Братство

      Кэрри выключила фен и прислушалась. Не показалось: кто-то очень робко, но настойчиво стучал в её дверь. Она собрала волосы в хвост и пошла открывать.       На пороге стояли Айк и Дрэд. Кэрри напряглась: обычно её гости улыбались во всю ширь и заваливались внутрь, не дожидаясь приглашения войти, а сейчас стояли, понурив головы, как будто в чём-то провинились. Скверное предчувствие охватило Кэрри.       — Входите, — настороженно произнесла она.       Они так же молча сели за стол на кухне.       — Кто? — Кэрри почувствовала, как холод опускается вниз живота. Они точно принесли дурные вести, на лицах всё написано.       — У нас двое не вернулись, — сознался Дрэд. — Мы пришли просить тебя о помощи.       — Кто не вернулся? Как помочь? — Кэрри ошарашенно отступила назад и подпёрла стенку. Ноги подкашивались. Двое из Третьих. Третьи никогда никого не теряли, а тут двоих за раз.       — Мы были на боевой вылазке, зачищали базу как обычно, — начал рассказывать Дрэд, — и уже на финише у нас Крыло с дальней пропал со связи. Мы вернулись на точку и не нашли его. В смысле, даже тела не было. Ну и всё. Обошли весь комплекс два раза, нет Крыла, как будто испарился. Зип скомандовал возвращение на базу, а сам остался.       — Подождите, а Майлз в курсе? — Кэрри растерялась. — Почему Зип один ищет своего бойца? Можно было бы телепатами там всё прощупать, если Крыло жив, то они найдут. А если нет, у того же Майлза сверхчутьё, он может найти по запаху и вернуть хотя бы тело.       Дрэд и Айк переглянулись.       — В этом и проблема, — продолжил Дрэд. — Хайп пытался почувствовать Крыло, но не смог. Ты и сама понимаешь, что это значит. Зип заставил нас весь комплекс два раза обойти и Хайпа в каждый угол засунул, но ничего. Мы доложили на базу о происшествии. Майлз приказал выжившим вернуться, тело Крыла планировал сам найти и забрать.       — И? — Кэрри так и не поняла.       — Зип отказался. Вернулись только мы, без командира.       — Ну подождёт он Майлза, и вернутся вместе, — продолжила теряться в догадках Кэрри. — Зип никогда не терял бойцов, он, должно быть, в шоке. Конечно, ему тяжело просто сдаться и уйти.       — Она же не знает, — Айк одёрнул товарища.       — Не знаю чего?       — Майлз не вернётся за Зипом.       — Что?! — Кэрри опешила.       — Командир не просто в шоке, — Дрэд потупился. — Он потерял контроль, впал в буйство и стал опасен. Такое уже случалось раньше. Тогда Майлз вернулся за ним, и они крупно повздорили. Зипа оставили командиром Третьих, но Майлз поклялся, что больше не допустит такой ситуации. Он не хочет возвращаться за ним.       — И мы решили, что если ты попросишь, то тебе он не сможет отказать, — признался Айк.       Кэрри покраснела. Она уже неоднократно замечала, что её влияние на Майлза перестало быть тайной для окружающих.       — Я попробую, — сдержанно пообещала она.       Гости поблагодарили её и ушли.       Кэрри стянула резинку и распустила волосы: Майлзу так больше нравилось. Девушка не понимала, почему он решил повредничать в самый неподходящий момент. Совсем недавно Ударные похоронили друга и товарища, а тут опять потеря. Он просто обязан был понять Зипа и отбросить старые разногласия. Тут её даже и упрашивать не надо было, чтобы поговорить с ним, нужно было внести ясность в происходящее.       Кэрри дошла до кабинета своего командира, поправила завиток волос так, чтобы он прикрыл шрам на лице, и аккуратно постучалась. Дверь распахнулась сразу, должно быть, Майлз почуял её ещё на пороге.       — Привет! — Кэрри опустила голову и виновато посмотрела на него из-под длинных ресниц. — Можно поговорить с тобой?       Он неохотно пропустил её внутрь, было видно, что он раздражён.       — Сейчас немного не к месту, — намекнул он.       — Это правда, что ты бросишь Зипа? — сразу перешла в атаку Кэрри.       — Ну началось, — Майлз устало опустился в кресло. — Уже и до тебя донесли. Да, малыш, такое дерьмо случается.       — Почему?       — Ты штрафной круг хочешь?       — Хоть два, — Кэрри нахмурилась. — Мой командир своих не бросает. В жизни не поверю, что Майлз Блэк оставит своего товарища в беде.       — Ты ничего не знаешь! — отрезал Майлз.       — Так объясни!       Повисла напряжённая тишина, и Кэрри сменила тактику. Она села напротив Майлза и заискивающе к нему придвинулась.       — Прости меня! Я знаю, что не имею права требовать от тебя вообще каких-либо объяснений. Ты мой командир, ты мне приказываешь, я делаю. Но что же это происходит, что мы бросаем своего? Когда у нас появилось такое правило?       Майлз застонал и спрятал лицо в ладонях. Она чётко знала, куда надавить, чтобы он сломался. И не сбежать теперь от неё, буравит зелёными глазами и выворачивает душу наизнанку.       — Я не знаю, кто и зачем тебя на это надоумил, но этот человек поступил с тобой гадко, не сказав всей правды. Проблема в том, что Зип красный, — признался Майлз.       Кэрри оторопела: она была немного знакома с категориями, по которым проверяли новичков. Красный цвет говорил сам за себя.       — Я забрал его, должно быть, с самой ужасной базы на свете, — продолжил Майлз, — измученного пытками и опытами. Настоящий зверь, но с искрой человеческого. Протестировали, он был пополам оранжевый с красным. Я принял решение оставить его под присмотром в Братстве Мутантов, и через какое-то время он ожил. Оказалось, что он очень смышлёный, и его приютил Блеск, но он всегда просился ко мне. Самый мой яростный фанат, он повторял все тренировки Ударных и при этом никогда не халтурил в Разведке. Пахал без выходных, почти прописался на Арене. И каждый месяц, как по расписанию, он стоял у дверей этого кабинета и просил взять его к себе. Мы протестировали его ещё раз: оранжевый, но всё же с маленькой долей красного. Он так и не исцелился до конца. Но я решил рискнуть, уж очень он мне нравился. И не было у меня лучшего бойца, а потом у меня не было лучшего командира, нежели Зип. До того самого дня, когда он позволил красному цвету поглотить себя полностью. Прямо на боевом задании он сорвался, нарушил приказ и впал в буйство. Его команда спаслась от него бегством, а мы с другими командирами вернулись за ним. Он набросился на нас, и мне стоило большого труда скрутить его так, чтобы он не навредил окружающим и себе. Было большим чудом, что он вообще пришёл в себя. Он вымолил у меня прощение, стоя на коленях, ведь Ударные были всей его жизнью. Я сомневался, но поддался на уговоры. Я позволил ему остаться, но поклялся ему самой страшной клятвой, что больше никогда не вернусь за ним, если случившееся повторится. И вот сейчас он потерял бойца и опять впал в безумие. Хорошо хоть, команду сообразил на базу отправить до того, как окончательно спятил. Я не могу, Кэрри, понимаешь, не могу вернуться за ним.       Она молча рассматривала носки своих ботинок. Майлз чувствовал себя чудовищно.       — Тогда, может, за ним сходит кто-то другой? — предложила Кэрри.       Майлз обречённо засмеялся.       — Вот эту руку, — он показал ей на предплечье своей правой, — он сломал четырнадцать раз. В тот день она пострадала меньше всего. Я, конечно, спрошу про наличие добровольцев, но уверяю тебя, что их не будет. Это Зип сумасшедший, а не остальные.       — Тогда вызовусь я.       Майлз подскочил на месте, Кэрри с тем же выражением лица рассматривала носки своих ботинок.       — А вот это не смей! — пригрозил он ей. — Не смей угрожать мне этим! Я и так слишком много тебе позволяю.       — Я ведь тоже немного красная, Майлз.       — Нет, — он заслонился от неё рукой, предлагая замолчать. — Оранжевая.       — Значит, Блеск это проморгал, — упрямо повторила Кэрри. — Как, например, ваши разведчики пропустили мою телепатию. Она очень слабая, вот и не заметили или не придали значения. А может, Блеск специально утаил, я не знаю, пожалел меня, как ты Зипа в своё время. Я бродила по Легиону с простреленной головой и рвала людей на части, и чужих, и, скорее всего, своих заодно. Я пыталась убить своего парня, когда он нашёл меня, очень хотела оторвать ему голову, да силы иссякли. Ты и сам видел, как меня накрывает порой. Помнишь ли ты тот наш день, когда мы попали в засаду? Ты видел, на что я способна, если меня накроет. Я могу превращаться в смертоносное чудовище, и есть очень тонкая ниточка моего сознания, которая это контролирует и направляет в нужную сторону. Пока ещё есть, но где гарантии, что она однажды не порвётся? Что, если я опять потеряю кого-то близкого и лишусь из-за этого рассудка?       — Нет, — Майлз вскочил с места и начал ходить по кабинету кругами. — Если ты вызовешься, я тебе этого не прощу. Ты меня попросту опозоришь, потому что я в жизни не пущу тебя на убой.       Кэрри со вздохом поднялась со стула и направилась к выходу.       — Да ты мне попросту не веришь. Ладно, когда и меня однажды накроет, прояви такую же твёрдость и брось меня, как Зипа!       Он в один прыжок пересёк комнату и прижал её к стене.       — Что ты делаешь со мной? — его горячее дыхание обдало её лицо. — Зачем тебе меня так мучить? Я скорее умру, чем позволю тебе навредить. Поклянись мне, что не вызовешься! Пообещай!       — Обещаю!       Майлз отпустил её и вернулся к столу.       — Я скажу тебе одну вещь, — Кэрри пристально на него посмотрела, — и надеюсь, что ты её тщательно обдумаешь. С тех пор, как я попала к вам, я начала оживать. Я снова могу бояться, снова могу чувствовать, смеяться. За это благодарю тебя! Ты дал мне шанс на спасение, и я никогда этого не забуду! Я поверила в то, что быть красным — это не приговор, и я до сих пор в это верю. А вот в меня не верит никто. Пульсар считает, что я никудышный боец, слишком мягкотелая, и ты взял меня в Ударные только потому, что я тебе нравлюсь. Хайто до сих пор не может мне простить того, что я не убила мутанта, который попал под контроль. Он готов на малую жертву ради общего блага и не ищет других путей. Зип сказал, что у меня вода в жилах вместо крови. И ты, Майлз. Ты же прекрасный командир. Тогда почему ты не веришь в меня? Если кто-то вызвался бы добровольно, ты бы отказал этому Ударному так же, как и мне? Поэтому и ходят злые шепотки про то, что я на особом положении, потому что ты сам подкармливаешь эти слухи. Ты боишься за меня, я тронута. Но я Ударная, я могу исчезнуть из твоей жизни в любой момент. Я не вызовусь добровольцем и не стану тебя позорить, раз для тебя это так важно, но вот если представится шанс улететь тайком, то я это сделаю. Ударные своих не бросают никогда, может, я единственная, кто ещё это помнит? Тебе после такого придётся меня выгнать взашей, либо можешь не дожидаться такого расклада да просто отдать мне приказ вернуть Зипа. И мне не придётся вертолёт угонять, да и ты злопыхателям рты заткнёшь. Перестанут про моё особое положение сплетничать да про то, что ты рядом со мной совсем размяк!       — Знаешь, иди не на один штрафной круг, а на два, — Майлз разозлился на неё, — и прямо сейчас. А у меня как раз будет время подумать над твоими словами, пока ты будешь занята и перестанешь меня изводить.       — Слушаюсь, командир, — она улыбнулась ему и скрылась за дверью.       Она прекрасно поняла, что победа осталась за ней.       Майлз метался по своему кабинету в ярости, даже кресло опрокинул и вещи со стола поскидывал. На финише запустил стаканом с ручками в стену, и его немного отпустило. Как можно продолжать любить женщину, которая тебя изводит каждый божий день?       Он поднял кресло и сел. Интересно, правду ли она сказала, что убежит тайком? Надо дежурных предупредить и попросить Бастиона охрану по периметру выставить. И Блеска уговорить следить за ней и сообщать. Хотя не говорил ли ему начальник разведки, что побаивается её? Она уже наверняка о таком раскладе подумала и предусмотрела другие пути добиться желаемого. Что за чертовка! Ладно бы своенравничала, как и все другие женщины, это даже нормально. Прошлые девушки тоже капризничали и выпрашивали для себя те или иные блага. Но одно дело — телефон новый купить или золотую цепочку, а этой подавай полёт на базу к сумасшедшему психу, который её укокошит! Майлз гневно зарычал и снова принялся метаться по кабинету.       А если самому полететь? Прошлый раз смог Зипа скрутить и в этот раз сможет. К боли не привыкать, а ради товарища можно и потерпеть. Майлз встрепенулся и вернулся в кресло. Но если твоё слово ничего не стоит, то чего стоишь ты сам? Права была Кэрри, размяк он, и все это видят. Мягкотелых не уважают, а без уважения ты не командир, а одно название. Но как же страшно за неё! Как ей в голову только такое взбрело — вызываться на самоубийственную миссию! Это глупость? Или отвага? Дурой Кэрри точно не была, а в её груди билось храброе сердце, Майлз это знал и любил её за это ещё больше. Но смелость не спасёт её от сумасшедшего. Но, может, спасёт смекалка? Как там Блеск про неё сказал? «Я её порой боюсь, у неё ум заточен, как острый клинок. Я сражаюсь тем же оружием, но её техника мне неподвластна». Что, если она придумала план? Не поэтому ли она так уверена и просит в неё поверить?

***

      Кэрри закончила второй штрафной круг, подошла к стенду и поставила положенную плашку. Сегодня дежурил Тайлер, он помахал ей рукой, подзывая к себе.       — Там Майлз всех Ударных собирает на плацу. Тебе лучше душевой в казармах воспользоваться, а то не успеешь ко времени.       — Спасибо, Тайлер!       Вода в общей душевой оказалась еле тёплой, но это было и к лучшему. Прохладные струи неплохо тонизировали и снимали мандраж, а Кэрри было с чего понервничать. Если Майлз поведётся на её предложение, то придётся лететь на ту базу и придумывать, как вернуть Зипа к вменяемому состоянию. Если откажется, то пробираться тайком на Арену за вертолётом и в любом случае придумывать план для Зипа. Майлз наверняка посты усилит и дежурных предупредит. Надо бы Изобретателя обработать на эту тему, может, посоветует лазейку. А если всё же найдётся доброволец? Хоть бы и из команды Третьих, там своего командира обожали. Хотя уже ведь приходилось сталкиваться с тем, что напрасный риск здесь был не в почёте. Взять бы хоть ситуацию с Альбирео, даже его согруппники при всем уважении и любви избегали использовать его опасные способности на себе лишний раз. Это было логично! Но всё же Кэрри не готова была это принять.       Майлз нервно прохаживался по плацу, пока Ударные строились в шеренги. Первые справились быстрее остальных, видимо, потому, что Хайто старательно поддавал ножнами тем, кто задерживался. Вторых было меньше, но из-за того, что Кэрри припозднилась, им пришлось перестроиться, чтобы дать ей место. Дженкс стукнул её в плечо за это: уступать другим даже по мелочам он не любил. Третьи и Четвёртые закончили построение синхронно.       Можно было начинать. Майлз скрестил руки на груди и озвучил:       — Есть добровольцы, чтобы пойти и вернуть Зипа домой?       Гнетущая тишина. Ударные смотрели в пол, кроме командиров, тем не было неловко за свой отказ. Сложно было их осуждать, ведь они сами видели приступ безумия Зипа. Майлз посмотрел на Кэрри. Её лицо было умиротворённым и спокойным, она не шевелилась. Она действительно вила из него верёвки, даже сейчас он по глазам видел, что она чётко знала, что он не откажет ей.       — Фурия, шаг вперёд, — его собственный голос показался ему чужим.       Шагнула, смотрит на него так, словно он отправляет её в магазин за любимым мороженым, а не к полному психу на расправу. Если она не справится, он всё же слетает на ту базу и забьёт Зипа до смерти.       — Верни на базу командира Третьих! Это приказ!       — Есть, командир!       Она упорхнула за экипировкой, а ряды Ударных начали громко шептаться. Только командиры стояли, рты открыв. У Пульсара даже усы встопорщились, настолько он удивился.       — Смотрю, Ударным есть что обсудить. Можете это сделать на групповом круге. Пульсар и Хайто свободны.       Никогда ещё за один раз не бегали таким численным составом. Всё же Кэрри сказала правду: подзатупился авторитет Майлза, раз позволяют себе обсуждать распоряжение начальника, не дождавшись отбоя. Что ж, она умела подмечать вещи, которые ускользали от других. Может, и здесь она окажется права, и этот ужасный приказ вернёт всё на свои места. Майлз развернулся и ушёл.       — Я не ослышался? — Пульсар пихнул Хайто в бок.       — Сам в шоке!       — Мне кажется, это из-за того, что мы от рук отбились, — предположил Пульсар. — Ни один из моих поганцев не сдержался и не дождался отбоя. Срамота! Как в глаза теперь Майлзу смотреть? Я им от себя тоже круг добавлю!       — Думаешь, это из-за того, что мы размякли? — засомневался Хайто.       — А отчего ещё? Видит же, что дисциплина стала хромать, вот и отправил на убойное задание самого недисциплинированного Ударного. Ты разве не обратил внимание, что Фурия — второй месяц лидер по полученным штрафным кругам?       — Ну да, дисциплина у неё хромает. Но Майлз её вроде как любит.       — Ты думай, что говоришь, Хайто! — укорил товарища Пульсар. — Вот потому и бегаем штрафные. Он наш лидер и личное от рабочего отделяет! Он командир — она боец. Любить-то, может, и любит, но в свободное время, а мы всё этого понять не можем, вот он нам мозги и вправляет.       — Надо бы и мне своих на пробежку отправить, — загрустил Хайто. — Тоже при Майлзе стали обсуждать приказ. Теперь стыдно! Представляешь, чтобы раньше себе такое кто-нибудь позволил?       — Так и я о том же! Поплыла дисциплина, а мы не следим. Вот он и осерчал на нас всех.

***

      — Привет, Блеск! — Майлз оторвался от бумажной работы и указал на стул. — Присаживайся!       — Как ты понимаешь, и до меня слухи долетели, — начальник разведки присел рядом с шефом.       — Я даже раньше тебя ждал.       — Решил проверить, что правильно всё понял. Несколько раз пришлось перепроверять, что Фурия не добровольцем пошла, а это приказ. Сильное решение. Уважаю! Как думаешь, у неё получится?       Майлз откинулся в кресле и размял плечи и шею. Потом опёрся на стол, придвинулся поближе к своему подчинённому и тихо заговорил, будто боясь, что их услышат:       — Мне кажется, Блеск, мы упустили одну сверхспособность у нашей Ударной. Самую страшную из всего её арсенала. В какую бы броню ты ни упаковался, чем бы ни попытался защититься, если она только захочет, то она просто посмотрит тебе в самую душу, и ты ничего от неё не спрячешь. Нет от этого никакой защиты. Так что да, я считаю, у неё получится. Если она захочет, то и в душу Зипа заглянет, возьмёт его за ухо и вытащит на свет божий обратно. И никакое безумие не спасёт его от неё.       — Склонен согласиться, — внезапно поддержал его Блеск.       — Что, тоже попадал под её удар? — Майлз криво усмехнулся.       — Нет, — Блеск загадочно улыбнулся, — был задет один раз по касательной, но, к счастью, как ты упомянул, не попал в сферу её интереса. Так что могу хранить все свои тайны и дальше глубоко внутри себя, но знаю тех, кто полёг в этом неравном бою насмерть.       — Надо было её всё же в Разведку зачислять, — вздохнул Майлз. — Сплоховал я.       — Будет тебе, босс, — Блеск прищурился. — Мне кажется, что если сегодняшняя миссия обернётся успехом, то на чаше весов польза для Ударных перевесит потенциальную пользу для Разведки. Возможно, я позволяю себе лишнее, но я считаю Зипа отменным командиром, жаль было бы его потерять.       — Это как-то связано с тем, что он вышел из-под твоего крыла?       — Может быть, — Блеск хохотнул. — Кстати, не хотели бы вы, босс, сделать ставку?       — Ставку?       — Ну да. Пока что только трое поставили на то, что Фурия сможет вернуть Зипа в Убежище, и более пятидесяти человек поставили на то, что он размозжит ей голову. Неплохой шанс подняться, как я считаю.       Майлз скривился. Ставки на то или иное событие делались постоянно, был даже специальный чат для этого на коммуникаторе. Но в этот раз от подобного букмекерства стыла кровь.       — Какой номинал?       — Сто баксов.       Майлз открыл ящик стола и протянул купюру Блеску.       — По-крупному в этот раз. Надеюсь, не надо комментировать, на что я ставлю?       — Раз ты в деле, босс, — Блеск снова загадочно улыбнулся, убирая деньги, — то Бастион незамедлительно сообщит, когда вертолёт будет возвращаться на базу.

***

      Вертолёт приземлился, и Кэрри сверилась с навигатором на маске. Ещё до вылета она попросила Изобретателя поменять настройки, чтобы проверить одну из своих теорий, и, судя по всему, её задумка оказалась верной. Навигатор пинговал на территории одну маску Третьих, но сетью покрывал периметр так, словно их было две. Если она рассчитала всё верно, то она найдёт не только Зипа, но и тело его бойца.       Экипировку выбрала лёгкую: только пистолет в кобуре на поясе, ни автомата, ни ножа, ни бронежилета. Дрэд упоминал, что проблемы начались у Третьих уже на финише, значит, особых сюрпризов не ожидалось.       Первые сомнения появились на входе в комплекс, где Кэрри обнаружила труп. Отчётливо удалось различить только ноги, обутые в высокие берцы, бронежилет и шлем. Остальное тело было настолько изломано, что рассматривать его совершенно не хотелось. В животе неприятно заскреблись кошки.       Отголоски прошедшего боя виднелись и в главном коридоре. Десяток трупов и испещрённые пулями стены. Здесь шли на прорыв. Угловая колонна разрушена и завёрнута по спирали, это поработал Дрэд. Кэрри прошла дальше.       Маячок навигатора указывал местоположение первой маски в комнате направо. Кэрри аккуратно заглянула туда, надеясь обнаружить Зипа, но в помещении было пусто. Она осмотрелась: у окна лежал ещё один изувеченный труп. Весь подоконник был залит кровью, в которой поблёскивали белые звёздочки. Кэрри подошла ближе, и её замутило. Зубы. Она отвернулась.       Маску она нашла на столе. Щиток, закрывающий лицо, с узкими прорезями для глаз. Зип. Ударные никогда не оставляли маски без уважительной причины, это был самый ценный элемент экипировки, которым дорожили настолько, что даже когда снимали, носили на специальном карабине на поясе. Кэрри двинулась дальше.       Вскоре она нашла очередные трупы. Их было пятеро, но сложно было себе представить, чтобы в их телах уместилось такое количество крови. Все стены были измазаны, часть брызг достигла потолка, и по полу растеклось так, что пройти, не запачкавшись, было невозможно. У всех пятерых отсутствовали головы, никакого ровного среза на шее, вместо этого только торчащие позвонки и тошнотворная каша, стекающая вниз. Их точно чем-то размозжили. Кэрри попятилась и свернула в коридор налево, обходя побоище.       Кэрри начала волноваться. Спокойствие куда-то рассеялось, и прежняя уверенность испарилась. Она увидела достаточно, чтобы понять, о чём говорил Майлз. Мертвецы на поле боя — вполне нормальное явление, но здесь каждый труп как бы говорил: «Беги! Спасайся, пока не поздно!». Автографы безумца на каждом теле, как предупреждение и как оберег. А ещё в комплексе было жутко тихо, настолько, что можно было различить удары собственного сердца. Инстинкты требовали немедленно покинуть это гиблое место.       Она нашла Зипа в следующем секторе, неожиданно и совершенно случайно. Он стоял посреди комнаты, опустив руки с дубинками, не шевелясь. Только его голова была наклонена набок и странно подёргивалась, как будто у него был тик. Кэрри сделала шаг к нему, и он сразу её заметил. От его взгляда ей стало дурно: глаза были покрыты поволокой, и он никак не мог на ней сфокусироваться. Даже цвет его глаз, обычно тёплый карий, был каким-то холодным и блестящим. Его дубинки вспыхнули красным, и он бросился на неё безо всякого предупреждения. Волна леденящего ужаса пробежала по телу, а надпочечники выбросили такое количества адреналина, что Кэрри отпрыгнула от удара почти на метр. Правая дубинка врезалась в стол, который разлетелся на обломки, а левая чертила смертоносную дугу по полу, метя в корпус. Кэрри уже видела этот приём, после которого грудная клетка превращалась в сдавленную банку, и вовремя увернулась. Она развернулась и бросилась бежать. Он бросился следом молча, что ещё больше привело её в ужас.       — Зип, остановись! — взмолилась Кэрри.       Лишь дыхание сбила, он не только не замедлился, но и попытался подсечь её, швырнув дубинкой по ногам. Спасло её то, что в этот же момент она попыталась перепрыгнуть через ящики, и вместо того, чтобы попасть по её голеням, дубинка, звеня, улетела вперёд. Кэрри свернула за угол и, круто развернувшись, ударила телекинезом. Зип отлетел назад, но тут же оттолкнулся от пола и вновь оказался на ногах. Утерянную дубинку поднял на ходу и завращал свои страшные орудия вокруг корпуса. В воздухе засвистело. Кэрри юркнула за спасительный угол, и каскад красных дисков с воем умчался дальше по коридору.       — Зип, прошу тебя! — заорала Кэрри. — Остановись! Это я! Приди в себя!       И это весь её план? Бегать от него по комплексу и орать, пытаясь привести его в чувство?       Кэрри бросилась бежать очень вовремя. Зип вынырнул и обрушился на её укрытие, пробив пол в месте, где она сидела. Она неслась со всей прытью, ей даже не верилось, что она способна столь быстро передвигать ногами, даже в ушах свистело. Или это снова диски Зипа, выпущенные в спину?       Кэрри выхватила из кобуры пистолет. Стрелять и не думала, но очень рассчитывала, что Зип хотя бы попытается спрятаться от выстрелов и даст ей перерыв. Или заговорит, можно было бы начать диалог и успокоить его. Она развернулась и прицелилась в него, но не получила ничего из желаемого. Зип не замедлился, а вместо этого занырял из стороны в сторону, а потом вдруг пробежался по стене и сократил расстояние до неё ещё до того, как она успела поменять план. Кэрри поверить не могла, что можно перемещаться с такой скоростью, не имея для этого сверхспособностей. Дубинка Зипа уже летела ей в живот. Кэрри метнулась в сторону, пропуская выпад, и попробовала сбить Зипа с ног, используя его же скорость. Подсекла успешно, но он только и успел чиркнуть животом по полу, как тут же по-кошачьи изогнулся, оттолкнулся от пола и вновь оказался на ногах. Дрался, словно танцевал. Может, Кэрри и восхитилась бы его пластичностью, если бы не была его соперником.       Зип снова атаковал её, не произнеся ни слова. Кэрри прикрылась телекинезом, перебросила его через себя и бросилась бежать. Отдачей паракинез порвал ей брючину. Становилось всё сложнее защищаться. За спиной опять засвители сверхспособности Зипа, и пришлось израсходовать последние силы на разрывной щит, чтобы прикрыться от его режущих дисков. Он дёрнул головой два раза и побежал на неё, и Кэрри вновь пришлось спасаться бегством.       Она добежала до комнаты с покойником у окна, захлопнула дверь и задвинула засов. Зип обрушился на баррикаду, с настойчивостью пытаясь её пробить. Неудержимые никогда не отступают. Хорошо, что она запомнила при прошлом посещении, что дверь закрывается. Плохо, что она не подумала о трупе у окна. Оно не открывалось, а стеклопакет был усиленный, с хорошо закреплённой рамой. Покойник тоже подумал об этом средстве спасения, ведь так? Она посмотрела через стекло. Окно вело в закрытое помещение для переговоров.       Кэрри накрыл истеричный смех. Она умрёт, потому что самонадеянно решила, что сможет сделать то, что не удалось даже Майлзу. Можно было попробовать убить Зипа разрывной волной. Поступить по-крысиному, никто, конечно, не осудит, но она-то будет знать. Она опустилась на корточки и заплакала от собственного бессилия. Что же надо было делать с милым и улыбчивым парнем, который так прекрасно поёт, что берёт за душу, и любит танцевать, чтобы превратить его в бешеное животное? Через что он прошёл в своём лагере? «Наверное, тебе было хуже, чем мне», — подумала Кэрри. — «Хотя я считала, что хуже и быть не может. Ты хочешь убить меня, но передо мной нет врага, а я не убиваю своих товарищей.»       Кэрри сняла маску и вытерла слёзы. Она не будет спасать свою жизнь ценой жизни друга. Она успела сделать много хорошего. На её счету есть спасённые мутанты, как она всегда и мечтала, значит, уже всё это было не напрасно. Мир даже как-то ярче стал, то ли от принятого решения, то ли от того, что окуляры больше не искажали цвет. Маска. Кэрри покрутила её в руках и невольно вспомнила свой первый бой в составе Ударных. Испуганный паренёк жался в угол и кричал, чтобы она ушла. Она успокаивала его, а он был словно глухой, и тогда она сняла маску, показав ему своё искалеченное лицо. И то, что должно было его напугать ещё больше, наоборот, расположило его. Он протянул ей руку, доверившись незнакомке.       «Я забрал его, должно быть, с самой ужасной базы из всех.» Так сказал Майлз? Что там делали с Зипом? Тоже пытались получить идеальное оружие, экспериментируя с возможностями его сверхчеловеческого тела? Мучали, доведя до безумия? Почти наверняка да. Ведь это такая тонкая грань, где тренировка превращается в пытку. А потом вообще плохо различаешь то, где враг, а где его нет. Как можно напомнить ему о том, что ты друг, если ты одета в такую же форму, как мучители и враги, когда твоё лицо закрыто звериной маской, когда ты целишься в него из оружия, когда используешь против него сверхспособности. Разве это дружеские жесты для помрачённого сознания? Вряд ли ей хватит времени, чтобы доказать ему, что она пришла помочь, а не напасть. Но, может, он осознает это потом и всё же придёт в себя?       «Ох, Майлз, надеюсь, ты сможешь когда-нибудь простить меня.»       Кэрри встала и прошла к столу. Она положила свою маску рядом с маской Зипа. Отстегнула кобуру с пистолетом и так же положила их на стол. Расстегнула ворот на своей униформе и распустила волосы, как будто уже вернулась с задания домой, хотя этому не суждено больше произойти. Стало страшно, дверь стонала под свистом режущих её дисков. Времени не осталось совсем. Кэрри повернулась лицом к неизбежному и медленно выдохнула, стараясь унять дрожь от ужаса происходящего. Дверь не выдержала напора и рухнула внутрь. Зип раскручивал свои смертоносные орудия.       — Ладно, Зип, — её голос был снова спокоен. — Потанцуем в последний раз?       Кэрри натянуто улыбнулась, закрыла глаза и протянула ему навстречу руки.       «Пусть это будет быстро, пожалуйста.»       Она не видела произошедшей в нём перемены: ни того, как исказилось от ужаса его лицо, ни того, как он погасил способности. Он врезался в неё на всем ходу, и они кубарем покатились по полу. Зип попытался защитить её руками при падении, но всё равно одна из дубинок несколько раз попала ей по лицу, рассекла скулу и разбила в кровь губы. Вторая дубинка сломала ему три пальца на правой руке. Они впечатались в стену и, наконец, остановились.       Кэрри не могла поверить, что всё обошлось. Зип навалился на неё всем весом и тяжело дышал. Его грудь билась о неё, словно волны о маяк, но он больше не делал попыток на неё напасть. Она рассмеялась. Было настолько хорошо, словно ей дали дозу наркотика, и более счастливой в тот момент могла быть только мать, только что родившая ребёнка. Зип пришёл в себя и вполне осмысленно посмотрел на неё. Тот же тёплый взгляд карих глаз, как и всегда.       — С возвращением! — поприветствовала его Кэрри, вытирая губы. Кровь всё ещё сочилась.       — Что ты здесь делаешь? — он был ошарашен.       — Пришла забрать тебя домой.       — Он не мог тебя прислать, — Зип отчаянно замотал головой. — Не мог! О чём он думал? Я чуть тебя не убил! Он знал! Знал и дал тебе сюда прийти!       Кэрри удивилась внезапной вспышке гнева. Но похоже, Зип просто досадовал над положением дел, а не готовился впасть в очередное буйство. Пока он бродил по комнате, отчаянно ругаясь, она осмотрела свои повреждения. К счастью, ничего не сломала, только вывихнула левую ногу.       — Зачем ты пришла на самом деле? — Зип вновь повернулся к ней.       — Чтобы спасти тебя, конечно, — Кэрри отряхнула форму и, кряхтя, поднялась на ноги, — и вернуть тебя домой! И я чертовски рада, что ты это снова ты.       Она доковыляла до трупа у окна и сняла с его руки перчатку. Подходящая, со встроенным экзоскелетом, чтобы легче было держать автомат. Она подошла к Зипу и попыталась взять его за руку, но он шарахнулся от неё.       — Я хочу помочь тебе, — Кэрри недоумевала, что на него нашло. — У тебя пальцы сломаны. Давай зафиксируем перчаткой? Ты боишься что-ли, что я сделаю тебе больно?       Его лицо удивлённо вытянулось, а затем он начал смеяться. Кэрри опешила, но его смех был таким заразительным, что она тоже не удержалась и присоединилась к нему. Зип успокоился первым и протянул ей пострадавшую руку. Она вправила первый перелом и покосилась на него, но он даже не пикнул, только бровь слегка дёрнулась. Кэрри по праву могла гордиться своей задумкой: перчатка отлично выполнила роль лангетки. Она затянула липучку на его запястье и отошла.       — Что ещё ты хочешь для меня сделать? — Зип внимательно на неё смотрел с привычной лёгкой улыбкой, без малейших признаков какого-либо душевного расстройства.       — А ты ждёшь от меня ещё каких-то чудес? — прыснула Кэрри. — Мало того, что я прилетела за тобой на эту базу, привела тебя в чувство и зализала твои раны вместо того, чтобы надавать тебе тумаков?       — Возможно, это нескромно с моей стороны, но да, жду.       — Ладно, — Кэрри подошла к столу, взяла с него маски и протянула Зипу его щиток. — Но для этого тебе придётся взять меня к себе ненадолго.       — Что?       — Мне нужно стать твоей Неудержимой.       Он впал в ступор.       — Иначе чуда не произойдёт, — подзадорила его Кэрри. — Давай, это не так страшно, как тебе кажется. Тебе надо только надеть маску, отметить меня в Третьи на время и немного мной покомандовать. Может, тебе даже понравится.       Зип спрятал улыбку под щитком. Кэрри надела свою маску и скрестила руки за спиной, как на Арене в ожидании команды.       — Фурия, на передовую!       — Слушаюсь, командир!       Маячок в маске зафиксировал её зачисление в Третью группу и создал сеть из всех участников в навигационной системе. А вот и обещанное волшебство: маячка было два, а сеть строилась на троих. Они смогут найти Крыло.       — Нам туда, — скомандовала Кэрри и двинулась первой, следуя по сетке навигатора.       Зип взял позицию прикрытия и пошёл следом. Они оба играли в эту игру, хотя здание было абсолютно пустым. Возможно, это помогало им избавиться от полученного за день перенапряжения.       Они дошли до узкого коридора и остановились. Сперва Кэрри подумала, что ошиблась, но потом осмотрелась внимательнее, и её осенила внезапная догадка. Она заглянула в лифтовую шахту и поняла, что была права как никогда. Внизу распростёрся Крыло.       — Трос есть?       Зип кивнул и отстегнул от ремня моток альпинистской верёвки. Кэрри прикинула длину, намотав её на локоть, и удовлетворённо хмыкнула. Один конец обвязала вокруг талии, закрепив на поясе, второй протянула Зипу.       — Сможешь удержать? — поинтересовалась она, кивнув на его сломанные пальцы.       — Да.       Кэрри спустилась вниз и присела рядом с телом товарища. Бережно развернула его за плечи и сняла с него маску. В металле в районе виска что-то застряло. Кэрри сковырнула пальцем пулю. Так вот, что произошло. Работал на дальней, получил пулю в голову и свалился в шахту, а товарищи и не заметили его пропажи. Но маска пулю выдержала, отвела удар от прямого попадания, а это значит… Кэрри плотно прижала ладонь к шее мужчины. Толчок. Она вновь рассмеялась и перевернула маску. Вторая загадка так же была раскрыта: пуля повредила внутреннюю оболочку и закоротила контакты, рассеиватель телепатии работал на полную катушку и почти в ноль высадил батарею, а маячок, наоборот, отрубился полностью, как и фильтры. Так вот, почему Хайп его не мог найти. Слабые мозговые импульсы мутанта без сознания просто не пробивались через рассеиватель.       — Зип, — позвала Кэрри.       Он заглянул в шахту.       — Чудо заказывал? Здесь Крыло. И он живой.       Его плечи затряслись. То ли смеялся, то ли плакал.       — Тебе придётся тащить нас обоих, — предупредила Кэрри. — Я не смогу его нормально зафиксировать, длины не хватит. Попробую ногами в стену упираться, чтобы тебе легче было, но надо будет синхронно работать, а то мы все трое свалимся вниз.       Кэрри дополнительно обмотала верёвку вокруг бёдер и присела, проверяя натяжение. Как на стуле сидишь, но расслабляться было нельзя: если весь вес придётся на Зипа, то он просто улетит в шахту.       Кэрри поднырнула под Крыло, обхватила его за ногу и за руку и начала вставать. Мужчина оказался на удивление лёгким, но вывихнутую ногу всё равно свело судорогой от усилия. Ей пришлось вновь сесть на пол и затянуть наколенник до предела. Нога начала неметь, зато судороги прекратились. Кэрри ещё раз подняла Крыло и упёрлась ногами в стену, её тело дрожало от напряжения.       — Когда буду говорить шаг, подтягивай верёвку, — попросила она Зипа.       — Понял.       Он подёргал трос, проверяя натяжение.       — Шаг.       Аж голова закружилась, хотя они преодолели всего полметра.       — Шаг.       Опора пришлась на вывихнутую ногу, и у Кэрри искры из глаз посыпались. Она поспешила сменить позицию.       — Шаг.       Голова кружилась уже серьёзно. Кэрри пришлось наклониться к коленям, чтобы не потерять сознание.       — Не делай большие передышки, будет только хуже.       — Дай минуту.       — Сколько шагов осталось? Посчитай!       Кэрри посмотрела вниз, потом наверх. Не меньше трёх, четыре, чтобы наверняка.       — Четыре.       — Давай без передыха. Ты сможешь. А я подхвачу на финише!       — Готова.       Четыре отчаянных шага забрали все силы, но это заняло меньше пары секунд. Кэрри только успела испугаться, что они упадут в шахту, как уже оказалась наверху. Зип нагнулся вперёд, снял с неё Крыло и затащил его в коридор, а потом протянул руку и ей. У неё так дрожали ноги, что ему пришлось снова нагнуться в шахту и помочь ей вылезти.       Они развалились на полу, тяжело дыша. Датчик на маске Кэрри уловил её неровное дыхание и впрыснул в фильтр дозу кислорода. Девушка хихикнула. Они справились. Можно было лететь домой!

***

      — Майлз, — Бастион постучал в дверь начальника. — Поступила обраточка от твоей охотницы. Вертушка летит домой.       Майлз выскочил из кабинета, как чёрт из табакерки, и бросился на взлётно-посадочную полосу. Низкорослый Бастион за ним не поспевал. Они были первыми прибывшими, но благую весть уже разносили по всем углам, и народ подтягивался к месту события.       Хайто и Пульсар встали рядом с Майлзом. Они не переодевались, чтобы лечь спать, были экипированы так же, как и днём.       — Плакали мои сто баксов, — вздохнул Хайто.       — Если ты скажешь, что расстроен, то будешь человеком, получившим самое большое количество кругов за всю историю Арены, — пообещал Майлз.       — Чего сразу так, — обиделся командир Первых. — Не расстроен. Но думаю, что она Зипа пришибла. Не знаю, правда, как ей удалось.       — Хочешь обеднеть ещё на сотню? — предложил ему пари Майлз.       — Я сам эту сотню отдам, если она вернётся с Зипом, живым и здоровым, — пообещал Пульсар. — Я прикипел к этому мелкому поганцу, жаль будет его потерять.       Вертолёт сел. Наступила полная тишина, все напряжённо ждали. Дверь открылась, и Зип выпрыгнул первым. Его появление встретили овациями.       — Медиков позовите! — Он повернулся ко всем спиной и стал помогать с выгрузкой Крыла.       Страйк и Кевлар кинулись к нему и начали принимать посильное участие. Кэрри спрыгнула последней и согнулась от боли, приземлившись на вывихнутую ногу.       — Он живой? — Пульсар присоединился к осмотру и немало удивился, что Крыло дышит.       — Да, — подтвердила Кэрри.       — Как ты его нашла?       — Попросила Изобретателя перенастроить маски в режим групповой навигации. Маячок не работал, но по сетке вычислила, где должна быть недостающая маска. Теперь можно эту схему для подобных случаев использовать. Опробовано, доказано, работает.       — Неплохо, — обрадовался Пульсар.       — Хорошая работа, — к ним подошёл Майлз. — Фурия, Зип, в мой кабинет. Живо!       Зип вздрогнул, но подчинился и поплёлся за своим начальником. Кэрри, стараясь не хромать, присоединилась. Маски они решились снять только в кабинете, и Майлз сразу понял, почему. У Зипа были заплаканные глаза. У Кэрри был лиловый синяк на щеке, а верхняя губа здорово припухла и подёрнулась кровавой корочкой.       — Начнём с приятного, — сказал Майлз. — Рад, что вы все втроём вернулись живыми и здоровыми. На этом приятное заканчивается.       Он подошёл к Зипу и отвесил ему размашистый удар. Кэрри испуганно ойкнула от неожиданности.       — Я тебя предупреждал, — голос Майлза дрожал от гнева, — просил по-хорошему, но нет. Включил упрямого барана, приказ нарушил и оставил свою команду без головы. Так ты мне за всё хорошее платишь?       Он снова нанёс удар. Зип отлетел к стене и зажал лицо руками, из сломанного носа обильно пошла кровь.       — Майлз, — проблеяла Кэрри.       Но он так гневно на неё зыркнул, что она вжалась в стену и задрожала.       — Отошли её, командир, и продолжим, — попросил Зип.       — Достаточно того, что она мне указывает, что делать. Не хватало ещё, чтобы и ты, паскуда, мне начал говорить, что делать, когда и как. Да ты знаешь, на что я пошёл, чтобы тебя вытащить? Чем я рискнул?       Зип в упор посмотрел на Кэрри, но промолчал. Майлз это заметил и разозлился ещё больше.       — Ей полезно будет и посмотреть, и послушать! Её уже никакими штрафными кругами не напугаешь, всё равно будет всем пытаться что-то доказать. Просто чтобы ты знал, она пошла за тобой добровольно, потому что ты её обидел, и она решила тебе доказать, что у неё кишка не тонка, а заодно проучить меня, Хайто и Пульсара. Нормально так, один Ударный всех командиров учит! Извини, малыш, может, ты и хотела чувствовать себя триумфально после того, как вернулась, но я тебе этого не позволю. Тебе сегодня будет очень гадко, чтобы в следующий раз, когда ты решишь из своей жизни сделать разменную монету, ты дважды подумала. Это твоё наказание! А Зип мне в этом поможет, и это будет его наказание!       О том, что произошло в кабинете, все трое предпочли бы никогда не вспоминать. И Майлз, избивший Зипа так крепко, что тот добирался до своей комнаты практически ползком. И сам Зип, который не проронил ни звука за всё время, принявший наказание покорно и с готовностью, жалея только о том, что всё происходит на глазах у Кэрри. И Кэрри, которая плакала, забившись в угол, чувствуя себя беспомощно и беззащитно, как никогда прежде.

***

      У неё было два выходных подряд. Наградные, как сказал Майлз. Наказательные, как было на самом деле. Можно было бы отвлечься на тренировке или на вспомогательных работах, но всем дежурным строго настрого запретили пускать её на Арену.       Утро первого дня Кэрри малодушно проревела в своей кровати, накрывшись подушкой, чтобы соседи не слышали её подвываний. Один раз её накрыло с плача на невероятную злость на Майлза за то, что она, собственно, ревёт из-за него. Жахнуло разрывной волной так, что пострадали ни в чём не повинный стул и кухонный шкафчик, который сначала съехал набок, а потом вскрылся и изрыгнул на пол всю посуду. Естественно, на шум повысовывались все соседи, а Дрэд даже рискнул заглянуть в её окно. Кэрри запустила в него единственной уцелевшей тарелкой, которая вдребезги разбилась о раму. Дрэд пропал, но уже через пять минут в местном чате на коммуникаторе появился сигнал тревоги, что зона второго этажа первого кампуса объявляется опасной для прогулок и разговоров в связи с личными проблемами ежемесячного характера у одной из проживающих. Удружил так удружил, теперь все в курсе будут.       Кэрри разъярённым зверем пометалась по комнате, но потом успокоилась и оставшийся вечер посвятила тренировкам. В конце концов, покачать пресс да поотжиматься тоже полезно, заодно и гнев подвыветрился. К вечеру настолько измоталась, что провалилась в сон за минуту и проспала до раннего утра без кошмаров.       На второй день Кэрри решила, что пора бы вылезти из берлоги и начать возвращаться к обыденной жизни. Больше всего боялась встретить Зипа и той гнетущей неловкости, которую эта встреча сулила.       Она крадучись выбралась из своей комнаты и села на террасе с чашкой кофе, подражая своему обычному утреннему ритуалу. К её удивлению, Зип, напротив, не стремился её избегать. Едва хлопнула её дверь, как он свесился с балкона, чтобы убедиться, что это она. И пока она соображала, успеет ли ретироваться обратно в свою комнату, он перелез через перила и спрыгнул вниз.       — Угостишь кофе? Мой закончился.       Кэрри кивнула ему и ушла на кухню. Пока она заваривала новую порцию кофе, Зип арендовал стул у Дрэда и притащил его к её двери. Теперь точно от разговора не спрятаться. Она вздохнула, поделила приготовленные сэндвичи на двоих и налила кофе в чашку с отколотым краем.       — Извини, — она поставила нехитрый завтрак на столик, — у меня вся посуда битая, это самое приличное из того, что уцелело. Молоко, сахар нужны?       — Нет, я люблю чёрный, — Зип сразу же набросился на сэндвичи, как будто до этого его не кормили неделю.       Кэрри изучила его быстрым взглядом: на правой руке фиксирующая пальцы сетчатая лангетка, непонятная широкая скобка на носу, под глазами залегли тёмные синяки, и верхняя, и нижняя губа разбиты, но в разных местах, на ключице тоже виднелся кровоподтёк, частично закрытый футболкой, и оттого было не оценить его масштаб. Остальное тело под одеждой не видно, но можно было и догадаться, что всё выглядит не лучше.       — Исследуешь результат своей работы? — хитро прищурился Зип и отправил в рот очередной кусок сэндвича.       Кэрри поняла, что до сих пор стоит и пялится на него, и она быстро села, пытаясь скрыть своё смущение.       — Все думают, что это ты меня отделала, — продолжил Зип. — Никто же не знает, кроме нас, что произошло на самом деле.       Кэрри почувствовала, что у неё дрожат губы. Сейчас снова накатят слёзы.       — Боже, какая вкуснятина. Что ты туда кладёшь?       — Это просто сэндвич с ветчиной и сыром, — как он ухитрялся так быстро переключаться, как будто ничего особенного не происходило? — Ну разве что я его обжариваю, чтобы сыр растаял. И огурчик маринованный для хруста, — скомканно добавила Кэрри.       — Точно, — Зип помахал сэндвичем, — вот он, секретный ингредиент. И текстуру даёт, и нужную пикантность.       — Раз нравится, то бери и мой, — Кэрри рассмеялась и подвинула к нему тарелку.       — Майлз правду сказал про то, что пошла добровольно? — Зип опять переключился как ни в чём не бывало.       Кэрри покосилась на него, он выжидательно смотрел, прихлёбывая кофе.       — А с чего бы ему врать? Только помни, что это был приказ, и так это и должно остаться.       — И давно у тебя склонность к суициду? — Зип был на удивление бесцеремонен, совсем не характерно для него. — Когда первый раз пробовала?       — Прости?       — Когда ты первый раз попыталась наложить на себя руки?       — Это бестактно!       — Думаю, что в своём лагере. Нет, уверен, что там. Не уверен только в количестве раз.       — Единожды, — огрызнулась Кэрри. — И не тебе меня осуждать.       — Я не осуждаю, — буднично заявил Зип. — Я анализирую и делаю выводы.       — А мне не нравится быть предметом анализа.       — Что поделать. Ты не замечала, что мы крайне редко получаем то, что нам нравится? Твои сэндвичи, конечно, исключение.       Кэрри прыснула:       — Переходи к делу, Зип!       — Перейду, не торопи! Мне ещё один пункт непонятен. Майлз сказал, что ты пошла за мной, так как жутко была обижена. А я, хоть убей, не помню, чтобы чем-то тебя обижал. Так что я такого натворил и когда?       — Знаешь, ты был прав насчёт того, что у меня хорошо получается бегать. Гонял меня по всему комплексу так, что я все нормативы перекрыла вдвое, — Кэрри начала сердиться на него за устроенный допрос. — А вот насчёт того, что у меня вместо крови водица, ты, приятель, был не прав. И если ты посмеешь мне когда-нибудь это повторить, то я дам тебе в морду.       — Тю, — Зип расплылся в широкой улыбке, — так вот оно в чём дело. Ты, наверное, извинений ждёшь?       Кэрри повернулась к нему, глаза застилало жёлтым.       — Не дождёшься, — Зип забрал с тарелки её сэндвич. — Значит, сочла за оскорбление то, что я сказал тебе на тренировке? Ещё, небось, Майлзу речь прочла про то, что тебя как бойца обнуляют. Ну давай вместе проанализируем произошедшее. Что у нас делает хороший боец? Выполняет команды. Я командир, у меня другие задачи, мне таких хороших бойцов нужно на дело привести, особенности каждого учесть, да распределить их в бою так, чтобы и миссию выполнить, и живыми всех на базу вернуть. И вот я придумываю план, делаю свою работу и хочу только одного: положиться на своего бойца. Что я скажу ему «стреляй», и он выстрелит, скажу «убей», и он убьёт. Потому что так надо, потому что я на этом всю схему построил. А что начинаешь делать ты? Ты делаешь выводы, что я не прав, и действуешь на своё усмотрение. Это ты проявляешь неуважение и обнуляешь меня как командира. Ну и кто кого обидел? Не ты принимаешь решение всадить кому-то нож в грудь, я принял это решение за тебя, и ответственность на мне. Не можешь это осознать — грош тебе цена, я никогда такому бойцу не доверюсь.       Кэрри отвернулась от него, её лицо полыхало. Но Зип беспощадно продолжил:       — Для командира нет худшего дня, чем потерять своего бойца. Мы никогда не размениваемся вами просто так из прихоти. Поэтому, если мне нужно быть жёстким с вами на Арене для того, чтобы вы выжили в любом бою, я буду. То, что ты сочла жестокостью по отношению к Кевлару — это лишь тот же реальный бой, но в котором у него будет второй шанс. Он прекрасно владеет тренировочным ножом и уложил бы тебя им в два счёта, а вот настоящего лезвия боится. Есть у него такой пунктик, с которым приходится работать. А ты действительно в тот день была более чем непрофессиональна и каждое слово в свой адрес вполне заслужила. Я закончил, теперь можешь и в морду дать, как обещано.       — Извини меня, — Кэрри нашла в себе силы повернуться к нему, в горле стоял комок. Было обидно, но больше досадовала на себя, чем на него. — Это действительно я должна извиняться. Я не понимаю, почему я пропустила такие очевидные вещи. Мне даже в голову это не пришло, пока ты не озвучил. А теперь мне безумно стыдно!       Она не выдержала, спрятала лицо в ладонях и застонала от досады. Такой дурой она не ощущала себя давно. Зип спокойно допил кофе и отставил свою чашку.       — Извинения приняты. Я знаю, что ты очень умная, соберёшься и сделаешь выводы. Если они будут правильные, то ты научишься на своих ошибках, и у меня больше язык не повернётся говорить тебе, что мне такой боец не нужен.       — Я поняла. Спасибо!       — Славно, — Зип снова начал улыбаться. — Рад, что мы этот вопрос закрыли. Едем дальше.       — Это не всё? — застонала Кэрри.       — Нет. Теперь пора поблагодарить. Спасибо тебе за то, что вытащила моего парня из передряги! Отлично с масками придумала.       — Рада была помочь!       — И ещё про наказание, которое выдал нам Майлз, — Кэрри умоляюще замотала головой, но Зип это проигнорировал и продолжил: — избавляйся от чувства неловкости по поводу случившегося. Мы с тобой минуту назад обсудили, что то, что кажется тебе жестоким, делается для твоего же блага. Майлз поступил правильно. Тебе просто необходимо было прочувствовать то, что твои поступки способны отразиться на других, и он выбрал хороший способ. Сделай выводы, пусть это не будет напрасным. И ради всего святого, не заставляй его повторять этот урок. Майлз даже когда сдерживается, бьёт так крепко, что меня хватит ещё на пару раз, не более того, — Зип запрокинул голову и рассмеялся.       — Ты не обижен на него? — удивилась Кэрри.       — С чего бы? Я же говорю, он для каждого из нас выбрал нужный метод. Для меня свой, вот только я не стану объяснять тебе, почему именно такой, а для тебя свой. И ты не должна на него обижаться.       — Не могу, — Кэрри нахмурилась. — В жизни не чувствовала себя более беззащитной и беспомощной.       — Не туда тебя понесло, — предостерёг её Зип. — Не путай, когда он твой командир, а когда просто Майлз. Есть вещи, которые мы должны делать, а есть вещи, которые хотим делать. И порой это не одно и то же.       — И с тобой так?       — Да.       — Ты сейчас как командир Третьих говорил или просто как Зип? — Кэрри лукаво прищурилась.       — Отчитал тебя, как положено командиру. Хлёстко и больно, но по-другому ты не воспринимаешь.       — И справедливо, — дополнила Кэрри. — Даже спорить не буду. А если выключить командира на минуту, то ты всё равно считаешь, что я зря вернулась за тобой?       — Это был очень глупый поступок, — Зип вновь стал пасмурным. — Я, конечно, первый, кто должен быть рад, что всё обошлось, но в твоём поступке абсолютно не было логики. Тебе следовало взвесить всё более тщательно.       — Я взвесила, — Кэрри забралась на стул с ногами и упёрлась подбородком в колени. — И логика подсказала, что ты забьёшь меня до смерти, даже в красках обрисовала, как это будет, ведь я уже видела тебя за работой. И нет, вы с Майлзом не правы, я не делаю из жизни разменную монету, и у меня нет склонности к суициду. Я люблю жизнь по-настоящему, хоть она и поступала со мной как последняя сука, — Кэрри повернулась к Зипу и через силу ему улыбнулась. — Но разве всё измеряется только одной логикой? Разве можно проанализировать и разложить по полочкам всё, что угодно? Там, где разум сказал, что ты убьёшь меня, что-то другое слабо шепнуло мне, что ты сможешь остановиться. Да, с шансом один из тысячи, но ведь это и произошло. Разве это было логично?       Зип смотрел на неё в упор и, похоже, не понимал, о чём она толкует. Кэрри снова положила голову на свои колени, на её глаза навернулись слёзы.       — Я устала терять тех, кто мне дорог, потому что это, мать его, логично. Мне никто не давал шанса, так что же теперь, я не должна давать его другим? Кто придумал эти дурацкие правила? — слёзы потекли бурным потоком, она не могла их больше сдерживать. — Почему не может быть чего-то, что сильнее логики, сильнее всех обстоятельств? А может, наш внутренний компас способен вывести нас на правильный путь, просто нужно уметь его слышать и хотя бы раз просто слепо довериться ему?       Она вздрогнула. За время её тирады Зип успел переместиться со своего стула на корточки перед ней и теперь с любопытством изучал, как она плачет. Тот же практический интерес, что и к шрамам на её лице в первый день их знакомства.       — Любопытный феномен, — задумчиво произнёс он, — хотел сказать что-то умное, да весь словарный запас растерял, когда увидел, как ты плачешь. А ведь вижу тебя зарёванную не в первый раз. Может, дело в глазах? Обычно полыхают жёлтым, но не сегодня.       — Хватит меня анализировать, Зип! — одёрнула его Кэрри. Вот что за дурацкая привычка у командира Третьих? Сначала нормально общается, а потом начинает разбирать тебя на составные части. Не эта ли самая черта в ней самой так дико бесила Дженкса? Она даже начала понимать напарника, надо бы помягче с ним.       На террасу выбрался Дрэд и покосился на них. Заметил зарёванное лицо Кэрри и сразу же ехидно её подначил:       — Что, стыдно, что командира в синий цвет разукрасила?       Кэрри показала ему средний палец.       — Если хочешь извиниться, то просто выдай ему пару коробок своих орательно-извинительных.       — Зачем ему столько? — удивилась Кэрри.       Зип как-то странно сжался и замахал Дрэду, но тот уже выпалил:       — Он ими на аукционе торгует.       — Зип!       — Только излишками, честное слово, — он примиряюще заулыбался. — Ты их столько мне давала, что я набрал вес. Невозможно себя контролировать, рука сама за ними тянется.       Кэрри гневно рыкнула и заводила пальцем по смарт-часам, выискивая нужный чат. Зип смекнул, что пахнет жареным, и попятился. Дрэд смеялся над его попыткой улизнуть до слёз.       — Десять баксов за коробку? Ты издеваешься?       — Стартовая была три, — Зип уже перебирался по колонне на спасительный балкон третьего этажа, когда девушка это заметила. — Это же аукцион, покупатели повышали цену, — он в последний момент успел отдёрнуть ногу, чтобы Кэрри не схватила его за штанину. — А потом перестало на всех желающих хватать, и пришлось поднять стартовую до пяти. Это закон рынка.       — Ты тоже в этом участвовал? — Кэрри повернулась к Дрэду, он уже забирал свой стул обратно.       — Как можно, я же люблю тебя всем сердцем!       — Через мою учётку, — Зип свесился сверху и сдал подчинённого.       Было неудивительно, что после этого заявления в местном чате сектор второго этажа первого кампуса снова получил красную отметку с комментарием: «стихийное бедствие продолжается».