Snakes At Midnight

Если не считать порядком изношенного оборудования, склад был старым и пустым. Пустота оставляла больше места для навязчивого эха, которое сопровождало каждое их движение. К сожалению, это означало, что Ген буквально слышал, как стучали зубы заложника каждый раз, когда по его телу прилетал удар. И, надо сказать, что Стэнли был далеко не таким милосердным, как Цукаса. — Фух! — Ответь ему. — Стэнли приподнял голову мужчины за волосы, каждое его слово казалось смертоносным. — Что ваша группировка знает о мафии? Мужчина попытался проглотить ком в горле и закашлялся, окрасив пол склада небольшими брызгами крови. — …пошёл нахуй. — Сразу после его голову снова швырнули на цемент. — Что нам делать, Босс? Мы не сдвинулись с места с этим уродом, — спросил Броуди у Ксено. Он стоял, прислонившись к ящику, наблюдая за ходом допроса. — Ты уверен, что не теряешь хватку, Стэнли? — поддразнила Майя, прислонившись к какому-то старому станку. — Тц. Если у тебя есть время надо мной стебаться, почему бы тебе не подойти сюда и не допросить его самой? — Мужчина рявкнул, но Майя осталась невозмутимой. — Хватит, Стэн. Ты можешь сделать перерыв, — Ксено сделал шаг вперёд, жестом призывая прекратить эти бесплодные пытки. Когда заложник заткнул рот, а Стэнли вернулся к Ксено, лидер триады вздохнул и бросил разочарованный взгляд на двух других Боссов. — Несмотря на то, что якудза — отбросы Земли, они очень стойкие. Три часа грубой силы от трёх разных мужиков, и он не пробормотал ни одного ценного слова. Если бы обстоятельства были другими, я даже был бы впечатлён.  — Может, сила — это не совсем то, что нам нужно? Какая-нибудь новая тактика может сработать, — предположил Союз. — У него есть семья, которую мы могли бы использовать в качестве рычага давления? — Насколько нам известно, нет.  — Я мог бы попросить кого-нибудь из моих людей покопаться… — Я устал. Союз удивлённо замер. — Простите?.. — Я устал, — повторил Ксено, расхаживая лёгкими шагами вокруг их заложника. — Я думаю, можно с уверенностью сказать, что мы все устали. Чиба-сан, наверное, устал больше всех нас... Так почему бы нам просто не покончить с этим? Через несколько секунд Ксено прижал руку мужчины к земле ногой и одним движением выхватил перочинный нож из кармана своего длинного чёрного плаща, через мгновение вонзив его в руку Кацуо. Когда якудза закричал и попытался вырваться на свободу, Ксено вытащил нож и отрезал ему кончик пальца. Всё это происходило так естественно, так легко, как если бы Ксено просто разрезал масло.  В то время как Союз выглядел потрясенным, руководители клана Уингфилд стояли в стороне и апатично любовались зрелищем. Ген не осмелился увидеть выражение лица босса клана Ишигами, да это и не имело значения. Руки их заложника всё ещё были в беспорядке. Ксено вздохнул и опустился на колени, чтобы встретиться с безумным взглядом Кацуо. — Ни у кого из нас нет на это времени, Чиба-сан. Если ты не ответишь, я отправлю тебя к твоему боссу вообще без пальцев на обеих руках. Расскажи мне всё, что ты знаешь о своей организации, и что твоя группировка знает о мафии, — он резко ударил ножом, отрезав еще один палец. — Сейчас же.  — Ах! — Кацуо закричал, по его разбитому лицу потекли слёзы. Однако, к удивлению Гена, холодное и убийственное обещание Ксено окончательно сломило человека после нескольких часов бесконечных избиений руками и ногами. Возможно, его пугало отсутствие хоть каких-либо сомнений, малейших колебаний в голосе Хьюстона. Это, и то, что Ксено Уингфилд был человеком, чьё присутствие сложно было с чем-либо сравнить — человеком, беззастенчиво эгоистичным и полным решимости получить то, чего он хотел, любой ценой. — Я не знаю! Я действительно не знаю. Вы… вы должны спросить моё начальство! Сэнку сделал шаг вперёд. — И кто это? — Кен… Кияма Кен! Я отчитываюсь перед ним. Что бы вы ни искали, он, вероятно, знает! Я не был здесь довольно долго, поэтому я не знаю! Ксено моргнул. — Это так? Удовлетворённый, он встал и вытащил из его руки свой нож. Достав из кармана носовой платок, он развернулся и, уходя, принялся вытирать кровь со стали. — Спасибо за совет. Не говоря больше ни слова, Стэнли вытащил пистолет из-за пояса и дважды выстрелил Кацуо прямо в центр головы, заставив Гена подпрыгнуть от громкого резкого звука. Затем его оставили просто стоять в абсолютном онемении и со звоном в ушах, пока остальные безучастно смотрели на окровавленный труп на полу склада. Они едва использовали своего заложника. — Это было необходимо? — многозначительно спросил Сэнку у Стэнли. — При всем уважении, Ишигами-сама, этот человек не смог сказать ничего полезного. Учитывая, как долго мы держали его в плену и его низкое положение в группе, я удивлён, что он вообще смог что-то предложить, — вежливо сообщил Стэнли, убирая пистолет. — Стэн прав, — согласился Ксено, повернувшись лицом к Сэнку. — Этот человек почти не знал ничего ценного. Еще час расспросов был бы пустой тратой времени. Нам повезло, что у нас есть хотя бы одно имя.  — Возможно вы и правы, но, возможно, мы могли бы получить больше информации, если бы… — Нет смысла спорить о гипотезах, доктор Ишигами. Что сделано, то сделано, — отрезал Ксено, делая шаг ближе к Сэнку и смахивая ворсинку с его плеча. — Вы же согласны со мной? Они обменялись мрачными сложными взглядами, прежде чем Сэнку, наконец, сдался и ответил, хотя и вынужденно. — Согласен.  Ксено ободряюще похлопал его по плечу. — Хорошо. — Удовлетворённый, он отошёл, чтобы обратиться ко всем остальным в помещении. — Думаю, на эту ночь мы закончили. Завтра мои руководители и я будем искать этого Кияму Кена и всех остальных, кто может помочь в нашем расследовании. Остальные могут продолжать работать над допросами всех оставшихся людей в списке. Союз кивнул, по-видимому, ничуть не оскорблённый планом. Сэнку, с другой стороны, был совсем не доволен. Хотя, Ген не то чтобы видел это — больше знал. Это хорошо получалось в работе с кем-то таким логичным и прямолинейным, как Сэнку — несмотря на их различия, если Гену удавалось уловить какую-то фальшь, подставу, несуразицу, Сэнку, скорее всего, улавливал то же самое. И слова Ксено определённо не понравились информатору, точно так же, как не понравились и учёному, несмотря на то, что он притворился, что всё в порядке.  — Если ни у кого нет никаких опасений, давайте вернемся в отель. Ах, — Ксено указал между трупом и Хромом, направляясь к выходу. — И, кто-нибудь, уберите это. Возиться и с крысами, и с заложниками было бы неэлегантно.  Хром моргнул, не уверенный в намерениях Ксено. — Эм-м-м… — Что? Пол сам себя не вымоет. Вымой.  Фырканье Цукасы, наконец, заставило Хрома отреагировать и поклониться в знак уважения. — Верно! Да, сэр! Броуди усмехнулся, когда вместе с  руководителями последовал за Ксено на выход. — Лучше бы тебе убрать здесь всё хорошенько, малыш. Босс ненавидит вредителей, но я их ненавижу ещё больше, — он поднял с пола старую тряпку и бросил её Хрому. — Если полиция поймает нас, потому что ты плохо тут поработал, я тебя убью.  Хром нахмурился. Он скомкал тряпку в руках, стараясь, чтобы его голос звучал как можно мягче. — Вас понял.  Когда Союз и Ксено, наконец, ушли, клан Ишигами позволил себе недовольно посмотреть друг на друга, стоя посреди склада. — Тц. Каким вообще образом мы оказались ответственными за уборку? — Хром сердито бросил тряпку и заворчал. — Это они стреляли в того парня! — Ага, — Ген повернулся к Сэнку и поднял бровь, скрестив руки на груди. — Как это случилось, Ишигами-сан? — На самом деле, если бы Ген попробовал угадать, он бы сказал, что дисбаланс сил между Сэнку и Ксено был чрезвычайно искажен. Конечно, во многом это был вопрос о старшинстве, и о неподчинении в мафиозных кругах не могло быть и речи, но железная хватка Ксено оказалась слишком крепкой, чтобы понравиться Гену. Он разговаривал с учёным, как с ребёнком.  — Какое это теперь имеет значение? — Сэнку засунул руки в карманы брюк и повернулся, чтобы уйти от разговора. — Давайте поторопимся и вернемся в гостиницу. Рюсуй с ухмылкой похлопал Хрома по спине. — Ты ведь всё предусмотришь, верно, Хром? — Ты… просто иди сюда и помоги мне! — Что, прямо в этом великолепном костюме? — Рюсуй, — хором предупредили Сэнку и Укё. — Ладно, ладно, я просто дразнился, чего вы, — фыркнул Нанами и быстро подошёл, чтобы помочь. — Босс, ничего, если я пойду вперёд? Думаю, мне следует промыть царапины на костяшках пальцев, пока они не заразились, — спросил Цукаса, сжимая один из кулаков. — Да, наверное, так будет лучше, — легко согласился Сэнку и бросил ключ от комнаты своему телохранителю. — Скажи мне, если что-то покажется не так. Мы ненадолго. — Да, Босс, — поклонился Цукаса и быстро ушёл, оставив остальных наводить чистоту. Казалось, Сэнку, несмотря на свою занятость, не пропустил подозрительный взгляд Гена, метнувшийся в его сторону. — Что такое? — Ничего, Ишигами-сан. — Разве твоя работа не подразумевает, что ты должен быть хорошим лжецом? — Уверяю вас, вам не о чем беспокоиться, — сказал Ген, хотя Сэнку недоверчиво нахмурился. — На данный момент, по крайней мере. Пока я только присматриваюсь.  Сэнку усмехнулся. — Лучше бы ты от нас ничего не скрывал. — То же самое касается и тебя. Это заставило учёного задумчиво замедлиться. Через несколько секунд он, наконец, оглянулся, чтобы бросить взгляд на информатора, который всё так же улыбался ему. Ген знал, что это нервировало Сэнку, но в этом и была суть — если Сэнку так явно собирался хранить от него секреты, то Ген будет мучить его, пока тот не сдастся под давлением. Он сомневался, что Ксено был бы рад, если бы Ген допрашивал его о природе его отношений с коллегой по работе. Тем не менее, Сэнку просто закатил глаза в типичной для Сэнку манере и продолжил игнорировать его, пока тело Кацуо не было должным образом утилизировано. И хотя Ген с удовольствием поковырялся бы в его великолепном мозгу ещё немного, он слишком устал, чтобы встать со своего места на диване и присоединиться к измазанным в крови и грязи мужчинам в их походе в баню. Это и то, что он не был уверен, что с его стороны было умно видеть Сэнку голым, учитывая сложный характер их отношений. Это чувство, вероятно, было двусторонним: Сэнку даже не взглянул на него, когда впервые отклонил приглашение Хрома. Но после того, как услышал, что Ген отказал в приглашении от Цукасы, решил согласиться и поехать.  — Ты уверен, что не хочешь пойти? — спросил телохранитель. Через несколько минут после того, как все остальные ушли, он, наконец, вернулся после обработки своих порезов. Возможно, его повреждения были хуже, чем казались, если это заняло у него так много времени, но Цукаса никогда не жаловался. — Лучше сейчас пойдём вместе, чтобы потом ты не заблудился. И мне было бы неловко оставлять тебя здесь совсем одного. — Хм? Со мной всё в порядке! Это тебе должно быть одиноко, Цукаса-чан. У них не хватило порядочности подождать тебя, чтобы вы могли пойти в баню все вместе! Если бы это был я, я бы уже подал заявление об увольнении~ Цукаса покачал головой и усмехнулся. — Я бы никогда не ушёл в отставку из-за такой мелочи, — он застегнул свою спортивную сумку и повесил на руку комплект чистой одежды. — Я часть силовой команды, характер моей работы сильно отличается от генеральской. Хотя мне нравится компания Босса, никто не ждёт от меня, что я буду рядом с ним 24/7. У меня есть другие дела. Я же не генерал.  — Другие дела? Например? — Ну, обеспечение его защиты на расстоянии, — он забросил полотенце за голову и натянул его на шею. Он сильно потянул за концы, регулируя длину, прежде чем снова взглянуть на Гена. — Я знаю, что всегда кажется, будто Кохаку берёт на себя всю нашу самую тяжёлую работу, но то, что мы с Хьёгой делаем, тоже необходимо. Иногда мы видим вещи, которые её… ну, очень сконцентрированное зрение может не заметить.  Ах, так может быть, Сэнку был прав. — Поэтому ты взялся за эту работу? — Да. Кохаку — опытный телохранитель, но она может стать слишком эмоциональной. Это то, чем мы не можем рисковать, особенно рядом с теми людьми, которым мы не доверяем.  Ген промычал, скрестив руки на груди. — Я полагаю, в этом есть своя правда. Они определённо могут дёргать за какие-то ниточки за кулисами.  — Вот именно, — вздохнул Цукаса, нахмурившись. — Если бы только некоторые люди знали, что всё это не так просто, как кажется. Я не могу всё время околачиваться рядом с Боссом только чтобы просто быть в шаговой доступности — он нанял меня не для этого. — Хм? — Ген склонил голову набок. — Кто эти некоторые люди? — Эм… Никто. Я просто разговариваю сам с собой, — фыркнул Цукаса, подняв свою спортивную сумку и поставив её рядом с футоном. Он коротко кивнул Гену, когда собрал свои вещи и уже был готов уйти. — Ладно, Асагири-сан. Я сейчас выйду. Вы знаете, как связаться с нами, если вам что-то понадобится, хотя я бы предпочёл, чтобы вы оставались здесь, пока мы не вернёмся. — Буду иметь в виду, — улыбнулся Ген. Он помахал рукой, глядя, как Цукаса идёт к двери. — Безопасного вам банного путешествия~ ••• Удивительно, но Ген остался в комнате, когда все остальные ушли, хотя и не без причины. Держа в руках список возможных подозреваемых, он достал свой ноутбук и начал искать всё, что можно было узнать об их целях. Конечно, подробностей непосредственно о самих мужчинах было очень мало, но Волшебник мог действительно многое сделать, используя одни только их скудные биографии, которые дал им Джуничи. Имена, внешний вид, территория группировки — только на основе этого он мог составить план миссии, который помог бы им захватить этих людей как можно быстрее. Уютно устроившись за низким столиком и потерявшись во вкладках с картами и прочей информацией, он почти не обратил внимания на шаркающие шаги за дверью. Почти. Осознание пришло к нему быстро. Через несколько секунд он оторвал взгляд от экрана, и его пальцы, прокручивающие колёсико мыши, остановились. Даже сквозь дверь он сумел различить, что ничего подобного весу и топоту конкретно этих шагов он явно не слышал раньше. Они не были глухими и тяжёлыми, как у Цукасы, или идеально ритмичными и рассчитанными по времени, как у Укё. Стук ботинок Ксено, всенепременно сопровождаемый шагами одного из его руководителей — Стэнли — также отсутствовал. Ген выпрямил спину в электрической искре внимания. Незнакомо. Незнакомец. Он немедленно закрыл свой ноутбук так тихо, как только мог, и отступил к дивану, где оставил свой блейзер. Не теряя времени, он достал маленький складной нож, который держал в кармане, и прижал его к боку, не сводя глаз с двери. Конечно, кто-то решит проникнуть в комнату в тот самым момент, когда Сэнку-чан не оставляет ни одного из своих подчинённых нянчиться со мной. Вместо того, чтобы предупредить подозреваемого, Ген стоял совершенно неподвижно и держал губы плотно сжатыми, ожидая следующего шага человека за дверью. Информатор ожидал стука в дверь или скрежета попыток повернуть запертую дверную ручку, но секунды медленно тикали совершенно беззвучно. На мгновение ему начало казаться, что он, должно быть, вообразил этот шум или принял блуждающего сотрудника за незваного гостя. Однако только он поправил свою хватку на ноже, когда услышал очень слабый вздох — мужской — с другой стороны двери и лёгкий стук чьей-то нерешительной ноги по полу. Он ждал стука в дверь — чтобы что-то случилось — затаив дыхание, но ещё минута прошла без происшествий. Теряя терпение, Ген почти готов был откашляться и просто уже окликнуть незнакомца, когда услышал, что тот наконец шевельнулся. Постукивание медленно прекратилось, сменяясь звуком резкого вдоха и шорохом одежды. После ещё одной короткой секунды человек, кажется, отступил от двери, развернулся и пошёл обратно по коридору туда, откуда пришел, его шаги стали быстрыми и лёгкими. Ген не сдвинулся с места, пока не услышал звон спускающегося лифта. — Боже, — выдохнул он и рухнул на диван с бешено колотящимся сердцем. Он позволил ножу выпасть из своих рук. Если он не был уверен в своём решении раньше, то он определённо не хотел покидать комнату сейчас. ••• Баня мало помогла снять стресс Сэнку. — Что?  — Как я уже сказал, я понятия не имею, кто это был. Всё, что я знаю, это то, что этот человек точно не был с нами, — объяснял Ген, жестикулируя рукой. — Я прислушался к совету Цукасы и остался в комнате вместо того, чтобы исследовать её, как только этот неопознанный объект ушёл.  — Ты уверен, что нет никакого способа узнать, кто это был? — Хром спросил Укё, нахмурившись. — Я уверен, — угрюмо повторил Укё, просматривая все свои устройства безопасности. — Я мог установить камеры только в комнате. Установка любых устройств за дверью или в коридоре воспринималась бы как прямая угроза, поскольку мы находимся на территории Якудза. Мы имеем право на уединение в только нашей комнате. — Дерьмо, — прошипел Сэнку. Он скрестил руки на груди, расхаживая взад-вперед посреди гостиной. — Они не пытались взломать нашу систему безопасности или нарушить её, так какого черта они пришли сюда? — Мог ли это быть Джуничи? — спросил Рюсуй.  — Нет, — быстро ответил Ген. — Эти шаги были не его, и он, давайте будем честны, вошёл бы сюда без колебаний, чего бы это ни стоило.  — Чёрт возьми, — выругался Хром себе под нос. — Что нам делать, Босс? — мрачно спросил Цукаса. — Должен ли я пойти и сообщить Уингфилду-сама?.. — Нет, — тут же покачал головой Сэнку, застигнув их всех врасплох своим ответом. — Нет. Это только вызовет ненужные проблемы. Он заставит нас просто сидеть здесь и караулить, знаете, как собак во время охоты на уток, пока сам он ведёт расследование в одиночку. Мы застрянем здесь ещё дольше, если это произойдет.  Цукаса нахмурил брови. — Но, Босс… — Хоть это и звучит бессистемно, но Ишигами-сан прав, — прервал его Ген со своего места за низким столом, где он продолжал работать. Он оглядел остальных. — Трата времени на меры безопасности затянула бы расследование ещё дольше, а обстоятельства слишком важны для нас, чтобы отнимать необходимое время и ресурсы. Возможно даже, что наши враги использовали этот трюк, чтобы отвлечь нас от нашей цели. Боюсь, лучшее, что можно сделать, это просто проигнорировать этот инцидент.  — Что? Мы не можем просто игнорировать это! — Если мы хотим спасти наш город, это наш единственный выбор, — подтвердил Сэнку, сурово взглянув на Цукасу. — Чем дольше мы будем тупо сидеть здесь, сложа руки, тем больше у этих ублюдков шансов получить преимущество и выбить почву у нас из-под ног.  — Вы хотите сказать, что нам придётся держать это в секрете от боссов Союза и Уингфилда? Сэнку разочарованно вздохнул и поковырял ухо. — На данный момент, да. Я тоже не хочу хранить от них секреты, но это жертва, на которую мы должны пойти. У нас есть работа, и мы её сделаем. Я не позволю какому-то незнакомцу отпугнуть меня от достижения моей цели.  Хром издал напряженный, нервный смешок. — Вау, Босс. Это всё, конечно, охуенно… — И очень опасно… — так же неуверенно пробормотал Укё. — Что бы вы ни думали, я уже принял решение, — Сэнку перестал ходить взад-вперёд и упёр руки в бока. — Ни слова другим кланам, поняли? Хотя и неохотно, все мафиози склонили головы и согласились. — Да, начальник. — И, Асагири-сан, — Сэнку повернул к нему голову, выражение лица и тон были окончательными. — Тебе больше не разрешается быть одному.  Ген драматично вздохнул и с ленивой улыбкой потянулся над столом. — Да, да, что еще нового скажете? — Твоя жизнь, на удивление, всё ещё довольно ценна, — усмехнулся Сэнку и подошёл к нему. — Кстати, что ты придумал, пока нас не было? Улыбка Гена стала совсем озорной. Подняв голову, он повернул ноутбук, чтобы представить свои выводы. — Я рад, что ты спросил~ ••• На следующий день они осматривали бордель из безопасного автомобиля на общественной парковке через дорогу. Следующей целью в списке был Ямамото Рин, опытный член группировки Domen. В отличие от Кацуо, ему была отведена административная роль посланника, которому было поручено обмениваться сообщениями и документами между группировкой и подкупленными ею гражданскими лицами и простыми рабочими. В результате такой схемы было трудно следить за Рином. Однако… — Он приходит сюда каждый день? — снова недоверчиво переспросил Хром, глядя в окно и поедая очередную пригоршню чипсов. — Как его член ещё не отвалился? — Он был дважды разведён и проработал в группировке Domen почти шесть лет, — пожал плечами Ген. — Думаю, у него есть деньги и целый набор эмоциональных потрясений, чтобы совершать ежедневные поездки.  — Не могу сказать, был ли развод благословением или проклятием, — усмехнулся Цукаса. — По крайней мере, у него хватает порядочности закончить свою работу перед визитом сюда. Однако было бы удобно иметь хотя бы приблизительное время прибытия вместо того, чтобы ждать его весь день, — Рюсуй зевнул и потянулся. — Скажи спасибо, что мы сидим тут начеку, а не ждём в его комнате. Солдаты Союза, должно быть, устали часами молча сидеть, — заметил Сэнку. Он позвал Цукасу и Укё, сидевших на передних сидениях. — Вы видите какое-нибудь движение? — Нет, — сказал Укё, всё ещё глядя в бинокль. — Который сейчас час? — 18:00, — вздохнул Цукаса и нетерпеливо поерзал на своем месте. — На самом деле я с нетерпением жду возможности выбить из него всё дерьмо.  — Ну-ну, насилие не всегда является лучшим решением, — ободряюще улыбнулся Ген. — Кроме того, я думаю, что люди Союза были бы признательны, если бы мы и для них оставили возможность с ним поиграть.  — Ха! Этого человека определенно изобьют до полусмерти, — поддразнил Хром. — Он здесь. Все тут же выпрямились и проследили за взглядом Укё. И действительно, мужчина средних лет в коричневых брюках, синей рубашке и старом плаще свернул за угол и продолжил идти по тротуару, ведущему к захудалой гостинице.  Информационный брокер кивнул сам себе. — Ага, это он. — Сообщите лазутчикам, — приказал Сэнку. — Понял, — Укё поднес палец к наушнику, включив передачу, и понизил голос. — Цель прибыла. Он сейчас идёт к вам.  Инфильтраторы подтвердили сообщение, и вскоре они увидели, как к отелю подъехала машина и припарковалась в переулке напротив. Они терпеливо ждали, предполагая, что люди Союза приступают к работе. Через пять минут они откинулись назад и наблюдали, как одна из дверей отеля, ведущая в переулок, наконец, распахнулась, и их цель, без сознания, вынесли и бросили в багажник ожидавшей машины. Люди быстро забрались в автомобиль, и водитель помигал им фарами с другой стороны улицы. Как только Цукаса ответил на сигнал, машина выехала из переулка и уехала. Вскоре за ним последовали Ишигами. ••• Рин проснулся с тихим стоном, начиная чувствовать боль от полученных ран. Дезориентированный, он упал, когда инстинктивно попытался протереть глаза и встать, не понимая, что смещение веса заставит стул, к которому он был привязан, опрокинуться назад. — Тьфу…! — О, он упал. Только тогда он понял, что был не один, и заставил себя открыть глаза, несмотря на вызванную этим головную боль. Наклонив голову, он моргнул от ослепляющего источника света прямо над головой и заметил, что люди, сидящие вокруг, наблюдают за ним. Все они были мужчинами, и большинство из них носили костюмы. Хотя его зрение было размытым, он всё равно чувствовал злобу, с которой они смотрели на него, и этого было достаточно, чтобы побудить его бороться против сковывающих его руки и ноги верёвок. — Что за… какого хрена? — Его голос стал хриплым, а движения более отчаянными. — Где я…?! — Для тебя это не имеет значения, — ответил Союз, наблюдая за ним из неосвещенного угла склада. Тени хорошо спрятали его лицо от заложника. Он указал на одного из своих подчинённых. — Придержи его. — Получив приказ, Рина схватили за спинку стула и подняли самым нежным образом. Ноги грубо раскачивались взад-вперед, прежде чем правильно сбалансировать, и это лишь усилило его головную боль. — Ты здесь по одной причине — поговорить. Если ты подчинишься и ответишь на наши вопросы, мы тебя отпустим.  — О чём ты говоришь? Я даже не знаю, кто вы, чёрт возьми, такие! — Неважно, знаешь ты нас или нет. Всё, что тебе нужно сделать, это сказать нам то, что мы хотим услышать, — сказал один из людей Союза. Он повернулся к Союзу. — Босс? Сэнку и Союз обменялись подтверждающими взглядами, прежде чем Сэнку одобрительно кивнул Хрому. С этими словами Хром засунул руки в карманы и подошёл к заложнику с опасным выражением лица, которое Ген редко у него видел. За считанные секунды Хром, один из самых милых членов клана Ишигами, потерял всё своё дружелюбное мальчишеское обаяние, и на складе стало на несколько градусов холоднее. — Ямамото Рин, 47 лет. Вы являетесь участником группировки Domen уже шесть лет.  Мужчине не понадобилось много времени, чтобы понять. Как только слова сорвались с губ Хрома, лицо Рина замерло. Затем его голова рухнула на грудь, когда он издал проклятие в знак поражения. — Вот же блядство!  — Похоже, мы на одной волне, — усмехнулся Хром. — Но, как сказал господин Союз, ничего плохого с вами не случится, пока вы будете сотрудничать. — Пошли вы все к чёрту! — прошипел Рин. Хром продолжил. — Мы знаем, что вы своего рода посланник группировки Domen, и у нас есть все основания полагать, что ваша организация вмешивается в работу мафии в другом городе. Кто-то выкупил… — Мафии? Я ничего не знаю о мафии! — Рин сплюнул. Его хмурый вид стал свирепым. — Но даже если бы я знал, я ни за что не сдам свою группу какому-то мафиозному мусору! Не говоря ни слова, один из подчинённых Союза вышел из тени и ударил Рина кулаком по лицу, прежде чем снова ударить его в живот. Ген настороженно окинул взглядом комнату, и ни один мафиози не выглядел впечатлённым. —  Ответь ему.  — Как я и говорил, — закатил глаза Хром, когда Рин закашлялся. — В нашем городе наблюдается тенденция подкупа адвокатов и других подпольных партнёров в сфере политической и уголовной юстиции. Как оказалось, те же самые люди мигрировали в ваш город. Учитывая контроль Domen над политикой вашего города, мы не думаем, что это простое совпадение. — Ты сумасшедший! Я понятия не имею, о чём ты говоришь! — Один из ваших начальников вмешивается в наши дела, — шагнул вперед Рюсуй с таким же враждебным видом. — Мы думаем, что вы могли бы помочь нам выяснить, кому поручается эта работа.  — Очень жаль, потому что я не могу вам, блядь, помочь! — крикнул Рин. — Я ничего не знаю о заговоре, который, по вашему мнению, замышляет моя группировка, и я отказываюсь помогать мафии! Тот же подчинённый снова ударил его кулаком в живот и второй рукой схватил за лицо. — Мы не даём тебе выбора. ••• Через час Цукаса заменил одного из людей Союза, у которого начали опухать руки. Рин всё ещё дышал, но у него уже не было прежней энергии. Несмотря на два выбитых зуба и кровь, которая хлестала изо рта и носа, он до сих пор не сломался. Измученный, он опустил голову на грудь, пытаясь спокойно переносить накатывающую волнами боль. Однако, как только Цукаса закончил обматывать руки спортивной лентой, он был вынужден поднять подбородок от пощёчины, звук от которой эхом разнёсся по складу. — Не думай засыпать. Мы ещё не закончили. — Ты не ... устал от этого? Ты продолжаешь задавать одни и те же вопросы, и я продолжаю говорить одно и то же… Я ничего не знаю! — сказал Рин сквозь стиснутые зубы. Цукаса зацепился ногой за одну из ножек стула и воспользовался дисбалансом, чтобы швырнуть Рина на бетон. Он вскрикнул от шока и издал сдавленный стон от дребезжащего удара головой о твёрдую землю. Цукаса стоял над стулом и смотрел на него сверху вниз, как на насекомое. — Это чушь собачья, и мы оба это знаем, Ямамото-сан. Если ты не хочешь потерять больше зубов, тебе лучше начать говорить, прежде чем ты меня окончательно разозлишь. — …Я не смогу говорить, если у меня не будет зубов, придурок! — Я уверен, ты справишься. Единственный способ выбраться отсюда — это умереть.  Рин зашипел, когда Цукаса наступил ему на бедро и вонзил ступню в одно из мест, куда его уже ранили. — Убей меня тогда…! Я работал с такими людьми, как вы… Всё, что вы, тупые болваны, умеете делать, это мучить и избивать людей, чтобы получить то, что вы хотите. Вам не хватает интеллекта, поэтому вы думаете, что боль — единственное решение. Ну, со мной так не работает! — Он выплюнул каплю крови, окрасив пол. — С другими якудза может быть так просто, но со мной нет. Так что вперед, делай своё гребаное дело! Нос Цукасы раздулся от этой насмешки, лента грозила разорваться от сильно сжатого кулака. Озверев, он схватил Рина за воротник рубашки и… — Достаточно. Кулак Цукасы замер в воздухе. Затем и он, и заложник одновременно отвели взгляды друг от друга, чтобы повернуться к обладателю этого голоса. Точно так же взгляды всех остальных оторвались от сцены допроса и остановились на человеке, который грациозно шагнул из тени. Телохранитель ощетинился, когда силуэт и лицо человека стали более четкими в тусклом свете. — Асагири-сан.  Подчинённый Союза, который давал своим рукам отдохнуть, тоже был недоволен. — Эй, что ты делаешь? Это не твое место… — Союз-сама, Ишигами-сама, — повысил голос Ген, заставляя всех в комнате замолчать. Он медленно подошёл к Рину, держа руки за спиной, уверенно приподняв подбородок. — Заложник прав, такими темпами мы никуда не продвинемся, — он на мгновение отвёл взгляд от стула, чтобы глянуть на Союза и Сэнку позади себя, которые в замешательстве смотрели на него. Он подмигнул им в ответ, его взгляд был особенно тяжелым на Сэнку. — Давайте дадим ему передышку, хорошо? Позвольте мне попробовать. Брови Сэнку слегка приподнялись, он сразу же понял смелое невысказанное сообщение. Затем Ген наблюдал, как они оба нахмурились, обдумывая просьбу, когда Сэнку задумчиво посмотрел на пол, прежде чем поднять взгляд на Союза. Через три секунды учёный наклонился к своему коллеге и что-то прошептал ему на ухо, без сомнения, передавая информацию. Другой мужчина в конце концов оглянулся на Гена, так же ошеломлённый, прежде чем, наконец, прошептать в ответ несколько слов и кивнуть Сэнку в знак согласия. Сэнку кивнул в ответ и скрестил руки на груди. Его красные глаза пронзили темноту и тяжело опустились на плечи Гена. — ...хорошо. Перерыв звучит неплохо. Ладно, Менталист. Давайте посмотрим, что получится у тебя. — Босс, вы уверены? — спросил Цукаса, неуверенно переводя взгляд с Сэнку на Гена. — Да. Это даст нам возможность перегруппироваться и выработать другую стратегию, — сказал Сэнку. — Твоим рукам тоже нужен отдых. — Мы не можем оставить его здесь одного.   — Мы и не оставим. Мы с Хромом будем здесь и присмотрим за ним, — улыбнулся Ген телохранителю. В ответ Хром посмотрел сначала на Босса, потом на информатора, столь же растерянный, как и Цукаса. — Мы с Хромом можем удерживать форт в течение тридцати минут. — Почему Хром? Я могу- — Звучит как план, — подтвердил Сэнку, не задавая лишних вопросов. Его глаза задержались на Гене на пару секунд дольше, чем было бы прилично, но это только придало ему сил. Сэнку выдохнул, прежде чем отвернуться. — Мы будем снаружи. Не выпускай его из виду.  Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Ген фыркнул и улыбнулся ему. — Конечно.   — Позовите нас, если вам что-нибудь понадобится, — сказал Союз, столь же уверенный в способностях Гена, когда они с Сэнку вышли со склада, а их подчинённые неохотно последовали за ними. Цукаса колебался больше всех, медленно передвигая ноги, он нахмурился, глядя на расслабленное выражение лица Гена, прежде чем, в конце концов, убежать вслед за всеми и с громким стуком закрыть за собой металлическую дверь. Не прошло и мгновения, как Хром с резким рывком отвёл Гена в сторону вне пределов слышимости Рина и взволнованно прошептал ему на ухо. — Эй, что, чёрт возьми, происходит?! В один момент мы допрашиваем этого парня, а в следующий вы выставляете из комнаты всех, кроме меня! Что это даст?! — Просто работай, — Ген похлопал его по плечу и подмигнул, легко высвобождаясь из его хватки. — Доверься мне. — Я до сих пор не знаю, каков твой план! — Ты можешь заткнуться с этим чертовым шёпотом? — Рин корчился на полу, его проклятия были приглушены бетоном и кровавой слюной. — Ты усиливаешь мою головную боль.  — Ах, простите, Ямамото-сан. Я не хотел быть невнимательным, — Ген отошёл от Хрома и встал перед Рином, всё ещё улыбаясь. — Мы просто обсуждали дела. Вы знаете, как оно бывает.  — Что? Думаешь о новых методах пыток, которые заставят меня говорить? — Он усмехнулся. — Если тот здоровенный парень не смог заставить меня что-то сказать, я сомневаюсь, что вам, двум стручковым фасолинам, это удастся. Хром нахмурился. — Эй-! — Хром, не сейчас, — Ген поднял руку, дав Хрому сигнал успокоиться. — Нет никакой необходимости спорить. Думаю, мы все на одной волне, Ямамото-сан. — Он опустился на корточки, встретившись взглядом с Рином. — Вы ничего нам не расскажете, потому что ничего не знаете.  Он удовлетворённо смотрел, как усталое, избитое лицо мужчины скривилось от удивления. — …что? Хром нервно переминался с ноги на ногу. — Асагири-сан, что вы…? — Мы думали, что сможем получить от вас информацию, потому что вы были одним из посланников Domen, но правда в том, что вы ничем не можете нам помочь. Если бы вы знали что-то об адвокатах, подкупленных на территории мафии, вы бы либо хранили полное молчание, либо попытались переключить внимание на кого-то другого, чтобы спасти себя. — Информатор наклонил голову вбок. — Верно? — … — Заложник сначала ничего не сказал, явно застигнутый врасплох заявлением Гена, подтверждающим его претензии. В течение последнего часа в его адрес не поступало ничего, кроме угроз и оскорблений, поэтому резкий переход к спокойствию и рациональности был подобен удару хлыстом. — К чему ты клонишь? — Ни к чему! Я просто излагаю факты такими, какие они есть! Люди в нашей с вами сфере деятельности имеют тенденцию раздражаться и нервничать, поэтому я просто выдвигаю более правдоподобные теории. Независимо от чьего-либо прошлого, даже я не могу смотреть, как невиновного человека наказывают за то, чего он никогда не делал.  Бровь мужчины дернулась, одновременно в расстройстве и в облегчении от слов информатора. — …если ты такой умный и знаешь, что я тут ни при чем, то почему бы тебе не сказать им, чтобы меня отпустили? Может сэкономить нам обоим время. Ген вздохнул. — Потому что они не будут слушать меня. Я просто парень, с которым они заключили контракт, поэтому ничего из того, что я говорю, не имеет значения. И как бы я ни хотел быть добрым самаритянином, я хочу получать свои деньги. Я не могу позволить себе злить этих парней, понимаете? Его глаза удивлённо распахнулись. — Ты не с ними? — Неа! — сказал Ген, усаживаясь на пол, игнорируя убийственную ауру Хрома. — Просто дополнительные мозги напрокат.  — Пф. Ну, конечно, — Рин издевательски рассмеялся. Его смех был хриплым и сухим. — Конечно, мафия нанимает людей вне семьи, чтобы они выполняли их грязную работу. Сборище бессовестных идиотов.  Ген поднял бровь. — Это необычно? — Это глупо. Якудза никогда не нанимают людей за пределами своего клана, если у них нет союза с другой группировкой. Так безопаснее.  — Это немного консервативно, вам не кажется? — Это то, что поддерживает в нас жизнь, — возразил Рин. — Мафия, банды... все эти иностранные и новые группировки высокого мнения о себе и отходят от традиций. Именно это индивидуалистическое мышление ставит эту страну позади с точки зрения глобальной власти. Организации, подобные мафии, заботятся только о своей личной выгоде. Якудза заботятся о поддержании единства людей и институтов, сохранении целостности Японии.  Хром стиснул зубы, пытаясь сдержать свои аргументы при себе. Ген сидел тихо, обрабатывая слова, сложив руки на колени. — О, понимаю. В этом случае якудза больше похожа на семью.  — Точно. Как вы думаете, почему мы такие верные? Мафия просто использует это слово как титул, но наша связь проходит через нашу кровь, — Рин кашлянул и издал тихий стон. — Для нас же семья — это всё, о чем многие люди в этой стране, похоже, забыли.  — Хм, — пробормотал Ген, глядя в опущенные глаза мужчины. — Семье Domen повезло, что у нее есть такой преданный член, как ты, — он сделал паузу, но Рин не отреагировал. — Другой твоей семье тоже, наверное, повезло? Глаза Хрома и Рина одновременно распахнулись. — Что? — В рамках той работы, на которую меня наняли, от меня требовалось провести некоторые исследования, — небрежно сказал Ген. Его голос стал мягче, когда он приблизился к мужчине. — Возраст, местонахождение, адрес — всё, что угодно, связанное с вашим именем. Одной из немногих вещей, которые я нашёл, были общедоступные записи, — Ген положил руку на кусок веревки, которым предплечье Рина было привязано к подлокотнику кресла. — Расторжение брака в суде.  Рин резко вдохнул. — Ты- — Это случилось много лет назад, — Ген вонзил ноготь под веревку, экспериментально потянув за неё. — Сколько лет должно быть вашим детям сейчас? — Ты ублюдок, — нахмурился Рин. — Что, ты собираешься угрожать и моим детям? — Зачем мне им угрожать? Тебе ведь наплевать, если они умрут. — Всё тело Рина замерло, лицо побледнело, и Ген не смог сдержать смешок. Он воспользовался возможностью, чтобы слегка ослабить его верёвку. — С выплатами гонораров адвокату и алиментами вы остались буквально полностью разорённым. И, когда банк отказался давать вам ещё денег, вы отчаялись и попытались обжаловать решение суда. К счастью, один из членов той самой группировки Domen как раз работал в банке, он наткнулся на вас и увидел, что вы, так сказать, в нужде, и поэтому они так любезно протянули вам руку помощи, — потрясённые Хром и Рин, не заметили, как первая спираль верёвки развязалась. — Они дали вам щедрый кредит, верно? — Это- — Вы расплатились с ними после нескольких лет экстремальной экономии, но потом снова женились, — съязвил Ген. — И сделали ещё больше детей. На этот раз у неё был роман на стороне. Как бы то ни было, второй развод плохо сказался на общественном мнении, поэтому вас уволили из офиса. — Вторая спираль верёвки раскрутилась. — Постановление суда, и вот, ни работы, ни помощи банка. Domen подняли цену по кредиту во второй раз, а вы смогли получить лишь паршивую работёнку в магазине на другом конце города. Не имея особого выбора, вы присоединились к якудза и использовали свой скудный доход, чтобы выплатить им долг. Тем не менее, с двойными алиментами, судебными издержками и новым долгом членство в Domen мало чем вам помогло… — Последняя спираль разорвалась. — И потом, вы убежали и всё бросили. — Ген помолчал, бросив на него сочувствующий взгляд. — Итак, теперь вы работаете на преступную организацию, чтобы вернуть кредит, который вам больше не нужен. Ваша семья, друзья, коллеги — жизнь, которая у вас когда-то была, исчезла, — Ген улыбнулся с выражением жалости. — И вы ненавидите себя, потому что эти преступники, те самые люди, которые привели к вашему падению, относились к вам с большей щедростью, преданностью и добротой, чем когда-либо относилась ваша настоящая семья.  — Замолчи! — закричал Рин, злой и грустный. — Это… это не твое дело… — Я просто говорю- — ЧТО БЫ ВЫ С НИМИ НИ СДЕЛАЛИ, МНЕ ВСЁ РАВНО! — Он кипел, тяжело дыша. — Эта сука… и её неблагодарные дети… я не хочу больше о них думать! — Он ударился головой об землю. — Я выкачивал для них свои деньги, потерял ради них работу, присоединился к проклятым якудза… — Он издал сухой смешок. — А теперь, вот, я защищаю людей, которым я должен, потому что… потому что… чёрт возьми, потому что у меня больше никого нет! Потому что они мои братья! — Он снова ударился головой. — Я сошёл с ума! Голос и поза Гена оставались ровными и спокойными. — Я не думаю, что это правда. Судя по вашему образованию и прошлому, вы интеллигентный человек. Это нормально — хотеть окружить себя людьми, которые не думают о вас плохо. Это очень по-человечески.  — Хах, правда что ли? — саркастически спросил Рин хриплым голосом. — Извините, но я не просил жизненных советов. Если подумать, ты был ужасно добр ко мне, не так ли? Либо ты садист, которому нравится видеть людей в их худших проявлениях, либо ты просто пытаешься подмазаться ко мне в своих интересах. В этот момент улыбка Гена превратилась в мрачную ухмылку. — Ни то, ни другое.  Затем и Хром, и Рин в ужасе вытаращили глаза, когда Ген невозмутимо начал развязывать оставшуюся часть веревок с рук Рина. — Что- — Асагири-сан?! — воскликнул Хром, уже вскочив, чтобы остановить его. — Есть одна важная вещь, которую вы должны знать обо мне, Ямамото-сан, — продолжил Ген. Резкие нотки его голоса заставили мафиози остановиться — чтобы довериться ему. — Я ни на чьей стороне, кроме своей. В конце концов, мне наплевать на этот конфликт между якудза и мафией, и ещё больше мне плевать конкретно на вас, — часть верёвки упала на пол, и Рин уставился на него, как будто он сошёл с ума. — Но реальность такова, что вы по-прежнему создаёте для меня личную проблему.  Рин собрал всю злобу, на которую был способен, и состроил свою самую устрашающую гримасу. Учитывая, что в нем всё ещё бушевал шок, на Гена это совершенно не подействовало. — Что ты имеешь в виду? — Кто-то в этом городе всё ещё отбирает у меня клиентов и тормозит мой бизнес. У нас очень маленький список людей, которые могли бы помочь нам найти этого негодяя, и если мы в конце концов не выясним, кто преступник, мне не заплатят! — драматично воскликнул Ген, качая головой. — Тогда почему ты меня отпускаешь? — Я предлагаю вам два варианта. — Варианта…? — Да. «А»: вы остаётесь здесь и сотрудничаете, предоставляя нам всю информацию, которую мы хотим знать, или «Б», — Ни с того ни с сего, совершенно внезапно Ген вскочил и отодвинул стул, усаживая Рина в вертикальное положение. Затем Рин издал тихий вздох, когда Ген вторгся в его пространство и грубо, с удивительной тяжестью положил руку ему на плечо. Мягкость, согревавшая черты лица Гена, вдруг исчезла, а его когда-то серые глаза превратились в бесконечные чёрные озера. — Вы уходите, а я сообщаю в полицию о том, что вы уклоняетесь от решений суда и участвуете в организованной преступности. — Он понизил голос, с губ сочился яд, изгиб рта напоминал хищную пасть. — Я использую каждую карту, каждый документ, каждого человека и каждый ресурс в моем распоряжении, чтобы выкопать ваших демонов и разрушить остаток вашей и без того ужасной жизни.  Лицо Рина побледнело. У него перехватило горло, когда он попытался проглотить сухой комок. — Зачем проходить через столько неприятностей? Ты мог бы просто убить меня.  — О, я не убиваю людей. Это пустая трата времени, если они мертвы, — лицо Гена превратилось во что-то злое, ещё более ужасающее. — Я просто заставляю их мечтать о смерти.  Тишина затянулась, пока Рин пытался сориентироваться. Это было мрачно и неудобно, то, как Ген душил его, даже не прикасаясь к нему. — Ты… Я не солгал, когда сказал, что ничего не знаю. — Может быть, это и правда, но это не меняет того факта, что вы знаете людей, которые знают.  — Ты псих. Откуда мне знать, что ты не блефуешь? Ген с ухмылкой пожал плечами. — Я развязал вам запястья. Вы можете попробовать уйти и узнать всё сами~ — Асагири-сан, — предупредил Хром. — Итак, — протянул Ген, не обращая на него внимания, глядя на свою добычу. — Каков ваш выбор, Ямамото-сан? Несмотря на дрожь в челюсти, Рин молча посмотрел на него, взвешивая два ужасных варианта. Когда Ген фальшиво улыбнулся ему с жутковатым ободрением, он зарычал и отвернулся, уставившись на свои руки, впиваясь ногтями в подлокотники. Он судорожно выдохнул. — …пошёл нахуй… я ухожу… — Оу? — Ген моргнул, несколько удивлённый. — Но я беру тебя с собой в качестве меры предосторожности. Следующие несколько мгновений прошли в хаотичном тумане. Внезапно Рин подался вперёд и изо всех сил схватил Гена за шею, придушивая его. Совокупный вес их тел на стуле заставил их рухнуть, и по всему складу разнесся оглушительный звук, когда их головы ударились о бетон. Пока его конечности беспорядочно и беспомощно корчились, Ген каким-то образом нашёл в себе силы дотянуться до ножа в кармане. К сожалению, Рин уловил его движение и выбил это маленькое оружие из его руки, так, что нож отлетел в сторону и приземлился где-то позади.  В эту секунду Хром закричал о помощи и тут же вытащил пистолет из кобуры, направляя на их заложника. Однако к тому моменту, когда он уже собрался выстрелить, Рин протянул руку и схватил нож с пола. Одним быстрым движением он отпустил шею Гена, перевернул его и схватил головным захватом, удерживая лезвие в опасной близости от горла информатора. В этом положении он фактически использовал Гена как щит. — Не стреляй, ты знаешь, что это его убьёт!  — Отпусти его! — Хром взревел. Его глаза бегали по сторонам, пытаясь найти хоть одну лазейку. Он потерпел неудачу. — Если ты не… — Нет, ты послушай меня! — прошипел Рин. Он поднес лезвие ближе, едва касаясь кожи Гена. — Если ты не отпустишь меня прямо сейчас, я проткну этим ножом его ярёмную вену. Но если ты послушаешь, я могу просто отдать его вам за хороший выкуп. Хром повысил голос, перекрывая звук торопливых шагов. — Ты сукин сын! — Х-Хром-чан, — выдохнул Ген. — Успокойся- — Заткнись, ты, маленькая сучка! Я не говорил, что ты можешь говорить! — закричал Рин, глубже вонзая острие ножа в его кожу, вызывая тихое шипение у менталиста. Он посмотрел на Хрома. — Ты… сейчас ты отвяжешь остальную часть моего тела от этого стула и отпустишь нас. К тому времени, как мы выйдем на улицу, пусть там будет машина. — Да хрена с два я это сделаю! — Хром вспыхнул от злости.  — Хром! — Звуки торопливых шагов заполнили склад. Цукаса прибежал первым, а за ним и остальные. Все, кажется, были в бешенстве. — Что происходит?! Протискиваясь мимо толпы мужчин, преграждавших ему дорогу, Сэнку отчаянно размахивал руками, прокладывая себе путь. Когда он, наконец, взглянул на сцену, развернувшуюся перед ним на полу склада, его лицо исказилось от чистого гнева и ненависти, которых Ген никогда раньше не видел у босса мафии. — А-Асагири-сан! Блядь, Ген! Союз вскоре оказался рядом с ним, выражая крайнее беспокойство и разочарование на своём миловидном лице. — Боже мой, Асагири-сан! — Он пронзительно уставился на Рина глазами, лишёнными света. — У тебя, блядь, есть совесть?! Отпусти его! — А ну отошли! — Рин угрожал, широким жестом развернувшись к ним и своим телом, и телом Гена. Он безумно направил на них лезвие. — Если кто-нибудь из вас, ублюдков, подойдёт ближе… Пользуясь случаем, Ген опустил подбородок и впился зубами в предплечье Рина, используя всю силу своих челюстей, одновременно пытаясь освободиться от его захвата. Рин немедленно взвыл от острой боли и инстинктивно ослабил хватку. Однако, как только Ген подумал, что у него есть шанс высвободиться, Рин обвил шею Гена той же рукой, в которой он держал нож. Он притянул его ближе, направив лезвие ему в горло, и… — Стреляйте!  И он, и Рин остановились. Они инстинктивно повернули головы и посмотрели вверх, приказ исходил откуда-то с лестничной площадки, которая вела на остальную часть склада. Группа мужчин, которые внезапно высыпали из одного из заброшенных кабинетов, смотрела на них сверху вниз. Двое из них направляли оружие в сторону заложника и информатора. В то время как Ген уже думал на несколько шагов вперёд, осознание ситуации Рином задерживалось. — Вот блядство! Они выстрелили, и Ген смог оттолкнуть Рина как раз вовремя, чтобы первые две пули не попали ему в голову. Ему не так повезло со следующими выстрелами, так как им удалось попасть Рину в левую сторону груди, в бедро и в тазобедренный сустав. Только когда Ген заметил, что один из мужчин пытается навести свой пистолет на голову Рина, он, наконец, принял решение накинуться на его тело, прикрывая. Ген проглотил стоны боли, сковавшие его горло, некоторые пули задели кожу на его руках и плечах. — Хватит, хватит! Не убивайте его, он уже инвалид! — Ген снова ахнул от боли. — Он нужен нам живым! Приказ был отдан незамедлительно. — Прекратить огонь! Как только перестрелка прекратилась, все бросились на помощь Гену и оттащили от него Рина. Цукаса и другие громоздкие мужчины безжалостно отшвырнули Рина в сторону, удерживая его, грубо прижимая к полу его конечности. Сэнку первым оказался рядом с информатором, используя всю свою не самую выдающуюся силу, чтобы усадить его. Честно говоря, Ген нашел это очень утешительным — ничьё другое присутствие не смогло бы так успокоить его грохочущее сердцебиение. — Асагири-сан, ты в порядке?! Боже, ты ранен? Ген, твою мать… — Я… я в порядке, — Ген успокаивающе поднес руку к своей шее и кашлянул. Он заставил себя отвлечься от тёплого и мягкого ощущения руки Сэнку на своей спине и сосредоточил взгляд на обмякшем теле Рина в нескольких футах от него. — Он умер? — Под его телом начала растекаться лужа крови. — Он без сознания, но ещё дышит, — сообщил Цукаса. — Хорошо, — устало кивнул Ген. — Мы должны как можно скорее залатать его. Я всё ещё могу вытянуть из него информацию… — Он зашипел, когда попытался опереться на руку. — Асагири-сан! — Укё немедленно перепрыгнул на другую сторону от Гена и помог ему стабилизироваться, прежде чем он упал на Сэнку. — Тебе больно, — нахмурился Сэнку. Он схватил его за плечи и осмотрел ранения, заставив Гена слегка взвизгнуть. — Блядь, Ген, ты весь изранен. Нам нужно подлатать тебя, а не этого урода.  — Нгх, это всего лишь поверхностные царапины.  — Это не имеет значения. Мы должны убедиться, что в порезах не осталось осколков шальной пули и в них не попала инфекция, — согласился Хром, осматривая его раны. — Тьфу, но мы почти не привезли медицинских материалов, и мы в другом городе. Без наших обычных связей… — Я могу помочь. Все снова посмотрели вверх.  Отвлекшись на помощь Гену, они не заметили группу мужчин, спускавшихся по лестнице. Новоприбывшие молча стояли перед ними, оценивая ущерб, а мафиози завороженно смотрели, как группа внезапно разделилась пополам. Вдруг все они выпрямились и поклонились, когда красивый темноволосый человек, ненамного старше Боссов, одетый в узорчатый полностью черный костюм и ярко-синее, прекрасно детализированное хаори на плечах, медленно вышел к ним по открывшейся для него тропе. Ген быстро понял, что именно он приказал мужчинам стрелять.  — Вам повезло, что я был здесь. Ещё есть время отвезти его в больницу и показать одному из наших подпольных врачей. — Он посмотрел на Сэнку, заправляя прядь своих тёмных волнистых волос за правое ухо. — Только если вы этого хотите, конечно. Сэнку неохотно поморщился. — Ты, нахрен, вообще кто? — Ах, верно. Простите, что не представился, — взмахнув хаори, он сделал несколько шагов вперёд и отвесил короткий поклон, склонив голову к Сэнку и Союзу. — Я Нанами Сай, заместитель Нанами-сама и наследник группировки Нанами Якудза.  Шлюзы ужаса открылись, но Ген постарался сохранить самообладание, когда холодок пробежал по его спине. Учитывая всё, что только что произошло, он должен был быть более профессиональным, а не поддаваться своим искушениям. Однако инстинкт победил его, и он не смог удержаться от того, чтобы оглянуться через плечо и взглянуть на Рюсуя. Точно так же, как и Укё и Хром сделали всё возможное, чтобы незаметно взглянуть на генерала.  Однако, в конце концов, он бы всё равно ничего не заметил. Внимание Рюсуя было совершенно в другом месте. Взглянув на Рюсуя, Ген увидел человека, замершего, как статуя. Глядя на него, Ген мог сказать, что его мысли были где-то далеко, словно изучали каждый сантиметр загорелой кожи и очерченных бровей, которые были пугающе похожими на его собственные. Какой бы реакции ни ожидали генералы, она точно была не такой. Потому что, в отличие от идеально отработанного покер-фейса, что Рюсуй нацепил перед Нанами-сама, дабы скрыть своё отвращение, сейчас его пустое выражение было пусть и жёстким, но уязвимым. Необъяснимая эмоция явно пульсировала под кожей Рюсуя, и Ген никак не мог понять, какая именно. Всё, что он знал, это то, что он никогда не видел Рюсуя таким неподвижным и спокойным, и эта реальность раздражала его, заставляя чувствовать беспокойство. Единственное, с чем он мог сравнить состояние генерала, — это шок, но даже это определение казалось ему не вполне уместным. В отличие от всех остальных, у Сэнку не было ни интереса, ни времени обдумывать какие-то там связи между ними. — Наследник? Ну, во-первых, почему ты вообще был здесь? Тебя прислал Нанами-сама? — Нет, я пришёл сюда по собственной воле, — сказал Сай, поднимая голову. — Мне поручено патрулировать эту часть территории, поэтому я был удивлён, когда один из моих людей сообщил мне о какой-то новой активности на этом заброшенном складе. Никто в клане им не пользуется, поэтому я решил спрятаться и подождать, чтобы посмотреть, кто же его занял, прежде чем пускать в ход оружие. Я уж никак не ожидал, что это будет мафия.  Союз бросился объяснять. — Мы не вторгались… — Не беспокойтесь, — вмешался Сай. — Я знаю о вашей ситуации. Триада хочет, чтобы мы помогли найти того, кто вмешивается в дела вашего города. Вряд ли в вашем появлении здесь был какой-то злой умысел. — Он повернулся, чтобы посмотреть на тело Рина. — Мы должны поторопиться и оказать вашему заложнику медицинскую помощь. Есть ли у вас предпочтения в отношении каких-либо медицинских учреждений? — Неа. Что угодно, где не будут задавать слишком много вопросов, — сухо ответил Сэнку. Сай взглянул на Гена. — Его тоже нужно взять? — Н-нет, — пробормотал Хром, отводя взгляд от Рюсуя. — Ни одна из его травм не опасна для жизни.  — Понял. Тогда поедем в ближайшую больницу. Вы можете следовать за нашей машиной, — он посмотрел на боссов. — К сожалению, я не могу привести слишком много людей. Кто из вас может пойти? — Мы можем, — предложил Союз, глядя на Сэнку. — Вы, ребята, наверное, должны вернуться в гостиницу и присмотреть за Геном, обработать его раны.  — Да. Да… Спасибо, Союз-сама, — кивнул Сэнку. Потом повернулся к Саю. — У нас нет надлежащего оборудования, а я не фанат магазинных аптечек первой помощи. Как вы думаете, если мы дадим вам список лекарств всего остального, что нужно взять из больницы, вы могли бы доставить это нам? Деньги не проблема.  — О, конечно. Вы остановились в гостинице рядом с поместьем, верно? Просто дайте мне номер вашей комнаты, и я пришлю одного из своих людей, как только смогу. — Невозмутимый Сай повернулся к своим людям, готовый отдать новый приказ. Когда он развернулся, за его спиной оказалось изображение красного дракона, отпечатанное на задней части его хаори. Несмотря на своё весомое присутствие, он всё ещё не обращал никакого внимания на Рюсуя. — Давайте выдвигаться.  Члены якудза сделали, как им сказали. — Да, Нанами-доно. ••• Измученный Ген заснул в машине и проснулся через два часа от света одной из ламп в гостиничном номере. Протерев глаза и оглядевшись, он увидел, что они использовали одну из перегородок раздвижной двери, чтобы сделать для него его собственную маленькую комнату. Они запихнули туда его футон и все его вещи. Заметив свой новый удобный больничный костюм и грязную одежду, аккуратно сложенную в изголовье, Ген предположил, что они сменили его одежду и вымыли, прежде чем уложить его спящее тело в постель. Он очень надеялся, что этот был не тот, кто сейчас сидит на краю его футона. — Ах, наконец-то ты проснулся, — Сэнку перестал листать свой телефон, когда услышал, как Ген ворочается, и увидел, что его глаза открылись. Он придвинулся к нему ближе, положив руку рядом с одной из его покрытых одеялом ног. — Как ты себя чувствуешь?  Ген застонал, медленно усаживаясь. — Ямамото жив? — С ним все ещё работают в больнице, но он жив, и всё благодаря тебе. Ген вздохнул с облегчением. — Как долго я был в отключке? — Три часа. Сейчас 21:00.  — Ахаха, это дольше, чем я ожидал — нгхх! — Когда он попытался вытянуть руку, то зашипел от внезапной острой боли. — Будь осторожнее, глупый, — призвал Сэнку. Он переполз на бок, помогая Гену сесть и прислониться к стене, чтобы не оказывать давления на больную руку. — Мы обработали большинство твоих порезов, но решили не трогать более глубокие, пока ты не проснешься. Я не хотел будить тебя от боли. — Как мило с твоей стороны, — Ген натянуто улыбнулся. — Хотя я надеялся, что проснусь волшебным образом исцелённым~ — Ха! Просто радуйся, что ты далеко не так плох, как Ямамото, — он наблюдал, как Сэнку изогнулся и потянулся к какой-то аптечке позади себя, разложив её у себя на коленях. — Я собираюсь обработать оставшуюся часть твоих ранений. Тебе придётся снять свой джемпер.  Кончики ушей Гена стали тёплыми. — …верно. — Он посмотрел на свою одежду, мгновенно почувствовав, как ткань касается его кожи. Вопрос о том, кто одевал его, пока он спал, снова всплыл в его голове. Он закашлялся. — Да, кхм, позволь мне просто… Когда он согнул руки, чтобы поднять подол своего серого пуловера, его плечи заныли, а липкие бинты впились в кожу. Его лицо исказилось от боли и дискомфорта, и Сэнку тут же схватил его за запястья, чтобы остановить. — Что ты делаешь? Я сказал тебе быть осторожным! — Я пытаюсь! Ты же сказал мне- — Уф, я не ожидал, что ты снимешь всё сам! Ты же не знаешь, какие участки кожи мы обрабатывали и над чем ещё не работали, — Сэнку придвинулся ближе к нему и нежно сжал его руки. — Вот, позволь мне помочь тебе. У Гена горели уши. Прикосновения кожа к коже, их близость… это напомнило ему… — Н-нет, тебе не обязательно… — Я не против. Пожалуйста, позволь тебе помочь. В любом случае, я и так уже переодел тебя в первый раз. В этом-то и проблема!  — Сэнку-чан… — Ген. Заткнись и медленно подними руки. Несмотря на своё смущение из-за их внезапной близости, Ген спрятал все свои нервы и подчинился, позволив учёному поднять его руки над головой. Движение было вялым, и оба, и он, и Сэнку, нахмурились, когда им с трудом удалось стряхнуть ткань, которая прилипла к бинтам, заставив Волшебника съёжиться от боли. Несмотря на это, они испустили общий вздох облегчения, как только последний рукав был снят, обнажив небольшие синяки и порезы, покрывающие его предплечья, верхнюю часть спины, плечи и рёбра. Как и сказал Сэнку, волноваться было не о чем, но это не делало всё это менее болезненным — в конце концов, даже порезы бумагой причиняют боль. Судя по пятнам с отслаивающимися бинтами, блестящей мазью или заживающими струпьями, места, оставшиеся без внимания, были защищены марлей. — К счастью, ты, похоже, в основном пострадал от многочисленных ударов о бетон, только обычные царапины и ушибы. Тебя определённо задело несколько пуль, но они оставили лишь незначительные телесные повреждения… — Сэнку поднял кусок марли, который был на его плече, и экспериментально коснулся кожи вокруг раны. Ген вздрогнул. — Небольшой отёк, но никакой инфекции нет. Возможно, понадобится несколько швов. — Отлично, — фыркнул Ген. — А как насчет остальных? Сэнку приподнял его руки и обошёл вокруг Гена, осматривая остальные четыре крупные раны. Его руки скользили по нему, как бархат, кончики теплых и мягких пальцев касались его обнаженной кожи, оставляя после себя мурашки. Лёгкое царапание его ногтей было столь же отвлекающим, щекотливым. — Тому, что на твоём предплечье, тоже понадобятся швы. Два других могут оставить шрамы, но они, вероятно, могут зажить сами по себе при постоянном уходе… — Какой позор, вот и конец моей красивой коже, — саркастически заскулил Ген. Конечно, это мало помогло спастись от мучительного медицинского осмотра Сэнку.  — …твои синяки, — пробормотал Сэнку, прежде чем сделать невозможное. Без малейшего колебания, без единой заминки, его ладонь снова скользнула вверх по руке информатора, проследила пальцами изгиб его ключицы и нежно погладила кожу на шее. Чем дольше он смотрел на его тело, тем тяжелее становился его взгляд. — Цвет всё ещё есть, но опухоль спадает… — Затем Сэнку поднял глаза и медленно поднес руку к его лицу, мягко обхватывая щёку. Осторожно, он убрал выбившиеся волосы и скользнул рукой по затылку, как бы баюкая его. Он кивнул сам себе. — То же самое касается шишки на голове. Она уже не такая большая, как раньше. Ты ведь не чувствуешь… головокружения… верно?.. Когда Сэнку наконец встретился с ним взглядом, время остановилось, и естественные подъём и опускание груди Гена прекратились. Если бы Ген сейчас был способен хоть что-нибудь соображать, он бы сказал, что человек напротив него точно так же был застигнут врасплох. Постановление диагнозов Сэнку затянулось без завершения. Как и его осмотр. Его рука всё ещё в волосах Гена. Возможно, осознание поразило их обоих сразу: Они были так близко. Это произошло так легко. Словно они всегда так прикасались друг к другу.  Ни один не мог отвести взгляд. — Нет. — Ген наконец вздохнул, пытаясь наверстать упущенное. Он чувствовал себя таким слабым. — Ну, по крайней мере, я так не думаю… Кадык Сэнку дёрнулся, горло пересохло.  Сердце Гена ёкнуло.  В этот момент Сэнку отвёл руку чуть назад, чтобы мягко обхватить лицо Гена. Без причины он начал проводить большим пальцем по прядям черных волос над ухом. Насколько Ген знал, сам Сэнку, вероятно, даже не заметил этого движения, и это не утешало.  — …он душил тебя. Ген прерывисто вдохнул. На таком близком расстоянии глаза Сэнку сверкали, как рубины, настолько отполированные, что он мог видеть своё собственное отражение. — Он душил.  — Он мог тебя убить. — Он мог. Босс мафии нахмурился. — Что, чёрт возьми, заставило тебя решиться на такой глупый трюк? — Ничего. Никто. Я сам это решил, — Ген поджал губы. — Он был умён, но его уверенность угасала. Я просто знал, как сломить его.  — Ценой собственной жизни? — Всегда есть риск, Сэнку-чан. — Это не повод для безрассудства. — Я не был безрассудным. Я знал- — Ты не учел залог, — Сэнку свободной рукой потянул его за руку, притягивая ближе, обнимая за талию. Ген тихонько вскрикнул от боли, но Сэнку это не остановило. — Ты думаешь, что ты умнее, а всё вокруг не такое уж опасное, верно? Что ж, умный человек помнил бы, насколько он ценный для миссии — что его устранение поставит под угрозу всё, к чёртовой матери, и приведёт к полному разрушению города. Пострадают тысячи как виновных преступников, так и невиновных гражданских лиц. Учитывал ли это Волшебник, когда разрабатывал свой план? Задумывался ли Волшебник, какую роль он играет для миссии? Для меня? Какое значение он имеет для меня?… — Я- — Помни, — он приблизил голову к лицу Гена, и их лбы почти столкнулись. Он понизил голос, всё вокруг похолодело. Ген увидел уже не рубины, а лужи крови. — Я купил тебя, и я купил в тебе всё. Твоё автономное существование больше не принадлежат только тебе, это моё.  Руки Сэнку буквально горели. Несмотря ни на что, это был первый раз за время их путешествия, когда разум менталиста почувствовал себя по-настоящему живым. Пошло все к чёрту. И в прямом, и в переносном смысле Ишигами Сэнку должен был стать смертью Асагири Гена. — Прямо таки всё? О, умоляю, какая глупость, — Ген закрыл глаза и издал тихий смешок. Опираясь на руку Сэнку, он открыл глаза с самодовольной ухмылкой. — Десятку людей с оружием не удалось за час напугать жалкого посыльного, а я сломал его одними словами за считанные минуты. Но у тебя даже не хватает яиц, чтобы похвалить меня за хорошо выполненную работу~ Учёный судорожно вздохнул. — Ты такой цундэрэ, Сэнку-чан. Тебе повезло, что я нахожу твое отрицание милым. Тело Гена подрагивало и гудело от боли, но ему было всё равно. Несмотря на все эти разговоры, он был в таком же отчаянии, изнывал от такого же невероятного желания, поэтому он позволил Сэнку протащить своё тело вперёд, позволил прижать себя к груди и поцеловать. Всё ещё держа его за голову, Сэнку запустил пальцы в чёрно-белые волосы, приятно массируя кожу головы Гена, и Ген тихонько застонал ему в губы. Поцелуй был коротким, учитывая, что Сэнку не хотел подвергать тело своего партнёра дополнительному давлению. Тем не менее, это было очень страстно, но далеко не удовлетворительно, даже если у Гена, честно говоря, закружилась голова от удовольствия.  Когда они слегка отстранились, Сэнку по-детски надулся и прошептал прямо в припухшие губы Гена, его щёки симпатично покраснели. — Не переусердствуй, Менталист. Ты, блядь, чертовски меня бесишь.   — Мм, но ты ведь и сам такой же раздражающий. Ты не позволяешь мне правильно делать мою работу.  — В твоей работе нет ничего правильного, — усмехнулся Сэнку и закатил глаза. Он разочарованно вздохнул и серьёзно посмотрел на Гена. — А если серьёзно — никогда больше не делай ничего подобного. Я… никогда не прощу тебе, если ты так позорно сдохнешь. И… себе тоже не прощу.  Ген поднял бровь. — Мы оба знаем, что я не могу этого обещать. — Тц, тогда хотя бы скажи нам о рисках заранее. Так мы подготовимся и не вступим в идиотскую перестрелку вслепую.  — Угу, ладно, хорошо, — преувеличенно вздохнул Ген. — Ты что, мой папочка? Сэнку комично захлопнул рот и поморщился. — Отвратительно.  — Ага, я пожалел об этом, как только это сорвалось с моих губ, — неловко рассмеялся Ген. — Э-э, кстати, говоря об этом… — он подсознательно почесал затылок. Как и ожидалось, он тут же отдернул руку и застонал от боли. — Сначала мы должны обработать твои раны, — сказал Сэнку, поднимаясь с футона. — Я позову Хрома, чтобы помочь.  Ген покраснел. — Ха-ха, да, это к лучшему.  Их разговор придётся отложить до другого дня. ••• Укё проснулся в панике. Его уши всегда первыми предупреждали его о неприятностях, и этот раз ничем не отличался. Это, и Сайонджи Укё мог обнаружить Нанами Рюсуя за милю. Он сел на своём футоне и тут же повернулся к человеку, который должен был спать рядом с ним. Несмотря на то, что в комнате было очень темно, Укё знал, что этот человек одет и стоит. Он протёр глаза, нахмурившись. — …Рюсуй? Дорогой, куда ты идёшь? Он мог слышать, как Рюсуй остановился, чтобы оглянуться на него, явно застигнутый врасплох. Несмотря на это, он выдавил из себя небольшой смешок, заботясь о тех, кто спал в комнате вокруг них. — О! Прости, любовь моя, не хотел тебя будить. Я просто иду к торговому автомату, чтобы купить чего-нибудь выпить. Возвращайся ко сну. Я скоро.  Ложь. — Рюсуй… — Я ненадолго… — Я знаю, куда ты идешь. Пауза. Через несколько долгих секунд генерал сдался. — Укё… — Это импульсивно, — Укё потянулся к телефону и включил его. Он нахмурился ещё больше, когда увидел, что уже почти час ночи. — Сейчас уже глубокая ночь. Ты не можешь подождать? — Не могу. Я должен сделать это сейчас. Я не смог уснуть.  Укё вздохнул, поражённый, и начал снимать одеяла. — Позволь мне пойти с тобой… — Нет, — Рюсуй немедленно наклонился и прижал руку к его груди, не давая ему пошевелиться. — Нет. Я должен сделать это один.  — Это опасно. А что, если это помешает нашей работе? — Не помешает, — подтвердил Рюсуй тяжелым тоном — обещание. — Это личное дело. Я не позволю, чтобы это повлияло на кого-то ещё. Даже через мой труп такого не будет.  Укё нахмурил брови. — Это не обнадеживает. — Извини. Извини, дорогой, это просто… — Он опустился на колени и со вздохом уронил голову на плечо Укё. — Я должен сделать это. Мне нужно сделать это. Боюсь, даже ты не сможешь меня переубедить. Сердце Укё упало. Он уже знал это, знал, что это должно было случиться. Но это не означало, что это не расстраивало его меньше. — …будь осторожен. — Буду, — Рюсуй поднял голову, нежно поцеловал его и успокаивающе погладил его по щеке. — Я обещаю. С этими словами Укё остался сидеть на своем футоне, слушая и наблюдая за другим мужчиной. С учётом хлопнувшей двери и света из коридора было неизбежно, что другие обитатели комнаты неохотно проснутся. Когда они заметили пустой футон Рюсуя и тупо смотрящего в темноту Укё, все начали беспокойно усаживаться. — …Укё? — Хром застонал, заставляя себя встать. — Что случилось? Где Рюсуй? Цукаса сел, а Ген просто повернулся и поднял голову. Хотя его раны были обработаны, ему всё ещё было неудобно и несколько больно резко двигаться. Несмотря на изнеможение, Сэнку тоже сел и уставился на Укё с яркостью тысячи солнц. — Укё, ответь. Куда делся Рюсуй? Укё поначалу не шевелился, погрузившись в свои мысли и не обращая внимания на властный голос Сэнку. Несмотря на это, спустя пару мгновений он сбросил одеяла и ответил. — …Я иду к торговому автомату. Кому-нибудь взять выпить?