Слишком красивы для смерти.

—Там... —Что? —Тебе не кажется, что это все подстава и никаких ред монстров не будет? —С чего ты думаешь? Мы именно на той улице, в том самом здании... —Но их так и нет! Мне страшно! Ты видела вообще Торда? —Видела. Конечно видела. —Он же гораздо страшнее, чем Тори! —Хочешь сказать, что они оба не заслуживают всеобщего звания красавца и красавицы страны? —Нет... Заслуживают... Просто... Он выглядит как демон. Нет, дьявол. —Бред, Том. Успокойся, они наверняка просто заняты. Том прильнул к плечу своей сестры, кладя свою голову на нее. Ему и правда страшно, что все это уловка, а то, что они в нужном здании ничего ему не говорило. Тамара прикрыла глаза. Несмотря на разницу в возрасте в год, Том все еще для нее младший брат, приходится сохранять спокойствие. И ей тоже страшно, она никогда и нигде не встречала Ларссонов вживую, но сегодня, видимо, все изменится. —О да, это было чудесно! — Тори заливисто смеется. — Вы знаете, это одно из самых запоминающихся событий! —Да, я тоже там был, невероятно! — Торд улыбается и отпивает шампанского из своего бокалов. Никто не знает, что у них обоих в них не настоящий алкоголь, у Ларссонов жуткая непереносимость алкоголя, и шампанское у них лишь для вида и солидности, а проверять никто и не будет. А зал незаметно проходит тот самый мужчина, что забирал Риджуэллов. —Господин Ларссон... Они на месте, в зале ожидания. —О, прекрасно! — парень улыбнулся и поманил к себе сестру. — Дорогуша, они тут. Пойдем. —Ах, уже? Хорошо. Простите, милые гости, нам с Тордом стоит отойти на какое-то время... Я думаю, вам есть чем заняться! Потанцуйте и расслабьтесь. После этих слов их и след простыл. Как по команде включилась музыка, спокойная, но при этом не классика девятнадцатого века. —Ну? Что будем делать? — Тори поправляет платье. —Я даже не знаю... Столько денег он нам отдал... — Торд в свою очередь галстук. —Причем не до конца. —Причем не до конца, да. Но чем ему не угодили эти два ангелочка... —Этого мы не узнаем, пока что-то не предпримем. —Я понимаю... — он вздохнул. — Ладно, как-нибудь выкрутимся. Мы же из любой ситуации с тобой выходили, не так ли? —Том! — Тамара вздрагивает. —Чего? — он еле как раскрывает глаза. —Ты слышишь шаги? Обычный шаг и шаг на каблуках... — она снизила громкость своего голоса. —Слышу... Думаешь, это они? Вдруг двери открываются. Это они. Red monsters. Красивые, неотразимые, шикарные, богатые, влиятельные! —Здравствуйте, мои милые друзья! — в один голос произносят они. Они подходят к Риджуэллам. Те в ступоре. —А... Здравствуйте! — первой решается Тамара. Отчаянная девочка. Тори элегантно протягивает Тому руку. Он смотрит на ее аккуратную ладонь и тонкие пальцы с длинными красными ногтями, как баран на новые ворота. —Девочка моя, это не тот случай. —Ах, да? Я думала, что все так делают... — она убрала руку и тихо засмеялась. Тамара пихает Тома в бок локтем, стараясь делать это незаметно. Она шепчет ему: —Дурак! Ты должен был ей руку поцеловать! —Да я откуда знал? — он старается говорить так же тихо, но интонация его выдает. —Все хорошо, не беспокойтесь. Я много раз видела подобное, я не обижаюсь, — Тори махнула рукой. Риджуэллы все ещё в шоке. Теперь уже ни один, ни вторая не может и слова вымолвить. —Итак... Зачем же мы вас позвали... Теперь уже девушка в красном пихает под бок своего старшего брата и уже говорит на их родном языке: —Oni-chan, det er fortsatt tidlig. —Tror du? Hvordan skal vi fortelle det senere? — он задумывается. —Vi vil føle når det trengs. Ларссон кивает, улыбаясь сестре, а потом и Риджуэллам. —Потанцуем? —Потанцевать? Мы не умеем, к сожалению... Торд подходит к Тому и тянет его за руку, поднимая с дивана. Второй свободной рукой он притягивает его к себе за талию, улыбаясь. —А это неважно. Главное, что мы здесь. Тори подходит к столу, нажимает что-то и начинает слышится хорошая такая музыка: довольно энергичная, но под нее легко придумать совместный танец или что-то подобное. Том знатно так краснеет. Он не знал никакую ласку, кроме как сестринскую, но это совершенно другое, тут другая ситуация, другие условия. Сестра подходит к сестре, все просто, она проделывает то же самое, но Тамара остается сосредоточенной и спокойной, пусть и краснеет, как и ее брат. —Слышите, какая прекрасная музыка? — они снова говорят одновременно, при этом синхронно делая движения в разные стороны вместе со своими партнерами. —С... Слышим... — Том говорит за них обоих. — Мне нравится... —Мне тоже... У вас очень хороший вкус! —Мы знаем, мы знаем. Нам многие так говорят. Если бы вы прислушались к звукам внизу до того, как Тори бы включила музыку, то вы бы услышали ту музыку, что тоже выбирали мы. Всем нравится. Торд говорит, не прекращая ритмичных и тактичных движений. Это похоже на какой-то ритуал, обряд, сеанс перед чем-то очень важным или, быть может, даже опасным. Риджуэллы стараются поспевать за движениями, подстроится, в конце концов не выглядеть так беспомощно. Раз, два, три... Раз-два-три! Раз-два, три... Ритм меняется, нельзя предугадать. Сложно. Последнее движение, Ларссоны одновременно заставляют Риджуэллов откинуться у них на руках, выгибаясь в спине, полностью доверяя их рефлексам. Музыка затихает, становится спокойно. —Вам понравилось? — снова одновременно спрашивают они. —Очень... — Том затрудённо дышит, сперло вообще все дыхание от таких-то действий. —Мне тоже... Вы очень хорошо танцуете, Тори... Госпожа Тори. Она тихо смеется на эту резкую смену обращения. —А! А вы тоже хорошо танцуете, господин Торд! — младший берет пример со старшего, все просто. —Вы тоже очень неплохо, на самом деле. Вы нравитесь нам.