Часть 3. Youngblood
2 февраля 2023 г., 22:21
You're pushing, you're pushing, I'm pulling away, pulling away from you I give and I give and I give and you take, give and you take Youngblood Say you want me, say you want me out of your life And I'm just a dead man walking tonight But you need it, yeah, you need it all of the time, yeah Youngblood Say you want me, say you want me back in your life So I'm just a dead man crawling tonight 'Cause I need it, yeah, I need it all of the time
Навязчивый стрёкот сверчков заполнял детскую площадку. Стареющая луна светила ярко, звёзды мелкой пыльцой рассыпались по фиолетовому небу. Два мальчика сидели на новеньких качелях, закинув головы, и пытались изо всех сил найти созвездие большой медведицы, ведь других они не знали и не рвались узнать. Простой красоты вида было достаточно для их маленького мира, просыпающегося только по ночам, где не было места для лишних переживаний. Мысли лились открытой рекой, обсуждаемые, но не осуждаемые. Они цеплялись за моменты ночного откровения, надеялись, что эти минуты будут сопровождать их в течение всей жизни. Летняя прохлада, шум ветра, отдалённый лай собак, скрип качелей, одинокие машины, проносящиеся по пустой улице, сотни мыслей, роящихся в голове. Мурашки расползались по оголённым рукам. — Хён, кем ты хочешь стать в будущем? — прервал долгое молчание Джейк. Он раскачивался и с каждой секундой подлетал всё выше и выше. Полный амбиции, юный и живой. — Я не знаю, — протянул Хисын неуверенно. —Что-то связанное с природой. Может быть, учёным? Или ветеринаром? Его качель едва раскачивались, скорее от порывов ветра, чем от чего-либо ещё. Низко склонив голову, Ли в привычном движении сжимал ткань дырявых джинсов. — А я хочу стать учителем! Дети такие интересные! — взвизгнул Шим и коротко рассмеялся. — Ты сам ребёнок, Джейк, — благосклонно заметил Хисын, начиная понемногу раскачиваться. — Вот именно! Ты понимаешь, какой интересный период мы проходим сейчас? Если стану учителем, то смогу вечно наблюдать, как сотни разных детей взрослеют. Я смогу помочь им в этом. Разве не в этом вся суть? В жёлтом свете уличных фонарей Шим выглядел, как маленький эльф. С сияющей медовой кожей, клыкастой улыбкой и огромными, блестящими глазами. — Блять, я обожаю тебя, Джейк, — нотки гордости проскальзывали в его голосе. Хисын восхищался этой непосредственностью и стремлением сделать окружающий мир лучше. Джейк отвёл взгляд и смущённо хихикнул. Старший никогда не скупился на комплименты, и те всегда выходили лаконичными и простыми, но мальчик всё никак не мог к ним привыкнуть. — Обожай меня до самой нашей смерти. Они синхронно подлетали на качелях всё выше, редко перекидываясь тёплыми взглядам. В этот момент казалось, что эта ночь принадлежала только им двоим.***
Всю неделю Джеюн ждал их встречи с замиранием сердца. Только недолгие минуты расслабления, наступавшие на работе, помогали ему не свихнуться окончательно. Шим был готов поклясться, что к вечеру пятницы он испытывал нервный тик. Спал в ту ночь он мало. Вертелся и представлял различные сценарии в мыслях, пока в окно не начали заглядывать первые рассветные лучи. Наутро Джеюн проснулся помятым и опухшим и ужаснулся, увидев собственное отражение. Синяки под глазами не украшали его, ровно как и щетина на подбородке. В тот момент он пожалел, что у него больше нет косметического арсенала Миён, и ему придётся предстать перед Хисыном в подобном виде. Крошечная надежда, что тот испугается и сбежит, на секунду появилась в его голове, а затем так же молниеносно испарилась. Шим даже не стал думать о том, что ему надеть, ведь старший так и не уточнил, куда они пойдут. Было логичнее дождаться бывшего друга и спросить у него. Время в ожидании двух часов дня тянулось медленно, но когда на пять минут раньше в дверь позвонили, Джеюн подскочил с дивана и бросился открывать. Лейла, которая до этого лежала в ногах, бросилась следом. Хисын со скромной улыбкой, облачённый в бесподобный классический костюм, протянул ему очередной букет. На этот раз чёрные, под стать костюму, тюльпаны. — Не баобаб конечно, но я надеялся, тебе понравится, — сказал он вместо приветствия. Джеюн скривился, но цветы принял. Отошёл от двери, легонько оттолкнул свою пушистую дочь и оставил гостя умиляться Лейлой одного. Вернулся он мрачным, но уже без подарка. — Ты же знаешь, что не обязательно каждый раз дарить мне цветы? Я не девчонка, чтобы ты за мной ухаживал, — в голосе сквозила обида. — Мне казалось, что любовь к цветам не зависит от пола, и тебе будет приятно. Кстати, у тебя очень милая собака, — сегодняшнее благодушие Хисына не могло пошатнуть ничего. Он был готов заранее, что его будут толкать и пинать, лишь бы отогнать подальше от себя. Он заслужил это, но проснувшийся азарт не позволял отступить. Это было жестоко с его стороны, но Ли ничего не мог с собой поделать. Не понимая своих чувств, он пытался добиться Джейка, сам не зная, что будет делать, когда получит желаемое. Прямо сейчас Шим смущённо стоял перед ним, а Хисын не мог избавиться от мысли, что тот вырос до безумия милым парнем. За всю свою жизнь он вступал в отношения с мужчинами лишь несколько раз. В подростковом возрасте именно Джейк стал тем переломным моментом, после которого Хисыну пришлось осознать свою ориентацию. Несмотря на не долгосрочные отношения со своим полом, Ли женился в довольно раннем возрасте. Избранница Хисына была его однокурсницей, и вскоре после выпуска из университета он сделал ей предложение. Спустя годы совместной жизни, понимая всю поспешность своего решения, он жалел. Их чувства остыли так же быстро, как и вспыхнули. Об измене Хисын узнал случайно. Прогуливался с офисным коллегой после работы и бегло скользнул взглядом по окнам кофейни, обнаружив там свою супругу вместе с незнакомым мужчиной. Вернувшись домой, без криков и скандалов выяснил всё, что ему надо было для подачи документов на развод. Девушка не стала скрывать, что завела роман на стороне, и признала, что чувства остыли. Процесс развода прошёл довольно мирно и быстро, но только несколько месяцев назад Ли окончательно освободился от прошлых отношений. Кольцо отправилось пылиться на полке у кровати, а горькая обида застряла внутри. Джеюн появился в его жизни вовремя. Как обезболивающее для разбитого сердца. Было неправильно и жестоко втягивать парня в это, но и Хисын был далеко не хорошим человеком. Возможно, у него получится полюбить бывшего друга так, как он должен. Возможно нет. Ли собирался пустить всё на самотёк, а пока что наслаждаться этой игрой в догонялки. Джеюн был симпатичным и милым, именно таким человеком, которого не хватало в жизни Хисына. Только вот сейчас он прожигал его крайне недовольным взглядом. — Куда ты собираешься меня тащить? — спросил он, стоя напротив, и сложил руки на груди. — В ресторан. Оденься подобающе, — ответил ему Ли с мягкой улыбкой. Шим отзеркалил эту улыбку, но та вышла как-то чересчур хищной и неубедительной. Чтобы не заставлять своего гостя ждать, парень развернулся и скрылся в своей комнате. Вышел он минуту спустя, выглядя как угодно, но не подобающе. Смотрелся Джеюн намного моложе своего возраста: облачённый в дырявые джинсы и кислотно-оранжевое худи, с вьющимися, взлохмаченными волосами, которые торчали во все стороны. Губы были искусаны и влажно блестели. Он подошёл к Хисыну, оттолкнул его и обул кроссовки на огромной платформе. Ли, едва сдерживая смех, смиренно наблюдал за представлением, которое было от и до посвящено ему. Глупышка Шим Джеюн думал, что так просто сможет пошатнуть самообладание Ли Хисына. В лифте оба стояли, в неловкости опустив головы вниз, и мечтали, чтобы поездка поскорее закончилась. На улице, Хисын приказал следовать за ним, а затем приглашающе открыл дверь на пассажирское сидение чёрного седана Hyundai. Джейк недовольно зыркнул, но ничего не сказал, садясь. Ехали они долго, но под приятную музыку на радио, и Шим едва не задремал, прислонившись к стеклу головой. Когда машина заехала на парковку, а оба выбрались на улицу, Джеюн придирчиво осмотрел окружающую обстановку. Он не мог не признать: Хисын точно угадал его предпочтения. К счастью, они не сильно изменились за эти годы. Это было чудное для душного города место. Затерявшийся в лесу ресторан в окружении яркой, сочной зелени. Их встретила просторная терраса, выходящая на озеро, в котором плавали крошки-уточки. Десятки ступеней отделяли её от невысокого, но от того не менее красивого здания, будто бы сошедшего с картин девятнадцатого века, похожего на поместья того времени. На лице Шима невольно расцвела улыбка, когда он осознал, сколько заплатит Хисын за это великолепие. И Джеюн клянётся: он не ограничится одним салатом. Как только они переступили порог ресторана, к ним подлетел сотрудник. — Добрый день! — поклонился он. — Вы резервировали? — Да, седьмой столик, у озера, — ответил Ли и сосредоточил всё своё внимание на спутнике. Тот же с интересом разглядывал уютный интерьер, совершенно не смущаясь своего не соответствующего внешнего вида. Официант вежливо кивнул и пригласил следовать за ним. Вид с их места открывался поразительный, и Джеюн уже не так ненавидел этот день. Они расположились, вскоре получили меню, и младший принялся читать. — Выбирай, что хочешь. Я пригласил – я плачу. Шим что-то неразборчиво угукнул, не отрываясь от листа. Ли использовал это время с пользой, глазея на Джеюна. Он присматривался к каждой крошечной детали лица, находя даже морщинки в уголках глаз и губ очаровательными. Под пристальным, оценивающим взглядом Джеюн съёжился, чувствуя себя подопытным кроликом. — Почему ты пялишься на меня?! — не выдержал он, вскрикнув. Шим вскинул голову и столкнулся с чужими огромными глазами, которые смотрели на него с вызовом. Он искренне восхищался этой деталью лица старшего. Большие и острые, с пронзительным взглядом и тёмными радужками. Невольно Джеюн забыл всё, что хотел высказать. — Ты красивый, поэтому и смотрю, — приподнял брови Ли. — Смотри в меню, — буркнул младший и вернулся к рассматриванию слабоалкогольных напитков. Затянувшееся молчание прервал вернувшийся официант, а потом на протяжении долгих минут записывал, каждую вторую названную Джеюном позицию в меню. С каждым словом ехидная улыбка на его лице растягивалась, и к тому моменту, когда он закончил на тирамису и шоколадном мороженом, попросив принести это после всего остального, выглядел так, будто выиграл в лотерею. Хисын едва сдерживал смех, представляя, как младший будет давиться таким обилием еды. — А вы что желаете, молодой человек? — обратился официант к Ли. — Цезарь и воду без газа. Спасибо. Когда работник поклонился и начал уходить, Хисын обратил внимание на то, как тряслись его плечи от беззвучно смеха. Бедняжка сдерживался всё время, пока выслушивал длиннющий монолог Джеюна. Цезарь и стакан воды его, судя по всему, добили. — Я слышал, ты работаешь учителем биологии? — обратился Хисын ко второму. — Слышал ты это, я так понимаю, от того же источника, от которого совершенно случайно услышал мой адрес? — Твоя мама была очень рада меня видеть, даже пирогом угостила. Джеюн недовольно цокнул. Его мама была неисправима в любви к его бывшему другу. Мало того, что та в течение пятнадцати лет постоянно напоминала о нём, так ещё и к себе домой пустила, и рассказала личную информацию о собственном сыне. А если бы Хисын оказался маньяком и подкараулил Джеюна под домом, чтобы убить? — Да, я учитель биологии. Вопросы? — Да, один, — ответил Ли. — Ты знаешь, как предотвратить инцест грибов? Джеюн догадался, что сейчас последует очень, очень плохая шутка, и понял, что находится на грани нервного срыва. Сосчитал до пяти и глубоко вздохнул. Не помогло. — И знать не хочу. — Фразой: «Не спорь с матерью», — закончил старший и покатился со смеху от собственного остроумия. — Не шути больше, у тебя не получается, — закатил глаза младший, сам едва сдерживая улыбку. Это было ни разу не забавно, но чужой громкий смех был слишком заразительным. Всё старшем притягивало, даже его уродливый гогот, который проходил на подвывания гиены. Смех этот был победоносным. — Но ты почему-то улыбаешься. Хисын выиграл это сражение. Джеюн закашлялся и постарался перевести тему, чтобы окончательно не потерять самообладание. — Если уж ты такой осведомлённый и всё обо мне знаешь, то не хочешь рассказать что-нибудь о себе? — Меня зовут Ли Хисын, мне 29 лет, я родился 15 октября, мой рост составляет 183 сантиметра. — Я знаю, долбоёб. — Ну, мало ли? — он пожал плечами. — В общем, я работаю зам. директором маркетингового отделения. Вряд ли ты знаешь компанию, поэтому распространяться не буду. Недавно развёлся, детей нет, если тебя интересует. Шим густо покраснел. Хисын всерьез умудрялся флиртовать с ним, рассказывая о бывшей жене? Он был просто невозможным. И очень привлекательным, нельзя было не признать. Эта инфантильная сторона в поведении взрослого человека очень притягивала, контрастируя с серьёзной, в некоторых чертах даже мужественной внешностью. Под этим влиянием Джеюн прощал обиды слишком быстро. — Не интересует, можешь быть уверенным, — ответил он, но спустя секунду продолжил. — Так а почему развёлся? Хисын хихикнул, и, судя по всему, откровенный вопрос не задел его чувства. Внешне он выглядел, будто бы полностью пережил расставание и больше не волнуется из-за него. — Ну да, ну да, не интересует, — не упустил возможности подколоть он. — Если вкратце, моя супруга мне изменила. Сердце младшего треснуло в груди. Он на мгновение забыл, что от этого человека не стоит ждать ничего серьёзного. Он просто не способен брать ответственность за собственные чувства и сейчас просто развлекается с вовремя подвернувшимся под руку бывшим другом, который был влюблён в него. Просто игра, ничего больше. — В таком случае, ты за мной бегаешь из-за разбитого сердца или в качестве развлечения? — не стал обманывать себя Джеюн и задал вопрос в лоб. — Ни то, ни другое. Просто ты красивый, а когда мне было четырнадцать, я был пубертатным придурком и не понимал этого. Джеюн снова покраснел и понял, что этот вечер обещал быть очень долгим, когда увидел вдалеке официанта, несущего поднос с первыми блюдами.***
Они вывалились спустя долгие часы набивания желудков, держа в руках с десяток пластиковых коробочек с остатками блюд в руках. Джеюн почти что светился от счастья: сытый и радостный. Ли с трудом вёл машину, ведь соблазн отвлечься на такого непривычного младшего был слишком велик. Это его состояние до лихорадочно бьющегося сердца напоминало о прошлом. Машина подъехала к дому, когда за окнами уже вечерело. Джеюн быстро засобирался, скомкано попрощался и уже собирался выскочить из машины, когда его остановила чужая рука, обвившая запястье, и наглая ухмылка. Хисын резким движением притянул младшего к себе и оставил на щеке короткий поцелуй. Шим взвизгнул и вылетел из машины, стукнувшись головой об крышу. — Эй, ты забыл еду, Джеюн! — крикнул ему вслед Ли, но тот даже не обернулся. Только забежав в подъезд, он смог прийти в себя. Лицо горело, мысли путались, а рука машинально держалась за след чужих губ. Что это с ним? Почему он ведёт себя, как маленький ребёнок? Ни разу до этого он не испытывал такого смущения перед кем-то. Тогда, много лет назад, похоронив свои чувства под толщей обиды от отказа, он поклялся себе не любить такой любовью. Радостной и беззаботной. Когда падает в это розовое облако счастья, понимаешь, что это чувство не больше, чем просто миллиарды капелек холодной воды. Нет, он не поведётся на этот фокус ещё раз. Хисын, откинувшись на спинку сидения, блаженно прикрыл глаза. Выражение лица Джеюна, когда его чмокнули, было бесценным. Искренний шок, смущение и негодование. Что же будет, когда Ли зайдёт дальше? Он был счастлив окунуться в эти ребячливые чувства снова, вспомнить, какого это — искренне смеяться с кем-то, становиться причиной смеха. Великолепное ощущение: чувствовать, как юная кровь бурлит внутри. Это было неправильно, но так желанно, и Хисын не мог отказать себе в этом. Такие разные взгляды на одну ситуацию объединялись общим чувством. Хисын впервые доверял своим ощущениям и знал, что у их истории счастливый финал.
