Часть 12.
30 января 2023 г., 18:27
Лу
Заморосил дождь. Ночная прохлада забиралась под одежду, что развевалась на ветру от стремительной скорости мотоцикла. Дорога была практически пуста, не считая проносящихся мимо беспилотных такси. Маленькая монетка-луна отражалась стальным блеском в мокром асфальте, за поворотом ждал Термитник. Лу прибавила газу, страсть как хотелось скорее домой после очередного загруженного дня. Совмещать работу и тренировки в Сигме становилось всё труднее, менторы требовали полной отдачи. Но Лу не могла подставить Догана, все-таки он помог ей устроиться. Да и брать деньги у Даниель с Кейем ей совершенно не улыбалось. Ладно. Об этом можно подумать завтра, сейчас голова раскалывалась так, что Лу была готова взреветь. Когда Лу подъехала к жилому блоку, она увидела курьера, что стоял под коротким козырьком, едва укрывающим его от дождя. Бедный парень переминался с ноги на ногу и дрожал от холода. Лу поставила мотоцикл на подножку и сняла шлем. Тусклый свет фонарей и неоновых вывесок больно мазанул по глазам — перетрудилась, получай светочувствительность бонусом. — Доброй ночи. Мадемуазель Рид? — спросил паренек, стуча зубами. — Да. — Мне велено передать вам лично в руки, — он достал из рюкзака-короба корзинку с фруктами. У Лу отвисла челюсть. Бананы, киви, апельсины, манго и ещё куча экзотических фруктов, название которых Лу даже не знала. Всё это дефицитное, стоящее баснословных денег. Ничего из этого Лу в жизни не пробовала. Это был определённо самый дорогой подарок от Иво. Но технически от Вейсс... Презенты выбирала секретарь Приора. Лу расплылась в совершенно ребяческой улыбке. Каждую субботу и среду курьеры привозили ей подарки, каждый раз Рид радовалась как в последний. Паренек попрощался и уехал прочь на своем электросамокате. А Лу, скрипя душой, понадеялась, что бедолаге удастся покинуть Термитник без происшествий и самокат никто не отберет по пути. Она затащила мотоцикл. В глаза сразу бросились ненавистные камеры, который по регламенту нельзя было отключать ещё месяц после увольнения. Переодевшись в домашнее, Лу с предвкушением подошла к уже мытым фруктам на столе. Выбор пал на манго. Она покрутила его в руках, нахмурилась и, прежде чем съесть, все-таки полезла в сеть, чтобы посмотреть как это чудо едят... Почистив и разрезав плод, Лу припала губами к мякоти и откусила. По подбородку потёк сок. Лу, точно в истоме, прикрыла глаза. Вкусовые рецепторы взорвались тысячью и одной сладкой нотой — если бы можно было получить оргазм от еды, то это был он.***
Когда-то Сигма, институт исследующий пси-способности, принадлежала Инквизиции. Её целью было приоткрыть завесу тайны этой генетической аномалии и подчинить её себе. Сигма проводила эксперименты и выявила те самые пси-ступени, а позже начала специализироваться на создании отряда бойцов, который мог бы защитить Церковь. Но методы Сигмы были жесткие, а власть её неумолимо росла. И в какой-то момент Церкви это не понравилось. Инквизиция распустила Сигму, забрав себе все наработки и организовав свой институт. Да, именно Сигма стала отцом Корпуса Содействия. Теперь же, от Сигмы остались только четверо основателей. Леонар Оже — единственный известный телепат Нью-Пари, Ален Дюбэ — телекинетик, Модест Рене — эмпат и Леон Бенар — пирокинетик. Все обладатели первой пси-ступени. Среди них были ещё двое. Андре Мартен — хиллер первой ступени, погибший при неизвестных обстоятельствах. И Сиприен Тассе аквакинетик четвёртой ступени, ныне известный как Викарий Единый. Пусть Сигму и распустили, но они тайно продолжили своё дело.***
Тренировочная арена практически ничем не отличалась от арены в Корпусе Содействия. Перед Лу стояли те же манекены и кубы. И точно так же, после воздействия на тяжёлые предметы, нужно было поднять в воздух невесомый лист бумаги. Ален стоял за спиной и громко командовал, не забывая при этом жестко журить свою ученицу. — Сосредоточься! Да не оттопыривай ты ладонь так, все равно не поможет. Помни, сила в голове, а не в конечностях. И дышать не забывай! А теперь пробуй просто приподнять и поставить на место. Это было самым сложным. Лу удавались пока только простые манипуляции — толкнуть, да сжать. О плавности и аккуратности, кои тут требовались, речи пока даже не шло. Но Лу продолжала пытаться. И да, в конце концов она надорвалась. Но это были лишь цветочки в сравнении с тем, как она надрывалась с тем ссаным вертолётом. Со временем к этой мерзкой боли в висках и переносице привыкаешь, чертовы слезы бы еще не лились в три ручья — было бы вообще чудесно. — Смотри сюда, — Ален подошёл к арене. Он легким взмахом кисти приподнял куб, тот завис на несколько секунд в воздухе, а затем осторожно, без грохота опустился на пол, — тебе не хватает плавности, — ментор взмахнул и левой рукой, и несколько кубов взлетели вверх, плавно сделали круг и так же опустились наземь. Лу нахмурила брови до черты в переносице. Она всё в толк не могла взять, как же так легко у него это получается, когда он буквально держит точно одной рукой несколько кубов весом 150 фунтов. Какая тут плавность? Тут пальцы от напряжения судорога сводит. — Можно я ещё раз попробую? — Нужно. Спустя ещё полчаса, у Лу наконец стало получаться что-то более менее похожее на пример ментора. Не идеально, но куб она в воздух подняла и опустила. Следом Ален отправил её мучить листки бумаги. — Тебе нужно больше тренироваться, — сухо заключил он. Через пару дней Ален повёл её в комнату с тренажёрами. То были обыкновенные дверные замки. Он провел ликбез по каждому виду замка, объяснил как работают механизмы и как "вслепую" в них ориентироваться. — Здесь тот же принцип, что и при поднятии объектов в воздух, — начал Дюбэ, демонстрируя. Лу внимательно следила за движением его рук и общей позиции. На этот раз двигались лишь его пальцы, осторожно, медленно, мерно. Раздался щелчок. С виду это выглядело просто. На деле всё оказалось куда сложнее. Лу ушла домой без успехов.***
Лу вернулась домой без сил. Хотелось принять душ, да завалиться спать, как во всём доме погас свет. Накинув поверх пижамы куртку и нырнув в кроссовки, Лу вышла в подъезд, прихватив фонарик. — Крэп... Ну и какого хрена?.. За спиной кто-то чиркнул зажигалкой. Лу всхлипнула от неожиданности и подскочила на месте, повернулась, мазнув фонариком мужчину. Иво улыбался, точно кот, укравший сметаны. — Не стал пользоваться дверным звонком. К тому же у Дэн есть пароль от твоих камер. Я знаю, она ими не пользуется, но кто знает, какие у неё фантазии в голове. — Чёрт, ты меня напугал! — выдохнув, сказала Лу. И тоже не смогла сдержать улыбки. Когда Мартен вошёл в жилой блок, Рид испытала странное чувство. Мартен, чуждый жизни в Термитнике, стоял посреди её жилища. Странно и чудно. Она и подумать не могла, что они когда-нибудь пересекутся у неё дома. Из окна светила луна, слабо освещая его профиль. — Я бы предложила тебе кофе. Невкусный. Но ты вырубил весь дом, — усмехнулась Лу, чувствуя как от улыбки сводит скулы. Она была рада его видеть. Очень. Лу присела рядом. — ... Впрочем, я пришёл не для этого. Вот, возьми, — он двинул по столу коробочку. Открыв её, Лу увидела ключ карту от дома, в котором он жил когда-то. — Там мало от современного мира, но зато там нет ни камер, не соседей, ни случайных прохожих. И... Не так далеко от Сигмы. — Спасибо, — проговорила Лу. Она задержалась взглядом на его лице. Внутри что-то предательски надломилось: она не видела его почти месяц. Скучала безумно. Теперь они могут видеться лишь урывками. И совсем скоро ему придётся уйти. Она взяла его за руку, передавая в этом незначительном жесте всю нежность, что копилась в ней. Чуть крепче сжала чужую ладонь, погладила большим пальцем его указательный. У Лу были сухие и жесткие от турника руки, на контрасте с его кожей это ощущалось сильно. — Расскажи мне, как твои дела? Тебе удалось что-нибудь новое, помимо издевательства над старой военной техникой? Лу выдохнула усмешку. И покачала головой. — Нет, я пока кубы насилую. Они молча разглядывали друг друга в темноте. Потом Лу потянулась и поцеловала Иво. Её ладонь легла на его щеку, скользнула к затылку, чуть сжав его волосы. Не разрывая поцелуя, Лу пересела на его колени.Иво
Иво хотел казаться расслабленным, но на деле внутри него крепло напряжение — всё равно что железный кол, не дающий ни вздохнуть, ни расслабиться. Ситуация сковывала его по рукам и ногам, вокруг сгущались тучи и крайне важно было не допустить ошибку... Критическую ошибку, за которую не только сам Иво мог поплатиться жизнью, но мог стать свидетелем, как рушатся чужие. А это была весьма изящная пытка — ведь и у Мартена было сердце. Он хотел сказать что-то лишь одним взглядом. Глаза, немного привыкшие к полумраку, различали, как причудливо ложится тень на лицо Лу, как меняет его. И как сильно ему это нравится, как легко отдаваться мыслям о ней, наслаждаться её обществом, смотреть, чувствовать тепло её ладони такой новой для него формы... Когда Лу подалась вперед, Иво с легкостью и привычной ленцой в движениях двинулся ей навстречу. Рука очертила изгиб талии, который Лу вынуждена была придать телу, чтобы дотянуться до него. Ткань пижамы была чуть жестковата под пальцами, будто девушка только достала её из дезинсектора. Он углубил поцелуй, заставляя девушку сконцентрироваться на нём в то время, что она меняла свою локацию со стула на его колени. Иво расслабил плечи и откинулся на спинку стула, заставляя девушку придвинуться так близко, до упора, насколько это было возможно. Что-то соскользнуло с крючка и вылилось наружу. Он сдавил ладонями её бедра, будто хотел сказать, что назад дороги для неё нет и быть не может. Не ослабляя силы, он провел от бедер вверх, пока не остановился на талии, расставив пальцы так широко, точно хотел обнять её всю за раз. Лу чуть нависала, он запрокинул голову, чтобы схватить её губы и перейти совсем на другой язык, объясняться настолько точно, что Лу могла бы понимать его чувства так, будто испытывает их сама. Он не испытывал раньше ничего подобного, не чувствовал такого влечения к женщине, от которого сносило бы крышу, притом, настолько, что, привыкший себя держать под контролем Иво сейчас буквально не мог ничего с собой сделать. Кто-то сорвал стоп-кран, машинист выпрыгнул из поезда, и теперь одному Единому было известно, чем кончится сумасшедшая поездка. Поцелуи становились нетерпимее, Лу как будто хотела свести лопатки как можно сильнее, чтобы прижаться ещё ближе к Иво. Но ближе было уже просто некуда, только если раствориться друг в друге. Отведя одну ногу назад, чтобы поймать точку опоры, Иво поднялся вместе со своей ношей, подхватывая её под бедра. Девушка предусмотрительно скрестила ноги и оперлась о плечи Приора, давая ему возможность двигаться. Только вот в темноте и увлеченный совершенно не навигацией, он понятия не имел куда идти. Сперва они сталкиваются со стеной. В темноте что-то падает и рассыпается, но Лу, почувствовав опору, только яростнее отвечает на поцелуй, сталкивая, спихивая с плеч Иво кожаную куртку. Они на силу успевают дышать в перерывах между касаниями губ. Мартен снова предпринимает попытку найти дорогу. Что-то мешается под ногами, катится в сторону с гулким звуком. В полутьме он находит стол и усаживает Лу на него. Дыхание сбито, плечи Иво едва заметно вздымаются на каждый вдох. Он разрывает поцелуй и ловит взгляд Лу. Он хочет, чтобы она прочитала что-то в его глазах, и оттолкнула, если не испытывает того же. Он слегка толкает её, Лу ложится на спину, на пол снова что-то падает — да и какая теперь разница? Мартен протягивает руку, расстегивая одну за одной пуговицы на пижамной рубашке девушки, нервно откидывает её полы в бок и горячей ладонью гладит сперва живот, потом грудь, добираясь практически до ключиц. Провожая взглядом руку, он точно исследует, открывает для себя Рид по дюйму кожи. Внутри всё кипит от нетерпения, и хоть дыхание должно было успокоиться, оно, напротив, делается ещё более частым. Он склоняется и целует подрагивающий от ударов сердца живот. Один, второй... медлит, чтобы растянуть удовольствие, ещё немного помучить Лу. Третий, четвертый. Он вдруг выпрямляется и нервным жестом стягивает с себя футболку через голову, взъерошивая волосы, делаясь как будто диким. В отблеске лунного света Рид могла увидеть, какой бес танцует в его взгляде, сейчас — почти черном. Полумрак мягко очерчивает каждый изгиб его торса. Он оглядывается и видит за своей спиной, наконец, то, что искал с самого начала. — Надеюсь, это подобие кровати выдержит двоих, — бросает он едва слышно в сторону, стягивая с Лу и пижамные брюки. Затем тянет её за руку, помогая подняться, сам отходит на шаг и расстегивает ремень брюк, которые не только мешали, но и в которых здесь становилось жарко. Лу накрывает его сверху, прохладная постель приятно облегает обнаженную кожу горячей как печь спины Иво. Волосы девушки мягко касаются его щеки, скрывая от любопытного лунного света. Он подтягивает её колени ближе к себе, одной рукой касаясь талии, другой опускаясь от подбородка к шее, затем к груди. Они обмениваются поцелуями, точно соревнуясь, кто сможет отдать больше. Иво чувствует, как давит в груди взволнованное сердце, как страсть захватывает его по кусочкам, как желание обладать Лу вытесняет абсолютно всё из его головы. Ладони покрываются влажным, испарина выступает на гладкой коже спины девушки. А потом Иво получает желаемое. Приятная слабость разливается по телу плавленным золотом, Мартен упорно борется со сном и с реальностью, которая медленно оседает на него, точно пыль на музейный экспонат. Он едва заметно опускает голову и вдыхает запах волос Лу, который отдается электричеством в кончиках пальцев даже сейчас. Он слушает, как она дышит, чувствует, как бешено бьется его собственное сердце, от отчаяния и ласки возжелавшее покинуть требующее хотя бы минутного отдыха тело. Он сгибает руку и проводит похолодевшими подушечками пальцев по её обнаженному плечу, ловя то обжигающую, то леденящую кожу. Наконец, он просто кладет руку на её бедро, будто заявляя своё право на него. Сон давит на Иво, но сознание вяло сопротивляется — ведь он почти никогда не спал в одной кровати с женщиной, считая личное пространство сна... слишком личным. Чтобы не заснуть в тишине, он поворачивает Лу к себе, касаясь подбородка, и оставляет на приоткрытых губах ещё один долгий поцелуй. Затем уголок его губ игриво приподнимается. — Ещё? — Он улыбается ещё больше. — Силы, которые не отнимут изнурительные тренировки, буду забирать я.
