2
23 января 2023 г., 08:52
Аки старательно держал себя в руках, избегая глядеть, как Денджи за общим столом поедал рисовую кашу. Хотя, правильнее будет сказать — жрал, заставив всех послушников пересесть от него подальше. К слову, Денджи самостоятельно почему-то решил, что по какому-то неизвестному праву он должен сидеть с новоиспеченными соседями, хотя рядом — это громко сказано, потому что другие послушники, сострадающие их с Пауэр горю, потеснились, и вокруг Денджи образовалась зона отчуждения, в которой царил хаос. С кимоно он, к слову, так и не справился, и то, прямо как вчера, висело на середине его плечей, подпоясанное, словно он подвязал мешок с картошкой, а не форму одной из лучших школ охотников во всей Японии.
⁃ Сэмпай, — смущенно склонилась к Аки Кобени Хигасияма, потупив взгляд в пол. — Могу ли я обратиться к вам с просьбой сделать нашему новичку замечание?.. Он лезет руками в общую тарелку…
Хаякава оторвал взгляд от чашки чая, в которую старался глядеть неотрывно, дабы не дать волю эмоциям, и скосил взгляд на новенького, загребающего рис из котелка руками. Палочки тот начисто игнорировал, как и то, что каша, вообще то, оставалась довольно горячей. Хигасияма была до ужаса пугливой среди всех учеников храма, а учителем ее выступала напротив весьма уверенная в себе Химено-сенсей, периодически подтрунивающая над трусливой ученицей. Раз уж даже она не испугалась к нему обратиться — значит Денджи успел конкретно всех доконать.
Аки мысленно сосчитал до десяти, чтобы сдержать эмоции, а после спокойно и медленно проговорил:
⁃ Новичок, во время еды надлежит использовать палочки.
⁃ Я не умею, Аки-чан, — безо всякого сожаления пробубнил Денджи с набитым ртом, засовывая в и так полную пасть кусок лепешки.
⁃ В храме надлежит обращаться вежливо к старшим ученикам, — стерпев такое фамильярное обращение, проговорил Аки.
⁃ Ты мне ровесник, так что иди к черту.
⁃ В храме запрещено сквернословие, — чувствуя подкатывающий к горлу ком раздражения, выдал Хаякава.
⁃ Все у вас запрещено! То запрещено, это запрещено! — на четыре тона громче положенного возмутился Денджи, заставляя остальных раздраженно поморщиться. — Что вообще здесь можно?!
⁃ В храме надлежит соблюдать тишину и поддерживать спокойствие, — почти прошипел вечно холодный Аки, заставив послушников с лёгким удивлением окинуть его взглядом.
⁃ Да брось ты, Хвостик! — бодро сообщил Денджи, хлопнув ему по плечу грязной рукой.
И ровно на этом моменте терпение Аки лопнуло, будто мыльный пузырь. Никогда ещё никому не удавалось так быстро вывести его из натренированной блокады собственных чувств, либо он просто слишком долго копил все в себе. Хаякава медленно вырос на ноги, борясь с желанием крепко приложить Денджи по голове.
⁃ Приятного аппетита, — негромко раздалось со стороны сёдзи, и Аки одним движением рухнул назад на колени.
⁃ Спасибо за еду, Макима-сенсей, — хором отозвались послушники, кланяясь головами.
⁃ Аки-кун, Денджи-кун, вы уже закончили трапезу? — осведомилась женщина, отводя свой неизменный расписной зонтик чуть в сторону.
Новичок выдал что-то абсолютно невнятное, потому что рот его был полон, а Аки тихо оборонил:
⁃ Да, сенсей.
⁃ Тогда проследуйте за мной, мне нужно с вами поговорить. И собери волосы, как подобает послушнице храма, Пауэр.
У шебутной девчонки всегда с этими были проблемы, и из положенной косы у неё вечно неаккуратно выбивались прядки.
Макима как всегда не стала их дожидаться и медленно поплыла прочь от сёдзи. Аки тут же поднялся на ноги, выходя из-за стола, брезгливо отряхивая грязь от руки новичка с плеча, а Денджи напоследок запихал в рот ещё пригоршню рисовой каши, а после и не преминул возможностью засыпать в карман кимоно горсть орехов.
В зале, в котором Макима проводила свои индивидуальные занятия, как всегда было пустынно и тихо. Правильнее сказать, было бы, если бы не Денджи, который с порога заявил:
⁃ Красивая тетенька, а если эти штуки убрать, крыша на нас упадет? — ткнув пальцем в деревянные колонны, поддерживающие потолок, громко спросил новичок.
И Макима, едва ли не впервые на памяти Аки, тихо и мелодично хихикнула себе в ладонь, заставив Хаякаву сжать кулаки.
⁃ Если убрать все — может, — негромко оборонила женщина. — Но мы не будем с ними ничего делать. Присядьте, мальчики.
Аки опустился на колени максимально далеко от неотесанного новенького, а Денджи шлёпнулся прямо на задницу, вытянув ноги вперёд себя.
⁃ Денджи, меня зовут Макима, — обратилась она к мальчику, спрятав кисти рук в рукавах кимоно. — Тебе следует обращаться к учителям, добавляя к имени «сенсей». Я буду признательна тебе, если ты послушаешь моего совета. Твоим учителем по общим дисциплинам будет Кишибе, с ним ты уже знаком, но, помимо них, ты будешь и моим учеником. Учти, я беру на свои уроки далеко не всех учеников.
Денджи просиял, горделиво выпятив грудь, и даже немного покраснел от смущения, пока Аки лишь плотнее сжимал кулаки. Этот неотесанный оборванец не стоил и взгляда Макимы, не то, что ее уроков.
⁃ Тебе следует прислушиваться к старшим и твоим братьям и сёстрам по учению, чтобы стать прекрасным мужем и зажить новой жизнью и без нашей помощи, — Макима замерла напротив них. — Но тебе предстоит многое нагнать и многому научиться, а чтобы это вышло быстрее, я решила приставить к тебе Аки-куна, чтобы тот направлял тебя и помогал в обучении.
Хаякава бы подавился воздухом, если бы не замер до этого, вовсе не дыша.
⁃ Прислушивайся к своему семпаю, Денджи-кун, — коротко улыбнулась она, потрепав мальчишку по светловолосой голове.
Тот покраснел ещё гуще и даже закивал.
⁃ А теперь ступай тренироваться, а ты, Аки-кун, останься.
Денджи выкатился из зала кубарем, зардевшийся и, как всегда, шумный. Аки же, опомнившись, попытался усмирить свои эмоции, делая глубокие вдохи и резкие выдохи, разжимая кулаки.
⁃ Аки-кун, — женщина легко и изящно, как присуще было только ей, опустилась на колени прямо перед ним, в несчастных пятнадцати сантиметрах, разделяющих их колени. — Долг обязывает меня сказать сейчас, что злость непозволительна, но мне, отчего-то, не хочется это делать.
Хаякава судорожно вздохнул и обратил свой взор на точеное лицо женщины, сидящей перед ним.
⁃ Отчего ты злишься, Аки-кун?
Она едва заметно подалась чуть вперёд корпусом, а Аки растерянно приоткрыл свои тонкие бледные губы, глядя на ее — пухлые и алые.
⁃ От того, что придётся ещё больше возиться с этим невежей, — тихо выдал Хаякава, тут же склоняя голову в готовности принять наказание.
⁃ И лишь от этого? — изогнула губы в мягкой прекрасной улыбке женщина.
Аки замер. А не проверка ли это? Не поднимется ли сейчас Макима, и не скажет ли, что Аки — недостойный ученик, поскольку так и не научился сдерживать хотя бы злость по отношению к такому отбросу, как этот деревенщина?
Но Макима, словно и ждав от него ответа, вдруг сама подалась ещё ближе вперёд, а Аки зажмурился, испугавшись такой близости, и вновь сжал кулаки, только уже от волнения.
А после на его впалую щеку легла изящная ладонь, мягко огладившая большим пальцем выступающую косточку скулы.
⁃ Ни один другой ученик никогда не сможет для меня стать дороже и ценнее, чем мой самый любимый и дражайший ученик, — тихо-тихо проговорила женщина, поглаживая его щеку, заставляя Аки бездумно к ней прильнуть.
Ее тёплое дыхание касалось его лица, а его собственное дыхание пережималось от безудержного восхищения и счастья — Макима-сенсей касалась его и была так близко.
⁃ Будь хорошим семпаем для этого нового ученика, Аки-кун, — она отпрянула, оставив от себя лишь фантомные чувство руки на щеке. — Ступай тренироваться.
***
⁃ Дед, а почему мы не со всеми мечами машем? Поляна в небольшом лесу невдалеке от храма была ярко освещена зенитным солнцем, зелёный, преобладающий там над всеми остальными цветами, ярко выделялся под солнечными лучами, едва не слепя глаза. Множество соек, перекрикиваясь друг с другом, наполняли все пространство своим пением. Денджи сидел на пятой точке и провожал летающих туда-сюда птиц взглядом. Кишибе, сложив ноги под собой, сидел у огромного дерева и курил трубку, медленно и размеренно. ⁃ Рано тебе ещё. Пока что будешь пользоваться этим, — глаза старика были полуприкрыты, именно поэтому Денджи не ожидал, что ему в лоб ровно рукоятью прилетит боккэн. Когда послушник схватился за приобретённую ссадину и громко зашипел, учитель встал и развернулся лицом к стволу древнего дуба, положив руку на рукоять принесенной заранее катаны. — Смотри внимательно, покажу всего один раз, дальше будешь сам. Кишибе достал катану и, слегка замахнувшись, без малейших трудностей отрубил толстую ветку у самого основания дерева. ⁃ Теперь ты, а я тебя, если что, поправлю. ⁃ Не-не-не, дед, так нечестно! — поднял он боккэн и потряс им в воздухе. — У тебя-то меч настоящий, а у меня деревяшка дурацкая! Учитель коротко вздохнул и жестом подозвал к себе своего ученика, после чего вытянул руку, говоря, мол: «давай сюда». Схватил рукоять и, вновь несильно замахнувшись, отрубил другую ветку обычным деревянным мечом для тренировок. Денджи подскочил к обрубку и пристально оглядел идеально ровный срез, после чего выхватил своё оружие из рук учителя и досконально проверил его, несколько раз даже проведя ладонью по «острию» меча. ⁃ Колдун ебучий… — буркнул он себе под нос и, задумавшись на секунду над весьма интересной мыслью, внезапно воссиял. — Дед! А я так же смогу?! ⁃ Лет так через сорок, — Кишибе стоял и разминал плечо, придерживая его другой рукой, — но это если выживешь. ⁃ Чего? — Денджи слегка приподнял голову и в прямом смысле этого слова завис, пытаясь обдумать услышанное. — В каком смысле «выживешь»? ⁃ В прямом. Не забывай, что мы — охотники на демонов. Каждый день нас могут разрубить, разорвать или даже сжечь — зависит от демона. ⁃ Слушай, старик, — округлившиеся глаза юнца говорили о многом, — а можно я останусь тут, но не охотником? Монахом там буду или ещё кем. ⁃ В целом, я не против, — Кишибе почесал голову и вновь уселся на траву напротив обрадовавшегося ребёнка. — Но тогда я лично распоряжусь, чтобы тебя под страхом смерти никто не кормил. ⁃ Меч так надо держать? — уже встав в нисколько не правильную стойку спросил Денджи. ⁃ Нет, слегка выше, и сжимай крепче, балда, он у тебя так при первом ударе улетит.***
⁃ Ты можешь отдохнуть, — не слишком сочувственно бросил Кишибе, с некоторым разочарованием глядя на пыхтящего Денджи, рухнувшего от усталости на колени, пытающегося отдышаться. ⁃ Вот уж спасибо за разрешение… — пробубнил себе под нос мальчик. Нескончаемая, казалось, энергия новоиспеченного послушника куда-то делась, и тот, сидя на земле, хватал ртом воздух. Никогда бы он не подумал, что устанет от простого махания палкой, ведь с дыхалкой у него все было не так плохо — каждый божий день приходилось быстро и далеко убегать от кого-либо, будь то собирающиеся поколотить его взрослые, или дети, кидающиеся камнями и обзывающие демоном за острые клычки и светлые волосы. Бывало, что он падал без сил от голода или из-за побоев, но чтобы от усталости? Такое случалось впервые, и Денджи с толикой удивления смотрел на свои руки, которые, спустя час битья по дереву, адски болели и будто вибрировали, мелко-мелко дрожа. ⁃ Ты неправильно дышишь, так только хуже будет, — Кишибе стоял над обессиленным мальчиком и в десятый раз за день забивал табак в трубку. — Восемь секунд вдыхаешь носом и четыре секунды выдыхаешь ртом. ⁃ Дед, я… — слегка притормозил Денджи свою речь, смутившись и сразу же после насупившись, и претензионно бросил, — я считать только до трёх умею. ⁃ Надо будет поговорить с монахами, чтобы подучили тебя считать и писать, — проговорил учитель исключительно на выдохе, потирая переносицу двумя пальцами. — Просто медленно вдыхай носом и быстро выдыхай ртом, это-то ты сможешь? Молодец, так и дыши, пока не вернусь. Кишибе закинул катану за плечи и скрылся за кроной деревьев в направлении храма. Денджи, разумеется, и не думал дышать каким-то там специальным способом, и поэтому, как только убедился, что старик точно ушёл, завалился на спину и раскинул руки в стороны, уставившись глазами в ясное небо, которое точно не обещало никаких дождей на сегодня, чистое от облаков. Всё-то тут он делает неправильно, всё надо делать по-особому. Шуметь нельзя, бегать нельзя, быстро есть нельзя, да и тренировка эта вряд ли была первой и последней. В этом храме гораздо тяжелее, чем в деревне, хоть там и избивали раз в несколько дней. Но тут хотя бы кормят, и спать есть где, так что о деревне можно смело забыть. Только интересно, как… ⁃ Всё, подъем. — Кишибе тихо вынырнул из-за одного из деревьев и кинул в мальчика шишкой. К чему Денджи никак не мог привыкнуть — так это к умению всех учителей ходить так, что даже его приручённый слышать каждый шорох слух не справлялся с выявлением их шагов. — У тебя гость. Чуть погодя, практически сразу за учителем, на поляну вышел Аки, окидывая взглядом всё вокруг себя. ⁃ Кишибе-сенсей, зачем мы здесь? — глаза его, оглядев уже всё, уставились на поднявшегося на ноги новенького. ⁃ Я бы хотел показать этому шкету разницу между ним и остальными послушниками, — учитель стряхнул с юкаты налипший ельник и прошёл к своему, видимо, любимому месту, усевшись и оперевшись спиной о толстый ствол. — Так что, ребятки, вас ждёт небольшой спарринг. ⁃ Что нас ждёт? — слова этого Денджи не понимал, но ничего хорошего оно явно не сулило. ⁃ Говоря твоим языком — «драка», — Хаякава стоял в нескольких метрах от своего оппонента и с некоторым презрением смотрел на него, после чего перекинул взгляд на учителя. — Но, сенсей, зачем тут я? На него хватило бы кого и из младших послушников. ⁃ Ты сейчас чего, типа выебнулся? — полный недовольства вскрикнул светловолосый послушник, сжав руки в кулаки и слегка согнув ноги. За свою жизнь ему нечасто приходилось драться, но этот чернявенький много себе позволял. Не хватало ещё, чтобы он решил, что Денджи и в правду будет его слушаться и звать каким-то там семпаем. Так что мальчик встал в максимально эффектную, как ему казалось, боевую позу и постарался всем видом показать своё недружелюбие, когда ему в висок на огромной скорости прилетел маленький камушек, заставив нерадивого ученика схватиться за голову. Тот едва не упал на колени, но в последнее мгновение удержался на ногах и, выровнявшись, с какой-то детской обидой посмотрел на сенсея. ⁃ Если я ещё раз услышу, как ты сквернословишь на территории храма — получишь пятьдесят ударов кнутом, и я лично прослежу, чтобы исполняющий наказание монах не халтурил. ⁃ Но мы же не в храме! ⁃ Помолчи уже, — Кишибе жевал какую-то травинку, откинув голову назад, уткнувшись затылком в дерево. — Спарринг начинайте когда будете готовы. Подходите друг к другу, поклон и начали, — добавил уже своему новому ученику. Аки поправил свою форму, подтянув и подвязав покрепче пояс, и двинулся к оппоненту, встав напротив него. Тот в который раз сжал кулаки и буравил своего семпая грозным взглядом карих глаз. Несмотря на его удивительно похвальное рвение к бою, абсолютно каждому в храме был бы понятен результат этого показательного выступления, так что Хаякава вновь окинул новенького презрительным взглядом и, уперев кулак одной руки в раскрытую ладонь другой, нагнулся в поклоне. Денджи же, не дожидаясь окончания всяких там церемоний, замахнулся посильнее и ударил ногой по яйцам не успевшего даже разогнуться Аки, после чего, не теряя на ожидание ни секунды, кабанчиком полетел к ближайшему дереву и шустро залез на высокую ветку, забыв о боли в руках. Хаякава, не ожидавший таких событий, упал на колени, схватившись за причинное место и тихонько постанывая. Даже на никогда не отражающем эмоции лице Кишибе были видны следы удивления: глаза его, широко раскрытые, взирали то на корчащегося от боли ученика, то на Денджи, лежащего на широкой ветке и истерически хохочущего над «медленным хвостиком». ⁃ Ну-ка слез оттуда и подошёл ко мне, — голоса учитель не повышал, но по общему его настроению Денджи прекрасно осознал тяжесть проступка. ⁃ А бить не будешь? ⁃ Быстро слез, — отчеканил по словам Кишибе и положил руку на рукоять вакидзаси. ⁃ Всё-всё, слезаю! — у мальчика не было ни малейшего сомнения, что этот монстр в теле старика сможет как-то допрыгнуть и достать коротким клинком до ветки, и он, изредка пыхтя, спустился по стволу дерева. Внизу его уже ждал сенсей, тут же схвативший своего ученика за ухо и потащивший к уже поднимающемуся на ноги Хаякаве. Кишибе ослабил хватку лишь посадив Денджи на колени и ткнув его головой в землю. ⁃ Во первых, мы всегда кланяемся друг другу перед боем. Во-вторых, мы никогда не бьем в пах во время спарринга. Тебе это понятно? ⁃ Да-да-да, я понял! — ухо, красное от боли, будто горело, с такой силой его сжал старик. ⁃ Тогда ещё раз, — он отошёл от учеников, пнув валяющуюся под ногами шишку. — Начинайте когда будете готовы. В этот раз Аки подошел к сопернику уже с долей сомнения, но надежда на расправу покрывала риски, и Хаякава вновь поклонился. Та же самая не успевшая забыться боль прошила всё его тело. Только снова оказавшись на коленях, он заметил удаляющуюся в темпе к дереву русую голову. Денджи все также проворно забрался на ту же ветку, но в этот раз он не хохотал, но с опаской глядел на учителя непривычно виноватыми глазами. ⁃ Спускайся, — голос Кишибе был как всегда тихим и спокойным, что шло вразрез с ситуацией. ⁃ Дед, я не специально! Я так просто привык, я всегда… ⁃ Спускайся давай, — старик стоял под самым деревом и потирал переносицу в тысячный раз за прошедшие двое суток. ⁃ Я спускаюсь, только ухо не оторви! Денджи во второй раз более шустро слез с дерева и, насупившись и смотря куда-то в сторону, подошёл к старику. Кишибе встал на одно колено перед своим учеником и положил руку тому на плечо. ⁃ Ты, кажется, чего-то не понял. Давай я объясню. Все инстинкты мальчика сразу закричали об опасности, и тот, рванувшись в сторону, собрался удрать, но сильная рука учителя крепко сжимала его за плечо, чуть ли не ломая то. В следующую секунду сенсей коротким движением ударил Денджи под дых с такой силой, что тот точно улетел бы спиной в дерево, не держи его учитель другой рукой. ⁃ Значит так, слушай сюда, мелкий коровий шлепок, — Кишибе приблизился к послушнику и шептал тому чуть ли не в ухо самым обычным своим спокойным голосом, отчего становилось ещё страшнее. — Тут никто не собирается терпеть твои дрянные выходки. Я тебе не добрый учитель, который будет подтирать за тобой жопу. Я — твой сенсей, цель которого сделать так, чтобы ошибка природы в лице тебя имела хоть какие-то шансы выжить там, во время первой охоты. Ты меня понимаешь? Головой хоть кивай. С этого дня ты будешь послушно выполнять все мои приказы, и обращаться ты ко мне будешь «Кишибе-сенсей». Ты понял, о чем я? ⁃ Зря вы так, Кишибе-сан. Вся троица обернулась на высокий голос, остановив глаза на стоящей под расписным зонтом красноволосой девушке. Та медленным шагом двигалась к упавшему на пятую точку Денджи, вертя своим неизменным аксессуаром в руке. Кишибе одним большим шагом отстранился от своего ученика и слегка склонил голову. ⁃ Добрый день, Макима-сан, — Денджи казалось, что старик сейчас должен как минимум провалиться под землю от стыда, но, судя по тому, что на лице его не дрогнул ни единый мускул, произошедшее вполне себе было нормой для этого места. — Я тут проводил небольшую воспитательную беседу со своим учеником. Чем мы обязаны? ⁃ Я хотела понаблюдать за первой тренировкой нового послушника, — Макима склонилась над схватившимся за живот мальчиком и протянула тому руку. — Денджи-кун, очень болит? ⁃ Да нет… Меня и посильнее били, — это была наглая ложь. За всю свою недлинную жизнь он не видел никого даже хоть сколь-либо близкого по силе с этим стариком. Хаякава, вскочивший с места едва услышав голос Макимы, стоял в сторонке и украдкой смотрел на своего сенсея. Солнце, сдвинувшись уже с середины неба, било лучами по ней, дополнительно освещая ее и так светлое лицо. Вот только почему она уже в который раз улыбается этому оборванцу? Денджи встал, схватившись за руку красноволосой девушки. Чернявый вздрогнул. Его грязная, чёрт знает когда в последний раз мытая рука касалась руки Макимы-сенсея. ⁃ Денджи-кун, то, как ты поступил с Аки-куном, непозволительно. Ты можешь пообещать мне больше так не делать? ⁃ Ну, даже не знаю, — он показательно почесал затылок и бросил, — если чмокнете в щёчку — пообещаю! Аки весь напрягся, едва не скрипнув зубами. Ещё чего, чтобы она, и тебя… Макима звонко хихикнула, прикрыв улыбку ладонью, после чего медленно наклонилась и аккуратно поцеловала ошалевшего от такого счастья послушника, так же медленно отстранившись от него.***
⁃ Уходи отсюда. ⁃ Чего? Так ты ж меня сюда привёл, — задворки храма, в которые Хаякава буквально за руку привёл Денджи, уже не освещались закатным солнцем, и послушники стояли в полумраке, скрытые от лучей стеной высокого здания. ⁃ Из храма уходи, — Аки стоял, оперевшись спиной о стену и скрестив руки на груди, и исподлобья смотрел на новенького. — Ты тут никому не нужен, только место занимаешь. ⁃ Чего ты сейчас сказал? — Денджи сжал кулаки и подошёл к своему товарищу, остановившись в паре дюймов от него. ⁃ Скажу по-другому: пошёл вон отсюда. ⁃ Нихера подобного, никуда я не уйду! Тут кормят, дают спать в доме, есть, где мыться, да и проклятым не называет никто! — светловолосый мальчик наклонился вперёд и едва ли не орал, брызжа слюной. — А ещё меня тут впервые поцеловали в щёчку! Денджи сам не понял, как оказался на земле, он успел увидеть, как Хаякава кратко замахивается, но ничего не смог сделать и просто выбросил руку вперёд, но кулак соперника оказался быстрее и достиг своей цели. Острые клычки прокусили, казалось, насквозь нижнюю губу, ноги младшего послушника подкосилось, и он рухнул наземь. Хаякава же его, не давая и шанса прийти в себя, тут же пнул ногой русую голову, чуть ли не свернув тем самым худую шею. ⁃ Я буду избивать тебя, пока не скажешь, что уходишь. ⁃ Я не уйду. — отчеканил мальчик по словам, держа рукой получившую уже дважды за вечер челюсть. — Может, если буду себя хорошо вести, меня ещё поцелуют. ⁃ Мразь! Теперь на крик сорвался Аки и, потеряв всякий контроль, со всей дури ударил Денджи по области печени, отчего тот принял слишком привычную для себя позу — сжался комочком и прикрыл тоненькими ручками голову. Хаякава же следующие три минуты, не жалея ни себя, ни врага, от всей души лупил того, всё время выкрикивая что-то вроде «Чёртов бродяжка!» или «Катись ко всем чертям!». Он остановился лишь тогда, когда его жертва перестала даже мычать в ответ на удары, после чего поднял Денджи и, схватив его за грудки и прижав к стене, вновь ударил по челюсти, сразу же вновь бросив того уже в другую сторону. ⁃ Почему ты просто не уйдёшь?! — Хаякава приподнял русого мальчишку за волосы и ударил коленом по лицу, откинув тем самым в сторону тощее тело. ⁃ Просто не хочу… — лежащему в собственной крови Денджи было трудно говорить, но он с усилием перевернулся на скину и посмотрел в ярко-зелёные глаза своего мучителя. — Тут просто гораздо лучше, чем там, в деревне… Хотя откуда тебе знать, сколько помнишь себя — жил в этом дворце… — сплюнул в сторону кровь, окропив багровым светлую стену храма. — Ты ел жареное мясо, а не сырые очистки от картошки. Пил чистую воду из колодца, а не грязную дождевую из чертовой лужи. Даже спишь на толстой мягкой тряпке, а я всегда спал на земле! — голос его, тихий и слабый вначале, отчего-то окреп и вернулся к прежней громкости, сил хватило даже на то, чтобы приподняться на локтях. — Так что, если будешь ещё бить, постарайся закончить побыстрее, не хочу ужин проебать! Аки стоял и смотрел на худющего мальчишку, который пока не успел даже раздобреть после вечной голодухи, и теперь лежал весь покрытый синяками и собственной кровью. Теперь Макима-сенсей точно разочаруется в нём и отстранит на время от занятий с ней, если и вовсе не откажется от него. Нужно было ещё постараться так глупо потерять терпение, не совладать со своими эмоциями. Денджи вновь сплюнул кровью на землю и посмотрел Аки в глаза. Хаякава нахмурил лоб и отвернулся, слегка покраснев. ⁃ Давай, помогу встать, — всё так же не глядя, он протянул к новенькому руку. ⁃ Чего? — Денджи искренне недоумевал, раскрыв глаза и таращась на неожиданно смутившегося семпая. — Совсем ебанулся? ⁃ Вставай давай. Отведу тебя к монахам, пускай подлечат. ⁃ А что ты им скажешь? — Удивление Денджи никак не мешало ему принять помощь, и он, схватившись за предплечье Хаякавы, с огромным трудом встал. ⁃ Как есть, — Аки коротко вздохнул, поднырнув под младшего товарища и подняв того на спину. — Скажу, что это я тебя избил. И приму наказание.
