Второе полугодие

      В начале ноября на одной из своих лекций Люциус объявил семикурсникам о том, что в следующем месяце состоится Первенство Клинка: турнир магических поединков между выпускниками волшебных школ, который устраивают раз в два года.       — Он проходит в виде очных дуэлей, где победитель, переходя от соперника к сопернику, двигается к финальной битве, — сказал Малфой, резко обрывая задние ряды, начавшие было перешёптываться о Турнире трёх волшебников. — Мероприятие длится несколько дней, и в этом году первенство принимает у себя Витория, испанская академия. Мне нужны пять добровольцев.       Не успела Гермиона и глазом моргнуть, как вокруг взметнулся лес рук.       — Мисс Грейнджер, — не дожидаясь её реакции, начал перечислять мужчина. — Мисс Уизли, мистер Долгопупс, мистер Дэвис и мистер Миллз.       Девушка покосилась на двух слизеринцев, фамилии которых Люциус произнёс последними. Они никогда не были в числе отличников, но ответы на вопросы профессора давали внятные и вполне исчерпывающие.       «Необычный выбор», — решила Гермиона, не понимая до конца тактику Малфоя.       — Отлично, — обрадовалась сидящая рядом Джинни. — Напишу Гарри, вдруг их закинут в те же края с заданием.       Грейнджер только вздохнула. Кто о чём, а подруга, казалось, искала любую возможность увидеться с Поттером. Разлука давалась младшей Уизли непросто.       «А ты далеко ли ушла? — поинтересовался внутренний голос. — Напомнить, чем забита собственная голова?»       — Также хочу добавить, — продолжил Люциус. — Все принимающие участие в соревнованиях студенты получат от меня преимущество на предстоящей сессии.       Раздался разочарованный вздох оставшихся за бортом учеников.       Они готовились долго и усердно. Девушка по вечерам валилась с ног. Малфой не давал студентам никаких поблажек, устраивая дополнительные занятия чуть ли не каждый день. Согласно правилам турнира, запрещены были лишь разоружающие чары и непростительные заклятия. Мужчина был доволен: ученики успешно проводили свои маленькие поединки, совершенствуясь в применении атакующих заклинаний и оттачивая навыки. Конечно, не без восторга, наблюдал он за Гермионой, которая с лёгкостью побеждала всех своих сокурсников, выходя с ними на дуэль. Она почти положила на лопатки и Люциуса, но в последний момент мужчина увернулся, внезапно оказываясь за спиной юной ведьмы, и, легко перехватив обе её руки, поднёс к виску гриффиндорки палочку.       — Всегда будьте начеку, мисс Грейнджер, — вкрадчиво сказал он. — Соперники не будут играть с вами в благородство.       Колдунья зло вырвалась. В карих глазах застыло негодование.       — Я стараюсь, мистер Малфой, — выплюнула она в лицо магу и, тряхнув кудрями, направилась к своему столу.       Люциус только усмехнулся.       «Я вижу, как ты стараешься, девочка. Просто хочу, чтобы ты была самой лучшей на этом турнире».       Гермиона же искусала все ногти.       «Проклятье!»       Ну почему, почему ей было так важно взять верх над Малфоем? И почему она снова разозлилась на него? Ответ был до крайности прост. В первую очередь девушка злилась на саму себя, а в особенности на свои душевные метания. Злилась на то, что не прошло ни одной ночи с Хэллоуина, когда она, засыпая, уставшая настолько, что, казалось бы, в голове должна оставаться лишь звенящая пустота, не думала о холодных серых глазах Люциуса Малфоя. Грейнджер всё это виделось неправильным, извращённым. Она и бывший Пожиратель смерти. Бред сумасшедшего. Но образ мужчины не покидал разум колдуньи, терпеливо выжидая, пока девушка примет уже случившееся как данность.       В день Первенства Гермиона с Джинни поднялись задолго до рассвета, завернулись в тёплые шарфы и, отчаянно зевая, спустились в гостиную. Ну и пусть погода в Испании сейчас напоминает скорее раннюю осень. Они в Англии, и первые декабрьские морозы не заставили себя ждать, проникнув во все щели замка и укрыв Хогвартс мягкой снежной шапкой. Невилл уже сидел в кресле, пригревшись у огня, и растолкав его, все втроём друзья побрели к кабинету ЗОТИ.       Взглянув на Люциуса, Гермиона искренне ему позавидовала. Мерлин, ну вот как этот мужчина умудряется выглядеть отменно в любой ситуации? Сколько они сегодня спали, часа четыре? А лицо Малфоя свежо, словно он владеет секретом красоты вейл. А его волосы. Ну почему они всегда такие ухоженные и прямые? Гермиона внутренне вся закипела.       — Сегодня для перемещения мы воспользуемся каминной сетью. Директор любезно открыла её для нашего удобства, — сообщил Люциус, когда они дождались Дэвиса и Миллза и всей небольшой группкой собрались вокруг него. — Напоминаю лишний раз: произносим место назначения громко и чётко. «Академия Витория». Мисс Уизли, прошу вас.       Он протянул Джинни ступку с порохом, взяв который, девушка исчезла в зелёном всполохе камина. За ней последовали Невилл и слизеринцы.       — Мисс Грейнджер, вы хорошо себя чувствуете? — спросил мужчина, глядя на Гермиону, приблизившуюся к нему и уже потянувшуюся рукой за щепоткой.       Ведьма, закутанная по уши в смешной вязанный шарф, была бледнее обычного, и он забеспокоился о том, не переборщил ли с подготовкой.       — Да, мистер Малфой, просто не выспалась, — тихо ответила девушка.       — Может, хотите аппарировать? Путешествия с помощью летучего пороха не все переносят с лёгкостью, а я не хотел бы рисковать своей лучшей студенткой.       От этих последних слов колдунья вспыхнула. Малфой словно в воду глядел — перемещаться по каминной сети она и впрямь не любила. После этого долго болела голова и ныли виски. Но взять его за руку…       — Ну так что? — не дождавшийся её ответа Люциус уже протягивал ладонь.       Если Гермиона вложит в неё свои пальцы, то пропадёт, а голова снова наполнится непрошенными желаниями. Нельзя. Только не перед турниром, который она непременно завалит, растворившись в Малфое.       — Нет, я справлюсь. Не стоит давать мне поблажек, — быстро сказала девушка и, сжимая в кулачке взрывоопасную щепотку, зашла в камин. — Академия Витория!       «Вот же упрямая, — подумал Люциус, аппарируя следом за ней. — Ладно, мисс Грейнджер, сменим тактику».       Гермиона открыла глаза. Ну и зачем она отказалась от предложения Малфоя? В голове потихоньку начинало гудеть. Ведьма осмотрелась по сторонам. После перемещения студенты оказались в большом холле с высокими потолками. Вокруг толпились другие школьники, оживлённо переговариваясь.       — Пойдемте ознакомимся с вашими первыми соперниками, — услышала девушка голос Люциуса, появившегося с боку от неё. — И займём отведённые комнаты.       Они подошли к большому листу бумаги, крепившемуся к стенду в центре зала. Тот был исписан именами участников, объединёнными в пары, по обе стороны. От каждой двойки студентов протянулись тонкие линии, сходящиеся в пустующий прямоугольник посередине. Финальная дуэль. Найдя себя в списке, Гермиона обнаружила рядом ничего не говорившие ей имя и фамилию студентки института Дурмстранг.       — Не знала, что там учатся девочки, — глядя через плечо подруги, пробормотала Джинни. — Но уверена, ты размажешь её одной левой.       — Думаю, со своей ты поступишь точно так же, — рассмеялась Грейнджер. — Пойдём заселяться?       Им выделили три комнаты: для девушек, парней, ну и разумеется персональные апартаменты для Малфоя.       — Как же спать охота, — буркнула Джинни, повалившись на кровать и уткнувшись лицом в подушку.       Гермиона достала из глубин своей сумочки два маленьких бутылька с бодрящим зельем и протянула один подруге.       — Держи, воспользуемся сегодня допингом.       — Так намного лучше, — улыбнулась Уизли, делая глоток. — Слушай, Герм, ты прикроешь меня завтра? Гарри всё-таки удалось отпроситься на денёк, и мы хотели бы побыть вдвоём. К утру обязательно вернусь. Обещаю.       — Конечно, — откликнулась подруга. — Малфой даже не заметит.       Дуэли должны были начаться через два часа. Девушки приняли душ и привели себя в порядок, а затем немного попрактиковались с заклинаниями, после чего за ними зашел Люциус и повёл всех к месту проведения соревнований. Они вышли на небольшую лужайку, к которой уже стягивались остальные участники. Студентов было не очень много, чем и объяснялась небольшая продолжительность турнира. После вступительной речи директора академии, пожелавшего удачи всем и победы сильнейшему, ученики неторопливо начали занимать свои места.       — Вспоминайте всё, чему я вас учил, и постарайтесь выложиться по максимуму, — напутствовал Люциус, задержав свой взгляд на Гермионе.       Девушка поспешно отвела глаза.       «Понял, не мешаю», — подумал Малфой, провожая её удаляющуюся фигурку. Он очень хотел как-то помочь Грейнджер: подбодрить, успокоить, да просто обнять, в конце концов, но не мог, сдерживаемый рамками учебного процесса.       Соперницей Гермионы оказалась высокая хмурая девушка с короткой стрижкой. После приветственного кивка она начала отчаянно сопротивляться, но быстро сдалась, признавая поражение. Дальше противники сменялись один другим, не задерживаясь в памяти ведьмы. Она побеждала их всех, не напрягаясь и не задумываясь, продвигаясь по турнирной таблице всё выше. В какой-то момент перед ней оказался Дэвис, затем, чуть позже, Миллз, но и они не смогли ничего противопоставить чарам юной колдуньи. В какой-то момент Гермиона подумала: «Всё, сил больше нет!» Ещё немного, и она начнёт сдавать, но, пожимая руку очередного поверженного студента, услышала гонг, возвещающий о завершении соревновательного дня.       — Миона! — к ней спешила Джинни. — Я уделала их всех!       С другой стороны приближался Невилл, тоже справившийся со своими оппонентами. Малфой, находившийся чуть поодаль, довольно кивнул.       Гермиона была выжата как лимон. Она наскоро поужинала, оставив болтающих друзей, бросила взгляд на имя завтрашнего конкурента, даже не обратив внимания, в какой близости находится строчка с именем «Гермиона Грейнджер» от середины листа, и направилась в спальню. На подходе к ней девушка столкнулась с Люциусом, который шёл навстречу. Ведьма как-то невнятно извинилась и, закрыв за собой дверь, хотела было рухнуть на кровать, но всё же с трудом заставила себя раздеться и умыться. В конечном итоге Гермиона забылась глубоким сном.

***

      На следующее утро колдунья проснулась как новенькая, мысленно поблагодарив себя за то, что вчера позволила телу длительный отдых. Джинни ещё сладко посапывала, когда Гермиона, одевшись, тихо выскользнула за дверь. Их комнаты, как и в школе, были объединены общей гостиной, и полная уверенности в том, что все пока что спят, девушка решила немного помедитировать, настраиваясь на предстоящий день. Однако на небольшом диванчике сидел Люциус Малфой с книжкой в руках. Гермиона хотела незаметно ретироваться, услышав его голос, но не успела.       — Доброе утро, мисс Грейнджер!       Сбегать было поздно. Ну почему она не осталась в своей комнате? Что мешало приводить свои мысли в порядок там?       — Доброе утро! — хмуро бросила в ответ Гермиона, подходя и устраиваясь в кресле напротив.       Люциус только хмыкнул, удержавшись от язвительной фразы и, отложив книгу, внимательно посмотрел на девушку.       — Как настрой на дуэли? Готовы побеждать?       — Если честно, я даже не думаю об этом на площадке. Просто выхожу и делаю своё дело, отражая чужие заклятия, — глядя в сторону, ответила ведьма.       Вчера Люциус невольно залюбовался Грейнджер, глядя, как та поочерёдно выводит из строя соперников. Засмотрелся на её развевающиеся по ветру шоколадные кудри и точные взмахи волшебной палочки. Малфой искренне гордился этой девчонкой, правда не мог понять, почему уже второй день она будто избегает его. Даже сейчас, сидя так близко, Гермиона словно бы отсутствовала в комнате.       «Он как-то её обидел? Задел? Просто сделал что-то не так?»       Люциус не мог найти ответа и грыз себя изнутри.       — До финала остались всего три дуэли. Если продолжите в том же духе — главный поединок ваш. Может быть, хотите повторить защитные чары? — поинтересовался мужчина.       Гермиона, стараясь принять сосредоточенный вид, в сотый раз пробежалась взглядом по каминной полке, лишь бы не смотреть на Люциуса. Зачем он втягивает её в разговор? Одного звука мужского голоса хватило, чтобы девушка растеряла всю концентрацию, но она держалась изо всех сил. Не сейчас. Раз уж ведьма продвинулась так далеко, сдаваться нельзя. Как он сказал — три поединка и финал? Не так уж и много. Она справится. Только ни в коем случае нельзя отвлекаться на Малфоя. Нельзя засматриваться в глубокие серые омуты, исчезая в них, когда она замерла в шаге от победы.       «А зачем тебе вообще эта победа? — спросил внутренний голос. — Разве ты не хочешь прямо сейчас завалиться с Люциусом, сидящим так близко, на этот самый диванчик? Почувствовать прикосновения его сильных рук? Снова оказаться в объятиях?»       «Прекрати сейчас же!»       — Мы уже потренировались с Джинни. Не хочу переусердствовать, — вслух соврала Гермиона.       — Резонно, — протянул Люциус. — Знаете, я в вас верю, мисс Грейнджер, и слукавил бы, если бы не сказал, что из всех студентов Хогвартса, хотел бы видеть финалисткой именно вас.       «Мерлин, ну вот зачем он это сказал!»       Руки вмиг стали холодными, а внутри всё затряслось, будто разверзлись тектонические плиты. Гермиона не выдержала и, плюнув на последствия, подняла робкий взгляд на Малфоя. Карие глаза встретились с серыми. Он смотрел в ответ так, что внезапно напрягшееся тело начало оттаивать. Удивившись обратному эффекту, девушка, влекомая необъяснимым желанием, приподнялась со своего места, намереваясь сократить между ними расстояние, как вдруг в гостиной раздалось:       — Профессор, Гермиона, доброе утро! — из своей комнаты показался заспанный Невилл.       Ведьма резко вскочила, словно так всё и было задумано, и не её только что тянуло магнитом к светловолосому магу, сидящему рядом, и бросив на ходу: «Надо разбудить Джинни», поспешила к себе, разумеется, споткнувшись о ковёр и норовя рухнуть прямо на Люциуса. Однако в последний момент ведьма удержалась на ногах. Густо покраснев, она наконец покинула комнату, а Малфой почувствовал, как очевидное напряжение, возникшее в воздухе невидимым электрическим разрядом между ним и Грейнджер, в один миг лопнуло точно мыльный пузырь, и неодобрительно воззрившись на Долгопупса, уткнулся в свою книжку.       К завтраку ведьма вновь была собранной и сосредоточенной. Джинни пыталась втянуть её в разговор, но попытки Уизли так и не увенчались успехом: подруга оставалась равнодушной ко всему происходящему.       Дуэли проходили на том же месте, что и вчера. Не слушая никого, Гермиона направилась по лужайке к своему первому сопернику. Их сражение продолжилось недолго. «Хорошее начало», — подумала девушка, но расслабляться было рано.       Со следующей волшебницей, прибывшей на Первенство Клинка из Румынии, пришлось попотеть куда дольше. Она выматывала Грейнджер, будто забирая все силы с каждым новым заклятием, и колдунья заподозрила, что противница использует невербальные чары. С ними у Гермионы складывалось из рук вон плохо, но сейчас важнее было выстоять, и в конце концов девушка одолела свою конкурентку.       Третья дуэль прошла как во сне, и преимущество опять оказалось на стороне гриффиндорки. Пожав высокому темноволосому парню руку, она опустилась на траву, чувствуя, как силы покидают тело. Ведьма прикрыла глаза и просидела так какое-то время, пока не услышала приближающиеся голоса.       — Герм, ты умница!       — Поздравляю, Гермиона!       — Ура, финал наш!       — Ой, что будет!       — Мисс Грейнджер!       Она наконец подняла голову, увидев перед собой красивую большую руку.       «Ай, да чёрт с ним!»       Гермиона протянула маленькую ладошку навстречу тёплой ладони Люциуса, который помог ей подняться на ноги.       — Вы сегодня были великолепны!       — Спасибо, мистер Малфой, — сама не понимая, почему никак не может разжать пальцы, произнесла колдунья.       — Вот, держите, — мужчина сам выпустил её руку и достал откуда-то небольшую бутылочку с тёмным содержимым внутри. — Это восстанавливающее зелье. Вам надо хорошенько отдохнуть перед завтрашним днём. Я видел вашего противника. Маркус Джонс, школа Аслевиден. Он достаточно силен, но не без слабых мест, — ухмыльнулся Люциус.       Гермиона взяла пузырёк и, открутив крышку, поморщилась. Запах был просто отвратительным. Он мгновенно перенёс ведьму на второй курс в туалет Плаксы Миртл, где в одной из кабинок в котле булькало такое же неаппетитное варево. Девушка недоверчиво взглянула на Люциуса, и тот будто прочитал её мысли.       — Не волнуйтесь, мисс Грейнджер. Я не стал бы на виду у всех предлагать вам Оборотное зелье. На мой взгляд вы и так хороши собой.       Гермиона чуть под землю не провалилась на этих словах, но лишь сильно закашлялась.       — Что же касается внешнего сходства: оба этих зелья действительно практически идентичны. Однако эффект совершенно разный.       Поколебавшись, Гермиона отпила из горлышка. На вкус восстанавливающее зелье оказалось не таким уж гадким. По телу волнами начала разливаться энергия, успокаивая мышцы и проясняя ум. Девушка улыбнулась:       — То, что нужно.       Малфой довольно кивнул.       — Отдыхайте, завтра тяжелый день. Позже обсудим с вами дальнейшую тактику.       Вернувшись в комнату, Гермиона застала Джинни, впопыхах собирающуюся на встречу с Гарри.       — Так, вроде ничего не забыла, — бормотала под нос Уизли. — Всё, Герм, я убежала. Очень на тебя рассчитываю.       — Всё будет в лучшем виде. Повеселись как следует!       Гермиона немного почитала и решила, что лёгкая прогулка перед сном ей не повредит. Погода здесь отличная, так почему бы не насладиться теплом перед возвращением домой? Зелье Люциуса подействовало на ура. Ведьма, ощущая прилив сил, накинула мантию и, миновав пару-тройку лестничных пролётов и длинных коридоров, оказалась во внутреннем дворике академии. Оттуда вело сразу несколько дорожек, которые огибали здание и спускались к реке, протекавшей неподалёку. Она побродила с час по окрестностям, любуясь закатным солнцем, которое освещало зубцы стен и каменных горгулий, видневшихся даже издалека. Начало темнеть, и Гермиона поспешила вернуться обратно. Свернув в небольшой проход, девушка внезапно услышала за спиной шаги. Чей-то неприятный высокий голос произнёс:       — Это ты что ли Грейнджер?       Колдунья обернулась. К ней медленно приближались четверо парней, и судя по их лицам, разговор не предвещал ничего хорошего. Гермиона сглотнула. Это что ещё за тёплый испанский приём? Она потянулась к карману за палочкой, но в нём оказалось пусто.       «Вот же дура! Как ты могла оставить самое ценное, что у тебя есть, в комнате? Безмозглая идиотка!»       Девушка быстро оценила обстановку. Ситуация выглядела патовой. Но сдаваться было не в характере гриффиндорки.       «Думай, думай!»       Гермиона огляделась вокруг и заметила узкую тёмную арку справа от надвигающихся юношей. Если она сможет отвлечь их внимание и увернуться, то успеет добежать туда, а дальше можно будет действовать по ситуации. Отлично. Путь к отступлению какой-никакой найден. Студенты Аслевидена приближались, вынуждая ведьму отступать всё дальше в угол.       — Запомни моё имя, — снова заговорил их предводитель, — Маркус Джонс. Победитель Первенства Клинка в этом году. И знаешь почему? — издевательская улыбка тронула его лицо.       Грейнджер промолчала, до боли сжав зубы.       — Потому что моя соперница, хогвартская грязнокровка, завтра не сможет выйти на бой, — нехорошо оскалился Маркус. — И судьям ничего не останется, кроме как присудить награду мне.       Война ничего не изменила. Грязнокровки, чистокровные, полукровки. Все едины, все равны. Фикция. Колдунья шарила взглядом по земле, в надежде отыскать хотя бы камень, и стараясь при этом не сводить глаз с парней, как вдруг упёрлась спиной в холодную стену. Чувство досады накрыло с головой. Ловушка захлопнулась. Девушка яростно провела рукой по гладкой поверхности — не зацепиться. Она не может так бесславно проиграть этому недоноску здесь в подворотне. Только не Гермиона Грейнджер, героиня войны, одолевшая с друзьями Волан-де-Морта. Ведьма снова посмотрела на противников. Джонс кривил губы.       — Всё, малышка, приплыли.       Парень занёс руку с зажатой в ней палочкой. Девушка не мигая смотрела прямо на него. Она не закроет глаза! Не посмеет! Она выше этого, храбрее!       — Что здесь происходит? — ледяной голос раздался совсем рядом, эхом отразившись от стен.       «Люциус! Он нашёл меня! Теперь я в безопасности!» — вихрем промелькнуло в мозгу у привыкшей постоянно рассчитывать лишь на саму себя гриффиндорки.       Гермиона, всё так же вжимаясь в стену, вгляделась в сумрак. Малфой стоял от них в паре метров. В его глазах сверкала такая ярость, какой ведьма не видела ещё никогда. Что-что, а Люциус Малфой в гневе — поистине устрашающее зрелище. Одним лёгким движением палочки мужчина разоружил нападавших и обездвижил их. Он продолжал сыпать в парней, скорчившихся на брусчатке, заклятиями, и всё никак не мог остановиться. Люциусу было мало. Словно сорвавшийся с цепи голодный пёс, он исступлённо защищал своё.       Если бы Малфой не решил под вечер выйти на улицу, а остался в своей комнате, если бы не свернул в этот переулок… Нет, сейчас не время думать об этом. Грейнджер стояла там у стены и была в эту секунду настолько хрупкой и беспомощной, совсем не похожей на ту девушку, что сражалась сегодня на турнире. В её глазах застыл испуг, смешавшийся с отчаянной ненавистью. Люциус мгновенно оценил обстановку и начал действовать.       «Они заплатят за всё, мерзкие ублюдки! За каждый пережитый ею миг отчаяния!»       — Кру…       — Нет!       Гермиона наконец отлепилась от стены и со всех ног бросилась к мужчине.       — Нет, Люциус, нет!       Она мгновенно оказалась рядом, накрыв своей ладошкой его руку, сжимающую трость, вынуждая опустить палочку. Гермиона умоляюще заглядывала в серые глаза.       — Не надо, Люциус, ты не такой! Не возвращайся назад! — уже шептала девушка, видя, как постепенно смягчается его взгляд и разглаживается складка между бровей.       Ведьма не обратила никакого внимания на то, что случайно перешла на «ты». Ей было важно лишь одно: чтобы Малфой не переступил сейчас ту страшную грань, за которой стоял совсем недавно.       Люциус смотрел на испуганную девчонку, вцепившуюся в его ладонь. Грейнджер не давала закончить начатое и окончательно расправиться с врагами. Она мешала… Нет! Нет. Она тащила его вперёд, не позволяя вновь скатиться во тьму. Тянула изо всех сил к свету. Малфой прикрыл веки, про себя считая до десяти, как учили его на сеансах реабилитации, постепенно возвращаясь в спокойное состояние.       «Вдох — выдох. Вдох — выдох. Возьми себя в руки!»       Мужчина открыл глаза.       — Ты цела? Не ранена?       Он оглядывал Гермиону, не решаясь дотронуться до неё, стоя почти вплотную.       — Уже в порядке, мистер Малфой, — ответила девушка, тоже приходя в себя и глубоко дыша.       «Я что сейчас действительно обратилась к нему по имени? О, Мерлин! Как же стыдно!»       — Так, — окончательно убедившись, что с ведьмой всё в порядке, Люциус вернул себе привычный расслабленный тон. — Мисс Грейнджер, стойте здесь и никуда не уходите. Я немедленно должен доставить этих мерзавцев в кабинет директора. А потом сразу же вернусь за вами.       Он быстро аппарировал с кучкой неудавшихся преступников, а Гермиона тяжело опустилась на скамью, оказавшуюся неподалеку, поправила мантию и собрала волосы в хвост. Люциус Малфой только что спас её. Спас… Вот уж действительно, сюжет из параллельной реальности. И неизвестно, что бы произошло, не окажись его рядом. Девушка даже думать не хотела об ином исходе встречи с Маркусом Джонсом и его приятелями. Её начало трясти мелкой дрожью. Адреналин стучал в висках, а тело всё никак не могло расслабиться. Не прошло и пяти минут, как Люциус с громким хлопком вновь возник перед ведьмой.       — Злодеи наказаны, а вас завтра ждет церемония награждения. И больше никаких дуэлей, — весело улыбнулся он.       Девушка попыталась улыбнуться в ответ, вышло скверно. Никакого облегчения новости ей не принесли.       — Мисс Грейнджер, позвольте, — мужчина протянул ладонь. — Надеюсь, на этот раз вы мне не откажете.       Гермиона молча подала руку. Дрожь так и не отступала. Малфой взволновано посмотрел на неё и перенёс в спальню. Колдунья неуклюже плюхнулась на кровать, и беззвучный плач наконец настиг её. Люциус осторожно присел рядом и взял ладони девушки в свои, нежно поглаживая большими пальцами тыльную сторону. Ему безумно хотелось обнять Грейнджер, крепко прижать к груди и не отпускать от себя, пока последняя слезинка не высохнет на её щеке. А после того, как ведьма успокоится, хотелось притянуть девчонку ещё ближе, чтобы между ними не осталось и сантиметра, и коснуться губами её губ, растворяясь в поцелуе, который отчасти смог бы заглушить негативные переживания вечера.       Но Люциус прекрасно понимал, что сейчас не время и не место. Гермиона только что пережила сильный стресс и находится в эмоционально нестабильном состоянии. И если сердце позволит ей сдаться в плен мужчины, то, когда приятное наваждение растает, и реальность обрушится на ведьму, хороших последствий не жди. Нет, он только оттолкнёт девушку от себя, воспользовавшись сложившимися обстоятельствами. Но ничего, Малфой умеет ждать и подождёт столько, сколько потребуется. Грейнджер слишком нежный цветок, хоть и не без встречающихся шипов, и достойна только лучшего.       Мужчина услышал, как Гермиона начала потихоньку затихать, и посмотрел на колдунью, по-прежнему не выпуская рук. Она сидела перед ним очень трогательная, с растрёпанными волосами и раскрасневшимся лицом, шмыгая носом и шумно вздыхая.       — Тише, мисс Грейнджер, тише, — мягко произнёс Люциус, еле сдерживаясь от желания заправить ей за ухо прядку. — Всё уже закончилось. Вы в безопасности.       — Да, да, я просто… — прошептала сбивчиво Гермиона. — Последние дни постоянно тратила столько сил, и вот во что это вылилось. Ещё и сегодняшнее происшествие.       — Вы ни в чём не виноваты. Каждому из нас нужна передышка.       — Неплохо я так передохнула, — грустно улыбнулась Гермиона.       — И то верно.       — Думаю, мне нужно лечь спать. Хочется, чтобы побыстрее наступило завтра, и мы снова оказались дома.       — А как же церемония награждения? — поинтересовался Малфой.       Гермиона покачала головой.       — Я бы с удовольствием её пропустила. Впечатление уже испорчено, и теперь мне нет никакого дела до всего этого.       Он нахмурился.       — Я очень сожалею, мисс Грейнджер, что так произошло. Мне стоило внимательнее следить за дисциплиной и не отпускать от себя учеников.       — Но вы же понимаете, что чем строже правила, тем сильнее желание нарушить их, — возразила Гермиона. — Птичку в золотой клетке не удержишь. И вашей вины в том, что мой оппонент испугался честного боя, решив воспользоваться грубой силой, точно нет. Да и вообще, если бы не вы, мистер Малфой, я бы… я бы… — девушка подавила вновь подступивший к горлу комок, не решившись произнести вслух то, что могло бы случиться.       Люциус чуть сжал её пальцы.       — Давайте сейчас не будем об этом. Вам стоит отдохнуть, мисс Грейнджер, а я пойду. Доброй ночи.       Мужчина не без сожаления отпустил ладони ведьмы и направился к выходу из комнаты.       — Мистер Малфой!       Он обернулся. Гермиона уже поднялась, в нерешительности переминаясь с ноги на ногу.       — Вы не могли бы… остаться, — и увидев, как брови Люциуса поползли вверх, девушка быстро добавила. — Только пока я не засну. Совсем не хочется лежать в темноте одной и медленно погружаться в кошмары, особенно после того, что случилось.       «Сначала в голове, потом на языке, Грейнджер! Ты что устроила!»       — Но, мисс Уизли…       — Джинни вернётся только к утру. Они с Гарри… Ой… — Гермиона испуганно зажала рот ладошкой, осознав, что только что невольно выдала подругу.       — Тааак, — протянул Люциус.       «Нет, с дисциплиной явно пора что-то делать. Одна из его учениц шарахается где-то по ночам со своим бойфрендом. На другую нападает шайка малолетних упырей. Да уж, профессор из тебя, мой друг, никудышный.»       — Хорошо, мисс Грейнджер, я останусь. Посижу в этом кресле, — больше для самого себя, чем для Гермионы, сказал Малфой.       Девушка просияла и скрылась в ванной, а Люциус остался её ждать. Что он творит? Ночью, один на один в комнате с Грейнджер. Ладно, он просто посидит с девчонкой пять минут, пока Морфей не заберет ту под своё крыло. На большее время мужчина не рассчитывал: день был насыщенным, Гермиона явно устала, даже после восстанавливающего зелья, а уж о потраченных ею нервах и говорить не приходилось. Заслышав, как в душе полилась вода, Малфой сглотнул. Перед глазами опять замелькали непрошенные картинки. Ему хотелось вскочить с этого дурацкого кресла, распахнуть чёртову дверь в ванную и, отодвинув в сторону шторку, прижаться к ней, целуя мокрую горячую шею, пока пальцы скользят по гладкой коже бедра и замирают…       Шум воды затих, щёлкнул выключатель, и в открывшемся проёме двери показалась Гермиона, суша полотенцем влажные кончики волос. На ней была тоненькая сорочка на бретельках. Люциус, было уставившийся на эту будоражащую взор картину, немедленно отвёл глаза в пол, а внизу всё клокотало и поднималось, оживая от только что увиденного. Она была хороша! Мерлин, как же она была хороша! Девушка заметила, что Малфой смутился, поэтому быстро подошла к кровати и залезла под одеяло, укрывшись практически с головой. О чём ведьма только думала, озвучивая вслух свою просьбу Люциусу? Слова вновь сорвались с её уст прежде, чем холодный рассудок успел вставить хоть что-то.       «Мерлин, тебя дери, Грейнджер! Как же фривольно это, наверное, выглядит со стороны!»       Но после встречи с Маркусом Гермионе почему-то было уже всё равно. Эта стычка словно послужила рычагом к запоздалой после войны реакции. Колдунья в очередной раз убедилась, насколько хрупок окружающий её мир, и как в один момент всё может просто закончиться. И поэтому, как бы глупо это ни было, она решила, что попробует говорить «да» всем своим дурацким желаниям, исключая очевидно неразумные. И начала девушка, конечно, же с Люциуса Малфоя, вокруг которого таких желаний в последнее время сосредоточилось слишком много.       — Спокойной ночи, мистер Малфой, — тихо бросила она мужчине в другой конец комнаты.       — Спокойной ночи, мисс Грейнджер, — донеслось в ответ.       Гермиона закрыла глаза, успокоила дыхание, но сон всё не шёл. Осознание того, что прямо сейчас, в нескольких метрах от неё сидит Люциус, не позволяло даже задремать.       «А может? Нет, не стоит. Ну, а всё-таки… Да нет, прекрати! А что если… Эх, была не была!»       — Мистер Малфой!       Люциус от неожиданности вздрогнул, успев достаточно уютно устроиться на мягком кресле и даже начиная проваливаться в полусон.       — Да, мисс Грейнджер?       — Вы не могли бы взять меня за руку?       «Что?»       Ему, наверное, послышалось.       — Простите, что сделать?       По голосу Люциуса ведьма поняла, что ей удалось выбить мужчину из колеи.       — Просто понимаете, когда меня мучают кошмары, я бужу Джинни и прошу так посидеть рядом. Мы всегда держимся за руки, и это помогает мне быстрее успокоиться. Заземляет, проще говоря.       — А у вас кошмары, мисс Грейнджер? — с сомнением поинтересовался Малфой, пока до конца не понимая, в какую игру решила сыграть с ним юная колдунья.       — Определенно точно. Достаточно закрыть глаза, как они встают передо мной, — бесстыдно сочиняла на ходу Гермиона, удивляясь, как легко у неё это выходит, хоть и понимая, что несёт полный бред.       Мужчина хмыкнул.       — Кто они?       Девушка на мгновение задумалась.       — Призраки прошлого, скажем так, — она постаралась, чтобы голос звучал надтреснуто. — День выдался не из лёгких, — она давила на жалость. — Вот меня и накрыло.       Последовала небольшая пауза. Люциус что-то обдумывал про себя. Решив, что молчание затянулось достаточно, Гермиона дала заднюю.       — Вы извините, мистер Малфой. Я, наверное, переборщила. Ещё и напросилась, чтобы вы остались в комнате. Я…       — Хорошо, — вдруг перебил её мужчина.       Ведьма услышала, как Малфой завозился в своём углу. Потом его шаги раздались совсем близко, и об пол стукнулись ножки кресла.       «И что всё-таки задумала эта девчонка? Зачем так меня дразнит?»       Люциус только успел привести в порядок мысли, старательно отгоняя как можно дальше картинку, где Грейнджер стоит на пороге ванной. Простора для фантазии хватало с лихвой, чтобы прокрутить сюжет далеко вперёд. А сейчас… Зачем она разыграла весь этот спектакль? Ведь врёт. Ясно как божий день, врёт. Малфой слышал по голосу. Никаких кошмаров у неё нет, это очевидно. Хорошо, примем правила вашей игры, юная леди.       Из-под одеяла вынырнула ручка Гермионы. Люциус поудобнее уселся в кресле, вытянул ноги и мягко накрыл её своей большой ладонью.       — Так лучше, мисс Грейнджер? — с усмешкой спросил он.       — Безусловно, — донеслось в ответ.       Малфой улыбнулся, легонько сжимая её пальчики, и облокотился на спинку. Что творится с этим миром, и как спустя всего полгода после завершения войны, они, долгое время сражавшиеся по разные стороны баррикад, оказались здесь, за пару тысяч миль от Англии, вместе? Мужчина прикрыл глаза. До него долетало ровное, спокойное дыхание колдуньи. Но так хотелось продлить этот миг еще немного. Почему-то это казалось важным. Однако усталость навалилась на Люциуса, веки отяжелели, и он сам не заметил, как провалился в сон, так и не отпустив руки Гермионы.

***

      Джинни Уизли, стараясь издавать как можно меньше шума, аккуратно прокралась в комнату. Она сильно задержалась, потому что никак не могла проститься с Гарри. Наконец он в сотый раз пообещал девушке, что на Рождество непременно приедет в Хогвартс, и та, довольно взвизгнув, чмокнула парня в губы и поспешила в академию. Уизли прикрыла дверь и на цыпочках двинулась к своей кровати, но на полпути замерла. Сначала ей показалось, что она спит, ибо картина, представшая перед ней с реальностью имела мало что общего. Джинни моргнула. Да нет же, всё наяву!       Гермиона сладко спала, устроившись на боку и подложив под щёку кулачок, а вторая её рука лежала под ладонью… Уизли зажала рот. В кресле рядом с кроватью подруги спал Люциус Малфой. Его лицо выглядело сейчас безмятежным и расслабленным. Пальцы касались руки девушки. Джинни не знала, что и подумать. Она понимала, что Малфой не причинит Гермионе вреда, но застать их здесь, вдвоём, взявшихся за руки. Нет, это уже было слишком. Она решительно направилась к Люциусу, и легонько, но настойчиво, потрясла мужчину за плечо.       — Мистер Малфой! — громким шёпотом позвала Джинни. — Мистер Малфой!       Люциус тут же проснулся. Ему понадобилось ещё с полминуты, чтобы вспомнить случившиеся накануне события.       — Мисс Уизли, доброе утро! Прошу прощения, я уже ухожу. Снимать с Гриффиндора очки за ваши ночные похождения на этот раз не буду, но впредь такого быть не должно, — он поднялся с кресла, бережно высвобождая пальчики Гермионы, словно боялся ненароком разбудить, но девушка, что-то невнятно пробормотав, продолжила спать. — На мисс Грейнджер напали вечером, но всё обошлось. Она боялась засыпать одна. Завтрак в девять, — бросил уже несвязно Люциус от двери и скрылся за ней.       Джинни растерянно опустилась на кровать. Она ничего не поняла из этих сбивчивых объяснений. Гермиона проснулась спустя пару часов. Она была бодра и полна сил. Сладко потянувшись, ведьма посмотрела сначала на пустое кресло, затем на подругу, складывающую вещи.       — Доброе утро, Джин, а ты не видела…       — Доброе, Миона, — перебила её та. — Я-то всё видела, поэтому рассказывай.       Гермиона вздохнула и начала выкладывать, в очередной раз опуская свои трепетные мысли о профессоре ЗОТИ.       После завтрака всех участников соревнований собрали перед академией. Директор объявил, что в связи с неподобающим поведением финалиста турнира Маркуса Джонса досрочным победителем стала ученица школы Хогвартс, Гермиона Грейнджер. Девушка под громкие аплодисменты приняла награду, не испытав при этом никакой радости. Джинни с Невиллом окружили её, обнимая, а колдунья незаметно подняла глаза на Люциуса, стоявшего поблизости. Он понимающе кивнул, она застенчиво, но искренне, улыбнулась. Сразу после церемонии ученики вернулись в Хогвартс, где их ждали снег, холод и надвигающаяся сессия.