Часть 7 — Открытие.
29 января 2023 г., 21:15
На улицах империи кипит жизнь, нет ни одного человека, который остался дома. Нет ни одного человека, который не чувствует причастности к этому дню — от Северных земель через ледяные проливы с масштабными герцогствами до дальних Южных цветочных полей с тихими землями графов. Не было такого закутка, где позабыли разукрасить улицы. Сегодня ведь начало гуляний, пора отдать честь своим истокам!
Сегодня жара милостиво спала, дул приятный ветерок, так ещё и студенты могли снять свою плотную униформу и одеться по погоде, но с соблюдением некоторых норм. Исаги, Бачира и Микаге с самого утра были среди этого праздничного шума : птицы щебетали над домами, музыка ветра мягко звенела у каждой двери, струны арф искусно перебирались где-то среди улиц, а фанфары не переставали играть ни на мгновение; среди всего этого потока были слышны радостные разговоры людей и звонкие традиционные песни. Юноше нравится эта атмосфера, он чувствует нечто большее, ведь это не только про человеческие усилия — многое стало возможно благодаря магии, которая с течением времени облегчает жизнь имперцев. Сколько бы раз ему не пришлось быть на открытии, тëплые чувства не могут измениться. Он смотрит на своих друзей и улыбается, когда думает, что они в силах сотворить нечто подобное. Исаги это придаёт сил.
—Ты издевался над нами, когда говорил, что не знаешь о Летнем фестивале?—говорит девушка, поправляя свою шляпу, остановившись возле витрины.
—Так я и не знал, что вы Солярис фестивалем считаете!—смеётся Бачира, и пользуясь случаем, встаëт рядом с Исаги, — У нас на землях это с солнцестоянием связано, мы время в церкви проводим, —он берёт юношу за руку и начинает весело качать, — Давайте после Академии первое лето у меня отпразднуем!
—Поживëм — увидим, —пожимает плечами Исаги, но ловит расстроенный взгляд, —Хотя я понимаю, у многих свой сакральный смысл этого дня. У нас на Востоке, как я говорил, больше военные победы в почёте, — он смотрит на Микаге, которая всë ещё крутится у зеркала, —А так как магии у нас никогда не было, всë проходит несколько скромнее.
—У тебя такой консервативный дом, — девушка наконец-то возвращается к ним, —Начнëтся война, тебя сразу же на передовую запихнут.
—Будет война!? —восклицает Бачира, но Исаги тут же закрывает ему рот ладонью. Некоторые люди оглянулись на них с тревожным взглядом. Микаге быстро подошла к ним и вдобавок шикнула.
—Шутка! —фыркает девушка, когда Бачиру наконец отпускают, — Не расплачься раньше времени, нам тебе ещё экскурсию проводить, — Микаге подхватывает Бачиру за другую руку, а Исаги воодушевлённо кивает, и они вдвоём потащили друга сквозь все самые яркие точки города.
Первым делом им попалась лавка с разноцветными рыбками за стёклами. Вокруг них собралась целая толпа детей, которая наблюдала за этим подводным хороводом. Хозяин подкармливал рыбок, поэтому они суетились с ещё большим масштабом. Исаги не понял, что в этом такого увлекательного, но Бачира и Микаге тоже остановились. Девушке настолько понравилась эта идея с немного примитивным аквариумом, что она захотела купить несколько себе. Бачира тоже поддержал эту идею, и они начали торговаться! Юноша пытался их вразумить, что это ответственность, что для них в общежитии нет условий, но по итогу они шли дальше с небольшим мешочком. К счастью, купить удалось только одну. Исаги грустно усмехается, возможно, из-за неё потом подерутся.
Чем дольше они шли, тем короче становился их шаг. Исаги был в городе вчера, но сегодня он будто заново расцвёл. Бачира и Микаге что-то обсуждали между собой — ярмарку магических камней, которая должна была быть где-то здесь. Юноша из уважения поддакивал, но даже не пытался вдаваться в подробности. Его мысли были заняты этой красотой вокруг : цветы переливались на солнце голубым цветом, капли воды сияли как драгоценности, а их сладкий запах придавал сил, оседая в самом горле. Для Исаги символ солнца, естественно, хризантема, но в этой империи таким цветком выступает белая лилия. Поэтому её и нельзя повсеместно встретить как украшение, её разрешено использовать только церкви и правящей семье. Даже у магической башни нет на это полномочий. Юноша находит это забавным, Кайзеру наверняка было всë равно на какой-то такой запрет, может, у них во дворе целые луга с этими лилиями в знак протеста. Когда Исаги ловит себя на этой мысли, его лицо мрачнеет, ему приходится закусить щеку, чтобы не выругаться. Долго находиться на солнце всë-таки вредно.
Бачира тянет их в небольшое кафе, где не так много людей относительно всего масштаба. В здании они могут спокойно присесть, продолжая разговор.
—Нет, свойства камней связаны напрямую с твёрдостью, — качает головой девушка, — Чем она выше, тем больше маны может пропустить через себя.
—Ты рассуждаешь как какой-то учёный, — бубнит Бачира. Когда он успел забрать у неё шляпу? —Это связано с происхождением! Конечно, с восточных шахт одни безделушки везут, — он обнимает Исаги на шею, притягивая к себе, —Не в обиду, Исаги! Ты лучший!
Юноша неловко смеётся, продолжая слушать этот спор. Они оба были правы и не правы одновременно, но на объяснение бы ушёл весь день. Как там говорят, некоторые вещи нужно просто прочувствовать.
Набравшись сил, они выходят на улицу, направляясь к главной площади, где уже давно выступали бродячие музыканты, которые в этот год так удачно оставались именно здесь. Исаги ведёт их сквозь людей, чтобы удобно встать не так далеко от выступающих. В воздухе витает нежная мелодия духовых, завывание скрипок и звон колоколов. На удивление, такие разные инструменты находят отклик в каждом сердце — здесь не слышно привычных разговоров. Даже Бачира и Микаге замолчали, наслаждаясь этой атмосферой. Юноша несколько раз косо поглядывал на них, ему давно хотелось улизнуть, но его друг точно бы это заметил, как не заметишь, когда пропадает рука из руки! Но сейчас поток людей становится немного менее контролируемым, Исаги тихо предупреждает, что отойдёт за кем-то знакомым или что-то в этом духе. К его счастью, реплика остаётся проигнорирована.
***
Может мысли и правда материальны. Исаги уходит дальше, останавливались возле небольшой, украшенной ирисами, повозки с разными деревянными игрушками. Если Бачира и Микаге пойдут дальше, то они обязательно пересекутся на пути к ярмарке. Есть шанс, что они решат искать его где-то позади, но это будет всë сопровождаться криками, вот в чëм нельзя было сомневаться точно. Юноша с интересом разглядывает эти безделушки, Рео очень постарался с привлечением людей на это действие : местных, приезжих, кочующих. Навыков у него не занимать, да и Рие с наследственностью не отстаёт, правда, какая разница, если Исаги не сможет ничего исправить. Он вздыхает, опуская взгляд, а когда снова поднимает его — видит до боли знакомую фиолетовую макушку.
—Микаге! — машет Исаги, подходя ближе.
Рео оборачивается, отходя с дороги, и приветливо улыбается. Это скорее вежливость, чем какое-то дружелюбие.
—Можешь звать меня Рео, пусть наша фамилия останется для этой девчонки, —он пожимает плечами и продолжает идти. Исаги выравнивается с ним, пытаясь подстроить шаг.
—А где Наги?— задумчиво говорит юноша, оглядываясь по сторонам в поиске этого почти двухметрового парня.
—Сказал, что один студент его очень утомил. Поэтому ему нужен выходной, — в голосе Рео прослеживается некоторая усталость, он ведь пытался его растолкать абсолютно точно. Ну ничего, ещё столько мероприятий, на которых Наги обязан быть, ещё успеет отработать свою капризность, — А где Рие? Не говори, что с тем отстающим.
—Бачира, его зовут Бачира, — переводит в шутку Исаги, —Не всë же мне за ней таскаться. Люди могут не так понять, —он пожимает плечами и издаёт лёгкий смешок, прикрывая глаза. В ответ ничего не следует, это заставляет Исаги слегка напрячься, будто воздух заметно потяжелел. Рео останавливается прямо перед ним, из-за чего юноша врезается в широкую спину.
—Не пренебрегай её доверием. Люди понимают ровно так, как это и есть, — холодно говорит Рео, не обернувшись.
—Ты о... —Исаги приходится сделать шаг вперёд, чтобы увидеть его лицо, — Нет, это заблуждение, —твëрдо отвечает юноша, увидев напряжение собеседника. На этот раз именно он начинает шаг, уходя всë дальше от площади, — Я всегда буду на её стороне. Именно поэтому поступаю именно так, ты знаешь.
—Ты не боишься разбрасывать такими словами? Если это услышит принц, твоя голова будет общественными достоянием за госизмену, — усмехается Рео, не обращая внимание на Исаги рядом, —Даже твоë поступление в Академию, всë с его лёгкой руки. Ты можешь обмануть кого-угодно, но не меня.
Неожиданно раздаётся громкий смех со стороны юноши. Он так искренне смеётся, что в уголках глаз образуются слëзы. Рео воспринимает это на свой счёт, готовый снова пойти в наступление, но его опережает Исаги.
—Ты хороший брат, Рео, — улыбается юноша и хлопает по плечу. Его руку резко отнимают, злобно что-то сказав под нос, —Я никому не обязан в этой жизни, ровно как и кто-либо мне, — он не знает, понял ли его Рео, потому что их прерывает крик со спины.
—Вы двое! Ни стыда, ни совести, — на девушку оглядывается вся улица, но ей до этого нет дела. Она стремительно приближается к ним, чтобы отчитать как маленьких детей.
Вскоре прибегает и Бачира, держа в руке какую-то флягу, видимо, купленную по дороге сюда. Они некоторое время о чём-то спорят, но в итоге Рео откланивается и уходит по другому направлению, перед этим бросив неоднозначный взгляд на Исаги : то ли презрение, то ли замешательство. Юноша прощается, не замечая вопросов со стороны друзей. Бачира обнимает его со спины, прося больше не оставлять его так.
Он выдыхает, Рео абсолютно прав в своих доводах — Исаги Йоичи и правда был лишь одним из людей из фракции принца, которому удалось приблизиться к нему наиболее плотно. Но даже так, в оригинале он встаёт на сторону Микаге, против кронпринца. Юноша неожиданно осознаёт, что невероятное количество влиятельных людей была против главного героя новеллы, но у них не было успеха, потому что они все в равной степени были и в негативных отношениях между собой, не сумев в нужный момент объединиться. Он останавливается как вкопанный. Что, если задушить амбиции принца в самом начале, перед тем, как он получил возможность стать первым в очереди на престол. Перед тем, как в его руки попала реальная власть. Может дело с самого начало было не в главной героине и любви? Исаги прячет голову в ладонях, громко простонав какие-то проклятия. И почему выжить стало проблемой имперского масштаба!
***
Ярмарка была настоящим сокровищем фестиваля — здесь были сотни различных видов магических камней со всего света. Какие-то были в виде аксессуаров, некоторые просто обработанные куски, а что-то прямо с рудой — на любой вкус и цвет, но приобретать могли только волшебники с лицензией, что очень расстроило Микаге. Как она могла упустить такую важную вещь? Но даже так вышла очень интересная экскурсия по миру через эти иноземные атрибуты. Исаги вроде слушал, но его мысли уходили куда-то от темы. Он знал, что у его семьи есть шахты, но там во многом история про серебро. Хотя, Исаги мог поклясться, что слышал что-то про добычу сапфиров в прошлом. Может быть, эти земли отошли другому герцогству, или ресурсы по обыкновению закончились. Исаги подносит руку к подбородку, внимательно рассматривая один из этих ярко-синих камней. Что-то в его сердце трепетало : то ли от этого слабого свечения, то ли от пристального взгляда на себе.
Исаги пришлось вернуться в Академию немного раньше остальных, но в этот раз они не теряли его и вошли в положение. Всë-таки вчера им обоим попало. Наказания пришлось избежать, но теперь в общежитии нужно быть даже раньше комендантского часа на протяжении всех выходных. Господи, надо было просто столкнуть этого мага и незаметно пройти в комнату. Нет, надо было вообще не соглашаться на его помощь. Он идёт к своему корпусу, на улице никого не было — все или в городе, или отдыхают где-то внутри. Так даже лучше, голова может отдохнуть от праздничного гомона.
—Йоичи, не знал, что ты ещё и жалкий предатель, — раздаётся вздох со стороны одного из учебных корпусов. Нельзя лицом к лицу выйти, к чему эти появления исподтишка. Исаги проходит мимо, делая вид, что не замечает Кайзера. С него хватит, каждый их разговор заканчивается какой-то неприятностью для него.
—Ну же, просто скажи, что испугался вчера до смерти, — открыто провоцирует Кайзер, громко усмехаясь, — В следующий раз я буду нежнее, — парень окончательно спускается с порога и идëт за Исаги.
Юноша продолжает молчать, но его терпение с каждой секундой безбожно трескается. Кайзер действительно знает, как вывести людей на эмоции.
—Или может, — начинает снова говорить Кайзер, но Исаги резко оборачивается. Они почти сталкиваются, расстояние между их лицами минимальное, что заставляет чувствовать дыхание друг друга.
—Не может, ты действуешь мне на нервы, —равнодушно бросает юноша и снова уходит, но его хватают за затылок и резко тянут на себя.
Исаги твёрдо выставляет руки, предотвращая дальнейшее соприкосновение. Кайзер продолжает усмехаться, чувствуя гневный взгляд на себе. Лицо начинает гореть, а улыбка становится шире, когда Исаги пытается вырваться из хватки. Парень милостиво отпускает его, и он со всей силой ударяется о шею Кайзера по инерции. Это становится последней каплей.
—Не приближайся ко мне, — Исаги отстраняется, придерживаясь за ушибленный нос. Ему и правда не понятно поведение Кайзера, что он мог в нём такого заметить. Нет, точнее, когда.
—Иначе? — он задумчиво хмыкает, продолжая хищно наступать, — Не забывай, ты только шут в моей истории. Не уходи из моего поля зрения, —Кайзер делает ещё один широкий шаг, но лишь для того, чтобы обойти растерянного Исаги.
—Вот оно как, — юноша закусывает губу. Он не хочет признавать самому себе, но эти слова задевают его. Потому что это правда? Нет, тогда они оба лишь строчки в чужой книге жизни, — Так и быть, — взвешенно говорит Исаги, — Я разрушу и твою жизнь.
Его настроение было испорчено окончательно, хотя он из последних сил старался держаться на позитиве весь день. Но это всë летит в тартарары, когда дело касается Кайзера. Даже кронпринц никогда не вызывал в нëм такого первобытного гнева. Чëрт, чтоб его!
Исаги заходит в общежитие, и к нему тут же подбегает встревоженный сокурсник.
—Приходил студент из класса B. Сказали, что возникла проблема с организацией соревнований!
Исаги никак на это не отвечает, лишь апатично качает головой, направляясь в комнату. Он хватается за ручку, но бессильно ударяется головой о дверь, его тело начинает немного потряхивать. Это день когда-нибудь закончится?
