Собственность

      Свет в помещении был неприятно-тусклым. Не комфортная полутьма, и не хорошо освещенная комната, так и хотелось сделать что-то с этой дрянной лампочкой. Жарко, во рту пересохло, тело ныло, кандалы натерли кисти. Не похоже на комфортные условия, но Кейго не жаловался. С самого первого дня, как он проснулся здесь и услышал о том, что с ним планируют делать, он ни разу ни выдал своих настоящих чувств.       Замок на двери щелкнул и она отворилась. Стоило мужчине войти внутрь, как раздался привычно-оптимистичный голос Ястреба:       -Доброе утро, дядь. Ты сегодня рано. Не мог выбросить меня из головы?       Низкорослый мужчина средних лет смотрел на пленника с неприязнью. Он уже много лет занимался работорговлей, его "бренд" славился как один из лучших, а после поражения героев и вовсе бизнес взлетел. Бывшие знаменитости пользовались огромной популярностью, и за пол года он уже успел успешно продать с десяток бывших представителей списка про-героев, но с номером два дела обстояли просто ужасно.       -Что, совсем не в настроении? Ну ничего, с каждым случается. Нельзя же всегда быть бодрячком!       Бескрылый герой грозился стать пятном на безупречной репутации Сутигумы. С того самого момента, как он попал в его руки, Хоукс вырывался, сопротивлялся и язвил как мог, а заметив, что больше всего торговца угнетает его позитивный настрой, стал буквально каждую секунду бросаться им в своих надзирателей. Кейго понимал, что они хотят сломать его, увидеть, как он сдается и покорно принимает судьбу, и, раз не мог сбежать, все силы отдавал на то, чтобы донести до этих уродов - их когти коротковаты, чтобы его поцарапать.       -Сегодня начнем пораньше. Ты же у нас жаворонок, так что будем уважать твой график... - выдохнул торговец.       Мужчина отошел в сторону, пропуская своих помощников в помещение, чтобы те приступали к ежедневному распорядку. Ястреб стискивал зубы, терпел, а когда все оканчивалось, провоцировал мучителей на продолжение, как будто ему мало было. Новые синяки, следы от плетей и ссадины наслаивались на старые, его морили голодом, не давали спать, лишили всех условий комфорта, держали прикованным, подвешивали за руки, заставляя ночевать едва касаясь пальцами ног земли, но не смотря на все это, уставшим все больше выглядел сам Сутигума. Каждый день он открывал дверь и слышал фальшиво-приветливое:       -Доброе утро, дядь! А я тут заскучал уже!       Иногда голос был бодрый, и полный сил, иногда хриплый и слабый, но раз за разом одна вещь не менялась - горящие золотом глаза, которыми он пристально наблюдал за мужчиной, безмолвно сообщая о том, что черта с два он добьется от него покорности. Это был алмаз, который, если удастся огранить, станет вершиной его карьеры, вот только продать его в необработанном виде за гроши казалось единственным вариантом. Торговец наблюдал за всем процессом, иногда сам морально давил на Ястреба, выискивал болевые точки. Припоминал его близких, пытался пробудить чувство вины за проигрыш, чем только придавал сил герою плеваться в него колкостями и держаться дальше.       Затем наступала ночь, дверь закрывалась, и оптимизм пропадал, сменяясь полным холодом и без эмоциональностью. И только мысли о том, как можно выбраться из этой клетки, и воспоминание о последней битве. Смерть тех, кого он мог назвать друзьями, тех, за кого он сражался и те, кому всеми силами хотел помочь, напоминали о себе тихим шепотом:       -Прости, Старатель... я оказался чертовски бесполезен...       Он не плакал, даже грустить себе не позволял, только время от времени перебирал в голове события, пытаясь найти ошибки в своих действиях и решить эту задачку, ответ к которой уже все равно ничего не изменит. Это было его отдыхом, а потом все возобновлялось по новой. Попытки вывернуться из кандалов, продумывание очередного провального плана побега, щелчок замка и усмешка, скрывающая невероятную усталость:       -Доброе утро, дядь! Чем сегодня развлечешь?       -Заткните ему рот, и тащите за мной!       После семи месяцев, за которые Кейго каким-то чудом умудрился не подохнуть в этой дыре, наконец-то происходило что-то новое. Его приволокли в не знакомую комнату, усадили на тяжелый железный стул и приковали ноги к его ножкам. Сутигума не выглядел довольным. Он точно придумал что-то особенное на сегодня, но то ли сам не верил в то, что это принесет плоды, то ли слишком устал от Ястреба и его несгибаемого нрава. Мужчина ходил из стороны в сторону рядом с каким-то большим устройством, от которого даже на расстоянии пары метров чувствовался жар. Наконец, он не выдержал, и начал свой монолог с насмешки над заткнутым кляпом Ястребом:       -Что такое, Кейго. Ты такой молчаливый сегодня. Даже не спросишь, что происходит?       Герой, до этого момента полностью сосредоточенный на креплении цепей, на его ногах, резко вскинул голову и, зная, что злит мужчину, состроил непонимающее лицо, склонив голову на бок. Удивительно, но сегодня это не сработало, Сутигума усмехнулся.       -Играй, веселись! Ты думаешь, что рано, или поздно выберешься отсюда? - торговцу пришлось прерваться, чтобы демонстративно проигнорировать пожимания плечами Кейго, который снова увлекся цепью на ноге. -Думаешь, что самый крепкий. Но знаешь, любого можно сломать. Поверь моему опыту. Тебе достается не сильно лишь только потому, что ты нужен в хорошем состоянии для продажи. Но если мне надоест, я все равно продам тебя... просто покупателем будет какой-нибудь старый извращенец, который накачает тебя наркотой и будет наслаждаться тем, как е**т экс героя номер два! Тогда я посмотрю как...       На этом моменте Таками уже не слушал его монолог, на ходу продумывая возможные варианты действий. Крепление на ногах очень удачно совпадало с ножкой стула, и при правильном повороте механизм немного разбалтывался. Он был ослаблен, крылья выкорчеваны, ни единого пера. Позади него четверо бугаев, и, если он сможет вывернуться достаточно быстро, то сумеет вырубить одного, или двоих... но это если не сумеет освободить руки. Сутигума продолжал:       -Сегодня, я докажу тебе, что не сломленным ты меня не покинешь! - он открыл устройство, и это оказалась небольшая печь, в которой одним концом все это время была опущена металлическая палка. -Клеймо я ставлю тем, кто уже готов к продаже, но для тебя, номер два, я сделаю исключение...       Услышав последние слова, Кейго остановил свой поток мыслей, взглянул на железное клеймо, которое доставал из печи Сутигума и театрально тяжело вздохнул, помотав головой.       -Что такое? Нет слов? Да, средние века, согласен, но для моих деток - то что нужно... тебе понравится!       Таками издевательски пожал плечами. Нужно было действовать, Хоукс уже почти сумел освободить ногу, когда один из верзил позади грубо схватил его одной рукой за волосы, а другой оттянул вниз плечо, удерживая. Он понимал, что может либо бесполезно сопротивляться, либо попытаться освободиться раньше, и выбрал второе, не обращая внимания на приближающегося мучителя. Щелчок о ножку стула, крепление ослабло, но не достаточно, еще один... процесс прервался чувством холода, а затем адской болью. Кожа на ключице буквально зашипела под раскаленным до красна металлом, а торговец с упоением смотрел на то, с какой силой блондин зажал зубами кляп, стараясь не кричать. Мужчине явно нравилось выражение лица Кейго сейчас, но все же он просчитался. В момент, когда он убрал металл от кожи, раздался последний щелчок. Сутигума успел сделать лишь шаг назад перед тем, как Ястреб выбил железку из его руки, отправив ее в полет над их головами. Дальше герой уже импровизировал. Растерявшийся громила выпустил его, торговец споткнулся и падал, выпучив испуганный взгляд, цепь на второй ноге не поддалась, его план уже в этот момент провалился, но взгляд метнулся к летящему на уровне головы клейму, а губ коснулась жестокая улыбка. Возможно, Сутигума тоже успел разглядеть это, потому что в последний момент ужаснулся, а затем бескрылый герой пинком изменил траекторию падения железяки, отправив ее прямо в лицо ублюдку.       Комнату заполнил истошный вопль, Кейго попытался воспользоваться всеобщей растерянностью и все же освободить ногу, но не успел. До него донесся крик торговца:       -Х*ли вы стоите, идиоты!!! Вырубите его!!! Переломайте все кости этой твари!!! Ах ты...       Продолжения нецензурной тирады Таками не услышал, так как получил сильный удар по голове и отключился.       Очнулся он в привычной камере. Голова трещала и раскалывалась, стоило пошевелиться, как начало мутить. Конечности болели так, словно по ним катком проехались. Ястреб был прикован к стене и не мог даже пошевелиться толком. Но сильнее всего жгло шею над ключицей, где поставили клеймо. Он вспомнил произошедшее, и впервые за семь месяцев улыбнулся сам себе. Интересно, как теперь выглядит лицо этой мрази.       -Наверняка, его шрам будет не таким пафосным, как твой! - Кейго тихо засмеялся, и от этого стало тошнить сильнее.       Вскоре пришел Сутигума. Он долго болтал с кем-то у двери, перед тем как войти. Приглушенно Ястреб услышал:       -Он не управляем, я сразу предупреждаю. Его вообще никак не посадить на цепь, только если хранить в криогенной камере и любоваться через стекло...       -Не беспокойся! - второй голос был спокойнее, ниже и более властный. -Мне не составит труда удерживать его в клетке. Мои экспонаты всегда прекрасны своим смирением, и Таками Кейго исключением не станет. Хотя мне все же интересно, как это он стал первым бракованным в твоем послужном списке. Поставил клеймо на не готового раба... Но ты ведь точно наказал его за ЭТО, так что он наверняка будет покладистее первое время!       Дверь открылась, мужчины вошли внутрь. Высокий и статный, а рядом с ним несуразный Сутигума с перебинтованным лицом.       Кейго поднял взгляд и растянулся в добродушной улыбке, но в этот раз в ней было что-то еще, невероятно холодное и пугающее:       -Доброе утро, дяд... Соскучился?

***

      Пальцы Даби провели по шраму от клейма на шее. Он уже несколько минут внимательно разглядывал его, игнорируя дрожь и напряжение своей собственности. Два клейма он уже видел. Этот самый ожог был заметный и очевидный, второй, шестиугольник - едва различимый, и явно сделанный не раскаленным предметом. Каждый из этих знаков был на столько отличен, что пиромант все не мог уловить общего. Что можно считать клеймом, и как бы поинтереснее пометить свою игрушку.       Ястреб затаил дыхание, боясь лишний раз привлечь внимание злодея. Его слова о том, что он собирается добавить в его коллекцию очередную печать, пугали, но сил на сопротивление не было. Сейчас он ощущал только, как его знобит, как туго перетянутые бинты мешают свободно дышать, и как нездорово болела спина. С тем ожогом явно было что-то не так, он не заживал, а только сильнее горел с каждым часом, уже не воспринимая обезболивающее.       -Хорошо, где остальные? - Даби отстранился от него и в ожидании замер. -Показывай.       Просьба была ужасной. Она порождала воспоминания, часть из которых Кейго старался забыть, а другую - помнил с трудом, и вспоминать не хотел. Тодороки это, очевидно, совсем не волновало. Он ждал ответа, а заметив, как жертва медленно отстраняется, поймал того за горло.       -Не покажешь - я тебя раздену и сам осмотрю. Проверю все, пока не найду каждое из оставшихся четырех...       Ястреб ощутил, как накалились пальцы пироманта и теперь слегка обжигали кожу. Он не собирался закрывать тему, и не оставлял никаких вариантов, кроме как подчиниться, или попытаться оказать сопротивление и проиграть. Таками схватился за руку огненного, пытаясь убрать ее с шеи, и, не справляясь, прохрипел:       -Живот... - Даби не сразу разобрал, и ослабил хватку. -Оно на животе...       Рука исчезла с шеи, и пиромант отстранился, опуская взгляд. Действительно, не заметное, оно располагалось чуть ниже пупка. Это тоже не было ожогом, скорее кто-то осторожно, почти ювелирно, вырезал символ на коже. Разобрать его было сложно, но Тодороки надавил на грудь Кейго, заставляя его немного откинуться, чтобы разглядеть. Дрожь усилилась, но Ястреб подчинился, всеми силами сдерживая подступающую панику. Пришлось потерпеть около минуты, пока Даби не насмотрелся и не обратился к нему снова:       -Где еще?       -Левая ступня...       От движений злодея, блондин вздрогнул и подался назад. Тодороки не церемонясь схватил героя за ногу, приподняв ее так, чтобы рассмотреть подошву. На том участке, который не соприкасался с полом, где кожа была тоньше всего, красовалось очередное клеймо, на этот раз - татуировка. Символ аккуратный, явно работа мастера, и выглядел чертовски знакомо. Отпустив стопу блондина, он посмотрел на него, явно давая понять, что повторять так для каждого ему не по нраву.       -Еще одно на спине, оно между крыльев... - голос на какое-то мгновение сорвался и пропал.       Даби недовольно цокнул, понимая, что если так, то рассмотреть его не получится, оно скрыто пластиной. Говоря, что перекроет все эти символы, он думал, что все они плюс минус в одном месте, но разброс оказался огромным. Чтобы закрыть их все, нужно будет выжечь свою метку на всем его теле от шеи до кончиков пальцев ног.       -Ну и где последнее?       Кейго молчал.       Конечно это не устроило огненного, и он собрался вновь пригрозить игрушке, но посмотрев в его глаза, перед которыми как-будто кадры прошлого проносились, до Даби дошло. Последний знак ассоциировалось с чем-то особенно неприятным, о чем Ястреб старался не вспоминать, а теперь ловил флешбэки. По одному выражению лица было понятно, показывать Хоукс его не хотел. Не дурмань ему голову причуда Шигараки, он бы наверняка соврал, сказав, что та тоже на спине, но, очевидно, в промытые мозги такой мысли просто не залетало.       -Ты действительно хочешь, чтобы я его сам отыскал, птенчик? - тон был спокойный и вкрадчивый, Тойя чувствовал растущую тревогу жертвы, и продолжал давить.       Таками закрыл глаза, сдаваясь и почти беззвучно выдыхая:       -Внутренняя сторона бедра...       -Умничка.       Даби улыбнулся, пристально глядя в глаза. Он, возможно, не стал бы дальше мучать героя и отпустил его на сегодня, но сменяющиеся краски эмоций на лице пернатого ему так нравились сейчас, что останавливать забаву не хотелось. Кейго, не поверил в эту заминку, он знал, сто сейчас будет, и поэтому не хотел говорить о месте последнего клейма с самого начала. Дернулся он, стараясь сбежать, в ту же секунду, как только Тодороки подтянул его за ноги к себе поближе.       -Отпусти! - в проснувшемся голосе послышалось эхо гнева.       Понимая, что вывернуться не получится, он постарался скинуть с себя пироманта, которого явно это веселило. Он даже позволил пташке по брыкаться, пару раз ударившись спиной, перед тем, как перехватил его руки и завел их над головой, прижимая к дивану. Таками сейчас очень сильно проигрывал в силе. Температура, ожог, общее истощение, да он вообще ничего не мог сделать против Даби, который удерживал его всего одной рукой, а другой нарочито медленно проводил по животу, провоцируя мурашки и спускаясь ниже. Кейго тихо прошипел, спину обжигало, но находиться в таком положении он был абсолютно не согласен. Глаза угрожающе блеснули золотом, а затем мучитель расплылся в еще большем оскале:       -Что такое, Ястреб? Плохие ассоциации?       И Кейго внезапно остановил сопротивление. Дрожь усилилась на столько, что не заметить ее было уже не возможно. Этот ублюдок не случайно действовал в такой близости с его страхами, он намеренно игрался именно потому, что наслаждался отдачей. Когда Тодороки пальцами подцепил край штанов, Хоукс зажмурился и даже дышать прекратил. Тойя понятия не имел, что именно сейчас испытывает его собственность, но то что он видел, ему нравилось. Он стянул с него одежду, устраиваясь между ног и с силой надавил на колено Таками, заставляя его отвести ногу в сторону. Пальцы скользнули по внутренней поверхности бедра, ощущая шрамы от многократно содранной кожи поверх татуировки. От прикосновения к клейму, жертва судорожно выдохнула. Сейчас, глядя на блондина, балансирующего между совершенной паникой, слезами и гневом, Даби понимал, что действительно нашел новую цель в жизни. Не понятно, как долго этот интерес продлится, но в это мгновение злодей мог поклясться, что он готов так развлекаться вечно.       Пиромант медленно склонился к Кейго, вслушиваясь в едва сдерживаемое дыхание, близкое к тому, что было в приступе паники. Еще несколько секунд он насладился своей властью и осторожно отстранился, отпуская руки блондина, и позволил ему тут же выползти из под него. Хоукс действительно находился в шаге от очередного приступа, а его владелец резко сменил азарт на безразличие, и теперь совершенно буднично отошел от дивана и бросил ему штаны.       -Осмотр закончен. Приходи в себя и оденься... - уже уходя произнес Даби, попутно разминая шею. -Я приготовлю нам что-нибудь поесть.       Он ретировался на кухню, оставляя Ястреба наедине с собой и своими воспоминаниями. Страх отпускал, и ему на смену постепенно приходило холодное равнодушие. Рассудок постепенно прояснялся, словно от последней эмоциональной встряски что-то надломилось. Он терпел это почти четыре года, так чем "этот" отличается от предыдущих? Ничем, он по прежнему должен искать путь... вот только зачем все это было нужно?       Цепь вновь натянулась и скрипнула.