Carpe diem

       Страх это одновременно и самое лучшее, что дано человеку, благодаря ему мы тысячу лет выживали и выживаем, он спасет нас в самых тяжёлых ситуациях, но в то же время он сковывает. Заставляет идти на то, что человек никогда бы не пошёл в здравом уме. Именно страх заставил Юлю выдать все что она знала об Олеге. Именно он сейчас привёл Волкова в аэропорт и именно это чувство, сейчас овладело Сережей. Настолько сильное и поглощающее, что трудно дышать. Паническая атака. Так называет это Рубинштейн. Сергей бы сказал иначе. Безумие. Полнейшее. Он держится из последних сил от того что бы не отдать себя в лапы когтистому демону. Страшно. Очень страшно. Особенно когда это существо настолько сладко щебечет:        — Сереж, ну не тупи, — он улыбнулся и провел когтем по бледной щеке. Разумовский же положил между зубами кусок одеяло, чтобы не заскулить от своего же отчаяния. — Дай мне свое тело и ты обретёшь свободу, птенчик. Ни боли. Ничего. Заманчиво, правда? — слеза приземлилась на подушку, а парень уже не мог сдерживаться. Его трясло. Знатно трясло. — Ты же знаешь, что я не вру. Свобода тебе гарантирована, — Птица ухмыльнулась и осторожно села рядом и начала поглаживать Разумовского по бедру. В какой-то момент он просто зажмурил глаза и отвернулся к Игорю, начал его трепать, толкать, бить по спине, пытаться разбудить, только для того что бы не поддаться, только для того что бы не оставаться со своим безумием наедине.        — Серый, чего… — увидев красные глаза, он тут подскочил и начал зацеловывать его щеки. — Эй, чего ты? — Игорь тут же прижал его к себе. У самого сердце колотится как у бешеного.        — Птица, он снова… Снова проснулся, — прошептал паренёк и шмыгнул носом. — Нужно звонить Рубинштейну, вдруг я кому снова наврежу, — слезы не получалось сдерживать совсем. Он сжал в кулак футболку на спине Грома, а сам уперся ему лбом в грудь. Парня ужасно трясло        — Увы, но единственный, кому ты можешь навредить это себе, — Игорь дотянулся до настольной лампы и включил свет, а потом взял смартфон с тумбочки и набрал номер врача. Тот сам просил звонить в любое время. Лишь бы Сереже было лучше. Было что-то в их отношениях семейное, тёплое что ли. Гром никогда не понимал что и почему, но Разумовский всегда приходил от психиатра с улыбкой на лице, даже когда не мог чисто-физически веселиться из-за таблеток, он все равно умудрялся поднять ему настроение. — Здравствуйте, — прошептал виновато майор. — Снова птица. Да, мы можем приехать. Сейчас? — он закусил губу и посмотрел на Сережу. — Хорошо.        Разумовский же понял все с полуслова. Снова больница. Он встал с дивана и подошёл к шкафу, откуда вытащил большую сумку, куда начал складывать вещи. Руки Сережи дрожали. У него всегда была собрана сумка со всем необходимым, оставалось закинуть туда лишь парочку вещей для того что бы переодеться и он готов снова отправляться в психушку. Снова быть заточенным в белой палате. Снова спать по двадцать часов в сутки из-за таблеток. Снова заставлять себя есть. Снова. Снова Снова! Сережа от злости швырнул сумку в стену, а потом прикрыл лицо руками. Нет, он не готов. Не хочет. Не должен! Черт…        — Может ещё не положит, — прошептал Гром, вставая с кровати. Сережа обреченно посмотрел на любимого. Гром знал этот взгляд. Он видел его, когда отвозил Сережу к Рубинштейну впервые. Он видел его и в Олеге… Да, там страшно, плохо кормят, да ещё и уколы, но там он не опасен. Сережа не навредит ни себе, не Игорю, никому. Эта мысль грела, помогала, спасала. — Поехали пока просто на сеанс к нему, а если уж действительно скажет полежать месяцок, то я привезу тебе вещи, — он подошёл ближе и прижал к себе, Разумовский уронил подбородок на его плечо и вздохнул. Он никогда не будет нормальным…

***

       — Такая красивая, — Джесс улыбнулась и осторожно положила на Юлину щеку руку, та и осторожно потерлась об нее словно котенок. — Кто же знал, что ты такая ручная, — террористка усмехнулась и отстранилась. Пчёлкиной сейчас хорошо, тепло и не страшно. Теперь она ничего не боится, ведь понимает, что с ней хорошие люди, которые борются за правое дело. Да, вы не ослышались. К большому сожалению, между сектами и преступными организациями было нечто общее. Они умели путать разум и внушать свои мысли. В «Культе волков» или же просто «Волки» мозгопромывателем являлась та самая Джессика, принцесса этой группы и дочь основателя. Некоторые, как Юля, почти сразу ведутся на красивые слова и лапшу на ушах. Но встречались и такие как Волков и почти всегда Джесс игралась с ними и они становились частью организации. Тут же нет. Мало того что эта псинка, даже после шантажа, от исхода которого зависели жизни его друзей, не поддался. Так ещё и выжил. Начал нормальную жизнь. Родригес даже загорелось этим парнем. Настойчивый с большой силой воли и удачей. Теперь она не хочет его убить лишь присвоить. Возможно даже сделает своим приближенным, а благодаря одной юной особе с красными волосами, девушка теперь знает о том, что Волков встречается с майором полиции. Оказалось, что Олег совершенно случайно проговорился тем же вечером, когда и был записан на видео танец. Теперь осталось узнать имя этого загадочного партнера и дело в шляпе. Хотя, кто знает, может он никак и не отреагирует на смерть любимого. Бывшего любимого вернее, они же сто процентов расстались. Щеночек уже сто процентов не в городе, возможно в другой стране, ну ничего. Джесс найдет способ с ним связаться, главное сначала вычислить личность майора и знатно повеселится, а пока… Родригес осторожно коснулась трепетных девичьих губ и улыбнулась. Юля как цветок, который хочется сорвать и наблюдать за тем как он увядает. Впрочем, так оно и будет, ведь не простые же уколы ей делают. Даже если Пчелкина выйдет из волков, то останется гребаной наркоманкой и все равно вернется за дозой. Джесс слегка отстранилась от чужих губ и посмотрела в затуманенные глаза. Зрачки расширены, а саму девушку подтрухивает. Она усмехнулась и взяла с тумбочки наручники, а потом пристегнула девушку к батарее. Сейчас ей хорошо, но скоро будет отходняк и ей бы не хотелось, что бы наша журналистка-блоггерша случайно покончила с собой во время ломки.

***

       Что-то не так. У Олега чуйка хорошая, он понимает, что что-то происходит. Нет, ему это кажется. Да, он просто перенервничал. Нет, все определенно хорошо. Как же кружится голова. Он сейчас в Германии, Игрок уже добыл фальшивые документы, симка выброшена, а с ним только новая карта и дом, который Рома купил себе, но великодушно разрешил ему поселиться. Все-таки вся эта ситуация произошла из-за того что именно он предложил Волкову контракт. И естественно мужчина чувствует вину за весь погибший отряд, да, он выплатил компенсацию всем родственникам, но… Деньги не заменят жизни. Никогда. Волков кое-как доехал до деревушки. Тут все такие другие. Сразу видно другой менталитет, да и немецкая речь режет ухо, хотя он даже где-то слышал русский. В толпе. Так странно и даже приятно.        Домик оказался маленьким и даже уютным. Приятный свежий ремонт, новая мебель, камин и небольшая кухня, загляденье. Парни всегда мечтали о такой жизни… Жаль, что получит ее лишь Волков. Ну ничего, им вдвоем безопаснее. Он сделал глубокий вдох и сел на диван. Голова болела безумно, а от своих же мыслей хотелось вскрыться. Что бы хоть как-то отвлечься, он включил телевизор. Шел какой-то немецкий мультик. Черт. Как же сложно все. Особенно, если учитывать тот факт, что с языком у него гигантские проблемы. Парень сделал глубокий вдох. Нужно покурить. Он вышел на улицу и достал из кармана паку сигарет. Голова кружится. Когда он ел последний раз? Кажется, они с Громом завтракали вместе? Или ужинали? Не важно. Он сделал одну затяжку и посмотрел на небо. Теперь тучи и здесь. Он хоть где-нибудь увидит солнце? По телу прошла легкая дрожь и он, не докурив, вошел в дом.

***

       — Я не знаю, что с ним сделать, — прошептал Рубинштейн, а Игорь закусил губу. — Лечение помогает на этапе лечения. Но стоит ему бросить таблетки, как все. Птица снова возвращается, — он сделал глубокий вдох и устремил взгляд в папку Разумовского, которая была толще раза в четыре, чем медицинская карточка Грома.       — Может тогда снова таблетки? — шепотом произнес мужчина, а сам еле сдерживал слезы. Он просто не может потерять двух любимых людей. Нет. Он сохранит хотя бы Сережу. — Я заплачу любые деньги. Правда. Устроюсь в какую-нибудь охранную организацию, надо будет, воевать поеду. просто скажите нужную сумму?       — Игорь Константинович, — даже по первым двум словам, мужчина понял, что хорошего не стоит ждать. — У Разумовского уже проблемы с сердцем и почками, если он продолжит пихать в себя каждый день препараты без передышек, то ему и года не прожить. Я сожалею, но тут либо психушка, что бы он не навредил себе, либо…       — А если я буду присматривать? — по щеке мужчины скатилась слеза. — Возьму отпуск? Буду с ним? Это поможет? Я где-то читал, что позитивные эмоции дают свои эффекты. Может птица уйдет? — тараторил он в слезах. — Может хотя бы ненадолго поможет? А там… Не знаю. Снова к таблеткам. Я постараюсь что бы он еще месяца два без таблеток продержался. Нормальная передышка? Прошу не кладите его в больницу. Он же с ума сойдет если останется с ней один на один…       — Даже не знаю как поступить, — прошептал мужчина и достал из-под стола бутылку воды, после чего открыл и всучил Грому. — Попейте и успокойтесь. С одной стороны вы правы. Сережу опасно оставлять со своими мыслями, но вы же тоже не можете быть всегда рядом…        — Пожалуйста, я буду возить к вам на сессии, — обреченно произнес он и увидел как на лице мужчины появилась нотка сомнения. Он тяжело выдохнул и посмотрел на грома, а потом в сторону двери. — Черт с вами, только нужно подписать пару бумажек и оформить тебя как сиделку. — Игорь быстро закивал головой. Если есть шанс на спасение хоть кого-нибудь. Он им воспользуется им и плевать на все но, что встретятся у него на пути.        Спустя тысячу бумажек, которые он заполнил и прочитал, Гром вышел из кабинета Рубинштейна и отправился в палату, куда на время переговоров поместили Сережу. Тот молча лежал на кровати и смотрел в одну точку, пока Птица в его голове не унималась и полностью занимала его мысли. Хотелось просто перерезать себе чертово горло и больше никогда не мучать не себя, ни Игоря, никого. Он лишь обуза, всегда ей был. Вдруг парень услышал шаги. А потом перед ним распахнулась дверь. Это был майор. Взгляд усталый, кажется, он немного постарел за эти два дня. Мужчина осторожно присел возле любимого и начал поглаживать его по голове.       — Мы сейчас едем домой и возможно придётся взять академ, слышишь? — Сережа машинально кивнул и прикрыл глаза. Птица же хищно улыбнулась и осторожно коснулась шеи мужчины.       — Какой заботливый, — он усмехнулся. — Как там было в той песне, — Птиц осторожно коснулся его щеки. — Ты просто обручился с обреченным, майор.       Сережа не обращал внимание. Все это в его голове. Все хорошо. Ничего этого нет. Он сделал глубокий вдох и все-таки встал с кровати. Раз его отпускают, то какой смысл тут гнить? Игорь осторожно взял его за руку и они вместе пошли к выходу. Им двоим страшно, но они справятся. Всегда справлялись, а там может и Олега найдут. Гром уже попросил Прокопенко заняться этим делом, кто же мог подумать, что это действие станет последнем гвоздем в гроб. Вот только чей?        Игорь осторожно вывел Сережу на улицу и увидел какого-то парня с черно-синими волосами в капюшоне. Он пристально смотрел на них, но не решался подойти. Балор понимал, что уже ничего не изменить, но хотел помочь. Раз любовь свою не уберег, то может хоть им поможет? К сожалению, парень настолько глубоко ушел в мысли, что и не заметил как они сели в машину. Черт! Балор сделал глубокий вдох. Волки близко. Он может помочь? Сам не знает. В голове туман. Парень знает, что иногда в таких организациях задействуют все стези, включая и магию, поэтому он постоянно путается, видит разные картины, словно его пытаются сбить, хотя может так оно и есть. Юноша сделал глубокий вдох и достал из кармана смартфон, после чего почувствовал резкую боль на затылке. Парень упал на землю последнее, что он увидел это зеленые глаза и такого же цвета плащ.

***

       — Можем пиццы заехать купить? — прошептал он и посмотрел в зеркало. Сережа почему-то впервые не захотел ехать на переднем, а обычно они дрались с Олегом за это место… — Сереж?       — А? — он посмотрел в сторону Игоря, а потом вбок. Птица сейчас выглядела иначе. Вся в язвах, похожая на зомби. Она словно пыталась довести парня до грани и показывала все более жуткие картины.       — Сереж? — еще раз переспросил Гром, и Разумовский снова повернулся к нему.       — Да, я бы поел, — прошептал он и прикрыл глаза. В голове голос. Его собственный, но другой. Этот голос опоясывал мысли, склонял к злу, заставлял делать то, что не нужно. Он буквально был как вирус, который поражал Сережу, его мысли чувства. Черт, теперь он понял иронию про зомби…       Машина остановилась возле небольшого кафе. Игорь сначала сам вышел из машины, а потом выпустил Сережу. Повезло, что на пути они встретили круглосуточную забегаловку. Это оказалась обычная фастфудница. Видимо никто не ожидал клиентов в столь поздний час ведь зал был пустой. Но стоило Грому крикнуть, как из кухни вышла уставшая девушка. Наверное только проснулась. Она проводила парней, приняла заказ и снова пошла на кухню. Сережа же все это время не поднимал глаза и смотрел тупо в стол. Птица повсюду. Он не хочет ее видеть.       — Может на море слетаем? Ты же хотел? Я отпуск возьму? — произнес Гром и улыбнулся, а у самого сердце кровью обливается.        — Мы так быстро забыли об Олеге? — вдруг прошептал он и все-таки поднял глаза. Они были голубые. Все еще голубые. Это хорошо.       — Нет, сладкий, его ищут, ну а пока мы можем немного отвлечься, — прошептал Гром и вдруг его взгляд устремился в окно. Совершенно случайно. Он увидел в нем кудрявую девушку, которая махала рукой. Может старая знакомая? Она поти сразу зашла в кафе и присела рядом.       — Здрасте, — она улыбнулась. — Я Джесс. Вы ищете Олега? — произнесла она и Сережа резко обернулся в ее сторону. Птица вдруг замолчала… — Мы вместе служили, вместе вышли из плена, — прошептала она. — Я знаю, что он пропал. Хочу помочь в поисках.       — олег же говорил, что только он выжил? — недоверчиво произнес Гром.        — Да, я тоже так говорю. Это команда от начальства, что бы в случае чего остальные остались в живых, — улыбка пропала с ее лица. Гребаная артистка. — Слушайте, я понимаю, что у вас нет оснований мне доверять, но… Я действительно хочу помочь, а вам решать, принимать ли протянутую руку.       — Ты знаешь где он может быть? — вдруг произнес Игорь и она кивнула. — Хорошо, я сейчас отвезу Сережу к дядя Феде и встретимся тут через час, — произнес он и встал из-за стола, а потом поднял Разумовского.       — Договорились, майор, — она улыбнулась и парн вышли из кафе.