Спутанные дороги сокрытых тайн

Утро показалось удивительно спокойным, Рома встал самостоятельно раньше обычного, ощущая себя бодрым. Пятифанов направился в ванную, утренний душ смог пробудить его еще больше, мышцы приятно потягивало после глубокого сна. Спустившись вниз, Рома с неприязнью поморщился, стараясь скорее спрятать это выражение лица, дабы не спровоцировать конфликт. Ведь реакция была вызвана матерью, которая еще не ушла на работу. Сидела с недовольным выражением лица за кухонным столом, заставляя мечты о удачном начале дне разбиться. Пятифанов молча приступил к утреннему завтраку, стараясь избегать ее колючих, серых глаз. Началось все вполне хорошо. Хорошими считаются те моменты, когда они не общаются, иначе это всегда перерастает в обвинения, недопонимание, ругань и кошмар. Мать сидела, периодически поглядывая то на сына, то на кружку с чаем. Рома ощущал себя под прицелом, стоит вздохнуть как то неправильно, прольется кровь. — И что ты… Мать родную избегаешь? - Подала все таки голос женщина, которая кажется абсолютно всегда находилась в отвратительном настроении. Есть в них одна схожесть, но не прямая. Если она, прямое воплощение энергетического вампира, которому как воздух необходимо выводить сына на эмоции, то Рома, скорее позаимствовал лишь часть подобного поведения. — Да, вот такая я плохая мать, самая худшая, что меня можно просто игнорировать.. - Хулиган держался. Сосуд с терпением постепенно наполнялся еще со вчерашнего вечера, вынуждая организм иногда встряхнуть его руки. — Сегодня тоже ждать звонков от учителей? Может сразу из полиции? Выслушаю, что сына моего посадили, и может со спокойной душой жить в доме начну?! - Пятифанов громко выдохнул. В последнее время она совершенно не отдает отчет сказанному. Наверняка, лишь потому что на работе грузят больше. Она ведь не всегда такая… — Чтобы твой отец сказал, а?! Думаешь по головке бы погл.. - — Завязывай! - Резко вскрикнул Пятифанов, немного отодвигая стол резким движением рук в сторону матери. Отец - до сих пор болезненная тема, прожить которую никто не помог. — Ты как с матерью обращаешься? И меня хочешь в могилу свести? - По спине пробежала колючая дрожь. Что значит только что сказанное? Воспринялось, словно мать посчитала уместным обвинить в смерти отца, собственного сына. Попытка провести утро спокойно с треском провалилась. Рома спрятал свой гнев от услышанного, резко удаляясь в собственную комнату для дальнейших сборов. Он знает, что поможет ему забыть это как страшный сон. Быстро переодевшись и накинув рюкзак, Рома спустился к двери. Он шустро влез в обувь, хватая с крючка куртку, и с громким стуком двери удалился. Надел он ее уже будучи на улице. Свежий воздух подействовал нужным образом, заставляя слегка встрепенуться. Подобное отношение не было новизной в их семейном кругу, успокоиться от таких обвинений было проще, чем кажется. Прикурив сигарету, Рома направился по протоптанной снежной дороге в дом, в котором вчера оставил подснежники. Будучи уже на месте, хулиган вспомнил сказанное Антоном перед уходом. Потому, решил подождать не слишком близко к дому, чтобы у его родителей не возникло лишних вопросов. Они об этом не договаривались заранее, но кажется, это определенное ощущение знакомо только двум невероятно любящим. Ты просто знаешь, что нужно сделать. Ты просто идешь за ведущим тебя сердцем, уверяющим, что ты делаешь все правильно. ______________________________________ Рыжеволосая девчонка проснулась утром, не торопясь умылась и одевшись, накинула рюкзак на одно плечо. Вышла плутовка довольно рано, оттого надобность в спешке испарилась. Дойдя до школы Лиза зашла в здание, пройдя через толпы шумных ребят и добралась до гардероба, сняла уличную одежду и повесив на крючок, взяла рюкзак и взяв бумажку из кармана стала искать кабинет. — Аам..наверно это этот этаж.. мне нужно идти в правую сторону.. Надеюсь встречу хоть кого нибудь. - Дойдя до нужного кабинета, хитрюшка быстро вошла в класс и села за свободную парту. Достав из рюкзака нужные принадлежности, новенькая размяла пальчики и осмотрев класс ее посетили мысли. -" Хм.. в целом.. не такой уж и плохой, я думала будет гораздо хуже" . _________________________________________ Утро выдалось спокойным только лишь из-за того, что мать с ним не разговаривала и честно, он был благодарен всем силам, что ему удалось избежать и сурового взгляда пронзительных глаз и этих бесконечных упреков и вздохов. Он не любил их слушать, а потом ощущать себя противно виноватым только лишь потому, что не соответствует каким-то критериям, которые Карина построила у себя в голове, когда он стремительно начал взрослеть. Антон спокойно собрал портфель, аккуратно складывая учебники, умылся и привел в себя в порядок, вплоть до уложенных волос, которые не видели расчески около двух суток. Выглаженная идеально-белая, давно привычная всем рубашка, любимая жилетка, которая давно стала постоянным атрибутом образа Петрова, и вот он уже может идти на встречу не сколько новому учебному дню, а сколько тому, кто, вероятнее всего, уже ждет его за воротами его дома. Петров быстро выскочил в коридор, игнорируя наличие на столе завтрака, накинул куртку и шапку, не застегиваясь, буквально вылетел из дома, звонко хлопая дверью. Наверное мать опять выкрикнула, чтобы "не хлопал, сколько раз повторять!", но разве важно? Ромка стоял немного поодаль от дома, вероятно, чтобы не заподозрили ничего. Стоял в этом заснеженном мире такой родной и теплый, что Антон не удержался: сорвался навстречу холодному ветру как только пересек двор, нараспашку, нелепо болтая в руках портфелем, кинулся в теплые объятия, забывая, кажется, обо всем на свете. О том, что парням не стоит терять голову и словно девчонка нестись навстречу любимому человеку, почти душá его в собственных объятиях. Может и выглядит он нелепо, но зато чувства показывает только искренние и настоящие, такие, которые осторожно высовывают острый мокрый носик, дёргают длинными ушами из своей норки и ждут подходящего часа, чтобы сл всех ног понестись вперёд, увязая в противном липком снегу, который так отчаянно сильно мешает побыстрее достичь цели. Вместо приветствия - лёгкий поцелуй в губы, но Петров быстро собирается, принимает почти серьёзное и спокойное выражение лица, приосанивается и отступает назад, улыбаясь на этот раз мягче и нежнее: — Доброе утро, мечта поэта. Пошли? Поцелуй и вправду был кратким но теплым. В голову бьют воспоминания, когда ребятам было глубоко плевать на то, что их могут увидеть. Лежали в сугробе, поддаваясь собственным чувствам, которые разгорались удивляя своими масштабами. Рома улыбнулся, взял за руку Антона и притянув к себе за дерево, спрятал их от возможных глаз, хотя таковых не было замечено. И в более укромном месте, Пятифанов подался вперед, создавая поцелуй, который мог быть отражением любви, без приветствий и краткости. Руки упали на плечи Антона, притягивая его к себе. — Вот теперь, можно идти, моя мечта. - Хитро улыбнувшись, Рома вышел из за дерева, выходя на протоптанную дорогу. В голове может и остался осадок утренней ссоры с матерью, говорить о нем искренне не хотелось. Вопрос скорее в том, что он не привык делиться подобным. Не привык ощущать, что раскрывает свои проблемы, заставляя кого то оказывать помощь. Было проще забить и забыть, не портить никому настроение. Дорога в школу казалась непринужденной по всем параметрам, не было никого лишнего и наслаждаться желанной компанией можно было не скрывая. Неосознанно, Рома оттягивал момент возвращения привычной всем маски, не торопясь дойти до школы. Каждая секунда рядом с Антоном действительно была особенно приятной. — Как думаешь, если на репетиции вместо Катьки я тебя на танец приглашу, никто не расстроится? - Рома сказал это сквозь привычный смех, но сохранил долю серьезности в сказанное. Мол, думай сам, смогу ли я сделать это и поиздеваться над твоими быстро краснеющими щеками. Конечно же, это была очень аккуратная, пропитанная влюбленностью игра. Шаткая, забавная и рискующая, подобающая характеру Пятифана. — Мне кажется Катька сама не горит желанием с тобой танцевать, я чувствую, у нее другие вкусы.....Нет, ты потрясающий, безусловно, и я тебя никому не уступлю, но она...очень интересная. Была бы возможность поговорить с ней по-дружески, я бы поговорил, ну так, ни к чему не обязывая,-Антон улыбнулся и погладил большим пальцем Ромкину руку в знак извинения за возможно, неудавшуюся шутку,-А вообще, на самом деле, мы, кажется, слишком расслабились. Нужно быть аккуратнее, иначе можно встретить большие проблемы,-Петров не хотел быть пессимистом или, того хуже, паникером, но ситуация вынуждала иной раз подавлять свои чувства, уступая первое место голове. Антон с упоением думал о том, что тот Ромка, которого все видят в школе, на самом деле может быть вот таким вот удивительно мягким, нежно сжимать ладонь Петрова и смеяться. Боже, да одна его улыбка стоила как самое бесценное сокровище всей вселенной, что говорить о мимолетных касаниях и ласковых взглядах. Да и сам он очень меняется, когда на него направлены взгляды чужих глаз. Только вот его осторожность действительно была не выдуманная и не из ряда фантастики; всем вокруг было интереснее бы копаться в жизнях другого человека, игнорируя наличие проблем в своей. В любом случае, казалось, все не так страшно, пока они есть у друг друга, и могут разделять моменты общего счастья. Подходя к школе, Антон отпустил руку Пятифанова, вдруг останавливаясь и подбираясь, немного меняясь в лице: — Надо зайти отдельно и спустя какое-то время. Просто на всякий случай, ради перестраховки. Если что, потом и встретиться можно в коридоре или... ну найдем время...наверное.. - — Катя остынет и поймет, что это наилучший вариант из всех предоставленных. - С некоторой насмешкой ответил Рома, слыша рассуждения по поводу его партнерши и ее мыслей. Расходиться не хотелось, но сейчас, осознание, что это вынужденная мера, не злило и не раздражало. Хулиган принял это как факт, не стараясь бороться с несправедливостями мира. — Я время всегда найду.. - Практически шепотом сказал Пятифанов, останавливаясь у школы. Радовало лишь одно, что Антон не в зависимости от желания большего, будет рядом. Подобные мысли как солнце разогревали его душу. — Не забывай на меня лишний раз глаза поднимать, тогда не полезу тебя целовать при всех. - Рассмеявшись сказал Пятифанов, немного отходя от Антона в противоположную сторону. Хулиган вскинул свои выразительные брови, словно говоря: « - Смотри не забудь, то пожалеешь. - ». Он частенько делился с окружающими таким взглядом, но сейчас это был не устрашающий, агрессивный взор. Скорее флиртующее напоминание. Рома принял решение прогуляться еще немного, а после уже зайти в школу. Как раз сможет перекурить в последний раз. Ориентируясь по часам собственного организма Пятифанов принял, что у него есть еще минут пять, после которых нужно будет держать путь в школу. Закурив сигарету Рома оглядывал зимние пейзажи, в какой то момент даже задумавшись, а как бы это нарисовал Антон? Он уже представил, как Петров бы сидел в слегка сгорбленной позе, хмурился и отдавался творческому потоку. Громко чиркал карандашом, прикусывая свою нижнюю губу. Пятифанов начал невольно улыбаться, продолжая оглядывать природные просторы. Сигарета ловким движением пальцев отправилась в сугроб, а Ромка, наконец направился в школу выждав определенный промежуток времени. _________________________________________ Ромка наклонился к парте, вновь вынуждая бурята настроится на серьезный, личный разговор. — Знаешь кого в лесу видел.. - Он хитро улыбнулся, говоря шепотом. — Митю с Демьяном, практически за ручку гуляли. -Рома осторожно покосился на окружающих его людей в классе. — Сдружились внатуре, говорят же, общая проблема объединяет.. - Пятифанов отпустил смешок, который уже не старался скрыть от посторонних ушей. После сказанного хулиган развалился на стуле, высматривая определенных лиц. Кати еще не было, Полины тоже.. И парта сзади пустовала, все сегодня решили задержаться? Удивительнее всего из данного списка было отсутствие Смирновой. Она как с иголочки всегда в классе, помогает матери или просто ожидает начало урока. Такое внезапное изменение в том, что несет за собой привычный порядок, навлекло странное чувство дискомфорта. Ладно, главное, что Антон точно в школе. А Демьян может и слег от своего бурного воображения пугаясь каждого шороха в кустах, так и не дойдя из леса до дома. Эта мысль заставила сорвать легкий смешок. Напряжение от такого количества новеньких не ушло, подкрепило его новое лицо в знакомом кабинете. Девчонка какая то, уже необычное явление. В связи с последними событиями казалось, что только парней набирают в их скромное составляющее 9 "В". Рома не остановил на ней свое внимание, а что? Ему идти с ней разбираться и жизни учить? Пока сидит просто, даже профилактическая беседа не требуется. — Да ты чё, на!? - — Догадки подтверждаются... Нетрадиционка, на! - Бяша фыркнул от возмущения, он конечно отпускал шутки близкие подобной теме, но знать что твои одноклассники.. это было немного странным чувством для бурята. Он чиркал на листочке ладу, уже вырисовывая очертания, он думал: "ласточка моя". Вот, кого по настоящему он мог полюбить, а об отношениях и речи быть не могло. Конечно, ему нравилось дразнить девчонок, "строить глазки", а иногда вовсе не обращать внимание, это была своего рода тактика. Но, всё это было не тем, что должно было быть. Бяша не думал, что будет в отношениях, да и он не находил ту самую. Считал, что рановато еще, зеленый совсем. Выдохнув парок морозного воздуха, Антон поправил на плече лямку рюкзака и зашел в ворота школы, чувствуя некоторое напряжение в грудной клетке, неприятно скребущее по ребрам. Ничего не поменялось, нужно также естественно зайти в класс, сесть на свое место, аккуратно разложить учебники. Действие, которое раньше не занимало никаких сил сейчас почему-то давалось очень тяжело, а стоило только подумать о Ромке, который сидит и ждет его взгляда, так начинало бить в висок мыслью " не покрасней, идиот". Была не была. Класс встретил привычным гулом, уже знакомыми затылками и такой обыденной атмосферой, по которой, если долго с ней расстаться, явно скучать не будешь. Петров итак не занимался ничем, кроме как сидел за партой, писал в тетради классную работу и смотрел по сторонам, а кроме Ромки почти ни с кем не разговаривал, оправдывая свое гордое звание заучки и ботана. Он поправил жилетку и прошел в класс, бросив на Ромку осторожный взгляд, мол просто осматривает тех, кто пришел, случайно зацепился глазами, не намеренно немного задержал взор на острых скулах. И снова привычный алгоритм действий, которые повторялись изо дня в день и не поменяются до момента окончания школы. Вот учебники и тетради аккуратно уместились на поверхность парты, ручка и карандаш, пара листков. Вокруг все тоже самое: новенькие, Ромка, остальные и пустая парта Бабурина. Как пустая ? Отчего-то Петров развернулся и посмотрел на действительно пустующую парту Семена, который до этого момента, удивительно, но посещал занятия. Заболел что-ли.. _________________________ Ложиться спать поздно Митя любил , причём зачастую это делал. А вот вставать по утрам нет, от слова совсем. Кому взбрело в голову установить уроки с восьми утра? Какая же возмутимость ощущается уже при предложении — «Начало уроков в восемь тридцать! » и прочие фразы. Почему людям нужно вставать так рано, почему нельзя поспать до девяти, а после, отправиться уже через часа два в это и любое другое место? Конечно, так устроены порядки мира и тому подобное, но Фомин каждый раз вздыхал ,вспоминая о подобном. Голос мамы ,будящей каждые пять минут, заходя и выходя из комнаты, уже начинал раздражать. Этот нежный и звучный голос, по мнению Мити, словно въедался в мозг и бил по голове с определенным количеством сил. С подъёмом, недовольный жизнью парень, обещающий себе вновь устроить в этой стране хоть какие-то перевороты в правилах и принципах ,торопливо идёт до ванной, умывается, собирается в школу ,при этом захватывая красивый чёрный пакетик с формой для физкультуры. Дима уже раз двести зевнул, но позавтракать надо, в школе никто не покормит со словами: «Кушай, деточка, уроки потом!» А вот мама может. Хоть и не говорит в такой манере лет триста. — Чего у нас на завтрак?— школьник садится за стол и болтая ногами смотрит на женщину у холодильника. — Думаю ,что сваренное яйцо и хлеб с маслом,— мама уже кладет на столе тарелки со всем нужным ,пока сам Дмитрий пододвигает к себе пакет с хлебом, который открывает потихоньку и, потянувшись к ножу, который Женя положила на столе, Митька начинает резать хлеб. Завтракает парень не спеша, за то со своей мамой, которая в этот раз составляет компанию. — Так и не спросила, что за друг был вчера? Уже успел с кем-то в классе познакомиться, да?— женщина берёт на нож ещё немного масла и размазывает жёлтоватую массу на белый хлеб, следом откусывая немного. — Да,мам, — Дима хмурится,— говорил же не лезть,— парень смущённо отводит взгляд к окну. — Димочка,я тебе по лбу дам вот,или начну лезть к девушке,которая нравится тебе ,тогда вот можешь так говорить,— женщина парадирует лицо сына и снова улыбается. — Мама! — парень вовсе в замешательстве. — Рассказывай, иначе сама всё узнаю, и Лилии Павловной ещё позвоню, понял?! — строго "угрожает" Мите его маменька. — да Демьян это был, Исаев. Тоже новенький оказывается ,познакомился я с ним, что сказать. Ну в классе....там вообще такие люди есть!! Не представляешь, "хулиган года" один,— говорит Митька указывая звание Ромы,— ещё сплетница-девочка-беда,— делает глаза такие, что женщине становится смешно,— так ещё и другие какие-то. В очках какой-то парень, потом ещё какой-то Бяша, как я услышал, когда сидел за ним и этим школотой-силякой,— цокает прямо, будто жалуется матери своей, а та лишь внимательно слушает. — Интересный у тебя класс. А вот, кстати, мне вчера эта учительница твоя новая звонила,— охает Евгения Фомина,— спрашивала там всякое, а ты у меня тот ещё прогульщик и любитель попасть не в те ситуации, из-за трепли своим языком, что вот, я конечно тебя прикрыла,— усмехается вовсе. — Ну-с, спасибо,— хихикает парень доедая яйцо. — Не дрался ни с кем? Силяк то не просто так я понимаю,— женщина намазывает сынишке масло на хлеб. — Ну, было дело, но я не дрался, честно, это меня там, уложили, попозорили,— вздыхает лишь мечтательно о чем-то. — А чего это ты так, мог же отпор дать-то, ну— Фомина делает возмущённое лицо. — Не захотел, представляешь,— посмеивается и выхватывая из чужих рук свою еду, быстро ест ,запивая чаем. Пора поторапливаться в школу, поэтому Митя быстро накидывает шапку, кутается уже в другой шарф—красный, и ,беря свои вещи, уходит на улицу. — Всё, я ушёл,— Митька слышит, как маменька просит задержаться на пару минут и всё же стоит в коридоре запариваясь, ждёт. Женщина подходит к сыну ,обнимает того и похлопав по его плечу ,отпускает в свободное плавание, Митя же неловко стоит в это время, ну а после, уходит. По дороге всё выглядит очень красиво. Ночью всё покрылось снегом, начиная с ветвей деревьев и крыш домов, которые ещё только вчера вечером были почти чисты, благодаря ветру и усилиям людей. Фомин идёт не сильно торопясь. Вышел он довольно таки рано ,если учитывать, что если будет идти своим темпом, то дойдет минут за 5, а вышел к слову в 7:50. Фомин постепенно достигает дороги до школы , замечает, это привычное за девять лет обучения, здание. Шурша по снегу, собирая его на ботинках ,топает до школы. При этом уже накинув пакет на рукав куртки и убирая руки в карманы, а то бедные уже на столько замёрзли ,что с заходом в тёплое место, точно станут краснее любой крови. Когда Митя добирается до входа, то бегом уже доходит до самой школы ,заходя в которую наконец убирает с лица свой тёпленький , вязаный шарф. К слову о вязанном, наверное, Фомину стоит навестить завтра или сегодня бабушку, она бедная, тоже наверное, скучает там одна, стоит позвать к себе в гости, тогда пожилая женщина сможет хотя бы с мамой Мити побыть. Фомин бегом переобувается на свою сменную обувь, зевает снова и вешая все вещи на свой крючок, идёт за сумкой к лавочкам. А затем, по лестнице отправляется на второй этаж, к кабинету биологии, где собственно пройдёт первый урок. Митя даже не идёт, скорее плетётся. В учебном заведении намного теплее, поэтому мягкие руки и впрямь приобретают красный оттенок, хотя остаются такими же ледяными. Фомин доходя до кабинета лениво заходит внутрь, проходя к нужной парте. ____________________________________ — Вставай, ты опять опаздываешь, - сквозь тяжелый сон наконец раздался мамин голос. Голову будто кирпичами придавали к подушке, заодно склеив веки клеем. — Да встаю уже, - Демьян с трудом сел на кровати, так и не разлепив глаза. Он уснул буквально час назад, какого хера? - Попозже встану, с отцом доеду, - Исаев, не выдержав сонливости, рухнул на кровать. Семь часов утра, зачем так рано то? — Демьяш, мы в поселке, здесь нет твоего отца. Твою мать. Ласковые поглаживания по плечу только раздражали, парень резко поднялся, вызвав темноту в глазах. Вчера он явно переборщил с алкоголем и дурью, так что в приоритете было помыться, чтобы от него не воняло на весь класс. На лету захватив свитер и новые джинсы, Демьян вылетел из комнаты, скрываясь за соседней дверью. Ему до школы тащиться час, какого он вчера об этом не подумал? Вещи не собраны, а он выглядит как бомж с вокзала. На физру точно не пойдет, еще откинется в таком состоянии, а тетради из портфеля никогда и не вынимались. Сойдет. Ледяная вода заставила вскрикнуть, но быстро проснуться. Как волосы высохнут за пятнадцать минут и как он пойдет по улице в одном капюшоне с влажной гривой он не думал. Надо было хотя бы чистотой компенсировать красные глаза и еще не сошедшее опьянение. — Я тебе шоколадку и воду в рюкзак положила, скушай ее хотя бы! - мать перекрикивала потоки воды. Хвали бог эту женщину, успокоилась вчера, как только поняла, что сын трезвый. Она вообще всегда была спокойна, когда Демьян был под боком, чем бы он не занимался. Мать лично собирала бутылки по его комнате, вытирая разлитое и вообще помогала не превратить в некоторые эпизоды жизни свою комнату в реальный бомжатник. Только вот беспокойство о чужом весе женщину не отпускала, хотя сама она была той еще палкой. Отец иногда по-доброму называл ее доской, но вряд ли ей нравилось. Хотя, ей кроме сына и этого дома вообще ничего не нравится. Демьян выскочил из душа, стараясь насухо вытереть волосы, растирая их полотенцем. В зеркало смотреть не хотелось, но пока одевался, все же пару раз мазнул взглядом по собственному лицу. Немного опухший, но ничего, это спадет до прихода в школу. А вот красные глаза не пропадут, как и немного нервное состояние, которое со временем перерастет в панику. Твою мать, сегодня еще и репетиция. Исаев громко вздохнул. Ладно, не первый раз в таком состоянии куда-то идет, разберется. А одноклассники, если и обратят внимание, со временем привыкнут к его внешности в некоторые дни. — Все, я полетел, - Демьян спрыгнул с лестницы, обувая берцы, лишние минуты маясь со шнуровкой. Болезнь пока не давала о себе знать, что уже было хорошо, но в глазах от ночной посиделки с собой темнело и двоилось, руки тряслись. Чудесное второе впечатление. *** В кабинет Исаев влетел за пару секунд до начала урока, садясь на парту так, что та подскочила от удара коленями. Звонок трелью ударил по болящей голове, заставляя зажмуриться. Ужасный день, это будет просто ужасный день. Трясущимися руками он достал учебник с тетрадью и ручкой. — Доброе утро, - Демьян улыбнулся Мите своей больной улыбкой, другую бы сделать не получилось. Ничего, он в любой ситуации говорит, что плохо себя чувствует. И все верят, даже когда он более, чем в порядке. Вот они, привилегии веса ниже нормы и бледной кожи. Всегда есть оправдания для всего. В класс Катя зашла лишь рано утром, как его открыла учительница. Цикличное начало серых будней встретило её гудением длинных ламп у потолка кабинета. Она уже была готова пройтись по пустым коридорам, в учительскую за журналом, как её всегда просила мать. Но что-то помешало привычным планам сбыться сегодня. Женщина окликнула Катю со спины не своим, томным и тихим голосом: — Екатерина, пройдëшься сегодня до директора со мной. Меня опять вызывают, говорят, что-то очень срочное. - Смирнова замерла в дверном проёме до того момента, как не услышала сзади шаги. "И с каких пор мамаша включает меня в такие важные дела?" - хвостиком последовала за ней, скрепив руки за спиной. Выражение лица старосты отдавало интригой, каким-то беспокойным любопытством. Всю дорогу до кабинета Лилия хранила молчание, лишь изредка пренебрежительно цокая, когда редкие младшеклассники проносились мимо неё. Какая-то давящая тайна легла туманом на её плечи. Катя не знала, какая именно, но следуя за матерью она всеми фибрами души разделяла её беспокойство. Может что-то и вправду серьёзное? А может она просто не в духе? Девушка отметила про себя, что на кухне за завтраком мать вела себя вполне себе естественно, ничего не предвещало беды. Встав пораньше она решила порадовать себя хоть чем то, помимо мелькающих мыслей о Полине и своих подругах, ведь причин для искренней улыбки в школе Катя больше не находила. Покопалась в шкафу - в глаза бросилась накрахмаленная рубашечка с короткими рукавами. Вроде бы обычная, кроме длины ничем не отличается от классического варианта у Смирновой. "Давно я тебя не видела." - хмыкнула та про себя, хитро сощурившись. Рубашка оставалась напоминанием, как затертая и пыльная старая фотография какого-то события, что родители бережно оберегали под стеклом. Конец восьмого класса. Весенние прогулки с ребятами. Старая, до боли родная шайка одноклассников, которых лишь из-за своей гордости Смирнова не признает друзьями. Кроме Морозовой, разумеется. Она всегда была исключением из правил. В голове возникли ещё тёплые воспоминания, проносящиеся будто свежий летний бриз: Вот он, Ромка, стоит под окнами Кати и машет ей рукой, созывая выйти наконец из "каменной башни". Ну я же не принцесса, меня не нужно спасать! Рядом Катя созерцала Антона, Бяшу и Полину, что мялись в ожидании своей одноклассницы. Их лица светились от беззаботности, пробивали солнечными лучами ледяную глыбу рёбер Смирновой. Она кривила театральное раздражение, но на деле никогда в жизни так не была рада приходу ребят. Многое ли изменилось за это время? Лилия Павловна решительно зашла в кабинет, её поприветствовал директор, голос которого был похож на какого-то добродушного мишку из советских мультфильмов. Она закрыла за собой дверь, но не до конца, оставив дочь стоять у этой щели снаружи. Катя, сгорая от любопытства, изогнула брови и начала вслушиваться в бубнеж внутри: — Тут до нас дело донесли, мальчик из вашего класса пропал. Бабурин Семён... - послышался приглушённый кашель и щелканье ручкой. — Бабушка его приходила несколько раз...Почему вы не оповестили её, что вашего ученика не было в школе? Кто как не классный руководитель должен следить за этим? - в голосе директора читался гнев, спрятанный за миной невероятной усталости. Катя округлила глаза и прикрыла рот ладонью, дабы случайно не вскрикнуть: "Пропал..ещё один?" — Но Бабурин ушёл вчера в середине дня, сказал, что заболел. Лица на нём не было, я его и отпустила! Не маленький ведь уже, сам бы дошёл, да и день был на дворе! - как давно девушка не слышала этой дрожи в голосе матери. Неужели сорвалась? Неужели она ещё более слабая, жалкое подобие доминанта? — Он в школу не вернулся. - скрип поверхности стола, директор встал с насиженного места. — Так или иначе извольте оповестить всех ваших. Листовки отдайте кому-нибудь, у меня дел по горло. - мужчина сплюнул эти слова на пол, они глухо отскакивали эхом. Неужели настолько плевать? Смирнова выпрямилась и отпрянула от двери, делая вид, что любовалась "слишком прекрасной" краской на потолке. Из ниоткуда явилась мать с посмертной маской на лице, в руках она сжимала несколько отксерокопированных листовок, всучила их Екатерине. Та в ответ растерянно заморгала, разомкнув губы, ища подходящего для данной ситуации вопроса. — Я знаю, что ты всë слышала. Не поднимай только истерики в классе, это нам не нужно! - Лилия прорычала это почти вплотную к лицу дочери, от её слов исходило зловещее наваждение. Всё же Кате эти проблемы не нужны были отнюдь, два раза ей повторять было нет нужды. Нервно закивав, она прижала листы к груди, как вкопанная стояла на месте до того момента, как мамаша умаршировала обратно к кабинету. Звонок заявил о себе минут так пять назад, в тяжёлом воздухе не шевелились даже пылинки. Осталось переварить только что услышанное, устаканить свои мысли. Блондинка как-то нервно хихикнула, смешок разлился кислотой. Посмертная маска. Это серое, прыщавое, надоедливое лицо смотрело на Смирнову. Но в тёмных провалинах глаз и серых губах не было даже намёка на улыбку. Но Катя надменно улыбалась бумаге в ответ. — Дети, прошу тишины. - как ни в чем не бывало, Лилия Павловна явилась во всей своей алчной строгости. Сухо сказанные слова скрипели на зубах, как песок. Учительница села за своё место, сняла окуляры висеть на цепочке на шее. — Неприятная новость...Одноклассник ваш пропал, Семён. Директор говорит, что ничего серьезного, но вы будьте аккуратней, в лесу не блуждайте по вечерам. Да и вообще не суйтесь туда. - женщина подышала на стекла очков, проводя по ним тряпочкой. Казалось бы в такую страшную минуту стоило волноваться, успокаивать детей, наивно веря, что все будет в порядке. Но Лилия не повела даже бровью. Стул Кати мрачно пустовал. — Сейчас должен прийти лейтенант Тихонов, вы, наверное, помните его. Года три назад мальчик здесь пропал, милиция искала его. - никто не заметил, как учительница злобно фыркнула, будто информация о пропаже была для неё лишь отягощающим обстоятельством, мешающей проблемой. — Будьте добры вести себя вежливо. Он будет тут с минуты на минуту. Снег ложился на меховой воротник строгой, темной куртки. Массивная цигейковая шапка с демонстрирующим всем знаком ровно сидела на голове. Вышивка с надписью: "Полиция" угрожающе смотрела на всех, кто оборачивался на грозные, ускоренные шаги. Черные берцы не могли не привлечь внимание. На груди красовался жетон с гравировкой, " Константин Владимирович Тихонов - старший лейтенант и местный участковый" . Повезло же такому честному человеку навсегда застрять в поселке, без шанса на повышение в должности. Зайдя в школу, Константин отряхнул собравшийся снег на куртке, оглядывая пустующие коридоры. " - Бедные дети.. - " , пронеслось эхом в голове, оценивая положение ситуации. Жестокие правила любого полицейского не смогли изменить чувственности к происходящему. Уголовно - процессуальный кодекс не внушил ощущения стабильности, лишь дал понять на сколько каждый человек хрупкий, по отношению к поворотам судьбы. Заворачивая за угол хотелось бы встретить бегающих, счастливый детей, да только все уже разбежались по классам. И наверняка, встретят его ошеломленными от ужасающей новости глазами, а не улыбкой к доброму дяде полицейскому, охраняющего их сон. В руках была массивная папка в которой находились некоторые документы, фотографии, которые могли помочь ходу расследования о пропаже Бабурина. Голос его плачущей бабушки все еще резонирует в голове, хорошо что она не видела те не многообещающе снимки, сделанные в лесу после ее заявления о Семене, не вернувшегося домой. Кровавые кадры, разорванные вещи, следы попытки сопротивляться. Единственное, что точно становится ясно - в лес его утащили уже ужасно изувеченным. В папке помимо фотографий находились также некоторые маленькие вещи, принадлежавшие раньше пропавшему однокласснику. Например, пачка сигарет и та была окрашена в цвет, присущей застывшей крови. Помимо всего прочего, в лесу около той тропинки, была найдена тетрадь ученика данного класса. Красивым, аккуратным почерком была подписана данная вещь. " Петров Антон, ученик 9 "В" класса." . Обвинять благодаря такой находке, дело гиблое, презумпция невиновности все еще существует, но сомнения жесткими, колючими корнями поселяются в душе. Мало ли, дорогу ему перешел? Ведь подростки могут быть невероятно жестоки, учитывая неокрепший организм к внезапной эмоциональности. В папке так же находилась весьма весомая улика, резинка для волос. Она явно принадлежала девушке, но, кому именно разобраться не так просто. И откуда она там взялась, еще сложнее. Резинка сама по себе была обыкновенной, но на ней красовалась клубника, оттого появляется хоть какая то логическая цепочка. Какие то сосательные конфеты, которые словно шлейфом находились около места преступления. Записка, переданная кому то однажды, с сомнительным содержанием: " После урока под лестницей.". Остальные вещи находились в черном пакете, и Тихонову еще придется пройтись по другим классам, выясняя, кому они могут принадлежать. Чья то темная шапка, выглядевшая приличнее остальных. Книга А. Н. Островского "Свои люди — сочтемся", мешок от сменной обуви с изображением футбольного мяча, пустой, синий пенал. Дойдя наконец до нужного класса, Тихонов открыл дверь и жестом руки показал сидящим за партами учениками: " - Сидите, сидите.. - ". Его добрый взгляд сменился студёным, серьезным и выискивающим правду. — Доброго утра Вам, дети.. - На выдохе сказал Константин, шумно ставя черный пакет с вещами на первую парту. Папка пока находилась в руках, прижимая ее к себе. — Вам уже сообщили печальное известие о пропаже Вашего одноклассника, ведь так? - Полицейский посмотрел на классную руководительницу, выжидая пока та кивнет головой, дабы продолжать. — Я сейчас расскажу Вам небольшую лекцию о том, как вы сможете себя обезопасить, чтобы не попасть в такую ситуацию. Или помочь человеку, попавшему в подобное положение. - Полицейский отошел, оглядывая растерянные глаза. Тяжело, но что поделать, долг вынуждает. — В лес не ходите, сейчас особенно опасное время, а если что, не ходите одни или с сомнительными людьми. С хулиганами, незнакомыми лицами, в общем, с теми кто вызывает подозрения. - Мелом полицейский стал вырисовывать небольшую схему, которая была проста для восприятия, для лучшего запоминания информации. — Будьте бдительны и внимательны. Любая информация, которой Вы обладаете, может помочь нам в поисках. - Тихонов чувствовал в спину упирающие взгляды, умоляющие убедить что они в безопасности. Не тот случай, к сожалению. — Полиция работает, мы с собаками вчера весь лес обошли, старательно выискивая зацепки. Держитесь вместе. - Поучительная лекция подходила к концу, а пережить такое придется еще несколько раз минимум. Почему именно его выбрали для оповещения такой информации детям? Тихонов уже подошел обратно к первой парте, доставая из папки тетрадь. — И так, еще один вопрос. Антон Петров, кто у Вас тут, Лилия Павловна? - Оглядывая найденный в лесу предмет спросил Константин. — А еще, резинка для волос, не знаю, может у Вас девочка какая то замечена была с подобной? - Положив тетрадь на стол, полицейский поднял резинку в руке, позволяя всем оглядеть ее внешний вид. — Тут еще вещи, посмотрите пожалуйста. - Содержимое черного пакета разложилось на первой парте, демонстрируя всем находки. Оставив пока предметы принадлежавшие детям, Тихонов сжал в руках папку, взяв свободной тетрадь, и направился к парте Антона. Ему было сложно поверить, что неокрепшие ребята могут нанести своим товарищам вред. Но, поручили быть внимательным ко всем уликам, относясь серьезно, ибо популярность разных случаев, где подростки смогли показать свою прямую причастность к преступлениям, беспощадно растет. Папка с грохотом упала на последнюю парту, что находилась на среднем ряду, пока Константин, наклонившись к Антону, вглядывался в лицо ученика. — Ты что в лесу вчера делал, Антон? - Тетрадь упала на парту Петрова. Ужас не поселился в душе Ромы, он словно всегда знал, всегда готовился к жестокости мира. Досадно, слегка пугающе, но только не несет за собой никакого ужаса. Пятифанов искренне верил, что он сам скорее станет причиняющим вред, чем это затронет его. Но, не сказать, что ничего в груди не щелкнуло. Ведь здесь также существуют люди, которые дороже хулигану, чем он сам. Несмотря на сложный характер матери, он не хотел бы проститься с ней тоже. А так же, было бы сложно потерять Бяшу, попрощаться с Катей, забыть навсегда про Полину. А тем более, выходящий за эти рамки человек, который живет за лесом. Антон. Вот это было страшнее, чем самому пережить такую участь. Кто бы это не был, маньяк, лесное зверье, они сами Пятифанова испугаются. И Рома был в этом абсолютно уверен. А вообще, может это просто несчастный случай? Нет никаких доказательств, что кто то его убил, растерзал и так далее. Так что, может волноваться за близких не стоит? Появление полиции вызвало неоднозначную реакцию, хулиган не выражал им никакого почтения, так что громко выдохнув подготовился к слегка нудной лекции. Практически засыпая от очевидности правил безопасности, которые проговаривал лейтенант, Рому вырвало слишком близкое душе имя. Антон.. А после, резинка.. Пятифанов достаточно большое количество времени учится в одном классе с Катей, чтобы привыкнуть к этой резинке. И именно с клубникой, это такая изюминка что-ли? В глаза бросилась шапка, которую он выронил видимо в приступе гнева в лесу. Пятифанов, не боясь косых взглядов, перешептываний и так далее, просто встал и подойдя к первой парте забрал вещь, которая ему принадлежала. Благодаря удобному случаю, хулиган посчитал уместным забрать резинку, передаст потом хозяйке лично. Лучше так, хоть внимание привлечь лейтенант смог. Видно, Катя тоже в лесу гуляет, а учитывая пристрастие полицейского к допросу, как это происходит с Антоном, есть повод допустить крупицу волнения. Рома так же уверенно и быстро вернулся на свое место, закинув шапку в рюкзак, а резинку убрав в карман. Вызвало бы больше подозрений, если бы он мялся и старался забрать ее избегая чужих глаз. Да и все уже всё увидели, что уж. Хмурясь, Рома взглядом словно влезал в диалог Антона и полиции. Не хотелось конечно привлекать к себе внимание, но это чувство вынуждало загореться необходимости защитить Петрова. Ну очевидно, что именно этот человек, точно на это не способен. И Рома искренне желает отгородить Антона от лишних мыслей, чему сейчас препятствует давление Тихонова. Лиза лишь сделала фальшивое удивленное личико. " - Ай, волк решил взять инициативу и сделал всю грязную работенку? - ". Девушку изначально не особо замечали, но вдруг ее выдал тихий смешок и подлая, лукавая улыбка. Тут же прикрыв ротик рукой, та отвернулась и сделала вид, что занята тетрадками и учебниками, а в голове промелькнуло: " - Ох, стоило лучше отрабатывать контроль эмоций, надеюсь никто этого не заметил.. - " . Строгий взгляд видавшего жизнь мужчины, заставил вжать голову в плечи и затихнуть, внимательно следя за его движениями. Правоохранительные органы пугали его всегда, но и заставляли восхищаться своей тяжелой работой тоже, потому что не каждому дано, да и не каждый захочет вести разбирательства дел чьей-то пропажи или того хуже-убийства. Папа рассказывал ему когда-то очень давно о самых трудных в истории человечества делах и кое-что он все таки запомнил, но одно дело воспринимать на слух, а другое быть...соучастником? Что? Петров вдруг расправил плечи и неверящим взглядом посмотрел на свою тетрадь в руках полицейского. Неужели он ее уронил? Только вот когда? Сердце неистово сильно забилось, угрожая вообще вылететь из груди. Антон бросил беглый взгляд на Ромку, который, кажется, пребывал в не меньшем замешательстве. Тетрадь, шапка, резинка, сто дальше? Петров нахмурился, пока страх уступал сердце мозгу, в котором уже выстроился четкий ответ на вопрос полицейского. Неужели он не сможет себя защитить? Друзей? Неужели позволит строить ложные выводы и вот так вот просто, на основе одного предмета чуть ли не увезти в участок добрую часть класса? — Да, тетрадь принадлежит мне, - тихо начал Антон, поднимая светлые и удивительно умные глаза на мужчину в форме, — И в лесу я бываю часто, потому что домой так хожу и в школу. Но у меня пока что все хорошо с головой, и открытым портфель я не ношу, поэтому не могу найти логичного объяснения Вашей находке. Как и остальным другим тоже. Эти вещи, кажется, нарочно разбросаны по лесу, чтобы запутать следствие и, вероятнее всего, подставить нас, напрямую указывая на обладателя. Ни один преступник не оставит на месте преступления такую очевидную улику, например, как подписанную тетрадь,-страх вернулся, сковал гортань, поэтому последнее предложение вышло хрипло и тихо, но смысл в своих словах Петров точно видел. Он не знал, каким образом вещи его одноклассников оказались в лесу, но за себя ручаться мог на миллион процентов, и хоть страшно было до ужаса доказывать свою невиновность строгому мужчине с тяжелым взглядом, так еще и перед всем классом, но с запятнанной чьей-то неумелой клеветой репутацией ходить было бы намного неприятнее. — Я точно не имею никакого отношения к пропаже Семёна.