Безусловная преданность

Сяо кажется, что он вот-вот упадёт в обморок. Он жмурится, пытаясь избавиться от пелены слëз перед глазами, до боли сжимает кляп в зубах, а еще старается не скулить так жалобно, но получается из рук вон плохо. Поза жутко открытая — связанные под коленями руки прижимают бедра прямо к груди, выставляя всего себя напоказ, но это далеко не самая большая проблема. Член зажат в чертов пояс верности, а прямо в заднице вибрирует игрушка — и вот это уже вполне тянет на проблему, потому что Сяо уже почти больно, но он едва ли может что-то сделать, кроме как ронять протяжные стоны и дрожать от перевозбуждения. Итэру, кажется, совершенно его не жаль. Он сидит на другом конце дивана, и Сяо не видит, чем он там занимается, зато всем своим нутром чувствует, когда тот в очередной раз регулирует мощность вибрации. Сяо вновь жмурится до звёзд перед глазами. Пластиковая клетка больно сдавливает возбужденный член. Сяо никогда не думал, что в этом орудии пыток в принципе можно возбудиться, но теперь на собственной шкуре убедился, что возможно. Еще как возможно. Вибрация вновь падает на минимум, и Сяо мычит благодарно, потому что игрушка уже, кажется, битый час стимулирует его изнутри и кончить хочется так сильно, что хватило бы одного касания, но пояс не позволяет. И Итэр не позволяет тоже. Сяо хочет взмолиться, когда вибрация вновь начинает нарастать и волнами накатывать на уставшее, перевозбужденное тело. Это настоящая пытка. Сяо чуть ëрзает на месте, вновь срываясь на жалобный стон. Ему плохо и хорошо одновременно. Он возбужден до крайней точки, он сгорает от боли и удовольствия, а еще дрожит в такт вибрации, и голова идет кругом от мысли, что он, вероятно, всё же сможет кончить даже в этом ненавистном ему поясе, за что потом получит хорошую порку в качестве воспитательной меры. Ему уже всё равно. Вибрация нарастает ещё сильнее. Сяо весь сжимается изнутри, пытается сдавить член бедрами, но это не помогает, только делает хуже от осознания, что единственный, кто может сейчас как-то ему помочь — это Итэр, связавший его со словами «тебе точно понравится». Ему не нравится. Точнее не так. Сяо уверен, что эти мгновения он будет вспоминать с наслаждением на утро, потому что любую из их сессий он всегда вспоминает с приятным тянущим чувством внизу живота и болью во всем теле, но сейчас… Сейчас он просто хочет кончить. — Малыш устал? — издевательски спрашивает Итэр, и Сяо почти срывается на плач, когда пылающие яйца чуть сжимают требовательные пальцы. Перед глазами звëзды. Сяо всего передергивает от яркой вспышки, пробежавшейся по телу, а потом он чувствует лишь болезненное облегчение. На мгновение все ощущения меркнут. Кажется, будто вибрация прекратилась, а еще что член освободили из пластиковых оков, но через пару секунд всё возвращается с новой силой. Он не понимает, кончил ли он или его просто сотрясло в сухом полу-оргазме, но одно он понимает точно — вибрация никуда не делась, наоборот, словно стала еще сильнее, а член будто заново налился свинцом. Теперь становится по-настоящему больно. Игрушка внутри снова и снова стимулирует раздраженные стенки, бедра лишь сильнее пробивает дрожью, а жалобный скулёж уже не получается сдерживать. Сяо хочет начать умолять — о том, чтобы из него достали игрушку, чтобы с него сняли это орудие пыток, а еще чтобы его уткнули лицом в подушку и трахнули так, что собственное имя из головы вылетело бы… Но кляп не дает произнести ни слова. Сяо стонет почти истерически, когда вибрация вновь увеличивается, а внутрь проскальзывают влажные пальцы, вгоняя игрушку чуть глубже и словно нарочно вжимая ее в мягкое нутро. — Сможешь кончить в таком положении второй раз? — с насмешкой спрашивает Итэр, и Сяо хочет послать его как можно дальше, потому что всё это уже просто перебор. И плевать, что Сяо сам согласился на это с легким трепетом и интересом в груди. Плевать, что он сейчас может всё это остановить. Плевать, потому что он не уверен, что хочет закончить. Ему плохо и мокро, но блять… Итэр вытаскивает пальцы с громким хлюпаньем, после чего Сяо за собственным шумом в голове едва слышит, как тот копошится где-то вне зоны его видимости. А после он пристраивается сзади, кладет ладони на бедра и чуть сжимает их, даря Сяо слабую надежду, что хотя бы вибрация сейчас прекратится и ненавистную игрушку заменит крупный член. Разморенное долгой стимуляцией тело пылко отзывается на ласку. Сяо хнычет, когда его яйца вновь обхватывают пальцы, чуть сжимают их, после чего давят на головку сквозь небольшое отверствие в конструкции. — Может, заставить ходить тебя в этом поясе несколько дней? Смотрю, тебе он понравился, — посмеивает Итэр, и Сяо обреченно мотает головой, насколько вообще позволяет его положение, и протестующе мычит, потому что он согласен вообще на всё, что угодно, только не на эту пытку. Сяо вспоминает тот раз, когда он дрочил на глазах у Итэра и не кончал, и сейчас это кажется просто развлечением, потому что тогда его член не был изогнут в неестественном положении и заключен в клетку… Вокруг и так сдавленного члена вновь сжимаются пальцы — Сяо уже готов по-настоящему разрыдаться. Вибрация внутри начинает сводить с ума, но Итэру плевать — он снова и снова надавливает на пылающие возбуждением яйца, скользит пальцами внутрь, то и дело смещая игрушку, а еще что-то там шепчет себе под нос, чего Сяо совсем не слышит из-за собственных всхлипов. — Если сможешь не кончить раньше меня, то я сниму его и позволю кончить по-человечески, — произносит Итэр чуть громче, чтобы Сяо уловил каждое слово сквозь гул в ушах, а после чуть дергает за бедра к себе, из-за чего спина неприятно проезжается по поверхности дивана. Внутрь вновь скользят пальцы, и Сяо почти готов благодарно заскулить, потому что думает, что сейчас из него достанут игрушку, после чего трахнут до сорванного голоса, но вся благодарность рассыпается в прах, когда Итэр лишь проталкивает ее глубже, почти резко вытаскивает пальцы и входит внутрь крупной головкой. Сяо непроизвольно сжимается, за что получает болезненный удар по бедру, и с губ срывается протяжный всхлип, когда Итэр толкается во всю длину, вгоняя игрушку еще глубже. Всё тело простреливает вспышка удовольствия, которая, в общем-то, удовольствием уже и не ощущается, но по-другому эти чувства описать не получается. Член внутри задерживается на мгновение, пальцы с силой впиваются в бедра, не позволяя даже попытаться двинуться, после чего Итэр всё же начинает двигаться — медленно, издевательски медленно, то выскальзывая почти полностью наружу, то вновь толкаясь до упора, задевая головкой игрушку внутри. Сяо очень хочет продержаться дольше. Он хочет, чтобы его освободили от этого пояса, хочет, чтобы Итэр сжал изнывающий от желания член в ладони и в пару движений довел до финала. Он хочет, хочет, так чертовски сильно хочет, но попросить об этом не может… Итэр немного ускоряется — толчки становятся короткими, но не менее ощутимыми, а ещё пальцы одной руки вновь перебираются к яйцам, обхватывают их и начинают ласкать, из-за чего Сяо уже почти готов позорно излиться прямо в чертовом поясе, но внезапно всё прекращается. Итэр замирает внутри, роняет глухие, едва слышные стоны, а после всё же делает то, о чём Сяо молил безмолвно все эти минуты — он отключает вибрацию. Из груди рвется благодарный измученный стон, который тут же переростает в ритмичные всхлипы, когда Итэр вновь начинает двигаться. Сяо уже не соображает, когда Итэр вновь переходит на быстрый темп, всё же заканчивая внутрь и после вытягивая, наконец, несчастный вибратор из растраханной задницы. Сяо кончает почти сразу же, когда Итэр отбрасывает в сторону чертов пояс и сжимает член в ладони. Долгожданный оргазм приносит такое облегчение, какого Сяо не испытывал, кажется, никогда. На задний план отходят все неприятные ощущения, и в голове даже проскальзывает странная мысль о том, что этот пояс верности не так уж и плох… Сяо заходится нервным плачем, продолжая дрожать, будто внутри него всё ещё вибрирует игрушка. — Ну же, всё хорошо, — успокаивающе шепчет Итэр, когда развязывает слегка затекшие руки и вынимает кляп изо рта. — Я переборщил? Прости, ты меня не останавливал… — немного обеспокоенно говорит он и осторожно стирает слëзы с лица. — Иди к чëрту, — устало хрипит Сяо и расслабленно растекается по дивану. — Было охуенно… Но больше этот пояс я не надену. Итэр смотрит с легким сомнением, а после всё же улыбается. Сяо удовлетворенно прикрывает глаза…