом с подозреваемыми! — Да потому, черт побери, что ты мне нужна живая! Я оцепенела. Давно Артур не терял своё напускное спокойствие. — Кому выгодна смерть неизвестной ведьмы? — Я не могу разбрасываться обвинениями, пока у меня нет доказательств. Но жертвовать тобой, чтобы эти доказательства собрать, я тоже не буду, Лина. Он все еще крепко стискивал мои руки. А я всё ещё была в опасной близости к нему. — Я должна защитить вас от... — Я и сам себя защищу, глупышка. — Он покачал головой. — Неужели ты думаешь, что стала моей разведчицей только потому, что мне не хватает верных союзников? Сглотнув, опустила голову. Я очень хотела так думать до последнего... Ведь иначе окажется, что не так уж хоть кому-то была полезна. Артур пропустил пальцы через мои волосы, и краем глаза я заметила, что он устало улыбнулся. — Я хотел защитить тебя от казни. Но это не значит, что твоя помощь не пригодится. Только останься жива, прошу. Это откровение повергло меня во внутреннюю дрожь. Однако кое-что король не учел. Я тоже могу за себя постоять. Тьма не всегда контролируется мной, но она не позволит так просто погибнуть моему телу. А Артур, как и каждый в моей жизни, все решил за меня. Это выводило из себя. Я подняла голову и почувствовала, что наступил тот самый момент, когда можно не сдерживать провокаций. Поддавшись вперёд так, чтобы между нами оставались считанные дюймы, прошептала: — Значит, всё-таки нужна, как помощница? — Да. — Его взгляд медленно обвел мое лицо, чуть дольше задержавшись на губах. — И только? Он выдохнул сквозь зубы. Я ощущала, как напряглось его тело. И вскоре мужская рука легла мне на поясницу, притягивая все ближе, пока дыхание Артура не начало касаться моей щеки и глаза не загорелись тем огнем, который наверняка пылал сейчас и внутри меня. Но сдаваться чувствам сегодня я не желала. Поэтому в самый последний момент перед тем, как наши стены снова рухнули бы и мы пошли на поводу у общей уязвимости, я отстранилась, вывернулась из рук короля и быстро метнулась к двери. Уже там я произнесла, стараясь держать голос ровно: — До встречи, Ваше Величество. А дрожь во всем теле так и не унималась.***
Ближе к полудню вышла из покоев, чтобы разведать обстановку. Слуги мелькали мимо меня, но я не обращала на них внимание. Ответственное приготовление перед приездом важных гостей для меня уже было знакомо. Зато выглянула из-за перил в центральный холл — там столпились наши гвардейцы и стражи князя, что-то шумно обсуждая. Дорана тоже было трудно не заметить, ведь вредитель ведьмам имел более крупное телосложение... Он внезапно поднял голову, нашёл меня взглядом, подмигнул и снова продолжил свои дела. Закатив глаза, я пошла дальше, попутно пытаясь уловить в этой какофонии энергий знакомый с ночи «дзинь». Но ничего темного или тревожного ощутить не удалось: тьма не боялась, а лишь довольно урчала, рассказывая мне, как много жертв гуляет в стенах замка. — А можно быть менее кровожадной? — Заткнись, глупая полукровка. — Нам нужно понять, как пахнет магия князя. — Я точно решила брать от тьмы все преимущества, если избавиться от неё не представляется возможным. — Заче-ем это мне нужно? — Ты должна мне помочь, чтобы я осталась жива в ближайшее время. Все просто. Князь может быть связан с предателями и заговорщиками. Она помолчала долю секунды, а затем лениво произнесла: — При условии... Что ты расскажешь один свой секрет. — Секрет? Ты живёшь во мне, неужели мои мысли тебе недоступны? — Твоё подсознание скрывает самое страшное и, значит, самое вку-усное. Дай мне это, и я стану помогать в спасении твоей жалкой шкуры и твоего короля. Я задумалась, ведь если подсознание скрывает что-то от тьмы, значит мои мысли давно не возвращались к этому «секрету». Однако кое-что вспомнить удалось. Это было позорно для любой ведьмы и несло за собой огромное напоминание о моей слабости. — Когда я была ребёнком и только узнала, что мне или матери придётся пройти ритуальный огонь, меня охватил ужас. И одной ночью я решила с этим покончить: взяла мамин кинжал, правда, перепутав обычный с руническим для уничтожения лесной нечисти, и пошла глубже в лес. Недолго думав, воткнула его в живот и... меня охватила агония. Сейчас мне кажется, что даже ритуал Равновесия не был таким болезненным. Я кричала и умирала. Быстро. Мучительно... Какое-то время спустя стала видеть свое тело со стороны, а сама в этот момент словно светились. Но затем пришла тьма, и позже я очнулась в замке Главной Ведьмы. Надо мной стояла Агнесса с немым укором на лице, а в глазах рядом сидящей мамы плескался тихий ужас. Тьма отчего-то засмеялась. — Стыдно, ведьма, стыдно. Решила покинуть мир без воли своих богов... Хорошо, я принимаю твой секрет. Она затихла и ушла на дно резерва, а я вздохнула и побрела дальше, надеясь, что когда-нибудь моя спутница сможет стать полезной. Спустя какое-то время, когда мои хождения обрели абсолютную бессмысленность — я ни только не видела занятных личностей рядом с собой, но и, кажется, потерялась — слух уловил размеренный стук каблуков. Оглянувшись, увидела, что княжна скрылась за ближайшей дверью. И меня потянуло последовать за ней. Выждав всего пару секунд, вошла следом — Белава уже стремилась к другой двери в конце коридора. Я прибавила шаг, уже не считая нужным скрывать, что мне нужна была княжна. Пока лишь разговор. Девушка услышала, заметила меня и... быстрее рванула к выступившей сбоку лестнице. Я не отставала, мы вдвоём почти перешли на постоянный бег. Преследовать княжну в её же замке было не лучшей идеей, но такая возможность может больше не представиться. Мы выбежали в какое-то не очень светлое помещение, где стены были завешаны гобеленами, а вокруг пусто, если не считать нескольких пыльных шкафов. Я озиралась по сторонам, но Белаву не было видно, и стук её каблуков будто тоже пропал. Что за невезение? Вряд ли теперь можно быстро найти дорогу назад. Внезапно меня прошибло холодом в спину, я упала, а когда подняла голову — надо мной стояла княжна с какой-то странной склянкой в руках, похожей на... яд? — Кто ты такая и что тебе от меня нужно? Меня поверг в изумление её строгий и холодный голос, а яд в руках до сих пор не внушал безопасности, поэтому я пока решила остаться на полу. — Я фрейлина короля, госпожа. Она прищурила глаза, обошла меня и снова заговорила: — Отвечай на второй вопрос. И тут я замялась. Что мне было от нее нужно, кроме как удостовериться, что эта девушка не связана со всей смутой по отношению к королю? Тогда придётся сыграть на сочувствии. — Мне... хотелось знать, кто в будущем может стать женой короля. Удостовериться, что избранница действительно сделает его хотя бы немного счастливым. Сама подивилась, с какой искренностью это говорила. Наверное, дело было в том, что отчасти в моих словах сквозила правда — я желала Артуру счастья. Белава хмыкнула. — Давно фрейлины стали такими озабоченными чувствами своих господ? — Я... люблю его. Давно люблю. Повисло молчание. Пока я переваривала, что впервые сказала о своих чувствах вслух, пусть и желая втереться в доверие, пусть и совершенно незнакомой княжне, но произнесла! И тяжесть этих слов словно легла на моё сердце. — Ладно, — сказала Белава. — Поднимайся. Я встала, потирая спину. Ещё раз огляделась и решилась спросить: — Что это за место? Княжна не ответила, только поманила меня за собой и немного отодвинула крайнюю гобелену. Под ней была слегка проломлена стена, буквально чтобы посмотреть одним глазом на... — Тронный зал? Это точно был он. И князь в этот момент рассиживал на своем серебряном троне, принимая какую-то местную знать. Их разговор при соблюдении тишины можно было услышать. Белава что, наблюдает за собственным отцом? Она взяла меня за плечо и отодвинула от открывшейся картины, вернув на место гобелену. А затем взяла за руку, будто я уже была её личной вещью, и молча повела куда-то прочь. Я была слишком ошарашена, чтобы протестовать. И слишком заинтересована, чтобы нарушить молчание и всё испортить. Как оказалось, княжна привела меня в свою комнату. Она была выполнена в голубых и белых тоннах. Огромная кровать с голубым балдахином стояла на небольшом возвышении от всего прочего, а именно: нескольких закрытых шкафов, которые, я предположила, содержали одежды больше, чем я когда-либо видела; уютные белые кресла в середине комнаты, рядом с которыми расположился столик со всякими диковинными фруктами; незажженный камин был по левую руку от меня, а над ним висел больших размеров портрет Белавы. Но больше всего мне понравились витражные окна, которые чередовались с обыкновенным арочными. Не успела я задать вопрос о причине своего нахождения здесь, как княжна провела меня к тем самым креслам, заставила сесть и сама села в соседнее. — Так-то лучше, — почти пропела она. — Будем знакомиться, интриганка. — Каролина, — неуверенно представилась я. — Хм, Каролина... — Белава склонила голову набок. — Какая-то ты скромная для ведьмы, но очень любопытная мне. Интересно, если из шкафов резко выскочат убийцы, я успею хотя бы закричать? — Чем же? — То, как ты смотрела во время ужина и то, что ты уже несколько раз преследовала меня — вот, что интересно. Но делала это более чем неосторожно. — Она махнула рукой и на столик приземлились чашки с горячим чаем. Я косо взглянула на это проявление гостеприимства. — О, не волнуйся. Травить тебя сейчас мне совсем не хочется. — Насчет этого, — решила рискнуть я, — вы промышляете ядами? Княжна ухмыльнулась. — Да, ведьмочка. Однако её решительность и расслабленное обращение со мной внезапно показались мне напускными. Я поняла, что Белава была в смятении ни меньше моего и, более того, могла бояться меня. — И это не запрещено, госпожа? — мило улыбнулась я. — Зачем вам марать ручки о такое грешное дело. Ведь, говорят, незаметное убийство страшнее подлого кинжала в спину. Белава вскочила с кресла, сжав руки в кулаки, и нахмурилась. — Я никого не убиваю! Я... — Она всплеснула руками. — Знаешь ли, Каролина, тяжело, когда ты должна полагаться только на стражу своего отца, не имея возможности постоять за себя самостоятельно. — Есть и другие методы... — Любое холодное оружие отец отнял у меня ещё давно, когда узнал, что его единственная доченька таким увлекается, — почти выплюнула княжна. Но в этих словах не было ненависти к Радогору, а, скорее, злость на собственную беспомощность. — Поэтому вы сбегаете ночью, чтобы купить отвары и яды и иметь возможность защитить себя... — Не только это, – вздохнула она. — Но да. Да, ты права. Мы замолчали. Я наконец-то притронулась к чаю и уже без опаски сидела в кресле. Во время разговора тьма исследовала княжну и угрюмо заявила, что эта девушка слишком скучна, раз не таит в себе опасности. А я, не зная почему, была даже этому рада. Белава казалась хрупкой, но достаточно сильной духом. Как глубоко коренится её желание идти против правил, установленных светским обществом? — А что насчет короля? — Это допрос, ведьма? Она сморщила нос, будто была недовольна, что я случайно вскрыла её маску равнодушия и увидела уязвимость. — Интерес. Однако если ты не хочешь просто так со мной говорить, то я могу уйти. Я сделала шаг к фамильярности. Чутье подсказывало мне: в душе княжна одинока, а во мне она нашла собеседника потому, что во мне неправильно абсолютно всё. От происхождения до статуса подле короля. Ей интересно и страшно — и это располагает Белаву ко мне. Поначалу она смотрела на меня, как загнанный зверь, но спустя минуту распрямила плечи, откинула волосы назад и заявила: — Давай заключим с тобой договор? Меня передернуло. — На крови? — Нет, на словах. На время своего пребывания здесь ты будешь играть роль моей подруги для других, и я получу от тебя знания: о ведьмах, о другом королевстве, о войне и прочее. А взамен я буду рассказывать всё тебя интересующее. Ты наверняка что-то ищешь, как и этот ваш главнокомандующий, который глаз не спускает с нашей знати. Вот это было любопытно: княжна следила за всеми так, что даже внимательность Дорана от неё не ускользнула. А стать «подругой княжны» при дворе мне более выгодно, чем можно представить на первый взгляд: я могу быть ближе ко всем, кто вызывает подозрение. Богиня, даже князь станет гораздо доступнее! — Я согласна. — И постаралась улыбнуться.***
Через несколько часов мы с Белавой лежали на одеяле на её балконе. Она колдовала снег на голый пол, и мы рисовали замысловатые узоры, пока неподалёку стыл поздний обед. Княжна оказалась совершенно не плохой. Было в ней что-то задорное, бунтарское и напоминавшее меня, когда я с особым рвением пыталась спасти нас с мамой от козней Агнессы. Белава лишилась матери, когда только родилась, и её отец приобрёл всю строгость в воспитании дочери, чтобы уберечь от невзгод. И даже от падений во время игр на льду: княжне просто не разрешалось выходить из замка. Но не так давно девушка поставила Радогору условие: если он не перестанет лишать её свободы, то она найдёт способ сбежать и больше никогда не возвращаться. Теперь Белава по большей степени предоставлена самой себе, гуляет где вздумается, но отец позволил ей всё это только в том случае, если он беспрерывно будет искать жениха. — И вот так мы впервые дошли до помолвки с твоим королём, но Артур отказался. А я и рада! Потому что ближайших кандидатов кроме него не предвиделось, я их попросту распугала. — Чем же? — удивилась я. — Подсыпала им слабительные в еду каждый раз, когда отец устраивал нам совместные трапезы. Они больше не решаются есть со мной наедине. Я усмехнулась, представляя, что такая участь могла постигнуть и Артура, если бы он был отвратителен Белаве. — Значит, к королю Артуру ты более расположена? Она поправила складку на идеальном синем платье, словно задумалась, и ответила: — Он ко мне хорошо относится. Когда дело касалось помолвки, обещал не трогать меня после свадьбы и выделить отдельное крыло во дворце, чтобы мне было спокойно. Я отвела взгляд. Артур не просто хорошо относился к княжне, он был настроен серьёзно. И это укололо сердце сильнее, чем ожидалось. Но я не имела права ревновать! — Эй, — Белава пихнула меня в бок, — я думала, ты обманула меня, когда сказала о чувствах к королю, а ты действительно влюбилась! Она прикрыла рот рукой. — Говори тише! Это не нужно никому знать. — Мне надо было срочно переводить тему. Я почувствовала, что у меня горят щеки. От стыда ли своих чувств, или от смущения — неважно. — Ты говорила, что сбегаешь не только за ядами. Что же ещё? Белава тяжело вздохнула, щелкнула пальцами, убрав с пола снег, и прошептала: — Я хожу к пещере, что выше нашего замка в этой скале. Меня ещё в детстве посетила идея: приручить дракона, подружиться с ним. Когда я увидела его впервые, он показался мне почти богом. И ощущение, что моя семья с давних времен связана с ним... О, Лина, я мечтаю, чтобы его голос пронзил мои мысли, чтобы он заговорил со мной. Но дракон молчит. Ходить ночью, на скалу, к дракону — на такое решиться только тот, кому уже было нечего терять. Или тот, кого снедает изнутри одиночество. Белава опустила взгляд, видимо, боясь моего осуждения, но я положила ладонь ей на плечо. — Я много совершила необдуманных и опасных поступков, и продолжаю делать это до сих пор. Но по мне уже некому горевать, а у тебя ещё остался любящий отец. Мы улыбнулись друг другу. А затем княжна неожиданно вскочила и воскликнула: — Боги милосердные, скоро же званый ужин! — Повернулась ко мне, пристально оглядев с ног до головы. — Ты, несомненно, милая в своём розовом платье, но оно слишком простое. Пойдём за мной. Спорить не стала. Мы вошли в её спальню, которую уже вовсю обогревал камин от вечерних перепад температур. Я смекнула, что это, скорее, было сделано для меня, ведь Белава едва ощущала мороз. Княжна открыла один из своих шкафов, и у меня разбежались глаза от пестрых тканей и их количества. Однако вскоре я сидела с абсолютно скучающим видом, ведь уже не первый десяток минут девушка перебирала наряды, думая, что же идеально сможет подойти мне. И мои заверения, что таких платьев я в принципе не должна носить она не принимала. Однако наконец я услышала победный писк где-то в кипе вещей. Княжна нашла темно-бордовое платье с туго стягивающим талию корсетом, V-образным вырезом и плотно облегающими рукавами. Это было нечто завораживающее и хорошо подчеркивающее мои волосы и глаза, но, конечно, никак не вязалось с просьбой Артура быть незаметной сегодня. И уж тем более видеть нечто подобное на фрейлине при чужом дворе... — Лина, я вижу сомнение в твоих глазах, перестань! В этом ты точно покоришь короля. — Белава! — воскликнула я. — Ты не забыла, что, возможно, он твой будущий муж? Она махнула рукой, словно это последнее, что её могло заботить. И после долгих споров мне пришлось сдаться.***
Зал для трапез полнился прислугой, стражей и имел ту самую оживленную атмосферу, которую я на дух не переносила. Люстры ярко освещали длинный стол, который полнился едой и украшениями. В воздухе витал аромат бытовой магии, поддерживающей тёплую температуру в комнате. А по краям зала будто бы добавились новые вазы с цветами, которые чередовали между собой белые, голубые и розовые цветы. Вошли мы с Белавой бок о бок, словно заявляя о нашей появившейся дружеской связи. Все взгляды тут же приковались к нам, но, конечно же, стараясь смотреть только на княжну, а не на то, что я стала ярким пятном среди этих холодных оттенков. Однако знала, кто точно смотрел на меня. Этот взгляд обжигал. Забирал из лёгких воздух. Княжна, кажется, заметила это, потому что незаметно сжала мою руку и усмехнулась. Я вполне ожидала, что Артур постучится в мои мысли. — Ведьма, ты решила ослушаться всех моих предупреждений? Я не ответила, ведь неожиданно подметила: король просил не только побыть в тени, но и не вести дел с Белавой. — Вы бы лучше уделили внимание своей избраннице, Ваше Величество. Его глаза вспыхнули. Артур поднялся с явным намерением подойти ко мне, но его, хвала Богине, перехватил князь с внезапным обсуждением. Ему пришлось отступить, а я быстро поспешила к стулу и как можно дальше. Села не на самом краю, но и далеко от всей элиты, лишь иногда переглядываясь с Белавой. И тут ко мне подошёл один из стражников. — Госпожа, не могли бы вы пересесть? Я была утомлена, поэтому не стала задаваться вопросом. Кажется, заняла чье-то место. И мне же было лучше очутиться ещё дальше рядом с каким-то гвардейцем из отряда Артура. Я расслабилась и приготовилась молча наблюдать за обстановкой, когда открылись двери и в зал вошёл немолодой на вид мужчина с каштановыми волосами до плеч и такого же цвета бакенбардами. Князь поднялся с места и произнёс: — Рады приветствовать, Крез. Надеюсь, дорога не доставила неудобств? Крез, тот самый член Совета, подошел к Радогору и что-то вежливо ответил. Я внимательно следила за этой сценой, но ничего подозрительного не уловила. Тьма молчала, не ощущая опасности. Что же получается, зря я ждала подвоха? Советник сел именно на то место, откуда выпроводили меня. Я хмыкнула такому совпадению, и все принялись за еду. Помнив, что так и не посвятила время для изучения этикета, старалась что-то незаметно жевать из закусок или пить воду. Крез приветственно отсалютовал Артуру бокалом, чем заслужил от него дружелюбную улыбку. Доран что-то спрашивал у советника. В общем, все самое интересное я пропускала, так как не имела приемлемого статуса. Фрейлины, бывало, зарабатывали авторитет, становясь наравне с правой рукой королей, но мне о таком можно было только мечтать. Вот бы поближе рассмотреть этого старика и пустить тёмную магию, изучить настолько, чтобы не оставалось сомнений... Я вздрогнула, когда услышала звон разбившегося хрусталя. Так звучал бокал, который выпал из рук. Из рук Креза, который сидел со стеклянным взглядом и приоткрытым ртом, из которого сочилась пена. Кто-то кричал, звал на помощь. А в моих ушах стоял тот самый звон и смех тьмы со словами: — Сме-ерть! Пришла сме-ерть! В этот момент советник упал со стула. К нему спешили лекари, но каждый в зале понимал, что было поздно. Это «скоро» наступило. И случилась смерть на том месте, где сначала оказалась я.
