Однажды в полутёмной комнате...

Мгновение. И два языка нежно и настойчиво слились в один. Антон возбужденно, с каждым разом все углублял поцелуй. Звук причмокиваний отлетал о стен эхом и сливался с громкими полувздохами-полустонами Арсения. Он стонал сам не слыша себя, поддаваясь темпу парня. Боже, порой такие сладкие вздохи изливались из его раскрасневшихся уст, особенно когда Антон дышал ему в горящее ухо и нежно прикусывал мочку, водя руками под майкой по оголенной груди. Майка улетела куда-то в темноту комнаты. Внимание Антона вдруг переключилось на соски Арсения, выгибающегося и взрагивающего от безграничного счастья и удовольствия. Арс давно уже был твердый, и когда Антон сполз кончиком языка вниз одной мокрой длинной дорожкой до самого низа и положил руку на его пах, то Антон приятно удивился. Ну, член у Арса был реально большой. Парням пришлось покопошиться секунду из-за узких джинс Арсения, и они тоже полетели куда-то в кучу непонятных комнатных вещей. Антон реально готовился к этому моменту, даже смотрел обучающие видео ночью под одеялом, пока никто не видел. Тысячу раз проверял, точно ли звук идет в наушники, а то мало ли что. Смущённый, раскрасневшийся Арсений был той ещё картиной. Одной рукой он приподнялся из лежачего положения, чтобы, не казаться, может, бревном в постели во время первого и самого ответственного секса, а второй готовился закрыть лицо. Он немного подвинулся, чтобы Антон лучше расположился на диване. Разгорячённый парень быстро скинул худи, треники и оказался у Арса между ног. Он провел языком по члену под мягкой тканью белых полупрозрачных трусов Calvin Clain, (от чего Арсений сделал мощный вдох,) схватился за резинку трусов, проворно их стянул и взял член до основания в рот. — А-АХ-АНТОН! — простонал Арсений в полный голос и, смутившись, закрыл рот рукой, но Антон набирал скорость, поэтому из под руки вырывались сдавленные стоны. Сердце билось как бешеное, и Арсений впервые пожалел, что он такой старый, блин, что так до инфаркта недалеко. Но эта мысль быстро ушла из его головы, стоило Антону взять всю длину снова. Антон надрачивал себе одной рукой и очень искусно сосал Арсению. Он водил языком по головке и снова заглатывал как можно дальше, проникал внутрь уретры языком, но не сильно, чтоб не было больно. Вдруг он остановился. Арсений в недопонимании и тяжело дыша, в положении лежа на локтях пытался перевести дух.