Протеже

      — Где ты был? — спросила Сабе, когда Люк влетел в свой сенаторский офис. Рабочий день давно закончился, наверное, она уже начала за него волноваться.       — Когда мы столкнулись с Вейдером в ангаре, ещё на Набу, он предложил показать мне свою коллекцию кораблей, — отрешённо ответил Люк. — Я согласился.       — И как всё прошло?       — Дворец роскошный. Коллекция невероятная. Вейдер возвращается на Татуин, чтобы снова развязать там войну, и я ничего не могу с этим сделать.       — Ох, Люк, — Сабе усадила его на диван и сама села рядом. — Мне жаль.       — Стоило догадаться. Может, ко мне он и добр, но это не меняет ровным счётом ничего.       — Он по-прежнему что-то подозревает?       — Да, и, кажется, я ему в этом всячески помогаю.       — Это как? — нахмурилась Сабе. — Он сам себе всё объяснит, если захочет. В заблуждениях они оба мастера.       — Из-за Силы. Его ребёнок точно должен был быть одарённым, правильно? — Сабе неуверенно кивнула. — Когда мы влетели во Дворец, я потерял сознание. Сам не знаю, почему, как будто я что-то почувствовал. А потом, когда я разозлился, от моих эмоций затряслись спидеры. Это моя Сила — она выходит из-под контроля.       Сабе поджала губы и больше ничем не выдала своей тревоги.       — Ты потерял сознание?       — Да.       — Из-за чего?       — Я не знаю. Мне было… больно, и я чувствовал там смерть, — добавил Люк. — Это чувство мне хорошо известно.       — Раньше в Императорском Дворце располагался Храм Джедаев, — печально кивнула Сабе.       — Ох.       — Наверное, само здание запомнило проведённую в нём Чистку.       Люк подумал, что сейчас опять упадёт в обморок.       — Да, — тихо ответил он. — Запомнило.       — Тебе нужно обучение, — поколебавшись, сказала Сабе. — Эти вспышки опасны — во-первых, потому что тебя могут обнаружить, а во-вторых, потому что они бьют по твоей психике. Я связалась со своим человеком в Восстании.       Подняв голову, Люк окинул свой офис внимательным взглядом. В этом не было необходимости — они с Сабе устраивали поиски жучков чуть ли не каждый час, и размеры последнего такого улова его неслабо тревожили, — но этот ритуал всё равно его успокаивал.       — С Ашлой? — тихо спросил он.       — С ней свяжутся. Возможно, на это уйдёт какое-то время. И нам придётся постараться, чтобы совместить её обычные рабочие задачи с твоими тренировками. Но мы всё устроим, — Сабе сжала его ладонь. — Пока что нам надо как-то спрятать твои способности, чтобы они не так бросались в глаза.       — Способности — это про распознавать чужую ложь, например?       — Например это, да.       — Ладно. Тогда я больше не буду никого обвинять.       — Кого ты умудрился обвинить во лжи за последние несколько недель?!       — Амидалу, — сказал Люк и сразу поморщился.       Сабе изумлённо уставилась на него:       — Люк, ты ввергаешь меня в отчаяние.       — Она занервничала. Было весело.       — Хоть что-то, — Сабе печально улыбнулась. — Я так понимаю, это произошло во время вашего разговора про Набу?       — Да.       — Успешно?       — Она попыталась убедить меня, что вторжение — это хорошая идея.       — Получилось?       — Нет, — сказал было Люк, но затем поправил себя: — Я понимаю, почему она считает это хорошим поступком. С её точки зрения это великолепная, высокоморальная идея. А я могу со всей уверенностью заявить, что её точка зрения неверна.       — Пока что.       Люк решил ничего не отвечать.       — У меня новости с Набу, — вдруг сказала Сабе. — Далрана тебя тоже держит в курсе?       — Да, — Люк вздохнул. Хороших новостей не было давно. — Прошло несколько мирных протестов, все закончились кровопролитием. Из гонки вышло ещё несколько перспективных кандидаток.       — Похоже на правду. А что с садоводством?       — Пока ничего. Ударов никаких не планируется — во всяком случае, таких, где им потребовалось бы моё участие. Но, возможно, они скоро со мной свяжутся. Мне кажется, они сейчас стараются меня не вмешивать, потому что понимают, что у меня одного есть шансы убедить Императрицу отступить.       — Шансы есть, но это всё равно ни к чему не приведёт.       — Я продолжу попытки.       — Молодец, — безрадостно ответила Сабе и отмахнулась от его раздражённого взгляда. — Кого поддерживает Далрана?       — Не знаю, но из оставшихся Соруна и Далини ближе всего к ней по взглядам. Движению Миллацвета они вряд ли понравятся, потому что предпочитают относиться к Империи с осторожным презрением, чем открыто выступать против её влияния, но они лучше остальных кандидатов. Боюсь, у Далини шансов совсем нет, хотя королева смешанного происхождения, сочетающая в себе человеческую и гунганскую кровь, могла бы стать очень символическим правителем в нынешнее время. Соруна чуть лучше разбирается в актуальных проблемах, хотя красноречия ей недостаёт.       — Но они не фавориты?       — Нет. Фаворит — Сералина. И это понятно, потому что у неё есть опыт участия в совете, когда она была принцессой Спинакера, и из-за этого все считают, что Далрана её поддерживает. Она — самый безопасный выбор. Она примет Империю, но будет держать её на расстоянии. То, что совет не попытался сблизиться с Империей, пока она в нём работала, хотя индустрия Спинакера могла бы сильно выиграть на более крепких торговых связях и дорогих контрактах, делает её более-менее сбалансированным кандидатом.       — Но никакого баланса она, разумеется, искать не станет.       — Нет. Пусть деликатно, но она всегда настаивала на уступках Империи. Мы постоянно из-за этого спорили — и с Империей не сближались потому, что несколько членов совета постоянно выступали против её инициатив, — он помолчал. — Если она победит на выборах, я потеряю работу. Она меня терпеть не может.       — Ты когда-нибудь обвинял её открыто?       — Я обратил внимание на то, чего она пытается добиться, и она больше не могла скрывать это от остальных членов совета.       — Значит, да, — пошутила Сабе. Люк закатил глаза. — Никто тебя не уволит. Ты хороший сенатор.       — В этом и проблема. Если Амидала захочет меня убрать, одного её слова Сералине будет достаточно, чтобы обеспечить мою отставку.       — Хорошо, что она не хочет тебя никуда убирать, — ядовито добавила Сабе, — скорее, наоборот.       Люк покачал головой:       — Я всё равно переживаю за эти выборы. Не только из-за общественного мнения. Что если Империя в этот раз сумеет вмешаться в подсчёт голосов? Если ещё кого-то убьют, как Представителя Майю? Нам нельзя терять ещё больше хороших политиков.       — Мы все переживаем, — согласилась Сабе. Она пустым взглядом уставилась на ковёр. — Я просто жду, что всё станет ещё хуже.

***

      — Береги себя, любимый.       — Буду, как и всегда.       Вейдер склонил голову, чтобы Падме, изящно поднявшись на цыпочки, поцеловала макушку шлема. Он погладил её ладони большим пальцем, как всегда осторожно и аккуратно.       Она весело усмехнулась:       — Неправда. Постарайся как можно скорее принести на Татуин мир. Эта планета… — она недовольно поморщилась, — начинает создавать политические сложности.       Вряд ли она подумала о Люке — да, Люк её интересовал, но Падме всегда сначала думала о более общих проблемах, — однако Вейдер кивнул. Когда речь заходила о Татуине, лично он думал только о Люке.       — Чем скорее он окажется под нашим контролем, тем скорее мы сможем его отстроить и оставить все обвинения в прошлом.       Падме улыбнулась ему:       — Значит, ты нас всё-таки слушаешь.       — Только тебя, — пообещал Вейдер. — В этот раз мы используем другую тактику. Я полагаю, более эффективную.       — Надеюсь. Хатты должны исчезнуть. Пусть их империя и рухнула, их криминальное влияние продолжает создавать проблемы. А я хочу стереть всю коррупцию и опасность из нашей галактики, — её взгляд стал жёстче. — Ты сделаешь это для меня?       — Всё что угодно.       — Хорошо, — отступив, Падме отняла ладони и спрятала их в складках тёмного платья, разлетевшегося вокруг неё от поднятого приземляющимся шаттлом ветра. — Я буду держать тебя в курсе. А ты держи в курсе меня.       — Договорились.       — Я буду по тебе скучать, — крикнула она, и Вейдер улыбнулся, словно влюблённый подросток, ощущая импульс её любви в Силе, словно сердцебиение. Словно кровоточащую рану.       — А я по тебе, — ответил он. — Я ненадолго.       Падме натянуто улыбнулась:       — Очень на это надеюсь.

***

      Следующим утром Люк ни свет ни заря отправился к Лее на квартиру. Они назначили встречу комитета на самое начало рабочего дня, и им нужно было выстроить свою линию защиты, прежде чем спорить с Пуджей. Он уже уселся на водительское сидение и натянул первую перчатку, как вдруг на его посадочную площадку приземлился альдераанский спидер. Нахмурившись, Люк схватил сумку с вещами, выпрыгнул из спидера и…       — Биггс, — сказал он с улыбкой. — Какими судьбами?       — Тебя забрать прислали, — ответил друг. — Я знаю, что ты и сам летать умеешь, но это была идея Её Высочества — а я не стал отказываться от возможности поговорить с другом.       — И таким образом лишил меня и без того редкой возможности поводить самому, — шутливо пожаловался Люк, но, довольный, уселся в спидер на пассажирское сидение.       — Мои искренние извинения, — поколебавшись с мгновение, Биггс опять взъерошил его тщательно уложенные с утра волосы. Люк не возражал. Более небрежная укладка напоминала ему о доме. Он даже перестал заплетать волосы и часто ограничивался парой небольших косичек вокруг макушки.       С первых секунд полёта Люк был вынужден признать, что Биггс был отменным пилотом. Ему всегда это хорошо давалось, но сейчас он вёл спидер с ощутимой уверенностью.       — Так ты в итоге попал в лётную школу?       — Да! Но не в Имперскую Академию. Там требуют обязательно идти служить во флот, вариант был только дезертировать. А на Альдераане своя лётная школа, там учат пилотов и торговцев, так что я выиграл стипендию и пошёл туда. И меня сочли достаточно надёжным, чтобы рекомендовать к дипломатической службе.       — Тебя — надёжным? — деланно ахнул Люк.       Биггс закатил глаза.       — Я никогда не смогу летать так быстро и инстинктивно, как это делаешь ты, но ровно и спокойно — пожалуйста. И, если понадобится, смогу увести спидер от опасности. А вот ты… Напомни, это с тобой Беру однажды отказалась лететь?       — Да, я, помнится, её немного нервировал, — признал Люк.       — Немного? Люк, да твою тётю в жизни ничего не пугало, кроме твоего вождения. Ты один раз взял её прокатить, так она на землю вся зелёная сошла!       — Это был не я, а просроченное молоко!       Биггс рассмеялся. У него был приятный смех.       — Хорошо иногда бывает поговорить про Татуин, — сказал Люк. — Обычно мне не с кем. Я сам не помню, когда я в последний раз вспоминал про тот же Скайхоппер, — он поморщился. — Дядя Оуэн, наверное, продал его на запчасти.       Логичное решение — Люк на нём больше не летал. И всё же эта мысль ввергла его в опустошение.       — Да, это было бы разумно. Но твой дядя не дурак, да и любил тебя безумно. Может, он его на память оставил. Вернёшься — а он на нём быстрее тебя носится.       Улыбка получилась болезненной, и не только от тёплых воспоминаний о проведённых на Татуине годах, которые он яростно оплакивал. Биггс знал, что его дядя числился пропавшим без вести, и всё равно шутил так, будто Оуэн был жив. Это успокаивало.       Но потом Биггс продолжил:       — Мне показалось, ты не должен был упоминать Татуин. Мой акцент слышно сразу, но ты здесь легко сошёл бы за своего. Это тоже из-за политики?       — Нет. Ну, то есть, я начал так разговаривать, когда впервые пошёл на выборы кандидатом. А так я просто повторял за бабушкой, чтобы меня поменьше мучили вопросами.       — Но тут тебе попался я со своим ужасным говором, и всё изящество вылетело в трубу? — протянул Биггс, ещё небрежнее обычного.       Люк рассмеялся:       — А тебя слушать приятнее, — Биггс ответил почти что смущённой улыбкой. Люк даже удивился: обычно его таким было не пронять.       — Почти на месте, — сказал Биггс, и всего через несколько мгновений они приземлились на посадочную площадку. Гладкое тёмное дерево было отполировано до блеска бессчётными репульсорами. — Чуть попозже повезу вас с принцессой Леей в Сенат. Увидимся.       Прежде чем вылезти, Люк наклонился его обнять.       Удивлённый, Биггс всё же охотно обнял его в ответ, хлопнув по спине и наверняка помяв его огнеупорный бордовый блейзер, но Люк одним перелётом на спидере умудрился измять всю юбку, так что не стал из-за этого переживать.       — Рад был повидаться, Биггс, — искренне сказал он и легко поцеловал его в щёку — на Набу это был обычный дружеский жест, но Биггс сначала неловко застыл, не сразу поняв, что он делает.       — И я тоже, Люк, — он поднял взгляд. — А вот и принцесса.       Лея встретила его в гостиной, сразу за большими дверями посадочной площадки. Она перевела взгляд на Биггса и слабо улыбнулась:       — Я подумала, вы не откажетесь от возможности поболтать, — признала она. — У меня есть ужасная привычка занимать своих пилотов бесконечными заданиями, и мне из-за этого неловко. А вы, к тому же, близкие друзья.       — Звучит так, будто у тебя есть привычка брать на себя кучу проектов и работать за троих, — парировал Люк.       Закатив глаза, Лея жестом пригласила его сесть за стол. Люк бросил быстрый взгляд на обтянутые белой кожей диваны и попросил себе только воды.       — Работа в Сенате именно так и выглядит, — сказала Лея. — Дел полно, результатов почти ноль. Мне бы хотелось… — она осеклась.       — Чего? — но Лея явно не хотела дальше развивать эту тему, поэтому Люк продолжил сам: — Мне бы хотелось, чтобы мы работали эффективнее. Сенат Амидалы прогнил до основания, и всё равно я понимаю, почему многим хочется его как-нибудь оптимизировать.       — Мысли читаешь, — сказала Лея и опустила взгляд в датапад с заметками. — Ну что, начнём?       Люк кивнул:       — Так, во-первых, к твоим замечаниям про метрику…

***

      Встреча прошла гладко. Было даже приятно выискивать слабые места в их данных и методах и всячески от них избавляться, чтобы не оставить Пудже ни шанса на обоснованные придирки. Сначала они решили пересмотреть данные, которые собрала Лея, чтобы убедиться в их корректности и грамотном политическом оформлении, — учитывая объём выборки, времени на это должно было уйти немало. И тем не менее, начало положено хорошее — пусть даже Люк не сомневался, что Пуджа решит больше половины из этого выкинуть.       — Осталось пара минут, — Лея взглянула на часы. — Полетели? Будет подозрительно, если мы с тобой одинаково опоздаем. Необязательно рассказывать ей про эту встречу, но если она про неё узнает, то будет упираться ещё сильнее.       — Ты думаешь, она поставит личные чувства выше профессионализма?       — Не сомневаюсь.       — И правильно делаешь, — пожал плечами Люк. Раньше Пуджа себе такого не позволяла — когда её назначили сенатором, она была воплощением сдержанной зрелости. Но с тех пор многое изменилось.       Может, в первую очередь, его собственное восприятие.       А кроме того…       — Если её профессиональной целью является вставлять этому проекту палки в колёса, то привлечь к этому делу личные отношения, чтобы замедлить его ещё сильнее, — тоже, в общем-то, рабочий план.       — Поэтому нам нужно выставить какие-то рамки. Что я и хочу сделать. Я не собираюсь выражаться помягче, лишь бы её ненароком не обидеть.       — Это хорошо, — кивнул Люк. — Мне тоже… надо бы этому научиться, — он не умел контролировать свою эмпатию так, как это делала Лея. С его характером политика вообще шла нелегко.       Лея обнадёживающе сжала его предплечье:       — Я помогу, — пообещала она. — Просто подыграй мне. Но нам правда пора идти.       Люк помог ей собрать их записи. Пока они шли к спидеру, болтая о всяких мелочах, он впервые за долгое время чувствовал себя спокойно. Однако стоило ему сесть внутрь, как от его расслабленного состояния не осталось и следа.       Лея заметила сразу:       — Что такое?       — Не знаю, — у него зашумело в ушах, голова потяжелела, словно набитая войлоком. — Сейчас будет буря.       — Буря? — нахмурилась Лея. — Корусантский гидрометцентр ничего не говорил про осадки, всю неделю должно быть чистое небо. Нет никаких значительных колебаний, которые бы показывали…       — Это ты образно? — спросил Биггс. — Опять твои предчувствия?       Предчувствия. Да. Люк постоянно с ними сталкивался на Татуине, и Биггс много раз был тому свидетелем.       — Будь осторожен, — ответил Люк. — Лети… надёжно.       — Я всегда так летаю, — фыркнул Биггс успокаивающе беззаботно.       Люк кивнул. Лея легонько подтолкнула его плечом. Он видел, как она то и дело поглядывает на него, и чувствовал связывавшее их напряжение.       Биггс поднял спидер в воздух, в лицо ему ударил свежий холодный воздух. Стало полегче. Полёты всегда наполняли его энергией. Ему нравилось смотреть, как мимо них на страшной скорости проносятся корускантские небоскрёбы.       Скорость, с какой всё случилось дальше, ему не понравилась совершенно.       Прогремел выстрел — оглушительно громкий, хотя он не должен был его услышать за рёвом двигателей. Нехорошее предчувствие взлетело до апогея, и Люк навалился на Лею, уронив их на сидение. Выстрел отскочил от ветрового стекла. Биггс дёрнулся от неожиданности, но траекторию удержал и ускорился.       — Это ещё что?       Грянул второй выстрел — в левый бок спидера, у которого сидел Люк. Он зажмурился.       Ещё один выстрел — этот попал в один из двигателей в брюхе спидера.       Двигатель затарахтел, сбившись с привычного ровного гудения, снизу потянулся чёрный дым. Сомнений у него не осталось.       — Нас атакуют, — сказал он. — Неужели…       — Покушение? — крикнула Лея. Её коса расплелась из пучка и теперь развевалась на ветру. — Ну наконец-то!       Что-то Люку подсказывало, что это была не самая нормальная реакция.       — Откуда бьют?! — крикнул Биггс. Люк рискнул обернуться и сразу их заметил — гладкий чёрный спидер с открытым верхом, в кабине двое гуманоидов, затянутых в чёрное.       — Сзади! Они нас преследуют — один ведёт, другой стреляют!       Биггс выругался.       — Так. Мы можем здесь где-нибудь сесть? Или сбросить их?       — Звони в полицию, — приказала Лея. Люк выхватил из кармана комлинк и набрал нужный номер, сразу обрушившись на ответившего дроида с криками. — Биггс, садиться негде, нужно…       Новый выстрел — и снова по двигателям. Жуткий скрежет усилился, они начали терять высоту.       — Крифф, крифф, крифф!.. — бормотал Биггс.       Люк сбросил вызов:       — Они скоро будут. Надеюсь, смогут нас найти. Биггс…       — Мы падаем, — перебил тот. — Нужно куда-нибудь приземлиться.       — Нельзя приземляться, пока они у нас на хвосте! — крикнула Лея.       — Я знаю, Ваше Высочество, мы…       У Люка скрутило живот. Он резко нагнулся вперёд, пережидая рвотный позыв, и выстрел, летевший ему в голову, взорвался об переднее сидение.       — Люк!       — Всё в порядке, — сказал он, сглотнув горечь во рту, и снова пригнулся. Выстрел ушёл далеко в сторону, потому что Биггс резко вильнул влево, а затем снова выровнял курс.       — Нужно уйти с главной трассы, — сказал Люк. Мимо проносились небоскрёбы, и на каждой транспластиловой стене отражались их перепуганные лица.       — Что? Зачем?!       — Люк прав, — поняла Лея, — пока что они промахиваются, но в конце концов просто попадут в кого-то ещё, — она огляделась. Большая часть водителей вокруг уже поняли, что происходит, и разлетелись, однако мимо них всё равно постоянно проносились спидеры, не замечая на трассе всполохов раскалённой плазмы. — Нужно увести их от гражданских.       — Полетим к Сенату! У них есть свои патрульные, они разберутся с убийцами.       Убийцы.       Кто-то пытался их убить.       Кто был целью? Лея? Скорее всего — она активнее него выступала против Империи, и опыта у неё тоже было больше. Но Люк был сенатором, который подвёл свою планету, — этого более, чем достаточно, чтобы кто-то возжелал его смерти.       Может, убрать пытаются их обоих. Может, это такая реакция на работу их комитета или на то, что они сделали на Набу, а им хватило дурости полететь в одном спидере.       Времени на панику не было. Люк опять пригнулся. Плазма обожгла ему макушку, в воздухе запахло палёным. А потом закричал Биггс.       Спидер ухнул вниз.       — Биггс!       Заряд прожёг его белую форму. Под его левой рукой Люк разглядел обожжённую плоть.       Люк налетел грудью на передние сидения. Мир вокруг беспрестанно вращался, спидер летел носом вниз во тьму нижних уровней Корусанта, перед глазами плыло. Он перелез на переднее сидение рядом с Биггсом и перегнулся через него, схватившись за рулевые рычаги.       Спидер выровнялся. От резкого рывка его чуть не стошнило, но он сжал руль крепче и прибавил скорости, подвинув Биггса в сторону. Они рванули вперёд.       — Где аптечка? — крикнул он Лее. — В спидере есть аптечка?       Лея и без него сообразила её достать. Коробка дрожала у неё в руках, но она с силой надавила Биггсу на рану, не обращая внимания на его болезненный крик. Люк отвернулся, чтобы не мешать ей.       Преследователи остались далеко наверху, где-то в километре над ними. Это точно ненадолго. Люк резко свернул влево и помчал спидер прочь от Сената — к промышленной зоне.       — Куда ты? — неразборчиво позвал Биггс. Лея попыталась его успокоить. — Нам же нужно…       — Этой дорогой мы тоже доберёмся до Сената. Попробуем сбросить их с хвоста в Коко-тауне.       — Коко… что?       — В промзоне? — догадалась Лея. — Это разумно? Ты точно знаешь, куда летишь?       — Ну…       — Люк.       Но Биггс, тяжело перебравшийся на заднее сидение, слегка оживился:       — Это то место, про которое ты тогда говорил?       — Да, — Люк позволил себе улыбку и пересел на водительское сидение, сосредоточившись. — Будет весело.       — Весело? — возмутилась Лея.       — Тут банта ногу сломит. Мы их запутаем, — спидер завернул за угол, и сенатский округ, чистый и спокойный, остался далеко позади. Воздух был полон копоти и сажи, всё вокруг было грязным. Пыльным. Заброшенным.       Местные жители провожали их изумлёнными взглядами. Спидер вздрагивал и подпрыгивал, повреждённый двигатель противился каждому движению рычагов. Люк не обращал на это внимания — другого выбора у него не было. Он следил за реакцией, подстраивался под движения, но жуткий скрежет пропускал мимо ушей. И так проблем хватало.       Сзади снова зазвучали выстрелы.       Люк выругался. Лея пригнулась. На этот раз преследователи дали по ним быструю очередь, и гладкий спидер резко поравнялся с ними. Люк принялся вилять из стороны в сторону. Справа путь перекрывали куски старого и давно заброшенного металлического настила. Люк нырнул прямо внутрь.       Лея закричала, Биггс восхищённо присвистнул. Остатки строительных лесов стали со скрипом складываться вокруг них, но ни одна из железных пластин не задела спидер. Люк летел дальше. Одно слабое прикосновение здесь, другое — там, и они вылетели, невредимые, на противоположной стороне заброшенной стройки.       — А ты всё так же хорош, Скайуокер, — пробормотал Биггс. — Как всегда, счастливчик.       Люку хватило сил только устало ухмыльнуться. Он снова ускорился, пролетая сквозь разбитые окна и раскрытые двери бесчисленных заброшенных заводов. Он ждал и летел и ждал…       И, наконец, преследователи их догнали. Их спидер был гораздо быстрее.       Часть выстрелов прошла мимо. Ещё больше попали в цель. Двигатели завыли в унисон.       Люк увёл спидер в пике. На мгновение воцарилась тишина. Затем преступники нырнули вслед за ними, но Люк знал, куда летит. Одна из распахнутых дверей, достаточно широкая, чтобы в неё мог пролететь грузовой фрахтовик, проглотила их словно пещера. Из мрака нависали внутренности завода — колонны, баки, сломанные конвейеры.       И всё равно безумцы полетели следом.       Они снова пальнули по спидеру. Пролетев весь завод, Люк вылетел наружу, но на этот раз за ним никто не последовал. Ждать их он не стал, к тому же, через пару секунд они нашлись сами, несколькими этажами ниже, откуда выстрелили по брюху спидера.       И, ускоряясь всё сильнее, сильнее и сильнее, Люк невольно задумался.       До этого убийцы целились в головы. Теперь решили уничтожить и спидер. Все пассажиры были до сих пор живы, что было чудом, учитывая, как много выстрелов попали в цель.       Так почему?       Он отбросил прочие мысли. Слева от них высились очередные строительные леса, и он повернул было туда, но очередной выстрел оставил их без двигателя — тот отломался и рухнул в пыльную пропасть, разломав несколько опорных стоек.       Преследователи прекратили палить по ним. Вместо этого они выстрелили в настил.       Всё рухнуло.       Металлические балки загрохотали вокруг них, что-то било спидер, Лею и Биггса, и самого Люка в макушку. Его бросило вперёд, впечатав в лобовое стекло, по лицу потекла кровь; и ничего из этого не имело значения. Глаза заливало кровью, но и на это ему было плевать. Он должен отсюда убраться…       Люк выбросил вперёд руку. Часть балок зависла в воздухе и разлетелась прочь. Сзади послышались крики — это их убийцы столкнулись с резко полетевшими в них тоннами металла.       Стоило им вылететь из лесов, как вся и без того шаткая конструкция рухнула окончательно. Шум стоял страшный. Люк обернулся через плечо и увидел, как стрелок уклонился от падающего настила, заметил, что Люк на него смотрит, и выстрелил.       Он бы остался с дыркой во лбу, если бы не вильнул в сторону. Сердце застучало быстрее.       Что ж, теперь у него есть ответ на оба вопроса. Когда он сел за руль, они стали палить по спидеру, чтобы заставить их приземлиться. Вывод мог быть только один.       Люк сглотнул.       — Лея, как вы там с Биггсом?       — Всё хорошо, — ответил за неё Биггс.       — Но вести ты не можешь, да?       — Могу. Пусти…       — Нет, — вмешалась Лея. — А что?       — А ты спидер водить умеешь?       — Разумеется, — Лея поколебалась. — Ну, наверное.       Да, вряд ли принцессам давали каждый день практиковаться в вождении. Но делать нечего.       — Когда будет нужно, — предупредил Люк, — перехватишь управление.       — С чего… Зачем?       Люк опять нырнул вниз. Сбоку от воздушной трассы он разглядел заброшенный переход, прицепившийся к небоскрёбу, словно испуганный ребёнок. Он повёл спидер ровно над ним. Сбросил скорость.       — Люк? Что ты делаешь?       И прыгнул. Лея закричала, но она была слишком разумным человеком, чтобы ударяться в истерику. Спидер замедлился всего на секунду, пока она не схватила рычаги:       — Люк!       Падение длилось несколько секунд. Убийцы заметили его манёвр и резко затормозили, стрелок сразу прицелился. Люк помчался прочь со всех ног, уворачиваясь от раскалённых голубых зарядов, оставлявших позади глубокие кратеры. Он забежал за угол здания — и остановился.       Переход обрывался. К следующему вела лестница, но он так далеко не допрыгнет. Выбора не было.       Он схватился за лестницу, переживая за свой незащищённый бок, и начал спускаться. Слишком медленно. Спидер лениво завернул за угол вслед за ним, и стрелок спокойным выстрелом вышиб лестницу у него из рук.       Лестница наклонилась. Люк вцепился в ступеньку так, что заболели пальцы, беспомощно забив ногами по пустоте. Плечо задрожало от напряжения. Лестница заскрежетала, застонала, и чёрная пропасть, рассечённая белыми огнями, неожиданно поплыла по краям.       Когда Люк моргнул, горячие слёзы сорвались с его щёк. Там, внизу, была бездна. И он не хотел так умирать.       Значит, он и не умрёт. Он глубоко вздохнул, и выстрелы, нёсшиеся в него, просто… пролетели мимо. Каждый из них вильнул в стороны, а Люк уставился на своих неудавшихся убийц.       Те уставились на него в ответ с практически осязаемым ужасом.       Люк сам не до конца понимал, что происходит, но их колебания ему было достаточно. Он принялся карабкаться наверх. Раненый бок и плечо жгло пламенем, но он смог встать на ноги и побежать дальше.       Он нашёл окно. Выбил его локтем. Прыгнул внутрь.       Это оказался очередной заброшенный завод, причём окно было выше, чем он ожидал. Он перекатился при приземлении, чтобы смягчить удар. Осколки стекла изрезали ему руки и туловище. Крови было слишком много, но Люк заставил себя потащиться дальше. Тут были сборочные линии. Были забытые дроиды.       Рёв двигателей смолк. Сзади скрипнула дверь. Люк нырнул за один из чанов и постарался задержать дыхание.       — Какого криффа это было? — произнёс один из убийц. У него было набуанское произношение. Люк зажмурился, пережидая единственный миг отчаяния. — Я отлично стреляю. Почему…       — Заткнись. Просто найдём его, и ты выстрелишь ещё раз — в цель, — пилот говорил громче. И ещё громче он окликнул: — Выходите, Сенатор. Прятаться бесполезно.       Блейзер был весь перепачкан пеплом, так что яркий цвет ткани его точно не выдаст. Люк накрыл руками светлые волосы и замер.       Пилот фыркнул:       — Ладно. Ты проверь эту сторону. Я займусь той.       Рано или поздно они его найдут. И что тогда?       У Люка не было даже бластера: он не ожидал, что ему может понадобиться оружие, он же летел просто к Лее. Может, и Лея была без бластера, даже если бы она оказалась здесь, а убийцы вооружены до зубов. Даже у пилота есть оружие. Что здесь можно было сделать?       Стрелок постепенно приближался к чану, за которым прятался Люк. Он сглотнул.       Ему оставалось только играть грязно. Фиксер его хорошо обучил.       Своими бесконечными побоями, например.       Люк налетел на стрелка и сразу ударил кулаком в шею, оборвав его вопль. Второй рукой Люк схватился за длинное дуло винтовки и выдернул её у него из рук. С винтовками его обращаться учили, но они слишком близко друг к другу, чтобы стрелять. Вместо этого Люк с размаху шарахнул стрелка прикладом по голове. Тот пошатнулся, и Люк, попятившись, переставил винтовку на оглушение, и разрядил в него целую очередь.       Сбоку сверкнула вспышка — слишком поздно. Сзади него раздались шаги. Одной рукой пилот схватил его за плечо, а второй — всадил нож ему в живот и рванул вверх.       Люк закричал.       Он рухнул на колени. Вытащив нож, пилот толкнул его вперёд. Пол покрывал толстый слой грязи и сажи, и всё равно он пополз вперёд, теряя кровь с каждым движением, стараясь дотянуться до брошенной винтовки…       Пилот оттолкнул её прочь.       — Хорошую погоню ты нам устроил, — сказал он. — Но ты меня утомил, предатель. Пора тебе получить по заслугам.       — Выборы уже начались, — выдавил Люк сквозь бол в горле. — Вы же могли… просто… проголосовать против… — прямой зависимости не было, но королевы всегда обязывались следовать интересам своих избирателей, а идущие сейчас предвыборные кампании давали хорошее представление, кто именно из потенциальных королев хотел снять Люка с должности.       Пилот с отвращением покачал головой:       — Императрица Амидала этого не позволит. Нам придётся действовать самостоятельно.       — Императрица? — Люк вспомнил Пуджу, которая не давала ему звать Императрицу просто по фамилии, без титула. Он заставил себя перевернуться на спину и взглянуть пилоту в лицо. Это была женщина с типично набуанскими чертами лица — карие глаза, брюнетка, слабо очерченный подбородок. Ненависть во взгляде — вот и всё, что выделяло её из тысяч её соотечественников. — Ты поддерживаешь Амидалу…       — Я не предатель, — выплюнула она и снова замахнулась ножом.       Металлический кран обрушился ей на голову.       Убийца рухнула без чувств. Стоявшая за её спиной Лея шарахнула по ней ещё раз, просто на всякий случай. Затем она выронила кусок арматуры и опустилась на колени рядом с Люком.       — Ты их от нас отвлёк, засранец, — она сдёрнула с пояса аптечку. — Держись. Полиция и сенатская стража скоро будут.       — Постараюсь дотянуть до их прибытия, — пообещал Люк.       — Ты выпрыгнул из спидера на ходу, чтобы отвлечь от нас убийц, — сквозь слёзы пошутила Лея, хотя он видел, что она едва держится. — Ты и до конца света дотянешь.       Она надавила на рану, останавливая кровь. Боль окрасила галактику алым. Люк надеялся, что просто потеряет сознание, но разрывающая живот боль не давала ему соскользнуть в темноту, словно очередная правда, которую он как-то умудрился раскрыть.       В конце концов, парамедики добрались до них — спустя то ли минуту, то ли целую вечность.