Братство

      Прогуливаясь вдоль залива, Блеск приметил на скамейке Пульсара. Командир Четвёртых сидел, понурившись, и периодически вздыхал. Было совсем непривычно видеть этого доброго здоровяка в таком подавленном настроении. Начальник разведки поздоровался и присел рядом с коллегой.       — А ты чего такой грустный? — будто бы невзначай поинтересовался Блеск.       — Да мне Фурию отдали на две недели, — посетовал Пульсар.       — Так и что с того. Она не новичок уже давно, чем плохо?       — Ты же знаешь, Блеск, я с дамами не очень. К Песчаной Буре привык, Гамма тихоня и лапочка, с ней просто. А Фурия! Майлз меня преследует по пятам, чтобы я её взял, дальше отказываться я уже не могу, все предлоги закончились, да и он на меня волком смотрит который день. Пришлось согласиться. Хайто и Зип в один голос твердят, что эта девица выпьет мне всю кровь.       Блеск отвернулся и прыснул в кулак. Командиры затеяли очередную шутку над товарищем, а тот по простодушию принял всё за чистую монету, хотя его разводили подобным образом уже не первый раз.       — У них и правда не заладилось, — начальник разведки не удержался и плеснул бензинчика в общий костерок. — Зип, помнится, из-за неё штрафы отбегал, да и Хайто нагоняй получил, когда после первого задания она на ногах стоять не могла.       Блеск приврал, конечно, немного, Зип не потому бегал, да и нагоняя у Хайто не было, но уж больно забавно Пульсар расстраивался. Сразу завздыхал и зашевелил усами.       — Вляпался я, брат, по самые уши! Вчера, как правку в расписание внесли, она меня в столовой рассматривала, словно размышляла, как бы получше меня извести. Хайто говорит, что у неё к каждому командиру индивидуальный подход. Найдёт, где у тебя брешь, и на том месте налажает по полной программе, чтобы ты полным дураком потом выглядел.       — Ты, брат, не расстраивайся, — хитро продолжил Блеск. — Тут тебе самому к ней подход нужен. Хочешь, я тебя научу? Будешь у Майлзовой Ударной самым любимым командиром, после него самого, разумеется.       — Почём инфа? — Пульсар проявил живейший интерес.       Начальник разведки самодовольно ухмыльнулся, товарищ даже сомневаться не стал, что у него есть нужные сведения, и тут же начал торговаться. Держится авторитет Разведки! Он из чисто практического любопытства планировал с Пульсаром поделиться догадками, чтобы проверить, насколько верно или неверно он девушку раскусил. Но почему бы и не подняться, раз случай представился?       — Соточка.       — Дороговато, — пожаловался Пульсар.       — Ну, дело твоё, — Блеск загадочно заулыбался. — Это я ещё по-братски скинул вдвое.       — А, ладно. По рукам! Выкладывай!       Блеск пододвинулся ближе к командиру Четвёртых и деловито зашептал ему инструкции.

***

      — Мордашка, открывай!       Кэрри пропустила Песчаную Бурю в свою комнату, на ходу дожёвывая сэндвич.       — Опять на нервах точишь?       — Угу.       — Да брось, я буду рядом с тобой. Хочешь, могу даже на строевой тебя за ручку подержать?       — Дошутишься у меня, Плоская! — Кэрри погрозила подруге кулаком и села на стул, чтобы зашнуровать кроссовки.       Кэрри оставила запасной ключ от своей комнаты у Дрэда, и они с Песчаной Бурей ушли.       Ровно в девять началась тренировка. На Арену пришёл Пульсар, выцепил взглядом Кэрри и сразу направился к ней.       — Добро пожаловать к Четвёртым! — он протянул ей ладонь для рукопожатия.       Кэрри немного опешила: в формальное время ни один командир никогда так не здоровался. Она робко протянула ему свою ладонь. Пульсар крепко её пожал, перехватил Кэрри свободной рукой за плечо, подтолкнул поближе к команде и начал всех представлять.       — С Песчаной Бурей вы соседки, так что тут и знакомить не надо. Это Тень.       Щуплого и темноволосого молодого человека Кэрри и так знала, так как он был на подмене во Второй Группе, и они несколько раз пересекались с ним по нерабочим вопросам: ездили в город за покупками и смотрели матч Ред Сокс по телевизору в зоне отдыха на первом этаже. Он приветливо ей улыбнулся.       — Бризант.       И этого мутанта Кэрри признала. Пленный, которого мордовал Фокстрот на её первой вылазке с группой Хайто. Тот, видимо, вспомнил то же самое, поэтому его приветствие было настороженным и отстранённым.       — Галлий, — продолжил Пульсар, подвинув Кэрри к плотному мужчине с обритой под ноль головой.       — Рад знакомству, — тот протянул руку, которая в отличии от головы, была покрыта густыми тёмными волосами.       Его рукопожатие было липким.       — Фантом.       Очень красивый юноша, Кэрри даже обмерла. Глаза цвета серебра в опушении чёрных ресниц, и очень светлые серебристые волосы, не седые, а какого-то благородного стального цвета. Лицо точёное, нос прямой, хоть сейчас на обложку Вог. Прямо эльф из сказки.       — Все так реагируют, — Пульсар заметил её смятение. — Фантом у нас эмпат и не гнушается произвести первое впечатление, используя сверхспособности.       — Только капельку, — голос у юноши был таким же приятным, как и внешность, а вот улыбка подвела: слишком самовлюбленная, мигом всё очарование пропало, и остался только высокомерный сноб.       — А это Альбирео.       Напротив Кэрри стоял молодой мужчина, он был выше её на голову, черноволосый, и смущённо смотрел на неё. Его правую половину лица рассекали длинные шрамы. Кэрри обомлела и открыла рот от изумления, настолько похожи были их травмы. И как она не запомнила его при первой встрече? Хотя тогда половина команды успела надеть маски, неудивительно. Его глаз на искалеченной стороне лица был белым и, вероятно, не видел. Второй глаз был золотистого медового оттенка и изучающе рассматривал Кэрри в ответ без брезгливости и даже с некоторой деликатной чуткостью.       Она первая протянула ему руку, и он застыл, протягивая свою в ответ. Кэрри посмотрела вниз и поняла причину: его пальцы ощутимо дрожали, а всю руку разукрашивали застарелые шрамы, только ровные и белые, а не морщинистые и бурые, как у неё. Он пожал её руку очень бережно, словно боялся сделать больно. Она не стала поправлять его, что такая обходительность излишня.       Получается, что Пульсар лично познакомил её со всей командой. Было довольно непривычно, обычно приходилось втягиваться и запоминать товарищей по ходу работы. Кэрри стало неловко за то, что она сочла командира Четвёртых сухарём, а на самом деле тот проявлял к своим подопечным почти отцовскую заботу. Она робко на него посмотрела, а он ободряюще хлопнул её по плечу и расплылся в улыбке во все тридцать два зуба. Ещё большее недоумение, чем у Кэрри, было написано на лицах остальных Четвёртых, которые не понимали, почему их командира словно подменили.       — Начнём с ближнего, — распорядился Пульсар. — Галлий и Фантом, Альбирео и Песчаная Буря, Бризант и Фурия, Тень, со мной практикуешься.       Кэрри закусила капу и пожевала её, кося взглядом на назначенного напарника. Широкоплечий, но невысокий. Плюс видно, что опасается её, нужно будет брать его нахрапом. Кэрри надела шлем и затянула ремешок под подбородком. Руки бинтовать не стала. Тренировки с Дженксом явно давали свои плоды, удары у Бризанта были не сильнее, а вот размах он брал больший, и подловить его было проще. Впервые за все свои спарринги она встретилась с соперником, на которого можно было насесть. Бризант так берёг голову, что регулярно задирал руки и получал в корпус. В итоге это заметил Пульсар и поменялся с Фурией местами, чтобы объяснить подчинённому его ошибки.       Тень оказался куда более сложным. Гибкий и хлёсткий, ещё и техника у него была непривычная. Подгадает момент, захватывает и бросает через себя. И не заблокировать, летишь кувырком по инерции.       После ближнего подошли к тиру.       — Фурия, а правда, что ты у нас лучший стрелок за последний месяц? — невзначай поинтересовался Пульсар.       — Я всего на два очка опередила Джаза, — покраснела Кэрри. Даже Майлз не хвалил прилюдно её достижение.       — Наконец-то хоть кто-то подвинул его с этого пьедестала, — заулыбался Пульсар, — а то всё одно и то же лицо. Постреляй-ка сегодня на скорость, голубушка! Больно любопытно посмотреть.       Кэрри изумлённо открыла рот. Хайто вообще стрельбу не любил, Зип считал спешку неоправданной, а Майлз принимал скорость за желание покрасоваться. И вот командир Четвёртых просит её пострелять именно на скорость. Подтрунивает? Кэрри посмотрела на Пульсара с недоверием, но тот с широченной улыбкой показал ей секундомер и одобрительно покивал. Вроде никакого подвоха. Кэрри засияла, наконец-то. Настолько воодушевилась проявленным интересом к своему навыку, что положила всё в десятку. Пульсар даже секундомер потряс и сравнил свои данные с дежурным.       — Тридцать пять секунд, — озадаченно произнёс он, — и всё в яблочко.       Кэрри ослепительно ему улыбалась. Новый рекорд, Джаз точно от зависти лопнет. После этого остальные Четвёртые, когда подходили на свой огневой рубеж, косились отчего-то именно на Кэрри, а не на командира, как будто она была проверяющей, но, естественно, ни один из них даже близко не приблизился к её результату. До чего же хорошее было начало в строю Четвёртых!       Закончили тренировку пробежкой. Немного пришлось подождать на финише Бризанта, который был новичком и ещё не привык держать общий темп. Выстроились в линию и свели руки за спиной в ожидании команды.       — Всем отбой, — скомандовал Пульсар, а потом неожиданно дополнил: — а Фурия остаётся с Альбирео для практики.       Кэрри удивилась: её первый раз оставляли без присмотра с глазу на глаз с сослуживцем. Что-то необычное. Альбирео поспешил объяснить ей нестандартный приказ:       — Это из-за моих способностей. Тебе нужно попрактиковаться до боя, чтобы не убиться ненароком.       — Ты омега? — спросила Кэрри.       — О нет, — смутился мужчина. — Просто специфичен. Сейчас поймёшь!       Арена опустела, даже дежурные закрыли свои пункты выдачи, оставили предупредительные таблички о техническом перерыве и ушли.       — Страшно стало, — призналась Кэрри.       Альбирео робко ей улыбнулся и начал объяснять:       — Я искажаю пространство. Ты можешь беспрепятственно проходить в него, но тебе нужно обязательно покинуть его до того, как я снова верну всё на свои места, иначе погибнешь. С этим пунктом ясно?       — Более чем.       — Отлично. Определить искажённый мир очень просто, он такой же белый, как мой правый глаз, — Альбирео указал на свою травму пальцем и улыбнулся. — Например, мне нужно пропустить тебя внутрь здания прямо через стену. Я искажаю для тебя пространство и подбираю вместо стены более подходящее место, например, свободный коридор. Ты проходишь по нему и попадаешь внутрь здания, а я возвращаю стену на место. Примерно понятно?       — Да.       — Теперь о времени. Я вынужден задерживать дыхание, чтобы сосредоточиться и использовать сверхспособности. Соответственно, ты не можешь путешествовать по искажённому миру слишком долго. Советую тоже задерживать дыхание, чтобы иметь примерное представление о том, насколько меня хватит. Покидай искажённый мир до того, как у меня закончится кислород, и я сделаю вдох.       — Иначе смерть? — уточнила Кэрри.       — Да.       Кэрри открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, но проглотила слова. Это было бы столь бестактно. Но Альбирео всё понял и сам сказал:       — В одном из сражений меня подстрелили прямо в процессе. И я всё испортил. Из-за меня погиб товарищ из Второй.       — Оу, — Кэрри потупилась. — Прости, что напомнила о таком! Надеюсь, ты не считаешь себя виноватым? У половины из нас такие способности, что мы можем невольно кого-то травмировать.       — Травмировать, — Альбирео посмаковал это слово, — можем, конечно. Но вывернуть товарища наизнанку не каждый способен, кроме меня, разумеется. Меня никто не винит, но мне с этим жить до конца моих дней. Спасибо Майлзу за то, что он дал разрешение проводить вводный инструктаж для тех, кто со мной не сталкивался.       — Ясно. Ну, я готова, — Кэрри выдохнула и хлопнула себя по коленям. — Командуй!       — А ты шустрая, — Альбирео снова улыбнулся той же смущённой улыбкой. — Ладно, давай проведём тебя через будку дежурного.       Кэрри встала со скамейки и уставилась в указанную точку. Пункт выдачи оружия был выкрашен в синий цвет, но в какой-то момент, совершенно неуловимый для глаза, все краски пропали, и ровно сквозь призрачное здание протянулась белёсая парковая дорожка. На ней даже листья были, такие же белые, как и всё остальное окружение. Вот он какой, искажённый мир. Кэрри пробежала по дорожке и поняла, что даже не помнит, где заканчивалась будка дежурного. Любопытно, а был ли риск застрять в текстурах? Кэрри сделала ещё три шага вперёд на всякий случай и дала обратную связь:       — Я всё правильно сделала, или мне дальше идти?       Она обернулась. Пункт выдачи оружия был на прежнем месте. Девушка почувствовала, что сердце начало бешено колотиться. К ней подошёл Альбирео и сурово сказал:       — Я же упомянул, что не дышу! Как ты думаешь, могу я ответить на твой вопрос в процессе?       — Нет, — Кэрри сконфузилась.       — Мне не нужно говорить, когда ты покидаешь искажённое пространство, я тебя в нём вижу. Как только ты выйдешь из него, я сразу его схлопну, чтобы не было проблем.       — Я поняла.       — Давай ещё раз. В этот раз я накрою большую площадь, ты сама решишь, на какой остановке выйти. Главное, помни о дыхании, не прозевай момент, очень тебя прошу.       — Готова.       В этот раз вся Арена выцвела в одно мгновение, сквозь здания, вышку и линию тренировочных манекенов пролегли белые коридоры. В нескольких местах протянулось побережье реки: прибрежная трава и вода были белыми, как молоко. Кэрри скользнула в искажённое пространство и задержала дыхание, добежала до снайперской вышки и нырнула вправо, где мир выглядел привычно. Ни дуновения ветра, ни колебания воздуха, ничего, что бы просигнализировало о том, что искажённое пространство исчезло. Просто внезапно вернулись все краски. Она изумлённо оглядывалась по сторонам.       — Очень хорошо, — похвалил её Альбирео. — Остался последний пункт. Сокращение маршрута.       — Типа телепорт? — глаза Кэрри загорелись от предвкушения.       — Это не настолько классно, как ты думаешь, — предупредил её Альбирео. — Тебе нужно будет преодолеть границу между двумя искажениями. Лучше всего с разбега, потому что ощущения от неё будут самыми неприятными. У каждого это проходит индивидуально, но один симптом более-менее совпадает у всех. Если есть застарелая травма, то будет больно. Лишь на миг, когда пересекаешь границу, но так же явственно. Вряд ли ты захочешь проходить медленно, а так полыхнёт болью и сразу отпустит, главное на ногах устоять и быстро переключиться в привычный ритм. Справишься?       — Я не уверена, — впервые Кэрри включила заднюю.       — Что-то не так?       — Как бы это объяснить, — Кэрри поёжилась, — у меня такие травмы в прошлом, что хватит на роту солдат. Вдруг я не смогу?       — Ты не забывай, что у нас есть товарищи с исцеляющим фактором, у них точно побольше твоего будет. С их слов, это как удар током, аж всё тело деревенеет от боли, но они берут преграду с лёту и не успевают насладиться процессом.       — Ладно, давай пробовать, — сдалась Кэрри.       — Я переброшу тебя на короткое расстояние, — принялся успокаивать её Альбирео. — Это будет всего одна преграда, и второй отрезок будет коротким. Если что-то пойдёт не так, то ты по инерции вывалишься из искажённого мира и не пострадаешь. Но этого будет достаточно, чтобы ты смогла в дальнейшем распознавать пространственные стыки и поняла, как их преодолевать, и какие ощущения лично у тебя это вызывает. Точка входа здесь у вышки, а выведу я тебя к скамейкам, у которых мы начали тренировку.       — Готова.       Кэрри скользнула в искажённое пространство и взяла разбег. Стык миров был похож на мерцающее зеркало, она задержала дыхание и пронеслась через него плечом вперёд. Действительно, как удар током получить, но не так страшно, как она предполагала. А вот глаза зря зажмурила. Кэрри вылетела из искажённого мира, не заметила, что уже добежала до скамеек, и налетела на них с разбегу. Острый угол попал точно в колено, и это было куда больнее, чем преодолеть границу миров.       Кэрри поскуливала и прыгала на одной ноге, потирая ушибленное место. Альбирео принёс ей лёд. Они сели на скамейку.       — Теперь, когда ты всё знаешь, дай сегодня обратную связь Пульсару, ладно? — попросил Альбирео.       — Какую обратную связь? — не поняла Кэрри.       — Использовать ли мне сверхспособности для тебя в бою. Если нет, то я применю их только по прямой твоей просьбе или при угрозе твоей жизни. В крайнем случае, понимаешь? А если ты готова пользоваться моей помощью на постоянной основе, то значит, даёшь также согласие на то, что может с тобой произойти, если ошибёшься ты сама, или я облажаюсь.       — Ладно.       — Думай тщательно и не торопись с ответом!       Альбирео встал со скамейки, очень натянуто улыбнулся ей и побрёл прочь с Арены. Кэрри не поняла, отчего он был так удручён. Но вечером, когда она написала в чат Пульсару о своём согласии, всё стало понятным. Командир Четвёртых переспросил её несколько раз об озвученном решении и даже попросил подробно рассказать о тренировке, словно хотел убедиться, что она владела полным представлением об искажённом мире. Потом принял её согласие и попросил дополнительно подтвердить его Майлзу. Кэрри начала раздражаться от подобной формалистики, но сделала, как велено. Майлз поставил соответствующую отметку в её карту и карту Альбирео. А потом Кэрри ещё долго лежала на своей кровати и смотрела в планшет на таблицу из двух столбцов. В первом были отметки всех Ударных, во втором одиноко значился её позывной.