Пока ты спал

Смятение, как густой лондонский туман, обволакивало каждого из присутствующих в гостиной. Все понимали, что произошло что-то плохое, даже если причины пока были неизвестны. Время замерло, а все мысли Блейза были сосредоточены только на одном предмете. И этим предметом был чёртов газетный разворот. Блейз бросил яростный взгляд на Тео, боковым зрением отмечая, что Джинни поспешила покинуть гостиную. К его удивлению, Драко последовал за ней. Джокаста смотрела на сына со смесью недовольства и осуждения. Она положила руку на каминную полку, словно ей требовалась дополнительная точка опоры, чтобы справиться с обуревавшими её эмоциями. — Я жду твоих объяснений, — невозмутимо напомнила миссис Забини. Она старалась делать вид, что не произошло ничего из ряда вон выходящего, а Блейз всё ещё был тем самым пятилетним мальчишкой, который наложил чары облысения на её нового мужа. — Да что происходит вообще? — взорвалась ничего не подозревающая Сильвия. Бабушка с глухим стуком опустила стакан с пуншем на стол и направилась к Джокасте. Та протянула свекрови чёртов кусок бумаги. Какой-то миг Сильвия безмятежно изучала газетный разворот, пока её взгляд не успел как следует сфокусироваться на фотографиях. Она испустила тяжёлый вздох и строго посмотрела на внука. — Блейз, — укоризненно воскликнула бабушка, седые локоны, уложенные в замысловатую прическу, затрепетали от резких движений. — Такое поведение недопустимо. Бедная Джинни… Блейз изменял ей со своей бывшей, — пояснила Сильвия остальным присутствующим. Тем, кто ещё не был в курсе содержания статьи. Взгляд Блейза вновь зацепился за Нотта, и, хвала Мерлину, у него хватило такта выглядеть пристыженным. — Может, это старые фотографии? — предположил Алонзо, заглядывая в газету. — Чего вы так взъелись на Блейза? Нет никаких доказательств, что эта информация не была специально сфальсифицирована. Ему надо догнать Джинни и всё ей объяснить. Уверен, она поверит, что это лишь происки мерзких недоброжелателей. Аттикус, прежде молчавший, усиленно закивал, выражая полное согласие с этими словами. — Ступай за ней, пока она ещё не убежала. Надеюсь, что Драко удалось её задержать. Блейз почувствовал лёгкий укол вины. Они все очень хотели верить в то, что он вырос настоящим джентльменом, который не совершает дурных поступков и верен своему слову. Но только не его мать. Она с серьёзным видом наблюдала за ним, словно ждала оправданий этой глупой выходке. — Нам надо поговорить. Сейчас, — заявил Блейз, глядя матери прямо в глаза. Джокаста величественно развернулась и первая вышла из гостиной, будто демонстрируя ему отношение ко всей этой ситуации. Её спина оставалась идеально ровной, пока она поднималась по ступенькам на второй этаж к своему кабинету. Когда они вошли в помещение, мать взмахнула палочкой, разжигая камин. Свечи, расположенные под потолком, занялись, озаряя комнату тёплыми золотистым светом. Блейз отстранённо отметил про себя, что за окном начался снегопад. Миссис Забини расположилась за широким антикварным бюро и пристально вгляделась в лицо сына. Блики от свечей перемещались в её тёмных волосах при каждом движении головы. — Я жду твоих объяснений, — в требовательном тоне матери сквозило едва уловимое разочарование. — Ты можешь не волноваться о чувствах Джинни. Мы никогда не встречались, если ты волнуешься о том, как отнесутся её родные к нашему разрыву, — он сцепил руки за спиной и повыше поднял подбородок, стараясь придать своим словам больший вес. Брови Джокасты удивлённо поднялись вверх, а глаза округлились. — Очень интересно. Чего я ещё не знаю? Может, у меня есть тайный внук от Дафны, которого воспитывает Астория? Возможно, именно поэтому у неё такой интерес к благотворительной деятельности. Блейз переступил с ноги на ногу, лихорадочно стараясь придумать то решение, которое бы удовлетворило бы его мать. Как назло, ни одна стоящая мысль не шла в голову. Он искренне понадеялся, что Теодор не отправил эту газету каждому волшебнику магической Англии. Тревога за Дафну поднялась внутри. — Даже если мисс Уизли не доставит никаких проблем, я не уверена, что так же поступит и мистер Фоули, — сказала Джокаста после продолжительного молчания. — Мерлин, Блейз, о чём ты вообще думал? Мать всплеснула руками, будто выражая всю безвыходность этой ситуации. — Ты сама не хотела видеть Дафну моей невестой, — напомнил он. — И я была права, не так ли? — веско проговорила Джокаста. — Эта девушка умеет создавать неприятности. Она взбалмошна и совсем не думает о последствиях. Ты тоже. Можешь представить, какой это скандал? Я даже не знаю, что потребуется сделать, чтобы замять его, — на какое-то мгновение её лицо приняло задумчивое выражение. — Придется заявить, как и советовала Сильвия, что это старые фото. И вся история не больше, чем чья-то злая шутка. Укоризненный взгляд матери прожигал Блейза насквозь, но в этот раз он не собирался сдаваться. — Шутка? — переспросил он. — Ты хочешь, чтобы я сделал вид, что между мной и Дафной ничего нет? Оставил её разбираться с мужем самой? Нет, так не пойдёт. В глазах Джокасты появились весёлые искорки, словно она находила забавным его поведение. — Дафна всё равно будет разбираться со своим мужем лично. Не важно, останется она с тобой или нет. Иногда любовники считают, что у них достаточно влияния, чтобы сломить пару, но позволь тебя заверить: это не всегда так. Так что сначала убедись, что твоя возлюбленная сама захочет признать перед всеми свою вину. Во имя Мерлина, лучше бы это действительно была Уизли. Миссис Забини расслабленно откинулась на бархатную спинку стула, наблюдая за произведённым её словами эффектом на сына. Блейз почувствовал, что внутри закипает злость. Дафна никогда так не поступит. А её муж никогда ей этого не простит. На какую-то долю мгновения Блейзу стало не по себе, а червячок сомнения закрался в голову: что, если Тео был прав? И тех людей на станции действительно подослал муж Дафны? Тогда, если догадки Нотта верны, мистер Фоули знал об измене, но всё равно предпочёл разобраться с ним, а не строить козни жене. Он отбросил сомнения в сторону. Слишком рано строить предложения. Сначала нужно объясниться с Дафной. Блейз был уверен, что она будет только рада расторгнуть брак и быть с ним. Ведь она так волновалась, когда на горизонте замаячили новости о его будущей помолвке с Уизли. Просто так Дафна не позволит их отношениям разорваться. — В любом случае, это не станет серьёзным ударом по твоей репутации, — продолжила Джокаста, извлекая из бюро бутылку огневиски и стакан. Плеснув немного янтарной жидкости в ёмкость, она с наслаждением пригубила напиток, ничуть не поморщившись. — А вот, что будет с помолвкой Астории и Драко? Малфоям сейчас ни к чему такой удар по репутации. Да и будет ли сама Дафна рада тому, что разрушила счастье сестры? Нарцисса души не чаяла в юной мисс Гринграсс. Но теперь задумается, достойна ли та стать миссис Малфой. Видимо, в этом и заключался план Тео, со злостью подумал Блейз. Нотт хотел расстроить помолвку Астории при помощи скандала с Дафной. Блейз просто поверить не мог, что друг провернул всё это за его спиной. Даже если его чувства к Астории так сильны, это не стоило того, чтобы рушить жизнь Дафны. Все эти мысли проносились в голове, напоминая жужжание роя веретениц. Он должен сосредоточиться. — Что ты собираешься делать? — настороженно уточнила Джокаста. Блейз колебался, и от внимательных материнских глаз это не укрылось. — Я не собираюсь стоять в стороне, позволяя всем желающим пятнать репутацию Дафны, — помедлив, ответил он. — Если понадобится дать ей свою фамилию, чтобы защитить от нападок, значит, так тому и быть. Я больше не намерен слушать твои советы. Они никогда не работают. Его рука уже тянулась к дверной ручке, когда после небольшой паузы раздался голос Джокасты: — Или ты не умеешь их применять. Блейз не ответил. Распахнув дверь, он спустился по лестнице вниз. Мама может думать, что хочет, это вовсе не означает, что она права. Блейз чувствовал, что идет ко дну под гнётом вины, которая словно бетонная плита придавила его. Нужно связаться с Дафной. Какая-то его часть, не слишком рациональная, если сказать по правде, считала, что нужно немедленно забрать миссис Фоули из дома мужа. Вторая подсказывала, что стоит затаиться и действовать по обстоятельствам. Блейз же решил прояснить некоторые вопросы прямо сейчас. Переступив порог гостиной, он обнаружил почти всех присутствующих на своих местах. Только Малфой куда-то запропастился. Блейз искренне надеялся, что тот не ринулся разрывать все договоренности, связывающие его с Асторией. — Где Драко? — уточнил он. — Он попытался поговорить с Джинни, — пояснила Сильвия. — Но у него ничего не вышло. Драко отправился домой, сославшись на неотложные дела. Блейз посмотрел на Теодора, на лице которого застыло бесстрастное выражение. Нотт даже бровью не повёл, сохраняя раздражающую расслабленность. Очень хотелось как следует приложить его наглую физиономию об ближайший стол, но вряд ли родственники одобрят такое поведение. — Прогуляемся? — предложил Тео. Блейз кивнул. Сильвия и Алонзо переглянулись, однако никто не посмел высказаться и потребовать от него объяснений. Блейз и Теодор накинули тёплые мантии и вышли на задний двор. Перед ними предстал завораживающий вид на залив Ферт-оф-Форт. Корка льда опоясывала прибрежную поверхность воды, а вдалеке горели огни магловских городов. Блейз перевёл взгляд на Тео, лицо которого освещалось разноцветным сиянием, исходящим от зимнего сада. — Что ты натворил? — сквозь зубы произнёс Блейз, с трудом сдерживая ярость. Нотт отступил на пару шагов, чтобы поудобнее облокотиться на ствол дуба, стоящий позади. Его ботинки оставляли глубокие следы в свежевыпавшем снеге. — С этим нужно было что-то делать, и ты это знаешь, — ответил Нотт ничего не выражающим тоном. — Так ты решил, что у тебя есть право решать за меня? — он просто не мог поверить, что Тео ухитрился выставить его виноватым в этой ситуации. — Не нужно спускать на меня всех мантикор, Блейз, — устало произнёс Нотт, стряхивая снежинки с тёмных кудрявых волос. — Эти фото не просто так попали мне в руки. Сам понимаешь, что если вас заметили один раз, то скорее всего, он не станет единственным. Была высокая вероятность, что у меня не будет возможности выкупить эти фото. — Как благородно с твоей стороны: выкупить фото, чтобы самому слить их в газету, — Блейз нарочно говорил с преувеличенным восторгом в голосе. — Какое рыцарство! Серая сипуха уселась на дерево прямо над ними. Ветка, потревоженная ею, осыпала их снегом. — Я не буду оправдываться, ты знаешь это, — твёрдо заявил Тео. — Теперь у тебя есть отличная возможность быть вместе с Дафной, в болезни и в здравии, до самого конца. Не упусти её. — Какая удобная позиция, — он сжал ладони в кулаки. — То есть ты считаешь, что можешь просто подставить меня, чтобы предоставить мне возможность быть вместе с Дафной? Нотт подозрительно сузил глаза. Возможно, подсознательно тот ожидал, что Блейз накинется на него. И Забини на самом деле очень этого хотел. Казалось, что все тёплые дружественные чувства, которые он испытывал к Теодору, оборвались, как слишком сильно натянутая нить. Сколько ни связывай, узелки всё равно останутся. — А сам-то? — продолжил Блейз. — Не думай, что я дурак и не понял, для чего тебе нужен весь этот драклов спектакль. Ты просто хотел заполучить Асторию, но идти к ней на поклон и добиваться взаимности не в твоем стиле. Как и поговорить с Драко. Можно было изначально рассказать ему всё обо мне и Дафне, поделиться, что неравнодушен к Астории. Но нет, ты этого не сделал. Так что не надо смотреть на меня с грёбанной вселенской мудростью Дамблдора. Ты ничем не лучше меня. Блейз развернулся, собираясь поскорее вернуться в дом. Ему больше нечего было сказать. — Это муж Дафны тогда нанял тех парней, которые напали на тебя на вокзале, — до него донёсся тихий голос Нотта. Блейз обернулся. Теодор впервые на его памяти растерял весь свой непринуждённый вид. — Я провёл небольшое личное расследование и нашёл несколько интересных улик, подтверждающих это. А ещё доказательства его участия в коррупционных схемах. Не Мерлин весть что, но всё же. Он отпустит Дафну без скандала. И будет молчать и дальше. Если вы поженитесь, то люди быстро забудут это. Тем более, что Уизли уедет и не будет мешаться под ногами. Людям вскоре надоест полоскать эту тему. — Спасибо, Тео, — его тон был таким же холодным, как этот до костей пробирающий ветер. — Не надейся, что это что-то изменит между нами. Блейз переступил порог особняка, даже не попытавшись удостовериться, что Нотт не последует за ним. Поднявшись в свою старую комнату, которую занимал, когда был подростком, он первым делом написал письмо Дафне с просьбой о встрече. Блейз не мог избавиться от горечи и сожаления из-за предательства Нотта, поэтому решил переключить свои мысли на что-то, что ещё можно исправить. Все будет хорошо. Они с Дафной смогут с этим справиться. Худшее уже произошло.

***

Утро четверга после тяжёлой бессонной ночи встретило Блейза тоскливой серостью тумана, полностью скрывающего от его глаз вид на залив. Даже коричневый филин Дафны, скребшийся в окно, был едва различим сквозь мутную пелену. Блейз поспешил вскрыть конверт. Он ждал ответа ещё вчера и так и не смог вытеснить навязчивые мысли, любезно подкинутые подсознанием. Дафна назначила встречу в каком-то магловском районе Эдинбурга. Он редко бывал в местах, которые не были населены волшебниками, но признал, что в этом был определённый смысл. Выбрав из скудного гардероба вещи, более похожие на магловские, и поколдовав над ними для пущей уверенности, что он не привлечет лишнего внимания, Блейз спустился вниз. Проверив кошелёк и убедившись, что там имеются фунты, он со спокойной душой аппарировал в окрестности Эдинбурга. Когда он нашёл адрес, указанный в письме, оказалось, что это было неприметное заведение, расположенное в старинном здании из красного кирпича. Подмигивающая вывеска гласила, что это «Булочная Грейхейвена». Блейз вошёл в уютное заведение. В воздухе витали ароматы свежей выпечки, которая украшала широкую стеклянную витрину. Разнообразные кондитерские изделия и пирожные во всей красе представали перед посетителями. Он оглянулся в поисках Дафны и отыскал её в дальнем уголке кафе. Ладони взмокли, а волнение навалилось с удвоенной силой. Дафна застыла над чашкой кофе мрачным и печальным изваянием, но стоило ей услышать приближающиеся шаги, как она тут же подняла голову. Голубые глаза казались такими огромными на сером измученном лице. «Чёртов Тео», — выругался про себя Блейз, глядя на понурый вид девушки. Он склонился к ней, собираясь оставить свой поцелуй на щеке, но Дафна отстранилась. Эта реакция вызвала волну беспокойства внутри, но Блейз постарался не выдать своих чувств, чтобы не доставлять ей ещё больше потрясений. Забини занял стул, стоящий напротив, и тихо прошептал: — Привет. — Привет, — глухо отозвалась Дафна. Воцарилась неловкая пауза. Блейз лихорадочно пытался подобрать слова и бестолково барабанил пальцами по столешнице. Дафна избегала его взгляда. — Нам нужно прекратить это, — вдруг сказала она. Блейз впал в ступор от этого неожиданного заявления. Его указательный палец так и застыл в пространстве, не успев выбить гулкий стук. — Что? — в замешательстве переспросил он, надеясь, что ослышался. Она просто не могла сказать то, что сказала. — Нам нужно прекратить наши встречи, — раздельно произнесла Дафна, поднимая на него решительный взгляд. — Так больше не может продолжаться. Мы зашли слишком далеко. Блейз не верил своим ушам. Дафна выглядела слишком спокойной. Он усиленно помотал головой, надеясь, что всё ещё спит. Потому что это не могло происходить в реальности. Может, он всё ещё в коме? А события последних дней ему только привиделись. — Ты ведь получила вчера вечером ту газету? — недоумённо уточнил Блейз. Он не мог вспомнить, упоминал ли это в письме. — Так это был ты? — возмущённо воскликнула Дафна, её пухлые губы сжались в тонкую линию. — Нет. — Ты знаешь, кто это мог быть? — уточнила Дафна. — Подожди, то есть, после этого скандала ты хочешь расстаться со мной? — спросил Блейз, игнорируя вопрос. Какая-то банальная верность другу не позволила упомянуть имя Нотта. Хотя очень хотелось. — Но как же твой муж? — По-твоему, я должна расстаться с ним? — она удивлённо вскинула брови. — Разве не этого он теперь хочет? — Дафна промолчала. — А чего хочешь ты? — Я не знаю, — серьёзно ответила она, смело встречая его осуждающий взгляд. Блейз очень хотел верить, что это всего-навсего неудачный розыгрыш, но что-то в тоне Дафны подсказывало, что это правда. Она действительно не знает. — Ты не женился на мне, — заговорила Дафна, опуская взгляд на чашку кофе. — Ты мог, но так этого и не сделал, — печальная улыбка коснулась её губ. — Стоит ли удивляться тому, что теперь наши дороги разойдутся в разные стороны? Голос Дафны был полон боли и обиды. Хуже всего было то, что Блейз знал, что она права. Он действительно не стал бороться за неё, потому что никогда по-настоящему не верил, что действительно может её потерять. Горечь и сожаление разрастались внутри, словно сорняк, вытесняя остальные эмоции. — Неужели всё? — спросил Блейз. — Ты просто вернёшься к мужу, забыв всё, что между нами было? Дафна пригубила кофе, будто пытаясь выиграть чуточку времени для верного ответа. — Мне кажется, что ты просто не до конца понимаешь, что для меня и моей семьи значит этот брак. — Так объясни! Твой муж вовсе не старик, чтобы не найти себе другую жену. Сколько ему там? Тридцать пять? Семье придётся смириться с твоим выбором. — Скорее, смириться придётся именно тебе, — Дафна посмотрела ему прямо в глаза. — Ты знаешь, кто распространил эти фотографии? — Это был Нотт, — мрачно ответил он. Это было подло. И очень лицемерно. Блейз вчера упрекал Теодора, что такое поведение недопустимо. Но желание восстановить справедливость требовало отплатить другу тем же сиклем. — Нотт? — глаза Дафны округлились. — Почему ты так думаешь? Это не могла быть Уизли? Она ведь работает в газете. Мы собираемся выпустить опровержение в «Ведьминском Еженедельнике». Трейси возьмётся за эту статью. — Уизли вряд ли интересует моё сердце. Она должна уехать в Бразилию и играть там в квиддич. Это точно Нотт. Дафна поднялась из-за стола с неприятной улыбкой и принялась надевать пальто. — Я поговорю с ним, — заключила она. — Думаю, мы сможем с этим разобраться. — А как же Гленливет? — спросил Блейз, наблюдая за её действиями. — Теперь он твоя забота, — равнодушно ответила она. Рука миссис Фоули уже почти коснулась дверной ручки заведения, когда оклик Блейза остановил её. — Дафна? — Да? — она обернулась, внимательно разглядывая его. — Не стоит ли мне принести свои извинения Астории? — с фальшивым благочестием уточнил он. — Вдруг её помолвка с Драко не состоится из-за скандала. — Ты можешь не волноваться, Нарцисса заверила нас, что Малфои не собираются отступать от договоренностей. Драко прислал сегодня утром огромный букет Астории. — Чудно, — ханжески отозвался он. — Надеюсь, что уж они-то будут счастливы в браке. — Прощай, Блейз, — произнесла Дафна. Звон колокольчика над дверью возвестил уход миссис Фоули из кафе и жизни Блейза.

***

Джинни не находила себе места после того злополучного вечера в доме Забини. Родственники буквально завалили её совами с письмами, выражающими сочувствие, что Блейз оказался мерзавцем. Она действительно была растеряна и сбита с толку, но не Забини являлся тому причиной. Джинни по-прежнему не могла выбросить из головы Драко Малфоя. Его взгляд, полный разочарования и досады, до сих пор преследовал её во снах. Пару раз она порывалась написать ему письмо с объяснениями, но каждый раз останавливала себя. Ей не за что было чувствовать свою вину перед ним. Это Драко скоро будет помолвлен с Асторией. Пример Блейза и Дафны наглядно демонстрировал ей, куда приводят подобные интрижки… Джинни до сих пор хранила в шкафу одежду Малфоя, которую он оставил в то утро, спешно покинув её дом. Иногда она доставала его вещи и с каким-то странным остервенелым упоением рассматривала, пытаясь воскресить в памяти те волнительные мгновения. Джинни совсем лишилась сна из-за навалившегося на неё в последние дни беспокойства. Временами, на стыке между сном и бодрствованием, ей казалось, что эта история даже не была реальной. В пятницу Джинни ждала появления Гермионы и Невилла. Они должны были забрать часть вещей, которые не потребуются ей на новом месте. Джинни всеми силами старалась избежать объяснения с родными касательно того, что произошло между ней и Блейзом. Какая-то часть Джинни очень хотела рассказать Невиллу правду о том, что произошло между ней и Малфоем. Другая же требовала унести эту тайну с собой в могилу. Услышав тихий стук, Джинни направилась в коридор, расталкивая картонные коробки, попадающиеся на пути. Распахнув дверь, она увидела Невилла и Гермиону. Они выглядели немного странно. По коже Лонгботтома блуждала маленькая нарисованная рыбка. В волосах Гермионы трепетали синие и золотые бабочки. — Что это с вами? — удивлённо спросила Джинни. Её друзья были не из тех, кто любит излишнее украшательство. Гермиона яростно сверкнула глазами, а Невилл весело захихикал. — Эти люди, — она махнула рукой в сторону, будто имея в виду Невилла и отсутствующего Рона, — посчитали очень весёлым поколдовать над моей причёской. Джинни отмахнулась от этого замечания. Она прекрасно знала, что если бы Гермиона захотела, то ей хватило бы одного движения палочкой, чтобы убрать все следы волшебства. Недовольство было скорее напускным. Невилл по-прежнему с весельем смотрел на творение своих и роновых рук. — А что с тобой? — Джинни кивнула на рыбку, которая застыла на его щеке. — Это Рон опробовал на мне своё первое изобретение для магазина, — пояснил Невилл. Гермиона закатила глаза. — У нас был общий выходной, и я отвела Рона в торговый центр. Там он увидел, как детям рисуют на лицах всяких мультяшек. Ему показалось это интересным, и теперь у нас весь дом завален чёртовыми рисунками, — с недовольным видом она повесила пальто на крючок. — Рон так хорошо рисует? — спросила Джинни пристально рассматривая лицо Невилла. — Нет, он написал Дину. — Как тебе мои синие бабочки? — спросил Лонгботтом, указывая на волосы Гермионы. Джинни показала ему большой палец вверх, подтверждая его мастерство. Недаром профессор Макгонагалл настояла на том, чтобы он на шестом курсе взял чары. — Рон отправился в Австрию, — продолжила Гермиона, заходя в гостиную и окидывая взглядом пространство, забитое коробками. — Напал на след, ведущий к людям, которые покрывали Мальсибера. Он очень хотел прийти и высказаться о том, какой Забини мудак. Но решил купить большой конверт и отправить тому проклятие совиной почтой. — Ты же не позволишь ему это сделать, Гермиона, ведь так? — спросила Джинни. Грейнджер состроила оскорблённый вид. — Не ты ли недавно обвиняла меня в том, что я слишком наседаю на Рона и во всём контролирую? — уточнила она, вскидывая брови. — Нет, Джинни, твой брат взрослый и самостоятельный человек. Он может заниматься тем, чем захочет. Какое-то внутреннее чутье подсказывало Джинни, что Гермиона ещё и купит подходящий конверт. Двойные стандарты мисс Грейнджер. Надо будет отговорить Рона от этой идиотской затеи. — Мы ненадолго, — заявила она. — Потом я отправлюсь к родителям, — Гермиона достала из сумочки небольшую прямоугольную штуку, по которой можно связываться с людьми на расстоянии. — Они так ничего и не вспомнили. Гермиона удручённо вздохнула, но тут же взяла себя в руки и приняла бодрый вид. — А сейчас мы здесь, чтобы морально поддержать тебя. Джинни натужно улыбнулась. Ей не нужна была поддержка. Она бросила растерянный взгляд на Невилла. Он подмигнул ей, а рыбка уже находилась в районе шеи. Джинни чувствовала острую необходимость рассказать ему всё, но присутствие Гермионы мешало. — Так, покажи, что мы должны забрать? — уточнила Грейнджер. Джинни указала на часть коробок, в которые были упакованы кухонные наборы, праздничные фужеры и прочие мелочи, которые жаль выбрасывать, но брать с собой не имело смысла. Теперь все эти вещи, как и множество других, будут пылиться на родительском чердаке. Джинни безучастно наблюдала, как Гермиона накладывает чары неразбиваемости на каждую из коробок. Вообще-то она уже сделала это до их прихода, но решила не отвлекать Грейнджер, волнуясь, что тогда им действительно придётся говорить о чём-то важном. — Думаю, что мы навестим тебя на Пасхальных каникулах. Мы с Роном будем как раз свободны. Шарлотта сказала, что ты можешь не волноваться по поводу платьев. Мы возьмем твои волосы, чтобы убедиться, что платье сидит как надо. Джинни недовольно закатила глаза. — Для чего такие жертвы? Это не моя свадьба, мне не нужно поражать окружающих красотой. — Шарлотта хочет, чтобы все было идеально, — отозвалась Гермиона. — Что это за вещи? Всё так не аккуратно сложено. — Это принадлежит Блейзу, — ответила Джинни, выхватывая из рук подруги коробку. Невилл внимательно изучал стопку книг, сложенных на комоде. — «В плену чистокровного рода»? — его глаза удивленно расширились, а губы дрогнули. — Джинни, ты точно уверена, что не хочешь отправить это на помойку? — Я оставлю их маме, — невозмутимо ответила она, пытаясь перехватывая книгу из рук Лонгботтома. — Отдай! Но Невилл лишь поднимал экземпляр сомнительного содержания выше, вынуждая Джинни тянуться за ним. — Если сам хочешь прочесть, то просто признайтесь, мистер Лонгбботом, — заявила она, недовольно скрещивая руки на груди. — Конечно, уверен, что чтиво потрясающее! — Это очень серьёзный роман, повествующий о любви чистокровной ученицы к своему маглорожденному учителю, — пояснила Гермиона. Джинни и Невилл переглянулись. — Ты что, читала эту книгу? — воскликнула Уизли. — Бред, — Невилл с отвращением положил роман обратно. Гермиона нахмурилась, и бабочки в её волосах, повинуясь перемене настроения, усиленно зашевелились. — Я ничем не отличаюсь от других. Иногда я просто хочу прочитать какую-то книжку для развлечения, — яростно начала оправдываться Грейнджер. Уизли уже представила, как надолго растянется эта дискуссия, но резкий стук в дверь заставил всех вздрогнуть. — Ты кого-то ждёшь, Джинни? — спросил Невилл, странно поглядывая на неё. Сердце пропустило удар, а ладони вспотели. Был только один человек, который мог навестить её в этот день. Она бы не хотела встретиться с ним, пока в квартире находились Лонгботтом и Грейнджер. Джинни помотала головой, а Гермиона смерила их двоих подозрительным взглядом. Казалось, что Грейнджер начинает догадываться, что есть что-то, скрытое от её понимания. Уизли двинулась в сторону двери, ощущая покалывание в пальцах. Она знала, что он придёт. Не мог не прийти, и оставить их отношения оборванными и незавершенными. Они должны поговорить и всё выяснить. Распахнув дверь, она пыталась подавить радостную улыбку, но как оказалось, напрасно. На лестничной площадке находился только Блейз Забини. Джинни была так обескуражена его появлением, что какое-то время только разочарованно пялилась на него, не находя подходящих слов. Этим замешательством не преминула воспользоваться Гермиона, выглянувшая из-за её плеча и угрожающе надвинувшись прямо на Забини. — Какого чёрта ты здесь делаешь? — воскликнула Грейнджер. — Да как у тебя наглости хватает появляться здесь после всего того, что ты натворил?! Блейз отступил под натиском Гермионы, тревожно поглядывая на Джинни. — Я пришёл извиниться, — сказал он, выставляя вперёд ладони. — И я хотел бы переговорить с Джинни с глазу на глаз. Думаю, нам есть, что обсудить. — Я поговорю с ним, Гермиона, — сказала Уизли, отстраняя невестку. — Я скоро, — заявила она и захлопнула дверь перед взволнованным лицом Гермионы. — Да уж, Уизли, с тобой шутки плохи, — сказал Блейз после короткой паузы. — Того и гляди вся твоя семья накинется на меня, как стадо гиппогрифов на Амбридж. — Не смешно, — резко оборвала она. — Зачем ты здесь? Джинни бросила внимательный взгляд на Забини. Что им обсуждать, если даже Малфой и Нотт не черкнули ей больше ни строчки. — Пришёл забрать свои вещи и ключи от квартиры. Джинни приоткрыла дверь и призвала картонную коробку при помощи манящих чар. Она, конечно, могла сделать это, не применяя волшебства, но не хотела ничего объяснять Невиллу и Гермионе. — Держи, — сказала она, протягивая ему коробку, но прежде чем руки Блейза успели коснуться картонной поверхности, Джинни притянула её к себе. — А как же Гленливет? — Думал, что ты и не вспомнишь, — с лукавой улыбкой произнёс Забини. — Это вторая причина моего появления здесь. Я хотел попросить тебя оставить его себе. — Что? — поражённо переспросила Джинни. — Ты что, хочешь повесить на меня своего кота? Почему бы тебе и будущей миссис Забини не заняться его воспитанием? — Будущая миссис Забини решила остаться миссис Фоули, — подавленно ответил Блейз. Джинни была в смятении от этой новости. Конечно, последние дни до неё доходили разные слухи, но правда оказалась неожиданной. — Что? Тогда я ничего не понимаю. Я думала, что Тео сделал это специально, чтобы вы были вместе. — Таков был его план? — раздосадованно уточнил Блейз. — Он не сработал. Печальный вид Забини не заставил Джинни ему посочувствовать. Она только растерянно смотрела на него, не зная, как прервать образовавшуюся неловкость. — Знаешь, иногда люди очень долго роют другим яму, но в итоге падают туда сами. Тео надеялся, что этим скандалом сможет разорвать договоренности между Драко и Асторией. Но это не сработало, и помолвка будет заключена. Удивительная ирония, ты не находишь? Джинни почувствовала, как слова застряли в горле. Она протянула ему коробку, очень надеясь, что Забини поскорее свалит. — Я заберу Гленливета себе, — хрипло отозвалась Джинни, сглатывая. — Глядя на то, как вы обращаетесь с людьми, я волнуюсь за бедное животное. Уизли развернулась, собираясь распахнуть дверь, но хватка Блейза на запястье остановила её. Она посмотрела на него, и во взгляде Забини уловила сожаление. — Извини, Джинни. Я не хотел доставить тебе какие-то проблемы. — Я думаю, что каждый из нас получил свой урок. С этими словами она закрыла дверь, бросив на Забини последний взгляд, полный горечи и обиды. Вернувшись в гостиную, Джинни застала странную картину: Гермиона застыла с выражением тотального шока на лице, прижав трубку к своему уху, а Невилл пристально следил за каждым её движением. — Что происходит? — спросила Джинни. Страх поселился внутри, и она испугалась, что произошло что-то непоправимое. Джинни постаралась скрыть все мысли о Малфое и Астории в глубинах подсознания. Она потом решит, что с ними делать. — Мама звонила, — ответила Гермиона. Голос звучал сдавленно, будто она едва сдерживает рыдания. — Она сказала, что испекла мой любимый вишневый пирог. — И всё? — с сомнением уточнила Джинни, обеспокоенно глядя на Невилла. — Я думала, что кто-то умер. — Нет, ты не понимаешь. Она испекла мой любимый пирог. Тот самый, который пекла мне в детстве, — чуть ли не по слогам произнесла Гермиона, будто в словах заключался какой-то очевидный смысл, который она безуспешно пыталась донести до Джинни. — Нет, это я поняла, но что… — неожиданная догадка искрой вспыхнула в разуме. Мать Гермионы вспомнила любимый пирог своей дочери. — О Мерлин, милая, — она заключила Гермиону в объятия, и бабочки, находящиеся в волосах подруги, затрепетали, царапая кожу на щеке Джинни. Раздались глухие рыдания. Невилл шарил по коробке с зельями, пытаясь отыскать успокоительный бальзам. Джинни почувствовала, как глаза против воли наполняются слезами. Она уткнулась в волосы Гермионы, надеясь, что никто не заметит её минутной слабости. Немного позже Джинни отправила дрожащую Гермиону в сопровождении Невилла в дом Грейнджеров. Она от всей души надеялась, что это будет не последнее их воспоминание о дочери. Оставшись совсем одна, в тишине пустой квартиры, Джинни небрежно упаковала вещи Драко и отправила их с совой. Глядя, как сипуха уносит уменьшенный и облегчённый магией сверток, она надеялась, что больше ничего, кроме колющей боли в сердце, не напомнит ей о нём.