И всё идёт по плану

- Антерский протокол готов. Хватит пяти часов на средней мощности, чтобы внушить нужные желания даже самому стойкому астартес, - так сказал Пертурабо, прибывший к Виндексу с чрезвычайно хорошим, но немного запоздавшим известием. Виндексу стало действительно неловко. Ему уже было неловко объяснять Мортариону, что адаптированный под физиологию астартес афродизиак больше не нужен (во всяком случае, так уж срочно), а теперь предстоит расстроить Пертурабо. - Я в тебе не сомневался, но всё равно поражён. Расскажи, что удалось сделать? - Решил он хотя бы выслушать брата. - Я тщательно изучил имеющиеся в распоряжении механикус протоколы перезаписи разума и на их основе разработал более щадящий. "Антерос" не снижает когнитивные функции и сохраняет личностный базис, потому что работает с уже имеющимся воспоминаниями, а не накладывает новые. Также я учёл твою просьбу делать внушение как можно более незаметным и гуманным. Что ж, проверки показали, что после завершения процедуры только один из десяти астартес смог хотя бы частично вспомнить перезапись - остальные были искренне убеждены, что просто необычайно крепко спали. - Ты экспериментировал на собственных сыновьях?! - Опешил Виндекс, но тут же заставил себя успокоиться и не глядеть на Пертурабо волком. - Нет, всё верно, ты поступил совершенно правильно и логично. Тебе ведь нужно было тестировать прибор, и притом на максимально схожих с Сигизмундом людях, чтобы правильно откалибровать...но всё равно: десять?! - На самом деле, в эксперименте были задействованы тридцать семь астартес, - признался Пертурабо. Кажется, ему и самому было чуток неловко, хотя особой нежностью к сыновьям он никогда не страдал. - Я исследовал ход перезаписи воспоминаний в разных условиях. В том числе на тех, кто знал о сути происходящего. Кто-то должен был сопротивляться, кому-то было приказано покориться и докладывать об ощущениях... - Теперь я понимаю, почему с Соты приходили настолько удивительные новости, - Виндекс усмехнулся, но не очень-то радостно. - Невероятно большой процент пар Железных Воинов с Ультрамаринами и Имперскими Кулаками. - "Антерос" может внушить любовь, только если существует как минимум одно воспоминание об объекте. Чтобы не копаться глубоко, я обрабатывал одни из последних, только и всего. Но с более старыми воспоминаниями "Антерос" тоже работает. Могу предоставить доказательства и записи о ходе экспериментов. - М-м-м, я верю тебе, но...неужели нет побочных эффектов? - Конечно, если астартес будет действительно сопротивляться, то возможны повреждения воспоминаний, но именно поэтому в первый этап протокола входит обязательное снотворное. Можешь не волноваться, я лично проведу внушение и сохраню Сигизмунда в целости, - Пертурабо говорил так, что Виндексу стало ещё более неловко. Право, стоило сразу же после Калибана дать отбой исследованиям, но дела слишком увлекли... - Пертурабо, я впечатлён твоим талантом и не сомневаюсь, что твоё творение совершенно. Всё , что ты делаешь, ты делаешь на совесть. Ты расстарался так, что мне попросту нечем вознаградить тебя за труд! - Пустяк, это был хороший опыт, - синие глаза лучились от удовольствия, и в целом Молот Олимпии буквально сиял, безмерно собой довольный. - Итак, дело за малым: заполучить Сигизмунда на пять-шесть часов. Я разработал несколько планов в зависимости от того, нужно ли одобрение Рогала или фраг с ним. - Эм, есть одна маленькая проблема, - Виндекс аккуратно обнял Пертурабо и переплёл пальцы. - Сигизмунд уже влюбился в моего капитана. Тишина. Мертвенная, холодная тишина, напугавшая Виндекса намного сильнее, чем разозлённый Бог Хаоса напротив. Пертурабо буквально окаменел и так плотно сжал кулаки, что только природа примарха сохранила пальцы Виндекса в целости. - Влюбился, - спокойно повторил Пертурабо. - Просто так взял и влюбился. Воспылал страстью. Триста лет ему было плевать на капитана Лесса, а теперь он вдруг прозрел! - Так вышло, что на Калибане он попал под демоническую атаку, - зачастил Виндекс. - Его дух оказался в теле Иконоборца, и ещё он услышал признание Геттора. Ты ведь знаешь, Имперские Вестники совсем не так холодны, и в чужом теле ему оказалось проще ответить на чувство... - Он просто сменил тело и сразу же влюбился?! - Имперским Кулакам сложно пробудить желание, ты ведь понимаешь. Особенно если они не мазохисты. - Вовсе нет. Болван Дантиох окрутил командира их флота даже шлем не сняв. - Ох...ну, из любого правила есть исключения, но суть ты понял. Случилось невозможное, чего никто из нас не мог предсказать, ничьей вины в том нет. "Антерос" оставь, он нам ещё пригодится. Я должен извиниться перед тобой, мне стоило вовремя сообщить об изменении ситуации. И перед тобой, и перед Мортарионом. - Ты прекрасно знаешь, что мы не можем тебя обвинять. И злиться тоже не можем, после Калибана у тебя ни на что времени не было. Но обидно. - Давай ты мне ещё расскажешь про "Антерос". И про Дантиоха. Ты же грозился сослать его в жопу мира! - И ты сам сказал, что я слишком жесток. Так что он сидел на Соте. Косил сено и укреплял оборону. Он как раз и начал изучать Фарос... Пертурабо удалось отвлечь от тяжёлых мыслей. Редкость. Виндекс продолжал обнимать брата и мысленно поздравлял себя с ещё одной маленькой победой. Жизнь Ашера почти пришла в порядок. Он тренировался так, что за целый день мог не сказать ни одного слова сверх приветствий спарринг-партнёрам. Он выпросил один урок фехтования у лорда-командующего, и тот его едва не убил, но Ашеру понравилось. Ашеру, конечно, ещё далеко до терминаторской роты, но прогресс скрыть было нельзя, и приятели всё чаще проигрывали поединки с ним, даже более талантливый Сильвестр. Не забывал он и про культурный досуг, и вскоре все книги по тактике, всё мемуары командиров, все протоколы летописцев - всё прошло через его пытливый ум. Что-то даже задержалось. Словом, всё было почти хорошо. Почти. Капитан Нерон был рядом. Он тенью следовал за Ашером, его взгляд ощущался и во время тренировок, и во время чтения. Иногда Ракати казалось, что Обличитель даже в келью к нему проникать умудряется. А ещё он проникал в его сны... Ох, в них-то и была проблема. Ашеру снились сны. Недопустимые, кошмарные в своей грешной сладости видения, после которых он просыпался на влажных простынях и с тяжестью на сердцах. В этих снах они, боевые братья, были куда ближе должного. Ашер не должен думать о капитане так, он не должен даже допускать столь развратные мысли! Но он ничего не мог с собой поделать. Сердца наливались нежной тоской, когда он замечал знакомый силуэт вдали, и на лице проявлялась улыбка равно грустная и счастливая, когда капитан к нему обращался. Сказать бы, что весь легион знал о его горе, но нет. Ни капитан, ни самые близкие друзья Ашера даже не допускали мысль о влюблённости Ракати в боевого брата. Это ведь невозможно. В них одно геносемя, их не должно тянуть друг к другу. Ашер не так боялся осуждения окружающих, как реакции главы терминаторов. Обличитель и без того в чём-то его подозревает, ни к чему подтверждать его подозрения. А потом они отправились на Листанский Предел. Если бы Аластору Рушалю предложили вернуться в утро того дня на Терре, когда его жизнь вышла из-под контроля, он бы согласился, но только чтобы снова проехаться на руках Севатара через коридоры Императорского Дворца под шок Бледных Кочевников. Оно того стоило. С тех пор минуло почти полвека, но он до сих пор любит вспоминать свой скандальный переход к Повелителям Ночи (которые, как ни странно, встретили его сдержанно-приветственно, даже не наградив его каким-нибудь оскорбительным прозвищем, как он боялся). Бледные Кочевники стали Гвардией Ворона и существенно смягчили нравы. Это было неизбежно, Миротворец всё-таки заполучил их примарха в постель и обработал по высшему разряду, выдавив прежние устои как перезревший прыщ. Ну и фраг с ними: Аластор Рушаль теперь Повелитель Ночи. Член "Кироптеры", регент клешни "Вороны Мрака", консорт Принца Воронья и обладатель ещё ряда титулов, в которых из принципа не разбирается. Другой примарх зовёт его сыном, его приглашают на неофициальные заседания. У него есть собственная накидка из кожи коррупционеров. Зо Сахаал однажды угостил кровяным пивом. Расписной Граф, правда, однажды назвал вороньей подстилкой, но прозвище вызвало только пару усмешек и не прижилось. Словом, Рушаль прижился в чужом Легионе так, что многие неофиты говорят с ним на беглом нострамском и искренне удивляются, когда он их не понимает. Листанский Предел был помойкой. Метафорически, конечно, но всё равно помойкой. Кучка мелких государств решила, что сможет противостоять Империуму Человечества, и выставила против них кучу магических барьеров. Как будто у Повелителей Ночи нет собственных библиариев. Рушаль планировал в кои-то веки задействовать генетическое наследие и скрытно провести свою роту через щели барьера, но тут на подмогу к Повелителям Ночи явились Невыносимые. Терминаторская рота и остатки десятой. И началась бойня. Кто считает Невыносимых сборищем белоручек с волкитом, просто никогда не видел их в настоящем бою. Они либо накатывают как ледяной прибой, сметая всё на своём пути, либо ловко встраиваются в отряды других легионов и прикрывают от псайканы, превращая псайкеров противника в беззащитных котят. Ну, ещё был Жнец Душ, который просто впал в режим "убивать" и двигался по крайне интересной траектории от одного редута к другому, но это мелочи. Аластор Рушаль не любил сражаться вместе с легионом Князя Пустоты, у него рядом с ними ужасно болела голова, но одного у них не отнять: они не читают нотаций, когда Повелители Ночи заживо сдирают кожу и вырезают целые города. Сам он возглавил отряд из самых ловких и проворных астартес и, пользуясь хаосом битв, пробрался в ставку командования. С ними шёл сам Нерон Обличитель, укрывший их своей аурой до полного стирания из восприятия людей. Листанцы даже не понимали, что их убивает. Обличитель шёл, никуда не сворачивая, прорубая и прожигая всё на своём пути. Повелители Ночи просто шли за ним и одобрительно шептались на нострамском. Обличитель был так мил, что даже позволил им забрать штабных офицеров врага и заживо насадить на пики, включив вещание на частотах Листанского Предела. Да, Невыносимые вам не Саламандры. Они не мешают делать своё дело, пока им позволяют делать своё. После боя, готовя план "обработки" следующего мира системы, Рушаль нашёл минутку обменяться новостями с Эсагилой. Не сказать, чтобы они были друзьями, но смазливый преторианец учился сражаться глефой у Яго Севатара, так что добрыми знакомыми назвать можно. - Смотрю, в этот раз прилив не так бушевал. Ты наконец сражался спокойно, а не как берсерк. - О, поверь мне, Ворон, прилив захватил меня как обычно. Просто у меня теперь есть избранник, вот самоконтроля и прибавилось, - признался Жнец Душ, и притом смотрел чрезвычайно довольно, наслаждаясь чужим замешательством. - Нашёл себе пару? Странно, что только сейчас. Ну и кто же это? Наверное, кто-то из Детей Императора или Кровавых Ангелов. - Александр Грейм, сержант первой роты Имперских Кулаков! Рушаль нервно расхохотался. Ощутимый удар под рёбра не помог успокоиться, только заставил ещё и икать. - Отличная шутка! А ты его плетьми хлещешь или сразу цепями? - Не твоё дело, Ворон, - буркнул Эсагила и пихнул в живот ещё раз. - Я же не спрашиваю, как тебя пытает твой Повелитель? Один-один. Вопреки расхожему мнению, не всех Повелителей Ночи заводят чужие страх и боль, но и на пустом месте этот слух не возник. Нет, Севатару нравилось издеваться над любовником, а некоторые Повелители Ночи занимались сомнительным с собственными сервами, но не все же... Дабы не задерживаться на неудобном месте разговора, Рушаль огляделся по сторонам и, увидев тёмно-рыжего астартес с невероятно постным лицом и в капюшоне библиария, сменил тему. - С кого это твой легионер снял тряпку? - Хадох Крол - наш библиарий! - Гордо заявил Эсагила и, на миг оторвавшись, заорал по-командирски: - Старший библиарий Крол! - Да, капитан? - Вмиг застыл перед капитанами Хадох. Вблизи сомнения окончательно развеялись: молодой астартес явно был из числа отпрысков бычков-производителей. И псайкером, но поразительно спокойным рядом с такой горой пустых. - Вот наш предсказатель. Некогда предвидел беду на Калибане и спас много жизней в боях против демонов, но за последние полгода ни одного предсказания. - Что, разленился? Я знаю верный способ добиться пророчества, но для этого придётся его как следует избить, - после этих слов Хадох уставился на Рушаля так растерянно, что тот едва подавил желание действительно треснуть библиария, просто чтобы подкрепить слова делом. Но разрешения от Эсагилы не последовало, а первый же несанкционированный удар по чужому подчинённому испортит отношения со всей цепью командования. - Вы скоро погибнете, - вдруг сказал библиарий, глядя на Аластора всё так же растерянно. - Вас убьёт астартес вашего же легиона, но с длинными белыми волосами и цветным узором на лице... - Гендор Скрайвок? Меня? Этот размалёванный кретин даже сервов запугать не может! - Он вас убьёт. Я это вижу. - Бред, - ёмко заключил Рушаль. - Что ещё видишь? Юноша осмотрелся по сторонам. Апотекарии делали свою работу, астартес двух легионов переговаривались (а кое-кого уже пригласили в укромное место), Обличитель подставил лицо упрямому солнцу. Окинув взглядом всех, кого счёл нужным, Хадох сосредоточился на трёх юношах, серьёзно обсуждавших какой-то момент боя. - Сильвестр отрубит голову пятиметровому орку, - негромко молвил Хадох. - Гипатий отправится на Марс. Ашер...Ой! Прорицатель побледнел, покраснел, потом снова побледнел, натянул на глаза капюшон и замолчал с таким видом, что стало понятно, какой эпизод будущего этого юнца (и родного брата) ему открылся. Ни слова не сказав, Хадох натянул на глаза капюшон и очень быстро сбежал. - Я уже давно подозревал, что у Ашера есть кто-то на примете, - задумался Эсагила, на миг мрачнея, но быстро возвращая спокойную собранность. - Что ж, пришло время для важного разговора. - А у вас что, капитаны про секс рассказывают? Не сержанты? - Хмыкнул Рушаль. - Обычно прилив накатывает позже, когда астартес успевает всякого навидаться. Но Ашеру нет и полувека, так что лучше с ним поговорить. Вот сейчас и пойду, чего время терять? - Один вопрос напоследок. Ну, раз ты всё равно идёшь наставлять. Как после секса кровь полностью вымыть? - Спокойно спросил Рушаль. То, что он увидел следом, едва не заставило его прыснуть: синие глаза округлились, а зрачки сузились, придав смазливому лицу несколько оглушённый вид. - Какая...кровь? - Обыкновенная. Сам должен знать: когда подставляешь кому-то задницу, она почти всегда рвётся. Ну, там, на входе или глубже. Потом срастается, спасибо регенерации, но немного крови затекает внутрь. И вот я вообще не понимаю, как её потом достать, пока она не испачкает простыни. Может, у вашего легиона есть какой-то метод? - Объяснил Аластор проблему. Нет, он не стеснялся. - Рушаль, - очень мягко обратился к нему Эсагила с таким видом, словно его танк переехал. - Мне кажется, тебе тоже стоит послушать мои наставления. - А что не так? - Сейчас сам поймёшь. Просто чтобы быть уверенным: тебе знаком этот предмет? Эсагила достал из неприметного отделения ранца небольшую металлическую фляжку, вручную расписанную какими-то синими цветами. Рушаль взял её, повертел в руках и даже понюхал крышку изнутри, но назначение столь необычного для астартес предмета так и не понял. Сперва подумал, что это мъёд, но жидкость внутри пахла какими-то цветочками и казалась более густой. - Это что, оружейная смазка? - Наконец предположил он. - Почти. Пошли, я не хочу повторять одно и то же два раза подряд. И кого-нибудь из своих захвати, причём поболтливее, чтобы потом другим рассказал. Глупых вопросов Аластор решил не задавать. В вопросах половой жизни лучше слушаться опытного человека, а Жнец Душ был более чем опытным. Больше, чем он, про секс мог рассказать разве что Марлон Кардено. Поэтому вызвал пару сержантов и велел слушать очень внимательно. А потом, подумав, собрал вообще всех, кого счёл общительным. Ну...прямо скажем: то, что Жнец Душ поведал группе из где-то полусотни астартес, было действительно интересно. Рушаль слушал, едва не разинув рот. Оказывается, секс - это не только сопряжение половых органов, бравый капитан поведал про извращение под названием "прелюдия". Оказывается, крови быть вообще не должно! Достаточно всего минутной подготовки с помощью пальцев и смазки, и сверхчеловеческое тело уже не будет так яро сопротивляться вторжению. А если как следует разогреться, то боли вообще не будет, но это Рушаль мысленно счёл излишним, ведь немного остроты вначале ему нравилось. Хотя, для разнообразия можно и попробовать. Рассказал бравый капитан и про ухаживания. Вроде бы это означает подарки и совместное занятие чём-то приятным для обоих. Ну, если считать за подарки содранные кожи, а за приятное времяпрепровождение пытки, шитьё и злобные пикировки, то у них с Яго выходят отличные отношения. Попутно Эсагила немного рассказал про соблазнение, но тут его познания оказались скуднее: писаному красавцу не требовалось много усилий, чтобы кого-то привлечь. Но в целом внешность для астартес не играет большой роли. За Натаниэля Гарро двое сражались, из любовников Марлона пару рот укомплектовать можно, и даже одержимость Аргела Тала демоном не отпугнула Кхарна. Доблесть, благородство, обаяние и, чего уж греха таить, удобный случай - вот всё, что нужно для любви. И Эсагила был истинно прав: нет в мире мерзости, которую не возжелал бы хоть один человек. Правда, большинство астартес асексуальны, и вот это может стать преградой...но, как опять же показывает пример отважного капитана Гарро, найдено средство и от этой напасти. Правда, такое, на какое согласишься только от больших и чистых чувств. Ну, либо благородный капитан случайно, повторимся, случайно разбил рядом с собой и двумя ухажёрами ампулу с мощным и, как оказалось, легко переходящим в газообразное состояние афродизиаком, от которого у всех троих настолько снесло крышу, что даже появление в коридоре свидетелей не заставило их остановиться. Ашер Ракати слушал лекцию невероятно внимательно. На взгляд Аластора, беспокоиться парню не о чем: с виду вполне приятен, глаза умные, в бою не сдох - все шансы на успех, если его избранника в принципе возможно заинтересовать. А если и нельзя, пусть плюнет и найдёт кого-нибудь посговорчивей. Астартес не вечны, они рано или поздно обратятся прахом, но пока ты жив, нечего убиваться по всяким глупостям. Хм, глупости-глупостями, но разум сам то и дело возвращал Аластора к пророчеству Хадоха Крола. Чём-то оно его зацепило и никак не отпускало, нависнув неявной угрозой над упорядоченным бытом. Потому Рушаль решил побеседовать с Севатаром и, возможно, всё-таки прибить размалёванного придурка. Всё равно он им никогда не нравился. - Приветствую на "Немее". Что случилось? - Сразу перешёл к делу Виндекс. Сангвиний нечасто навещал его, но каждый визит был неизменно связан с какой-нибудь проблемой. - Линька, - коротко проговорил Сангвиний. - Намного...тяжелее обычного. - Хорус? - В секторе Обскурус. - Пойдём. Виндекс повёл Сангвиния к себе, но не в спальню, а в личную купальню. Многое на Немее обставлял Фулгрим, как и ванную комнату, но потом Виндекс узнал про термы Макрагга, побывал в гостях у Магнуса и Пертурабо, а также получил пару советов от Дорна, поэтому теперь его ванная больше походила на небольшой (для примарха) крытый бассейн. Кремово-золотая плитка, мягкий свет, несколько режимов подогрева воды и особенно возможность подачи пены. В шкафчиках - огромный запас мыла и более специализированных средств для ухода. Сейчас, впрочем, Виндекс ограничился просто тёплой водой без отдушек. Сангвиний бесконечно терпелив и ничем не выдаст раздражение, но он пришёл не терпеть дискомфорт, а напротив, расслабиться и успокоиться. Огромные крылья Сангвиния, предмет восторга и обожания даже некоторых демонов, были невероятно сильными, но также пушистыми и очень приятными на ощупь. Увы, они линяли ровно так же, как у самых обычных птиц: в течение пары недель старые перья выпадали, а на их месте прорастали новые. Конечно, не в пример птицам, Сангвиний линял всего лишь раз в несколько лет, но в остальном это была настоящая линька. Он становился немного, буквально самую малость раздражительнее, а также очень просил почесать крылья. Хоруса не требовалось просить дважды: Луперкаль никогда не упускал возможности позаботиться о возлюбленном и как следует нагладить мягкие перья. Но он далеко, а Виндекс близко, и хотя их с Хорусом подход к помощи в линьке отличался, итогом неизменно был довольный Ангел. Теплая вода уменьшала зуд и брала на себя часть веса, позволяя Сангвинию расслабиться. Виндекс сел за ним на выступ бассейна и, взяв специальную щётку, начал аккуратно, неторопливо прочесывать влажные перья. Он не боялся выдрать зачатки новых перьев, ведь при всей мягкости перья Сангвиния крепко сидят в коже, расшатать их почти невозможно, тем более столь слабым давлением. Лишь старые перья могли выпасть. Хорус предпочитал выбирать их вручную, Виндекс работал щёткой, но Сангвиния устраивало всё, только бы зуд поскорее закончился. При всём старании, Виндекс сумел извлечь только четверть перьев. Они сменяются постепенно, прорастают участками, так что завтра или послезавтра им предстоит повторить процедуру. Но Сангвинию стало легче, ушла едва заметная морщинка меж бровей, а мышцы расслабились. Он не торопился вылезать из тёплой воды и отмокал, пока Виндекс бережно собирал удалённые перья в мешок. - Однажды я набью ими девятнадцать подушек и подарю вам на какой-нибудь большой праздник, - коварно проговорил Виндекс. - И на каждой подушке будет герб легиона. Ради такого специально попрошу Конрада научить меня шитью. - Я с нетерпением буду ждать этого момента, - ничуть не обиделся Сангвиний. - Но он будет нескоро, если только Хорус не согласится поделиться своими запасами. - Ещё бы он согласился. Небось набил уже ими матрас и пару одеял, чтобы всегда быть рядом с тобой. - Умеешь же смутить. Тогда и я тебя спрошу: где Конрад научился шить? Ты упомянул об этом, и доходят слухи о новых странных традициях Повелителей Ночи. - А, это смешная история. Немного секретная, но если вкратце, то Конрад слегка...провинился перед Леманом. Совсем чуть-чуть, тот даже не обиделся. Но в наказание велел сшить ему десять накидок из волчьих шкур. И знаешь, Конраду понравилось! Он сказал, что кройка и шитьё очень успокаивают. А Повелители Ночи и раньше шили плащи из человеческой кожи, просто теперь работают тоньше. Говорят, помогает развивать мелкую моторику неофитам и, опять же, сближает с отцом. - Я рад, что ему нравится, - не сдержал улыбку Сангвиний. - Он уже не тот, кем мог стать. Намного спокойнее, намного счастливее...все мы изменились, но он сильнее всех. - И это хорошо, - мирно заключил Виндекс, возвращаясь обратно в воду и устраиваясь рядышком. - Кстати, хочешь поехать с нами к Рогалу? Сигизмунд наконец решился пронести Геттора через всю "Фалангу"! Ты будешь очень кстати, свидетелей должно быть много! А потом у нас будут дружеские посиделки. С картами и регицидом. - Я согласен. Жаль, Хорус не успеет, - немного погрустнел Сангвиний, но почти сразу же взбодрились. - Впрочем, можно будет позже показать ему пикты. - Верное решение. Кстати, подарков не надо. Это же не свадьба, в самом-то деле. - Верно, астартес не женятся. Всего лишь клянутся быть друг с другом до самой смерти, - пробормотал Сангвиний. - Это не брак. Какой брак без имущества? А у них из личных вещей только мечи и броня. А раз нет имущественных обязательств и жить вместе они не будут, то какой же это брак? - Будь они уроженцами Ваала, они бы считались супругами после распития воды из одной чаши, - прошептал Сангвиний. - В таком случае, я давно женат на Лемане, Фулгриме, Вулкане, почти наверняка Хорусе, Пертурабо, Робауте, десятке племенных вождей разных планет, Малкадоре и даже собственном брате. Сангвиний тихо рассмеялся и плеснул в Виндекса водой. Виндекс достал из ящика подаренный когда-то Сцеволом водяной пистолет. Последующие полчаса примархи вели увлечённую водную войну, намочили всю ванную, покрыли пеной даже потолок, зато вышли довольными и умиротворёнными. Когда Хадох пришёл к нему с кувшином невесть как добытого мъёда (неужели в апотекарионе стянул?) и глазами виноватого грокса, Фульвиан не смог его выгнать. Старший библиарий, носящий этот титул просто для солидности, ведь других библиариев в легионе не предвидилось, молча зашёл и сел прямо на пол. Фульвиан хлопнул было по кровати, но Хадох качнул головой. Вместо этого он двинул пальцами, сманивая со стола стакан из-под сока, плеснул в него мъёд и молча выпил. Только после сего нехитрого ритуала Хадох, наконец, поведал Фульвиану причину своих тревог. - Я увидел будущее Ашера Ракати. Он...возляжет с Обличителем. - Бред, - коротко и ёмко констатировал Фульвиан. - Я видел, что так будет, - Хадох налил себе ещё, но пить пока не стал, рассеянно водя пальцем по краю. - Они возлягут. Я видел их лица. Я...я даже знаю, в какой позе! - Это по-прежнему бред, - Фульвиан полез за вторым стаканом, из которого обычно поил Нерву, и Хадох наполнил его едва не до краёв. - Невозможно. Невыносимый не может пожелать Невыносимого. - Невозможно, немыслимо, но я видел, - упрямо твердил Хадох, осушил стакан и налил себе следующий. - Я увидел и теперь не могу забыть! Это ужасно. Отвратительно. Я не хотел их видеть вместе! - Подумать только, есть предел и нашему распутству, - покачал головой Фульвиан, не особо-то охотно отпивая сам. - Надеюсь, ты хоть Нерону не сказал про это видение? - ... - Так, ладно, ты ему сказал. Он ведь посмеялся и пошёл, верно? - ... - Налей-ка ещё, - тут уже занервничал и Фульвиан. Обличитель поверил бредовому предсказанию Хадоха. Значит, он не счёл его бредом. Значит, в картине мира Нерона связь с Ашером Ракати не была невозможной, немыслимой ересью. Обличитель не против секса с боевым братом! Зачем Хадох об этом заговорил? Зачем?! Фульвиану теперь плохо. Как он впредь будет смотреть в глаза главе терминаторов? Он разве сможет общаться с ним как раньше? Как смогут Невыносимые терпеть подобное извращение? Фульвиан и Нерва переспали с десятками женщин, но это было всего лишь экзотикой, пикантным приключением в сравнении с этим ужасом. Секс с братом по геносемени для Невыносимого куда страшнее даже связи с ксеносами, ведь при всей безнравственности ксенос хотя бы не связан с тобой кровными узами. Если бы разделили ложе братья Грейм, Фульвиан бы и бровью не повёл, ведь они из разных легионов, а иные родственные связи для астартес ничего не значит. Даже трахнуть грокса не так ужасно, как своего брата. Даже мёртвого грокса! Даже публично! Кувшин закончился слишком быстро, но за добавкой они не пошли. Они сидели на полу и лихорадочно обсуждали, как предотвратить моральное разложение легиона. Отныне их священная миссия состоит в удержании этих двоих порознь. Будет нелегко, но астартес не страшатся трудностей! - Давно не виделись. О, ты отращиваешь волосы! - Умилился Виндекс, увидев пока короткий, но понемногу отрастающий ёжик на голове Лоргара. - Такова воля Войса, - немного смутился Лоргар. - Длинные волосы символизируют добродетель и чистоту. - Он сказал, что длинные волосы тебе пойдут? - Ну, если трактовать Его слова буквально... - Он прав. Надеюсь, насчёт татуировок он ничего не говорил? Потому что они тебе тоже идут. Хм, они изменились... - Слова, начертанные на коже, идут от самого сердца, - пропел Лоргар и вдруг достал том, подозрительно похожий на "Кодекс Имматериум", и кипу исписанных листов. - Мне нужно обсудить с тобой и братьями Ариман изменения в доктрине. - С Азеком ты поговорить сможешь, но вот Ормузд сейчас с легионом. Ещё бы знать, своим или Космических Волков...но вот я тебя охотно выслушаю, - пообещал Виндекс и, поймав мысль, улыбнулся. - У тебя так глаза сияют. Кажется, богословские хлопоты тебе в радость. - Ты прав, - раздался низкий и немного хриплый голос, и к ним приблизился Ангрон. - Он делает то, для чего создан, и ему спокойно. Ангрон тоже изменился с их последней встречи. Отросшие волосы заплетены в множество тонких косичек и выглядят медными проводами. Немного изменились полосы на лице. Ангрон рассказывал, что на Нуцерии по форме и расположению татуировок можно узнать о человеке почти всё, но Виндекс не был нуцерийцем. Тем не менее, одно он понял: Ангрон и Лоргар сблизились. И это радовало. Ангрон положил руку на плечо Виндексу и медленно улыбнулся. - Ты по-прежнему доволен жизнью и совершенно не ревнив. - Как свести двух капитанов, так ты против, а как лезть в мою душу, так первый, - шутливо пожурил его Виндекс. - Я не хочу и не буду использовать эмпатическое поле для приворота, как бы ты ни упрашивал. Нет. Это отвратительно. Всё равно, что Гвозди Мясника, - отрезал Ангрон. Рука на мгновение сжалась, выдавая застарелый шрам на душе, но вскоре примарх расслабился. - Хорошо, что они справились сами. Сами же? - Однозначно. Раз в век и Невыносимым везёт. Ты сам сможешь увидеть их, совсем скоро. - Брат, недавно мне явился во время молитвы Войс. Он просил передать привет и воздать хвалу за то, что ты поддерживаешь Его Сынов. - Всего лишь предложил не расформировывать легион, а отправить нести пост в аномалию Лебедя. То, что меня вдруг поддержали лорды Терры, было чудом. - Лорды Терры прекрасно понимают, к чему бы привёл их отказ, - Рогал Дорн, подошедший со спины и следивший за разговором, наконец подключился сам. - Они считают твоё мнение общим для всех примархов. Они убеждены, что твоего слова достаточно для начала восстания легионов. - Они правы, - не раздумывая кивнул Ангрон. - Однозначно, - согласился Лоргар. - Ну что вы, я не столь мелочен. Я бы просто нашёл способ сохранить Сынов Тонатиу другим способом, зачем сразу воевать? - Нервно хихикнул Виндекс, и сам прекрасно понимая, что Рогал Дорн прав. - Кстати, Рогал, как Сигизмунд? Уже освоился в новом теле? - Он стал немного вспыльчивее прежнего, - задумчиво проговорил Дорн. - И не до конца восстановил рефлексы. С основными обязанностями он справляется. - И это хорошо! - Заключил Виндекс. Много астартес собралось на "Фаланге" в тот день. "Не-свадьба" Лорда-командующего Невыносимых и Чемпиона Смерти была действительно важным событием, а также отличным поводом собраться для решения давно откладываемых вопросов. Не все примархи прибыли лично, но хоть пару посыльных прислали все. Уже вышел из варп-прыжка катер Железных Воинов, уже обменивались любезностями Белые Шрамы и Дети Императора, а на двери покоев Марлона Кардено появилось внушительное расписание приёма. Даже пролетавший мимо корабль Вольного Торговца запросил разрешение на швартовку, привлечённый запахом контрактов на поставки. Только то, что год назад этот же корабль помогал эвакуировать калибанцев на орбиту, было причиной неохотного согласия. Повторимся, ни о какой свадьбе и речи не шло, какая вообще может быть свадьба у двух астартес, и всё же... И всё же Геттор сиял ярче самых ярких звёзд, а на лице Сигизмунда проступало что-то очень человеческое, когда он видел это сияние. - Времени мало, но ты успеешь, - напоследок сказал ему очень серьёзно Сильвестр. - Я отвлеку капитана, Гипатий Хадоха, и у тебя будет примерно полминуты, чтобы добраться до "Карбофоса". Жнец Душ договорился со службой безопасности, тебя пропустят. Если что, активируй пожарную тревогу и ныряй в вентиляцию. - Спасибо вам, - искренне улыбнулся Ашер. - Что бы я без вас делал! - Сидел бы под домашним арестом и дальше. Капитан Фульвиан так яро настаивал, что ему плевать на родственные связи, а теперь ведёт себя так, будто ты девица на выданье, не иначе! Ну всё, хватит рассусоливать, мне пора идти. Я верю в тебя! Ты обязательно встретишься со своим суженым! Ашер улыбался, мысленно извиняясь перед друзьями и особенно капитаном Эсагилой за обман. Он не хотел им врать, но и правду сказать не мог. Просто чудо, что Хадох открыл всю правду только третьему капитану, а не всему легиону, потому что тогда Ашеру было бы проще умереть, чем вынести всеобщее обсуждение. Должно быть, Хадоху всё же ведомо милосердие, хоть это даже звучит глупо. Хадох увидел в будущем любовную связь меж Ашером и Нероном, и теперь вместе с капитаном Фульвианом, посвящённым в тайну, старательно удерживал главу терминаторов и родного брата подальше друг от друга. Если же им приходилось находиться в одном помещении, старший библиарий с третьим капитаном стояли рядом и буравили их взглядами, не давая даже вздохнуть спокойно. Именно это и подтолкнуло их друг к другу. Именно этот запрет, жестокий и негласный, лучше всех советов Эсагилы вселил в Ашера уверенность. Разве столь рьяное противодействие пророчеству не лучшая гарантия его свершения? Обличитель был того же мнения. Он тихо и незаметно передавал записки, полные нежного ободрения, а сам Ракати убедил друзей помочь ему с любовной встречей. Он соврал им, назвал своим избранником Соломона Деметра из Детей Императора, а Обличителя представил просто как того, через кого они держат связь. Нерон не стал отрицать, ложь сработала, и сегодня наконец подвернулся случай сбежать с "Немеи", вырваться из-под неусыпного контроля и хоть ненадолго побыть счастливым. Ужасное, порочное, но ставшее слишком сильным чувство будоражило, толкало на безумства, как и положено любви. Он добрался до катера за двадцать одну секунду, преодолев почти милю на едва не звуковой скорости, нырнул в заботливо приоткрытую дверь, ногой шлёпнув по кнопке задраивания люков, перекатился под сидение и, выдержав пару мгновений, наконец сел. Пока всё шло так, как думали его друзья, но теперь всё пойдёт так, как должно на самом деле: Ашер дождётся Обличителя и отправится на "Фалангу" с ним, а не в одиночку. Гипатию и Сильвестру об этом знать, разумеется, не нужно. Вдруг Ашер почувствовал, как пол под ним задрожал. Прославленный челнок начал отчаливать куда раньше, чем было оговорено! - Нет, ещё минуту! Рявкнул он и бросился к кабине пилота. - Ещё нельзя, щиты... - Ты проделал отличную работу, брат, - сказал вдруг ровный голос, и Ашер замер. Голос был незнакомым, но от него юноше стало жутко, и всё инстинкты завопили об угрозе. В кабине пилота было двое незнакомцев. Оба в странной, незнакомой бирюзовой броне, похожей на панцири Саламандр. Их наплечники были украшены символом трёхглавого чудовища. Один из них совершенно спокойно направил "Карбоос" в сторону "Ромулеи", корабля династии фон Тиндаре, а другой непринуждённо сидел на месте второй пилота и будто в задумчивости чистил цепной меч. - Кто вы такие и как посмели угнать собственность Невыносимых? - Холодно вопросил Ашер, судорожно ища способ одолеть без оружия сразу двух астартес в броне. - Вас не спасёт даже заступничество примарха! - Нет-нет, мы не собираемся ничего красть у Второго Легиона. Просто мы решили, что лучше момента для обмена данными не представится. Итак, можешь начинать рассказывать. Что ты узнал на "Немее"? - С чего бы мне это говорить? - Усмехнулся Ашер. - И вы не ответили на мой вопрос. Кто. Вы. Такие? - У нас много имён. Легион Призраков, Терзающие, Алеф Нуль...в последнее время о нас говорят, как об Альфа-легионе. - Хм, двадцатые? Мне говорили, что вы всё пытаетесь пробраться к нам, да всё безуспешно. - О, нет, - холодно и коварно улыбнулся легионер. - Инфильтрация прошла невероятно успешно. Удалось обмануть даже Обличителя. - О чём вы вообще говорите? Что ещё за инфильтрация? - А ты ещё не понял? Значит, та машина Четвёртого Легиона сработала как надо. Впрочем, ладно, так и быть, я скажу.

Ты не Ашер Ракати. Ты - наш брат. Ты - Альфарий.