«Hunting for mistresses»

Мальчишки проснулись рано, был выходной. До тренировки по квиддичу была еще куча времени, а потому они не нашли ничего лучше, чем поиграть в волшебные шахматы. — Слон на Е-пять, — со скучающим видом проговорил Рон, подставляя своего слона под ферзя Гарри, чтобы тот в кои-то веки выиграл. — Ты мне подыгрываешь, — заметил Гарри и отвел своего ферзя подальше, дав Рону в очередной раз взять вверх над ним. Они оба синхронно зевнули, когда в комнату к ним постучали. Они переглянулись, смущенно глядя на дверь. Стук был знакомым, поэтому Гарри ответил на него: — Войдите. Это и правда была Гермиона, за которой шла Джинни. Рон тут же отвел взгляд в пол. Гермиона помолчала какое-то время, садясь между мальчишками, а после робко, но не теряя лица, спросила: — Вы не голодны? Может, сходим на завтрак в большой зал и всё там обсудим? — Нет, — ответил Рон, неожиданно для самого себя, — Я расскажу всё, как было. Дин Томас вообще не виноват, это всё сделала Чжоу Чанг. Она мне заплатила около трех тысяч галлеонов из родительского счета в Гринготтсе за молчание. Если бы это кинжал не упал из моего кармана, то никто и никогда бы об этом не узнал, но так... Она освирепела после их расставания с Гарри, стала завидовать всем живым и не живым, у кого хоть когда-то была любовь. Единственное, на что я её смог уговорить, так это на то, чтобы она не трогала Джинни и тебя, Гермиона, но я не знаю, выполнит ли она эту часть сделки, поэтому прошу вас, будьте осторожны. — У неё зуб только на девочек или на мальчиков она тоже собиралась напасть? — спросила Гермиона, хмурясь точно также, как и Джинни, что не посмела присесть. — Я не знаю, но вроде как Драко она тоже упоминала и Пэнси, — стал вспоминать Рональд, но Джинни, очень быстро, словно ветер, вылетела из гостиной, выхватив из рук Гермионы тот злосчастный кинжал. *************************************** Джинни петляла по коридорам замка, гоняя в голове разные-разные мысли о том, почему же эта дрянная девчонка подняла руку на Полумну Лавгуд. Подумать только... Полумна Лавгуд! Стены, казалось, отдавали всё большей сыростью по мере того, как она спускалась в подземелья. Вероятно, Чжоу уже убила Пэнси или хотя бы покалечила её, тогда Паркинсон сможет подтвердить или опровергнуть её виновность. Ещё в начале пути Джинни бежала со скоростью нового Нимбуса, а сейчас она уже не летела, она спокойно шла, стараясь восстановить своё дыхание, и поглядывала то и дело на кинжал в руке. На нём была кровь Полумны или чья-то другая? Если она оставила кинжал Рону сразу же после того, как пострадала Луна, то каким же образом она расправится с Пэнси Паркинсон? Думая обо всем этом, девушка с ходу врезалась в кого-то, кто был на порядок ниже неё, то есть на одну целую голову. Это была девочка, слизеринка. Голова её была такая кудрявая, что её легко было спутать в толпе с барашком. — Как тебя зовут? — сразу же спросила Джинни, видя в ней некоторую помощь, которая, вероятнее всего, была прислана ей свыше. — Оливия, — ответила та, — ты идешь вниз? В нашу гостиную? — невинным ласковым голоском проговорила та, понимая, что хочет от неё рыжеволосая. — Да, я хочу проверить, всё ли в порядке с моей подругой. Можешь провести меня? Джинни старалась говорить с девочкой вежливо, нежно, как будто просто с ребёнком, который ни в чем повинен быть не может. — Да, конечно, я помогу тебе, но в замен я кое-что попрошу, — Оливия протянула некий флакончик с некой розовой жидкостью, глазами попросив у Уизли, чтобы та вытянула руку. — Что это? — удивлённо приподняла брови Джинни, принимая протянутую вещь. Девочка не ответила и просто помотала головой. Видимо, не надо было ей знать, что там находится. — Просто налей это в бокал с тыквенным соком для Перси Уизли. Тогда перед тобой откроется вся правда. Взгляд девочки оставался искренне невинным, поскольку сама Джинни чувствовала к ней некоторое доверие, даже несколько большее, чем к самому Альбусу Дамблдору. — Куда она? — задал вопрос Гарри, когда сестра его друга выбежала из комнаты. — Не знаю, — пробубнил Рональд, но осмелился в этот момент посмотреть на Гермиону и понял, что та знает, куда убежала Джинни. — Ты же сам сказал, — Грейнджер вернула себе привычный тон, с которым обращалась ко всем и всегда, — что Чжоу точит зуб на девочек, а также упомянул про Пэнси и Драко. Следовательно, ты должен был сообразить, говоря эти слова, что она побежит в подземелье Слизкринцев. Я права, Гарри? Поттеру, если честно, было уже совершенно плевать, ведь каждый год кто-то кого-то колечит. Но когда-нибудь же это должно будет прекратиться? Впрочем, считал Гарри, не ему одному геройствовать, и если Джинни сама взялась за это дело, то пусть она эту проблему и разрешит, а беспокоить и донимать её — бесполезная трата времени. — Да, — проговорил он, зевая, затем встал и открыл верхний ящик тумбы, находя очки и надевая их, — пойдём, может быть, завтракать? — Гарри, ты почему переводишь тему? — насторожилась Гермиона, по-прежнему хмуря брови. — А тебе не надоело это всё? Не надоело думать о чём-то, размышлять, решать чьи-то проблемы? Тебе разве не хочется снова уйти с головой в учёбу и не думать ни о чем, кроме как об оценках за самостоятельную работу по этой твоей дурацкой нумерологии? В общем, как хотите, а я в большой зал. Жду вас там, если вдруг проголодаетесь. С этими словами Гарри вышел сначала из комнаты мальчиков, а затем и вовсе из гостиной. Прийдя в большой зал, он принялся за оладьи с мёдом и мятный чай. Гермиону, естественно, настораживало теперь поведение Гарри. «И как он только посмел.. »— задала себе вопрос она, не заметив, что тот невольно слетел с её губ. — Назвать твою любимую нумерологию дурацкой? — насмешливо продолжил Рон, — Не знаю, Гермиона. Мне она тоже кажется совсем неинтересной. Девушка явно обиделась, но постаралась придать своему лицу обыденное выражение лица, чтобы никто ничего не заметил. — И зачем? — спросила Джинни, ожидая услышать всё-таки нормальный, дельный и информативный ответ, а не получить простую улыбку с губ юной девочки. Оливия сделала шаг вперед, беря Джинни за руку, а затем повернулась в сторону, обратную той, откуда шла, и направилась туда, куда шла до этого сама Джинни. Теперь у рыжеволосой не было шансов отвертеться, оставалось лишь идти за Оливией. И только сейчас девушка заметила, что галстук у этой безобидной на вид девочки совсем не зеленый. Подумать только... Желтый! Она не слизеринка, а пуффендуйка. — Стой! Стой, погоди! — вскрикнула девушка, но сбившуюся на бег Оливию было уже не остановить. Сама же Оливия, видимо, заподозрила, что ее подопечная учуяла что-то неладное, хотя была возможность придумать что-то, но не сейчас, они должны были достигнуть картины с фруктами. И вот, когда натюрморт появился перед глазами двух юных дам, пуффендуйка остановилась на всём ходу, так что Джинни чуть на нее не налетела, поскольку не ожидала такого резкого торможения. — Почему мы здесь? — запыхавшись, снова стала вопрошать Уизли. — Ты что, не понимаешь? — задала встречный вопрос Оливия, — Я веду тебя по следам маньячки, которая решила резать всех влюбленных, а ты даже не замечаешь моей помощи и задаешь такие глупые вопросы. — Влюбленных, ага. То есть тот, кто это делает, завидует влюбленным... Понятно. Но почему мы около гостиной пуффендуйцев? Я же направлялась в подземелья. Тут взгляд Оливии стал укоризненным, отчего Джинни почувствовала себя крайне неловко. ************************************** Гарри взял ложку и медленно поднес её ко рту. Творожная запеканка была все еще горячая, так как он пришел в Большой Зал самый первый, после Минервы Макгонагалл. Осторожно подув на кусочек запеченного творога со сгущенкой, он дождался, пока тот немного остынет, и запустил его в рот. Желудок Гарри насытился после десяти таких кусочков, которые умещались в одной тарелке. Он запил всё это чаем, встал и оглядел самого себя, чтобы проверить, все ли он взял из комнаты — возвращаться не больно уж хотелось. Как только он встал, в помещение вошла Гермиона. Насупившись, она держала папку с тетрадями, а на плече ее висела сумка с учебниками, которую она, всё так же обиженно, поставила подле себя, когда села за стол. — Всё еще дуешься? — спросил он, стараясь не сильно ругать самого себя за утреннее высказывание. — Да нет, почему... — начала она, но после замялась и подняла глаза на друга, — ладно, да. Мне просто обидно с того, что ты называешь мои любимые предметы дурацкими. Я же не хамлю тебе по поводу квиддича. — Ладно, извини, Гермиона. Согласен, что если ты не изучаешь какой-то предмет это вовсе не означает, что он дурацкий. Хотя, быть может, именно поэтому я его и не изучаю... — Гарри! — снова прервала его Гермиона, заметив, что ему все также неймется. Желание садануть его книжкой по голове в девушке возрастало, но та сдержала себя, потому что бить лучших друзей, что бы они там не говорили, более, чем неправильно и не гуманно. — Я не буду проверять у вас уроки целый месяц. Посмотрим, как ты со Снеггом сладишь. Это ударило по Гарри сильнее, чем разбитая на третьем курсе вдребезги метла. Он хотел произнести что-то вроде: «Ты не посмеешь..», но Гермиона ответила прежде, чем он успел это ляпнуть. — Ладно, не посмею. Но впредь больше не хами, — заключила она и, улыбнувшись, принялась завтракать той же запеканкой, что и Гарри минуту назад. — Джинни не права, — произнесла Полумна, когда мимо нее проходила, уже переодетая в форму, мадам Помфри. — Что-то, девочка? — настороженно поинтересовалась женщина и, захватив плитку шоколада, направилась к белокурой пациентке. — Это не Дин Томас со мной такое сделал, а другой человек...Совсем другой, — чуть более уверенно стала говорить та, убедившись, что её слушают. Пока Полумна рассказывала, что с ней случилось, а Поппи, подняв от удивления брови, слушала ее, Джинни смотрела на бочки, по одной из которых Оливия уже постучала. — Пойдем, — сказала кудрявая, когда средняя бочка открылась и показался проход в гостиную. Джинни послушалась и прошла внутрь. Увидев, что кто-то сидит в кресле, она немного попятилась, потому что этот кто-то был довольно высок. — Я смог ее удержать, но не думаю, что у меня получится её остановить, — сказал этот человек, вставая. Джинни выдохнула, узнав в нем всего лишь Седрика. Всего лишь Седрика? «Она и на него набросилась?!» — возмутилась Уизли про себя, издалека глядя на его израненные руки. — Куда она пошла, не знаешь? — нахмурилась рыжая, поднимая теперь глаза на юношу. — В гостиную слизеринцев побежала. Но не думаю, что там её ждет успех в задуманном. Пэнси не дура, — Диггори отвел взгляд в камин, достал волшебную палочку и наколдовал еще пару бревен, чтобы из него исходило еще большее тепло. Они какую-то минуту помолчали, слушая треск каминного костра, а затем переглянулись, ожидая, что кто-нибудь из них первым нарушит тишину. К счастью, до этого додумалась Джинни. — Но почему Оливия привела меня сюда, а не отвела в подземелье, как я и думала заранее? Почему я разговариваю сейчас с тобой, а не спасаю других? — Потому что ты тоже не дура, — ответил он, подошел и отрепал девчонку по голове, будто она была не сестрой Рона, а его сестрой, — Думай лучше о том, как спасти себя и ближних, чем каких-то слизеринцев. Их жизни ничего не стоят, а ты себя бы подвела. — Но... — хотела было перебить его Джинни, но это было не так-то легко сделать, потому что он продолжал говорить намного увереннее, чем девушка. — Я думаю, что за ней кто-то стоит. Ливи, ты отдала ей то, что я просил? — он обернулся к кудрявой девчушке, которая тут же бодро кивнула, а затем он перевел взгляд обратно на Уизли, — Выльешь это сегодня в обед своему братцу Перси. Тогда весь Хогвартс узнает правду и никто больше по пострадает. Джинни посмотрела на флакончик зелья у себя в руке, после чего из ее уст последовал тяжелый вздох, полный обречения. — Ты правда думаешь, что это мой брат? Может быть, ты ошибаешься? — с надеждой спросила она у Седрика, и тот пожал плечами. — Не хочешь, не делай. Хотя я думал, что ты пышешь желанием посодействовать в расследовании. — Нет-нет, я сделаю, будь уверен. Просто я надеялась, что это кто-то другой. Но раз так, то я готова. Это была заключительная точка в их диалоге. Решение пришло как-то само собой, и именно этому Джинни удивлялась, пока шла обратно в свою гостиную. Прозвенел звонок, и оказалось, что она очень опаздывает на тренировку. Выглянув в окно, она увидела, как Рон летает над полем. Видимо, опаздывали все, потому что рыжий был там совсем один, и даже Гарри не было видно. Девушка снова вздохнула. Уж больно часто она издавала этот звук в последнее время. Хотя события, которые происходили вокруг нее, были достаточным оправданием для этот действия. Она поднялась по лестнице и столкнулась еще с кем-то. Это была Гермиона. Джинни поспешно спрятала флакон с зельем в карман, чтобы никто его не увидел. — Привет, — сияя, произнесла Грейнджер, разглядывая усталое лицо Джинни, а потом вспомнила, что произошло вчера вечером и слегка оторопела, — Как ты, дорогая? Удалось что-нибудь узнать? Девушка положила руку на плечо Джинни, которая тут же отрицательно помотала головой. — Ну, ничего, всё образуется.... — начала она, но Уизли подняла на неё глаза. — У меня есть догадка, но я о ней тебе не скажу, потому что думаю, что кто-то меня хочет обмануть и специально путает. Мне нужно удостовериться, что то, о чем я думаю, является правдой, и тогда все и обо всёем узнают. Гермионе нечего было на это ответить, пришлось согласиться, потому что факты и правда сильнее каких-то догадок. В это верили они обе. — Можно вопрос тебе задать? — обратилась Джинни к подруге, которая шла из Большого Зала обратно в гостиную. — Ты уже его задала, — ответила Гермиона, пожимая плечами, — и все-таки задавай, я отвечу. Они прошли еще немного, достигнув портрета Полной Дамы, которая по-прежнему потягивала вино из бокала и горделиво наблюдала за всем, что перед ней происходит. — Бараний рубец, — бросила рыжеволосая Даме, проем за которой тут же открылся, — Слушай, ты... ты бы стала доверять маленькому юному первокурснику, который взялся из неоткуда? — обратилась она теперь к шатенке. Гермиона задумалась, раскладывая кипу бумаг на столе и чуть было не задевая баночку с чернилами, которая, хвала небесам, была закупорена волшебством. Сначала девушка ела в кресло и закрыла глаза, чуть углубляясь в смысл того, что сказала Уизли, а затем открыла их и уставилась прямо на подругу. — К тебе на голову свалился ребенок, который что-то знает о том, что случилось с Полумной на самом деле? — догадалась она. — Ну, в общем... Да. Но ты не ответила на мой вопрос. — Я бы следовала его указаниям, но с большой осторожностью и глядя в оба глаза на все окружающее. Потому что здесь что-то явно не чисто, и надо понимать, что просто так это дело теперь точно не раскроешь. — Седрик подозревает Перси... Эти слова девушка ляпнула, не обдумав их прежде. Брови Гермионы поползли на лоб, ибо удивлению не было предела. — Седрик? Седрик Диггори?? Теперь понятно, в чем тут дело... — Что? — подняла голову от собственных туфель Джинни, но Гермионы и след простыл. Не спрашивая даже у воздуха, куда Гермиона так быстро улетела, она села на занимаемое ранее подругой место, прикрыла глаза и от тепла камина, давящего на веки, задремала. Хорошо, когда так тихо. Все в Хогсмиде, а впереди целый день, чтобы выспаться.... И плевать, что мальчики и Кэти Белл уже летают над полем — без неё обойдутся.