Колесо Сансары

      Шпиля крыши западной башни стали незаметно касаться первые лучи света, сообщая о том, что ночь отступала, а на смену ей приходил тихий рассвет нового дня.       Всё так же по левую сторону стекал один из могучих водопадов, впадавших в тот же залив, так же качались деревья в горах, окружавших город. Всё было так же, как вчера, как месяц или год назад — так же, как жизнь протекала здесь всегда. И тем не менее именно этим утром здесь, на крыше, одному художнику, кажется, впервые открылся новый, невообразимый свысока вид, даровавший порыв вдохновения для пополнения коллекции его новых картин.       Здесь было довольно тесно — не поместилось бы больше и трёх человек. То, что нужно. Именно за этим, в поисках уединения, юноша в столь ранний час решил побродить по округе. Хотелось побыть одному.       В воздухе парил уют, так становилось везде, где находилось созвездие. Окуная кисти в пастельную палитру красок, изящные руки, увенчанные разными браслетами из верёвочек, симметрично висящих с обеих сторон, аккуратными мазками вырисовывали открывавшуюся природу. Большую же часть холста по обыкновению занимало небо.       Сам по себе он был юношей очень мягким и нежным в общении, неосознанно умеющим подбирать нужные слова, быть внимательным собеседником и безумно чутким другом для всех, во всём стремящимся к балансу, совершенству. Однако вечно переменчивый, прохладный ветер в душе в той же степени наделял его личность сдержанным и отчуждённым темпераментом. Он был единственным мёртвым зодиаком и, в силу своей природы, был лишён стабильности, подвергаясь частым перепадам настроения.       Будто на весах он старался отмерять равное отношение к каждому: доброту, справедливость, внимание. Очевидно, со стороны управляемые им люди могут казаться неискренними: льстивые хитрецы, не собирающиеся вникать в дела глубже нужного, вечно колеблющиеся в принятии решений, отчуждённые лисы, соглашающиеся на любые компромиссы — главное, чтобы было легче. Однако за всеми этими качествами скрываются сомнения, заставляющие всё долго обдумывать, нерешительность, трепетное отношение к каждому из-за нежелания обидеть. Он венерианец, созданный окутывать вниманием и любовью, однако, в отличие от такого же Тельца, Весы были более лёгкой версией энергии этой планеты.       Будучи непостоянным, требующим свободы индивидуалистом, он, как ни странно, тяготел и к ясности: какой он? Такой ли мир, каким всем кажется? Почему в конечном счёте люди делятся на очевидно хороших и очевидно плохих? В мире всегда было столько неопределённостей, что единственным неизменным оставались лишь осязаемые виды, предметы, природа, архитектурные постройки и… небо, которое никогда не изменится и застынет в веках, если запечатлеть его бессмертие на картинах.       Неотрывно смотря на холст, чуть к нему наклонившись, парень еле слышно напевал какую-то мелодию, погрузившись в процесс создания искусства. Он уже долго стоял так, и, казалось, в наслаждении каждым мигом, проведённым здесь, Весы могли и вовсе забыться и застыть на месте, однако чуть подувший ветерок заставил выбиться непослушную прядь волос, которая уже не раз успела надоесть парню. Отложив краски с кисточкой, он достал из кармана заколку и, подобрав волосы, подошёл к самому краю крыши. — Как ты нашёл меня? — невзначай спросил он, разминая шею.       Позади воздушного медленно начал появляться белоснежный, как снег, юноша, одетый в широкую тунику до колен и такие же свободные штаны, развевавшиеся на ветру.       Рыбы подошли ближе к незаконченной картине и стали всматриваться в её мазки. — Невероятно… — он отвёл голову в сторону, чтобы сравнить с оригиналом. — Ты всё ещё подрисовываешь облака, так интересно… Они хорошо вписываются. — Спасибо, — воздушный ушёл от края и приветливо взглянул на Рыб. — Так что же тебе нужно? — А тебе кажется, что всегда должен быть предлог для встречи? — Мне не кажется, — чуть улыбнулся юноша, на что водный лишь обиженно вздохнул. — Ладно, по правде говоря, я должен встретиться с Водолеем, — пожали Рыбы плечами. — Почти не вижу его в министерстве, он же всё время сидит в своей реальности. Поэтому был бы признателен, если ты отвёл бы меня к нему, пожалуйста.       Весы удивлённо вскинули брови. Что бы такому мечтательному созданию понадобилось от эксцентричного и безумного гения? Впрочем, эти дела его уже не касались. Воздушный одобрительно кивнул, упомянув, что в таком случае Рыбам придётся засидеться тут подольше — свою картину парень планировал дорисовать.       Когда вдохновлён чем-то необыкновенным, мысли и рассуждения вдруг сами становятся причудливей, чем самые изощрённые богатства воображения. Рыбы жаждали новой почвы для размышлений, искали вдохновения, а может быть, отголоски затрепетавшего в душе предчувствия заставляли обратить на происходящее чуть больше внимания.       Бесцельно подойдя к краю, где только что стояли Весы, Рыбы вальяжно опустились на кровлю и легли так, что если бы сдвинулись влево хоть на сантиметр, полетели бы вниз с высоты небоскрёба. — Хорошее же местечко ты нашёл… — закинув руки за голову, он стал греться в лучах рассвета. — Тут так хорошо, возьму на заметку. И… Весы, не думай, что я могу прийти только тогда, когда мне что-то нужно, — он кинул взгляд на художника. — Ты прекрасный парень, мне нравится с тобой общаться.       По-видимому, воздушный абсолютно не внимал его словам, будучи предельно сосредоточенным на картине, однако Рыбы знали, что их слушали, а такая безмолвная, казалось, реакция была водному слаще, чем любые долгие речи. — Ты до сих пор не разговариваешь с ним, да?.. Можешь не отвечать. Я не могу полностью понять, что ты чувствуешь, но это ужасно, мне жаль. Думаю, его поступок лишь доказывает колоссальную разницу между вами и… Я был бы счастлив как-нибудь тебе помочь.       Весы удивлённо усмехнулись. — Посиди тихо и не отвлекай меня, — по-доброму ответил парень.       Каждый из знаков жил не первую сотню лет, однако проблемы и изменения, затрагивающие их, зачастую были близки и людям. Пока одни, набравшись смелости, принимают твёрдые, бесповоротные решения, другие нежатся в бесконечных раздумьях насчёт их принятия.       Так и Весы, оставив позади жаркие, самые дорогие сердцу воспоминания, однажды навсегда решили оборвать общение с тем, кто однажды принёс много боли и страданий. Рыбы же наоборот: не в силах выбрать что-то одно, порой оставляли образ нежной девушки и становились добродушным юношей.

***

      По плотному расписанию до рабочего дня девушки оставалось ещё больше часа, однако, не желая отсиживаться в своей реальности, она шустро собрала рюкзачок, нарядилась и отправилась в самое любимое место в министерстве — покои умирающих душ.       Сегодня её пышные бордовые волосы были собраны в два хвостика, на груди блестело ожерелье из розового кварца, сочетавшееся с парой таких же колечек. На девушке надета светлая майка, поверх которой красовалась блестящая пурпурная кофта на расстёгнутых пуговицах, а уверенности и бодрого настроения придавала любимая юбка, украшенная прозрачным ситцевым слоем, разрисованным серебряными ракушками. На ногах красовались высокие батильоны.       Тихонько приоткрыв массивные двери, в крыле, где обычно так рано ещё никто не ходил, Рак спешно зашла внутрь этого волшебного места.       Хрупкие, ценные души людей, будто дети, всегда должны оставаться под контролем их Создателя. И если зодиаки управляли живыми людьми на Земле, Высшие Силы же, помимо этого, занимались ещё и тем, что с душами происходило до рождения и что будет после. И хоть созвездиям была совершенно чужда вселенная ангелов, в одном месте эти два мира всё-таки пересекались.       В обитом мягкими стенами зале, где всегда было достаточно мрачно, периодически появлялись и начинали метаться в хаотичном порядке мерцающие огоньки душ, закончивших свое пребывание на Земле. Пол беспросветно забит подушками, а на потолке красовалась роспись звёздного небосвода. Казалось, будто это место больше походило на спальню малыша, очень капризного и непослушного, нежели на грозную первую инстанцию Высших Сил.       Причина этому была невероятно проста: сам по себе этот процесс — смерть — ни для кого из душ не был спокойным. Пребывая в стрессе, они метались по сторонам, будучи переполненными отчаянием и страхом. Ударяясь о твёрдые стены или железный пол, они навредили бы сами себе, поэтому бесценным огонькам создавали все условия, чтобы те чувствовали себя лучше.       Устроены покои умирающих душ были так, что каждая из них находилась здесь не больше минуты. Этого времени было достаточно, чтобы считываемое влияние зодиаков преобразовалось в особую печать, тут же появлявшуюся за прозрачным стеклом огромного плоского ящика, стоящего в стене зала, который, словно поле в игре «Тетрис», копил их в себе.       Каждый зодиак примерно раз в пару дней должен был приходить сюда и «обрывать» нити связей в печатях со своим присутствием. Сделать это можно было просто — проведя по ним рукой за стеклом. В момент, когда все зодиаки обрывали связывающие их нити, печать исчезала, а душа считалась полностью свободной от посторонних влияний.       Летали души быстро и были размером с яблоко, и тем не менее Раку всё же удавалось ловить некоторые из них. Прикоснувшись, она вмиг могла прочувствовать всю прожитую жизнь души: родительскую семью, судьбоносные встречи, мечты. Истории некоторых из них трогали её так сильно, что, будучи слишком сентиментальной, водная записывала самые запоминающиеся истории себе в дневник.       Сидя в построенном из подушек троне и еле сдерживаясь, чтобы не зареветь от очередной трогательной судьбы, Рак с осторожной любовью поцеловала огонёк и отпустила его, начав переписывать все яркие моменты его жизни.       Вдруг за спиной внезапно послышался громкий удар, словно кто-то упал с большой высоты. Когда девушка обернулась, с лица вмиг пропала былая скорбь и явила ямочки приятная сердцу улыбка.       Захлопнув дневник, водная поднялась и быстрыми шагами пробралась к Деве, которая утонула в подушках так, что была видна только голова. По видимости, та хотела добраться до самых высоких печатей, а для этого пришлось соорудить огромную башню, с которой и свалилась земная. — О, привет, Рак, давно не виделись, — подметила Дева, доставая руку, чтобы поправить волосы. — Не поможешь? — Какая ты неуклюжая, — довольным лучиком девушка села на корточки и протянула земной руку. — Хоть бы написала, что вернулась. Я думала, ты ещё в отпуске… — Занята была. Простишь? — Ну и ладно, как ты? Как отдохнула? Так соскучилась, представляешь, я даже рисовала тебя! — улыбнулась девушка, а потом взгляд её вдруг упал на сломанный Эверест. — Почему не создала дерево? Или какие-нибудь суперогромные побеги?       Обернувшись, земная уже прицеливалась только что состряпанными лианами в верх шкафа. Благо имелся там один подходящий выступ, попав в который можно было хорошо зацепиться. — Да куда их потом девать? — Оставить другим, например! Вы, земные, здесь можете соорудить всё, что угодно! — А потом души будут обо всё биться, да? Как тебе идея обсудить это с Высшими Силами, м? — Дева вскарабкалась, словно скалолаз, а потом лукаво взглянула на подругу сверху вниз. — Хотя, думаю, тогда они припомнят и твоё незаконное хобби. — Ой, да брось! Они точно знают, что я здесь ошиваюсь! Несло бы это последствия — со мной обязательно поговорили бы!       Пожав плечами, земная начала медленно спускаться на землю, позже став наматывать использованные лианы как лассо. — Слушай, Рак, у меня сейчас есть свободное время, давай прогуляемся? Если хочешь!       Лицо водной омрачилось виноватой улыбкой. — Я бы очень хотела, правда, но понимаешь, у меня скоро смена в ФКЗ, а до этого я должна зайти к Козерогу — дело одно появилось. Если бы не встретила тебя — ушла бы раньше… — А, вот как, хорошо, извини, — оглядываясь на выход, Дева хотела было уйти, но… — Подожди! — схватила её за руку Рак. — Ну, тогда пойдём вместе? А то опять сейчас разойдёмся на тысячу лет! — Я… Я не знаю, наверное, тебе лучше одной… — Да пойдём! — забрав вещи, начала толкать в сторону выхода земную водная. — А ты же там вроде не была ещё? Замечательно! Хоть кабинет его оценишь! Давай-давай, поживее!

***

      На душе становилось неуютно, нарастало непонимание — столь чужие и ненавистные Рыбам чувства. К удивлению для самого себя, оказавшись в реальности воздушных знаков, водный захотел не хорошенько осмотреться, а вернуться скорее в Альпир или лучше вообще встретиться с Водолеем именно в министерстве, хоть и вероятность такой встречи была бы ничтожно мала.       Странно, ведь не отличающийся особой капризностью парень прекрасно переносил любой климат и уровень влажности в воздухе. Однако здесь, в необыкновенном коттедже, парящем над тропическим лесом, кислород, казалось, был неуловим вовсе! Ощущения были такими, как если бы в лицо нескончаемо дул сильный поток ветра: воздуха очень много, но из-за этого вдыхать полной грудью совершенно не получалось. Не то чтобы это могло навредить водному, однако ощущения были далеко не из приятных.       Шагая по белоснежному коридору, Рыбы невзначай посмотрели на своего компаньона. Удивительно, ведь при взгляде на Весы казалось, что они вдвоём дышали в совершенно разной среде — воздушный выглядел по обыкновению спокойно и элегантно, однако было в нём и что-то удручающее — нечто, что, как померещилось Рыбам, заставляло его взор задумчиво блуждать где-то вдали. А впрочем, эти мысли водный решил придержать на другой случай.       Белоснежный коттедж представлял собой сеть широких разветвлённых коридоров, с высоты похожих на строение листьев папоротника. Абсолютно все стены были прозрачными, оставляя непроницаемыми лишь пол и потолок, и то не везде. Здание было спроектировано так, что не нашлось бы и закутка, имевшего острые углы или резкие переходы. Всё вокруг будто подталкивало непредсказуемо выражать себя. Хочешь — твори, философствуй, веселись или прыгай с крыши, но никогда не терпи скучного постоянства! Для этого и была создана реальность воздушных знаков, стерпящая все порывы этих своенравных, не принимающих рамок, переменчивых особ: Весов, Водолея и Близнецов.       Дойдя до «верхушки стебелька», Весы остановились и на всякий случай вежливо предложили экскурсию, однако, желая поскорее убраться из этого места, Рыбы отказались, сославшись на то, что уже успели осмотреть здесь всё по пути. — Что ж, Водолей в своей лаборатории прямо под нами, — осматриваясь, воздушный поставил Рыб перед собой, а сам отошёл на шаг назад. — Сам-то я у него ещё не был, но ты на всякий случай держись! — М? А ты о чём? — последнее, что успел произнести водный, прежде чем, присев на корточки, Весы приложили руки к полу и создали мощный воздушный поток, поднявший парня так высоко, что закружившийся вихрь вынес его за пределы дома и унёс прямо под землю, входом куда служил мрачный разлом, скрывавшийся в зарослях тропической флоры.

***

      Медленно переворачиваясь на спину на холодном полу, Рыбы лениво стали хлопать глазами и оглядываться. Вставать в небольшой железной комнатке, напичканной скрытыми в стенах механическими устройствами, не пришлось — вмиг появившиеся стальные щупальца подняли парня и, просканировав специальными сенсорами, взяли его биоматериал для анализа, мгновенно воткнув широкий шприц в шею, который исчез в стене так же быстро, как Рыбы поняли, что, вероятно, оказались в прихожей.       Перед глазами стали всплывать голографические модели собственного тела и его пугающе подробная характеристика, имевшая спектр данных от секундомера, показывавшего время с момента смены пола, до химических процессов, протекающих в организме. «Удивительно…» — подумал водный, впечатлившись столь искусным извращением. — Чёрт, да кто там ещё?! Рыбы? Ах, что тебе? — Здравствуй, Водолей! — засияв самой дружелюбной улыбкой в мире, ответил юноша электронному голосу. — Вот это да, здесь так… стильно! — Ближе к сути. У меня дела. — Ну, конечно, сначала прошу прощения, что пришёл без приглашения. Буду рад подождать внутри, пока ты не освободишься. — Эй, — отрезал низкий голос. — Если есть что сказать, говори, — вмиг с потолка спустился поднос, на котором лежало приспособление, представляющее собой два крохотных тампона. — И на, вставь в нос, вдруг сдохнешь. — Спасибо за заботу! — он осторожно засунул прибор, и по телу вмиг пробежали мурашки. Рыбы почувствовали воздух таким, каким он был в привычной среде, даже более сладким, искусственным. — Что ж, у меня любопытный вопрос. Все знают, что ты — единственный создатель порталов на Нави, но… Мне кажется, это не так. Есть ли кто-то ещё? — Это исключено. Вероятность того, что кроме меня кто-то сам додумался до этого, ниже процента. Это всё? — И какова вероятность, что я видел такого гения? — Очевидно, ты ошибся, — голос стал напряжённей. — Нет. Портал открылся большим пузырём, и в него вошло созвездие. — И какое? — Мне нет нужды разговаривать с синтезатором речи. Хочу увидеться с тобой лично.       Одновременно повсюду послышался нарастающий смех. — Это шантаж? А ты не думал, что, если я захочу, ты не выйдешь отсюда никогда? — Прости. Но я не привык вести беседы с воздухом. — Тогда кто я, по-твоему?       Мгновение спустя аналитические показатели испарились, а железная стена перед ним вдруг со спуском раздвинулась в разные стороны. Перед Рыбами показался проход в загадочные павильоны коридоров из столов, заставленных множеством необычных приборов, машин, банок, пробирок и других экспериментов. Источником света являлись развешанные факелы, горящие ядерно-синим пламенем.       Шагнув внутрь, водный вмиг почувствовал сильный сквозняк. Интересно, насколько глубоко они находились под землёй? Мысленно хваля себя, что всё-таки смог проникнуть к гению-затворнику, парень проходил вглубь, однако подолгу останавливался почти у каждого экспоната, с интересом разглядывая светящиеся жидкости, замысловатые механизмы, банки с неизвестными ему предметами. В одной из них, по-видимому, кто-то шевелился. — Не трогай! — прозвучал низкий хриплый голос в момент, когда парень хотел дотронуться до стекла, за которым сидели медленно иссыхающие жуки.       Рыбы оглянулись. На расстоянии пары метров от него, опираясь о стол, стоял довольно высокий и вместе с тем худощавый парень лет двадцати пяти, одетый в тёмные штаны и белый халат. Кожа его была бледней смерти, лицо — острым и чётким, а под уставшими серыми глазами осели тёмные круги — он не заработал их сам, таким это место было всегда. Волосы цвета тёмной морской глубины локонами чуть клубились в воздухе. Со стороны они могли казаться влажными, но была это вовсе не та вода, дух которой наделял водных знаков.       Водолей был тем, кто орошал и управлял водой, однако сам её никогда не касался. Сама жидкость олицетворяла сакральные знания и законы вселенной, дарованные парню от его покровителя Урана — планеты будущего, божественного замысла и просветления. Таким образом, к Водолею относилась не столько вода, сколько воздух, создаваемых вблизи нескончаемого потока, холодного и бурного.       Сгорбившись от собственного роста, парень нехотя стянул с себя игровой шлем и кинул его жуткой механической водомерке по кличке Амарок, парящей рядом с хозяином. — Иди за мной, — отрезал воздушный и направился куда-то в глубь коридора. Попутно достав из кармана бутылёк странных белых таблеток, чуть нервно взял одну из них и разгрыз острыми, как у акул, зубами.       Несмотря на грубую молчаливость в ответ на попытки водного завязать разговор, Рыбы знали, что так или иначе узнают абсолютно всё, что им нужно. Вопрос оставался лишь о методах.       Пройдя пару лестниц и балконных коридоров, зодиаки дошли до огромной комнаты, похожей на борт управления космического корабля: широкая виртуальная панель светилась разными данными и схемами, разглядеть которые Рыбы не успели — быстро подойдя к пульту, Водолей ограничил просмотр лишнему зрителю и, упав на мягчайшее левитирующее кресло, толкнул такое же водному. Рыбы присели, чуть свесив ножки. — Покажи созвездие, которое ты видел. Это должен быть кто-то из них. — Воздушный удобней устроился, хотя было видно, что разговаривать об этом совсем не хотелось. Перед Рыбами всплыли около десяти фотографий разных созвездий. — То есть их существование не «исключено», как ты выразился? — последовало раздражённое молчание. — А по какому критерию ты их отобрал? — Чёртов поплавок, я сдерживаюсь, чтобы не выкинуть тебя отсюда, будь добр, помалкивай. — Ты раздражён сильнее, чем обычно… Знаешь, почему-то мне кажется, подробности этого случая тебе важны даже больше, чем мне. Почему?       Поймав нервозный взгляд хозяина, Амарок создал липкий слой, похожий на скотч, и направился к Рыбам. — Всё-всё, не отвлекаюсь! — водный развернулся к монитору и начал изучать фотографии.       До прихода Рыб Водолей, по видимости, беспросветно играл в игры. Обычно те, кого от них отвлекают, ведут себя крайне раздражительно, однако такой явной апатией, которую наблюдал водный, точно не отличались. Возможно ли, что это был лишь способ от чего-то отвлечься? Если так и есть, возможно, Рыбы смогут добраться до сути проблемы. — Знаешь, Водолей, может, это и прозвучит слишком сентиментально, но думаю, ты даже не представляешь, как сильно восхищаешь всех вокруг, — через какое-то время невзначай произнесли Рыбы. — Твоя жизнь посвящена изучению мира, ты посылаешь на Землю гениев, столетиями делаешь наши жизни легче и лучше. Ты прекрасен уже тем, что так яро пылаешь желанием всегда двигаться вперёд, но знаешь… — он перевёл ласковый взгляд на парня. — Смотрю на тебя сейчас и думаю: что смогло так омрачить этот невероятный лик? Возможно ли, что сама мысль, что с тобой мог кто-то сравниться, тебя так обидела? Знаешь, таить обиду — всё равно что пить яд и ждать, пока умрут твои враги. — Ну что ты несёшь… — задумчиво усмехнулся воздушный, вдруг сменив темперамент. — Никто ничего не создавал, это не дар кого-то из них или типа того. Они просто украли его, гады. Украли то, что принадлежит мне. — Давай поговорим об этом? — осторожно развернулись Рыбы, но, казалось, Водолей их даже не видел: его захлестнула новая волна эмоций. — Даже не помню, сколько лет на него потратил… — будто сам с собой заговорил он. — А ты не строй непонимающий вид, из-за одного случая тебя бы здесь не было, — печально констатировал он. Вид воздушного вдруг постепенно становился всё безумнее. — Дерьмовое времечко настало… Но чёрт, какие же они придурки. — Что ты имеешь в виду?       Водолей поднял на него пустой, на грани сумасшествия, взгляд. — Лев носит мои серьги. Они необычные, с их помощью я знаю, где она, что слышит, видит, и сегодня её любопытный носик разнюхал, что портал на Землю, мой самый значимый эксперимент, был украден! — сдерживая агрессию, парень нервно достал ещё одну таблетку и, разгрызая, сглотнул порошок.       Заинтригованные новостью, Рыбы почти бесшумно сели напротив. — Продолжай. — Сейчас я работаю только один, но раньше, лет тридцать назад, при министерстве была ассоциация учёных, ещё и исследователями себя звали! — взмахнул он руками. — Скучные и завистливые неудачники… Мне всегда казалось, что единственным объектом их исследования были я и мои работы, но… Была там одна компания, от которой все держались подальше. Они точно входили в какую-то секту, были убеждены, что Бога нет, страх перед Высшими Силами — это только страх перед названием, а есть кто-то гораздо могущественнее, некто, кто живёт в других мирах. Когда они узнали, что я подумываю собрать портал, стали отчаянно выпрашивать у меня чертежи. Они хотели найти его. — Ты имеешь в виду… — Нет, это не бесы, — он удобней откинулся в кресле. — Конечно, теоретически такое возможно, но даже я не настолько безумен, чтобы отрекаться от тех, благодаря кому здесь сижу. Очевидные факта участия в наших жизнях Высших Сил невозможно переоценить и нельзя недооценивать, а они стали. В общем, я знал, что рано или поздно они найдут способ увидеть чертежи, но чтобы украсть портал… — с губ сорвалась неожиданная усмешка. — Когда-нибудь я придумаю, как убить их.       Поднявшись со своего места, Рыбы так же бесшумно, не вызывая никаких раздражителей, создали туман воспоминаний, где написали, кого конкретно видели, сколько и чего в тот вечер Октантом было куплено, в каком районе и во сколько он скрылся в городе. Получившееся письмо он вселил в экран так, чтобы содержимое преобразовалось на нём. Превосходно. Всё прошло даже лучше, чем он хотел, а теперь… — Надеюсь, это как-то тебе поможет, — разделяя досаду, закивал он, указав на сведения. — Кстати, что за таблетки? — Тебе знать не надо. — Хорошо. Если что, сообщи мне, и… Я всегда рад помочь тебе, помни это.       Не смотря на водного, Водолей вмиг выселил парня из своей реальности, и тот снова оказался в южной башне министерства.

***

      За широким массивным столом, в окружении пары нимф-помощниц, которые бесшумно и кропотливо составляли акты этой встречи, Скорпион внимательно изучал парящий перед ним светло-голубой огонёк ещё не рождённой души в отделе формирования кармических задач.       Размером этот нерождённый человечек был настолько мал и лёгок, что запросто поместился бы у водного в руке, и тем не менее относиться к нему нужно было предельно бережно и уважительно. Душа хоть и забудет эту встречу, но когда родится, в подсознании может остаться пренебрежительное обращение зодиака, что отразится и в её отношении к людям с такой преобладающей энергией. Ну, а Скорпиону бы за это крупно влетело.       Задумчиво сцепив руки в замок, парень пытался прочувствовать итоги прошлого воплощения, предпочтения нынешнего. По итогам консультаций души совместно с зодиаками выбирали оптимальную дату рождения. Сами же они обычно приходили по направлению других знаков или по собственной инициативе, к более импонирующим созвездиям, например как этот огонёк.       Перед парнем находилась душа, бывавшая на Земле всего один раз. За это время она успела сделать много того, что откликалось бы духу Овна или Близнецов, и тем не менее по своим соображениям душа яро настаивала на том, чтобы в натальной карте её было как можно больше влияния именно Скорпиона. Всё бы ничего, но проблема заключалась в том, что парень понимал причину такого фанатизма, и она его совсем не радовала. — Поймите меня правильно, — начал Скорпион. — Я могу согласиться управлять чем-то несущественным, Ураном или, например, каким-то домом, но учитывая ваши долги и то, с чем вам придётся столкнуться в следующей жизни, такие положения вам навредят…       Я хочу Венеру! Солнце или Венеру, хотя бы так, пожалуйста! — уговаривал голос, эхом исходящий от светящегося огонька. В этой комнате его слышал только зодиак. — У вашего партнёра были ярко выраженные планеты во мне, и теперь вы просто хотите быть на него похожи, но нет, это так не работает! Вас погубит такое сильное влияние, не сомневайтесь. Хотя, впрочем, если хотите, пожалуйста! Выбирайте что угодно, но в таком случае, — он лукаво улыбнулся, — встретимся через пару лет.       Душа замолчала, не зная, что ответить. Запуталась. Всё это время она так страстно мечтала связать душу с таким чарующим, сексуальным, харизматичным знаком, ровно каким и был любимый Лукас… Однако сейчас нужно было выбирать между ним и своим будущим. Оба не разговаривали ещё какое-то время.       Что-нибудь… Что угодно, пусть и незначительное. Хочу оставить себе хотя бы частичку от него, — послышался жалостливый голос.       Боже, ну так дело не пойдёт. Парень вздохнул, представив, какой нюней может стать душонка. Сам он к таким симпатии не питал и на её месте в первую очередь пёкся бы о себе. Ровно по этой причине Скорпион привстал из-за стола и, с разрешения души взяв её в руки, стал аккуратно прощупывать огонёк, пытаясь лучше почувствовать имеющиеся качества. Нельзя было отпускать её недовольной, это главная задача, а дальше — не его дело. — Самым тяжёлым грехом было чрезмерное насилие. Похоже на меня, но по большей части это пороки Овна. Лилит в нём. — Тотчас же нимфы записали душу на консультацию с зодиаком, когда тот освободится из сопряжения с Марсом. — Десцендентом, то есть предначертанный партнёр, будет преобладающий Скорпион, как у вас и было, асцендент выходит в Тельце… — с долю секунды он задумчиво побродил взглядом. — Пусть Юпитер тоже во мне будет. Это всё.       Недослушав всех благодарностей, парень прервал связь с душой и, кинув нимфам напоследок краткое «на перерыв», вышел из кабинета. Никуда возвращаться он не планировал, и вообще бесцеремонное пренебрежение обязанностями уже давно вошло в его привычку. Голова была забита отнюдь не работой, да и слушать уже семидесятую душу за день совсем не хотелось.       Вчера выдался тяжёлый вечер, мысли о котором постоянно крутились в голове. Всё оказалось сумбурней, чем он ожидал, но томительно-сладостное предвкушение, пылающее в груди, лишь подстёгивало стальную решимость и придавало уверенности в силах. Оказавшись на улице, Скорпион пошёл туда, где сможет найти нить, ведущую к львиной доле его проблем за последнее время. Он знал это, он верил, что найдёт то, что ему нужно.

Днём ранее

      Небо расцветало нежными красками заката, плавные переливы которого отражались в пруду, обрамлённом насыпью мелкой гальки. На водную гладь неспешно оседал лёгкий пух, который медленно кружился в воздухе. Казалось, наблюдать за этим она могла бесконечно долго, так сильно здешней хозяйке нравилось находиться среди медленно проплывавших пушинок, однако усевшаяся в ногах пара беркусов вывела женщину из раздумий и вернула к делам.       На широкой груди струилось лёгкое шифоновое платье, локонами на которое ниспадали рыжие волосы. У неё были округлые черты лица, пухлые губы и очень светлые, почти прозрачные глаза. Женщина мастерила полотно из рогоза, переплетая на нём крестообразные узоры. Похожие, но больше напоминающие цепи, следами виднелись и на её запястьях.       Вокруг было спокойно, а на душе безмятежно, однако внезапно уединённую идиллию прервал Скорпион, шумно упавший из появившейся в воздухе щели на траву недалеко от женщины, сидевшей на скамье возле своего дома.       Поднявшись, парень с ненавистью всмотрелся вдаль, сжимая кулаки и стиснув зубы. Постояв с долю секунды, он развернулся и резко разбил ногой стоявший неподалёку кувшин из глины. Осколки негромко отлетели в стену. Водный жаждал ясности и облегчения, но ничего, абсолютно ничего не обнаружилось в архиве, и в голове закипало лишь больше вопросов. Кажется, тот, кто каждый день изводил его, хорошо скрывался, что с этим делать? — Не нашёл, что хотел? — ласково спросила женщина. Вмиг глиняные осколки с её помощью воспарили в воздух и стали срастаться между собой. — Что же там было такого важного? — Не скажу, — отрезал парень. — Но… Вы даже не сможете представить, насколько для меня это было важно, Андромеда.       Женщина понимающие улыбнулась и жестом предложила сесть рядом. — Знаешь, чем больше терпишь неудач, восстанавливаешься, совершенствуешься, тем лучше ты становишься, Скорпион. А те, кто получают что-то без особых усилий, обычно ужасно поверхностные, хотя вряд ли такие есть. — Господи, никто не захочет соглашаться с очевидным дерьмом, которое нас всех ждёт! — он взглянул на женщину. — Понимаете, я чувствую это, я знаю, что это случится! — парень сел на другой край скамьи, где вилась виноградная лоза с крыши. — Как странно… Раньше я уже слышала эти слова. От одной девушки. — Что? О чём вы?       Женщина задумчиво перевела взгляд на зодиака. — Теперь вы даже кажетесь мне похожими. Однажды она пришла сюда, хотела, как и ты, что-то срочно узнать в архивах о дарах созвездий, но, ничего не найдя, сильно расстроилась и ушла. — Когда это было? — Думаю, около года назад. Она тоже была из министерства.       Год назад? Чёрт, что творилось в Альпире, пока меня меня не было? — Так, а вы запомнили, что это было за созвездие? — Она не хотела называть имя и, помню, показалась мне очень осторожной. Когда я встретила её, почувствовала, что помыслы девушки были ясными, как небо, а во взгляде словно бушевал вихрь пламени, — она посмотрела в решительные глаза, так страстно переливавшиеся золотым в ярких лучах заката. — Сейчас я думаю, она вела себя так, зная, что ты придёшь. Наверное, у неё были причины скрываться. — Мне плевать. Если она что-то знает о том, что мне нужно, я отыщу её где угодно. — Понятно. Уж не знаю, в чём дело, но если вы оба были здесь, значит, движетесь в правильном направлении, хоть я и мало чем смогла помочь, — подбадривающе улыбнулась женщина.       Выдохнув и кинув короткое «до свидания!», парень поднялся и ушёл домой. — Хотя, возможно, была это вовсе не девушка, — по-доброму усмехнулось созвездие Андромеды, когда юноша скрылся за лесной тропой. — Уж прости, Скорпион, он пока просил остаться в тайне.

***

      Чтобы просто попасть в отдел космической безопасности, Раку и Деве пришлось пройти немало этапов инспекции, даже несмотря на свой статус зодиаков. Однако если бы первая не была десцендентом Козерога, вероятность разрешения на вход и вовсе была бы нулевая: сферы деятельности этого подразделения охватывали все негласные следствия и засекреченные материалы, поэтому посторонним без особой надобности находиться здесь строго запрещалось.       На входе девушек, торопясь, встретил один из служащих и повёл по коридорам к заместителю младшего генерала. Казалось, место это было ещё шумнее, чем основные корпуса Альпира: строгие созвездия в погонах неспокойно обсуждали насущные дела, а атмосфера словно электризовалась чем-то важным. Интересно, всегда ли здесь так?       С каждым поворотом в Деве росли неуверенность и количество причин, чтобы повернуть назад. Чёрт, сегодня был точно не лучший день для встречи с таким важным и уважаемым созвездием, как Козерог! Она не в лучшей одежде, понятия не имела, о чём с ним разговаривать, и лишь сильнее переживала, перебирая ватными ногами по звонкой плитке. Зачем только она согласилась идти с Раком?       Казалось, главный представитель земных знаков был идеален абсолютно во всём: расчётливый, ответственный, целеустремлённый карьерист с безумно консервативным взглядом на жизнь. Во всех отношениях Дева восхищалась его выдержкой и работоспособностью, каждый раз подмечая новые секреты трудолюбия и стабильного прогресса.       Пребывая в своих мыслях, земная не успела заметить, как они втроём подошли к высоким тёмным дверям, стоящим на перепутье двух лестниц, которые по обе стороны вели вверх. Дизайн входа уже отображал строгость и прагматичность зодиака — ничего лишнего. За его порогом Дева и хотела было остаться, однако стоящий над душой сотрудник настойчиво ждал, пока они зайдут внутрь и он вернётся к своим делам. Одного лёгкого касания водной было достаточно, чтобы тяжёлые двери бесшумно открылись. Бодро улыбнувшись, девушка помахала сопровождающему и ловко проскользнула внутрь, прихватив за руку и Деву.       Медленно открывая зажмуренные от волнения глаза, земная стала осматриваться. Обстановка так сильно давила, что та даже задумалась, не слишком ли шумно двигала головой? Усиливала волнение и неестественная тишина в прихожей; Дева почувствовала, что ни за что не хотела бы пачкать здесь и воздух.       В минималистичном кабинете Козерога преобладали лишь три цвета: чёрный, белый и все оттенки серого. Это был средних размеров зал, освещаемый панорамными окнами вдоль левой стороны. В центре стоял лакированный столик с диванами — для гостей, задняя стена же была заставлена шкафами, одинаковыми и незамысловатыми. Перед ними красовалось и рабочее место зодиака — широкий и массивный стол, где аккуратно расставлены стопки документов и схем, набор именных печаток, пара фотографий с церемонии вступления в должность и механический маятник, состоящий из знаменитых шариков, качающихся на подвязанных верёвочках, который назывался «Колыбель Ньютона», а вернее сказать, «В прошлом веке было скучно». Одним днём у Козерога настолько не было работы, что, бесцельно задумавшись над способом преобразования кинетической энергии в потенциальную, парень случайно придумал офисную игрушку, которую через именитого учёного, родившегося под его покровительством, он передал и на Землю.       Девушка стояла будто бы очарованная могучей тишиной горных вершин — именно такие чувства грелись в её душе, находясь здесь, и как славно, что и Рак тактично сохраняла спокойствие этого места, хотя…       Дева беспокойно посмотрела по сторонам. А где подруга? — Сюрприз! — громко раздалось в кабинете. Миниатюрная девушка выпрыгнула из-за спины земного и расплылась на его широкой спине будто на огромной зефирине. Казалось, тот не повёл и бровью. — Эй, ну хотя бы сделал вид, что испугался! — Мне сообщили о вашем визите в первую очередь, что за ребячество? — Вот всегда ты так… Лучше посмотри, кого я привела!       Дева поздоровалась, почти не запинаясь. — Рад нашей встрече. Прошу, не стой на пороге, — жестом предложил он. — Я, кстати, кое-что принесла! — гордо улыбнулась водная и, слезая с Козерога, достала из рюкзачка маленькую самодельную подставку из глины, украшенную блёстками и разными узорами. — Наконец доделала, это тебе! Там отлично поместятся расчёски или часы… — Спасибо большое, — взяв изделие в руки, парень отошёл к шкафам и открыл одну из дверец. Краем глаза Дева заметила, что для подарков Рака у парня была выделена отдельная полка, заставленная разноцветными поделками. — Очень красиво.       Как ни странно, несмотря на кажущуюся чёрствость и полное отсутствие эмпатии, не подлежал обсуждению факт, что в душе Козерога всегда особое место занимал его десцендент. Рак действительно могла помочь советом, когда это было нужно, понимала то, что немногословный парень не осмеливался сказать или сделать, и всегда останавливала, когда синдром всезнающего надоеды выходил из-под контроля. Он был строг к себе, к работе, окружению и ровно с той же строгостью подходил ко всему тому, что касалось их с Раком.       Неожиданно, но именно сейчас в чёрно-белом королевстве в глаза бросился секретный уголок, обставленный высокими вазами растений, за которыми прятались нежное пурпурное кресло и маленький столик, на котором лежали ещё незаконченные оригами. Возле него стояло нечто ещё, определение чему Дева не могла дать. — Что ж, ну а теперь, — неохотно вздохнув, Рак подошла к необычному антикварному шкафу, который был весь в пыли. — То, за чем я и пришла… — Что это? — Средневековая ширма для кукольных спектаклей. И с ней надо что-то придумать…       Аккуратно подойдя ближе, за слоями грязи и пыли на лакированных стенках Дева увидела поразительной красоты орнамент. Он изображал легенды о чудовищах, истории греческой цивилизации, жившей до появления Творца на Земле — времена эти были очень давно, рождавшиеся тогда созвездия ещё никем не управляли. В глазах земной вдруг вспыхнул заинтересованный огонёк, и она подумала о том, до какой чистоты она могла бы довести эту вещь. — Эта роспись не средневековая, как ты сказала, а более древних времён. Стилю этого письма больше двух тысяч человеческих лет, откуда она здесь? — Ну… Вчера я гуляла на ярмарке, и мне её продали. Торговец сказал, что многие поселения на Юге опустели, в них уже давно никто не живёт и он решил заняться продажей здешнего… раритета… — Хлама, — поправил земной. — Возможно. Может, там жили коллекционеры людского антиквариата или типа того, это не важно. Главное, что теперь она у меня, но я совершенно не знаю, что с этим делать! — Зачем ты тогда покупала её? — нахмурилась Дева. — Да не знаю я, — Рак вздохнула. Пытаясь что-то вспомнить, водная села в кресло, но под пристальным взглядом Козерога пришлось признаться: — Кажется, это можно отнести к числу импульсивных покупок… Когда я увидела её, в меня будто тысяча метеоритов врезались! Я точно знала, что должна купить эту громадину, как будто это вовсе была и не я, — она пожала плечами, оправдываясь.       Присев на корточки, подруга водной провела пальцем по пыльному слою грязи.       Как же это работает? — она осмотрела ширму. Конструкция представляла собой широкий шкаф из оливы, забраться в который можно было лишь через маленькие дверца сзади. Спереди же была видна лишь сцена — пустое окно, куда сидящий внутри рассказчик мог просунуть вверх руки и рассказывать свои истории.       Открыв защёлку, Дева заглянула внутрь. Там было темно и сыро. Чёрт, всё-таки что-то было в этой истории не так, ведь откуда у созвездий, которые так давно покинули Юг, оказалась людская вещь, появившаяся за годы до начала летоисчисления? — Рак, давай думать, куда это перенести. Мне здесь она точно не нужна, — скрестив руки на груди, решил Козерог.       Задумчиво блуждающий взгляд Девы вдруг зацепился за поблёскивающий вдалеке стеллаж. Вмиг заинтересовавшись новым объектом и не желая мешать другим, она аккуратно встала и невзначай к нему отошла. Взору открылось множество наград, симметрично расставленных за прозрачным стеклом. Ни на одном из них не было и пылинки — невероятно! «За заслуги перед Отечеством», «Первому зодиаку на службе», «Созвездие десятилетия», «Самому молодому лейтенанту». Перед девушкой пестрели блестящие заголовки, а в её глазах лишь белая зависть и желание хоть немного приблизиться к заслугам, достигнутым Козерогом.       Она, конечно, не хотела стать военной — своей работы и так по горло хватало, однако трепет и смущённые отнекивания, когда земную хвалили за какую-то пустяковую помощь, уж точно нельзя было сравнить с достижениями, хранящимися по другую сторону стекла. Хотелось сделать что-то значимое, хоть в чём-то стать первой!       Спика — самая яркая звезда в её созвездии, была ну просто обворожительно мощной, однако в сравнении с другими яркими звёздами не отличалась абсолютно ничем особенным. Даже по площади, занимаемой на небосводе, созвездие Девы было так близко к первенству, однако стало вторым по величине, уступив место Гидре.       Вздохнув, земная нежно провела рукой по стеллажу мечты и взглянула в окна. Даже вид из них был идеальным! Не слишком высоко и низко. Отсюда открывался вид на сквер возле проходных ворот и… Дева пригляделась. Кажется, внизу, около охранной будки, стоял Скорпион. Отшвырнув от себя сторожей, он уверенно вошёл в их крыльцо. Ну чем опять была занята эта ходячая проблема? — Дева, — обратился Козерог, ушедший от Рака, которой дал задание для начала вычистить ширму. — Хочу извиниться за то, что пока ни разу не посетил нашу реальность. Это неправильно, учитывая, что я главный земной знак и в первую очередь должен организовать наше проживание там. — Всё в порядке, — улыбнулась девушка.       Одного взгляда на его идеальную осанку, ровно лежащий пробор, из которого не вылезло ни одного волоска, строго сидящую форму хватило, чтобы почувствовать, что Деву будто ударили чужим превосходством с новой силой. — Я обязательно позабочусь об этом, но поверь, сейчас мне намного важнее оставаться здесь. Столько всего происходит… — Да, я знаю. — Знаешь? О чём ты? — М? Ну, что эта работа так важна для тебя, — она оживлённо кивнула на стеллаж с наградами. — А, вот как… Как Телец? — Думаю, он хороший парень, надеюсь, поладим. — Отлично. Ну, оставайся, расскажешь мне, как там всё устроено… — Спасибо, но мне пора идти. Кажется, я засиделась, да и работа не ждёт, — строго кивнула она. — Надеюсь, ты понимаешь. — Разумеется. — Рада была заглянуть. Оу, и ещё… — Дева остановилась и посмотрела на Рака. — Оставьте мне эту ширму, я зайду за ней вечером. Предложу Рыбам, они любят такое. — Правда? Класс! — устало откинула тряпку Рак. — Уже уходишь? — Да, до скорой встречи! — Пока!       С каждым днём, будто шестерёнки одного большого механизма, в жизни знаков стали появляться события, чем-то связанные между собой. Опасность заключалась и в том, что никто не понимал их значимости, как и того, что могло произойти в скором будущем.

***

      Оказавшись на улице, Скорпион без раздумий направился по дворцовому скверу прямиком к входным воротам министерства. Ещё вчера в библиотеке ему ответили, что никакой девушки, интересовавшейся той же темой, что и он, среди посетителей не было, и тогда перед водным встал вопрос: с чего начать поиски неизвестного созвездия в таком большом месте? Очевидно, что вход — место, через которое в город и из него проходил каждый служащий, а если девушка правда была из министерства, как сказала Андромеда, парень сдерёт десять шкур с каждого, пока не узнает её личность.       Ослабив воротник рубашки, чуть её расстегнув, парень уверенно шёл вперёд. Вскоре рядом появилась новая знакомая — словно из ниоткуда выпрыгнувшая белая рысь приветственно мяукнула и, подхватив спешный темп водного, стала идти рядом.       Убью не задумываясь, если она хоть как-то к этому причастна, — подумал парень, коротко взглянув на животное. Вчера вечером, когда Скорпион уже шёл обратно, за ним вслед вдруг увязалась эта красавица, но, будучи в раздумьях о том, что же делать дальше, на неё он внимания не обращал. И тем не менее, увидев строгий и преданный взгляд, когда та стерегла его у библиотеки, Скорпион всё же решил не прогонять её.       У ворот их встретило всё то же созвездие Гончих Псов, служащее здесь на охране и представляющее собой трёх резвых собачонок в спец форме. — Снова в город? — В разгар рабочего дня? — Зачастили вы, Скорпион, работы нет? — У меня к вам просьба, — сдержанно начал водный. — Вы ведёте отчёты о всех, кто проходит через ворота, так ведь? Могу ли я взглянуть на эти записи? Пожалуйста.       Собаки стали удивлённо переглядываться в недоумении. — Вы ведь знаете, что министерство управляется Высшими Силами? — Соответственно, отчёты о посещениях тоже видят только они. — Мы проверяем, можно ли созвездию войти или выйти, и записываем его имя и время прохода. — Сразу после этого данные исчезают, вернее, переносятся Высшим Силам. — Но даже если бы мы всех запоминали или как-то сохраняли ведомости, было бы запрещено рассказывать об этом другим. — Выражаем глубочайшее сожаление, что не смогли помочь, Скорпион. Извините. — Извините. — Извините.       Вот ведь придурки, — расстроенно вздохнул Скорпион. Так хотелось побыстрее с этим закончить. Их ведь трое, но толку не было ни от одного. — Между прочим, это ещё кто? — строго отрезал один из Псов, кинув на стоящую рядом рысь. — Кажется, вчера она проскочила с вами.       Чуть обвив хвостом его ногу, рядом со Скорпионом, по обыкновению властно и уверенно, сидела рысь. Во взгляде её читалось нежелание даже смотреть на собак, и тем не менее держалась она достойно Скорпиона, которому словно передались её каменное спокойствие и мудрость. — Закон не запрещает приводить животных извне, какие-то проблемы? — До момента, пока Высшие Силы не одобрят её, надо сказать. Пожалуйста, уведите животное!       Всё, надоели. Медленно подойдя ближе, парень пригнулся, чтобы быть на одном уровне с Псом, стоящим в центре, и внимательно посмотрел ему в глаза, осторожно пробираясь в сознание. — Не смей указывать мне, понятно? Слушай внимательно: ты не замечаешь это животное, не разговариваешь, не обращаешь внимание на меня и не помнишь этого разговора. Ты знаешь только то, что я прогуливаюсь здесь, ясно? — Да, ясно, — хором ответили Псы. Пусть их было и трое, но созвездие на небосводе они представляли одно, а это значило, что дар парня автоматически срабатывал на всех. — Выполняй.       Зайдя в охранную будку, парень по-хозяйски огляделся. Тут было очень грязно, тесно и ужасно воняло собаками — он терпеть не мог этот запах. Над захламлённым столом парило светящееся табло, обрамлённое золотой каймой — журнал посещаемости, наверняка вещица из мира ангелов. Если приглядеться, можно было заметить, как очень медленно оттуда действительно исчезали символы, несущие информацию о недавних посетителях.       Скорпион импульсивно перебирал попадавшиеся на глаза документы, но ничего подходящего не находилось. Со стороны вдруг послышалось краткое мяуканье, но Скорпиону было не до него. Лишь досадливо вздохнув, он оглядел всё в последний раз и поспешил выйти на улицу. Нужно было понять, что делать дальше, а в подобной лачуге, как ему казалось, можно было лишь насквозь провонять собаками, не то что обо всём хорошо подумать.       Сев на ближайшую скамейку, водный облокотился на спинку и, окунув взгляд в просторы бескрайнего неба, удручённо вздохнул. Созвездие Гончих Псов непримечательно гуляло возле забора, а Скорпион тем временем хотел было прикрыть глаза и немного отдохнуть, однако неожиданный громкий рык белой рыси прервал его планы. Грозно посмотрев на неё, парень хотел было окатить животное водяной сферой, но остановился в последний момент.       Белоснежная красавица сидела посреди дороги и, неспешно виляя длинным хвостом, прожигала дыру в Скорпионе, будто пытаясь внимательным взглядом сказать ему что-то важное. При более пристальном рассмотрении можно было заметить, как шерсть её слегка электризовалась иссиня-жёлтыми частицами по линии, где проходил барьер. Сама она сюда вряд ли бы попала, идя одной, однако вчера, когда Скорпион интуитивно одобрил её присутствие рядом, рысь легко проскочила и могла находиться здесь, пока снова не выйдет наружу.       Кажется, со временем водный всё больше начинал догадываться, что кошка понимала его. Да-да, в прямом смысле понимала, ровно как и сам он её! Убеждение это вдруг возросло ещё больше, когда другим образом объяснить причину, почему он был убеждён, что рысь просила его подойти, как если бы это вслух сказал чёткий голос, он бы себе не смог.       Настороженно наблюдая, парень присел рядом, и тогда нежный хвост её аккуратно обвил его руку и потянул за собой. Скорпион чувствовал тончайший слой магического элемента своими пальцами, однако никак не мог понять, о чём должен был догадаться.       Давай, вспомни, что ты умеешь! — будто бы пронеслось в голове, отчего тот резко одёрнул руку и непонимающе посмотрел на кошку перед собой. По обыкновению, она выглядела так же сдержанно и уверенно и, казалось, причинять парню вред совсем не хотела.       Напряжённо изменившись в лице, Скорпион отошёл от неё и всё же снова протянул руку к барьеру. Маленькие искорки так красиво сверкали вокруг ладони, так завораживало разглядывать частички невидимого барьера, как вдруг…       Ошеломлённо вскинув брови и приоткрыв рот, лицо водного тотчас просияло ясной улыбкой. Казалось, был это один из тех моментов, когда можно было заново придумать слово «эврика».       По своей сути барьер был стеной, а как всем известно, даже у них есть уши. Ещё очень давно, примерно во времена зарождения бубонной чумы на Земле, когда созвездия только обживали планету Нави, юный Скорпион обнаружил у себя одну весьма занятную способность: он умел чувствовать всё, что видели сами стены. Часы, дни, месяцы — словно на плёнке он мог проматывать события, хоть раз происходящие рядом. Как позже выяснилось, этой способностью владели все водные знаки. Поначалу юноше было интересно вторгаться в чужие секреты: личные жизни других порой казалось весьма занимательными, однако через пару годиков это напрочь наскучило парню, и про эту способность он успешно забыл.       Кто это сказал? Она? — подумал парень, кинув беглый взгляд на рысь. На душе вдруг стало тревожно, ведь откуда она знала то, о чём не были в курсе даже многие зодиаки? Чёрт, ладно, сейчас нужно было просто расслабиться и вспомнить то, в чём Скорпион не практиковался многие столетия.       В сознание приходили мутные, почти неразличимые очертания людей, когда-либо бывавшие здесь. По ощущениям можно было понять, как давно все они тут были, однако, по видимости, за столетия своего бездействия парень слегка растерял хватку.       Вместе с тем звезда Каф медленно перемещалась на восток, а Скорпион всё так же пребывал в своеобразном сне, прикрыв глаза и вытянув руки вперёд. Время всё шло и шло, и, казалось, оставаться здесь он был готов бесконечно долго, однако спустя некоторое время его отвлекли. — Что здесь происходит? — послышался строгий голос.       Медленно открыв глаза, парень оторвал руки от портала и неохотно развернулся. Созвездие Девы, осторожно придерживая Псов, настойчиво провожало их отдохнуть к себе в охранную будку. Разумеется, её вопрос был риторическим. — В чём дело? — повторила она. Казалось, происходящее её рассердило. — О моих делах ты вроде бы в курсе, — стал медленно подходить он. — А вот к тебе у меня вопрос такой же. Память я не стирал, да и договорились мы на том, что ты сама забудешь эту историю, м? — Ты был прав, — отрезала она, сдержанно стиснув губы. — Что-то действительно происходит. И я подумала, тебе будет важно это узнать. — Весь во внимании, — скептически протянул парень.       Земная скромно сидела поодаль от водного, на парковой лавке под тонким деревцем в глубине сквера. Возле них в росистой траве прилегла и рысь, лениво вылизывая себя в лучах света и почему-то всё ещё недоброжелательно поглядывая на девушку. — Я так и знал! — просиял Скорпион, когда услышал новость, что созвездие Геркулеса бесследно пропало, будто его никогда и не было в космосе. — Радуешься, как кот, съевший канарейку. — О, кот здесь не я… Я — один из тех, кого он сожрёт, если не понять, кто эта тварь такая. — Он удобней уселся, переняв позу. — Вчера был у Андромеды, она дала посмотреть мне архив, и знаешь что? Нет созвездий, которые имеют дар телепатии. Это существо не с Нави, — он задумчиво посмотрел вдаль. — А ещё я должен найти одну девушку. — М? Какую? — Если бабка не соврала, около года назад к ней приходила такая же «чокнутая» из министерства. Возможно, если найти её, получится узнать побольше об этом мистере Х. Этим я и занимался. — Думаю, это слишком долго. — Дева взглянула на водного сомневающимся взглядом. — Знаешь, мне кажется, сегодня я видела что-то очень подозрительное. Вчера Рак почувствовала, что должна купить одну странную вещь на ярмарке. Будто бы это хотела не она, а кто-то другой. — И что не так? — У меня было то же чувство, когда я наткнулась на тебя в библиотеке. Вроде бы это был папа и… я не знаю, почему так уверена, но, возможно, тогда с Раком тоже связалась Луна. — Думаешь тот, кто всё это делает — какое-то светило? — С нами не могут телепатически связываться планеты, которые нам не покровительствуют. Однако, думаю, они могут нам помочь. Завтра по расписанию у меня встреча с папой, может, что-то и узнаю. — Девушка задумчиво посмотрела на небо, но тут же отвела взгляд в сторону. Ровно над ними сейчас пролетала мрачная, длинная комета тёмно-бурого цвета. В средневековье они считались предвестниками затяжных несчастий. — Мне плевать, сколько потребуется времени, чтобы эта тварь поплатилась. Я всё равно найду и убью её. — Взгляд непроизвольно обратился на девушку, настроенную абсолютно так же. — Мы.