«Hunting for mistresses»

Шаги идущей по замку Чжоу не раздавались гулким звуком. Их вообще не было слышно, потому что она вышла из гостиной без обуви. Босыми ногами ступая на холодный пол, она быстро передвигалась в сторону одной из теплиц, где, вероятнее всего, и находилась та, кого она сейчас ищет. Сгущались сумерки. Хагрид, Гарри и Гермиона уже похоронили Живоглота и теперь молча стояли над его могилкой, мысленно её отпевая. А Чжоу тем временем пробиралась по коридорам, но что-то заставило её остановиться. — Ай! — вскрикнула она, — Чёрт... Проронила девушка, чуть ли не закричав от боли. Нечто острое вонзилось ей в пятку. Девушка тут же подняла ногу и вынула оттуда лезвие. Доставая этот, столь сильно режущий предмет, Чжоу заметила, что пара капель упала на записку, оказавшуюся рядом с той её ножкой, на которой она осталась стоять. Опустив кровоточащую стопу на кафель, Чанг подняла кусочек пергамента и прочитала его про себя. В нём говорилось, что завтра у некоего Теодора Нотта завтра день рождения и что он собирается пригласить туда всех, в чьих руках окажется эта записка. — Очень интересно, — прошептала себе под нос брюнетка и злорадно усмехнулась. В её голове снова назревал какой-то план. Однако она и сама не следила за степенью эволюции данного плана, а потому решила подождать и продолжать путь который наметила чуточку ранее данного происшествия. И действительно, Помона Стебль сидела в одной из своих драгоценных теплиц и подстригала какое-то растение, совсем неведомое самой Чжоу. Но растения сейчас её интересовали меньше всего. — Профессор, — обратилась Чжоу к сидящей за учительским столом женщине и подождала, пока та повернёт к ней голову. Она ждала минуту или две, однако этого не произошло. Профессор Стебль лишь что-то невнятное промычала в ответ и сама ждала дальнейших слов пришедшей. Чжоу собрала волю в кулак и снова стала говорить. — Мне нужно несколько ингредиентов для зелий. Мы попали в трудное финансовое положение, поэтому уж очень прошу вас помочь. — Да, конечно, — сказала женщина, когда взглянула наконец на ту, что пришла к ней. Помона подняла взгляд и её глаза прошлись по кафелю, по которому прошла недавно юная леди, и брови её поползли вверх. Девочка оставила за собой не один красный след. — Боже, и где ты так... — профессор начала было говорить, но её кое-что остановило. Она стала понимать, что произошло, когда увидела в руках Чжоу лезвие, которое та, видимо, достала из своей ноги. Судорожный вздох оповестил о том, что женщина постепенно стала отпускать эту ситуацию, что она совсем не чувствует себя виноватой, по крайней мере, на данный момент. Помона взмахнула палочкой, и над ними двумя, женщиной и девочкой, повисли три небольших, но очень ярких пучка света, осветившие собой всё вокруг, отчего даже некоторые растения слегка встрепенулись. Чжоу не понимала действий профессора, поэтому стала молча наблюдать за тем, что происходит. — Садись на мой стул, сейчас всё будет, — произнесла женщина, пару раз махнув руками в сторону девочки, словно бы стараясь её успокоить. Она встала и посмотрела на девочку снова, будто бы убеждаясь, что ей и в самом деле нужна помощь, что она в ней нуждается, как любой реальный человек, состоящий из плоти и крови. И только после этого Помона удалилась — отлучилась, чтобы найти аптечку. Ожидая её, Чжоу огляделась по сторонам, а убедившись, что её никто не видит, решила, что может действовать. Шагнув на одной ноге к рядам растений, жутковатых на вид, она пригляделась и прочла надпись на одной из табличек: — Тинтакула, — шёпотом произнесла она, будто бы подтверждая этим, что она-то ей и нужна. Затем девочка покрепче взяла лезвие в руку и с особой жестокостью полоснула по стволу данного растения, отчего даже на её лице выразился злобный оскал. Одно из щупалец упало в ноги Чжоу и она подняла его рукой, совсем ничего не боясь. После того, как она провернула это нехитрое деяние, она подошла к выходу и положила его у двери, а затем наложила заклятие дезиллюминации, которое позволило скрыть его от чужих глаз. Когда Помона вернулась, неся в руках тяжёлый багаж с аптечными предметами, девушка уже стояла на прежнем месте, взгляд её по-прежнему невинно смотрела по сторонам с любопытством, что она умела ловко подделывать. — Милая моя, не волнуйся, сейчас всё будет, — проговорила Помона, обращаясь к девочке, а сама тем временем поставила аптечку на свой рабочий стол и что-то там стала искать. Чжоу пришлось сесть, ибо пятка её так и продолжала кровоточить. В теплице было достаточно темно, но всё-таки свет от настольной лампы позволял видеть лицо профессора Стебль, когда та усердно занималась с ногой девочки, что-то мелодичное бормоча себе под нос. Время всё шло, а Чжоу никак не могла успокоиться. Её так и подрывало вскочить, схватить сворованное и уже заняться задуманным, но Помона была слишком внимательна к её ране в данную минуту, поэтому приходилось послушно сидеть и не двигаться, позволяя останавливать кровь. Когда женщина закончила с ножкой девочки, повязала на её лодыжке бантик из бинта, а затем встала, Чжоу тоже сразу же вслед за неё поднялась. — Я пойду, профессор, — сказала она, совсем забыв о тех словах, что сказала тогда, когда вошла сюда. — Ты хотела взять у меня какие-то составляющие для зелий, милая. Или ты уже забыла? — без злобы усмехнувшись, напомнила ей Помона. Подумав с полминуты, Чанг остановилась только на сушеных полыни и перечной мяте, с чем, собственно, и ушла от профессора травологии. Выходя, девушка как бы невзначай ударилась ногой о дверной косяк и ахнула, пусть и не почувствовала боли. Да, она привлекла внимание, но зато ей удалось пнуть отросток, что она нагло своровала у Помоны. Девушка прикрыла за собой дверь и нервно посмотрела по сторонам прежде, чем поднять щупалец ядовитого растения. В коридоре не было совершенно никого, и это её успокоило, пускай и не очень сильно. Пару раз вздохнув для полного успокоения, Чжоу двинулась в путь по длинным коридорам, прямиком в башню Когтеврана. Достигнув ее, она рухнула в постель. Кто-то спал на соседней с ней кровати, на кого она явно не обратила внимания.