Snakes At Midnight

Был солнечный день. Весенний ветерок пронёсся по двору, будоража листву деревьев и траву на газоне. Тёплый. Мирный. Тихий. Идеальный день, чтобы бросить все свои обязанности, просто бегать вокруг и устраивать хаос. — Молодой господин, я настаиваю на том, чтобы вы вернулись к занятиям. Некий высокий для своего возраста и крайне задорный молодой человек громко расхохотался, встав посреди двора. Солнце палило ему в лицо, пока он любовался окрестностями и наслаждался тем, как легкий ветерок трепал подол его красной юкаты. Он ухмыльнулся человеку позади него. — Кто хочет сидеть дома весь день и слушать скучных репетиторов, когда солнце так приятно светит? Кроме того, я куда больше люблю заниматься с тобой, а не с ними, Франсуа! — Молодой господин, ваш отец сделал вам уже множество предупреждений. Если он обнаружит, что вы снова сбежали, будьте уверены, он будет в ярости. — Ха! Когда это меня останавливало? — Светловолосый подросток хмыкнул, прежде чем продолжить идти дальше по своим подростковым делам. — И, кстати, где мой брат? Я хочу его видеть! — Он на уроках, сэр, и это как раз то, чем бы следовало заняться вам, — Слуга последовал за ним. Несмотря на обеспокоенность во взгляде, голос Франсуа оставался таким же ровным, как и прежде. — Неразумно его беспокоить. — Ерунда! Мой брат так же умен, как и его наставники. Его практически нечему учить! Небольшой перерыв ему не повредит. — Они пересекли двор и вошли в одно из деревянных зданий. Их шаги глухо стучали по полированному паркету, пока они шли по лабиринту коридоров. — Молодой господин, пожалуйста. Ваш брат будет расстроен. — Он так говорит, но никогда по-настоящему не расстраивается. И каким бы прекрасным учеником он ни был, я думаю, он ценит то, что я вытаскиваю его с занятий! Разве вы никогда не замечали, как ему там скучно? — Молодой господин, даже если это так… — Как жаль, мы уже здесь! — поддразнил молодой человек, остановившись перед закрытым кабинетом. Без предупреждения он распахнул раздвижные двери с громким, мощным стуком и вошёл в комнату, уперев руки в бёдра, излучая всю свою уверенность. Трое слуг и двое учителей повернулись, чтобы посмотреть на него. Они все побледнели и замерли на месте от шока прямо там, где были: слуги расставляли стопки книг на полках в задней части комнаты, а преподаватели подняли руки, указывая на доску. Между пятью людьми за низкой партой сидел молодой человек, которого искал парнишка. Одетый в синюю юкату, окруженный разбросанными бумагами, он так же удивленно уставился на него. Это был забавный взгляд, который вошедший парень слишком хорошо знал. — Брат! — Рюсуй?! — Его жертва взвизгнула. Его шокированное выражение лица стало более диким, чем прежде. — Ч-что ты здесь делаешь?! Разве ты не должен быть в классе?! — Ага! Но я сбежал! — гордо заявил Рюсуй. — З-здравствуйте, молодой господин! — Слуги и учителя неохотно поклонились. Один из наставников многозначительно заговорил с ним. — Рад вас видеть, молодой господин. Однако я должен почтительно попросить вас вернуться в другой раз. Старший Молодой господин все еще не закончил свои занятия, и я хотел бы убедить вас вернуться к своим… — Я хотел бы остаться наедине с моим братом, пожалуйста. — Но это-! — Наставник был явно расстроен шумным поведением Рюсуя. Он специально обратился к нему титулом, потому что знал, что подростку доставляет удовольствие командовать кем-то вдвое старше его. Он и другие взрослые переглянулись, не зная, что им делать. Однако, когда Рюсуй откашлялся и продолжил смотреть на них с непоколебимой улыбкой, наставник опустил плечи и вздохнул с коротким поклоном. — Конечно, молодой господин. Остальные последовали его примеру, и вскоре в комнате остались только два брата. Старший устало провёл рукой по лицу и тихо страдальчески застонал. — Чего ты хочешь, Рюсуй? Младший сел напротив него на татами и пожал плечами. — Мне было скучно. Финансы — это слишком просто, — затем он вытащил откуда-то из воздуха старую игровую приставку. — И посмотри, что было в моей комнате! Одна из служанок нашла! — Охренеть! — Рюсуй счастливо усмехнулся, когда брат тут же выхватил приставку из его рук. — Я не видел этого целую вечность! Разве отец не приказал выкинуть все наши игры? — Как ты думаешь, почему в моей комнате вечный хаос и беспорядок? Ни один якудза так и не смог в ней ничего найти, включая меня! — Это просто предлог, — закатил глаза старший брат. Он внимательно осмотрел консоль. — Жаль, что она мертвая. И игр нет. — Мы всегда можем сбежать и найти игровой магазин, в котором продается то, что нам нужно! Рюсуй увидел, как энтузиазм испарился с лица брата, и вздрогнул, когда геймбой с глухим стуком швырнули на пол. Его брат нахмурился. — Нет. Рюсуй попытался подстрекать. — Сай, ну, давай! — Нет. — Сай, тебе ведь уже 20 лет! Тебе разрешено покидать поместье сколько угодно! — Мы оба знаем, что это неправда. Отец разозлится, особенно, если узнает, что… — Он указал на игровую консоль. — …если он узнает, что мы играем в игрушки, как дети. — Ну и что? Не похоже, что мы этим причиняем кому-либо вред. Эй, может быть, нам повезет, и мы найдем больше деталей для того компьютера, что ты собираешь! Сай испуганно ахнул и тут же потянулся, чтобы хлопнуть рукой по губам Рюсуя. — Тсс, заткнись! Этого никто не должен знать! Иначе мне крышка! — отчаянно прошептал он. — Не понимаю, в чем проблема, — Рюсуй легко убрал его руку. — Ты всегда был увлечён технологиями. Почему ты должен скрывать то, что тебе нравится? С твоими навыками, и знаниями, и страстью к делу, это может даже принести пользу Семье! — Потому что это не моя работа! — прошипел Сай, в отчаянии пихая Рюсуя в плечо. — У меня есть обязанности — у нас обоих, кстати говоря, — служить и руководить Семьей. Ни больше ни меньше. Следовать собственным прихотям было бы позором, — он усмехнулся. — Но не то чтобы ты когда-либо следовал моим советам или что-то в этом роде. Рюсуй нахмурился. — Ты называешь меня позором? — Тебе подходит любое имя, лишь бы оно привлекало к тебе внимание. — …Ты говоришь как отец. Сай вздрогнул. — Прости, я не хотел… — Я знаю, что ты этого не хотел. Должно быть, это всё наши проклятые гены! — Рюсуй зевнул и лег на спину, глядя в потолок. — Что твоя мама нашла в этом старике? Сай фыркнул. — А что насчет твоей? — Туше. На них опустилась уютная тишина, растянувшаяся на две минуты. Сай прервал его легким вздохом. — Я хочу вернуться в Индию. — Ага, и я! Несмотря на то, что меня взяли туда с отцом только по работе, всё равно было весело! Это было… по-другому, чем здесь. Еда, люди… — Рюсуй сделал паузу. Чувство меланхолии перехватило его горло. — Свобода… Сай посмотрел вниз, туда, где его руки лежали на коленях, отстраненным взглядом. Его губы сжались в тонкую линию. — Погнали. — Что? — Рюсуй быстро поднял голову. — Куда, в Индию? — Нет, в игровой магазин. В Акихабаре их много. Рюсуй ошарашенно сел. — Акихабара?! Но это далеко… — Мы поедем на скоростном поезде, — Сай встал и поднял геймбой, уговаривая Рюсуя встать вслед за ним. Он устремил на брата суровый взгляд, хотя его глаза блестели от волнения. — В любом случае, ты уже слишком меня отвлёк, чтобы я мог сосредоточиться на остальных уроках. Иди переоденься и встретимся на кухне. Принеси свой бумажник и убедись, что тебя никто не увидит. Рюсуй распахнул глаза, потрясенный редким изменением характера брата. Сай был его полной противоположностью, послушным, интровертным и не особо желающим проводить время с другими, особенно — со вторым наследником семьи Нанами. День действительно складывался в его пользу. Он не мог сдержать озорной смешок. — Какой-то ты совсем не примерный парень, братишка. — Ты тоже. Теперь иди. ••• — Сай… — Иди, Рюсуй. Я в порядке. — Ты не в порядке! — Слуга, наносивший мазь на синяки на спине Сая, тихо отодвинулся, когда к нему подошел Рюсуй. Тусклый свет комнаты едва ли мог скрыть сине-багровые пятна на коже. — Он тебя бил! — Беспокойся о себе. Он и тебя ударил. Воспаленная, ободранная кожа на щеке Рюсуя ещё сильнее запылала болью, когда он нахмурился. Не обращая внимания на мужчин, что наблюдали за ними, которые нашли их и притащили обратно в поместье, отец ударил его достаточно сильно, чтобы потекла кровь. Как бы отчаянно он ни спорил, даже он знал, что нужно молчать, столкнувшись с гневом отца. — Да, но он ударил тебя сильнее! Он буквально тебя избил! Франсуа даже пришлось помогать тебе дойти домой! — Я это заслужил. Я самый старший, поэтому мне лучше знать, как себя вести. Я нарушил правила. Рюсуй почувствовал, как его глаза начинают слезиться. — Но ты не сделал ничего плохого…! Ты хороший сын и никогда ни о чем его не просишь, так почему?.. Голос брата дрогнул. — Рюсуй, пожалуйста, не плачь. Он задыхался, пытаясь сдержать слезы. — Это всё моя вина. — Рюсуй! — прошипел Сай, отчего и Рюсуй, и слуга — Франсуа — подпрыгнули. — Перестань, хватит. — Но это я прогулял урок и пришел отвлекать тебя! Я- — Я сказал, прекрати! — Сай стиснул зубы, хмуро глядя на пол, на котором сидел. — Ну и что, если ты меня отвлёк? Я тот, кто решил улизнуть из поместья! Я… — Он позволил своему телу рухнуть на пол. Он резко вдохнул, пытаясь сдержать слезы. — Я просто хотел хоть раз почувствовать себя нормальным. Я просто хотел прогуляться и…! — В этот момент Сай потерял остатки сил и тихо всхлипнул, его плечи мелко задрожали. Он спрятал лицо в ладонях, но одного образа израненного, дрожащего тела его старшего брата, стоящего на коленях на татами, как будто отчаянно молящегося Богу, было достаточно, чтобы Рюсуй понял его боль — почувствовал боль, которую он испытывал за них обоих. Его брат был взрослым, ответственным и уравновешенным, но в тот момент он был воплощением потерянного ребенка. Младшие братья и сестры не должны видеть, как плачут их старшие братья и сестры. Дети не должны умолять об элементарной нормальности. Рюсуй ненавидел якудза. Впервые в жизни голос Рюсуя был мягким и почти неслышимым. — …давай убежим. Глаза Франсуа широко распахнулись, глядя на своего Молодого господина в немом шоке. Сай всхлипнул, прежде чем поднять голову, чтобы взглянуть на Рюсуя. — …что? — Я устал от этой дерьмовой семьи. Если бы не наследие, отец давно бы нас убил. Давай убежим. — Рюсуй, — прорычал Сай, повернувшись лицом к брату. — Ты хоть понимаешь, что говоришь? Мы не можем просто убежать! — Но мы можем! — настаивал Рюсуй. — У нас есть деньги, мы можем пойти куда угодно! — Нас поймают! — Значит, мы не оставим никаких следов! Единственная причина, по которой они смогли найти нас сегодня, это наши покупки по кредиткам! А, ну, и программы для отслеживания на наших телефонах! Но с твоими мозгами и нашими связями в подпольном мире мы сможем легко это обойти! — Это-! — Сай запнулся, не найдя аргумента. Он знал, что его слова были правдой. — Это не имеет значения! Мы не можем… — Мы можем! — Рюсуй остановился и обнял Сая, слишком взволнованный, чтобы беспокоиться о его травмах. — Ты знаешь, что мы можем. — Рюсуй… — Пожалуйста, Сай, я умоляю тебя, — всхлипнул Рюсуй, крепче обнимая брата. — Я больше так не могу… Я не могу видеть твою боль. Я не хочу терять своего старшего брата. — Слезы обожгли его щеку. — Мы оба заслуживаем счастья. Наступила тишина, в которой они оба молча плачут, находя утешение друг в друге, а Франсуа грустно смотрит на них, стоя в стороне. Через некоторое время Сай судорожно вздохнул. — Франсуа? — Да, молодой господин? — Ты ведь служишь лично Рюсую, верно? Независимо от приказов моего отца, твой долг — служить и приносить счастье Рюсую прежде всего? — …да, сэр. — Хорошо, — Сай отстранился от Рюсуя и вытер глаза. — В таком случае, начинай собирать наши вещи. Всё только самое необходимое, — он обратился к слуге с невозмутимо-холодным выражением лица, не оставляющим места для возражений. — И ты никому не скажешь об этом. Это приказ. Неуверенный взгляд Франсуа обратился на них обоих, а через мгновение многозначительно пал на Рюсуя. — Молодой господин? Рюсуй отодвинулся от Сая и встал, вытирая лицо от слез и соплей. Тем не менее, тьма, которая поселилась в его глазах, когда он обратился к своему слуге, была ужасающей. — Сай всё сказал. Это приказ, Франсуа. Без промедления последовал низкий поклон. — Да, молодой господин. ••• Их поймали уже во дворе. Рюсуй никогда не чувствовал себя таким глупым. После дневных событий отец, конечно, предвидел подобное и расставил охрану на каждом углу поместья. Нанами-сама хорошо знал о неприязни своих сыновей к нему. Конечно, он предвидел такой расклад. Даже когда пистолет был приставлен к голове Франсуа, а Сай и Рюсуй корчились в смертельной хватке Джуничи, их отец смотрел на них без тени эмоций. Вместо того, чтобы скрывать свою тихую ярость, он просто не был впечатлен своими никудышными отпрысками. Ночная тень сделала его взгляд ещё более холодным. — Вы двое никогда ничему не научитесь, не так ли? — Эй, отпусти меня, ублюдок! Мужчина пошёл вперёд, выхватил Рюсуя из рук Джуничи и начал бить собственного сына, пока тот не рухнул на пол. — Молодой господин! — Перестань причинять ему боль! — Сай заплакал. — Отец, пожалуйста, это была моя идея! Оставь его! — Да что ты? Хотел бы я сказать, что удивлен, — мужчина подошел к Саю и ударил его ногой в живот, заставив того согнуться пополам. — После всего, что я для вас сделал, вы двое продолжаете пытаться сбежать. Дети должны быть благодарны. — Не смеши меня, — тихо прошипел Рюсуй. — Мы не твои дети. Ты просто смотришь на нас, как на своих пешек. Ты не сделал ничего, за что мы должны быть благодарны! — Ты всё ещё не знаешь, когда закрыть свой поганый рот, не так ли? — Он подошёл к Рюсую и упёрся ногой ему в спину. — Твой голос меня раздражает. — Тьфу-! И-иди на хуй! Кто так относится к собственным детям?! Мы для тебя хуже собак! Признайся, что никогда не любил нас! — Рюсуй, просто заткнись! Ты делаешь только хуже! — Сай застонал. — Мм, ты должен последовать совету своего брата, Рюсуй. Это пойдет тебе на пользу, — он поднял ногу и вздохнул, глядя на Сая. — Итак, Сай, как же нам с этим быть? Похоже, сколько бы я ни учил вас двоих послушанию, вы будете продолжать нарушать приказы. — Отпусти нас! Мы больше не хотим быть частью твоей семьи! — возмутился Рюсуй. — Это невозможно. Семье Нанами нужен прямой наследник, — мужчина сделал паузу. — Ну, хотя бы один. Братья посмотрели на него, и страх пополз по их коже. Сай сглотнул. — Что ты имеешь в виду? — На самом деле мне нужен только один наследник, а не два, — он перевёл взгляд между двумя своими сыновьями. — Одного из вас можно отослать, и это не повлияет на Семью. Рюсуй был в полной ярости. Теперь этот человек стал относиться к их свободе как к какой-то игре. — Ты сумасшедший-! — Я останусь. Все повернулись и посмотрели на Сая, которому удалось сесть. Кровь отхлынула от лица Рюсуя, когда он осознал всю тяжесть слов Сая. — Сай… — Отпусти Рюсуя. В любом случае, как старший, я и так должен был первым унаследовать семейный бизнес, — он посмотрел на отца с суровым выражением лица. — Я останусь, так что отпусти его. — Нет! Нанами-сама проигнорировал плач младшего, устремив на своего наследника тёмный, спокойный взгляд. — Ты уверен? Это сделка, от которой ты никогда не сможешь отказаться. Горло Сая пересохло. Он был в ужасе, но изо всех сил старался скрыть свой страх. — Да, отец. Их отец задумался, переводя взгляд с одного своего сына на другого, прежде чем повернуться к Саю и кивнуть. — Очень хорошо. Я отпущу Рюсуя. С этого момента ты останешься в поместье и будешь беспрекословно выполнять все мои приказы. Ты это понимаешь? — Да, сэр. — Нет, Сай! Что ты, нахрен, делаешь?! — Рюсуй закричал, когда Нанами-сама приказал Джуничи помочь Саю подняться и вернуться в его комнату. Из-за травм он даже не мог сам оторвать свое тело от травы. — Сай, ты не можешь этого сделать! Пожалуйста! Это убьёт тебя! Сай бросил взгляд на Франсуа как раз в тот момент, когда Джуничи схватил его за руку, чтобы проводить обратно внутрь. Выражение лица их верного слуги было неописуемо. — Франсуа, пожалуйста, присмотри за моим братом. Защити его ценой своей жизни. Это мой последний приказ тебе. — Сай, не уходи! Сай! — Рюсуй, ты должен уйти, — Сай посмотрел на своего брата, изо всех сил пытаясь скрыть невыносимую печаль в глазах. — Все будет хорошо. Возьми Франсуа, деньги, свои вещи и никогда не возвращайся. — Он повернулся к Франсуа. — Пожалуйста, забери его. — Нет! — Рюсуй корчился, пытаясь встать. — Нет, Сай, я не отпущу тебя! — Твой брат принял решение, — сказал Нанами-сама, заложив руки за спину. — Если бы это был я, я бы не был столь милосердным. Я предлагаю тебе не упускать такую возможность. Уходи, пока мне не пришлось применить силу. Уходи, пока я тебя не убил. Тревожный голос Франсуа немедленно обратился к Рюсую. — Молодой господин, мы должны идти. — Нет, я не уйду без него! — Рюсуй заплакал. — Сай, не оставляй меня! Не слушай этого ублюдка! Сай, пожалуйста! Сай посмотрел на него в последний раз, пока Джуничи толкал его вперёд, заставляя вернуться в поместье вместе с отцом. Слёзы текли по его лицу, голос был тихим и надтреснутым. — Прости меня, Рюсуй. Прощай. Будь счастлив за нас двоих. Рюсуй завыл, наблюдая, как его брат исчезает в недрах поместья, обмякая в утешительных объятиях Франсуа, пока охранникам не было приказано от них избавиться. В тот день Рюсуй покинул якудза, оставив там свое сердце и своего лучшего и единственного друга. ••• — Эй, сюда нельзя! Рюсуй, которого вооруженные люди вообще не беспокоили, просто хмуро смотрел на них. Несмотря на все их угрозы, генерал вполне спокойно смог проникнуть в поместье. Всё их вооружение давно уже не могло его запугать. — Похоже, что мне не всё равно? Отойди. — Ты ебанутый?! С чего ты взял, что можешь нами командовать?! — Один из охранников, окружавших его, взвел курок и приставил дуло к его виску. Рюсуй лишь закатил глаза. — Ты лучше скажи нам, какого хрена ты здесь делаешь, прежде чем я вышибу тебе мозги! — Достаточно. Все повернулись, чтобы посмотреть в коридор, откуда доносился голос. К ним подошли трое мужчин в костюмах. Одно лицо было особенно знакомо им всем. — Джуничи-сан! Вооруженные люди расступились, чтобы Джуничи мог встать перед Рюсуем. Они смотрели друг на друга сверху вниз, выражение их лиц не выдавало ни единой эмоции. — Рюсуй. Рюсуй невозмутимо кивнул. — Джуничи. — У тебя хватает наглости проникнуть в поместье Нанами, даже не имея при себе оружия. Как тебе это удалось? Генерал усмехнулся. — Ха! Глупый вопрос, и ты это знаешь. Брови Джуничи дёрнулись. Тем не менее, он сохранял самообладание. — Мы знаем, почему ты здесь. — Рюсуй ничего не сказал. Джуничи продолжил. — Прежде чем ты доберёшься до места назначения, Нанами-сама просит сначала поговорить с ним. — Мне нечего сказать этому старому ублюдку. — У тебя нет выбора. Коридор быстро наполнила напряжённая тишина. Когда Рюсуй не ответил, Джуничи обратился к охране. — Вернитесь на свои посты. Я разберусь с ним сам, — не теряя времени, якудза повернулся на каблуках, чтобы отправиться в том же направлении, откуда пришёл, жестом приглашая Рюсуя последовать за ним. — Пойдём. Путь до офиса Нанами-сама был таким же напряжённым. Прошли годы, но ничего не изменилось, ни лабиринт коридоров, ни обида Рюсуя и Джуничи друг на друга. Если одни слуги просто вопросительно смотрели на него, другие останавливались, проходя мимо, узнавая его лицо. Несмотря на свое эго, Рюсуй никогда так сильно не хотел, чтобы его просто не замечали и игнорировали, как в тот момент. Раздвижные двери за его спиной закрылись, как только он вошёл в комнату, и он искренне возжелал, чтобы его существование было полностью стерто из воспоминаний всех на земле. Джуничи поклонился. — Нанами-сама. Я привёл нарушителя, как вы и просили. Мужчина, сидевший за столом напротив, не сразу ответил, решив не торопиться и вместо этого изучить мафиози. Он писал каллиграфию и мягко положил кисть обратно в чашу, прежде чем опереться подбородком на костяшки пальцев. Его глаза были лишены света. — Оставь нас. Джуничи колебался, явно опасаясь оставлять своего босса наедине с возможным агрессором, но подчинился и вышел из комнаты с коротким поклоном. Однако, оказавшись один на один со своим отцом в нависшей тишине Рюсуй действительно пожелал, чтобы тот человек остался. Он заставил себя заговорить первым. — Какого черта ты от меня хочешь? — Хмф. Так ты собираешься говориться со своим отцом? — Ты не мой отец, — прошипел Рюсуй. — Просто скажи мне, чего ты хочешь, чтобы я мог уйти и никогда больше с тобой не разговаривать. — Ты тот, кто вернулся после всех этих лет. Если кто и должен жаловаться, так это я. — Нанами-сама покачал головой и вздохнул. Он уставился на Рюсуя мрачным взглядом. — Хотя, должен признаться, чего я не ожидал, так это того, что ты присоединишься к мафии. Я могу только предположить, что ты это сделал назло мне. — О, ну конечно! Однако мир не вращается вокруг тебя, старик, — сухо рассмеялся Рюсуй. — К счастью, некоторые люди не такие жалкие самовлюбленные засранцы, как ты. — Правда? Клан Ишигами, должно быть, в отчаянии, если уже они решили нанять такую бесполезную трату пространства, как ты. Но теперь, когда я думаю об этом, всё обретает смысл. Только такой неопытный, некомпетентный и ничтожный Босс, как Ишигами, захочет нанять таких безмозглых подчинённых, как ты. Через долю секунды Рюсуй уже был у стола и ударил кулаком по полированному дереву, его взгляд полыхал от ярости. — Не смей проявлять неуважение к моему Боссу! Этот человек сделал для меня больше, чем ты когда-либо в этой жизни! — Ой ли? Неужели? Я смотрю, ты таки можешь быть верным. Какой упущенный потенциал. — Нанами-сама не дрогнул. — Тц. Если ты вызвал меня сюда только для того, чтобы принижать и удовлетворять за мой счёт свой комплекс превосходства, то я ухожу, — вскипел Рюсуй, оттолкнулся от стола, сотрясая всё, что на нём стояло, и развернулся к двери. — Рюсуй. Он остановился. — Как только ты закончишь здесь свою работу, я никогда больше не хочу тебя видеть и никогда не хочу о тебе слышать. Это включает в себя встречи или любое другое общение с твоим братом. У нас давно свои дела, и я не позволю тебе вмешиваться. Рюсуй посмотрел на него через плечо, надеясь, что сможет передать всю ту чистую ненависть, годами копившуюся в его груди. — Да пошёл ты. Уходя, он захлопнул раздвижную дверь, протиснувшись мимо Джуничи, который стоял в ожидании в коридоре. Путешествие на другую сторону поместья было размытым, Рюсуй погрузился в свои мысли, позволяя ногам на чистых рефлексах нести его в комнату, дорогу куда он при всём желании никогда не смог бы вычеркнуть из своей памяти. В этой части поместья почти не было прислуги, так как это были в основном частные помещения, предназначенные для самых высокопоставленных членов Семьи. Если это не было срочно, никто не любил, когда его беспокоили. Рюсуй плевать хотел на это негласное правило. Он без колебаний открыл дверь. Он чуть не заплакал, когда увидел человека внутри. — …брат? Нанами Сай оторвался от книги, которую читал, и ровно сел в кресле, стоящее в нескольких футах от его кровати. У него были мешки под глазами и взлохмаченные от волнения волосы, он всё ещё был одет в свой дневной наряд, за исключением пиджака. Сонливость сразу покинула его, когда он узнал в дверях Рюсуя. Он уронил книгу и вскочил со стула, ошалело глядя на него. Его голос дрожал. — Рюсуй…? Там, где его брат умел сдерживать себя, Рюсуй — нет. Генерал, не теряя времени, в спешке пересек комнату и крепко обнял брата, сжимая его изо всех сил. — Сай! Несмотря на свой первоначальный шок, Сай в конце концов нашел в себе силы обнять его в ответ, сжав так сильно, что они оба покачнулись и чуть не упали. — Рюсуй, это действительно ты? — Да, брат, — всхлипнул Рюсуй в шею брата. — Это действительно я. — Ты, — он схватил Рюсуя за плечи и оттолкнул ровно настолько, чтобы увидеть его лицо. Его глаза, блестящие от слез, блуждали по чертам такого знакомого, но такого взрослого лица. Он недоверчиво рассмеялся. — Ты такой большой. Рюсуи прохрипел, пытаясь откашляться, и засмеялся. — А ты такой старый. Сколько тебе сейчас лет, 32? — Он притянул его обратно, пока они смеялись в объятиях, переминаясь с ноги на ногу. Рюсуй покачал головой и сглотнул. — Ты знал, что я здесь? — Отец сказал мне об этом после встречи с триадой. Мы оба были удивлены, но… — Сай сделал паузу. — Но мне было слишком стыдно тебя видеть. Я бросил тебя… — Прекрати. Ты не бросил меня, — Рюсуй крепче прижал его к себе. — Ты пожертвовал собой ради меня. Ты защитил меня. Как я могу обижаться на тебя? — Прости, что оставил тебя одного. Мне очень жаль. Рюсуй почувствовал, как слезы катятся по его лицу. — Мне тоже жаль. Я так скучал. Они простояли так еще три минуты, плача и скорбя друг о друге, о потерянном времени, о своей дружбе и близости. Как только они успокоились, Сай закрыл дверь и пригласил его сесть, прежде чем задавать вопросы. Рюсуй сделал то же самое, отчаянно пытаясь наверстать упущенное после ухода из Семьи. Конечно, это привело к теме текущей работы Рюсуя и событий, произошедших несколько часов назад. — У вас есть другие зацепки? — Неа. Джуничи дал нам какое-то дерьмо, — усмехнулся Рюсуй, откидываясь на спинку стула. — Всего лишь несколько подонков якудза, которых нужно допросить. Асагири-сан чего-то добился с Ямамото, но я не думаю, что этого будет достаточно. — Почему бы вам не помочь Уингфилду найти больше потенциальных подозреваемых более высокого ранга? — Тц. Уингфилд-сама поручил нам уборку. Понимаешь? Уборку. Мы просто делаем скучную работу, которой он не хочет заниматься. — Это кажется несправедливым. Рюсуй пожал плечами. — Он лидер триады. Несмотря на всю силу Союза-сама и Сэнку, последнее слово за ним, хотя я думаю, что всё пошло бы быстрее, если бы он не обращался с нами как с идиотами. — Определённо, — согласился Сай, подперев подбородок рукой. — Я мог бы вам помочь, если хочешь. Настроение Рюсуя мгновенно улучшилось. — Подожди, серьёзно? — Да, почему нет. В конце концов, нам поручено помочь вам, ребята. Я думаю, Джуничи просто слишком упрямый, чтобы сделать всё возможное и нормально работать свою работу, — Сай закатил глаза. — Если ваш босс согласится, я не против подёргать за несколько ниточек. — Он согласится, — заверил Рюсуй. — Как ты думаешь, с чего нам следует начать? — Хм, — подумал Сай, постукивая себя по подбородку. — Мы могли бы закончить то, что начал ваш информационный брокер. — Он подумал про себя ещё немного и кивнул сам себе. — Как только Ямамото расколется, мы начнем своё расследование группы Domen. ••• Ямамото со страхом смотрел на Гена с больничной койки. Два дня спустя их очень активного допроса он был здоров, в сознании и готов говорить, хотя нависавшее присутствие Цукасы и одного из людей Сая не помогло успокоить его тревогу. Теперь, зная, на что способны Ген и мафия, он наконец сдался. — …Сакамото Шин. Он передает мне сообщения, а я передаю их тому, кому они адресованы, и наоборот. Он мой босс. — Где он работает? — Офис на территории Domen. Я могу дать вам адрес. — Это было бы полезно! — Ген улыбнулся, довольный. — Видишь? Это было не так уж и сложно, не так ли? — Как только Рин выпалил адрес, а Ген набрал его в своем телефоне, Цукаса и Ген вышли в коридор, где их уже ждала остальная команда. Ген торжествующе взмахнул телефоном. — У меня есть зацепка~! — Круто! — отсалютовал Хром, вскочив со стула. Цукаса повернулся к Сэнку. — Мы должны сообщить Союзу-сама и Уингфилду-сама. — Нет. Ген посмотрел на босса мафии, удивлённый его словами. То же самое сделали и другие, их растерянные лица не оставили Сэнку другого выбора, кроме как объясниться. — Нет, мы не будем им сообщать. Если они сами не спросят о новых зацепках, мы им ничего не скажем. И ещё мы не скажем им, что Нанами-доно нам помогает. — Что? Почему нет? — спросил Укё. — Разве не было бы эффективнее, если бы мы поделились информацией? — В данном случае, нет, — вздохнул Сэнку. — Какую бы дополнительную помощь ни предложила нам Нанами-доно, у меня такое ощущение, что это мешает якудза не связываться с мафией. Мы должны держать его участие в тайне, чтобы избежать проблем в будущем. — Он посмотрел на Рюсуя, который согласно кивнул. — Что касается любых новых зацепок или разработок, доктору Уингфилду лучше о них не знать, потому что он просто возьмёт эту информацию и сам займется дополнительными расследованиями, оставив нас в стороне. Если же мы сохраним наши открытия в секрете, это позволит провести два отдельных параллельных расследования и ускорит поиск виновных. Ген был искренне потрясён. Он не думал, что Сэнку уже продумал все так далеко вперёд, и что он мог заставить такой неудобный план звучать так логично. Он никогда не переставал удивлять его. — Я согласен. Как бы мне не хотелось это говорить, держать Уингфилда-сама в стороне — это наш лучший план действий, если мы хотим вернуться домой в ближайшее время. — Действительно? Но… Боюсь, если он узнает, то разозлится, — Хром скрестил руки на груди и нахмурился. — Это риск, на который я готов пойти, — Сэнку упёрся руками в бёдра, глядя на своих подчиненных. — Вы всё поняли? Генералы поклонились, и за ними последовал неуверенный Цукаса. — Да, Босс. — Отлично. Тогда вперёд. Мы не должны заставлять Нанами-доно ждать. У нас впереди много работы. ••• Когда Укё рассказал Гену, как Рюсуй был связан с семьёй Нанами после того, как сам последовал за ним к торговому автомату, он не мог в это поверить. Часть Гена всё ещё не осознавала, что Рюсуй и Сай родные братья, когда он, наконец, увидел, как они сидят друг рядом с другом, обсуждая, каким должен быть их следующий шаг. У одного были светлые волосы, а у другого — чёрные. Там, где Рюсуй был громким, Сай был тихим. Мафиози вёл себя с буйной уверенностью, в то время как якудза был стойким, спокойным и старался представить себя смиренно. Единственное, что их объединяло, — это нетерпение и непоколебимая решимость получить то, что они хотят. — Ты что, черт возьми, сошёл с ума?! Кровь залила весь пол небольшого кабинета. Им нужен был только Сакамото. Сай приказал своим людям убить четырех других членов якудза, которые бездельничали, как только Ген определил их цель. С помощью Сая ребята из клана Ишигами смогли ворваться в офис, легко, как ветерок. Поскольку Сакамото сдерживали Цукаса и подчиненные Сая, Сэнку потребовал информацию, в которой они нуждались. — Вы обмениваетесь сообщениями между группировкой Domen и большими шишками в системе правосудия, которых вы, ребята, подкупили, верно? Дайте мне записи сообщений и список людей, с которыми общается ваша группировка. — Да пошёл ты! Ты думаешь, что можешь просто заявиться сюда, убить всех моих парней и потребовать от меня информацию?! — Именно, блядь, так, — пожал плечами Сэнку. — Я не уважаю якудза, особенно после того, как они решили заняться бизнесом в моём городе. Если вы не будете сотрудничать, это просто закончится тем, что ещё больше людей в вашей банде пострадают. — Я всё выяснил, — Сай оттолкнулся от стены, к которой прислонился, и поднял телефон в руке. Он вытащил его из кармана Сакамото и начал работать над тем, чтобы взломать его, разблокировать и достать что-нибудь важное. — Нашёл список контактов и СМС с неизвестного номера, в которых ему сообщалось, с кем связаться. — Охренеть! Ты сделал это так быстро! — воскликнул Хром. — Ничего сложного не было. Я бы с натяжкой назвал его телефон защищённым, — разочарованно вздохнул Сай, тем самым заставляя Сакамото гневно сжать кулаки. — Ну, что вы там узнали? Должно быть, это твой счастливый день, — Сэнку, не впечатлённый, толкнул Сакамото в плечо и со скукой принялся ковырять в собственном ухе. — Асагири-сан, в этом телефоне есть имена, которые вам знакомы? Сай передал телефон Гену, который быстро начал листать список контактов. После двух долгих минут он покачал головой. — Нет, никто из нашего города. — Это только список людей, которым они установили специальный мессенджер для доставки сообщений, многим нужно было сообщать всё лично. Это не учитывает каждого человека, которого они подкупили, — напомнил им Укё. — Хм, верно, — Сэнку посмотрел на свою жертву. — Вы общаетесь с большим количеством людей и каждый день получаете важную информацию. Расскажи нам, где мы можем найти список политиков и работников системы уголовного правосудия, которых группировка Domen подкупила за последний год. — Иди к чёрту! Почему я должен тебе помогать?! — Я лично расскажу вашему Боссу об ужасной системе безопасности вашей операции и некомпетентности как непосредственно вас, так и ваших людей, — подошёл Сай к мужчине, небрежно крутя телефон в руке. — Это вот этот незаписанный номер, верно? Я уверен, что Босс причинит тебе куда больше боли, чем мы бы когда-либо смогли. Если тебе повезёт, сам Домен-сама может даже тебя убить… — Ты-! – возмутился Сакамото. — Да кто вы, нахрен, такие?! И почему вам помогает группа Нанами?! Когда группа Domen узнает… — Не узнает, если только ты не хочешь испытать на себе весь их гнев, когда они выяснят, как дерьмово ты выполнял свою простецкую работу, — Сэнку скрестил руки на груди. — Так что же ты нам скажешь? Сакамото стиснул зубы. Не то чтобы у него был большой выбор. — В заброшенном квартале на краю территории есть офисное здание. Туда и отправляют всех ботаников в заносчивых очках, чтобы они занимались административными делами. Я не знаю точно, где он находится, так как только несколько человек могут знать его местонахождение, но мой босс, вероятно, знает. Если вы ищете списки и документы, они, скорее всего, заперты там. — Спасибо, — сказал Сай. — Давайте выдвигаться. Они не удосужились отвязать Сакамото от стула. Как только они вышли из здания, Хром набрался смелости, чтобы высказать своё мнение. — Э-э, неужели нам действительно стоило оставлять его там? Что, если он побежит к своему боссу и сдаст нас, как только встанет со стула? — Это не проблема, — кивнул Сай одному из своих подчиненных. — Секунду. По нажатию кнопки здание позади них взорвалось обломками и пламенем. Звук был оглушительным, и машины вокруг них заревели тревожными сиренами. — Святое дерьмо! Как бы он ни старался, Сэнку не мог оторвать глаз от зрелища восхитительного разрушения. После того, как он смог прийти в себя, он нервно хохотнул. — Ха-ха! Эффектное решение, Нанами-доно. Ты безжалостен. — Я же говорил тебе, что он потрясающий! — Рюсуй гордо рассмеялся, к большому смущению Сая. — Давайте, ребята, пора найти этот чёртов офис! ••• Путем лжи и коварных угроз информатор добился от босса Сакамото дать им адрес административного здания группировки Domen. Ему удалось заставить этого человека говорить по телефону достаточно долго, чтобы Сай смог отследить звонок, используя свои удивительные знания в области технологий, и отправить своих людей, чтобы убить его. Он подождал, пока не услышал звук выстрела на другом конце провода, прежде чем завершить вызов. Теперь оставалось найти способ проникнуть внутрь здания, не вызывая подозрений. Все они собрались в общей комнате своего гостиничного номера, чтобы выработать стратегию. — Здание слишком важно для группировки Domen, чтобы мы могли идти туда с оружием. Начнётся настоящая война. Прокрасться, как только все рабочие уйдут, — наш лучший вариант, — предложил Сай, усаживаясь напротив Сэнку за низенький столик. — Что там с системой безопасности? Я сомневаюсь, что они оставят это место полностью заброшенным, — спросил Ген. — Я могу запустить дрон, чтобы разведать местность, — предложил Укё, прежде чем повернуться к Саю. — Однако несколько снайперов, расставленных по периметру, сильно бы нам помогли. — Не беспокойтесь, вы можете на нас рассчитывать, — заверил один из подчиненных Сая, получив благодарственный кивок от генерала. — Разве они не услышат пропеллеры дрона? — скептически спросил Цукаса. — И это, как бы, будет ночью. Недостаток света будет проблемой, поскольку мы, по сути, будем двигаться вслепую. Не лучше ли сначала провести разведку и прокрасться в другой день, пока солнце еще не зашло? — Как бы нам ни хотелось быть осторожными, это вряд ли что-то изменит, — фыркнул Рюсуй. — Днём будет ещё опаснее, и я на девяносто девять процентов уверен, что Domen застрелит любого, кого они не узнают, кто будет пытаться войти в здание, на месте. Якудза могут быть небрежными в каких-то вещах, но точно не в политике. Это их самый непосредственный источник контроля над людьми в городе, который позволяет им продолжать бизнес без проблем. — И мы должны действовать быстро, прежде чем они свяжут нас с убийством своих парней, — добавил Хром. — Тогда решено, — Сэнку положил руку на стол, готовый встать. — Сегодня вечером мы проникнем в административное здание группировки Domen. — Мы все туда пойдём? — Ген скрестил руки на груди, привлекая всеобщее внимание. — Я ни на что не намекаю, но Уингфилд-сама и Союз-сама считают, что мы информируем их обо всем, что мы сделали и что знаем. А ещё, я предполагаю, что группа Нанами уж точно очень хочет знать местонахождение своего наследника. Не вызовет ли наше отсутствие подозрений?— Когда Сэнку вопросительно посмотрел на него, Ген сделал шаг вперёд и позаботился о том, чтобы выражение его лица стало жестче. — Если станет известно, что обе наши фракции исчезли одновременно, они могут расценить это как нечто большее, чем просто совпадение. Уингфилд-сама умен — и он легко сможет сложить дважды два. Короткий момент молчания, пока мужчины переглядывались, не зная, что ответить. Сай выжидающе посмотрел на Сэнку, который облизнул губы и хмуро посмотрел на стол. — Это… правда, — он постучал пальцем, пытаясь сообразить. — Нам понадобится кто-то, кто останется и отвлечет их внимание. — Я мог бы остаться, — Хром поднял руку и указал подбородком на Гена. — Асагири-сан тоже мог бы остаться. — Нет, — быстро перебил его Сэнку. — Мне нужно, чтобы все генералы пошли, нас и так очень мало, и нам нужны все силы, и необходимо собрать как можно больше информации, которую они могут найти. Асагири-сан — единственный человек, который знает имена людей из нашего города, и наш лучший генератор идей, если что-то вдруг пойдет не так. Вам всем нужно идти. Цукаса переминался с ноги на ногу, не сводя глаз с босса мафии. — Тогда что нам делать? Мы либо позволим Уингфилду-сама и Союзу-сама узнать об операции, либо просто откажемся от неё. Комнату заполонила тишина, пока все напряженно думали и пытались найти решение. Когда настроение было готово испортиться ещё больше, Ген распахнул глаза от осознания и нетерпеливо сделал шаг к наследнику якудза, заставив того подпрыгнуть. — Нанами-доно! У вас есть приблизительное представление о расписании или местонахождении Нанами-сама? — Э-э, вроде? О таких вещах можно легко узнать, — Сай указал на одного из своих подчиненных, который тут же взял рацию и начал спрашивать у людей на другом конце запрошенную информацию. Через минуту он уже обратился к комнате. — Нанами-сама проводит встречи как в поместье, так и за его пределами в течение всего дня. Его последняя встреча в 19:00, и он вернется около 21:00 или 22:00, в зависимости от того, как долго она продлится. Он планирует пойти в баню, как только вернется. Ген ухмыльнулся. — Отлично! — Он повернулся к Сэнку, уперев руки в бока. — Ишигами-сан, почему бы вам не остаться, чтобы отвлечь всех? Все мафиози тут же ощетинились. — Что?! — Ну, вы будете только наблюдать, верно? С проницательностью дружочка Рюсуя Нанами-доно мог бы легко позаботиться об этом за вас, — он опустил голову, пытаясь быть на одном уровне с другим мужчиной. — Подумайте об этом: ваше положение более чем важно, чтобы занять внимание других Боссов. Также редко можно увидеть, как Босс ходит без своих подчиненных и без телохранителей. Босс может сделать это только тогда, когда он действительно уверен в своей безопасности и когда нет работы, о которой нужно беспокоиться и которую нужно контролировать. Это одновременно и демонстрация отсутствия работы, и доверие. Сэнку сначала ничего не сказал, обдумывая его слова и пытаясь понять его логику, прежде чем с подозрением прищуриться. — Значит, я должен остаться здесь один и попытаться притвориться, что вы, ребята, не проникаете на территорию другой группировки якудза? Как, чёрт возьми, я один смогу отвлечь их? — Вы пойдёте в баню как раз перед тем, как туда придёт Нанами-сама, и, конечно же, заведёте с ним разговор. Уингфилд-сама и Союз-сама не могут отчитать вас за желание расслабиться в теплой ванне. — Это-! — Хром завёлся, желая найти причину, чтобы отвергнуть план информатора. Однако чем больше он думал об этом… — …это действительно может сработать, — признал Укё, несмотря на схожее желание возмутиться. Его голос был тихим и напряженным. — Это снизит их подозрения и поможет удержать Нанами-сама в одном месте. — Мы не можем оставить Босса одного, — возразил Цукаса. — Что, если люди Нанами-сама ему навредят? — Они не станут, если не захотят начать войну. Мой отец может быть безжалостен, но он знает, когда стоит нападать, а когда — нет. Ему нет никого смысла вредить Ишигами-сама, — ответил Сай. — И кто знает? — Ген махнул рукой, одарив Сэнку дразнящей улыбкой. — Если вы используете всё своё обаяние и правильно разыграете свои карты, мы даже можем перетащить его на свою сторону. Рюсуй фыркнул, а Сэнку нахмурился. — Ты говоришь, будто это легко. Знаешь ли, мы не все умеем читать мысли. — Не волнуйтесь, я вас подготовлю. И я уверен, что Рюсуй-чан и Нанами-доно тоже не прочь подсказать, где и какие мысли читать, — подмигнул ему Ген, хотя внутренне содрогнулся от своих слов. После того, что Укё рассказал ему о прошлом Рюсуя, он хорошо понимал, почему сейчас Сай неловко шаркает по полу и из-за чего глаза Рюсуя бегают по сторонам, лишь бы избежать зрительного контакта. Тем не менее, он продолжил. — Итак, Ишигами-сан, что вы скажете? Все они наблюдали, как Сэнку скривил лицо, якобы раздраженный непоколебимой уверенностью Гена, прежде чем отвернуться и испустить долгий разочарованный вздох. Он постучал пальцем по столу в последний раз и закрыл глаза, низко опустив голову. — Почему ты спрашиваешь меня, если уже знаешь ответ? Мужчины вокруг них зашевелились с пониманием, а улыбка Гена стала шире. — Отлично. Давайте же готовиться. В течение следующих нескольких часов комната бурлила жизнью, пока они готовились к ночной операции. После разговора по телефону Сэнку подтвердил, что Ксено и его руководители уехали расследовать группу Хано, в то время как группа Союза была занята допросом последних двух человек в списке, который им дал Джуничи. Насколько им было известно, Ишигами всё еще работали над допросом Рина в больнице. Поскольку они были единственной группой, оставшейся в гостинице, им было позволено более свободно перемещаться, хотя людям Сая приходилось быть осторожными, чтобы их не заметили входящим в отель. Несмотря на серьёзность их работы, было интересно наблюдать за тем, как ладят члены мафии и якудза. — Это серебряный пистолет?! — воскликнул Хром, увидев, как один из высокопоставленных людей Сая положил оружие на стол, распихивая журналы по карманам. — Капец, как круто! На боку даже выгравированы дракон и цветы сакуры! — А, это? — Подчиненный якудза улыбнулся и поднял пистолет, повернув его так, что он блеснул на свету. — Это подарок Нанами-доно. В семье Нанами есть традиция, когда начальники дарят оружие своим самым доверенным подчиненным. Обычно на них выгравирована эмблема дракона и некоторые изображения из наших татуировок на спине. В моем случае он черпал вдохновение из ветвей сакуры, которые тянутся вверх по моим рукам. — Крутяяяк! — протянул Хром. Он откинулся назад и позвал Сэнку. — Эй, Босс, почему бы тебе не сделать для нас что-нибудь подобное? — Ха, можешь помечтать! — Сэнку расхохотался из угла комнаты, где они с Саем сели на пол, чтобы обсудить план более подробно. — Зачем мне тратить деньги на что-то настолько безвкусное, если я могу просто обновить лабораторию и наше оборудование? — Он повернулся к Саю. — Ах, без обид. — Никаких обид, — неловко рассмеялся Сай. — Кроме того, меня тоже интересует медицинское и лабораторное оборудование, которым вы пользуетесь! Каково соотношение аппаратного и программного обеспечения? Как, по вашему мнению, технологии улучшились за эти годы? Сай и Сэнку почти не знали друг друга, но они уже были словно лучшими друзьями. В течение следующих нескольких минут Сэнку уже болтал на научном и технологическом жаргоне, которого Ген не понимал, в то время как Сай нетерпеливо кивал и отвечал сложными терминами, вкидывая собственные идеи. Быстро осознав, что два лидера оказались в своем маленьком мирке, все остальные перестали пытаться понять, о чем они говорят, и вернулись к тому, что делали раньше. Ген присоединился к Рюсую и хихикал про себя от удовольствия. — Я не думал, что Нанами-доно тоже своего рода гений. Очень немногие люди могут идти в ногу с интеллектом Ишигами-сана и поддерживать с ним беседу. Рюсуй гордо рассмеялся. — Я же говорил тебе, что он умный! Всегда было трудно найти наставников, которые действительно могли бы научить его чему-то, чего он еще не знал. — Я определенно в этом не сомневаюсь, — усмехнулся Ген. Они стояли в стороне от группы и с комфортом наблюдали, как мужчины общались друг с другом. На балконе один из членов якудза показал Цукасе, как собрать пистолет-призрак, который они привезли с собой. В нескольких футах от него Укё и двое других мужчин сблизились благодаря общему опыту службы в армии. Сидя за столом, Хром ахнул, когда человек, с которым он разговаривал, позволил ему подержать серебряный пистолет. В следующий раз, когда Ген заговорил, он понизил голос и продолжал улыбаться. — Укё-чан очень волновался, когда ты внезапно ушел. Ему нужно было выплеснуть свои чувства, и он рассказал мне очень многое. Полагаю, он хочет, чтобы, ты… больше доверял ему. Рюсуй резко вдохнул. Он помедлил, прежде чем заговорить, и тоже понизил голос. — Мои отношения с семьей Нанами сложные. Я не хочу обременять его. — Ты обременяешь его тем, что сдерживаешь свои чувства. Что держишь его в неведении. Твою заботу он ошибочно принимает за недоверие. Рюсуй насупился. — Это нелепо. Я никому не доверяю больше, чем ему. — Тогда докажи это ему. Даже если не с Укё, то ты всё равно должен с кем-то поговорить. Ишигами-сан в первый раз, конечно, простил тебя, но я не думаю, что он обрадуется, когда в следующий раз ты так же импульсивно ворвешься в поместье Нанами. Всё, что делает ваш неразрешенный конфликт, — это подвергает опасности окружающих. — Я просто хочу проводить как можно больше времени со своим братом. Я не хочу об этом говорить и не хочу оправдываться. — Но ты должен, — строго сказал Ген. — Ишигами-сан поручил мне держать тебя под контролем. Если он узнает, что ты психически неуравновешен, он вышвырнет тебя из участия операции. — Ген сделал паузу для акцента, добавляя веса своим словам. — И тогда ты точно больше не сможешь видеть своего брата. Рюсуй напрягся, сжимая и разжимая кулаки. Он посмотрел на Сая, наблюдая за тем, как они с Сэнку продолжали страстно болтать Бог знает о чем. Он едва вернул своего брата. Он не мог рисковать, что его снова оторвут от него из-за его собственных импульсивных решений. — …Я подумаю об этом. Ген удовлетворенно кивнул сам себе. Прогресс есть прогресс. — Хорошо. Со временем солнце в конце концов зашло и уступило место лунному свету и ночному небу. С приближением момента возвращения Нанами-сама в поместье, все мужчины засветились, занялись загрузкой машин и прогоном окончательного плана, прежде чем пришло время отправляться в путь. Тем временем босс мафии и информационный брокер уединились в комнате, в которой Ген отлёживался после своих травм. Там Ген готовил Сэнку к разговору с Нанами-сама в меру своих возможностей, в то время как Сэнку переодевался в свою зеленую юкату. — …поэтому, прежде всего, умоляю, сведи к минимуму свои откровенные заявления и прямолинейные высказывания. Понятно? Сэнку усмехнулся. — Значит, ты хочешь, чтобы я был кем угодно, только не собой? — Я хочу, чтобы ты был живым, — вздохнул Ген. — Так что, да, именно так. — Тц, придурок, — нахмурился Сэнку, заработав ухмылку от Гена. Менталист изо всех сил старался не терять лица, когда не сводил глаз с лица мафиози, пока тот переодевался. Краснеть от вида его голого тела никому из них не пошло бы на пользу. К счастью, Сэнку почти закончил. — В любом случае, как ты узнал, что мне придётся встретиться с боссом группы Нанами в бане? Ты снова использовал свой ментализм? — Нет. Я понятия не имел, что это произойдет. — Тогда как ты узнал, что мне нужно упаковать свою юкату? Собственно, почему я вообще должен надевать юкату в баню? На улице мороз! — Ну-ну, Сэнку-чан, — мурлыкнул Ген, словно пытаясь успокоить плачущего ребёнка. Он подошел к Сэнку и положил руку ему на грудь, помогая поправить воротник юкаты и разгладить складки. — Эта юката важнее, чем ты думаешь. — Он поправил часть ткани, сбившейся на плечах. — У якудза официальная традиционная одежда, такая как кимоно и юката, рассматривается как символы преданности и эксклюзивности. Якудза гордятся тем, что поддерживают японскую культуру, одновременно сопротивляясь общественным ожиданиям и власти. В результате юката — это предмет одежды, который отличает участников якудза от обычных граждан и отдает дань уважения их наследию. — Видя, что больше не к чему придраться, Ген снова посмотрел на лицо Сэнку. — А ещё это проявление уважения. Нанами-сама будет думать о тебе лучше. Сэнку моргнул, удивленный проницательностью Гена. — Откуда ты всё это знаешь? Кислый привкус начал оседать на языке Гена. Он улыбнулся. — Скажем так, я знаю довольно много интересных людей~! — Ну да, конечно, — хмыкнул Сэнку. — Может быть, тебе стоит встретиться с Нанами-сама. Я уже боюсь всего этого. Ген наклонил голову. — Ты нервничаешь. Это был не вопрос. Сэнку остановился. В конце концов он устало выдохнул и почесал затылок. — Конечно, я нервничаю. Я не узнаю, пошло ли что-то не по плану, пока я там, и я не такой хороший собеседник, как ты. Так что много всего может пойти не так. — С тобой всё будет в порядке, Сэнку-чан, — заверил Ген, прижав руку к груди учёного. Он вложил в свою улыбку столько тепла, сколько мог. — У всех нас всё будет хорошо. Нет ничего, с чем бы не справились Пять Мудрых Генералов! Сэнку тут же выгнул бровь. — Пять? Когда вообще было пять генералов? — Ну, ты командующий генералами, и ты как бы намекнул, что я был почетным генералом в рамен-баре, так что… — Я никогда не повышал тебя. — Но ты всё ещё можешь! — Пф. Ты нелепый. Они обернулись, когда в дверь постучали. — Босс, — прозвучал приглушенный голос Хрома. — Боюсь, вам скоро придется закончить приготовления. Пора выезжать. — Понятно, мы почти закончили, — ответил Сэнку. Хром дал ему добро и ушел. Как только они снова остались одни, Сэнку повернулся к Гену, скрестил руки на груди и вздохнул. — Тебе следует идти. Нанами-сама не должен увидеть, как вы уходите. — Верно, — согласился Ген, в последний раз поправляя юкату Сэнку, прежде чем наконец убрать с него руки. Дополнительное тепло тел сделало их более горячими. Он направился к двери. — Ты понял, Сэнку-чан. Просто сохраняй спокойствие и помни всё, что я тебе говорил. — Да, да, я знаю. Просто иди и не делай ничего сумасшедшего. Мне нужно, чтобы вы все вернулись сюда живыми, — отмахнулся Сэнку. — Ладно, я пошёл, — закатил глаза Ген. Он встал перед дверью и взялся за ручку. Однако через несколько секунд он не открыл дверь. Сэнку подозрительно шагнул к нему. — В чем дело? Ген не дал ему времени среагировать. Безмолвно он повернулся, подошёл к учёному, схватил его за лицо и поцеловал так сильно, как только мог. Поцелуй был долгим, страстным, и спустя какое-то время Сэнку притянул его к себе ближе, обхватывая за талию. Когда Ген отстранился, щеки Сэнку были ярко-розовыми, а глаза широко распахнутыми. Удивительно, но Ген смог проглотить свое смущение и посмотреть на него. — Считай это местью за то, что ты сделал раньше, и той частью моей работы, где нужно оказывать моральную поддержку, — он нежно провёл пальцами по щеке Сэнку. Тот растерянно моргнул. — Я надеюсь, больше ты никому не оказываешь поддержку таким образом. Ген улыбнулся. — Удачи тебе, Сэнку-чан. — Он развернулся и пошёл к двери. Он почувствовал, как глаза Сэнку сверлят ему спину. ••• Пар стоял в воздухе выложенной плиткой комнаты, окутывая всё тонким туманом. Лужи воды украшали пол у края основной ванны, она была почти огромной, и это делало её самой популярной. К счастью, в эту ночь ванна была пуста, что давало возможность опоздавшим расслабиться там в одиночестве. Нанами-сама был удивлён, обнаружив там ещё кого-то, когда туда пришел. — Ишигами-сама? Сэнку отступил от бортика, к которому прислонялся, чтобы посмотреть на нового посетителя. Когда он двинулся, эхом разнёсся звук плескавшейся воды. — Ах, Нанами-сама. Какой приятный сюрприз, — вместо поклона он сделал глубокий кивок, и босс якудза ответил тем же. — Не ожидал вас здесь увидеть. — Я тоже, — сказал Нанами-сама. Он перешёл в одну из душевых, чтобы вымыть тело перед тем, как войти в ванну, неся шампуни и мыло на маленьком подносе. — Я не смог узнать вас сразу с распущенными и мокрыми волосами. Сэнку усмехнулся. — Вы бы не были первым. — Мн. Нанами-сама включил насадку для душа и принялся мыться. В это время он не разговаривал, он молча мылился, не торопясь, сосредоточившись на том, чтобы оттереть себя дочиста. Только когда он закончил смывать мыло со своего тела, он снова заговорил. Вода снова плеснулась, когда он, наконец, вошел в ванну и сел напротив босса мафии. — Обычно я здесь один в этот час. И я также не видел, чтобы кто-то ждал вас снаружи. Вы пришли один? Голос Гена прозвучал в сознании Сэнку. Люди склонны слишком много болтать, когда нервничают. Это самый очевидный способ понять, что кто-то о чем-то лжет. Отвечай односложно и не объясняй ничего, если он не попросит об этом. — Да. — Где ваши люди? Скажи ему, что мы уже спим. Попробуй относиться к нему как к Боссу. — Спят в отеле. Я, вообще-то, тоже должен спать, но из-за того, сколько мы последние дни работали, мне трудно заснуть. Как будто мой разум не может отключиться. Нанами-сама немного смягчился от сочувствия. — Хм, значит, с вами тоже такое бывает. Таково бремя лидера, — вздохнул пожилой мужчина, глубже погрузившись в ванну и прикрыв глаза. — Однако с вашей стороны было бы разумнее привести хотя бы одного человека. Человека с таким высоким статусом, как у вас, нельзя оставлять одного. Отношение к другим людям может иметь большое значение. Если кто-то заботится о других, это подсознательно заставляет нас ему доверять. А нам важно построить доверие. — В моих интересах дать им поспать. Они будут бесполезны для меня и для дела, если будут слабыми, голодными и не будут спать. Кроме того, — Сэнку закрыл глаза и глубже погрузился в воду. — Было бы глупо, если бы кто-то вдруг пришёл на вашу территорию и делал тут всё, что ему заблагорассудится. Если они не пострадают не от гнева мафии, то явно будут вашими клиентами. Нанами-сама ничего не сказал. Даже с закрытыми глазами Сэнку почувствовал, как мужчина долго разглядывал его, прежде чем тоже закрыть глаза. Его ответ явно произвел на него впечатление. — Хм. А вы уверены в себе. Это почти напоминает мне Уингфилда-сама. Если я правильно помню, он говорил, что вы были его подопечным. Успокойся. Дыши. — Да. Я многим ему обязан. Он помог мне разобраться с моим бизнесом. — Хм, — кивнул сам себе Нанами-сама. — Я полагаю, что именно этим отличаются мафия и якудза. Мафия использует тайные ходы и кумовство, чтобы построить свою империю. Якудза же используют свои традиции и строят бизнес голыми руками. Если он будет подначивать тебя, не сердись. Держи свои истинные мысли при себе. Докажи ему, что вы равны. Ты много достиг, и апеллируй этим. — Доктор Уингфилд дал мне некоторые советы по созданию фонда, но не помогал построить мою империю. Я сделал это самостоятельно. — Когда он почувствовал на себе чужой взгляд, Сэнку открыл глаза. — Хотя иногда кажется, что было бы проще и лучше, если бы кто-то просто передал нам работу по наследству, не так ли? Ни у кого из нас не было бы бессонницы от такой тяжелой работы. Нанами-сама снова замолчал, пораженный его тонким нахальством. Он скрестил руки на груди, и вода вокруг него зарябила. — Клан Ишигами существует уже довольно давно. Когда тебя сделали лидером? Если предоставится такая возможность, просто будь честным. — Я был слишком молод. — И ты жаловался на это? У Сэнку тогда не было ни времени, ни компании, чтобы жаловаться. — Нет, это… почетное бремя. Я горжусь своей работой. Нет никого, кто лучше подходил бы на моё место. Нанами-сама задумчиво хмыкнул, прислонившись спиной к бортику. — Ты напоминаешь мне моего сына. Сэнку замер. Рюсуй был прав, когда сказал, что Нанами-сама был нечитаемой картой. Никто не готовил его к столь спорной теме. Держи свой голос ровным. Дыши глубоко. Успокойся. — Даже так? — Мой сын, Сай, — начал мужчина. — Наследник группы Нанами. — Он умный, тихий. Предпочитает держать всё в себе. Может, он и выглядит не очень, но он целеустремленный, трудолюбивый. Как истинно великий лидер, он знает, когда отодвинуть свои личные желания в сторону ради общего блага клана. — Он сделал паузу. Его глаза потемнели. — Ничего подобного этому твоему подчинённому. Потребовались годы, чтобы избавиться от всех предательских привычек, которые навязал Саю этот позор семьи. Несмотря на тёплую воду, в которой он купался, у Сэнку пошли мурашки по коже. Гнев, булькающий в его груди, не помогал ситуации. Когда ученый не ответил, Нанами-сама продолжил. — Вот скажи мне, Ишигами-сама. Что, чёрт возьми, убедило тебя нанять моего безмозглого сына? Редко у Сэнку возникали побуждения к насилию, но блядский Боже, он бы многое сейчас отдал, чтобы иметь возможность ударить человека перед собой. Сэнку ценил каждого из своих подчиненных по разным причинам. Лгать о том, как сильно он их ценит, казалось отвратительным. Он пожал плечами. — Он очень целеустремлённый. А ещё он удивительно хорошо обращается с деньгами. Нанами-сама фыркнул, и этот тошнотворный звук эхом разнесся вокруг них. — Только и всего? Почему бы не взять кого-нибудь другого? Ты, должно быть, был в отчаянии, чтобы мириться с его нарциссическими замашками и эгоизмом. Сэнку задумался, откуда он вообще это взял. — Он хороший работник. — Сомневаюсь. Помни — вы с ним равны. — При всём уважении, Нанами-сама, у меня другой склад ума, чем у вас, и совершенно иное мнение на этот счёт. Тщеславные замечания Нанами-сама прекратились. Он снова нахмурился и поджал губы. Редко кто открыто выступал против него. — Что вы имеете в виду, Ишигами-сама? — Возможно, это потому, что я — мафиози, или потому что я другого возраста, но я не думаю, что людей следует игнорировать и сбрасывать со счетов из-за парочки поверхностных недостатков. Я считаю, что в каждом человеке есть что-то ценное, что он может принести в команду. Якудза поднял бровь и наклонился вперед. — Есть люди, изначально непригодные для подполья, так же как и люди, непригодные для жизни на земле. — Это ложь. Люди просто создали мир социально сконструированных стандартов для блага конкретных людей. Если бы не это, мир не был бы таким дерьмовым, как сейчас. — На этот раз Сэнку откинулся назад, вздернув подбородок. — Подполье одержимо бесполезной силой, властью, титулами и безмозглыми людьми, которые подчиняются каждому приказу своего босса. Подумайте об этом, Нанами-сама. Вам и доктору Уингфилду понадобилась почти вся ваша жизнь, чтобы построить свои империи. На то, чтобы построить свою, у меня ушла всего четверть жизни. И если я глупец только из-за того, что нанял Нанами Рюсуя, то уж лучше мне быть глупым, чем умным. Внутри бурлила вода. Пар заволакивал комнату тонким облаком. Снаружи люди Нанами-сама терпеливо стояли в зоне отдыха возле ванной комнаты, ожидая, пока выйдет их Босс. И Сэнку, и люди Нанами за дверьми ванной напряглись от последовавшего поразительного, доселе неслышанного звука. Нанами-сама запрокинул голову назад и громко, искренне рассмеялся, и этот смех был слышен почти во всех уголках бани. Эхо из-за кафельного пола и стен усиливало звук, делая его пронзительным и оглушающим. По иронии судьбы, это звучало до жути похоже на смех Рюсуя, с той лишь разницей, что смех старика ещё больше напрягал Сэнку. Когда Нанами-сама успокоился и вернулся к своему обычному состоянию, следующие его слова были такими же дезориентирующими. — Ишигами-сама, вы ещё не спросили меня о моих татуировках. Это было правдой. Несмотря на замысловатость красочных узоров, красоту всех этих цветов жасмина и календулы, и детализированных драконов, что ползли вверх по его рукам, ногам и спине, Сэнку не нашел причин указывать на них и задавать о них вопросы. Он мало что знал о якудза, но знал, что их татуировки священны. — Нет. — Почему нет? — Это неуважение, и это не мое дело. — Наши татуировки не предназначены для того, чтобы держать их в секрете. Это картины, которые символизируют наши личные жизненные пути и нашу преданность своим группировкам. У двух членов якудза не может быть одинаковых татуировок, — объяснил Нанами. Его глаза встретились с глазами Сэнку. — Я ошибался. Вы не похожи ни на Уингфилда-сама, ни на моего сына. Вы не приказываете другим подчиняться вам, вы просто манипулируете самой природой, чтобы достичь своих целей. — Нанами-сама остановился, рассматривая молодого мужчину перед собой. И он снова удивил Сэнку. — Ты удивительно терпим для избалованного ребёнка. Ванна избавила тебя от бессонницы? — Едва ли. — У меня есть чай из Индии, который помогает справиться с тревожностью. Если ты не занят, то можешь проводить меня в поместье. Я готов рассказать историю своих татуировок за чашкой чая. Сэнку такого не ожидал. Небрежно приняв приглашение в меру своих возможностей, он последовал за Нанами-сама из ванны, вытерся принесенным полотенцем и снова переоделся в раздевалке. Только после того, как Нанами-сама сообщил своим подчиненным об их новом госте и начал возвращаться в поместье, он прокомментировал его юкату. — Это очень хорошо сделанная юката, — сказал мужчина, переводя взгляд с юкаты Сэнку на свою бордовую юкату. — Тебе она идет. Жаль, что многие люди отказались от красоты и элегантности традиционной одежды. — Позади них его люди замычали и закивали в разочарованном согласии. — Да. Даже я должен признать, что соблюдение традиций крайне важно. — Ложь. Сэнку внутренне сжался. — Это правда. В противном случае мы теряем из виду то, кто мы есть. Где ты взял эту юкату? Дул холодный ночной ветерок, вызывая табун мурашек вниз по позвоночнику. Сэнку внезапно осознал, что ткань трется о его кожу. В этом случае Ген сказал бы, что правда — лучший вариант. В конце концов, для него было бы лучше найти способ наладить с якудза контакт. Тем не менее, Сэнку не мог, не хотел говорить правду об этом, и потому пошел с полу-ложью. — У меня была знакомая швея, которая сшила её для меня. Она очень талантлива в своем ремесле. — Я вижу. У вас благородный вкус. — Спасибо. Сэнку изо всех сил старался держать лицо, пока они не свернули в поместье. ••• Увы, никто из них не знал, что Броуди вернулся в отель, чтобы забрать кое-что из комнаты, и, когда уже вышел обратно, то заметил мужчин издалека. Вместо того, чтобы просто их поприветствовать, он отступил в тень и молча смотрел, как они вместе заходят в поместье. ••• — Нет, — раздражённо ответил Ген, одновременно просматривая длинный список имен на компьютере и перебирая пачки бумаги рядом с собой. — Ничего. Их здесь нет. — Это не имеет смысла! — Хром кричал-шептал в ответ. Они подскочили, когда услышали рядом еще один залп пуль. Остальные не смогут дольше сдерживать охрану. В темноте было трудно поразить их цели. — Если это не группировка Domen, то кто тогда подкупает наших людей?! — Я не знаю! — В коридоре с грохотом распахнулась дверь, послышались крики. — Только- — Вы закончили фотографировать все документы? — Ага! Но почему мы не можем просто взять физические копии? — Бумаги слишком легко уничтожить, — Ген сразу же выдернул флешку из компьютера, как только документы были загружены. Он поспешно сложил стопки бумаг обратно в папки как можно аккуратнее и засунул их в соответствующие шкафы для документов, заперев их ключом, который они угрожали дать им офисному работнику. — Цифровые копии безопаснее и их легче отправить анонимно в СМИ. — СМИ? О чем ты говоришь?! — воскликнул Хром, следуя за Геном к промышленному вентиляционному отверстию, через которое они проникли внутрь. Охранники не могли знать, чего добивались таинственные нападавшие в масках. Ген фыркнул, когда Хром помог поднять его в вентиляцию. — Мы собираемся выдать список их сообщников. Если они не хотят, чтобы мы вошли, нам просто придется их выманить.