безумие

Ванцзи оставался безучастным. Дядя и брат о чём-то говорили, однако он не слшуал. Перед глазами то и дело вставал измученный облик сестры. Та уже провалилась в тяжёлый сон, когда юноше пришлось покинуть уединенный дом. Девушке действительно пришлось трудно. Она едва могла двигаться, пульс был неровным. Лань Чжань не мог назвать точную причину этого, но подозревал, что на долю сестры выпало множество испытаний. И, чем больше думал об этом, тем сложнее становилось. Он бы забрал всю её боль, но это было почти невозможно. Лань И не спешила делиться. Словно то, о чём она могла поведать, было способно уничтожить человека. — Ванцзи, — видимо, заметив задумчивый взгляд племянника, учитель Лань решил выяснить причину. Сичэнь сказал, что о случившемся пока никому не стоит рассказывать. Зная тяжёлый нрав дяди, Ванцзи и не стал бы. Если об этом станет известно стрейшинам, жизнь Лань И окажется под угрозой. И не только её, но и их племянника.

***

Вэй Усянь сиротливо жался в углу комнаты. Взгляд казался напряженным, даже несколько затравленным. Ванцзи понимал, что племяннику, конечно же, тяжело. Они едва были знакомы. Неизвестно, сколько испытаний выпало на долю матери и сына, а потому Лань Чжань не решался действовать. — А-Сянь, подойди, — лишь тогда, когда Лань И подзывала малыша к себе, тот делал несколько неуверенных шагов в сторону дяди. На самом деле, прошло уже несколько недель с их, так сказать, официального знакомства. За это время, кажется, Сичэнь всё же нашёл подход к племяннику. Впрочем, старший брат всегда казался куда мягче, он был добрым и заботливым. Что до Ванцзи, тут дела обстояли иначе. Лань Чжань имел безупречную репутацию. Возможно, он даже был своего рода гордостью клана. Вместе с тем, многие, за небольшим исключением, считал его угрюмым и грубым. Что ж, он не видел смысла пытаться изменить это мнение. В конце концов, когда люди избегали его, не нагружали своим вниманием, было проще. Ванцзи знал, что племяннику уже исполнилось около семи. Мальчик мог изучать правила ордена, а потом, если всё пойдёт хорошо, начать практиковаться. Проблема в том, что Лань Чжань действительно боялся реакции дяди. Выходило, что рассказать правду они не могли. Был, конечно, и другой вариант, если бы никто не узнал о происхождении мальчика. Он бы сказал, что нашёл ребёнка за пределами Гусу Лань. Впрочем, подумать об этом у них ещё было время. А пока, раз уж сестра не могла покинуть уединенный дом, Вэй Усянь должен был оставаться с ней. До сих пор Ванцзи мысленно возвращался в те дни, когда он мог быть рядом с матерью. — Смотри, А-Сянь, это твой дядя. Ты должен слушаться его, — Лань И смотрела на сына с безграничной любовью. Лань Чжань не знал, что произошло с сестрой за эти восемь лет. Возможно, это было просто невыносимо, но его сестра, Лань И, сжав зубы, шла вперёд, чтобы защитить своё дитя. Ванцзи же был готов ей в этом помочь. Он ещё не до конца понял свои чувства. С одной стороны, Усянь его племянник, кровь и плоть Лань И. С другой, им лишь предстояло узнать друг друга. Возможно, когда пройдёт время, общаться им станет проще.

***

Вэй Усянь обладал неуёмной энергией. Мальчишка рос любознательным, ему, казалось, было интересно абсолютно всё. Малыш читал книги, которые приносили его дяди, не отрываясь. В такие моменты Ванцзи думал, что у ребёнка, если ему будет суждено обучаться в клане, ждёт блестящее будущее. Ещё совсем недавно парнишка был худым и казался таким бледным, но теперь, когда прошло уже несколько месяцев с возвращения Лань И домой, тот уже не выглядел столь болезненно. Однако Ванцзи всё ещё довольно прохладно относился к племяннику. Ну, откровенно говоря, Лань Чжань избегал детей. Младшие адепты смотрели на него почти с восхищением, но и сами не пытались нарушить покой Второго Нефрита. Усянь же поняв, что от доселе неизвестного мужчины не нужно ждать злого умысла, стал куда разговорчивее. Он мог часами рассуждать о каких-то глупостях, что, впрочем, было простительно ребёнку. Кроме того, Лань И стоило больше отдыхать, а мальчишке, судя по всему, было скучно. Так что Лань Чжань честно пытался играть роль дяди и собеседника. Конечно, когда Усянь сможет общаться с другими людьми, о дяде ребёнок забудет. И Ванцзи терпеливо слушал, изредка поддерживая разговор. И сестра выглядела такой счастливой, когда видела их вместе. При таком раскладе, конечно, Лань Чжань мог быть несколько терпимее.