Dance with me

Гермиона вошла в свой кабинет, где ее встретила Виктория, врезавшаяся ей в ноги и держащая квадрат пергамента. — Bonjour Victoire, — сказала она, улыбаясь юной девушке. Виктория усмехнулась в ответ. Гермиона огляделась, но не увидела Флер. — Где твоя маман ? Виктория помахала ей пергаментом. — Какой-то мужчина в лифте попросил ее посмотреть на что-то. Она сказала отдать тебе это. Гермиона улыбнулась и передвинула стопку файлов, чтобы с улыбкой взять пергамент. Она развернула его и улыбнулась, узнав почерк Флер. Извини, моя любовь. Джеральд обнаружил, что я здесь, и не оставил меня в покое, пока я не пошла посмотреть на его план и не сказала ему, что в его отделе это неправильно. Я вернусь через несколько минут. Гермиона вздохнула и улыбнулась девушке, все еще взволнованно сжимающей ее ногу. — Мне просто нужно пойти и отнести это моему боссу. Виктория, очевидно, не собиралась отпускать ее, так как она хихикнула, крепче сжимая ее. Гермиона сделала один преувеличенный шаг и волочила ногу за собой с Викторией, все еще привязанной к ней. Смех Виктории усилился. Гермиона повторила это движение, направляясь к двери своего кабинета, видя удивленный взгляд Миллисент, когда она проделала путь двумя дверями вниз к кабинету Матильды. Гермиона попыталась не засмеяться, когда Виктория продолжала хихикать, так как она всю поездку обвивала ногу. Матильда оторвалась от своих бумаг, когда Гермиона появилась в дверях. Она перевела взгляд с Гермионы на хихикающего ребенка, привязанного к ее ноге, и улыбнулась. — Позволь мне, — сказала она, взмахнув палочкой. Документы, которые держала Гермиона, вылетели из ее рук и аккуратно приземлились на стол перед Матильдой. — Также на случай, если ты забыла, я напоминаю тебе, что сегодня у меня выходной, — сказала Гермиона. Матильда кивнула. — Какие-нибудь особые планы? — спросила она, ее улыбка стала шире, когда она посмотрела на Викторию. — Мы увидим ракеты, — взволнованно сказала Виктория. Матильда улыбнулась девушке. — Что ж, звучит восхитительно. — Виктуар! — сказала Флер из-за них. — Что ты делаешь ? Гермиона повернулась, чтобы улыбнуться Флер, когда та приблизилась к улыбке на лице. — Ты сказала остаться с Эрмионой, — сказала Виктория, ухмыляясь своей матери. — Я не говорила тебе привязываться к ней, чтобы она не могла ходить , — со вздохом ответила Флер. Она повернулась к Гермионе с извиняющейся улыбкой. Гермиона улыбнулась в ответ и поцеловала ее. — А не пора ли нам? — спросила Гермиона. Флер кивнула, и они оба посмотрели на Викторию, которая улыбалась им, все еще крепко держась за ногу Гермионы. — Ты собираешься отпустить мон чоу ? — спросила Флер. Виктория быстро покачала головой, снова хихикая. Гермиона рассмеялась, когда Флер раздраженно вскрикнула. — Ты не хочешь прогуляться ? — спросила Гермиона. Виктория снова покачала головой и на секунду сжала ее крепче. — Я могу нести тебя , — предложила Гермиона. Виктория снова покачала головой, хихикая. — Я хочу, чтобы меня тащили! — заявила она. Гермиона посмотрела на Флер, которая вздохнула, когда несколько человек вокруг них засмеялись. Флер выхватила палочку и направила ее на дочь. Со взмахом и движением смеющаяся Виктория взлетела в воздух, ее руки вцепились в ногу Гермионы, пытаясь удержаться, когда заклинание мягко подняло ее в воздух. Флер перехватила ее вздох. — Если тебя будут тащить по полу, ты будешь грязной, — вздохнула она. — Мне все равно , — настаивала Виктория. — Да , — вздохнула Флер. Гермиона улыбнулась, когда Виктория издала протестующий звук и извернулась в руках матери, пытаясь снова спуститься на землю, чтобы ее потащили. Флер бросила на Гермиону почти умоляющий взгляд. Гермиона улыбнулась и подошла ближе, быстро поцеловав Флер в знак приветствия, а затем посмотрела на извивающуюся Викторию. — Как насчет того, чтобы вместо этого сесть мне на плечи , — предложила она. Виктория быстро решила, что это отличный компромисс, и приказала матери помочь ей взобраться на плечи Гермионы. Как только Виктуар устроилась поудобнее, они в последний раз помахали улыбающейся Матильде и направились из офиса к лифтам. Гермиона вызывала свою сумку и пальто из офиса, когда они проходили мимо. Флер цокнула на свою дочь, которая, казалось, была также счастлива на плечах Гермионы, как и на ее ноге. Гермиона посмотрела на Флер в лифте, и они обменялись улыбками, пока Виктория взволнованно рассказывала обо всем, что она хотела сделать. У Флер был очень мягкий взгляд, когда она улыбнулась Гермионе. Она наклонилась вперед и поцеловала ее в щеку. — Для чего это было? — спросила Гермиона, когда они вышли из лифта. Гермиона немного пригнулась, чтобы убедиться, что Виктория не ударится головой. — Билл тоже носил ее на своих плечах, — тихо сказала Флер. При этом Гермиона почувствовала, как что-то теплое наполняет ее сердце. Ее улыбка стала еще шире, когда она посмотрела на Флер, у которой, казалось, на глазах выступили слезы. Они оба посмотрели на Викторию, которая, по-видимому, кого-то заметила и взволнованно махала рукой. — Дедушка! Они обернулись и увидели, что к ним направляется слегка озадаченный мистер Уизли. — Bonjour Victoire, — сказал он, улыбаясь внучке. — Добрый день, дедушка, — взволнованно сказала она. Он смотрел на них всех с лучезарной улыбкой. — На обед? — он спросил. — На самом деле мы направляемся в Национальный космический центр, — сказала Гермиона. — Виктуар узнала о космических путешествиях на прошлой неделе и захотела увидеть настоящую ракету. Поэтому мы решили сделать из этого полдень. Глаза мистера Уизли загорелись. — Это будет очень увлекательно! — сказал он с энтузиазмом. — Très bien! Виктория хихикнула над его акцентом, но он, похоже, не возражал. — Что ж, я не буду тебя задерживать. Я надеюсь услышать все о ракетах в следующий раз. Э-э… — он, казалось, колебался, глядя на них. — Гермиона, ты придешь? Вы были бы очень рады, я.. — Простите, мистер Уизли, — мягко перебила его Гермиона. — Но Рон все еще ведет себя придурком, поэтому я не приду. — О… точно, — пробормотал он. — Что ж, наслаждайся космическим центром. Он еще раз улыбнулся Виктории, и все трое слегка помахали, прежде чем продолжить путь к лифтам. Гермиона и Флер обменялись взглядами, затем Флер взяла Гермиону за руку, а Виктуар похлопала ее по голове, приказывая ей двигаться. Гермиона улыбнулась и позволила себе скомандовать к каминам. Гермиону до конца дня тащили за собой Флер и Виктория. Флер, узнавшая о космосе все больше и больше, чего она не знала, и Виктуар, когда она хотела прикоснуться ко всему, что могла. Гермиона улыбнулась, когда два часа спустя она стояла рядом с Флер, которая держала на руках Викторию. Они оба с удивлением смотрели на потолок планетария. Гермиона почувствовала, что ее сердце смягчилось, когда она увидела широко раскрытые глаза Виктории, зачарованно смотрящей на звезды, спроецированные над головой. Она посмотрела на Флер и увидела, что та улыбается в ответ. — В следующий раз мы должны пойти к французам, — сказала Флер. — Я уверена, что их планетарий больше. Гермиона рассмеялась и, не в силах сдержаться, нежно потянула Флер за руку, притягивая ее для поцелуя. Флер улыбнулась ей, когда они расстались. Гермиона снова поцеловала ее, потом еще и еще. Они стояли посреди планетария и целовались, пока голос за кадром рассказывал факты о звездах. Гермиона не знала, что было в тот момент, в его нормальности, но она чувствовала что-то глубоко внутри себя, что хотела этого на всю оставшуюся жизнь. Ей хотелось пойти во французский музей космонавтики и поспорить с Флер о том, что лучше. Она хотела планировать экскурсии с Викторией и помогать ей с домашним заданием. Ей хотелось стоять на морозе с Флер, смотреть, как Виктория играет в юниорский квиддич, и удерживать Флер от проклятия судьи, когда они неизбежно сделают колл против Виктории. Она хотела иметь дело с истериками, разбитыми сердцами и подростковым бунтом. Она хотела быть там, когда Виктория получит свою первую палочку, и помахать на прощание, когда она впервые отправится в Шармбатон. Она хотела переехать в Авиньон и быть раздраженной тем, что семья Флер постоянно заглядывает без предупреждения. Она хотела, чтобы Флер шутила о волшебных коровах следующие пятьдесят лет. Она хотела этого . Она хотела Флер и Викторию. Она хотела, чтобы эта жизнь была вместе, чтобы быть семьей. Смотреть, как растет Виктория и однажды назвать ее мамой. Она хотела идти рука об руку с Флер, споря о книгах и музеях и о том, чья очередь стирать белье до самой ее смерти. Она еще не знала, как это сказать, поэтому просто целовала Флер снова и снова. Флер, казалось, поняла, когда она испустила тихий вздох в губы Гермионы, целующей ее в ответ. Двое из них потеряли в данный момент. В конце концов Виктуаре надоело их импровизированное целование, и она просунула руки между их лицами с легким звуком разочарования. Они оба повернулись к ней, улыбаясь, когда она посмотрела на них и скрестила руки на груди. Они засмеялись, а она еще сильнее нахмурилась и настояла, чтобы они перевели то, что говорил ей голос за кадром, потому что она хотела узнать о космосе, а не видеть, как они целуются. Флер не спросила ее о том моменте и о том, почему она ее поцеловала, но той ночью, после того как они уложили переутомленную и потому сварливую Викторию в ее постель, Флер взяла Гермиону за руку и повела ее в постель, где они лежали вместе. Какое-то время они просто видели, как Флер кладет голову Гермионе на живот. Затем Флер посмотрела на нее. — Ты хочешь ездить на работу или думаешь устроиться сюда на работу? — спросила она. Гермиона посмотрела на нее и вздохнула. — Я знаю о нескольких различных возможностях. Я хочу поговорить с несколькими людьми, но… — она позволила своему голосу немного замолчать, глядя на Флер. — Я подумала, может быть, после Рождества мы могли бы попробовать пожить вместе. Улыбка Флер стала шире, когда она посмотрела на Гермиону, затем ее глаза переместились, чтобы многозначительно взглянуть на стопку файлов Гермионы на комоде, ее книги на тумбочке и ее одежду в корзине для белья. — Это не официально, пока все мои книги не будут здесь, — пробормотала Гермиона. Флер рассмеялась и поцеловала ее. Потом снова поцеловал. Книга Гермионы выпала из ее рук, когда она обняла Флер за плечи, поцелуй углубился и перешел в нечто большее, когда руки Флер вмешались. Гермиона почти ожидала этого, когда тем утром дверь ее кабинета распахнулась, и в комнату ворвался Рон, не удосужившись закрыть дверь. — Какого хрена ты делаешь? — спросил он. Гермиона вздохнула и посмотрела вверх. Она знала, что, когда она наводила справки в нескольких других отделах о любых возможных должностях, это могло привести к некоторым предположениям. Матильда, появившаяся в своем офисе через неделю с улыбкой и папкой с предложением о работе, стала неожиданностью. Очевидно, с нового года освободилось место старшего связного между французским и английским министерствами. Ей нужно будет периодически возвращаться в Англию, но это не проблема, особенно с магией. Гермиона подозревала, что несколько разных людей воспользовались несколькими услугами, чтобы получить предложение, но она не собиралась отказываться от него. Она поблагодарила Матильду, которая сказала, что будет скучать по ней, когда она уйдет, но уверена, что Гермиона преуспеет на своем новом посту. Потребовалась еще неделя, прежде чем новость просочилась в таблоиды. Оно было на семнадцатой странице «Ведьминского еженедельника» под новостями об аресте какого-то игрока в квиддич за то, что он врезался своей метлой в Стоунхендж. Герой войны устраивается на работу во Франции, чтобы быть ближе к девушке. Гермиона Грейнджер и ее девушка Флер Делакур, по-видимому, более серьезно относятся к своим отношениям, чем мы все думали. Близкие источники сообщают нам, что герой войны навел справки о работе во Франции, а затем согласился на нее, чтобы быть ближе к своей новой любви. С нового года Грейнджер станет старшим связным между правительствами Англии и Франции по вопросам регулирования лиц и существ. Учитывая возможности и репутацию Грейнджер здесь, в Британии, мы задаемся вопросом, почему она решила переехать к своей девушке, а не наоборот. Мы здесь, в WW, задаемся вопросом, связаны ли недавние сообщения о напряженности между счастливой парой и семьей их предыдущих партнеров с выбором. Гермиона посмотрела на покрасневшего и разъяренного Рона и приготовилась к предстоящему бою. — Я предполагаю, что это из-за моего переезда к Флер, — сказала она. Взгляд Рона недвусмысленно сказал ей, что да, это действительно то, о чем идет речь. — Прошло шесть месяцев! — он закричал. — Семь, но не в этом дело, — сказала она. — Ты действительно думал, что я собираюсь провести остаток своей жизни, оплакивая распад нашего брака? Потому что, честно говоря, Рон, ты этого не стоишь. Рон сразу же обиделся. — Я ожидал, что ты по крайней мере будешь оплакивать то, кем мы были, — отрезал он. — Я ожидал, что ты позаботишься… — Я два года сражалась с тобой! — закричала она, вставая на ноги, чтобы встретить его взгляд своим взглядом. — В тот момент, когда мы закончили, все, что я почувствовала, было облегчением. Он выглядел ошеломленным. Гермиона надеялась, что он позволит этому закончиться, но он этого не сделал. — Ну, мне не нравится, что ты трахаешь жену моего покойного брата, — парировал он. — Флер сама по себе! — снова крикнула Гермиона. Она закончила вести себя мило, ей было все равно, услышат ли на этот раз другие. Это должно было прекратиться. — Она была замужем за Биллом пять лет, и у них родился ребенок, но это еще не все. Она также невероятно опытная ведьма. Еще до того, как она встретила твоего брата, она была чемпионкой по Шармбатону, ради всего святого. Она блестящая разрушительница проклятий, замечательная подруга, готовит лучше, чем твоя мать, и, честно говоря, очень талантливая любовница. Быть замужем за твоим братом было важной частью ее жизни, но не всей ее жизнью. И мысль о том, что она должна провести остаток своей жизни в одиночестве, преданная его призраку, нелепа. На самом деле это также нелепо, как и твоя идея, что ты можешь диктовать, с кем мне иметь отношения, когда мы уже разведены! — Ты продолжаешь щеголять ею передо мной! — крикнул он в ответ. — Нет! — крикнула Гермиона, хлопнув ладонями по столу. — Я была очень тонкой и вежливым и, в отличие от тебя, не засовывала свой язык ей в горло каждый раз, когда вижу тебя. Ты не можешь указывать мне, как мне жить. Ты пытался вспомнить, поэтому мы и развелись. Рон молчал, глядя на нее. Гермиона вздохнула и снова заставила себя успокоиться. — Когда-то мы были друзьями, — сказала она, ее голос выдавал усталость, которую она сейчас чувствовала. — И я надеялась, что, по крайней мере, эта дружба все еще сохранилась, чтобы ты был счастлив, что я нашла кого-то, кто заставляет меня чувствовать себя такой же счастливой и любимой, как Флер. Рон отвел взгляд, его горло шевельнулось, когда он сглотнул. — Потому что она это делает. Как ни странно, Флер делает меня счастливой . Она сноб, который регулярно спорит со мной о моем мнении, но… — Гермиона улыбнулась. — Мне нравится с ней спорить. Рон снова посмотрел на нее. Он не выглядел счастливым. Гермиона воспользовалась его продолжительным молчанием, чтобы продолжить разговор. — Когда мы ссорились, мне всегда хотелось плакать. Но с ней… мне смешно, когда она настаивает, что я не права, потому что я англичанин, а англичане всегда ошибаются в искусстве. Гермиона поймала себя на том, что улыбается, вспоминая раздраженный крик Флер две ночи назад, когда они спорили, в какой стране лучшие поэты. — Я никогда не чувствовала себя более любимой, чем с ней. — Гермиона улыбнулась чуть шире. — Кроме того, Виктория очаровательна, и я люблю ее, и я так счастлива, что стану частью ее жизни и буду наблюдать, как она растет. Рон смотрел на нее с выражением горя на лице. — У нас могли бы быть дети, — сказал он. — Я очень рада, что мы этого не сделали, — сказала Гермиона, немного выпрямившись, чтобы встретиться с ним взглядом. — Когда-нибудь ты найдешь женщину, которую захочешь, и она будет счастлива с тобой и полудюжиной детей. Она будет счастлива с тобой как с центром ее мира. Гермиона глубоко вздохнула и одарила Рона самым добрым взглядом, на который была способна. — Но это не я, и мы оба это знаем. И тебе нужно избавиться от мысли, что у тебя все еще есть право влиять на то, как я живу. Не как мой бывший муж, и как вы совершенно ясно показали за последние несколько месяцев, не как друг. Она собрала свои файлы и направилась к двери. — Ты хоть представляешь, как это выглядит для меня? — он спросил. Гермиона остановилась и повернулась к Рону. Он стоял перед ее столом, все его тело было напряжено, а челюсти сжаты, когда он смотрел на нее. — Честно говоря, Рональд, мне все равно, как это выглядит… — Ну, ты должна! — Гермиона закатила глаза. — Как ты можешь быть с ней и говорить мне, что это не какой-то… план отомстить мне за все. Почему ты должна брать все, что я хочу? Гермиона почувствовала, как несколько частей наконец встали на свои места. — Думаешь, я сошлась с Флер, потому что ты был в нее влюблен? — недоверчиво спросила она. Челюсть Рона дернулась. — Итак, все это, — Она махнула рукой между ними. — Последние несколько месяцев из-за того, что ты ревнуешь, что Флер интересовалась мной, а не тобой? — Нет, — сказал он, быстро отступая на шаг. Гермиона долго смотрела на него, пытаясь узнать мужчину перед ней. — Когда ты превратился из верного друга, который был готов проклясть другого мальчика за оскорбление меня, и который с гордостью говорил всем, что я самая умная ведьма нашего года, в этого злого человека, который кричит на меня каждый раз, когда я делаю выбор быть счастливый. Рон посмотрел на нее, выпрямившись и немного выпятив грудь. — Когда ты решила превзойти меня во всём , — сказал он. — Когда тебе нужно было иметь лучшую работу, больше похвал и больше денег. Когда ты должна была быть тем, кто решает все. Когда ты решила, увидев меня с новой девушкой, что я ушел, что тебе нужно найти и потанцевать с самой красивой женщиной, чтобы доказать, что ты можешь победить меня и в этом. Гермиона покачала головой. — Это никогда не было соревнованием. Когда я впервые танцевала с Флер, это было не для того, чтобы кого-то показать, а потому, что мы оба чувствовали себя аутсайдерами в Ежемесячнике и в результате чувствовали связь. Я пришла той ночью, надеясь, что мы снова станем друзьями, а вместо этого ты бродил вокруг, изо всех сил стараясь ткнуть меня своей новой девушкой в ​​лицо. Рон отвел взгляд. — Мы с Флер танцевали вместе, чтобы повеселиться. А потом мы продолжали веселиться вместе. Рон бросил на нее еще один взгляд, но Гермиона проигнорировала его. — Флер и я нравимся друг другу, потому что нам весело вместе, Рональд. Потому что мы заставляем друг друга смеяться, и мы можем бросить вызов друг другу, и на самом деле мы хорошая команда. — Гермиона вздохнула. — Будь то танцы, забота о Виктории или общение с семьей Флер. Что бы ни происходило, мы вместе , даже когда спорим. На самом деле, особенно когда мы спорим, потому что это всегда заканчивается смехом. Гермиона посмотрела на молчаливого Рона. — Я очень надеюсь, что однажды ты достаточно повзрослеешь, чтобы понять, что именно это и есть залог хороших отношений. Два человека работают вместе, чтобы что-то построить, а не два человека, которые соревнуются, чтобы быть лучше другого. Затем она ушла и, игнорируя молча смотрящих на нее коллег, направилась в офис Матильды. Она оставила ей записку, что собирается работать из дома до конца недели. Затем она взяла свое пальто с вешалки у лифтов и села в отдел транспорта, а через полчаса уже шла в вестибюль авиньонского отделения Гринготтса. Ей не потребовалось много времени, чтобы проложить путь в отдел снятия проклятий, а затем в мастерскую Флер. Гермиона улыбнулась, войдя в большую пещеру, освещенную дюжиной больших светящихся сфер, ясно освещающих пространство внизу, где стояла Флер в защитном комплекте желтых мантий, окруженная шестью другими в таком же защитном снаряжении. Гермиона с растущей улыбкой наблюдала, как Флер вытащила палочку и направила ее на набор золотых табличек, окруженных серией светящихся оберегов. Голос Флер выкрикнул приказ, и пока одна Флер и шесть других разрушителей проклятий двигались вместе, их палочки двигались сложным набором взмахов и взмахов, которые закончились последним взмахом, посылавшим яркий луч света к таблеткам, которые были поглощены, а затем медленно угасал. Флер выглядела довольно довольной, когда опустила палочку, а пара других разрушителей проклятий дала пять. Флер начала отдавать новые приказы о проведении каких-то проверок, но остановилась, увидев Гермиону, стоящую в дверном проеме и очень осторожно позади желтой линии, отмеченной на полу. Лицо Флер озарилось приветливой улыбкой, и она бросила кому-то свои перчатки. Гермиона почувствовала, как несколько бабочек порхают у нее в животе, когда она смотрела, как Флер скользит к ней через комнату. Флер заключила ее в объятия для поцелуя, от которого Гермиона взволновалась. — Mon amour, что ты здесь делаешь? — спросила Флер, когда они разошлись. — Ну, мой бывший муж решил прийти и пожаловаться на мой последний шаг в карьере, — глаза Флер сузились, и она выглядела гораздо менее взволнованной неожиданным визитом Гермионы, чем раньше. Гермиона поцеловала ее. — Но он еще и так торопился сделать, что не закрыл за собой дверь, как сделал… Глаза Флер расширились, а на ее лице начала появляться улыбка. — А поскольку я работаю в отделе, известном своими сплетниками… — усмехнулась Флер. — Я уверена, что это дойдет до прессы как раз вовремя, чтобы вечерние газеты опубликовали статью, которая, несомненно, вызовет настоящий скандал. — Значит, вы приехали прятаться во Франции, пока она не кончится? — спросила Флер. Гермиона улыбнулась и покачала головой. — Нет, я подумала, что воспользуюсь случаем, чтобы пообедать с моей прекрасной девушкой и, может быть, убедить ее показать мне дом, в котором мы собираемся остановиться на это Рождество. Флер рассмеялась и снова поцеловала ее, когда сзади раздался крик. Голова Флер резко повернулась, и она крикнула своей команде, чтобы они были осторожны. Она вздохнула и повернулась, чтобы снова поцеловать Гермиону. — Дай мне две минуты, чтобы убедиться, что они не поранятся, пока меня не будет, а потом я приглашу тебя на обед, — сказала Флер. Гермиона с улыбкой отпустила Флер, наблюдая за тем, как она командует своей командой с уверенностью, проистекающей из многолетнего уважения. Взмахом палочки Флер вернула скрижали на место, прежде чем поднять упавшего разрушителя проклятий, удалив все, что его поразило, длинным взмахом палочки. Она направила свою команду на минуту, когда каждый из них карабкался, указывая на то, что нужно следовать ее инструкциям, прежде чем снять защитную мантию и повесить ее на крючок, прежде чем взять Гермиону за руку и вывести ее. Дом в Авиньоне оказался таким красивым, как и ожидала Гермиона. Оригинальное здание, вероятно, построенное несколько сотен лет назад, расположенное в переулке, всего в десяти метрах от большого парка и в пяти минутах ходьбы от берега, было идеально для них расположено. Но Гермиону это совершенно не заботило. Ее заботило то, что там была кровать, и как только они окажутся внутри, она потащит Флер к ближайшей. Она почти не видела жилого помещения открытой планировки, отремонтированной кухни и даже заколдованного витража, освещающего прихожую всеми цветами радуги. Ее внимание было приковано к Флер и снятию с нее рубашки, когда они, спотыкаясь, поднимались по лестнице, обхватив друг друга руками, и изо всех сил старались целоваться всю дорогу до первой спальни, до которой смогли добраться. Гермиона застонала, когда они упали на кровать, и руки Флер быстро расстегнули ремень и расстегнули молнию на брюках. Флер отстранилась, и Гермиона заскулила, протягивая руки, чтобы оттащить ее назад. Она остановилась, когда увидела, что Флер выбрасывает лифчик и занимается штанами. Гермиона только что начала свою, когда они услышали знакомый стук внизу. Они замерли, когда дверь внизу открылась и закрылась. Гермиона смотрела, как лицо Флер скривилось от разочарования, когда они услышали голос Габи, зовущий ее вверх по лестнице. — Флер, Эрмиона! — Давай просто притворимся, что нас здесь нет, — прошептала Флер, взбираясь на Гермиону и укрывая их обоих одеялом. — Маман знает, что ты здесь, и она придет с обедом. Она послала меня предупредить тебя. Голос Габи звучал ближе. Гермиона закрыла лицо руками, когда они услышали, как Габи прыгает вверх по лестнице, а затем останавливается в дверях. Через несколько шагов одеяло поднялось, и перед сияющей Габи открылись их лица. Флер уставилась на нее. — Так что одевайтесь и спускайтесь вниз, потому что она уже говорит о весенней свадьбе. Флер вздохнула, когда смеющаяся Габи спустилась вниз. Гермиона вздохнула, и они сбросили одеяло. — Это будет повторяющаяся проблема, не так ли? — спросила Гермиона. Флер снова вздохнула. — Только пока мы не поженимся, тогда это немного уменьшится… я надеюсь. Они услышали, как внизу снова открылась дверь. — Флер! Эрмиона! — Закричала Аполлина. — Я приготовила обед . Флер вздохнула. — Не слишком ли поздно для меня вместо этого переехать в Англию? — спросила она. Гермиона рассмеялась и поцеловала ее. — Боюсь, я уже приняла эту работу. Флер вздохнула, а затем быстро снова накрыла их обоих стеганым одеялом, пока Аполлина поднималась по лестнице, снова выкрикивая их имена. Они стояли очень тихо, когда она остановилась в дверях и фыркнула. — У вас может быть пятнадцать минут на секс, но потом я жду внизу, чтобы обсудить ваш переезд. Они услышали, как закрылась дверь спальни, и высунули головы, чтобы убедиться, что она ушла. Флер молча указала на окно. — И даже не думай улизнуть из сада , — добавила Аполлина. Гермиона начала смеяться, когда Флер поверженно уронила голову на кровать. Гермиона поцеловала ее, и Флер улыбнулась, целуя ее в ответ. — Позже, — пообещала Гермиона. Флер снова поцеловала ее. Затем снова ее руки двигаются выше. — У нас есть пятнадцать минут… Гермиона посмотрела на Флер, потом на закрытую дверь, потом снова на Флер. — Я первая, — сказала она. Она быстро наложила заглушающие чары, когда ухмыляющаяся Флер схватила ее нижнее белье и сорвала его, прежде чем с тихим стоном уткнуться лицом между бедрами Гермионы. Они, спотыкаясь, спустились по лестнице более чем через пятнадцать минут и обнаружили за столом Аполлину и Габи, смеющихся во время еды. — Смотрите, кто появился, — поддразнила Габи. Флер поморщилась, глядя на сестру, когда подошла к зеркалу, чтобы поправить прическу. Гермиона села с легкой улыбкой и покраснела, когда Габи посмотрела на нее. — Вот, тебе нужно что-нибудь, чтобы восстановить силы, — сказала она, пододвигая к Гермионе миску с супом. Румянец Гермионы немного усилился, но теплая улыбка Габи сняла смущение, когда она взяла кусок хлеба и окунула его в суп. — Итак, — сказала Аполлина, улыбаясь ей через стол. — Когда свадьба? Гермиона заморозила хлеб на полпути между тарелкой и открытым ртом. — Мы не женимся! — раздраженно сказала Флер. Она села рядом с Гермионой и нежно сжала ее бедро, выведя ее из встревоженного состояния. Гермиона быстро набила рот хлебом. — Пока, — сказала Аполлина, и ее улыбка стала еще шире, когда она посмотрела на них.