Обрати на меня внимание, хён~

      Сан вздрагивает, когда дверь захлопывается, но продолжает стоять и пилить её взглядом, проклиная старшего. "Бесчувственная дубина", теперь он полностью согласен с такой мягкой но точной характеристикой от Уёна. Как он мог так просто закрыть перед ним дверь? Парень хмурится и опускает печальный взгляд, вспоминая и свою боль утраты, которая начинает колоть и обжигать своими огненными языками.       Чхве забывается, погрузившись в мысли и переживания, и не сразу реагирует на обращение старшего. Только услышав своё имя в привычном мягком и нежном тоне - слегка поворачивает голову.       -Пойдём, Сан~а. Он ясно дал понять,- и тянет за предплечье несопротивляющегося младшего к своей комнате. Ёсан, догоняемый Юнхо, идёт тоже. Все следуют к комнате старших в абсолютной тишине, прерываемой лишь шёпотом Чона. Ёсан молчит, никак не оснащая его обеспокоенный интерес подробностями о состоянии Уёна. Нет ни сил, ни желания, да и понимания дела, так как их даже на порог не пустили-то...       Пак пропускает в номер, и закрывает дверь, жестом приглашая всех присесть на диван. Ёсан усаживается на мягкую поверхность, Юнхо садится на ковровое покрытие, а Сан, всё ещё находясь в прострации движется к остальным под буксиром старшего. Умостившись на диван, комнату вновь накрывает гробовая тишина, разбиваемая лишь раскатом грома. Чхве переводит взгляд на окно, за которым начинает моросить дождик, и прорезает молчание:       -Почему он такой, хён?- Сонхва обращает своё внимание на Сана, кой продолжает смотреть в окно, хмурится, и вздыхает.       -Сколько себя помню он всегда был таким,- он так же переводит взгляд на печальный город.- Всегда был холодным и закрытым. Ну, вы и сами это знаете, парни. Ничего нового я вам не открою...       -Но ведь вы так долго дружите,- влезает с негодованием Юнхо.- Неужели он так никому не открылся?       Сонхва задумывается. Не сказать, что за столько лет он сильно сблизился с Джуном. Да, они соседи, коллеги, можно сказать, они поддерживают друг друга, помогают и заботятся. Ким может начать рассказывать ему какие-то мысли, но быстро осекается и замолкает, в результате переводя разговор в другое русло. Сонхва ему напротив доверяет. Он прекрасно знает, что дальше лидера его откровения не пойдут, а каких либо издёвок или порицаний с его стороны уж точно не будет. Поэтому, Пак временами отпускает свои страхи, переживания и самобичевания, заливая слезами чужую футболку, и слушая размеренное дыхание с успокаивающими словами и мягкими поглаживаниями по волосам. Он ненавидит себя за эти минуты слабости, но как же тяжело всегда держать себя в руках, опекать семерых братьев, быть надёжным и ответственным хёном, который всегда рядом, всегда спокойный и стойкий.       Джун прекрасный слушатель. Он выслушает и поймёт. Примерит на себя бремя ситуации и даст наставляющий совет, безукоризненно глядя в глаза. В такие моменты эстафета старшинства переходит в руки Кима, и Хва абсолютно не против.       Нет! Они действительно близки!! Те тёплый и важные сердцу моменты, слова и поддержка не могут прятаться под обоснованием простого долга. Это не пустые фразы и взгляды. Это тепло, надежда и вера. И Сонхва ни за что не посмеет сказать обратное.       -Хонджун умеет слушать. Хонджун не умеет говорить, и это проблема,- отвечает на свой вопрос вслух, дав ответ и другим. Взгляды устремляются на старшего, кой продолжает подбирать слова.- Он не рассказывает о своих переживаниях. Не говорит, если что-то болит или тревожит. Он всё держит в себе, продолжая карабкаться дальше с большим грузом на плечах, в виде всего вышеперечисленного в комплекте с другим негативом,- Сонхва поворачивается и опирается локтями о колени, складывая руки в замок.       -Но почему он такой, хён?- негодует Сан.- Несносно тяжело держать всё в себе. Всё время. У него ведь есть кому поделиться...       Пак не знает, что ответить, какие слова подобрать и на что сделать акцент. Пусть он старше, опытнее и ближе к лидеру... у него нет ответа на этот вопрос. Он сам не понимает Кима.       -Я не знаю, Сан~а,- потирая глаза проговаривает Пак.- Я сам чувствую себя младше рядом с ним. Он будто всю ответственность на себя перетягивает...       -Что тут понимать?- внезапно напоминает о себе Кан.- Он не хочет обременять нас своими проблемами.       Все вновь замолкают, осознавая и переваривая сказанное. Слова истины, и абсолютно логичны, что ещё хуже.       -Я всё равно не могу понять его поведение...       -Ты же слышал хёна, Сан,- вздыхает Кан.- Он не умеет выражать свои чувства. Это не значит, что он не может чувствовать. Напротив. Его чувства и эмоции искренни и кристально чисты. Просто... это его защитная реакция.       -Сан~а, я знаю, что ты как никто другой нужен сейчас Уёну. Просто подожди,- просит Сонхва. Чхве не остаётся ничего кроме, как кивнуть.       -Давайте хоть еды закажем?- предлагает Юнхо.- Мы сами не ели после фансайна, а Уён ещё со вчерашнего дня,- Пак согласно кивает и Чон принимается изучать меню.       Дождь усиливается. Очередная вспышка грома вновь разрезает небо. Тучи почернели и будто опустились на город ещё ниже. Асфальт уже полностью мокрый, в некоторых углублённых местах вода скопилась, формируя лужи. Прохожие прикрывают головы папками, сумками, пакетами, в редких случаях зонтами, и бегут, расплёскивая воду к ближайшим магазинам либо кафе, в надежде укрыться. Ох уж эти неорганизованные американцы. Сонхва перед выходом всегда мониторит погоду, если не на наличие осадков, то хотя бы температуру воздуха. А то глядя на местных, можно подумать, что у них ничего длиннее 35 см в гардеробе нет. Верхнюю одежду вообще курткой назвать нельзя, скорее плотный пиджак. У Пака даже кофта теплее. Его невольно пробирает до мурашек от чужого внешнего вида, и он подымается в поисках пульта от кондиционера.       -Заказал,- оповещает Чон.- Через час, плюс-минус будет.       -Хорошо,- меланхолично отвечает старший включая тепло.       -Нужно ещё в супермаркет сходить,- Юнхо кивает и вновь обращается к Паку.       -Мы с Ёсаном тогда сходим. Ты не против, хён?- Сонхва лишь кивает и продолжает рыться в шкафу.       Парни покидают номер, прихватив с собой зонт под строгим наставлением старшего, который подходит к грустному Чхве, накидывая на его плечи плед. Тот вздрагивает и переводит на него взгляд.       -Не обижайся на него, Сан,- он плотнее укутывает парня, заворачивая в плед ещё и подтянутые к груди ноги. Чхве лишь кивает и благодарно смотрит в ответ.       Парни дёргаются от резкого звука распахнувшейся двери и поворачивают головы. Ким подходит к ним и обращается к обиженному, что вполне себе видно, Сану:       -Пойди к нему. Он спит. На прикроватной тумбе успокоительное, если понадобится. Дозировка указана. Я через часик тоже загляну. И, Сан... не оставляй его, пожалуйста,- просит старший с таким взглядом, что у Чхве все обиды уходят. Он кивает, выпутывается из под пледа, и покидает комнату.       Лидер падает на диван, на который усаживается и Пак, кладёт голову на чужие колени и накрывает лицо руками, надавливая на глаза. Сонхва лишь опирается о спинку, и с тревогой и сожалением смотрит на прикрытое уставшее лицо, ничего не произнося. Хонджун лежит несколько минут, затем приподнимается и принимает идентичную старшему позу.       -Нужно заказать еды. Весь стафф разъехался, для подготовки к послезавтрашнему концерту, так что бразды правления перешли в наши руки,- с уставшей улыбкой проговаривает он.       -Они поехали в другой город без нас?- удивляется Пак, на что получает лишь кивок.- Интересно… И да, на счёт еды не волнуйся. Юнхо уже заказал.       -Это хорошо…- откидывая голову назад, мямлит рэпер.       -Так чего уехали-то?- не унимает старший, но поймав хитрую ухмылку лидера удивляется.- Это ты их спровадил?! Ну ты даёшь, Джун,- хихикает он.- Чем они так тебе не угодили? Это раз! А второе, как?       Ким всё ещё лукаво улыбается, и скрещивает руки на груди, продолжая пялиться в потолок.       -Просто сказал, что работы много, и за сутки не управиться. Дал триллион заданий, пожеланий и наставлений. И сейчас снова начну писать, что хочу съесть, к примеру, французский марципан…       -политый соплями сибирского единорога?- вносит свою лепту старший хихикая с находчивости и хитрожопости лидера.       -Точно!! Спасибо за подсказку,- улыбается парень.- Просто завалил их делами, оставив с нами только двух водителей, и столько же менеджеров,- замолкает Ким опуская взгляд и глубоко вдыхая.- А сделал это... потому, что подумал, что это оптимальный вариант. Сейчас бы они приехали, стали бы снова валить наставлениями, придирками и в десятый раз перечитывать правила и наши обязанности, будто мы их и без того не знаем,- закатывая глаза кривится он, и продолжает с грустным оттенком.- А Уёну вовсе не это сейчас нужно. Ему нужна тишина и забота, понимание и близкие люди рядом. Если бы эти идиоты остались тут – уже разбудили бы его, нервно растолкав, и отправили бы снимать трансляцию, это как минимум.       Сонхва понимающе кивает и ободряюще похлопывает друга по плечу. Он прекрасно знает о некоем, скажем мягко, недопонимании лидера с главным менеджером. Все скандалы и ссоры в их коллективе происходили именно из-за него. Если спросить, как выглядит «лизожопство» то можно смело тыкнуть пальцем в этого лицемерного менеджера. Хван Лиён – это основная заноза в заднице, главная причина истерик и нервных срывов, а так же любимчик директора и половины стаффа, благодаря милой мордахе и вечно токсичной улыбке с ванильно-тошнотным голосом. На контрасте с любовью практически большей части работников, его не любят абсолютно все мемберы. И если сперва с ним пытались наладить отношения, то после слёз Сана – его возненавидели все участники.       Именно из-за него появился разлад в группе, благодаря введению шаблонных ограничений и многочисленных правил. Из-за него парни были вынуждены делиться по парам на многочисленных мероприятиях и практически не контактировать с остальными участниками. Из-за него стафф разделился на две группы, одна из которых нехотя выполняла поручения, с холодом отвечала на вопросы, а порой даже могла проигнорировать обращение, нагло и показательно проходя мимо.       Вторая же половина, принимала сторону парней, явно недолюбливая, а временами призирая менеджера, но никто ничего не мог поделать, ибо все многочисленные просьбы и попытки Кима достучаться да директора заканчивались крахом.       -Ничего Джун~а. Мы справимся. Ты всё сделал правильно,- ободряюще ерошит чужие волосы старший.       -У нас выбора нет, Сонхва,- перенимая руку Пака в свою отвечает Хонджун.