Свобода? Дорога из осколков

Кони рысью проносятся по пыльной дороге, вдоль стены густого леса. Алеющее закатное небо, на востоке уже блеснуло первыми звездами над вершинами Каменградского хребта. Стараюсь даже не смотреть в ту сторону. Судя по всему, форт находился намного дальше, чем была стоянка троллей, по крайней мере, там горы были не так хорошо видны. На всем пути нам не попалась ни одна дорога ведущая во владения дриад, лишь эта колея. А еще - больше нет барьера. Магическая преграда опущена и это тревожит, перед глазами все еще та картина из кошмара с горящим городом лесного народа. Нет, такого не могло произойти. Уж кого, а дриад север не посмел бы тронуть. Разгневать саму природу, ради своих амбиций – бессмыслица. Если дело было бы исключительно во власти и территории, то Ярнораш мог объявить Мертвые Земли своим владением, никто бы и слово против не сказал. Они же не настолько глупы, чтобы превращать остров в такую же пустыню? Неужели придется ехать все время вдоль степи? Ведь пробираться сквозь кустарник не самая хорошая затея. Очень надеюсь, что барьер не просто передвинули дальше. Потому как, в этом случае, в лес не получится зайти. Преграда пропускает только обладателей магии, я таковым уже не являюсь. По западу можно срезать маршрут наискосок, не заезжая на главный торговый тракт, этого мне не хочется больше всего. Если выбрать тот путь, то непременно выйдем на деревню… в одном дне пути от гор, где мы останавливались с Онардом… Под копытами что-то громко хрустнуло. Этот звук появляется не в первый раз, но разглядеть на что именно периодически наступает животное почти невозможно, мы едем быстро, да и темно уже. - Здесь есть тропа иная? – спрашивает Бэсемар приостанавливая своего коня. Он выбрал себе крупного белого жеребца, с явной помесью тягловой породы. Работники конюшни предупреждали, что животное еще не объезжено и крайне самовольно, однако, весь путь он прекрасно слушается. - Я как раз пытаюсь найти дорогу в лес. Через него будет быстрее. - А если нам проехать по степи вон к тем горам? Не стоит двигаться тропою этой. - К горам…? Нет. – мотаю головой. – Будет быстрее именно по лесу. От гор дольше. Да и там… - не хочу ехать той дорогой. – Там нет пути. Я... я проверил по карте. - Пусть так, ведь карта у тебя и земли родины своей ты знаешь лучше. Однако, я не просто так хочу, уйти с дороги этой. Предчувствую, что впереди увидим. Я думаю и сам ты кое-что заметил. - Заметил… что? - Хруст костей под копытами коней. Спокойней, то не человеческие точно. Полевки, другие грызуны и лисы. Погибли они явно тут давно, бежали от чего-то… Мне неспокойно от того, что не стащили хищники сей пир. За всю дорогу, не услышал я ни сойки, ни свиристели, в лесу мертвецки тихо. Бэсемар прав - тишина. Только ветер и больше ничего. Ни одной ночной птицы. Мой конь нервно махает черной гривой, не понимая отчего начали дрожать поводья. - Поехали вперед. – чтобы там ни было, я должен узнать, что случилось. – Надо найти какой-нибудь ручей, а то лошади давно не пили. - Я не уверен, что нормально ты воспримешь картину ту, что может ожидать нас впереди. Прекрасно вижу я заросшее здесь поле битвы. По спине пробегает неприятный холодок. Как я раньше не заметил насколько неровный здесь рельеф? То, что казалось оврагами и ямами… Если на дороге останки животных, значит, там, в высокой траве… Но дорога вдоль леса же не заросла. Тут ездят. И никто не убрал кости? Мне нечего сказать Бэсемару. Молча подгоняю коня. Не нужно задерживаться на этом участке пути. Здесь был бой, но кого и с кем? Ярнораша и Каменграда? Не все же силы горного королевства были в столице. Или это было до уничтожения города? Эльфы могли прийти из леса и тут разбили войско людей, после чего пошли дальше. Но что же произошло с животными? Может маги севера применили какие-то мощные заклинания против всего живого? Правда, не знаю ни одного подходящего… Никогда не интересовался таким. Очередной хруст под стальной подковой. Конь шел медленно, сам останавливаясь, отказываясь ступать по неестественно черной земле. Деревья со стороны леса не живые, иссохшие и изогнутые, как от сильного порыва ветра, а трава становится все ниже и ниже, болезненной и жухлой. Насколько хватает глаз в спустившейся темноте, отчетливо вижу контур этого кошмара. Совершенно круглая территория, вступив в которую даже дышать стало сложней. Здесь был магический взрыв… Око? Но зачем? Нет, для него разрушения слишком малы. Конь упирается, не хочет идти дальше, дернув поводья увожу его ближе к лесу. Искал место без зарослей? Вот и оно. Хм, да тут определенно можно проехать. В тишине слышно движение меж обгоревших кустов. Кто-то пробегает сквозь деревья, сверкнув голубым светом магического камня. Замечаю, как Бэсемар потянулся к рукояти меча. - Стойте! – из леса, подняв руки над головой, вышел молодой тролль, совсем мальчишка. – Вы повредите ростки! Незнакомец кинулся к земле, сдувая попавшую на слабые зеленые побеги пыль. В его грязной одежде с трудом угадывались разноцветные узоры, что встречались на жителях лагеря, где мы с Онардом останавливались год назад. Но поверх этого, на мальчике, сшитая из листьев накидка, подобная тем, которые носят дриады. Его сероватая кожа, сначала показалась ужасно грязной, но теперь, в синем свете кристалла понимаю, что это полосы древесной коры, что словно прорастает из него самого. - Извини, мы просто хотели проехать. – удивленно рассматриваю его. Разве дриады могут быть полукровками? - Через лес? – тролль поднимается, зачем-то пытаясь стряхнуть с себя грязь. – А, вы эльфы. Я не заметил сразу, думал опять л… – он осекается, пристально посмотрев на меня. Выражение его лица меняется, становясь задумчиво хмурым. - А интересно было бы узнать, - Бэсемар провел свое животное вперед. – что делает в лесу, в ночи ребенок? Да и к тому же, на месте явного взрывного следа. Тролль бросил короткий взгляд на кузнеца, но тут же опять повернулся ко мне, отвечая на его вопрос: - Я помогаю дриадам. Они приютили меня у себя, когда люди сожгли становище моей семьи. – маленькие глаза незнакомца сузились еще сильней. – Вы же едете в Ярнораш? Я хорошо знаю этот лес, могу провести вас до границы севера. Меня прошибает будто током. Это же не может быть тот тролль, который проводил Алариэль через барьер? Но, кажется, он узнал меня. Как? Тот мальчишка ушел гораздо раньше, до того как я отрезал волосы и уши. Или не узнал? Принял за человека? Да это вообще может быть и не он, отчего же тогда настолько тревожно? - Нет. – зачем-то стараюсь улыбнуться, он все равно этого не видит. – Мы поищем другой путь. Нужно найти привал, да и лошадей поить пора. Просто объедем это место и… - На той дороге нет ни одного ручья, даже родников нет. – незнакомец указывает в чащу. – Тут недалеко есть озеро. Провести? Так хочется возразить, но не нахожу ни одного достойного ответа. Проклятье… я действительно боюсь маленького тролля?! - Мы принимаем предложение. – говорит Бэсемар. – Ты проведешь нас до воды, а утром выведешь на север. Я понадеюсь на твое благоразумье, что без обмана все, иначе говорить мы по иному будем. Бэсемар, прошу, не зли его. Это же не ублюдки из форта, а подопечный дриад. Вслух этого сказать не могу, но надеюсь он понял, по моему взгляду. *** Помню, тогда, давно, когда мы подъезжали к Западу, я заметил огромную магическую мощь исходящею от леса. Сейчас ничего этого нет. Мертвая пустота. Вид гор отвлек на себя все внимание и я даже не подумал прислушаться к тому, что происходит на другой стороне. Вернее, к тому, что здесь ничего не происходит. Почему? А еще этот тролль, я ожидаю от него удара в любой момент. Он узнал меня! Не знаю как, но узнал. То, что сейчас рядом Бэсемар успокаивает, однако мы же во владениях дриад! Тут могут быть любые ловушки или что похуже. Когда впереди показалась гладь лесного озера, а вокруг так и не появилось засады, я даже удивился. Кузнец уводит животных ближе к воде, а мы с троллем остаемся разводить костер. - Не думал, что здесь можно зажигать огонь. – стараясь хоть как-то сгладить переживания, первым начинаю разговор. - Нельзя. – проводник высек искру из камня. – И сжигать растения нельзя. Но этого сейчас никто не видит. - Разве королева Запада не следит за лесом глазами всех животных? – запоздало прикусываю язык. Здесь ни зверей, ни птиц. - Королева умерла. – слишком спокойно говорит парнишка. – Она очень сильно ослабла после того, как рухнул барьер. Это случилось как раз через полгода, как я провел твою Алари до границы. - Значит, не показалось. Ты правда узнал меня… - почти не моргая смотрю за тем, как искры медленно распаляются, поедая мелкие ветки и сухие листья. – И наверняка думаешь, как убить? - Нет. – тролль пожал плечами. – Я винил вас в гибели семьи, но мне показали, что вы не виноваты. Ненависть - не выход. Я жив, так решил лес. Все происходит не просто так. Смерть чего-то одного, это всегда начало новой жизни. Как гибель животного помогает не погибнуть другому, как падение старого дуба, открывает свет солнца новым росткам. - Очень… зрелые размышления. – может я ошибся с возрастом этого тролля? - Лес меняет отношение к вещам. Особенно, когда становишься его частью. – мальчик указал на наросты коры под глазом и на щеке. – Я знаю все то, что знают древние деревья в сердце Запада. Я знаю все, что когда-либо изучали исследователи, ставшие частью леса. – проводник наконец посмотрел на меня. – Мне не за что ненавидеть вас. - Ты узнал кто я, именно магией леса? - Не так уж много в мире Айноранцев лишенных чар. – тролль усмехнулся, перевернув палкой полено в костре. – И еще меньшему числу из них нужно в Ярнораш. Хотя, после того, как люди напали на Запад, много кто ушел в северное королевство. - Что? Люди напали на вас? - А ты не знал? – он удивлен. – Войска Каменграда потребовали открыть проход через лес, а королева отказалась, у нас же был нейтралитет. Но… люди привели своих чародеев, они взорвали барьер, как раз в том самом месте, где мы с вами встретились сегодня. Из-за этого взрыва погибло все живое в округе. Кроме войска страны гор… - тролль вздохнул. – Было очень тяжёлое сражение. Выжившие дриады оттеснили людей и сутки не пускали их вперед, если бы не пришли войны Ярнораша, не знаю что было бы. Для того, чтобы Каменград больше не смел нападать, север принес какое-то магическое оружие, которое уничтожило горную столицу. С тех пор, здесь только редкие людские отряды попадаются, но их быстро прогоняют. - Око… - догадался я. - Не знаю, как та штука называлась. Может и так. Ярнораш потребовал от людей признать поражение, но центр острова, и весь юг, отказались. Объединились в альянс и решили атаковать. Что там происходило и происходит сейчас я понятия не имею. Молча смотрю на огонь. Все это время я был уверен, что Око просто испытывали на городе Онарда… Никто не говорил о падении барьера и гибели королевы дриад. Стискиваю зубы. Гребанные снобы. Их совершенно не волновали настоящие дела! Упивались лишь своим триумфом, лишь гибелью мирного населения! Даже агрессия людей нисколько их не оправдывает. Похоже, ситуация была как с моей родиной. Люди узнали про Око и то, что оно готово… решили остановить эльфов. Но людям тоже нет оправдания. Если все так, как говорит тролль, значит они напали на Запад просто потому, что он был на их пути. - А твой друг, - нарушает тишину провожатый, кивая в сторону Бэсемара. – откуда он? - Он… издалека. Не с острова. – пусть считает, что кузнец с Мертвых Земель. - Вот как. – мальчишка снова разворошил костер палкой, от чего в воздух поднялся сгорающий пепел. – Лес шепчется о нем. Такая темная сила. Как много крови на его руках? - в непонимании приподнимаю бровь. Но тролль будто в трансе, щурит черные глаза от дыма, неотрывно смотря на вздымающееся пламя. – Огонь тянется к нему. Он тоже что-то говорит, его языка я не знаю. И не вижу будущего ни одного из вас. Да, точно, тебе это уже говорили… тогда в лагере, моя бабка. Да, лес это слышал. Она ошиблась, твое будущее будто еще не написано... Но в тебе что-то есть, оно держит, оно очень зло и голодно. Оно мешает написанию судьбы, не хочет этого, ненавидит тебя… А твой друг сам пугает лес, что-то темное и зловещее вокруг него. На его руках кровь и он хочет больше… Вижу, как темноту прорезает светлая нить. Она связывает вас, но пока не крепко. Ее можно порвать. Пока что можно… Не смею даже шевельнуться, боясь, что это помешает прорицанию. - Конь съел те ягоды, что на кусте по берегу воды. – подводя лошадей, к нам пришел Бэсемар. – Хочу узнать, не ядовитые ли были? Видя, как наш провожатый непонимающе моргает, протирая ладонью глаза, разочарованно вздыхаю. Он вышел из транса и, судя по всему, даже не помнит, что говорил что-то. Мне так хотелось узнать больше. Пусть и про настоящий момент, а не будущее. Пока что все слишком мрачно… Что-то внутри меня, что не дает случиться судьбе? Даже не надо строить догадок, и так понятно, что это ошейник. А вот Бэсемар… в каком смысле «он хочет больше крови»? Кузнец же никого не убивал, только вынужденно. *** Ночью мы лишь немного отдохнули и сразу же отправились в путь. Наш провожатый на удивление легко и быстро идет по дороге, ровняясь по скорости с шагом наших коней. День пути по однообразному пейзажу, только вот чем дальше, тем больше вокруг движения. По веткам прыгают белки, стучит где-то далеко дятел, заметна ободрана кабанами кора. А еще, то тут, то там мелькают маленькие огоньки, синие и зеленые, блуждающий живой свет. Когда работал в институте многое бы отдал, чтобы увидеть их, они же настолько редкие. Собирались целые экспедиции, чтобы исследовать это явление. Я тоже хотел когда-нибудь в такой поход… Да уж. Отворачиваюсь от следующих за нами существ из света и больше не смотрю в их сторону. Лесная дорога очень широка, намного больше той вдоль поля. В иное время это было бы странно, но очевидно, что ее сделали для удобства Ярнораша. Воины севера точно ходили тут и не раз. Нам попадались развилки, наверняка ведущие к лагерям, сомнительно, что дриадам нужны дороги до своих домов. А еще это означает, что ситуация в мире более чем серьезна, если почитатели природы дали добро на такую крупную вырубку. Тролль больше не прорицал. Он вообще почти ничего не говорил, как бы его не старался разговорить Бэсемар. Кузнецу интересна сила этого леса, способности дриад, но ответы проводника односложны, либо «да», либо «нет». Король из другого мира сейчас снова похож на любознательного ребенка, как тогда, когда он помогал племяннице и ее другу с домашним заданием. Стараюсь сам ему отвечать на те вопросы, которые знаю, ну или хотя бы о чем имею представление. У Бэсемара очень искренний взгляд и красивая улыбка… Я не верю, что прорицание было верным, не в отношении его. Он не хочет никого убивать. Он же сожалел о том, что сделал… Наверно, провожатый всего лишь почувствовал тьму его прошлого. Сейчас же все иначе. А ты не задавался вопросом, как именно ему удалось так быстро снять доспехи? Сколько он стоял статуей в Штабе? Шесть лет? Десять? И вдруг так резко получилось освободиться. Возможно ли, что уходил он, тогда не просто на задания? Я верю ему. Он бы не стал делать ничего плохого. Он забрал свой меч. Значит, был в родном мире. Ты же читал правила - убийства в своем измерении не считаются для Штаба преступлением. А ты идиот, который не видит очевидного! Именно поэтому ты и заслуживаешь к себе отношения как к вещи! Кулон нагревается, глуша внутренний спор. Это же мой собственный голос, почему я сам себе причиняю боль? - Дальше идти не могу. – парнишка указывает на уходящею дорогу. – Впереди будет граница. Вон там уже лес переходит во владения севера, так что не заблудитесь. - Спасибо, что провел. – достаю из кармана небольшой мешочек монет. Заранее разменял деньги в Штабе, на случай если бы пришлось остановиться в таверне. - Не нужно. – тролль махнул рукой, отказываясь. – Я же сам вызвался проводить вас. Запад ценит благие дела. – все так же легко ступая обратно, он остановился около моего коня, тихо проговорив.– Ты убил монстра, который виноват в смерти моей семьи. Лес это знает. Проводить вас – меньшее, что я мог сделать. Будь осторожен эльф, лес видит вокруг тебя тьму. - с этими словами, он пропадает из вида, скрываясь в листве кустарника. - Каков ловкач. Исчез, как не бывало. – Бэсемар удивленно рассматривает заросли. – Хотел бы я так уходить уметь. Он что-то ведь сказал тебе? - Сказал, что… лес не хочет брать золото. Немного поплутав, мы выходим на широкий тракт, словно делящий стены деревьев на две части. Путь в столицу севера… Конечно, я ожидал, что мне будет тяжело прийти в знакомые края, но не думал, что настолько. Тут почти ничего не изменилось. К горлу подступает ком, когда вижу знакомый, ничем не примечательный пень. Здесь надо спешиться… Дойти до белесых костей волков, обойти упавшие деревья, пересечь ручей… Боги…. Ноги подкашиваются и, наверно, я бы упал, если бы не подхвативший кузнец. Он обнимает со спины, успокаивающе поглаживая по голове. Слышу смех и пьяные голоса… Мое дыхание учащается, а стук сердца отдается в висках. - Ты это слышишь?... - Все тихо здесь вокруг. – положив свою ладонь мне на лоб, шепчет он. Черное пламя перекрывает фантомный шум. - Что здесь за место, что так вгоняет тебя в ужас? - Ты же можешь видеть, что происходит в моей голове. – прикрываю глаза, стараясь успокоиться. -И так ведь знаешь. - Не знаю. Лишь боль твою могу я ощутить, а в голову тебе не лезу. - Может… оно и к лучшему. – со вздохом отхожу от кузнеца. – Это место, где со мной вот это все сделали. – указываю на себя, имея ввиду шрамы. – Подвесили за руки, кажется, вот на это дерево… А вон там. – замолкаю. Под длинной, надломленной веткой все еще блестят покрытые ржавчиной лезвия кинжалов. – А тут убили наемников, спасших Алариэль. Идем, нам надо дальше. Никто не тронул оружие, и даже бутылка с дорогим элем все еще лежит у места гибели кучера. Никто не приходил сюда все это время. Не слышу голосов, но чувствую злые взгляды. Они все еще здесь. По твоей вине. Десять минут почти по прямой до коряги, от неё влево. Иду так уверенно, хотя внутри все сжалось и я готов заплакать. Мне стыдно, страшно и очень больно. Увидев заросшую мхом лютню, и развалившиеся от времени и дождей книги, на импровизированном алтаре, крепко сжимаю руку Бэсемара. Мы пришли. Примерно минуту не могу пошевелиться, как по привычке вслушиваюсь в тишину, в надежде услышать голос. Настоящий голос Онарда… Но ничего нет. Ожидаемо. - Мне… надо убрать сорняки вокруг лютни. – тихо говорю кузнецу. - Давай я помогу. - Хорошо. Только… - как же глупо, но... – Давай я представлю вас друг другу? - я выгляжу умалишенным. Но это кажется правильным. Глаза заволокла пленка готовых сорваться слез, почти ничего не вижу, только замечаю слабый кивок в ответ. – Онард… это Бэсемар, мой… хороший друг. – нервно откашливаюсь. – Он поможет привести тут все в порядок. Надеюсь, ты не против. Мы ничего не говорим, когда убираем поросль травы, все так же тихо и когда я раскладываю у лютни книги. Пытаюсь очистить инструмент от мха, но он отходит прямо с деревом, придется оставить все как есть. Больно. Очень больно тут находиться… Что случилось бы, если Черное пламя не закрывало бы собой от видений? Если бы не выпил лекарство? Странно, но не чувствую тут ненависти барда, даже взгляда нет, как от душ наемников. «Ответь хоть что-нибудь, прошу…» Он молчал и тогда. Его здесь нет. Он не слышит, но будет зол в видениях. Цветы… нужно принести цветы. Как на зло на всей поляне нет ни одного. Не выжили и те, что я посадил когда-то. Это… грустно, они были очень красивыми. Захожу дальше, меж высоких деревьев к оврагу. Знакомое место. И какая ирония, что именно тут вижу разноцветные лепестки явно не диких цветов. Как они тут оказались? Да еще и в таком месте. У меня не поднимается рука сорвать ни одно из этих растений. Если бы мы переждали в овраге, то нашел бы нас Хоркон? Отгоняю эти размышления. Конечно бы нашел. Но мы могли бы пробежать дальше, и тогда та злосчастная стрела могла промахнуться. Останавливаюсь, не доходя до алтаря. Мне это не кажется? Бэсемар стоит на одном колене перед лютней и склонив голову что-то шепчет, положив руку без железной перчатки к сердцу. Это похоже не то на молитву, не то на какое-то иное ритуальное действо. - …клянусь, что под защитой будет он. – доносятся едва различимые слова. Прижимаюсь спиной к стволу дуба, чтобы меня не было видно. Вновь дрожь по телу, но иная, не из-за страха. Он… говорит с Онардом. Не счел меня безумцем! Хочется подойти и обнять его, но наверно не стоит мешать. Мы пробыли здесь какое-то время, просто приводя место в порядок. Не знаю в последний ли раз я здесь или нет, но хочется верить, что еще удастся вернуться. - Он был там. – говорит Бэсемар, когда мы ушли с поляны. – Не вижу призраков и не могу я с ними говорить, однако точно чувствовал потустороннего кого-то. - Ты… ч-что…? - Онард тебя любил и любит до сих пор. В его присутствии уж точно нет нисколько злобы. - Бэсемар… - Прости, но большего мне не дано увидеть. – кузнец вздыхает. – Я понял еще то, что он печален был, но рад что ты пришел. Но в видениях же бард ненавидит меня. Кузнец лжет. Он говорит все это просто, чтобы тебя утешить. Ты жалок и ему не хочется видеть твою очередную истерику! Цокот копыт… Мы почти вышли обратно на дорогу и здесь ясно слышен звук приближающихся всадников. Не успеваю даже ничего сказать. Бэсемар рефлекторно заграждает меня собой, когда на пути возникают три эльфа в броне северного королевства. Патруль Ярнораша.