Собирая по крупицам

I

      Решение об окончательном проведении свадьбы принимается в десятых числа июня. Поддерживается, однако, не всеми членами семьи нового союза Поттер-Уизли. Планируемая дата выпадает на пятничный день, двадцать третьего числа. Значения это имеет крайне мало, с учетом занятости и плавающего графика большей части из гостей, связанных с работой в медицине.       Перед получением приглашения на скорую свадьбу, Гермиона спасается от знойной жары, накрывшей город на второй неделе лета. Она шагает напрямую к дому Тонкс, ощущая, как неприятно футболка липнет к спине. Подруга вытащила её из квартиры, мотивируя свое предложение желанием встретиться, но что важнее – сплит-системой, оснащающей её жилье.       — Дора, сегодня обошлось без покупок и вкусностей, прости, но я сейчас рухну от полученного теплового удара, — вытирая рукой вспотевший лоб, протискивается внутрь, пока вторая девушка с излишне бледным лицом закрывает дверь, кривя лицо. — Ты хорошо себя чувствуешь? — она не оставляет без внимания внешний вид.       — В пределах нормы, да, а вот тебе необходим душ, — театрально закрывает нос. Гермиона осматривается, прекрасно понимая, что подруга отшучивается. — Пойдем, я выдам тебе гостевые полотенца и мы избавим тебя от необходимости падать в обморок и дурно пахнуть. — Грейнджер закатывает глаза, поднимаясь следом по лестнице. В последующем кратком разговоре, перед тем как гостья снижает градус собственного тела под струями холодной воды, обсуждают стремительный скачок в температуре города.       Сменяя третью игру на приставке за прошедший час, Нимфадора черпает полную ложку мороженого из большой упаковки и ловит на себе пренебрежительный взгляд Гермионы, оторвавшейся от книги и отсиживающейся в халате с копной мокрых кудрявых локонов.       — Чего ты так на меня смотришь? — подставляет руку с геймпадом к лицу, прикрывая часть со стороны наблюдений от сидящей подруги. — Перестала? А то это немного жутко, — прыская от смеха, по случайности выплевывает часть мороженого на кофейный столик перед ними. Звуковая истерия Доры заполоняет комнату, пока Гермиона встаёт с места, тяжко вздыхая и уходя к кухонному гарнитуру.       — Напомнишь мне причину нашей дружбы? — собеседница не обращает внимание на вопрос. Девушка берет тряпку, прежде смочив. Гермиона слышит активное клацание по кнопкам и вполоборота наблюдает, как Тонкс склоняется ближе к телевизору, помогая взглядом изничтожить воображаемого игрового врага. — Не бери в голову, — она подходит ближе, принимаясь стирать липкие пятна со стола, и вставая прямиком перед лицом Нимфадоры. — Давай свои руки сюда.       — Отойди! — пыхтит, резко поднимаясь и наблюдая из-за фигуры Гермионы за творящимся хаосом на экране, где она пытается вести в счете нескончаемых боев, сопутствующих хрустом чужих конечностей. — Я очаровательна и... — умолкает, напрягаясь всем телом, сразу после сжимает кулак в победном жесте. — Никто не может передо мной устоять! А ты особенно, потому мы и друзья, — пританцовывая, подходит ближе к подруге, проводя клейким пальцем ей по носу. — И говоря об очаровательности...       Девушка поспешно стирает с себя последствия липкого прикосновения, передавая в руки Доры тряпку, чтобы та самолично избавила себя от присохшего мороженого на ладонях. Гермиона подбирает под себя ноги, усаживаясь обратно, с ожиданием поглядывает на подругу.       — Говоря об очаровательности?..       — Проводила свою девушку? — играя бровями, плюхается на поверхность, едва успевая схватить упаковку с ложкой внутри. Предотвращенная катастрофа и спасение дивана завершаются успешно. — Она даже задержалась на некоторое время в городе из-за тебя, верно?       — Нет! Господи! И она уже давно не моя девушка, — чувствуя подкатившее смущение, размеренно подает голос, пряча лицо за обложкой подобранной книги. — Их выставку продлили на неделю. Они добрались до Франции спокойно, Луна звонила мне пару дней назад.       — Луна, точно, так её зовут! — тыкая в Гермиону протертым геймпадом, заставляет вторую посмеиваться и выглядывать парой глаз из-за строк. — Значит эта любовная арка отныне завершена навсегда? Ох, печальнее истории и не придумаешь.       — Ты излишне драматизируешь, — ворчит, не чувствуя необходимости в данном обсуждении.       — И вы так и не попали с моей тетушкой к ней вместе? — Нимфадора, совершенно неосознанно, всё сильнее вгоняет в краску свою собеседницу, считающую по-прежнему странным говорить с ней о Беллатрикс.       — Нет, но мы собираемся поехать на скачки в конце месяца, думаю, это компенсирует наше непосещение выставки, — рвущуюся улыбку подавляет, зная черту Тонкс докапываться до деталей и мелочей. Должно быть это присуще всем полицейским. Гермиона смотрит за тем, как игра снова поглощает подругу.       — Я всё ещё слушаю тебя, — старается всеми силами поспевать за несколькими делами одновременно, вновь стуча по кнопкам. Она прерывается лишь на мгновение, реагируя на звук поворота ключа в двери. Гермиона расширяет глаза от удивления. — Я предполагаю, что мама решила заглянуть после собеседования. Открой ей дверь, пожалуйста!       — Дора, я в халате! Мне будет неудобно объясняться, — Гермиона шипит на подругу, видя, что та даже не допускает мысли о завершении игры. Стук торопит девушку к двери.       Пораженная деталью о внеплановом визите старшей Тонкс, глубоко выдыхает, прежде чем снять защитную цепочку и открыть дверь настежь, застывая глазами на противоположном лице. Отнюдь не принадлежащем Андромеде. Стоявшая за спиной сестры Беллатрикс, проходится по ней взглядом, пуская мурашки бежать по спине.       — Рада снова Вас встретить, Мисс Грейнджер, — пользуясь невозможностью девушки подать голос, Андромеда заставляет посмотреть на себя. Осунувшееся лицо и усталый вид постепенно скрывает налаживающийся сон и возвращение к ведению быта после предложения дочери на время пожить в Лондоне вместе. Женщина переминается с ноги на ногу, ожидая пока Гермиона отойдет в сторону, пропуская их внутрь дома.       — Миссис Тонкс, — делая пару шагов назад, смотрит на спину удаляющейся Андромеды, и сразу после ловит насмешливый взгляд Беллатрикс исподлобья. Гермиона ощущает себя совершенно крошечной, выдавая последующее обращение. — Белла... — получается на выдохе и совсем тихо.       — Основательно подготовилась к нашему приезду, — проходя ближе и останавливаясь рядом с Гермионой, заставляет у той выбиться рваному вздоху. — Я закрою дверь, мне нужно будет ехать уже сейчас.       — Куда, Белла? — разрывая напряжение и давая Гермионе спокойно вздохнуть, Нимфадора вклинивается в разговор. — У нас намечаются женские посиделки, ты приглашена, — ловя вскинутые брови и пялящуюся в непонимании подругу, Тонкс прищуривает глаза, указывая на двоих. — Снова собрались куда-то сбежать вдвоем?       — Боже, — выдыхает старшая женщина, оглядываясь на Гермиону с лёгким осуждением в глазах. — Вот что бывает, когда третьи лица узнают о личных планах, Грейнджер, — собирается уйти вглубь дома, чтобы отыскать ушедшую сестру.       — Личные планы, — повторяя, Нимфадора продолжает подшучивать над женщиной и нервной подругой, подошедшей ближе. — Так называют свидания, Белла? — в момент сердце Гермионы летит вниз, она хватает Тонкс за руку, ловя глазами развернувшуюся на сто восемьдесят градусов Беллатрикс, приближающуюся обратно к ним.       — Ревнуешь? — Беллатрикс ухмыляется, прежде чем откликнуться на просьбу Андромеды помочь на кухне. — Аккуратнее, Дора, вселишь в голову Гермионы сумбурные мечтания, — она скрывается в проёме, оставаясь в очередном выигрыше после препирательств с племянницей. Грейнджер судорожно выдыхает, пытаясь привести дыхание в норму и отвлечься от тех самых упомянутых навязчивых мыслей.       — Чертовка, — заключает Тонкс, утягивая подругу в спальню для выдачи более подходящей одежды.       Неловкость беспокоит исключительно сидящих друг напротив друга Беллатрикс и Гермиону, пока Нимфадора и Андромеда обсуждают прошедшее собеседование, на котором женщине предложили неплохую зарплату с выходом в график в кратчайшие сроки. В попытках думать обо всём и сразу, младшая Тонкс пускает дальше рассуждения о природе отношений смущенной парочки. Гермиона изредка бросает взгляды в сторону Блэк, стараясь изучить реакцию той после очередной всплывающей темы обсуждений первоочерёдно. Беллатрикс же умело проворачивает это, практически не попадая под аналитический взор, и слишком хорошо скрывая все ведомые мотивы.       Разговор постепенно приходит к похожему на нормальный. Гермиона отпускает мысли о сказанных словах Нимфадорой, ведь встреча вдвоем необязательно носит название свидания. Девушка старается держать под контролем всё своё тело, непроизвольно реагирующее на каждое слово, слетающее с уст Беллатрикс. Перед планируемым уходом старшей женщины, пришедшие в одночасье уведомления на телефоны Блэк и Грейнджер заставляют обеих переглянуться. Читать сообщение на почте Гермиона заканчивает первой, получая в электронном письме приглашение на свадьбу от Гарри и Джинни. Беллатрикс поглядывает в текст и переводит взгляд на девушку.       — На общее благо они объявили дату хотя бы за две недели, — Беллатрикс встаёт из-за стола, задвигая за собой стул. — Мне пора, нужно появиться в другом месте.       — Когда-нибудь ты станешь менее загадочной, вы о чём? — Нимфадора разминает поясницу и просит Андромеду помять ей плечи.       — Свадьба Гарри Поттера и Джинни Уизли, они окончательно определились с проведением, — отвечает Гермиона, считая дни до предполагаемого события, и думая над тем, когда стоит готовиться с остававшимся временем.       — Джеймс звал нас с Римусом, но с моим положением наша явка затруднительна. И вообще... мне стоит обижаться, что они воздержались даже от попытки официального приглашения? — Нимфадора подмигивает подруге, пока Белла ожидает хотя бы одного провожающего для своей персоны. К несчастью для своей подруги, младшая Тонкс добавляет. — Возьми Гермиону с собой, она сварится, пока будет добираться до Хакни по жаре. Ещё и в час-пик!       — Дора... — начинает девушка, чувствуя неловкость от вкинутого невзначай предложения. — Всё в порядке, миллионы людей пользуются лондонским метро ежедневно, — говоря истину, видит, как Беллатрикс складывает руки на груди, смотря прямиком в её глаза.       — В том, чтобы я довезла тебя нет проблемы, Грейнджер, — она старается выдерживать из раза в раз обращение по фамилии в присутствии других людей. Женщина вздыхает обременительно, отчего Гермиона напрягается сильнее. Нимфадора победно улыбается, строя всё больше догадок.       Они уезжают, мило попрощавшись и задержавшись из-за очередных шутливых препирательств Беллатрикс и Нимфадоры. Андромеда что-то шепчет на ухо сестре, пока та прикрывает ладонью лицо, посмеиваясь. В машине молчат первое время, пока инициатором завязавшегося разговора не становится Блэк.       — Ты сможешь появиться? — по началу не улавливая, о чём идет речь, девушка прокручивает в голове последние события. Гермиона слишком сбита с толку сегодняшним днём, чтобы реагировать быстро.       — На свадьбе? Если ничего не изменится в графиках, то да, у меня выходной, — вздыхая, примечает как Беллатрикс прикусывает губу. — А ты?       — У меня будет ночная смена до этого, но Лили будет слишком опечалена, если я не явлюсь, — пожимает плечами, оглядывая мельком сидящую девушку. — Не уверена о времени своего появления. Придется минимизировать опоздание, перебиваясь дома парой часов сна между подготовкой. Они ведь не выдумали никакой дресс-код? Я сойду с ума, выбирая очередной наряд.       — Нет, Джинни упоминала о своем нежелании заставлять людей заморачиваться сильно, ей будет достаточно их присутствия. Это была прямая цитата, — улыбается, видя как Белла кивает на её слова с внутренним облегчением. — С тобой провести день в компании чужих людей будет менее стрессово.       — Ты выражаешь свою радость о моём присутствии? — сводит к вопросу напрямую. Владение подвешенным языком зачастую вгоняет всех собеседников в необходимые ей чувства, заставляя впоследствии упиваться выбитой реакцией. Эмоционально непробиваемый и непревзойденный оппонент. Гермиона, на удивление Блэк, лишь мягко улыбается, забывая необходимость отшутиться или скрыть подлинный ответ.       — Так и есть, Белла, я радуюсь, что ты будешь рядом, — вновь уводит себя от желания прикоснуться, подтверждая и закрепляя слова задержавшейся улыбкой на губах. Доезжая до квартиры, Гермиона благодарит бесчисленное количество раз, прежде чем покинуть машину и отправиться домой. Старается не оттягивать момент ухода, вспоминая о необходимости Беллатрикс ехать дальше, хоть та была и не против остаться с ней и отменить планы на весь запланированный день. Темноволосая устремляет взор в спину, на этот раз, ловя ответный взгляд чужих карамельных глаз перед нажатием на педаль.

II

      Выбор наряда становится мучительным занятием второй раз, меньше, чем за последние полгода. Она измученно проводит день за днем после работы, успевая лишь мерить кучу неподходящих костюмов, платьев, брюк, блузок, жакетов с рубашками в попытках совместить в возможных идеальных образах, впоследствии ужасно приходящихся по фигуре и сидевших слишком мешковато. После недельных поисков, отчаявшись, Гермиона выбирает голубой брючный костюм с блестящей тканью, приятной к телу. При очередной примерке затягивает молочный пояс туго на талии, оглядывая себя вокруг в зеркале. Она не считает, что выглядит плохо, но белоснежная рубашка портит весь вид, вынуждая девушку выбрать к полноценному образу, подобный поясу, молочный лиф. Завершение походов по магазинам с успешной покупкой всецело погружает в возможность спокойно думать о работе. И о Беллатрикс, в дополнение с неоднозначностью всех внутренних размышлений и чувств.       Один из самых сложных и волнительных дней на счету Гермионы проходит в ассистировании Снейпу и длится около двадцати часов, с учетом подготовки и длящейся какое-то время смены. Решение о проведении операции с нахождением пациентки в сознании подтвердилось необходимостью попытаться сохранить речь и моторику. Поражающая опухоль задевала их функциональные зоны. С большим количеством людей у хирургического стола, места для работы остается не слишком много. Ординатор передвигается в моменте со старшим хирургом. Она всё ещё прекрасно помнит его слова о необходимости в свободе действий при работе. Потому, жертвуя собственной поясницей, держит руки навесу, всячески нагибаясь для помощи с инструментом и последующем его фиксировании внутри черепной коробки. Благодаря особой разговорчивости пациентки, Гермиона с удовольствием и долей ответственности ведет с ней переговоры, докладывая с подтверждением Северуса о постепенном удалении лишних тканей. Когда женщина не может отвечать на поставленные вопросы и сильно путается в ответах, часть опухоли приходится оставлять во избежание ненужных повреждений, которые они стараются исключить всей бригадой из кучи врачей. Присутствующий рентгенолог успокаивает и добавляет правды в утверждениях о лучевой терапии, в перспективе полностью помогающей избавить пациентку от опухоли. На следующий день любая появившаяся боль в мышцах с неприятным тянущим чувством по телу стоит каждой разделенной минуты в операционной с профессионалами.       Особо радующим моментом в процессе работы становится видеозвонок с юным пациентом из Швеции, чувствовавшим себя бодро и особо эмоционально при виде своих хирургов. При помощи Чарли Уизли, находящегося по другую сторону экрана, Гермиона и Беллатрикс расспрашивают мать о состоянии ребенка вне больницы, с редким добавлением смущенного голоса малыша, начавшего носиться по больничной палате к концу их разговора. Грейнджер примечает все детали, отмечая положительную динамику в бумагах, и всяческими способами пытаясь игнорировать мимолетные касания старшей женщины при напутствии и указаниях в правильном написании всех указываемых ею симптомов.       Совместная ночная смена помогает не сойти с ума в целой туче дел. Они вдвоем ведут около философские беседы, касаясь рассуждений о человеческой жизни и её цене. Гермиона из раза в раз в подобных диалогах принимает позицию о невозможности измерить материальным стоимость жизни, считает это глупым, пока Беллатрикс принимается перечислять девушке примерную расценку каждого человеческого органа, вызывая скривившееся лицо собеседницы. Старшая женщина заливисто смеется на реакцию, закидывая ноги на кресло и поддерживая голову ладонью. Она улыбается мягко и ослепительно, оголяя белоснежный ряд верхних зубов. Буравит глазами с интересом, пока в ответ Гермиона доносит сотню аргументов против сказанного Блэк. И когда девушка понимает, что все её слова теряются в бесконечном потоке времени, мотает головой, улыбаясь. Она смущается под пристальным взглядом беспорядочно кивающей Беллатрикс, показывающей, что готова согласиться с любым утверждением девушки, лишь бы не терять установленного зрительного контакта. Они обе принимают скверное решение не спать всю суточную смену, убивая возможность передохнуть даже на пару часов. Молча ожидают, пока кто-то из них вернется с обхода. Между беготней по реанимации, палатам интенсивной терапии и пациентами, возвращаются из раза в раз в ординаторскую, обнажая на поверхности новые темы для нескончаемых обсуждений и открытия убеждений друг для друга.       Опрометчиво, наивно и глупо игнорировать растущую симпатию. Гермиона пытается раскопать собственные чувства, изучая реакции своего разума, тела и сердца. Через ночные разговоры с собой выходит на осознание и принятие ситуации, в которой находится. Её прежние терзания находят успокоение в постепенности действий. Получить лицензию оставалось главной целью, когда на конкурирующем и отвлекающем фронте маячит фигура с кудрявой макушкой, ставшей частым и хозяйствующем гостем в голове Грейнджер. Стремление разделить всё больше времени вместе встречается обоюдным желанием, не позволяющим пока открыто говорить об этом, но всецело чувствующимся их душами с осторожными подступлениями. Беллатрикс заваливает Гермиону расспросами о текущем состоянии, внимательно относясь к переработкам девушки. Измененный график работы, предложенный Снейпом, по началу сильно смутил и расстроил от необходимости добавить по несколько выходных в месяц. Его суровое озвучивание данной новости не пробивали никакие предложения с её стороны, на что он в конечном итоге отреагировал закатанными глазами, прося Гермиону удалиться и приняться за работу. Чуть позже Блэк самолично подтверждает в этом своё участие, ломаясь честностью под простым вопросом ординатора.       Присоединяясь к небольшому числу близких гостей, Гермиона раскидывает ромашки навстречу выходящим из церкви молодожёнам. Гарри аккуратно придерживает Джинни под локоть, пока длинное белое платье тянется следом и копит в себе крошечные лепестки. Радостные возгласы доносятся со всех сторон эхом поздравлений. Черный смокинг жениха вбирает в себя солнечные лучи, обволакивая теплом изнутри. Парень смотрит на Джинни с распирающей любовью. Шум вокруг сейчас не имеет никакого значения. Гермиона примечает самый трепетный взгляд в его глазах, когда мир всецело заключен и сосредоточен лишь на идущей рядом невесте, поднимающей свадебный букет повыше в руках и заполучающей больше реакций присутствующих.       Добираться до пригорода к основному месту проведения празднования приходится в заготовленном минивэне с семьей Уизли. Гермиона встречает незнакомых прежде двух старших братьев Джинни и Рона. Когда один поворачивается к ней лицом, здороваясь, на её лице застывает шокированное выражение от осознания их идентичной схожести. Информация о том, что двое братьев Джинни близнецы маячит в голове. Представляясь, Джордж Уизли практически не разговаривает с ними и девушка надеется, что все сорок минут мучений в дороге не останутся напрасными. На общее благо, сидящий за рулем Рон молчит, изредка поглядывая на девушку в зеркало заднего вида. Она же успокаивает себя тем, что данным действием парень убеждается в сохранности всех в салоне после очередного резкого маневра. Его вождение оставляет желать лучшего.       Все знакомые лица суетятся, стараясь угодить прихотям гостей вместе с работающим персоналом. Самой неугомонной и беспокойной остается Лили Поттер, мелькающая перед глазами с десяток раз. Она встречает приезжающих людей вместе с Гарри, усаживая за круглые столы. Огромный холл здания на загородной поляне лондонского пригорода в тишине и вдали от современных построек и цивилизации. Позднее девушка узнает, что для семьи Поттер данное место особенно. Свадьба старших проходила в этом же месте примерно двадцать лет назад.       Фуршет из блюд предоставляет громадный выбор и после одного лишь взгляда на первые попавшиеся различного рода корзинки с мясными, рыбными и овощными начинками, Гермиона почти пускает слюни, принимаясь дегустировать всё постепенно. Её фаворитом становятся лакомые кусочки вяленого сыра, которые она закалывает специальными палочками и добавляет в тарелку порционно, с сокрытием от чужих глаз. Большая часть гостей, приходящихся на старшее поколение, имеет статус дальних родственников и друзей родителей. Из всех знакомых лиц, самым комфортным становится общение с опоздавшим на пару часов Невиллом. Музыка к тому времени искрит с колонок приглашенной малоизвестной группы, разбавляющей все ведущиеся беседы мелодичным звучанием струн и низким бархатным вокалом солистки.       Осушенный третий бокал вина разливает изнутри приятное расслабление. С меньшим вниманием и исчезнувшим волнением, Гермиона проходится по соседствующим с ней людям за одним столом. Из раза в раз придвигающейся к ней Невилл заставляет растворяться в собственном окружении, и она благодарит его мысленно за умение поддерживать диалог легким для обеих сторон. Остальные молодые гости до этого лишь кратко представляются, беседуя между собой. Озирающийся на неё Рон, в немыслимых количествах вбирает в себя пиво подобающими стаканами. Он часто выходит на улицу, подальше к воде, оставаясь хмурым и изредка приподнимающим губы в усмешке, когда Гарри и Джинни радостно рассказывают и выводят на экраны свою больничную историю любви. В качестве своеобразного отвлечения и развлечения, заготовленное ими видео зарабатывает свисты, умиления и чужие улыбки.       Спустя ещё пару часов, она начинает сильно скучать, теряя из вида Невилла и одиноко распивая спиртное уже маленькими глотками. Думает о единственном человеке, которого ожидает увидеть с замиранием сердца от подступающего волнения. Боковым зрением примечает приближающуюся фигуру, по смокингу несильно похожему на объект раздумий. Гарри, засовывая руки в карманы, освобождается от пиджака, щеголяя навстречу в белой рубашке и расстегнутом жилете.       — Я бы очень хотел увидеть свою подругу веселящейся, — он занимает стул рядом, стирая платком пот со лба и задней части шеи. — Всё в порядке? — острый укол вины пронизывает Гермиону. Со стороны, должно быть, она и вправду выглядит трагично.       — Прости меня, Гарри, тебе нельзя думать о других в такой день, — она поднимает глаза к его лицу, искрящему пониманием и мягкостью. — Ваш первый танец заставил меня прослезиться! Всё просто потрясающе, вы вдвоем самые очаровательные и ты буквально сияешь! — улыбается искренне, зарабатывая небольшой стук о собственное плечо чужим.       — Часть гостей всё ещё в пути, а от бесед о нашем с Джинни будущем, мой язык уже скручивается в трубочку. Я сбежал от них к тебе, пусть думают, что мы тоже не виделись сотню лет, — подмигивает, вынуждая девушку рассмеяться.       — И никто не узнает, что ещё вчера ты вместе со мной разгружал приемный покой, — прикладывая палец к губам, говорит громким шепотом, иронизируя момент дальше. В компании с ним, Гермиона всецело перестает думать об опаздывающей женщине, овладевающей её головой.       — Не скучай тут и больше улыбайся, твой костюм крутой, кстати, — встает, начиная постепенно отходить назад. — Думаешь, сможем обменяться как-нибудь? — переводя пальцем на девушку и обратно, разворачивается, примечая прибывшую пожилую пару и почтенно приглашая тех присоединиться к празднованию.       Переходя к колонкам, постепенно хмелеющие гости расширяют круг своего общения, знакомясь друг с другом и раскрепощаясь посредством поочередных приглашений на танец с обязательным нахождением в руке бокалов. Гермионе удается за промежуток первых вальсов отсидеться в стороне, беседуя с одним из приглашенных профессоров университета, являющимся коллегой Джеймса Поттера. Серьезный и хмурый мужчина при всей внешней грозности просит обращаться к нему по имени, приводя в аргумент желание хотя бы на день выбиться из обращений по фамилии с припиской «‎доктор» или «‎профессор». Начиная беседу, Аластор Грюм с уточнением спрашивает её имя, слыша о ней и её работах на кафедре в университете, и начиная подробно излагать сомнения и вопросы, с желанием знать подробности до публикации ожидаемой статьи, на написание которой у Гермионы уходит слишком много сил. В устной же форме, она щебечет без остановки, не упуская возможности рассказать обо всём. Присоединяющиеся врачи и профессора формируют круг, вслушиваясь в рассказ Грейнджер и принимаясь включаться в разговор, плавно переходящий в научную дискуссию. Постепенно она действительно радуется окружению, в котором оказалась. Смазливые и необщительные девушки с парнями косятся с непониманием, пока Грейнджер счастливо трепещет от льющихся бесед.       Учтиво кивая и благодаря всех за беседу по прошествии около получаса, Гермиона примечает боковым зрением свободных от гостей молодоженов, стоящих неподалёку. Она встает со своего места, приближаясь стремительно. Обнимая Джинни и поглаживая ту по волосам, когда отходит, девушка подаёт голос:       — Ты выглядишь волшебно, у вас прекрасный праздник, милая! — Гермиона не могла успеть нормально поговорить с рыжеволосой с момента смерти её брата, отчего внутри тревожится от реакции. Невеста поджимает губы, смотря на Грейнджер.       — Спасибо тебе, что ты с нами разделяешь этот день, — девушка держит её за руки, сжимая, показывает данным жестом искреннюю благодарность. — Тебе всё нравится? Мы приметили тебя не в кругу сверстников и наших коллег, — озорная улыбка покоится на губах. — Я говорила Гарри, что место тебе нужно будет обеспечить среди друзей родителей. — Грейнджер посмеивается, отходя на шаг и складывая руки на груди.       — Ещё один час с ними и я автоматически прибавлю в возрасте. Приходится прикладывать все силы на исключение в диалогах дискурсивных слов, — она вздыхает, видя, как Гарри заглядывает за её спину с моментально вскинутыми бровями. Он убирает руку на талию Джинни, прижимая к себе, и кивая в сторону входа в зал.       — Она просто сногсшибательно хороша, — Джинни кусает губы, пряча улыбку. Гермиона, наконец, догадывается о необходимости развернуться и посмотреть на объект внимания молодоженов. У неё моментально перехватывает дыхание на вздохе.       Вышагивая между столами и одаривая почтительным кивком знакомых ей людей, виновница упомянутых слов медленно пробирается напрямую к троице, обращая на себя множество взглядов. Она ловит единственный в моменте, заставляя Гермиону закусить нижнюю губу. Вопросы и комплименты льются перед глазами водопадом, она не может подобрать стоящий и подходящий, считая секунды до неизбежного сближения с женщиной в ярко-красном объемном платье. Ассиметричный крой подчеркивает талию, обрамляя фигуру на всеобщий интерес. Атласные складки меняют расположение с каждым новым движением. Сочетание ощущаемых эмоций приводит к полному уничтожению стоящей, доводя платье без бретель к открытой пышной зоне декольте. Ухмылка прячет всю усталость, Беллатрикс подходит грациозно, пуская пальцы в клатч в поисках необходимого конверта.       — Гарри, Джинни, — подает голос первой спокойно, вытягивая форменный серебристый конверт, перевязанный блестящей белой лентой с немалым количеством содержащихся внутри купюр. — У меня не было времени расхаживать по магазинам в поисках указанных возможных подарков в вашем списке, определитесь сами, — задерживается глазами на Поттере, глубоко выдыхая. В голове проносится сотня воспоминаний с его постепенным взрослением на её глазах. Полученный шрам на лбу при побеге от Беллатрикс сокрыт за челкой. Она улыбается, помня, как тот принял удар о замок двери без слез и истерик. Причины взаимной неприязни с Джеймсом имеют свои корни, взрастая с разных сторон. Мужчина не был столь рад случившемуся, впредь запрещая мальчику носиться вслед за ней. — Береги эту прекрасную девушку, Гарри, — лицо Джинни заливается румянцем. Она прижимается ближе к новоиспеченному мужу, укладывая голову у него на плече. — Нечасто наблюдаю стоящих друг друга людей, — слова ложатся бальзамом в их души.       — Спасибо, Беллатрикс, — он давно утратил свою возможность обращаться к ней неформально, сменяя круг общения и с большим стеснением относясь к их взаимодействиям. В моменте, Гарри и сам вспоминает о всех подарках и появлениях женщины на праздники. Частые детские посиделки у неё на коленях долгое время оставались любимым занятием, пока женщина вещала истории и параллельно забавлялась с ним, играясь и безудержно щекоча. Он слишком резко повзрослел. — Нам очень важно твоё присутствие. — Поттер не обманывает, тая в себе всё уважение и благодарность.       — Спасибо, Миссис Блэк, — повторяет Джинни следом, неловко нарушая расстояние между ними и обнимая женщину.       Гермиона отступает сразу, чувствуя долю неловкости и отсутствие необходимости нарушать их беседу. Перед тем, как поздороваться, женщина проходится по ней взглядом, пуская мурашки бежать по спине. Один лишь взгляд выдает подобную реакцию организма. Она опирается поясницей о стену, наблюдая со стороны за Беллатрикс. Пылающая грудная клетка сдавливается по мере того, как Блэк уходит назад, успевая лишь улыбнуться Гермионе и пропасть в глубине зала, протискиваясь между людьми. Впоследствии, видит как Гарри, получая легкий шлепок от Джинни, всё же открывает подарок Беллатрикс сейчас, расширяя глаза и убирая конверт во внутренний карман своего жилета. Джинни, как и он, обескуражена суммой, находящейся внутри. Вся щедрость и скрытая привязанность к ним имеет особое место в сердце женщины.       Девушка не успевает одуматься, когда подошедший Невилл, наряду с начавшейся песней, протягивает ей свою руку, приглашая на танец. Его очаровательность и обходительность не дает поводов для отказа. Вкладывая свою ладонь и театрально делая реверанс, девушка кладет руку ему на плечо, задорно улыбаясь и вслушиваясь в ритм. Неуверенные и робкие движения с музыкой, пускают внутри груди покоиться милые чувства, пока он не отходит между песнями. Она улыбается на рассказываемые им истории, подтверждая или выкладывая своё краткое видение его слов, пока Невилл меняет эмоции одни за другими. Умиляет всей своей искренностью и наивностью. Гермиона начинает ценить новое окружение по мере их внедрения в её жизнь. Когда музыка стихает, плавно перетекая к новой песне, девушка отходит обратно к столу, требуя у своего партнера по танцам передышку. Он кланяется ей в благодарность, пока Гермиона мечется взглядом по помещению, отпивая воды из фужера. Прикованный взгляд ловит почти с самого дальнего обозримого угла. Белла смотрит за ней, приподнимая собственный бокал наверх, девушка улыбается, точно не понимая, почему женщина выдерживает дистанцию. Всего, что желает Гермиона – это оказаться как можно ближе к Блэк.       — Развлекаешься? — нахально и отчасти нагло, она вздрагивает на месте, поворачивая голову на голос. С очередным стаканом пива в руке, Рональд поглядывает, чуть шатаясь на ногах.       — Наслаждаюсь вечером, Рон, — она звучит тверже, видя, как Белла отныне вовлекается в разговор с одним из окружающих её мужчин, подвинувшим свой стул на запредельно близкое расстояние. Она сжимает челюсть, слыша как парень не прерывает громкие глотки. — Ты чего-то хотел?       — Просто узнать, почему моего брата не удалось спасти ораве первоклассных врачей, — он прыскает смешком в воздух, пока Гермиону сдавливает от подступающих слов. — На деле оказавшихся кучкой дилетантов, — оскорбительный комментарий и девушка отвечает слишком резко и быстро.       — Прошу, заткнись, Рональд, — слова пропитанные яростью звучат тише, она прикладывает максимум усилий, сдерживая рвущуюся физическую злость. Возможный удар наотмашь позволил бы успокоить все разбушевавшиеся чувства. — Ты не вздумаешь говорить об этом сейчас. Тебя там не было и поверь мне, окажись ты на месте хоть кого-то из нас, снизил бы все мизерные шансы ещё до операции, — он умолкает и в помещении словно становится не слышно ни единого звука. Его лицо краснеет, а Гермиона тяжело вздыхает, принимая бокал с подноса одного из официантов. — Не вздумай больше начинать со мной эту тему, — завершает, не давая прозвучать в свой адрес ни одному новому слову. С неё уже давно достаточно всех унижений. Слишком давно.       Беллатрикс следит за ней, видя и чувствуя импульсивность в каждом движении. Болтающие мужчины над ухом не имеют значения с самого начала их беседы. Она не вслушивается в слова, просто кивая с безразличием всем звукам, похожим больше на назойливое жужжание. Стучавшее в груди сердце трезвонит о необходимости последовать за девушкой, когда теряясь с глаз, та уходит в часть помещения за толпой других гостей. Останавливается Джеймсом Поттером, не заставшим её по прибытии и подошедшим с улицы только сейчас для внеочередной беседы.       Потирая лоб, девушка старается усмирить внутренний пыл, когда мелодия резвой песни разливается по помещению. К ней вновь подходят, едва заметно, и по началу кажется, что человек пройдет мимо. Она вздыхает, поднимая глаза и сглатывая. Пытается вспомнить имя мужчины.       — Мисс Грейнджер, я знал, что судьба сведет нас снова вместе, — мужчина в бордовом костюме вскидывает плечами, осматриваясь назад, и вытягивая ладонь в искусном поклоне с приглашением на танец. — Не окажете честь? — приподнимает голову, не сводя глаз с её лица.       — Простите, я... — Гермиона пытается возразить, часто моргая и глубоко набирая воздух в лёгкие.       — Не думаю, что могу устоять в такой стойке лишние минуты, Мисс Грейнджер, — не двигаясь, произносит вынуждающим тоном. — Всего один танец, я не прошу большего, — ладонь девушки вкладывается в чужую. Он сжимает сильно, моментально ведя за собой к центру зала. Её лицо заливает пунцовый оттенок. Ладонь ложится на талию, мужчина сокращает между ними расстояние, держась слишком близко. Одеколон въедается противным запахом, заполоняя дыхательные пути.       — Я даже не знаю Вашего имени, Вы не успели представиться в Швеции, — она старается понять его подход к танцу, отчего пару раз перетаптывается, смущаясь всё сильнее и не давая словам пробиться в возражении.       — Сириус Блэк, — отодвигаясь, поднимает руку, намекая быстрыми кивками исполнить пируэт. Гермиона повинуется, вновь чувствуя чужое тело слишком близко. — Моя сестренка не стращает Вас? Вы выглядите слишком потерянной.       — Не думаю, что существует резон данного обсуждения, — она отодвигает лицо, когда в кульминационном моменте, он практически задевает её своим лбом. — Вы не могли бы отпустить меня, пожалуйста? — Гермиона сглатывает, дыша волнительно и тяжело. Всё омерзение моментом окатывает с ног до головы.       — И что она в Вас нашла такого экстраординарного, Мисс Грейнджер? Почему подпустила и позволяет слоняться за собой? — с прищуром опускает свой взгляд на плотно сжатые губы. Гермиона хочет, чтобы он исчез с её глаз, как и прошлый собеседник. Намеренно наступая с силой на его туфли, видит, как тот шипит, делая шаг назад и отступая. — Ты обезумела? — привлекаемый недовольный возглас заставляет обратить на себя взгляды танцующих. Он собирается вернуться к ней, когда чужая ладонь ложится на талию.       — Можешь начинать радоваться, как ты и хотела, я рядом. Руку на моё предплечье, Гермиона.

III

      Вечер делится автоматически на «до» и «после», по мере того, как рука Беллатрикс ложится к ней на талию, вжимая ткань ближе к телу. Она улыбается мягко, плавно передвигая ноги в ритм. Дыхание Гермионы успокаивается, оставляя в груди быстрый стук сердца с абсолютной радостью и долей смущения от происходящего.       — Ты не можешь оставаться вдали от неприятностей, верно? — пухлые губы обведены красной помадой, привлекая всё внимание и заставляя девушку опустить взгляд на них. — Хороший костюм, Гермиона. Ты преображаешься с каждым разом, — слова произносятся ровным тоном. Вся инициатива и активность в танце лежат на Беллатрикс, Гермиона молча следует и повторяет.       — Мне бы хотелось быть более удачливой, но жизнь распоряжается иначе, — усиленная хватка заставляет приблизиться и коснуться частью пиджака платья Беллатрикс. — Ты выглядишь изумительно, я с трудом отвожу от тебя взгляд, как и все, кто косится на нас, — она говорит тише с улавливаемым восхищением. Приходит очередь Беллатрикс заливаться краской и принимать в свой адрес комплимент.       — Не утруждайся, вряд ли найдется нужда смотреть на кого-то ещё, — произносит самодовольно, подмигивая девушке. — Причина всех обращенных взглядов не во мне.       — Что? — и Белла молчит, позволяя Гермионе самостоятельно осознать озвученное.       Кружась и порхая с музыкой вместе с точным попаданием под ритм, Гермиона смеется замечаниям и обучению в моменте звучавшей третьей песни, которую они разделяют вместе. Они не смотрят никуда, кроме лиц друг друга, дарящих волшебные чарующие улыбки. Дыхание сбивается, когда силы иссякают к окончанию мелодии. В ногах словно штыри, обеим необходима передышка. Танцы оказываются для них сложнее, чем операции в больницах по несколько часов. И только когда все замедляются в движении и останавливаются с музыкой, они с великим нежеланием отпускают друг друга, моментально обволакиваясь всем холодом внутренней атмосферы. Без Беллы и её нахождения рядом, всё кажется пустым, с полным отсутствием жизни. Но она не уходит, задерживаясь взглядом с последующим кивком в сторону, вынуждающим в который раз следовать за собой.       — Мужчины не отходят от тебя, и я была уверена, что ты имеешь лучший типаж, — Белла придерживает дверь при выходе на улицу, успевая прихватить с собой один из стаканов с неизвестным содержимым, но то однозначно не её обычный выбор. Гермиона следует примеру, успевая схватить за ножку очередной бокал вина.       — Значит лучший? — девушка цепляется к словам. Они проходят мимо беседующих кучек людей, уходя дальше ото всех к небольшому озеру, выходя на прогулку вокруг него. — С каких пор, Белла? — прокручивает дальше, отчего женщина, не желая так скоро оказываться в уязвимом положении, отвечает, поворачиваясь к ней лицом, и продолжая идти спиной вперед.       — Не уверена, что ты готова услышать ответ, — делает небольшой глоток, сбавляет шаг и осматривается назад с подтверждением, что лишних ушей не окажется рядом. — Мой несчастный брак забрал лучшие годы, времени на поиск себя не остаётся много.       — Не начинай эту тему снова, Белла, — Гермиона выпивает всё больше вина, предполагая, что поплывет головой совсем скоро. — Возможно как раз таки сейчас твои лучшие годы, потому что ты определенно одна из красивейших женщин, которых мне доводилось видеть, — неоспоримая очередь Беллатрикс принимать на себя удар изречениями девушки. — Твой брак остался в прошлом, — она произносит последние слова осторожно и Белла вздрагивает, расправляя плечи.       — О, нет, Гермиона, ты не знаешь о чём говоришь, не стоит, — женщина отмахивается, пытаясь держать волну незамысловатости и покоившегося между ними спокойствия. Она отчаянно сильно пытается не дать этому потеряться, боясь, что Гермиона не станет принимать всю информацию.       — Я бы хотела знать, Белла, — утешающая улыбка и она сокращает расстояние между ними, примечая напряженность. — Чем больше ты рассказываешь мне, тем больше я понимаю, о чём могу или о чём мне стоит говорить, — неожиданно для девушки, женщина выпускает смешок.       — Сколько ты выпила? — с прищуром смотрит на Грейнджер. Часть уличных столиков, поставленных возле воды, пустуют, становясь конечной целью пройденного пути.       — Ты убийца романтики, Белла, — Гермиона закатывает глаза, действительно чувствуя окрыляющую смелость после вина, помогающего словам слетать от внутреннего желания. Её рассудок старательно и ещё трезво оценивает ситуацию.       — Пожалуйста, знай, что я не поклонник сделанных предложений на чужих свадьбах, — очередная шутка в попытке перекрыть внутренний страх за предстоящий разговор. Внезапный порыв, переливающийся вязкими ощущениями по телу, подталкивает вывалить всё как есть о прошедших годах жизни, в обратную реакцию вызывая все худшие воспоминания на поверхность. Она сомневается, пытаясь подавить это сказанным Гермионой. — Тебе стоит рассказать о том, что сказал тебе один из Уизли и Сириус, я распределю свой гнев правильно после этого.       — Я... — Гермиона не желает, чтобы она переходила к действиям, предчувствуя её намерения. Говорить о Роне глупо, в то время как старший мужчина и вовсе вызывал чувство тошноты, скручивая желудок. — Рональд упомянул своего брата. Назвал нас кучкой дилетантов за то, что мы не смогли его спасти. Я думаю, он перебрал с пивом, не стоит заострять внимание на этом. — Белла разрывается на части от желания прямо сейчас найти упомянутого парня. — Твой брат... — девушка не уверена в произносимом, но Блэк не останавливает, кивая и смотря исподлобья с переполняющей ненавистью. — Он пригласил меня на танец, застав врасплох сразу после разговора с Уизли. Я растерялась и не успела ничего понять, а дальше он подводил к разговору о тебе. Не поддаваясь на эти провокации, пришла в себя и наступила на ногу, чтобы он отстал. Потом же ты... — она видит, как Беллатрикс успокаивается, выглядя довольной от сказанного девушкой. — Что?       — О, нет, договори, мне даже интересно, — складывает руки на груди, отодвигая стул для Гермионы.       — Спасла меня от него, завлекая в прекрасные танцы. Тебе не стоит ничего с этим делать! — чувствуя собственные порозовевшие щеки от поднимающегося градуса бесед, видит, как женщина на пару минут отходит к мужчинам, поджигая сигарету и возвращаясь вновь к ней.       — Прости, мой организм требует никотин, — она усаживается, закидывая ногу на ногу. — Спасибо, что не поддалась его удивительному умению залезть под кожу. Он не всегда был таким засранцем, не вспомню момента, когда жизнь Сириуса стала далекой для моего понимания, — начиная отстраненную тему, не касающуюся их двоих, внимательно следит за Гермионой, внимающей и не отвлекающейся от их разговора.       — Будет уместным просить тебя продолжать? — вопрос звучит, пока женщина в раздумьях держит сигарету, скидывая пепел на землю.       — Вполне, — после очередной затяжки облизывает губы, броско вскидывая брови на мгновение и кивая самой себе для продолжения. — Вообще-то я удивлена, сколького ты не знаешь о части семьи, упоминаемой в прессе, она включает и меня. Либо же ты просто делаешь вид, вынуждая меня болтать об этом.       — Меня мало интересует чужая личная жизнь, — она пожимает плечами, говоря честно. — Потому услышать о тебе и о том, что было когда-то будет лучше статей в неизвестных газетенках.       — Меня публиковали многие информационные порталы Британии и мира, ты недооцениваешь, — женщина продолжает вести беседу в подобном формате.       — Я не отрицаю твоей популярности как специалиста, хоть людям и нравится копаться в чужом нижнем белье, — Гермиона делает глоток, сохраняя невозмутимость. — Мне посчастливилось не причислять себя к ним.       — Хорошо, — Белла кратко кивает, в очередной раз довольствуясь ответами Грейнджер. — Сириусу перешло семейное дело после смерти родного брата, которого родители почитали больше, чем его. Они надеялись, что Регулус, так звали моего второго кузена, — у неё вырывается тяжелый вздох, — займет их место. Обнаруженный рак погубил его организм прежде, чем он перешел на выпускной курс университета. Сириус был опьянен своими появившимися возможностями. Но ещё до всего этого мы учились с ним на одном курсе, и он бросил учебу в Кембридже, хотя точнее будет сказать, что его выперли за безделье. Его подход к медицине ужасал. Сириус отправился бродяжничать по свету, открещиваясь от семьи и больше развивая отношения с другими моими сокурсниками в лице Поттеров, — она выдыхает, стараясь сохранять в голове точность излагаемого. — Сириус был жизнерадостным, оптимистичным и в детстве мы ладили с ним больше всего. Сейчас в это и я сама верю с трудом. По юности начал часто глупить, влипая в ситуации, в которые нельзя было попадать членам нашей семьи. Репутация ценилась дороже всех кровных связей. Нам стоило всем оставаться чистыми навеки, — говоря это, устремляет взгляд перед собой, не моргая. Болезненность воспоминаний начинает давить. — Даже после того, как их семья пережила утрату, Сириус не прекратил, и окончательным уничтожением для него стала история с избитой девушкой у него дома. — Белла сжимает кулак, держа сгоревшую сигарету до фильтра, и вспоминая умоляющий взгляд заявившегося тогда на пороге кузена. — Он просил, чтобы мы помогли загладить ему эту историю, но как я могла пойти на это? Когда мы приехали в больницу вместе с Лестрейнджем, — женщина плюет его именем в воздух, останавливаясь на мгновение, — то обнаружили эту девушку едва живой. Большая часть лица была перевязана после операции. Пробитый череп, сломанный нос, рассеченные, ужасающие гематомы, которые виднелись на теле в больничной рубашке. — Блэк мотает головой, кусая губу и ненавидя всей душой применяемое насилие к другим. — Я отказалась участвовать в этом. Он получил условный срок, а у этой девушки не было никого, кто явился бы, чтобы защитить. Историю замяли и стерли во времени. Это сработало спусковым механизмом, вылетевшим мне в голову осознанием, что больше я не хочу быть причастна ко всем этим кошмарам. Мои высказывания и отношение к нему, по всей видимости, породили ответную ненависть.       — Ты поступила правильно, — от всей истории у Гермионы в глазах застывают слезы. Она не понаслышке знает, видит и ежедневно сталкивается со всем ужасом реальной жизни через пациентов, попадающих с побоями и находящихся в ужасном моральном и физическом состоянии. Прошлое её семьи развеивает туманные воспоминания, где будучи ребенком она заставала все худшие моменты взаимодействий ближайших родственников. — Насилию нет оправдания и это никогда не будет тем, что нужно и можно выбирать, — она двигает свой стул ещё ближе, кладя одну ладонь на ногу женщины. Жест заставляет ту посмотреть в карамельные глаза. — Он ничего не сделает, такие люди самые трусливые по своей натуре.       — Столкнувшись с этим самолично, я могу знать, что ты права, — двусмысленная фраза сеет в груди Гермионы иррациональный страх. Она действительно была уверена, что разногласия с мужем не могли дойти до самого низкого. Чувство охмеления от алкоголя улетучивается вместе с пониманием всей ситуации. Гермиона не смеет вынуждать женщину говорить об этом больше.       — Я чувствую, что не смогу больше другим позволить ранить тебя, — Гермиона закладывает в эту фразу все переживания вперемешку с чувством жгучего желания обезопасить Беллу ото всего. Весь образ женщины, как и её жизнь, уже так скоро оказывается в самом сердце, не выходя ни на минуту.       — Думаю об этом же в отношении тебя, — говорит так тихо, как только возможно. Белла разворачивается на цокот чужих каблуков за спиной. Приближающаяся Джинни улыбается их виду вдвоем.       — Мы заказали трансфер, чтобы развести всех по домам. Отсюда будет проблематично добраться в Лондон в вечернее и позднее время. Что думаете? — она склоняется, бегая глазами по лицам и стараясь прочитать эмоции сидящих. Немного хмурится, примечая блеск в глазах Гермионы.       — Спасибо, Джинни, мы уедем сами, — Беллатрикс кивает в знак благодарности, пока Гермиона хочет возразить. Стоящий возле здания Гарри окликает жену. — Нам нужно удаляться с этого места?       — О, нет, конечно нет... — звучит с непониманием. Девушка изначально застывает от сказанных слов Блэк. — Первые машины будут в лучшем случае через пару часов, но вы обе можете оставаться сколько захотите, конечно. Моему мужу без меня, по всей видимости, не справиться, отдыхайте, — она оставляет все вопросы на потом, которые обязательно взвалит шквалом на Гермиону.       — Но как мы уедем? Я не уверена, что знаю способ, Белла... — Гермиона действительно чувствует себя потерянной от незнания в оказавшейся ситуации.       — Тебе повезло, что ты обзавелась личным водителем в моем лице, я за рулем, — женщина кивает в сторону своего бокала. — Это всего лишь морс, — подмигивая, заставляет Гермиону запомнить данный момент собственной искренностью. Когда Беллатрикс доверяет ей детали своей жизни без вспомогательных средств, это всецело помогает понимать, что она точно также начинает давать врастать корням симпатии, увеличивающейся при каждом совместном взаимодействии стремительно. — Значит у нас с тобой неограниченный вечер вместе, как тебе эта перспектива? — Гермиона считает, что подходящий ответ существует в единственном варианте.       — Могу сказать, что ожидать твоей компании было самым мучительным, а теперь я до безумия радуюсь, что у нас есть время, — выдыхая, принимается думать над следующим их обсуждением. — Знаешь, я прочитала статью о гуманности скачек и это отчасти заставило меня нервничать, и навеяло на споры внутри меня, хочешь обсудить?       — Прекрасно, что твоя любопытная голова сочла нужным к обсуждению? Кстати о статье, на каком этапе наша? — в ответ Гермиона нервно поджимает губы, отчего Белла забавляется, считая, что вечер для них только начинается.       Расспросы, иногда доходящие до совершенно наивных и глупых в отношении взглядов на жизнь, уже не кажутся неуместными. Их препирательства отныне вбирают в себя обращенные друг к другу милые упоминания, после которых сыпется даже Беллатрикс. С трезвой головой Гермионе больше нравится беседовать с женщиной, которая всецело отдает остаток дня среди всех желающих только ей. Большего и не надо было. Их вовремя скооперировавшийся дуэт прекрасным образом сглаживает произошедшие ситуации. Они остаются одними из последних, кто решает покинуть пригород.       — Белла, — Гермиона подает голос, находясь в истоме после насыщенного событиями дня. — Я хотела бы сказать тебе кое-что.       — Так? — женщина решает выслушать спокойно, вслушиваясь в ритм собственного сердца, отдающегося с особой громкостью в ушах.       — Может быть ты найдешь время на неделе после рабочего дня и мы сможем провести время вместе? А потом… если ты захочешь, то мы провернем что-то подобное ещё и ещё. — Гермионе стоит огромных усилий произношение данного предложения, слетающего после недолгого молчания между обычными обсуждениями. Блэк отвечает не сразу, краем глаза наблюдая, как девушка перебирает свои пальцы и смотрит перед собой, возможно, боясь её реакции.       Она опускает одну руку с руля, укладывая ладонь поверх плотно сжимающихся рук; Гермиона переводит взгляд, наконец, встречаясь с чужими совсем темными.       — Не стоит так волноваться за то, что я могу сказать, мой ответ очевиден, — выдыхает, заполоняя тишину разбавлением атмосферы привычной отшучивающейся манерой. — Я отправлю расписание завтра, выберешь подходящий день, сверяя со своим. Тебе просто не стоило переезжать, могла и остаться, знаешь ли.       — Возможно это и помогло принять как должное мою острую необходимость в тебе рядом, — никаких возражений и шуток. Белла глубоко и судорожно выдыхает, понимая о неизбежности в следовании жизненного пути, на который они обе свернули, двигаясь навстречу друг другу.       Гермиона не хочет уходить, привычные десять минут в машине по приезде проносятся на откинутых сидениях с возможностью дать спинам немного передохнуть. Белла мечтательно рассказывает о своём нежелании идти на работу, пока Грейнджер глупо улыбается, находясь на боку, и внимательно следя за женщиной, причудливо жестикулирующей, и выводящей узоры в воздухе своими походящими на мрамор пальцами. Когда тревожность девушки за очередное позднее нахождение в недоброжелательном месте превозмогает, она поднимается на месте, говоря о необходимости идти. Белла выходит из машины и приоткрывает ей дверь, на что Гермиона поднимает вопросительный взгляд. Выходит самыми медленными шагами вместе с Блэк по направлению к двери.       — Будем считать, что так я убеждаюсь в твоей сохранности, — Белла уводит руки за спину и смотрит на все черты лица Гермионы, которая не отпускает взгляда от того, как она закусывает губу.       — Хорошо, в таком случае я выражаю свою благодарность в ответном действии, — озвучивает для собственной смелости, чтобы не отступиться. В ночном городе теплой ночи, нарушает все границы, которые они опускали постепенно для подобного момента. Прижимается всем телом, обнимая с нежностью и крепко. Укладывает голову на плечо. Внутри всё на иголках и постепенно сходит к чувству успокоения. Беллатрикс аккуратно и почти невесомо придвигает её ближе. — До завтра, Белла. — Гермиона отодвигается на миллиметры от её лица, чувствуя прожигающее притяжение прямиком к губам. Выбирает своей целью щеку женщины, оставляя мягкий поцелуй с едва заметным следом от розоватой помады. Кожа Беллатрикс в мгновение пылает, она отпускает девушку назад, стоя без движения. Отчаянный и смелый шаг Гермионы она принимает постепенно, кивая и облизывая губы, считая случившееся точкой невозврата, в которую они вошли с общим желанием и чувством необходимости друг в друге.       — До завтра, Гермиона, — одаривает нежнейшей улыбкой, смотря на закрывающуюся дверь.