Немецкая невеста

Из только что приземлившегося самолёта медленно стали выходить люди, забирая свой багаж. Семья Вильгельмины могла позволить себе частный самолёт, но отец решил, что они спокойно смогут добраться до России с остальными немцами, приехавшими полюбоваться красотой летнего Санкт-Петербурга. — Мина, посмотри, — воскликнула Амалия, указывая рукой в сторону новенького роллс-ройса, возле которого расположились Екатерина Алексеевна, одетая в чёрное обтягивающее платье, идеально подчёркивающее её фигуру, и Павел, который, оперившись о мамину машину, что-то листал в телефоне с довольно скучающим видом. Вильгельмина стянула солнцезащитные очки и осмотрела своих будущих родственников с ног до головы, приметив, что мать у её жениха выглядит просто прекрасно. К тому же, она губернатор города и очень влиятельный человек в огромной России. А значит, с такой женщиной непременно следует поддерживать хорошие отношения. — Девочки, нас уже ждут. Попрошу всех вести себя прилично, –процедил отец и натянул лучезарную улыбку, взяв свою жену за руку. Генриетта не сопротивлялась, потому что не желала, чтобы их будущие родственники подумали плохо о их семье. Немецкая семья направилась навстречу Романовым, предварительно заплатив работникам аэропорта за то, чтобы они несли их чемоданы, которых было достаточно много. Особенно сёстры набрали с собой тёплой одежды, ведь знали, что Петербург — северный город, поэтому боялись замёрзнуть в суровой стране. Но в день прилёта ярко светило солнце, что не могло не радовать теплолюбивых девушек. — Екатерина Алексеевна! Как же я рад встретиться с Вами лично! — заулыбался Людвиг, протягивая руку Романовой. — Это моя жена Генриетта Каролина и любимые дочери, о которых я уже много рассказывал. — Я тоже рада нашей встречи, — ответила Екатерина. — Готова представить вам моего сына Павла, — женщина обернулась к парню, который уже доставал шикарные букеты цветов из салона машины. — Добро пожаловать в Россию, — произнёс Романов, вручив сначала букет хризантем матери девушек, после две цветочных композиции сёстрам, а затем, по настоянию матери, подарил Вильгельмине лилии. Екатерина заранее узнала о вкусах будущей невестки у Людвига, а поэтому была готова ко всему. — Danke, — по-немецки произнесла Вильгельмина, вдыхая аромат своих любимых лилий. — И что же, Вы совсем не говорите по-русски? — поинтересовался Павел, пытаясь заглянуть в глаза девушки, которые она скрывала за стёклами чёрных очков. — Говорю. Меня учили, — ответила девушка, немного смутившись. Её семья уже села в машину, чтобы отправиться в ресторан, а она осталась стоять здесь, в компании будущего жениха. — А почему Вы в солнцезащитных очках? У нас, конечно, сегодня жарко, но, я думаю, их можно… Павел не успел договорить, как девушка сняла очки, и на её лице стал заметен синяк, который ранее Вильгельмина пыталась перекрыть плотным слоем тонального крема. — Как же так? — Это сделал отец. Он не любит ни мать, ни нас. Только деньги. За ужином в ресторане он станет нахваливать себя, рассказывать про свой бизнес, про то, какая мы дружная семья и прочее. Но Вы не слушайте его, это всё враньё, — на чистом русском рассказала Вильгельмина, вновь надев очки, которые закрывали её светлые и очень красивые глаза. Павел впал в ступор, не зная, что ответить на такую откровенность со стороны девушки. — Я не хочу Вам врать и притворяться, что в нашей семье всё хорошо. Надеюсь, что и Вы будете со мной честны в будущем, — произнесла Вильгельмина, а после, взмахнув волосами, поспешила сесть в машину, чтобы поехать в отель и какое-то время перед ужином в ресторане отдохнуть. Павел же так и остался стоять на месте, восхищаясь красотой и умом девушки, с которой успел поговорить всего несколько минут. Вильгельмина была чудесным и очень интересным человеком, как ему казалось, но определённо нужно было узнать её получше. А сделать это на семейном ужине вряд ли удастся, поэтому свои планы на сегодняшний день придётся изменить. «Кать, прости, но мы не сможем сегодня встретиться», — написал короткое сообщение однокурснице Романов. Он знал, что Нелидова непременно расстроиться, ведь он сам предложил ей пойти прогуляться по ночному Петербургу, посмотреть на разводные мосты и прокатиться по Неве на катере. Но сейчас он решил, что его немецкой невесте эта прогулка важнее, ведь она сможет отвлечься от мыслей о своём отце и хоть на немного забыть о том, с какой целью она прибыла в Россию. «Хорошо, я всё понимаю, погуляем в другой раз», — пришёл ответ от Кати, и парень со спокойной душой отправился домой, ведь идти на прогулку с такой девушкой, как Вильгельмина в спортивном костюме не хотелось. «Наверное, мать всё же была права, и следовало не упрямиться, а найти время и переодеться ещё до приезда невесты», — решил парень, заказывая себе такси. Было около шести часов вечера, когда в номер Вильгельмины постучали. Девушка, которая была уже практически готова к ужину, поспешила открыть дверь, ведь была уверена, что к ней пришла Амалия или Луиза, но за дверью оказался Павел, одетый в этот раз в костюм с белой рубашкой. — Разве мы не должны были встретиться в ресторане? — удивилась девушка, впуская Романова в свои апартаменты. Насчёт отеля, где какое-то время будут проживать немецкие гости, Екатерина Алексеевна также распорядилась заранее, забронировав четыре люксовых номера на пятом этаже с чудесным видом на одну из красивейших улиц Санкт-Петербурга. — Должны, — кивнул Павел, — но я подумал, что нам обоим это будет неинтересно, а поэтому я предлагаю Вам прогуляться со мной по городу. Вы же никогда не были в России, думаю, можно узнать и увидеть много нового. — А ваша мать не будет гневаться? Всё-таки вся эта суета происходит из-за нас, — неуверенно произнесла девушка, накручивая белый локон на палец. — На меня она гневается постоянно, а на Вас не станет, не волнуйтесь. — Хорошо, — повеселела Вильгельмина, — тогда я сейчас завершу свой макияж и спущусь вниз. Надеюсь, Вы дождётесь меня. После девушка выставила парня за дверь и стала красить ресницы новой тушью, которую ей советовали буквально все подруги в Германии. Также девушка надела кремовое летнее платье, подаренное Амалией на именины, и босоножки, за которыми была огромная очередь в лучшем обувном бутике Дармштадта. Когда Вильгельмина вышла из отеля, Павел сразу же схватил её за руку и потащил за угол этого огромного здания, ведь к входу в него уже подъехала знакомая ему машина, за рулём которой сидел водитель матери. Он должен был доставить девушку в ресторан. — Павел! Павел! Почему мы убежали оттуда? — спросила запыхавшаяся девушка, когда молодые люди остановились возле соседнего здания, откуда было хорошо видно машину со знакомыми номерами. — За Вами приехал водитель моей матери, — Романов указал на мужчину средних лет, выходящего из автомобиля белого цвета. — Если бы он застал нас, то пришлось бы ехать в ресторан, а я хочу показать Вам другую сторону Петербурга, где люди не соревнуются в том, у кого больше денег, круче машина или моложе любовница. Идёмте? — Идём, — согласилась девушка и вновь взяла парня за руку. — И, я думаю, нам можно перейти на «ты». В ресторане «Мансарда» в это время собрались все, кроме жениха и невесты, за которыми Екатериной был послан водитель. Но гости не теряли время, ожидая молодых, а уже делали заказы. Людвиг, оценив щедрость Романовой, заказал самое дорогое вино, а также множество закусок к нему. Дамы же заказали десерты и стали наблюдать за видом из окна ресторана, расположенного в самом центре города. Луиза же не переставала восхищаться красотой Исаакиевского собора и рассказывать о том, что успела прочесть о Петербурге, попутно задавая вопросы Екатерине Алексеевне. — Луиза, не мучай никого расспросами, ведь вся информация есть в интернете, — сказала Генриетта Каролина впервые за долгое время. — Да что Вы, мне не сложно ответить. К тому же, для вашей семьи у меня также запланирована пятидневная экскурсия по городу на следующей неделе, — добродушно улыбалась Екатерина. — Ох, это без меня. Думаю, мне найдётся занятие здесь. Екатерина Алексеевна, мы же сможем обсудить наши действия после свадьбы детей? — пережёвывая краба, говорил Людвиг, намекая на денежную сторону их отношений. — Сможем, но сегодня мы собрались здесь для того, чтобы обсудить именно свадьбу наших детей. Думаю, через пару дней можно будет объявить о помолвке, а свадьбу сыграем осенью, — рассказала Романова, делая глоток красного вина. — Конечно, ведь к свадьбе нужно столько всего успеть! — подключилась Генриетта. — Только у меня будет одно пожелание, — вдруг произнесла Екатерина. — Во мне самой течёт немецкая кровь, но предки со стороны моего мужа были русскими, мой сын носит российское имя и отчество. Сама же я занимаю важную должность в системе управления России, а поэтому просто не могу допустить, чтобы мою невестку звали Вильгельмина. Ей нужно будет сменить имя. Амалия и Луиза сразу же отвлеклись от своих десертов и взглянули на женщину. Они и представить себе не могли, что их сестру могут звать как-то по-другому. Не Вилли, не Мина, не Вильма, а совсем, совсем иначе. По-иностранному. — Но я давала ей это имя, надеясь, что она… — начала мать девушек, но Людвиг сразу же перебил её, сообщив, что совсем не против, если его дочь сменит имя и станет называться другим, а также получит отчество, которое ранее никогда не имела. — Вот и отлично! Тогда давайте выпьем, а то молодых ждать больно долго, — произнесла Екатерина Алексеевна и подняла бокал вверх.