7
29 января 2023 г., 20:00
Послезавтра Каччан будит его с утра требовательным:
— Сегодня в два в моём зале. Работать будем до ночи. Только попробуй опоздать.
Изуку думает: а что с ним будет, если он вообще не придёт?
Конечно же, он приходит.
Несмело преодолевает лестничный спуск в цокольные помещения. Тусклый узкий коридор ведёт его мимо нескольких непримечательных дверей к одной точно такой же. Перед ней он останавливается и проводит несколько мгновений, просто собираясь с духом. Хватается за ручку и ныряет.
В крошечном закутке, заменяющем раздевалку, уже никого. Только вещи Каччана, сложенные не очень аккуратной кучкой — видно сразу, что торопился. Сколько энергетиков он выпил? Он хотя бы не забывает есть? Сколько раз он уже упал в обморок от истощения за всё то время, что они с Изуку знакомы?
Изуку переодевается и проходит в репетиционную, откуда слышится музыка. Этот трек он не слышал, но, похоже, под него у Каччана тоже что-то поставлено.
Только завидев его, тот освобождает место. Бросает только через плечо:
— Разогревайся побыстрее. Работы целая куча.
Изуку переминается с ноги на ногу, прежде чем пройти внутрь. Закрывается дверь, а чувство у него, что капкан.
— Ты хоть поел?
Каччан отмахивается. Всё его внимание сосредоточено на телефоне.
— Потом. Давай живее.
Изуку так и делает.
Когда разминка разогревает его тело достаточно, Каччан наконец-то отрывается от телефона и ставит его на штатив. Манит к себе рукой.
— Я хочу, чтобы ты посмотрел. Это то, что мы с Миной набросали за вчера.
Изуку думает о том, почему бы ему в принципе с ней не станцевать. Их экспрессии прекрасно хватило бы, чтобы подчинить весь зал. Словно читая его мысли, Каччан ухмыляется.
— Когда это делают парень с девушкой или две девушки, все воспринимают, как что-то обыденное. А вот дуэт из парней стрельнет погромче. Так что прекращай скулить и давай поработаем. Я покажу, что тебе делать. Смотри внимательнее.
Изуку узнаёт некоторые из движений. Одна связка точно была сочинена с ним — он прекрасно помнит, каким ропотливым бревном стоял в центре зала, боясь даже просто дышать. Он смущается, когда видит некоторые элементы.
С Миной Каччан смотрится органично, они хорошо друг друга чувствуют. Некоторые движения вальсируют на самой границе с чувственной эротикой, щекотливо дразнят.
Но если подобное будут делать два парня… не будет ли это вызывающе?
Каччан выглядит бесконечно довольным, стоит задать вопрос вслух.
— Этого я и хочу, дубина. Грязного и красивого зрелища. Сплясать на нервах.
Изуку сомневается. Каччан машет рукой. Теперь недовольный, нервный. Две банки энергетика и, скорее всего, одну кружку кофе он точно выпил.
— Если так трясёшься, хрен с тобой. Попрошу дерьмоволосого.
— Каччан, он ведь хопер… — Изуку мямлит, ткнувшись в ворот футболки носом. Что-то в нём зреет. Что-то не очень хорошее.
— Тогда двумордого.
— А он электрик.
— Он хорош в паппинге. Прокачался, мать его.
— Они вообще не в команде…
— Тц. И даже они с этим справятся.
Это очень легко представить. Колоритный Эйджиро, с убранными в тугой пучок волосами, несколько прядок выбиваются и опадают на шею. Липнут к коже. Его крупные руки на бёдрах Каччана, на его талии. Большие пальцы точно знают, где прячутся гребни тазовых костей.
Они смотрят друг на друга, как будто танцуют бальные.
Или своеобразный, не похожий ни на кого Шото, выбравший свой собственный стиль. Подстраивается под Каччана, уверенно следует за ним и так же незримо ведёт. Управляет его бёдрами, держит под поясницу. Каччан хватает его за футболку, чтобы притянуть ближе. Вскидывает подбородок в вызове. Обнажает горло и щурится, а Шото смотрит.
Оба жадные, но совершенно по-разному.
Изуку знает, каково это, поддерживать с Каччаном контакт. Потому что он уже это делал.
Мало, ему было мало. Он хочет ещё.
Что-то созревает и прорывается сквозь утрамбованную почву. Он поднимает голову и разводит плечи. Смотрит твёрдо.
— Я сделаю. Давай хорошо поработаем, Каччан.
Каччан ухмыляется. Изуку шагает к нему и отчётливо чувствует себя дичью.
Что-то подсказывает ему, что однажды всё будет иначе.
