Smoke Gets in Your Mouth

Следующие две недели прошли довольно гладко, хотя и утомительно. Мы тренировались не менее тридцати часов в неделю, и могли бы и больше, если бы не тот факт, что Кишибе был командиром особого спецотдела и у него было много обязанностей там. Я никогда не была физически слабой, но у меня довольно быстро развивались мышцы в тех местах, о которых я даже не подозревала. Я постоянно уставала, и у меня ни на что не было сил, кроме как на еду или сон, поэтому единственными людьми, с которыми я контактировала в этот период времени, были мастер и Аки. Мне еще предстояло нанести ему удар, но я с уверенностью могла сказать, что прогрессирую. Я знала, что Кишибе тоже это заметил, потому что делал каждую тренировку более сложной и жесткой, чем предыдущую. Из-за этого мое тело постоянно болело, заставляя меня вздрагивать каждый раз, когда мне приходилось двигаться. Конечно, это очень выматывает, но я считаю, что это хороший опыт. Также было еще пару раз, когда он опаздывал на тренировку, потому что был слишком пьяным, чтобы прийти вовремя, но в его защиту я скажу, что это было намного реже, чем я думала. В то утро я уже была одета и пила кофе, перед тем как отправиться на кемпинг. Я чувствовала себя невероятно отдохнувшей, потому что мастер всегда разрешал мне раз в неделю отдыхать от наших тренировок, и так было со вчерашним днем. Пока я пила теплый напиток, зазвонил телефон. С кружкой в руке я подошла к нему и ответила. —Да? — Спросила я. —Доброе утро, Т/И. Это Макима. — Ее холодный голос ответил с другой стороны линии. Я почувствовала легкую дрожь, пробежавшую по моему позвоночнику, я не могла точно определить почему, но она мне очень не нравилась. —Доброе утро, мисс Макима, что я могу для вас сделать? — Официально спросила я, не позволяя моему взволнованному состоянию отразиться на моем тоне. —Я звоню, потому что капитан Кишибе со вчерашнего дня отсутствует на работе и не берет трубку. Всем остальным сегодня назначены занятия по расписанию, но я знаю, что ты должна тренироваться с ним. Я бы хотела, чтобы ты зашла к нему, просто чтобы убедиться, что ничего плохого не произошло. — Она спокойно ответила. Несмотря на ее слова, я чувствовала, что она лжет. По крайней мере, в том смысле, что мне нужно было пойти «убедиться, что все в порядке», потому что не кажется, что это то, о чем она могла бы беспокоиться. Тем не менее, она была моим начальником, и я не должна была спорить с ней. —Хмм. Конечно. — Я ответила, будучи сбитой с толку тем, что мне поручили такое странное задание. — У вас есть его адрес? —Конечно. Дай мне минуту, я посмотрю. — Сказала мне Макима. Когда наша беседа закончилась, я повесила трубку и решила, что у меня нет другого выбора, кроме как идти. К счастью, мастер жил на удивление близко от меня, и я знала, что спокойно доберусь туда за десять минут. Я взяла с собой свою сумку и катану, потому что предполагала, что мы, вероятно, будем тренироваться после того, как я зайду за ним. Я направилась вниз по улице. Было раннее утро, но солнце уже взошло, так что было не так прохладно, как раньше. Пока я шла, я думал о том, что могло случиться с Кишибе, если он отсутствовал на работе. Сначала я подумала, что он, вероятно, просто пьян или с похмелья, но потом передумала. Даже в своем самом пьяном состоянии он никогда не упускал возможности показать себя ни на одной из наших тренировок. Это пробудило во мне легкое тревожное чувство из-за того, что я не знала, что могло случиться. Как я и думала, мне не потребовалось много времени, чтобы добраться до его квартиры, и когда я пришла, то сразу позвонила в дверь. Нет ответа. Я позвонила еще раз, но безрезультатно. Подождала пару минут на всякий случай, прежде чем с силой постучать в дверь. —Мастер Кишибе, это Т/И. — Я едва не кричала, надеясь, что так он меня услышит. —Мастер Кишибе! Я поняла, что мои стуки слегка приоткрыли дверь, потому что она не была заперта. На секунду я засомневалась, стоит ли мне вторгаться в его личное пространство, но решила, что, вероятно, должна это сделать, потому что начинаю беспокоиться. Пропустил работу, не берет трубку, а его дверь не заперта? Должно быть, что-то пошло не так. Поэтому я зашла внутрь, и меня встретила удивительно опрятная гостиная. По какой-то причине я ожидала, что в его доме будет беспорядок, но это было совсем не так. Я обыскала квартиру, она была прилично больше, чем та, что мы делили с Аки, но это было вполне естественно, учитывая, что он был командиром. — Мастер Кишибе, вы дома? — Спросила я. — Кто-нибудь внутри? — Спросила я во второй раз, сделав голос громче. Нет ответа. Я прошлась по дому, чувствуя себя немного не в своей тарелке, и спросила еще раз. —Здравствуйте? Мастер Кишибе? Я сдалась, потому что не было смысла продолжать кричать, если в квартире никого не было. Я наткнулась на закрытую дверь, постучала в нее и стала ждать ответа, который не последовал. Я толкнула ее, и, к моему удивлению, там был он. Сама того не осознавая, я зашла в спальню Кишибе. Он крепко спал на кровати в одних черных трусах. На мгновение я была парализована и могла только любоваться открывшейся мне картиной. Его комната была не такая чистая, чем остальные в доме, не то чтобы она была грязной, но по всему полу было разбросано значительное количество одежды и других вещей, среди которых я заметила пару пустых бутылок из-под виски. Мастер уснул и был практически голым, если не считать нижнего белья, закрывавшего его нижнюю часть тела. Даже издалека я могла видеть, что он был испещрен шрамами, некоторые из которых были настолько старыми, что их едва можно было различить, некоторые были достаточно глубокими, чтобы обесцветить его кожу, а некоторые были настолько свежими, что еще не зажили. Они наиболее заметно распространялись по его спине и груди, но его руки и ноги также были покрыты ими. Некоторые были изогнуты, другие прямые, одни горизонтальные и пара вертикальных, и вместе они, казалось, образовывали замысловатую карту созвездий по всей его коже. Я не могла не заметить, насколько подтянуты его мышцы. Я знала, насколько он силен, но до этого момента, но я никогда не думала, что это будет выражаться так явно. Линии его тела были резкими и изгибались вокруг его больших бицепсов через его широкие плечи и грудь, спускаясь вниз по его ярко выраженному прессу и острой V-образной линии. Мой взгляд на мгновение скользнул вниз по его нижней части тела и заметила заметную выпуклость на его трусах. Я неосознанно удивленно подняла брови, не то чтобы он сейчас был твердым, но просто его размер был значительным, если не сказать больше. На пару секунд я была загипнотизирована тем, как его тело поднималось и опускалось с каждым вдохом, формой, в которую его мышцы сокращались и расслаблялись. Выражение его лица было спокойным и умиротворенным, макушка светлых волос ласкала его лоб. Я решила отвлечься и приступить к делу. Какого хрена я вообще делала? —Мастер? — Сначала я тихо спросила, медленно приближаясь к нему. Из-за того, что он не ответил, я решила подойти к нему как можно ближе и повысила голос. — Мастер! Мастер! И все же он все еще находился в глубоком, пьяном сне. Я хотела встряхнуть его, чтобы разбудить, но было бы странно установить с ним физический контакт, поэтому я сделала все, чтобы не трогать его. В его тумбочке была только полупустая бутылка спиртного и пачка сигарет, поэтому я пошла на кухню. Я наполнила стакан холодной водой и вернулась в его комнату, прежде чем плеснуть жидкость ему на лицо. Он проснулся с внезапной агрессией, мгновенно вскочил с места и гортанный стон вырвался из его горла. Прежде чем я успела осознать, что происходит, он бросился ко мне с впечатляющей скоростью и прижал меня к полу, обхватив рукой мое горло и уперев колено в грудь. Я чувствовала, как из меня выталкивают кислород, когда его крепкая ладонь будто раздавила мои дыхательные пути, а его колено заставило мою верхнюю часть тела гореть. Инстинктивно я обхватила обеими руками его запястья, чтобы ослабить хватку, но безрезультатно. Он был таким большим по сравнению со мной, что легко мог взять всю мою глотку в свою руку, его прикосновение было грубым, а хватка твердой. Я хрипела и корчилась от боли, когда почувствовала головокружение, слезы боли выступили из уголков моих глаз. Я смотрела на него умоляющим взглядом, прося отпустить меня, но на его лице был животный взгляд, по лицу катились капли воды. Внезапно грубое выражение лица мастера смягчилось и вернулось к своему естественному состоянию, когда я увидела в его глазах осознание, что он узнал меня. —Блядь. — Он сплюнул, отпустил меня и сел на кровать. Я закашлялась и начала учащенно дышать, когда села и прислонилась спиной к стене. Я посмотрела на него, испугавшись, что он способен сделать что-то подобное снова. Мое тело дрожит, по щекам текут слезы, учащается сердцебиение. Я положила руку на больную шею и мягко погладила ее холодными пальцами. Однако я не могла оторвать от него глаза, боясь, что он снова сорвется и причинит мне боль. Секунду мы смотрели друг на друга, он выглядел как обычно, но я могла различить отблеск раскаяния в его усталом выражении лица. —Блядь. — повторил он, уперев локти в колени и на мгновение закрыв глаза. —Прошу прощения, Т/И. Я атаковал из-за чистого инстинкта. — Он вздохнул. Несмотря на его слова, я не успокоилась. Я все еще была напугана, мое дыхание сбивалось, а глаза были влажными. —Что ты тут делаешь? — Он спросил, видя, что я не ответила ему на его извинения. Я сделала пару глубоких вдохов, пытаясь успокоиться и заставить поток кислорода вернуться в мой мозг. —Макима. — Я закашлялась. — Меня прислал Макима. Она сказала, что ты вчера не появлялся на работе и хотела, чтобы я проведала тебя. – Я прохрипела слабым голосом. — Дверь была не заперта. — Я объяснила свое беспокойство. —Я понимаю. — Он задумчиво ответил. Мастер, вероятно, не понял, что я плеснула в него стаканом воды, чтобы разбудить его, и я хотела, чтобы так и оставалось. — Я полагаю, она надеялась, что ты сможешь продолжить мое обучение. — Я предложила, не зная, что еще сказать в такой ситуации. —Отличный шанс. — Он усмехнулся. —У меня давно не было такого похмелья. И это означало, что что-то случилось с ним. Я задавалась вопросом, что могло случиться, что спровоцировало его. Что-то действительно ужасное должно было произойти, чтобы он впал в состояние, в котором он сейчас находился, что ему пришлось пить до такой степени, что он не мог прийти на работу. —Что, если она узнает, что у нас сегодня не было тренировки? — Спросил я, вставая. —О, она будет злиться. Эта женщина — ведьма. — Кишибе ответил, лежа в постели. — Но мне все равно. Я была удивлена тем, как открыто Кишибе говорил о своем мнении о Макиме и не заботился о пропущенной работе. Однако потом я вспомнила наш первый разговор и то, как он так ясно заявил, что его страстью были женщины, алкоголь и охота на демонов, а тренировки не касались ни того, ни другого. — Что же мне делать, мастер? — с Спросила я, сбитая с толку нынешними обстоятельствами. —Я собираюсь опять заснуть. Если тебе насрать, где быть, то останься тут, пока я сплю. Я преподам тебе теоретический урок, когда проснусь. —Хорошо. — Я ответила, будучи слегка все еще напуганной им и тем положением, в котором мы оказались. — Можно я вздремну на диване? Сегодня я довольно рано проснулась. —Ммм. — Он утвердительно хмыкнул, закрывая глаза. Затем я вышла из его комнаты, закрыв за собой дверь, и направилась в гостиную. Я сняла куртку и обувь и легла на диван. Обычно я бы сосредоточилась на своих мыслях. Например, какая была истинная причина, по которой Макима отправила меня проверить капитана, или из-за чего Кишибе так расстроился, что напился до такой степени. Но я слишком устала, чтобы думать об этом, и вскоре заснула, даже не осознавая этого. Проснулась я только через пару часов, когда тяжелые шаги прервали мой сон. Это был Кишибе, который, по-видимому, уже принял душ и оделся в свой обычный строгий костюм службы общественной безопасности. Я медленно села, пока мои глаза привыкали. На улице было совсем светло, должно быть, не больше часа, и теплые солнечные лучи проникали сквозь большие двойные окна и заливали гостиную. — Я иду обедать, ты хочешь что-нибудь поесть? — Спросил он. — Я бы хотела, спасибо. — Ответила я сонным голосом. — Тогда пойдем, я подумываю сходить в бар через улицу. Мне не нравилась мысль о том, что он пойдет прямо сейчас в место, полное людей, пьющих алкоголь. Я уверена, что у него в квартире были свои запасы, но это все равно было плохой идеей. — У тебя нет еды? — Спросила я, медленно вставая и тонко намекая остаться у него. — Да, но уверяю тебя, тебе не понравится, как я готовлю. — Он ответил с равнодушием. — Я могу сделать что-нибудь из того, что у тебя есть. — Я предложила с энтузиазмом. Он посмотрел на меня с легкой интригой. — Хорошо — Сказал он, садясь в одно из кресел и беря газету. Мои кулинарные навыки были не такими хорошими, как у Аки, но я могла приготовить приличную еду. Я прокручивала в голове все, что видела, и чему время от времени меня учили, пока шныряла по холодильнику и шкафам в поисках продуктов. Я нашла достаточно ингредиентов, чтобы приготовить свинину с рисом, и мне показалось, что этого будет достаточно. — Тебе нравится тонкацу? — Спросила я, когда мыла руки в раковине. —Конечно. — Он рассеянно ответил, пролистывая страницы газеты. На приготовление блюда у меня ушло не больше часа. Я очень редко готовила для кого-то еще, особенно для моего начальника, которого я изо всех сил старалась не пустить в бар, поэтому я изо всех сил старалась, понимая, что если ему не понравится, он, принципе, может пойти нахуй, а потом в бар. Я закончила накрывать на стол и поставила тарелки. Еда приятно пахла, но я все еще волновалась, будет ли она такой же вкусной, как на запах. Мы начали есть, и я была приятно удивлена. У Аки было вкуснее, но и я не отставала. —Это очень вкусно. — Кишибе подтвердил мои мысли, допивая спиртное из своей фляги. —Спасибо. — Я улыбнулась, гордясь собой. По крайней мере, мне удалось остановить его от употребления большего количества алкоголя, чем то, что у него было в доме. Мы пообедали в относительной тишине, пока он снова не заговорил. —Тебе надо приложить лед к своей шее, чтобы уменьшить отек. — Хотя он сказал это своим обычным безэмоциональным тоном, я услышал в его голосе нотки извинения. —Да, надо..., — я согласилась. — Где ванная? —Сразу налево. – Он указал рукой в один из длинных коридоров. Я вошла и увидела свое отражение в зеркале. Я поняла, почему он сказал это сейчас, это выглядело ужасно. Моя шея покраснела, а вокруг кожи уже образовались темные синяки. Я слегка ткнула в область отека пальцем и скривилась от ощущения. Она была чувствительной и обожженной на ощупь. Я на мгновение расстроилась из-за всего этого. Я чувствовала, что не могу возложить всю вину на него, все эти годы охоты на демонов обострили его нервы, которые спровоцировали его инстинкты в тот момент, когда он был в малейшей опасности. В то же время я не хотела думать том, что это сделал именно Кишибе. Я не знала почему. Когда я вернулась в гостиную, то увидела, что капитан разговаривает по телефону. — Я буду там так скоро, как смогу. —Ответил он перед тем, как повесить трубку. —Что-то не так? — Спросила я, подходя к нему. —Наш теоретический урок только что превратился в практический. Давай, малыш, недалеко отсюда был замечен демон. — Он бесстрастно объяснил. Я надела куртку, схватила катану, и мы вышли за дверь. Мы сели в машину, и, заводя двигатель, он закурил сигарету. Он выдохнул дым, нажал на газ и помчался по улицам. — Ты знаешь, что это за демон? — Спросила я его по пути туда. —Они не сказали, но если он появился в центре, вероятно, будет тяжелый бой — Он ответил, переключая передачи. Я на мгновение отвлеклась, когда он это сделал, смотря на то, как его рука сжимала рычаг. Как его большая ладонь и длинные пальцы обхватили ее, вены вздулись и сдвинулись под кожей, прежде чем он снова поднес руку к губам и зажал сигарету между большим и указательным пальцами. Я задавалась вопросом, обладают ли эти грубые, здоровенные руки способностью быть мягкими, успокаивающими, а не воспаляющими, ласкать, а не душить. Я перестала думать об этом, когда мы проехали лежачий полицейский, и из-за того, как быстро он ехал, мне пришлось схватиться за ручку, чтобы не рвануть вперед. Мы мчались по улицам, игнорируя большинство светофоров и объезжая машины. —Мы должны включить сирену или что-то в этом роде. — Сказала я ему, когда мы перепрыгнули через еще один лежачий полицейский, который заставил мою задницу на мгновение парить над сиденьем. —Ты собираешься убить нас, блять. —Что такое, малыш? Не нравится? — Он дразнил меня, сильнее нажимая на педаль газа. В итоге он не убил нас, но меня тошнило, когда мы вышли из машины. Я чувствовала сильное головокружение. Однако мгновенно вернулась к реальности, как только увидел перед собой демона. Гигантское пылающее существо, от которого пахло керосином, уничтожало территорию. Люди врывались в бушующее пламя и издавали пронзительные крики, от которых моя кожа покрывалась мурашками. Обугленные трупы исчезали в дыму, а зловоние горелой плоти проникало в мои нос. Отчаянные крики о помощи поглощались густым пеплом. Воздух был окрашен тяжелым сизым дымом, который тяготил каждую клеточку моего тела, единственным ясно видимым объектом на горизонте были красные полосы, исходившие от демона. Я закашлялась, когда дым оказался в моих легких и закрыла рот рукавом куртки. —Надень это. — Кишибе строго сказал мне, ничуть не встревоженный открывшейся перед нами картиной. Он дал мне носовой платок, и я завязала его за ушами, чтобы защитить рот и нос. Я почувствовала легкое облегчение от того, что, по крайней мере, он фильтрует часть плотного, загрязненного воздуха. — А тебе он не нужен? — Спросила я, увидев, что он отдал мне свой единственный платок, оставив свое лицо открытым. —Мои легкие уже прогнили. — Ответил он, делая последнюю затяжку сигареты и роняя ее на асфальт. — Оставайся позади, делай как я, но если я скажу тебе отступить, ты отступишь. Ясно? — Его тон как всегда суров и решителен. —Да, Мастер. — Ответила я, стараясь оставаться максимально спокойной. Это было нелегко, но я знала, что все усложнится, если я буду нервничать и сомневаться в каждом своем движении. Я обнажила свой меч и последовала за мастером. Я беспокоилась, что мои атаки мало чем помогут, я знала, что моя катана растает от демона, когда коснется его обжигающей кожи. Поэтому мне пришлось усилить ее силой воды, предоставленной моим контрактом с океанским демоном. Если дела будут плохи, я могу использовать своего демона пыток, но это истощит меня до такой степени, что я прекрасно понимаю, что смогу использовать это только один раз в этой битве. Огненный демон был чудовищно большим и излучал такое количество тепла, что я задыхалась от одного только нахождения рядом с ним. Кишибе атаковал первым и, к моему удивлению, не вызвал ни одного из своих демонов, а бросился на него с кулаками. Его нечеловеческая скорость дала ему возможность ударить существо с достаточной силой, чтобы нанести урон, но в тоже время достаточно быстро, чтобы не обжечь себе руки. Черт возьми, он вообще был человеком? Прежде чем нанести удар, я решила воспользоваться своей сделкой с океанским демоном, который в обмен на восемь лет моей жизни, дал мне возможность манипулировать любым источником воды в радиусе пяти километров вокруг меня. Подземные водопроводные трубы уже были уничтожены демоном, что значительно облегчило мою задачу. Я протянула руку и закрыла глаза, сосредоточившись, представляя, как вода бежит по ржавым трубам и выливается из них. Я перенаправила поток жидкости на монстра движением руки, миллионы литров воды сгустились в огромную массу, прежде чем обрушиться на дьявола с оглушительным свистом. Демон извивался и корчился, упал на колени, крича от гортанной боли, когда из каждой поры его тела вырывался дым. Я воспользовалась моментом, когда он был уязвим, и подкрепила свою катану водой, прежде чем прыгнуть к нему. Я полоснула его своим оружием так глубоко, как только могла, разрезая его кожу, которая еще не успела снова загореться пламенем. Она была тошнотворно черного цвета, того же оттенка, что и те обгоревшие трупы, распластавшиеся по дороге под нами. Я пробежала сквозь его руку, максимально погрузив свой меч, продолжая двигаться. Он завыл от боли, потянув другую конечность ко мне. Поэтому я прыгнула ему на ноги и использовала инерцию, чтобы проткнуть его бедро. Демон корчился, дернул ногой, и я перевернулась на землю, чтобы меня не подбросило в воздух. Мы с мастером долго сражались, по крайней мере, нам удалось отвлечь демона от мирных жителей, но мы так и не продвинулись дальше в плане атаки. Проблема заключалась в том, что демон был гигантских размеров, без видимых слабых мест, и даже если бы мы ударили его одновременно, нанесенных ран не хватило бы, чтобы убить его. К этому моменту я вся вспотела, воздух в легкие поступал грязный и резкий, конечности начинали болеть от физической нагрузки, но я не позволила этому себя замедлить. Я вскочила на его пылающее тело и вырезала столько, сколько могла с его затылка, в то же время Кишибе использовал силу, полученную от контракта с игольчатым демоном, и пронзил каждый дюйм кожи его тела. Я отпрянула назад, чтобы не попасть под удар, когда монстр закричал, не выдержав боли, и упал на колени. Я была поражена такой мощью. Он завопил во всю мощь своих легких, и я увидела, как он разжигает огонь, который потрескивал на его коже. И тогда я поняла, что мастер был достаточно близко, чтобы если бы у демона получилось совершить задуманное, Кишибе сожгли бы заживо. Мое сердце упало в живот, а грудь сжалась от беспокойства. Как только я заметила это, я быстро решила, что нужно использовать своего демона пыток. Не теряя ни секунды, я вытянула руку перед собой, раскрывая ладонь по направлению к существу, сохраняя при этом средний и указательный пальцы вместе. Быстрым движением я повернула запястье и сжала руку в кулак, закричав: —КУРУШИМЭ! При этом демон снова встал, словно движимый невидимыми марионеточными нитями, в то время как все его тело было еще обмякшим. Его туловище извивалось, воображаемые шнуры тянулись как от его ног, так и от головы, так что он сжимался и удлинялся одновременно. Он завопил, как раненое животное, которое знает, что вот-вот умрет. Тошнотворный, хрюкающий, мучительный, пронзительный звук, вырвавшийся из его горла. Я впилась ногтями в ладонь, а его тело продолжало корчиться в этом невозможном положении, до тех пор, пока его тело не выдержало и взорвалось. Вокруг нас оказались темно-фиолетовые кишки и такого же цвета кровь. Я упала на колени, чувствуя опасное головокружение и учащенное сердцебиение. Использование этой силы всегда полностью истощало меня, я чувствовала, что вот-вот потеряю сознание. Мир передо мной расплывался, мои конечности онемели, кислорода, который поступал в мое тело, казалось, никогда не будет достаточно. Моя одежда пропитана демонической кровью, а дым сочится из каждого уголка асфальта подо мной. Я услышал голос где-то сзади. — Что, черт возьми, это было? — Кишибе спросил с удивлением, делая глоток из своей фляги. Я медленно повернула голову к нему, все еще не в себе. — А? — Я ответила, но не понимала, что означали слова, вылетевшие из его рта. Увидев мой невнятный ответ и то, что я стою на коленях, капитан подошел ко мне. — Ты в порядке, малыш? — Спросил он чуть мягче, чем раньше. Я томно кивнула. — Ага. — Я практически захрипела. — Просто использование этого контракта отнимает у меня много сил. — Ты можешь встать? — Он продолжил, присев рядом со мной. Запах алкоголя и сигаретного дыма просачивался мне в нос. — Думаю, да. — Лениво ответила я. К тому моменту я чувствовала себя лучше, но все еще слишком уставшей. — Я помогу тебе добраться до машины. — Объявил он, прежде чем обнять меня за плечо и прижать меня к своему телу. Нашими совместными усилиями нам удалось заставить меня встать и подойти к машине. Пока мы это делали, я увидела приближающуюся полицию, которая приехала чтобы отрегулировать движение и оцепить территорию. Кишибе усадил меня на место второго пассажира, прежде чем перебраться на другую сторону и запустить двигатель. — А теперь расскажи мне, что это была за хрень. — Приказал он спокойнее, чем раньше, но с ноткой суровости в голосе, когда повез нас домой. Я постепенно приходила в себя и начала восстанавливать чувствительность конечностей. —Даже не похвалите меня за хорошо выполненную работу? — Я дразнила его. —Ты не хуя не получишь, пока не объяснишь мне, как ты это сделала. — Он не казался сердитым, скорее спросил как обычно, в своей формальной и бесстрастной манере. — Разве мне не разрешено иметь свои секреты? — Я продолжала издеваться над ним, когда на моих губах появилась легкая улыбка. — Не со своим непосредственным начальником. Начинай говорить. — Он продолжил, и я поняла, что дурачиться с ним в такой момент, возможно, было не лучшей идеей. Я вздохнула, прежде чем ответить. — Я воспользовалась своим контрактом с демоном пыток. Он дает мне возможность насылать невыносимое количество страданий на любое живое существо. Они такие сильные, что обычно приводят к тому, что физическое тело объекта просто схлопывается само по себе. — Мое объяснение было быстрым и механическим, как будто я не думала о том, что говорила. —Что за чертовски глупый контракт ты заключила, чтобы получить такое нелепое количество власти? Половина твоей жизни? — На этот раз он говорил раздраженно. Его раздражает, что я пошла на такую сделку в столь юном возрасте. —Вообще-то, нет. — Я немного подумала над словами, выбирая наиболее подходящий ответ для такой необычной ситуации. — Можно сказать, что мы с демоном пыток в некотором роде знакомы. Он разочарованно вздохнул. — Ты думаешь, я поверю, что демон дал тебе столько власти только потому, что дружит с тобой? Давай, малыш, будь серьезней. — Он говорил уже раздраженно. Возможно, потому что он считает, что я солгала ему, чтобы он не злился на меня. — Но я серьезно. — Я настояла, пытаясь показать своим голосом, что на этот раз я не шучу. — Это немного длинная история, но однажды я помогла ему, много лет назад, когда он был слаб и на грани смерти. Он был мне должен, и я решила, что он может компенсировать это, заключив контракт. На него это не сильно влияет. — Я добавила, желая предоставить доказательства моим словам. — Даже если я временно вытягиваю из него силу, я использую ее, чтобы создавать пытки и страдания, которые в ответ делают его только сильнее. — Если это так. — Он ответил, когда понял, что я, скорее всего, я говорю ему правду после того, как выслушал мое объяснение. — Почему я впервые слышу о том, что демон-мучитель заключает контракт с охотником на демонов? — Это звучит как адская сделка для обеих сторон. — Хорошо. — Ответила я. — Я предполагаю, что это потому, что это личная услуга для меня, а не стандартный контракт. Он ничего не теряет от нашей сделки, скорее выигрывает. Я также знаю, что он презирает людей, ненавидит то, какие мы есть, и то, как мы пахнем. Говорит, что для него мы пахнем тем, чем пахнет для нас гниющий труп. Он совсем не похож на лисо-демона Аки. — Ты, кажется, чертовски хорошо его знаешь. — Кишибе сказал мне спокойным голосом, вероятно понимая, что у меня нет причин лгать ему о чем-то подобном. — Значит, ты тоже заключила контракт с таким демоном, а? — В его голосе было что-то, чего я не могла разобрать. Серьезность, почти озорство. Я была ошеломлна его словами, главным образом потому, что он сказал «тоже», подразумевая, что в прошлом я делала так. — Не совсем. — Ответила я, глядя на него с интригой. Мы секунду смотрели друг другу в глаза. Эта искра игривости все еще была в его выражении. Что он имел в виду? Я не могла не смотреть на него, костяшки его пальцев раскраснелись от драки, вены на руках стали более заметными, чем обычно. Я знала, на что способны эти ладони, как они могут злобно атаковать и наносить урон. Но я не могла перестать думать о другом. Если он так искусно обращался с ними, для чего еще он мог их использовать? Эти грубые руки, из-за которых я чувствовала себя крошечной рядом с ним, которые могли поднять меня, как пушинку, эти длинные натренированные пальцы, которыми он полностью владел. Что они могут сделать с моей обнаженной кожей? Какое удовольствие он мог предоставить ими? Я перестала думать об этом, когда почувствовала жгучую боль в груди. Я слегка наклонилась, обхватив это место ладонями, и с моих губ сорвался тихий стон. Я отпустила руки и посмотрела на себя, темная лужа крови окрасила мою белую рубашку. Кишибе заметил это и тут же вернулся к своему строгому поведению. — Я не знал, что ты ранена. Ты нормально себя чувствуешь? — Спросил он, взглянув на растущее пятно на моей одежде. — Я даже не заметила. — Я ответила, стиснув зубы, это не было невыносимо болью, но все же чертовски жгло. — Наверное, от адреналина. — Предположила я, расстегивая первую пуговицу на рубашке и заглядывая вниз, чтобы увидеть рану. Ткань была пропитана кровью и прилипла к моей коже. Я медленно подняла ее и увидела глубокий сочащийся порез, который горизонтально простирался вправо от моей груди между ключицей и грудью. — Она сильно кровоточит. — Ответила я, отпуская рубашку. — Порез глубокий, но выглядит не так уж плохо. — Когда мы приедем домой, я посмотрю. Если все не так серьезно, как ты говоришь, я, вероятно, смогу сделать все сам, но если нужны швы или что-то более сложное, я отвезу тебя в больницу. — Он бесстрастно ответил. Вероятно, он был в такой ситуации бесчисленное количество раз, и по его голосу было понятно это. Я решила довериться ему, потому что, точно говорят, «Дьявол не потому такой мудрый, что он дьявол, а потому что он очень старый.». А Кишибе сам был настоящим дьяволом. —Спасибо. — Я ответила, подавляя стон в задней части моего горла. Точно так же, как нам не потребовалось много времени, чтобы добраться до центра, прошло не больше пары минут, прежде чем мы вернулись к нему домой. Мы сразу же пошли в ванную, чтобы он мог осмотреть мою рану, и я могла смыть кровь. —Расстегни рубашку. — Он скомандовал мне тоном робота, когда повернулся и начал что-то доставать из своего шкафа. Я села на унитаз, сняла пиджак и галстук и начал расстегивать рубашку. Из-за области, в которой находилась рана, я понял, что я не могу не показать ему хотя бы частично свою грудь. По какой-то причине это заставило меня невероятно нервничать, и мои пальцы слегка дрожали, когда я расстегивала верхние пуговицы. Затем я передвинула правый воротник рубашки так, чтобы он оказался чуть ниже моего плеча, рану было видно, так же как и верхнюю половину лифчика. Я поняла, что в тот день на мне было черное кружевное белье. Как и у всех, у меня были хорошие лифчики и старые, которые поседели после множества стирок. Сегодня на мне был первый тип. Секунду я проклинала себя за то, что не надела последний. Сказал бы он что-то негативное обо мне, увидев, что я одета не практично, а на грани сексуальности? Дело было не только в ткани, но и в том, что этот бюстгальтер также обнажал изгиб моей груди, который находился над чашкой. Все эти мысли исчезли в тот момент, когда мастер обернулся с аптечкой в руке. — Давай посмотрим, что у нас здесь есть. — Он вздохнул, доставая марлю и дезинфицирующее средство. — Сначала я промою рану. — Он сообщил мне, когда подкладывал ватные диски под рану, чтобы они собирали вытекающую из нее кровь. Я дышала тяжело и неровно, мои нервы были на пределе. Он плеснул жидкость на рану, и я поморщилась, закрыв глаза и стиснув челюсти, когда знакомая боль пронзила мою воспаленную кожу. Он сделал это пару раз, чтобы очистить рану как можно лучше. Когда я снова открыла глаза, он уже избавлялся от промокшей марли, и я увидела, как пара прозрачных капель дезинфицирующего средства скатилась по изгибу моей груди и исчезли в лифчике. Я бы не придала этому большого значения, если бы не тот факт, что я поймала Кишибе, наблюдающим за тем же самым. На долю секунды он уставился на то, как жидкость стекала по моей коже, словно загипнотизированный моей слегка обнаженной грудью. Меня не удивило это, ведь этот мужчина был самопровозглашенным бабником с послужным списком, подтверждающим его заявление. Однако по какой-то причине меня сильно зацепило то, как на меня смотрел. Его зрачки слегка расширились, губы сжались, глаза не могли смотреть ни на что, кроме моей груди, в этот короткий момент. Это заставило меня еще больше нервничать, заставляя мое дыхание углубляться и обнажать большую часть моей груди, когда она слегка переваливалась через чашку. Меня несколько шокировало осознание того, что его взгляд не заставил меня чувствовать себя неловко, ни в малейшей степени, ни на йоту. Как только он увидел мой взгляд, то вернул бутылку с дезинфицирующим средством на место. Когда он повернулся ко мне лицом, сказал: —Я собираюсь потрогать рану и кожу рядом пальцами, чтобы определить, есть ли заражение, или какая-либо внутренняя травма. — Его голос не казался ни капельки взволнованным или искаженным, несмотря на то, как его глаза практически пожирали меня всего пару секунд назад. Я слегка кивнула ему, когда он приложил кончики пальцев к моей груди. Мое дыхание сбилось от резкой разницы температур. Его прикосновение было желанным, и успокаивало мою горячую, ноющую кожу. —Скажи мне, есть ли какая-то конкретная область, которая болит больше, чем другие. — Добавил он, осматривая меня. —Хорошо. — Мягко ответила я. Я была так сбита с толку, что точно подтвердила свою теорию о нем. Его грубые пальцы обладают способностью быть нежными и контроль над мышцами дает ему возможность быть жестоким, когда ему нужно быть таким, и нежным, когда ему нужно быть сострадательным. Я очень мягко покраснела от этого ощущения, каждый раз, когда я выдыхала, кончики его пальцев слегка впивались глубже в мою кожу. Я не ненавидела это ощущение, наоборот, оно было необычайно приятным. Несмотря на холод исходящий от его пальцев, прикосновения были практически электрическими. Что-то вспыхнуло во мне, когда я понимала, как яростно он мог сражаться на кулаках, но когда дело дошло до меня, он сделал сознательный выбор быть добрым, гуманным и милосердным. Я почувствовала себя несколько разочарованной, когда он перестал касаться меня. Почему-то моя кожа стала ужасно ледяной теперь, когда его пальцы не были на мне. В этом не было никакой логики, но именно так я это чувствовала. —Рана не выглядит слишком глубокой и не заражена. Тебе не помешает пара пластырей в виде бабочек и держать рану в сухости. — Сказал он мне, когда наклонился и вынул пластыри. Я восприняла это как хорошую новость, потому что такие пластыри использовались, чтобы заклеить порез, когда он был слишком широким, чтобы его можно было оставить, но не настолько, чтобы понадобились швы. Кишибе вынул пару маленьких прозрачных лент и осторожно защипнул кожу с обеих сторон раны, прежде чем закрепить их пластырем. Это было довольно неприятное ощущение, которое оставляло пронзительное ощущение жжения в этой области. Он повторил движение пару раз, чтобы убедиться, что порез был правильно закрыт, но на нем не слишком много пластырей, которые могли лишить воздуха рану, что могло бы привести к более медленному заживлению и появлении инфекции. Закончив, он накрыл его марлей и закрепил полоской тканевой ленты. —Спасибо. — Робко сказала я, застегивая рубашку. Секунду он не отвечал, и я могла видеть, что он смотрит прямо на мою шею, которая, должно быть, уже была покрыта синяками. В моем сознании, инцидент с удушьем, казалось, был так давно несмотря на то, что он произошел сегодня утром. Из-за огненного демона, борьбы и раны — я совершенно забыла об этом. Я не могла не сравнить обе травмы и то, насколько по-разному Кишибе пережил их. Всего несколько часов назад его ладони жестоко скрутили мою шею, а только что он закончил фиксировать мою рану с предельной осторожностью. — Я действительно поднагадил тебе сегодня, не так ли? — Мастер сказал мне это голосом, в котором звучало сожаление, но в то же время в нем было фальшивое веселье, словно он пытался убедить нас обоих, что это беззаботная ситуация. Это заставило меня понять, что он воспринял свою атаку на меня на гораздо более личном уровне, чем я. Он явно чувствовал себя дерьмово и сожалел об этом, даже если не выражал этого. — Моя рана появилась не по твоей вине. — Я поспешила ответить, чтобы попытаться успокоить его своим замечанием. — Если ты так думаешь. — Он позволил своим словам медленно слететь с языка, закуривая сигарету. Я полагаю, что он все еще имел право чувствовать себя ответственным за меня, ведь я была его стажером. Между нами повисла короткая пауза, прежде чем он снова заговорил. —Я дам тебе одну из моих рубашек, чтобы ты не шла домой вся в крови. — Сказал он, выходя из ванной. —Не нужно. Я так дойду. — Ответила я, вставая. Мне действительно не хотелось причинять ему неудобств больше, чем я уже причинила. —Мне интересно, что я за человек, по-твоему, такой? Я бы не позволил своему ученику ходить вот так. — Прозвучал его голос издалека. Я не знала, что на это ответить, а также не хотела еще больше раздражать его, поэтому держала рот на замке. Достаточно скоро он вернулся с одной из своих чистых белых рубашек. —Держи. — Сказал он мне, когда его губы обхватили тлеющую сигарету, и он кинул мне одежду. —Спасибо. — Ответила я, когда он закрыл за собой дверь, чтобы я могла переодеться. Я сняла рубашку, которая была грязной и пепельно-серой из-за драки, пятно крови наверху сделало ткань жесткой. Когда я застегивала чистую рубашку, я заметил, насколько большой она была. Нижняя кромка почти доходила до верха моих коленей, а плечи лежали на середине предплечья, и когда мои руки расслабились, рукава полностью слезли с моих рук. Несмотря на то, что он рубашка была выстиранной, он все еще пахла Кишибе. Легкий оттенок сигарет, но что более заметно, соблазнительная мужская эссенция, которую я не чувствовала со времен нашей первой тренировки, когда он прижал меня к земле, и наши лица были так близко друг к другу. Это было опьяняюще. Я надела галстук и пиджак и прошла в гостиную, прежде чем забрать катану и сумку. — Мне пора идти. — Объявила я мастеру, который сидел на диване и бездумно курил. У меня слегка закружилась голова от непреодолимого запаха, исходившего от его рубашки. Но совсем не в плохом смысле. Наоборот, это было заманчиво, хотелось подойти к нему поближе, чтобы почувствовать этот аромат от него самого. — Я постираю рубашку и верну ее тебе. —Замечательно. — Он бесстрастно ответил. — Увидимся завтра на тренировке. И не забудь приложить лед к шее. —Я не забуду. Увидимся, мастер. — ответила я, выходя из двери. Его восхитительный запах сопровождал меня весь путь домой.