Часть 4
1 апреля 2023 г., 18:10
И пока спокоен был Лев-богатырь, спокойна была и дружина его. Не раз воевода с денщиком его Иваном Никитичем показывали пример храбрости в бою. Знали бойцы: пока с ними воевода - ни один враг не одолеет царства. И не только воины, но и каждый неслуживый житель, будь то сельчанин или горожанин, купец, ремесленник али человек искусства, оказывал почет Льву-богатырю не меньший, чем покойному Владимиру.
Но вот вдруг как-то начало меняться всё. Пройдёт ли воевода по улицам со своею дружиной, заглянет ли в трактир - не улыбнется, как прежде, честной люд любимому богатырю, даже наоборот, хмуриться стали люди при встречах, торопятся поскорее уйти с пути Льва-богатыря, опуская глаза долу. Но богатырь до поры не задумывался о причине этих странностей.
Однако один случай всё прояснил. Возвратясь однажды с охоты, зашёл воевода в трактир, вина крепкого испить. Верный друг, Христиан-посол, сопровождал Льва. И пока слуга шёл в погреб, услышал Лев-богатырь из дальнего угла разговоры, где и его имя звучало:
- Неверный Лев-воевода, и всегда был неверным! Примазался ко Владимиру, когда помы́кался по белу свету, а потом честь и славу урвать почём зря хотел без долгой службы! Не нужен нам такой царь. Перебежчик он ненадежный.
Кровь прилила к щекам богатыря, уж и не до вина ему было. Быстро подошел воевода в тёмный угол к наглецам. В сумраке узнал он жёлтые глаза Иосифа-чернеца, сидевшего во главе стола. Вокруг сидели незнакомые воеводе мужики: один белый, плешивый, с жабьими глазами навыкате, глубокомысленно поджимал тонкие губы, другой низкорослый, с круглым, как блин, лицом, в одежде солдата, всё время залихватски ударял ладонью по столу и хохотал. В глазах его не было проблеска мысли. Третий и вовсе напоминал собой злющую бабу. Кто ж такие-то, что и на людей мало похожи? Тут Лев-богатырь заметил рядом с чужаками Николая-книжника, который, как всегда, безмятежно улыбался и явно не возражал против такой подозрительной компании. А рядом с ним - Григорий-глашатай.
Иосиф приподнялся, широко махнул рукой, точно черный ворон крылом. Растянулись губы в улыбке:
- Здравствуй, воевода! Выпей с нами, коль не брезгуешь.
Нахмурился воевода. Почему богатыри веселятся с уродливыми чужаками?
- Благодарю покорно, - холодно бросил богатырь. - А только не привык я к застольям с чужаками. - и ушёл, обернувшись напоследок в сторону Григория и Николая.
***
...Вот и терем родной! Свет-краса Натальюшка встречает у порога, и чувствует суровый воевода, как наполняется его сердце теплотой. Много на своём веку видал богатырь молодых пригожих девиц, но только одна завладела его душой, Натальюшка родимая. И была она дороже богатырю всего на свете, кабы сказали ему отречься от военного дела во имя свет-красы Натальи - отрёкся бы не задумываясь! Только вот затуманились печалью синие глаза супруги, как будто лазурное небо тучами дождливыми заволокло. - Что опечалило тебя? - ласково вопрошает богатырь, прижимая русую головку супруги к груди. Вдыхает Наталья: - Тревожно мне, муж мой милый. Откуда пришел этот чужак, Иосиф? Не верю я, что он царский богатырь. А ведь многие сблизились с ним, и Николай-книжник, и особенно Григорий. Глашатай, не казначей. - Откуда знаешь? - отпустил воевода жену. Та оправила косынку: - Часто он бывает в тереме глашатая, все говорят. Ну, скажи, Лёвушка, откуда он взялся, ровно как чёрт из коробочки скомороха? Почему до смерти Владимира о нём никто не знал? - Это жизнь, Натальюшка, если бы все всё знали наперёд, то был бы на всём свете золотой век. И мне этот чужак не по душе, время покажет. А Гришка... Это его печаль, пусть себе водит дружбу, с кем угодно. - Смотри, Левушка, опасаюсь я, чтобы не задумал он чего недоброго. Себя глашатай давно в цари метит, может пойти против последнего царского слова. Хитростью взойти на престол... - Хитрый он, да не дурак, свою голову подставлять не захочет. Не в почёте Гришка у богатырей и народа. Знает, что на всякую силу другая сила сыщется. Поживём - увидим, Натальюшка.
