Злобные мультики!

***

- Ха, прикол, - фыркнул я.       На самом деле ничего прикольного в этом не было. Что-то в голове наткнулось на какую-то стенку из чего-то наносного, этакую баррикаду. Зомби - это невозможное явление. Я посмотрел на остальных - по лицам видно, что они считали точно так же. Однако.       Они все - мультики. Пусть живые, думающие, с душой и проблемами психики. А значит, зомби - могут быть? Могут быть.       Щелчок в голове, звон в ушах. Тишина.       Мысли медленно улеглись, а я уже стоял у плана эвакуации и смотрел, как мне нужно будет выходить. - Сузуки! Сузуки-чан! - Просто! Просто хочется плакать! - Эй, рус, - подошёл ко мне Тенкен. Я покосился на мастера спорта по боксу. - Что задумал? - Не хочу надеяться на охрану, - ответил я. - В нашей школе учится до семи тысяч учеников разных возрастов и материального положения. Возможно, кого-то заберут.       Я подумал. - Остальных придётся забирать нам, - добавил я в размышлениях. - Нужно расставить по всем лестницам бойцов с баррикадами и тяжёлыми тупыми предметами. Кабинеты труда в это время должны быть заняты. Стоит поискать подручные средства, вроде тяжёлых вешалок.       Поняв и запомнив переходы, я снял со стены схему и сказал Тенкену: - Найди такую же, только большую, в коридоре, принеси сюда.       Сам же прямо на парте у растерянной девочки стал разбирать рамку, взял у неё карандаш и стал отмечать подходы, ориентируясь по собственным воспоминаниям. Много больших переходов, но были и узкие пожарные лестницы. Школа была многоэтажной, десять с лишним, с четырьмя столовыми, двумя спортзалами, огромной территорией. - Первое, что они сделают, попытаются обезопасить младшеклашек, - решил я и отметил на отдельном листе. Местная охрана была неплохой, полувоенной, не сказать, чтобы профессиональной - но дисциплинированной. - Если начохраны не начнёт разрывать между хотелками родителей, он будет действовать именно так. У нас есть час-два, прежде чем дети начнут задавать пугающие взрослых вопросы.       Я обвёл большие лестницы и лифты. - Все клубные классы и занятия, кроме спортивных, проводятся на этажах выше.       Я кивнул себе. В школе так же было стрельбище: для кюдо и пулевой стрельбы, с инструкторами в бронежилетах. Клуб кендо, клуб ниндзюцу - оба примерно с одним инвентарём. И, что важно, современными почти историческими доспехами. Настоящими катанами, копьями и другим оружием, как то: наганиты, нодати, вакидзаси, сюрикены, кунаи, петарды, кусаригамы, другое колюще-рубящее.       Отставив эти знания в сторону, поскольку сейчас, пока ситуация контролируется, никто оружие подросткам не выдаст, я лишь отметил их в блокноте, куда записывал всё по-русски, убористым почерком, но аккуратно, чтобы потом самому не запутаться.       Самодеятельность охрана и учительский совет попытаются пресечь. Тогда нам следовало приготовить всё необходимое для баррикад, и ждать. Ждать либо команды, либо развала управления, и тогда собираться в группы прорыва.       Потому что к тому времени мы уже наверняка будем в окружении.       Но это всё, что нужно было понимать.       Тем временем Тенкен припёр большую схему и положил её сразу на две парты. Я взял у девочки красный, синий и зелёный маркеры, пока та всё ещё никак не могла прийти в себя, стал отмечать. - Школа находится в насыпной части суши, - стал я отмечать, - вот тут берег Токийского залива, вот здесь улица Сасаки, на севере Томурамати, на востоке выезд на семьдесят восьмое шоссе.       Стал указывать конусы наблюдения от стен. - Мы видим эту часть, вплоть до частной застройки. Тут неподалёку должен быть большой универмаг. - Да, его отсюда видно. Трёхэтажный Бибика, - согласился Тенкен. - А нам нужно смотреть в основном шоссе, на склады стрелков, на парковку школьных автобусов. - А у нас есть школьные автобусы? - удивился Тенкен.       Я даже замер. - Ну, да, вообще-то, - сказал я, припомнив. - Не все добираются на кадиллаках.       К нам подошла Хаганезука. - Что делаете, мальчики? - спросила она строго. - Уже собрались заниматься выживанием?       Учительница посмотрела сперва на меня, потом на Тенкена. - Нестандартная ситуация, - машинально ответил я, - заражённый неизвестным вирусом противник. Выбираем методы противодействия его скоплениям и готовимся к возможной эвакуации личного состава с опасного участка.       Остановился. Задумался. Я ведь ответил по-русски, хоть и чётко по делу. - Неко-чан, тебя не поняли, - Хаганезука наклонила голову на бок и улыбнулась. - Тут немногие знают русский. - А-а, - я задумался. - Похоже на какой-то военный план, - сказала хозяйка парты. - Кисида-сан, помолчи, пожалуйста, - попросил я.       Затем определился. - Нужно разобраться на три группы: наблюдатели, вестовые, боевая группа. Боевая группа - это тяжёлые и крепкие мальчики, вооружённые длиннодревковыми орудиями ближнего боя, пусть импровизированными. Молотки и топорики. Остальным нужно уметь владеть. Красные участки - это узкие переходы, синие - широкие, а зелёным выделены места для наблюдения.       Я постучал по большой схеме и сказал Тенкену: - Всё, можно обратно вешать. Так все будут знать, что от них требуется.       Я удовлетворённо вздохнул. Огляделся пошёл сидеть на своём стуле и за своей партой. Больше делать было нечего, только ждать и наблюдать. Хаганезука же вместе с Тенкеном, собравшись разом, поволокли большой стенд к выходу.       Когда учительница вернулась, дети расселись. Один поднял руку. Хмуро посмотрев на него, учительница разрешила: - Да, спрашивай. - Сенсей, а нас отпустят домой? - спросил мультик.       Я вздохнул тяжело. Сидеть здесь было скучно, особенно когда головная боль прошла, но и выйти было невозможно - запретили же выходить, да и учитель вряд ли отпустит к кабинету труда. А более никуда меня не пропустят.       На месте охраны я бы сейчас выставлял посты по всем местам активных перемещений всех лиц. Хотя бы для понимания ситуации. Хотя у местных охранников не было раций - во всяком случае на виду - и особого смысла в таких постах без постоянной связи не было, им действительно стоило бы организовать охранение детишек.       Сколько младших классов было в академии? Три, и по четыре на каждой параллели. Это двенадцать на двадцать. Двести сорок маленьких детей, за которыми нужен постоянный пригляд в таких условиях.       "Будет лучше, если мы все ошиблись", - подумал я.       И далее - огромное количество детишек повзрослее, но от этого не менее проблемных. Школе просто придётся как-то организовываться, и немедленно, чтобы как-то удержать их во вменяемом и управляемом состоянии и не допустить трагедии.       Урок, конечно, прекратился сам собой, все ждали распоряжений по громкоговорителю, прибрав учебники и канцелярию по сумкам и портфелям. Я же маялся, поглядывая на телефон - стоит ли сейчас звонить послу Кошечкину и просить меня вытащить? Впрочем, Мусаси наверняка уже позвонила. Я же сомневался: я знал что такое карантин и с чем его едят. По-хорошему, если у нас зомби, то максимум на что следовало рассчитывать, это доставка еды, а не эвакуация.       Пока я думал и расслаблялся - учителей старших классов начали по одному вызывать в учительскую. Хаганезука начала волноваться сильнее, хотя и так была очень мрачная.       Я вздрогнул, вытащил телефон из кармана, однако это был не ожидаемый номер начальника службы охраны посольства, а номер, вроде бы, американки Ленгли.       "А разве я давал ей свой телефон?" - задумался я. Вызов, впрочем, принял. - Алло, - отозвался в трубку раскладушки. - А! Неко-чан, это ты? - раздалось из трубки по-английски.       Я успокоился и кивнул. - Да. А ты кому звонила? - спросил я. - Неко-чан, я тут застряла в подсобке стрелкового клуба! - Асука проговорила быстро и довольно нервно. - И тут ходит какой-то придурок! Стучится, мычит, а когда я его зову, чтобы открыл, вообще ломиться начинает. Можешь разобраться, как с теми дебилами на мотиках?       Я задумался. И правда послышались удары. - А, вот опять. - А почему ты врёшь? - спросил я. - Так бы и сказала, что сама от кого-то закрылась.       Оттуда сразу ж раздался крик: - Мне говорили, что русские своих не бросают! - причём по-русски, язык своего противника она плохо, но знала.       Тишина. - Тут этот. Зомби. Только не смейся.       Я посмотрел на Тенкена, тот прислушивался. - Ты же мне сама рассказывала, что способна справиться с любым мужчиной. К тому же, ты в стрелковом клубе, Асука, - напомнил я. - В упор для лба хватит и ваших пистолетов с винтовками. - Ты... Неко-чан, помоги, а! Я до полиции не могу дозвониться. Неко-ча-ан! Поможешь?       Я думал. И пока я думал - с той стороны начались всхлипывания. - Да, попробую, - сказал я, пытаясь прикинуть план. - Жди, скоро буду.       Повесил трубку. В любом случае, сперва нужно было дождаться, пока Хаганезука покинет класс, и только тогда выдвигаться.       Боксёр посмотрел на меня вопросительно. Да и соседка по парте, Арисака, прижала ладошку ко рту и смотрела с ужасом.       Ну, да. Я же только что сказал, что убью человека. Во всяком случае, так они могли понять, если знали английский хотя бы на моём уровне.