По осколкам нетронутого счастья

      — Алло, дрыхнешь что ли? — первое, что слышит Кира, когда отвечает на звонок, издающийся из её телефона. — Новый год скоро, проспишь. Давай, вставай уже, — говорит Кристина по ту сторону экрана.       — Встала я. Чё случилось? — спрашивает растрёпанная и сонная Медведева, смотря на электронные часы на тумбочке.       — Дело есть! — явно в весёлом настроении кричит Захарова в трубку. — Баранку в руки и едь ко мне!       — Ладно, всё, щас, давай, — отвечает Кира и, отчасти раздражившись от таких возгласов, заканчивает звонок.       Еле встав с кровати, девушка ощущает дикую слабость по всему телу. В таком состоянии совсем не хочется садиться за руль и кататься по магазинам, но выхода не остаётся. Такая же ситуация и с приближающейся встречей с Лизой, от одной мысли о которой появляется тревожность.       Слова Кристины «Едь ко мне!» крутятся в голове девушки, заставляя Киру всё-таки сдвинуться с места и начать собираться к подруге.

***

      В городе новогодняя суета: все ездят по магазинам, разбирают прилавки с алкоголем и соответственно занимают все парковки своими машинами.       Кристина, сидящая на переднем пассажирском сиденье, достаёт из кармана джинсов телефон и вчитывается в список Виолетты, чуть хмуря брови. А затем довольно улыбается, когда видит, что за ним следует сообщение с благодарностью. Кира, в свою очередь, совсем не рада общению девушек, возникает чувство той же истории, что произошла с Лизой. Медведева тихо бурчит и ругается себе под нос, видя, как перед ней собирается пробка.       — Короче, едем в КБ, а остальное в Пятёрочке купим, — диктует Кристина, листая список того, что нужно купить.       — Куда им так много? — спрашивает Кира, когда она, стоя на светофоре, кидает взгляд на количество «заказанного» алкоголя.       — Не знаю, наверное, ещё второй день отмечать будут, — отвечает Кристина, предполагая самый оптимальный исход событий, при котором можно распить такое количество напитков.       — Дай бог они глаза третьего января откроют, — усмехается Медведева, представляя состояние всех пьющих на утро.       — Не переживай, я не думаю, что им кто-то ударит в глаз, кроме тебя, — позволяет себе колкость Кристина, вспоминая и злясь на произошедшую недавно ситуацию, случившуюся по вине Киры. На лице играют желваки, она поворачивает голову в сторону подруги и смотрит, ожидая реакцию.       — Крис, да я понимаю, что я натворила, ну прости меня! — припоминание о своём ужасном поступке раздражает, но прятаться от этого нет смысла ещё долгое время. — Я была у неё и извинилась, — говорит Кира, вспоминая, как навещала Виолетту.       — И что она сказала? — закатывая глаза, спрашивает Кристина.       — Что всё нормально, — говорит Кира более спокойным тоном, однако начинает нервничать от того, что происходит между водителями. Она быстро постукивает окольцованными пальцами по рулю, концентрируясь на дороге.       — Прям она так и сказала, верю, — усмехается Захарова, не веря словам подруги.       Раздражаясь ситуацией на трассе и одновременно в жизни, Кира выпаливает первое, что приходит в голову, лишь бы перебить Захарову.       — Ещё о тебе спрашивала! Мол, нахуя ты приходила, заняться тебе нечем? — девушка злится, когда не успевает пролететь светофор в последние секунды, потому не думает и грубо высказывается. Зато понятнее некуда. Она наконец поворачивает голову в сторону Кристины, чтобы посмотреть в зеркало, но замечает реакцию подруги, не подходящую под боевое настроение девушки.       — А ещё что? — спрашивает Кристина немного тихо, даже не желая услышать что-то ещё и совсем позабыв о том, что начинали говорить совсем не о ней. На душе саднит от слов Виолетты, будто всё поцарапала дикая кошка. И это благодарность?       — Что ты странная и не похожа на себя, — отвечает Кира, вновь сосредоточенная на ямах в дороге. «Лишь бы колесо не проткнуть или диск не согнуть», — мысленно думает Медведева, не контролирующая то, что говорит. Всё ведь всё равно правда.       — Ясно всё, — резко говорит Захарова, чтобы наверняка не услышать о себе ещё более обидные слова буквально из уст Виолетты.       Внутри Кристины будто что-то только что разбилось. Чувство такое противное, работает как отрава. Это разве то, что получают люди в ответ на свои переживания и сочувствие? Ей уже не хочется спешить к Виолетте, не хочется видеть её, не хочется радовать её. Вот они, осколки любви, которые начали действовать против Захаровой. Нужно ли было всё-таки открывать своё сердце?

***

      Алкоголь некуда положить, поэтому девушки несут его в руках, и вместе с этим приходится справляться с калиткой в дом, а после снять обувь и куртки.       — О-о-о, наконец-то пришли! — тут же восклицает радостная Виолетта, когда видит на пороге двух девушек с полностью набитыми руками. — Раздевайтесь и тащите всё в зал! — говорит она и уходит в глубину дома, не давая возможности сказать что-то в ответ.       Подруги переглядываются, уже вдвоём не желая здесь оставаться, однако понимают, что одной хочется выпить ещё сильнее, чем думала, а другой хотя бы один вечер посмотреть на свою возлюбленную, поэтому обе понимающе кивают головой и едва поджимают губы, словно читают мысли друг друга. Они вешают куртки, надевают тапки и отправляются туда, где их ждёт незабываемая ночь.       Пока Виолетта суетится над салатами, заправляя их майонезом, Кристина не смотрит дальше и переводит взгляд на остальных присутствующих в доме. Лиза сидит в углу дивана и делает вид, что занята чем-то в телефоне, стараясь не обращать внимание на присевшую рядом с ней Киру. Сама же Медведева всем своим поведением показывает надменность и характер, присущие ей, хотя в глубине души не знает, что ей делать. Помириться кажется по-прежнему невозможным, а провести вечер в компании придётся, отчего внутри просто разрывает от желания уйти.       — Привет, я Мишель, — говорит кто-то за спиной, и Кристина тут же оборачивается. Перед ней стоит светловолосая девушка с короткой стрижкой, а также довольно интересной внешностью для Захаровой.       — Привет, Мишель, — выдавливает из себя Захарова, забывая даже представиться сама.       — Я подруга Виолетты, пойдём сядем, — та усмехается ответу блондинки и лукаво улыбается, явно радостная появлению такой особы как Кристина.       Однако Захарова этого не замечает, просто отправляется за новой знакомой и принимается ждать чего-нибудь весёлого или открытия желанного алкоголя. В душе девушке сейчас совсем не до веселья, потому что всё внимание постоянно уходит к Виолетте, слова которой прокручиваются в голове, как только она смотрит на неё, будто специально наматывают круги обиды. Поэтому Кристина решает отвлечься от этих мыслей, полностью погрузившись в этот вечер.       — Вил, а где бутеры со шпротами, которые я принесла? — спрашивает Мишель, вспомнив о бутербродах, которые завалялись в одном из пакетов на кухне.       — Вот, держи, — Виолетта протягивает тарелку, на которой разложена еда, не подходя близко к паре сидящих. Кристине кажется, что та даже не смотрела, куда протягивает.       — Будешь? Не переживай, они такие же аппетитные, как я, — предлагает Мишель, подначивая взять бутерброд небольшой фразой, после которой Захарову мутит. Насколько были отвратительны эти слова.       Но Кристиной управляет обида, которая не даёт покоя. Обида, которая буквально давит и заставляет «отомстить». Девушке хочется как-то испортить настроение Виолетте, как это сделала она, пока есть возможность. Совершить что-то назло — единственный вариант, приходящий в голову.       — Если уж такие, как ты, то давай, — Кристина подыгрывает Мишель, пока внутри просто выворачивает от происходящего за последний час. Захарова находит силы поднять взгляд на одноклассницу, но Виолетта просто разворачивается и уходит в глубину дома. Кристина не понимает, что испытала брюнетка, отчего сама только сильнее впадает в глубокую грусть, что бутерброд и сидящую рядом девку хочется просто растоптать. Чего стоила эта месть, как следствие обиды, если это не приносит никакого облегчения?       Виолетта даже не включает свет в другой комнате, довольствуясь фонарём с улицы и гирляндой, которая обвешена по крыше дома. Малышенко садится на подоконник и погружается в мысли, в которых она прокручивает отношения с Захаровой. Виолетте хочется побыть одной, чтобы перебороть все те чувства, мешающие нормально дышать. Девушка открывает бутылку вина и делает несколько глотков, будто это глупые попытки заглушить ноющие в ней чувства, вставшие поперек горла и противно саднящие. После она отрывается от горлышка и передёргивается. Вино порошковое, противное, как всё то, что чувствует брюнетка.       Несмотря на свои постоянные страдания от качелей Кристины, Виолетта винит себя во всём происходящем. Пусть ей уже всегда мерещится переменчивое поведение Захаровой, но она сама ушла с прогулки с ней, хотя, возможно, всё было совсем по-другому на протяжении всего времени, а не как показалось Виолетте. Девушка не хочется мириться с тем, что есть сейчас, и думает, как это исправить.

—

      Кира не понимает, чем ей заняться. Время летит с бешеной скоростью, а вокруг ничего не меняется. Лиза, сидящая рядом, не даёт блондинке раскрепоститься просто тем, что страшно сделать что-то не так и вызвать у той осуждение. Кира впервые видит, чтобы Андрющенко пила, и сейчас она опустошает уже вторую половину бутылки красного вина. Медведевой же нельзя выпить, потому что будет нужно добраться домой, а вариантов, кроме машины, нет. Такси слишком дорогое.       Захарова пьёт своё любимое пиво, но, кажется, не с таким удовольствием, как обычно. Причину этого можно только предположить — не та компания рядом.       — Мишель, пошли покурим, — неожиданно раздаётся голос Виолетты непонятно откуда. Девушка выходит из комнаты с полупустой бутылкой с предложением, от которого у Мишель не возникает даже мысли отказаться.       Кристина остаётся не совсем одна, а с аегисом в руке. Жижа в нём приторно-сладкая и быстро надоедающая, девушке тоже хочется покурить обычных сигарет, а не давиться парилкой. Не сразу, но Захарова принимает решение выйти покурить, потому поднимается с места и отправляется за курткой. Проходя мимо Лизы, блондинка отмечает уже явно расслабленное тело одноклассницы от алкоголя и завидует, желая расслабиться также. Однако её давно не торкает от алкоголя, и приходится сидеть ровно с таким же кислым лицом, как у Киры на протяжении всего вечера.       Практически сорвав куртку с вешалки, Кристина по пути натягивает её на себя. Она начинает бродить в поисках балкона, который видела со двора, чтобы не провонять дом. И вот Захарова обходит все помещения и направляется к последней двери, как вдруг начинает слышать чужие голоса.       — Мишель, я что хотела спросить… Что у вас с Кристиной? — диалог начался давно, но Захарова начинает подслушивать его вовремя. Речь Виолетты вдруг заходит о блондинке.       — Да неплохая она, — отвечает Мишель, а после, выжидая реакции, затягивается сигаретой. — Красивая блондиночка. Одним словом, секси, — на выдохе говорит Гаджиева.       — Она мне нравится, Мишель. Так что не нужно к ней лезть, без обид, — Кристина отмечает, как резко меняется голос Малышенко, когда та слышит пару комплиментов в сторону одноклассницы. Но это не поражает так, как-то, что узнаёт девушка.       «Я нравлюсь Виолетте?» — проносится в голове Захаровой. Кристина не знает, какую эмоцию использовать — радоваться или бежать. Но всё решается, когда балконная дверь открывается и блондинку застают врасплох.       — О, Кристин, ты тоже курить? — спрашивает Мишель, справляя неожиданное появление знакомой. — Я домой пойду, придётся вам отмечать без меня, — ставит перед фактом девушка и, не дожидаясь и второго ответа, просто уходит вниз, к выходу.       Кристине неловко сталкиваться с пристальным взглядом Виолетты, когда вдруг преграда в виде Мишель исчезает в неизвестном направлении. Зелёные омуты заставляют Захарову потеряться в шумной от музыки обстановке ещё сильнее, переключая внимание только на себя. Эти глаза опьяняют до головокружения и тряски рук, пуще любого алкоголя. Девушке уже без разницы на то, что сказала Кира — сейчас будто снялись все цепи с рук, а главное — с сердца. С подругой Кристина разберётся, а что делать с Виолеттой — непонятно.       — Ты чего? — интересуется Малышенко, выдёргивая блондинку из витания в облаках.       — Нормально всё, — отвечает Захарова и тут же заталкивает Виолетту обратно на балкон.       — Ты что делаешь? — сердце Виолетты начинает биться чаще от резких движений одноклассницы, но она пытается успокоиться, отойдя немного подальше от девушки.       — Просто хочу… — внутри Кристины бушует страсть к Малышенко, которая обычно возникает у блондинки к женскому полу по пьяни, однако, как сильно не ударил бы алкоголь, новость о взаимных чувствах Виолетты бьёт сильнее. Захарова пытается быть ближе, смотрит на брюнетку и тяжело дышит, хочет взять чужую ладонь в свою, но одёргивает себя и делает пару шагов назад. Ведь признаться в чувствах вслух нет смелости, Кристина привыкла пускать такое на самотёк. — Ладно, ничего, иди, — говорит девушка, зажигая сигарету, а в мыслях надеется, что та просто уйдёт.       Виолетте, удивлённой странным поведением блондинки, даже страшно допытывать её вопросами о том, что случилось, потому она уходит проводить Мишель и открыть той калитку под песню любимого исполнителя, играющую через колонки в доме.

Если завтра вообще не наступит

Если не повернётся земля

Я хочу ещё четверть минуты

Просто смотреть на тебя как на

На закат, на закат

Смотреть на тебя как

На закат, на закат

—

      Сидя в мобильнике, в котором Кире гораздо интереснее, чем на праздновании, девушка даже не замечает, что некоторые из одноклассниц ушли из гостиной. От телефона Киру отвлекает неожиданный шорох слева, который издаёт Лиза. Девушка обходит диван и направляется на кухню с двумя мандаринами в руке, чтобы почистить их над мусорным ведром. У Медведевой появляется возможность выдохнуть, однако это не то, что остро необходимо девушке. Её новогодняя мечта — чтобы всё было хорошо, а для этого Кире нужна Лиза. Та, с которой Медведевой нужно что-то решить. А именно — помириться, чего бы это ни стоило.       Через все сомнения, стоит ли это делать, Кира поднимается с дивана и направляется на кухню без какого-либо хода действий в голове. Просто нет времени думать, поэтому блондинка решает импровизировать, иначе она просто психанёт и передумает.       — Лиз, давай поговорим, — набравшись смелости, предлагает Медведева, когда Лиза собирается уходить и пройти мимо.       — Мне не о чем с тобой разговаривать, — девушка хочет сдвинуться с места, однако сила блондинки не даёт ей сделать этого. Чужая рука обхватывает её запястье, выводя на эмоции. Эмоции тоски и раздражения, которое разрастается от чувства «скучания» по человеку. — Не трогай меня! — грубит Лиза, дёргая рукой, чтобы одноклассница отпустила.       — Лиз, стой, — Кира сжимает руку девушки, выдавая то, как у неё бушуют нервы от её выпадов. Блондинка смотрит в родные глаза напротив и хочет показать всю серьёзность своих намерений. Девушка старается держать себя в руках и не нервничать, потому подбирает слова, наверное, в последний раз. Другого выплеска Андрющенко Кира не выдержит. — Дай мне последний шанс… показать тебе, что я поняла свою ошибку, — именно это нужно Лизе, чтобы довериться, и Медведева понимает это сейчас как никогда. — Сядь со мной, а если будет некомфортно, то всё кончено.       — Хорошо, — произносит Лиза, а после проходит дальше. Внутри Андрющенко всё переворачивается от ласкового тона бывшей подруги, и пусть до сих пор есть страх, но чувства и желание вернуть всё — куда сильнее.       Кира возвращается на диван и устремляет взгляд на часы. Новый год уже через час, а Мишель, как и Виолетты, нет в гостиной. Даже Кристина куда-то испарилась. Задумавшись о том, куда могли пропасть девушки, Кира не замечает, как Лиза справа от неё становится всё ближе к ней. Та облокачивается на плечо блондинки, но не ложится, а делает ещё один глоток вина. Кира заостряет внимание на том, что это даже не коктейль, с которых она сама начинала пить, чтобы сильно не чувствовать вкус алкоголя, а все пятнадцать градусов, уже знатно ударившие по разуму Лизы. Рука брюнетки слабеет, и девушка чуть не роняет бутылку, если бы её не поймала Медведева.       Лиза закрывает глаза и окончательно скатывается на колени Киры. Притворство это или нет — блондинка не понимает, но вспоминает, как её шатало от половины литровой бутылки, и не удивляется резкому желанию Андрющенко поспать. Хотя в душе Кире хочется, чтобы все эти действия были осознанными из-за испытываемых чувств к ней.       — М-м-м, я так спать хочу… — мычит Лиза, располагаясь на коленках поудобнее.       — Может, домой тебя отвезти? — тихо предлагает Медведева, боясь как-то повздорить с брюнеткой.       — Кир, ты такая тёплая… — протягивает Лиза, чувствуя, как теплеет затылок. Девушка переворачивается лицом к Кире неуклюжими движениями и утыкается той в живот.       Медведева держит руку сзади спины Лизы, потому что переживает за то, чтобы она не свалилась на пол, но позже убирает ладонь. Слышать такое от Андрющенко неимоверно приятно, как и сидеть с ней практически в обнимку. Однако у Киры перехватывает дыхание, когда она начинает чувствовать, как край её толстовки задирается и под ткань забираются чужие пальцы. Они дотрагиваются до живота и начинают поглаживать его, отчего по спине Медведевой пробегает табун мурашек, словно от холода. Блондинка напрягается от происходящего, но не может сдержаться и едва откидывает голову на спинку дивана, но всё равно продолжает следить за действиями Андрющенко, чувствуя, как лёгкая пульсация проходится по всему телу.       — Лиз… ты что делаешь? — спрашивает Кира, но голос просто пропадает, этому препятствует прильнувшее к вискам возбуждение. Девушка приоткрывает рот и судорожно выдыхает, ощущая, как холодные пальцы возлюбленной рисуют незамысловатые вензеля на горячей коже.       За всю жизнь к девушке никто не притрагивался, и ожидать такой связи можно было с кем угодно, но никак не с Лизой. Та гладит торс, изредка задевая резинку нижнего белья, и бормочет что-то себе под нос. Кира не может разобрать, что говорит Андрющенко, либо даже не пытается, потому что весь мыслительный процесс обрывается, когда рука брюнетки ползёт вниз.       Лиза ещё недолго что-то говорит и засыпает на коленях бывшей подруги. Разум возвращается, когда Лиза больше ничего не делает. Кира убирает чужие руки со своего тела, и в гостиной потихоньку начинают появляться люди.       — Не поняла, — говорит Виолетта и сводит брови, смотря на двух обнимающихся девушек, которые уже длительное время не могут терпеть друг друга.       — Тише… Она уснула просто, — оправдывается Медведева, а сердце просто выпрыгивает от наступившего переживания. Лиза спит на её коленках, так их ещё и застали в этом положении врасплох.       — Нихуя се… — громко начинает Захарова, но к её рту тут же подставляет палец Виолетта, намекая на то, чтобы та вела себя тихо. Когда Кристина понимает, что Андрющенко спит, она поднимает ладони вверх, давая понять, что не будет шуметь.       — Новый год через двадцать минут, — говорит Виолетта после того, как смотрит на время. — Надо разбудить её, иначе пропустит всё.       — Нет, не надо будить, — отвечает Кира, понимая, что это не самый лучший вариант. — Что она пропустит? Однотипное обращение Путина или салюты, которые нам видно не будет? — объясняет своё решение блондинка.       — Ну, по факту, — соглашается Кристина с выводами подруги. — Даже шампанское своё она уже выдула, — говорит она, делая намёк на то, что Андрющенко достаточно выпила для этой ночи.       — Ладно, давайте тогда сами готовиться, — Виолетта, жаждущая продолжения, решает не спорить и сесть за стол, за которым уже совсем скоро выпьет шампанское.

—

      После прослушанного обращения президента девушки под бой курантов загадывают желание и выпивают шампанское. Его вкус никому не нравится, но на исполнение желания стоит надеяться. Кира не знает, что загадали одноклассницы, но сама пожелала своё любимое: «чтобы всё было хорошо». Возможно, это не самый лучший Новый год в её жизни, но он точно запомнится Медведевой на всю жизнь. В нём есть то, из-за чего его не забыть, и тому причина — новая компания и сдвиг в отношениях с Лизой. Несмотря на то, что всё не в самом лучшем виде, это лучше, чем разрушительные действия Киры. И девушка этому рада.       — Блин, девочки… — с нотой досады в голосе произносит Виолетта, склонив голову к столу. — Я ещё хочу, пойдёмте за добавкой! — просит она, смотря то на Киру, то на Кристину с надеждой, что кто-нибудь из них согласится.       — Я точно пас, — отвечает Кира, мотает головой и поднимает ладони, не желая уходить от Лизы. «Да и тащиться по морозу не хочется, а греть машину ради похода в магазин тем более», — придумывает себе оправдание Медведева.       — Виолетт, мне кажется, не надо тебе больше, — Кристина изгибает брови, говоря данные слова с небольшой ухмылкой. Захарова смотрит на возлюбленную, на её захмелевший, но в то же время щенячий взгляд, на её поджатые губы и порозовевшие щёки. Она умиляется Малышенко, но пытается отговорить ту, боясь, что ей будет плохо.       — Крис, ну, пожалуйста, сходи со мной! — изрядно выпив алкоголя, Малышенко теребит Захарову за рукава её кофты.       После минуты колебаний Кристина всё-таки соглашается на авантюру брюнетки, не в силах держаться перед взглядом зелёных глаз дальше. Девушка прикладывает палец к губам Виолетты, чтобы та не шумела, пока Лиза спит, и направляется в прихожую, чтобы одеться на улицу. По пути она встречается с хитрым взглядом Киры, который сопровождается ухмылкой. Догадываясь, что подруга внутри скорее всего ехидничает и намекает на воссоединение пары в виде своей подруги и Малышенко, Кристина делает в ответ лицо: «Заканчивай со своими воображениями, ничего не будет», а затем кивает головой в сторону Лизы, чтобы та следила за своим союзом.

—

      Новогодняя зимняя ночь, наполненная хладными тайнами, накрывает собою город почти невесомым, но леденящим одеялом. На земле искрится пушистый снежок, приятно хрустящий под ногами, пока в воздухе витает морозный аромат зимы. Оголённые и невзрачные деревья от холодного шёпота ветра сковываются белым инеем, постепенно превращаясь в сказочные растения из неведомых миров. Обыденный город перевоплощается в волшебные и полные загадок владения самой царицы Зимы, увенчанные льдами и вечными снегами.       На улицах шумно. С разных уголков слышатся звонкие и яркие салюты, искрящиеся в звёздном небе. С окон домов слышатся песни, крики людей — Новый год идёт полным ходом. А на улице становится всё холоднее. Суровый мороз не щадит никого и ничего, уводя в своё студёное царство хладной вечности.       Кристина идёт по заснеженной тропинке, уткнувшись в ворот куртки, а руки скрывает в карманах, желая спрятаться от холода. Идёт и смотрит на взбалмошную под действием алкоголя Виолетту, которая, в свою очередь, совсем не чувствует мороза. Сама же Кристина сильно раздражается витающему холоду, а мысли в голове только добавляют напряжения. Девушка вспоминает, как Малышенко сначала негативно высказывалась о ней, а потом признаётся в чувствах. Пусть и не лично, но в обоих случаях брюнетка не выходит из головы и раздражает этим.       Виолетта что-то неразборчиво бормочет, обращаясь к Захаровой, но та её совсем не понимает. Она шагает рядом, изредка пошатываясь и пытаясь сохранить равновесие. Брюнетка оглядывается по сторонам, смотрит на редкие проходящие толпы людей, яркие огни этой ночи, а затем останавливается на своей попутчице.       — Кристина… — протягивает Малышенко, чуть толкая блондинку плечом, а ответа не следует. Кристина всё также молчит и смотрит в ноги, совсем не обращая внимания на возлюбленную. Оно словно заставляет себя молчать, дабы не сказать лишнего.       — Ну Кристин, — вновь зовёт пьяным голосом Виолетта, ухватившись за рукав куртки Захаровой.       — Чего тебе? — наконец откликается старшая без особого энтузиазма. Она поворачивается в сторону Малышенко, где видит помутневшие и расстроенные глаза.       — Я тебя бешу, да? — брюнетка заметно грустнеет. Она отводит взгляд зелёных глаз и боится услышать ответ.       — Пьянь, — смеётся Кристина и мотает головой. — Не говори ерунды, — блондинка смотрит на поникшую девушку и улыбается в то время, как сердце стучит в несколько раз чаще, каждый раз, как Захарова находится рядом с Виолеттой.       — Пьянь? — недовольно восклицает Малышенко, поднимает голову и смотрит на усмехающуюся блондинку. — Ах так… — она оглядывается по сторонам, а затем быстро хватает горсть снега и лепит шар в тёплых руках, который позже прилетает Кристине в шею.       Старшая недовольно шипит, а Виолетта злорадствует, но не замечает, как ответный снежок попадает ей прямо в лицо. Тогда Малышенко отвечает Захаровой тем же, а затем ещё, и ещё.       По тёмным улицам разносится девичий громкий смех. Обеим хорошо, обе счастливы. Счастливы друг с другом. Они наслаждаются этим моментом, моментом, проведённым вместе. Виолетта рада видеть, как Кристина бережно кидает в неё снег, каждый бросок аккуратен, чтобы не навредить девушке. Кристина безумно рада видеть радость на лице Виолетты, слышать её смех, слышать то, как она произносит её имя. Тепло буквально разливается по телу, затекая в каждый его уголок. Эта ночь уже не кажется такой холодной. Она полностью согрета теплотой любви этих двоих.       Запыхавшиеся, замёрзшие, все в снегу, они доходят до магазина и останавливаются возле дверей.       — Закрыто, — констатирует Кристина, читая объявление, а Виолетта дёргает ручку, дабы удостовериться.       Малышенко облокачивается спиной о стену магазина, и Кристина повторяет за ней.       — Как в том самом меме… — говорит Кристина, вспоминая разлетевшееся по интернету видео. — Да ну нахуй бля… — изменившимся голосом проговаривает девушка, повторяя слова из вирусного видео. — Я километр с ним иду уже два часа, блять. Да ну нахуй бля… — а в ответ слышит заливистый смех брюнетки и чувствует, как на плечо ложится голова возлюбленной.       Девушки смотрят в небо, в котором неожиданно вспыхивает салют. Разноцветный фонтан разносится по небосводу, украшая его своими красками. Кристина смотрит на брюнетку, её выточенный профиль, порозовевшие щёки, искусанные губы, шелковистые волосы и глаза. Глаза, в которые хочется смотреть вечно. Кажется, что это самый сильный гипноз, на чьём поводу хочется идти. Снова цветная вспышка, которая оказывается последней — этот фейерверк такой же яркий, как и чувства Кристины.

***

      Кристина и Виолетта ушли двадцать минут назад, и дома стало ещё скучнее. Лиза спит, а делать в телефоне остаётся нечего. Только неразборчивый бред во сне и перевороты брюнетки как-то развлекают Медведеву и заставляют обратить внимание на одноклассницу. Кира смотрит на милое лицо своей возлюбленной и не может оторвать глаз от новой стрижки девушки, к которой ещё не привыкла, но восхищается её красотой. Аккуратно убирая пальцем прядь тёмных волос с лица, Медведевой открывается вид на густые ресницы, дёргающиеся во сне, и бархатные щёки. Её утончённые черты лица восхищали, буквально заставляли любоваться и задержать взгляд на них подольше. Так блондинка и поступает, но лишь смотреть ей мало.       Кира проводит пальцем по очертанию лица, тем самым притрагиваясь к тому, что длительное время было в мечтах. От прикосновений, кажется, сердце замирает, и девушка вовсе перестаёт дышать. Однако, несмотря на это, Лиза об этом даже не вспомнит и перед этим не выражала к Медведевой взаимности, отчего всё так же сложно, как раньше.       Томно вздохнув, Кира думает, как быть дальше. Оставаться здесь как будто уже не имеет смысла, тем более девушку клонит в сон, а до дома нужно ещё доехать, и не быстро. Неизвестно, сколько Кристины и Виолетты не будет, потому Кира аккуратно убирает с колен голову Лизы и начинает искать запасные ключи по дому. Спустя пару минут девушка находит связку ключей и думает, за что взяться дальше. Кира пишет Кристине сообщение «Ключи будут под ковриком, мне нужно ехать», кладёт телефон в карман и благополучно о нём забывает, начиная аккуратно одевать Лизу в её уличную одежду. Медведевой было принято решение не оставлять брюнетку дома одну, тем более та может испугаться, Кира решает довезти её до дома. Ей это всё равно не составит труда, кроме как открыть дверь машины и посадить в неё спящего человека.       Главное — что Кира додумалась завести машину до того, как принесла Лизу, и избежала громких звуков. Однако ветер оказывается сильнее, и Медведева хлопает дверью машины. Она тут же испуганно бросает взгляд на возлюбленную и удивляется, когда та даже не меняется в лице, продолжая мирно спать и издавать тихое сопение. «Хорошо её отрубило», — думает Кира, вспоминая, сколько выпила девушка. Она садится за руль и выезжает в сторону дома, напоследок проверив, прикрыта ли калитка домой.       На половине пути Кира видит, что бензина остаётся совсем мало, и заезжает на заправку с круглосуточным магазином. Встав у первой колонки, девушка выходит из машины и направляется на кассу. В это время Лиза вдруг просыпается и видит перед собой дорогу. Андрющенко пугается, когда понимает, что находится в незнакомой машине, ведь последний раз она была в доме Виолетты, но никак не на заправке. Брюнетка привстаёт и оглядывается, прикладывая холодную ладонь к пульсирующей голове. Девушка думает, что делать, но боковым зрением замечает, как к ней движется силуэт, очень похожий на Медведеву. Узнаёт её она по походке и излюбленному капюшону на голове. Та успокаивается, не отводит взгляд потемневших глаз с Киры и чуть щурит веки, страдая от боли в висках.       — Ты проснулась? — спрашивает Кира, когда открывает пассажирскую дверь, ожидая, пока бензин нальётся.       — Ну, как видишь… — томно отвечает брюнетка, с огромной силой поворачивая голову в сторону Медведевой.       — Держи, твоя любимая, — Кира протягивает Лизе её любимую шоколадку, подчёркивая вкус, лишь бы та не отказалась от неё.       — Спасибо, — говорит Андрющенко, забирая сладкий подарок.       Девушке приятно от внимания Киры, пусть и получать его страшно, а где-то даже и не хочется, потому что сложно побороть в себе гордость и показать свои внутренние желания, но она всё же открывает плитку и отламывает кусочек. Через минуту Кира садится в машину и трогается с места, всё также направляясь домой. Видя перед собой одну лишь трассу, у Лизы возникает вопрос: «Куда они едут?»       — А куда мы едем? Виолетта что-то попросила? — спрашивает Андрющенко, попадая в просьбу подруги до того, как они уехали, будто знает её как свои пять пальцев. Однако сейчас ошибается, ведь не собиралась ехать домой.       — Домой тебя отвезу, а по… — отвечает Кира, но её тут же перебивают.       — Не надо меня домой! — вскрикивает Лиза, серьёзно пугая Медведеву. Девушка не хочет возвращаться домой, где сейчас точно буянит выпивший отец и ссорится с матерью, не разрешившей дочери уйти на ночевку. Андрющенко впивается пальцами в кресло и слегка ошарашено смотрит на Киру.       — Хорошо-хорошо, — говорит Кира и тут же начинает строить план в мыслях, как развернуться в сторону своего дома.       Однако в голове крутится вопрос: «Почему Лиза так реагировала?», а потом всплывает день, когда брюнетка выбежала из квартиры в истерике. Увидев, что Лиза немного успокоилась, Медведева решается спросить.       — Почему домой не хочешь? — спрашивает Кира, надеясь, что Андрющенко хотя бы немного доверится ей, пусть и общаться они начали совсем недавно, всё также храня обиды друг на друга. Вжимается в руль, кусает обветренные губы и надеется на ответ Лизы.       — Меня мама не отпускала на ночевку, и я под предлогом вынести мусор уехала к Виолетте, — отвечает Лиза, нервно разламывая шоколадку по кусочкам. Брюнетке неспокойно от своего поступка, но пока алкоголь притупляет эмоции, девушка к тому же делится со своей скрытно возлюбленной моментом своей жизни.       — Помнишь, мы столкнулись с тобой на площадке… — Кира не останавливается, когда слышит из уст Андрющенко, а не от других людей, что-то о её жизни. Внутри растекается приятное чувство, потому что откровения Лизы напоминают прошлое, в котором они также делились всем друг с другом. — Почему ты выбежала из дома в истерике и полураздетая? — спрашивает девушка, надеясь, что не получит за то, что лезет так глубоко.       — Обещаю, что расскажу тебе, но не сейчас, — отвечает Лиза, старательно убегая от темы разговора. Рассказывать о подробностях своей «новой» семьи, о которой Кира ещё не знает, совсем не хочется.       — Ловлю на слове. В любом случае понимаешь, что я догадываюсь, в чём дело, — говорит Медведева, надеясь, что отношения с Лизой у неё всё-таки наладятся, и она узнает, что случилось. — Хорошо хоть, что догадалась к Виолетте прийти.       — Откуда ты знаешь, что я была у неё? — Лиза думает, что та следила за ней, но всё оказывается гораздо проще.       — Кристину попросила узнать, да и несложно догадаться, вы живёте недалеко друг от друга, — говорит Кира со скрежетом на сердце, вспоминая тот самый больной момент, когда в ней боролся симбиоз сразу трёх чувств: обида, переживание, ревность. Но не подаёт виду, лишь непринуждённо пожимает плечами.       Андрющенко взбудораживается, когда понимает, что Кира переживала за неё и даже узнавала, где она находится, чтобы быть спокойной. Этот поступок греет душу, и у Лизы теплится надежда, что Медведева серьёзно поменялась после ссоры с ней. Эти мысли ещё некоторое время крутятся в голове, но после постепенно затухают. На слова Киры девушка не отвечает, потому что её снова клонит в сон, и просыпается она уже только по приезде домой.

—

      Как и думала Кира, мама с папой ушли праздновать Новый год к родственникам в дом и ещё не вернулись назад. Поэтому девушки спокойно заходят в комнату и располагаются.       — Так, щас дам тебе, во что переодеться, — говорит Кира, принявшаяся первым делом искать одежду для возлюбленной, не сняв с себя даже толстовку. — Держи, а я выйду, — девушка протягивает оверсайз футболку с шортами.       — Да ладно тебе, самой тоже переодеться нужно, я просто отойду к шкафу, а ты на кровати останься, — отвечает Андрющенко, принимая от неё вещи. Чтобы хоть как-то отблагодарить блондинку, она решает не гонять её, а переодеться и так.       Кира улыбается после слов Лизы и, взяв свою одежду, меняется с брюнеткой местами. Она быстро переодевается в пижаму, убирает волосы в хвост, с которым предпочитает спать, и бросает взгляд в сторону шкафа. Забыв о том, что там стоит Андрющенко, Кира видит оголённую спину девушки и не может оторваться от изгибов чужого тела. К ним очень хочется притронуться, провести ладонью, изучая каждый сантиметр, но это лишь мечта, которая не исполнится в жизни, отчего девушка едва слышно вздыхает, сминая губы. Пока Лиза не обернулась, Медведева уводит взгляд и принимается расстилать постель.       Лиза ложится лицом к стене, и Кире остаётся только лечь рядом. Она пытается уснуть, но, как назло, перебила себе сон, да и за спиной постоянно ворочается возлюбленная. Медведева переворачивается на другой бок и спрашивает:       — Уснуть не можешь?       — Угу, — Лиза злится поступившему вопросу, потому что нашла удобную позу и стала засыпать, но всё же отвечает.       Не думая, Кира кончиками пальцев начинает поглаживать спину брюнетки, как делала это раньше. Лиза распахивает глаза, не ожидая никаких прикосновений от девушки. Медведева проводит рукой выше, обводя хрупкие плечи, а затем вновь спускается ниже, к пояснице. Она рисует самые разные узоры, от которых Андрющенко сначала дёргается, но потом привыкает и покрывается мурашками, а на лице появляется едва заметная улыбка. Лиза отмечает, какие нежные у Киры пальцы, и то и дело прикрывает глаза. Но в один момент, когда девушка начинает закрывать глаза, она видит на стене что-то похожее на слова. Андрющенко включает телефон, лежащий рядом, и читает: «Лиза, прости меня».       Внутри Лизу буквально переворачивает от прочитанного. Она представляет, как Кира лежит и настолько загружается отношениями с ней, что пишет на стене извинения, которые не может озвучить вслух. Лиза не может думать об этом дальше и просто переворачивается на другой бок, оказываясь лицом к лицу с возлюбленной. Андрющенко разглядывает чужое недоумевающее лицо, хочет обнять девушку и обцеловать щёки, но не может, упуская возможности. Однако сейчас Лизе остаётся только наблюдать за тем, какие расслабленные мышцы лица у Киры, хотя обычно такого у девушки нельзя отметить. Через пару минут поглаживаний уже по руке девушка засыпает, полная радости и умиротворённости, и совсем чуточки переживания.

—

      Спустя небольшое количество времени девушки наконец приходят к дому и дёргают ручку двери. Однако та не отпирается. Кристина думает, что она примёрзла, но сотовый девушки вибрирует. Разблокировав гаджет, Захарова, подключившись к вай-фаю, получает сообщение от подруги, содержание которого говорит о том, что они уехали домой. Кристине на секунду это кажется странным, причём при сложившихся отношениях между одноклассницами.       — Ключ под ковриком, — говорит Кристина Виолетте, озвучив прочитанное сообщение, отправленное Медведевой.       — Ой, да мне хорошо! — резво отвечает брюнетка и, чуть не врезаясь в дверь, когда поднимает ключ, входит в дом. — А где все? — спрашивает Виолетта, тем самым удивляет Захарову своей силой опьянения. Возникает ощущение, что до этого девушка много не пила, но спорить с ней бесполезно.       — Давай поищем, может, пранк какой-то, — предлагает Кристина, усаживая Малышенко на тумбочку в прихожей, чтобы снять с неё кроссовки.       — Кристин, ну, ты такая хорошая… Ни с кем не ссоришься, такая добрая, — говорит Виолетта, поглаживая пшеничные волосы блондинки. Она не врёт, потому что внутри растекается теплота и любовь от действий Захаровой, и думает, что возлюбленная об этом не знает, хотя та только об этом и думает, тем более мысли сами навязываются от слов брюнетки.       Не успевает Кристина ответить, Виолетта срывается с места и начинает искать своих одноклассниц. Пока девушка ставит обувь на коврик, Малышенко уже убегает в глубину дома, вынуждая начать искать её. Кристина напрягается от тишины, которая долго не наступала в компании Виолетты. Но девушка врезается в грудную клетку блондинки, когда выходит из тёмной комнаты.       — Блин, Виолетт, никого не… — первое, что выпаливает Кристина, испугавшись резкого появления девушки, но ей тут же затыкают рот.       Однако непривычным для Захаровой способом: её губы накрывают чужие и начинают активно сминать. Несмотря на неумение целоваться, как только Кристина приходит в себя, она неумело отвечает порыву брюнетки, выделяя лишние слюни. Виолетта, в свою очередь, проходится по ровному ряду зубов девушки, а затем сплетает их языки, тем самым углубив желанный поцелуй. Вскоре у Кристины всё же получается догнать умения брюнетки, но это уже не имеет значения, когда та ведёт спиной назад блондинку и толкает её на кровать. Она садится сверху и начинает снимать с себя одежду.       — Ты точно этого хочешь? — спрашивает Кристина, переживая от того, что всё происходит в алкогольном опьянении. — Просто…       — Просто я проверяла, одни мы дома или нет, — отвечает Малышенко довольно ясным голосом, отчего Кристина удивляется и начинает сомневаться, что девушка вообще была пьяна. Если она притворялась, шоку блондинки нет предела.       Но долго думать об этом не получается, когда Виолетта оказывается без бюстгальтера. Кристина опускает взгляд и поджимает губы, осматривая небольшую, оттого сильнее притягивающую, грудь. Захарова поднимает руки и начинает сминать чужие соски, периодически охватывая грудь ладонью, а Виолетта в это время мычит, не в силах сдерживаться от прикосновений желанных рук. Брюнетка чуть откидывает голову назад, прикусывает нижнюю губу и прикрывает веки, получая больше наслаждения от ласк девушки.       Малышенко берётся за чужие руки, не ограничивая их действия, а затем поднимает толстовку Кристины, и девушка, ухватившись за капюшон, ловко стягивает с себя ткань и остаётся в спортивном топе. Неловкость охватывает Захарову, она старается не смотреть в зелёные глаза напротив, поджимает пересохшие губы, но всё испаряется, стоит Виолетте дать немного уверенности блондинке своими действиями.       — Мне так нравится твоё тело… — хрипло произносит Малышенко, оставляя горячие поцелуи на мраморной коже возлюбленной. — Я давно хотела увидеть его, — говорит брюнетка, вспоминая свои давние фантазии о сильном теле своей любви, под которым она мечтала оказаться.       Уже на таком этапе Кристине не хватает терпения, и она берёт инициативу в свои руки. Взяв брюнетку за талию, она поднимает и переворачивает её на спину. Захарова нависает над девушкой, а у той бешено стучит сердце, словно скоро выпрыгнет из грудной клетки от количества возбуждения при виде сверху властной блондинки. Ныне влюблённые девушки впиваются в губы друг друга, сливаясь в жадном поцелуе. Виолетта прикусывает губу, когда её представления о теле Захаровой, как о самом сексуальном, сбываются. Она помогает стянуть с себя джинсы вместе с трусами и остаётся полностью голая, без сомнений желающая отдаться своей возлюбленной.       Кристина бросает ещё один взгляд на девушку, дабы убедиться в согласии, и проводит двумя пальцами между половых губ возлюбленной. Та дёргается, и Захарова, не сдерживаясь, проводит ещё раз, но в этот раз аккуратно продвигает пальцы глубже. Ощущение смазки на своих пальцах Кристину возбуждает через край, и она медленно проникает внутрь девушки, буквально на одну фалангу. Та вздыхает, и блондинка чувствует, как всё сжимается вокруг её пальцев. Внутри одновременно так горячо и мокро, что не просто выводит Захарову, а полностью забирает контроль.       Кристина опускается ниже и, не вынимая пальцев, левой рукой натягивает кожу вокруг клитора и языком пробует притронуться к самому сокровенному. Она видит реакцию Виолетты, когда кончик языка касается выпуклой точки, и принимается проводить там с большим напором и скоростью, желая доставить возлюбленной больше удовольствия. Пусть девушка и не умеет делать этого, но Кристина видит Малышенко, извивающуюся и без двигающихся в умеренном темпе внутри пальцев. Однако стоит подключить и их, так брюнетка начинает стонать ещё громче, порой выгибаясь в пояснице вверх.       Захаровой уже хочется просто вылизать нутро Виолетты, лишь бы та не замолкала ни на секунду. Она слушает её сладостные стоны, разносящиеся по углам комнаты, а внизу живота всё сильнее затягивается тугой узел возбуждения. И Кристина опускается ещё ниже, вынимает пальцы, а язык впускает вовнутрь девушки максимально глубоко, принимаясь двигаться как можно быстрее. Вкус смазки брюнетки сводит с ума ещё сильнее, её обилие Кристину только заводит, и девушка прижимает Малышенко за ягодицы к себе. Саму блондинку внутри перекручивает от собственного возбуждения и криков, смешанных с мольбой Виолетты.       — Заставь меня кончить, прошу тебя… — Виолетта стонет, почти выстанывает это в моменте, уже не выдерживая ласк возлюбленной. А Захарова прикусывает губу, да так сильно, что выступает небольшая капелька крови, которую она тут же слизывает. Просто не может устоять перед шатенкой, сходит с ума от стука своего сердца, прильнувшего от возбуждения в виски. И хочет трахнуть Виолетту так, чтобы та кричала её имя.       Кристина любит эту девушку, а возбуждается от неё в считанные секунды только сильнее и сильнее. Она вставляет в неё пальцы до самого конца и начинает двигать ими внутри, создавая определённый темп, после ускоряя его, а другой рукой сжимать грудь возлюбленной. Виолетта стонет, даже хнычет от движений внутри себя и толкает Кристину на себя, чтобы наконец обхватиться за её крепкую спину. С каждой секундой на плечах и лопатках появляются следы от впивающихся ногтей Малышенко, и она произносит:       — Кристин… я люблю тебя… — говорит Виолетта, произнося это в губы Захаровой, выдыхая горячий воздух.       — Я тебя тоже, любовь моя, — Кристина отвечает, а у самой по затылку проходят мурашки от сказанного. Дыхание сбито, а поцелуи с возлюбленной не хочется прекращать уже просто потому, что та лежит под ней, искренне любит её и получает удовольствие от неё. На самом деле, Захаровой кажется, что это начало куда большего, чем любовь. Иначе она не может описать свой нескончаемый поток страсти. Кажется, что в её лексиконе не хватит слов, чтобы выразить свои истинные чувства к Малышенко.       Виолетта целует Кристину, чтобы сделать свои стоны тише, и не понимает, что дурманит возлюбленную, заполняя её голову звонким мычанием. Она раздвигает ноги шире, приподнимая их вверх, и хватается за шею возлюбленной. Виолетта слышит, как Захарова начинает ускоряться, но не хочет на этом останавливаться. Она хватает тонкое запястье Кристины и толкает её пальцы ещё глубже, буквально насаживается на них, после отпускает и начинает ласкать клитор, чтобы достичь желанного оргазма.       Кристина, приняв во внимание желание любимой, вставляет третий палец и тем самым провоцирует громкие хлюпания смазки, выделяющийся из Виолетты. Но это не сравнить с хныканьем, исходящем из брюнетки, сжимающей плечо своей возлюбленной. Всё тело напрягается, отчего ноги содрогаются в судороге, и Малышенко вдруг чувствует, как всё немеет.       Девушка буквально на секунду задерживает дыхание, жмурит глаза, поджимает пальцы на ногах, а затем кончает с громким стоном, получая яркий оргазм. Она восстанавливает дыхание через некоторое время, пока Кристина лежит рядом, накрывая её тело и поглаживая лицо, и наконец может что-то сказать. Однако её опережают.       — Тебе всё понравилось? — интересуется Кристина, которая совсем недавно была врагом народа и воплощением льда вместо человека. Так вот, оказывается, Виолетта сильно ошибалась. Просто Кристина — не та, кто разбрасывается своими чувствами. Но Малышенко безудержно рада, что Захарова открыла ей своё сердце, показав его потайные места.       — Да, а тебе? — между вздохами проговаривает Малышенко и тянется в объятия возлюбленной.       — Ещё спрашиваешь, — отвечает блондинка, прижимая к груди Виолетту. Она дожидается, пока у девушки успокоится дыхание, и засыпает в скором времени сама, согревшись о чужое разгорячённое тело.