И смех и грех

День с самого своего начала будто бы не задался: будильник сразу не сработал, отчего Артемию пришлось в спешке собираться на работу, кофе постоянно намеревалось сбежать из турки, потому мужчина махнул на него рукой и просто выключил плиту, оставив грязно-коричневую жижу до вечера. Осень набирала обороты в собственной непогоде, а о забытом зонтике Артемий вспомнил только тогда, когда выбежал из парадной, лицом встречая холодные капли дождя. Возвращаться времени не было, вот и пришлось превозмогать и ветер, и ливень, и толпу хмурых людей в час-пик, дабы добраться до работы. Не без потери большого количества нервных клеток, разумеется. Едва Артемий успел надеть рабочую форму, а промокшую уличную одежду повесить на вешалку и оставить сушиться на дверце шкафа, мужчину оповестили о ждущих пациентах. Судя по выражению лица девушки-администратора, те не показывали себя самыми терпеливыми людьми, даже если врач опоздал на каких-то пять минут. – Доброе утро! Прошу прощения, пришлось задержаться. – Мне сказали, что прием будет вести хороший врач, но пока что-то трудно верится. Ответственные люди не опаздывают! Тучная женщина около сорока лет – плюс-минус пять – недовольно окинула Артемия взглядом, словно в его внешнем виде могла найти еще какую-либо причину для упреков, но больше ничего не сказала, переключившись на основную проблему, с которой, собственно, в клинику и пришла. Мужчина быстро напечатал описание в карту, после чего перешел на осмотр собаки – не менее тучная, больше похожая на шарик, чихуахуа с тяжелым дыханием. – В том, что она задыхается, есть основная причина, – начал Артемий, пальцами надавливая на позвоночник. Однако за неимением какой-либо реакции, оставил собаку в покое, – вам нужно сбросить вес. Брахицефалы по жизни обделены нормальными верхними дыхательными путями, а толстые брахицефалы и вовсе катастрофа не только для хозяев, но и для самих себя. – Моя Зефирка выглядит вполне сносно! – возмутилась женщина. – Тут проблема в том, что она простудилась! Вот и кашляет! Выпишите нам таблетки. – Животное не кашляет от простуды, они вообще простудиться не могут, – Артемий отвечал спокойным тоном, откровенно игнорируя недовольный тон клиентки. Подобное поведение встречается относительно часто, уже развилась привычка поведения в данных случаях. – Могу направить вас на УЗИ сердца и прием к кардиологу, вероятно, есть возрастные изменения и… – Не надо меня обманывать и трясти деньги из кошелька! – женщина махнула рукой, едва не задевая нос мужчины. – Выпишите нужные таблетки! – Увы, тогда вам не ко мне. Громкий хлопок двери говорил о новом будущем недовольном отзыве, на что Артемий лишь усмехнулся. Начальство, конечно, повозмущается, но после просмотра камер все уляжется. Однако мужчина знал – день обещает быть о-о-очень длинным и не самым приятным. Очередь словно не собиралась заканчиваться, едва холл успевал опустеть, как приходили новые люди, еще и еще, и каждому не хотелось долго ждать, о чем каждый же и спешил заявить вслух. Артемий едва сдерживался, чтобы просто в открытую не отправить особо наглых индивидуумов далеко и надолго, но продолжал молчать. Опыт профессиональной выдержки не пропьешь. Периодически телефон вибрировал, уведомляя о новых сообщениях, но времени не хватало даже на "попить воды", что уж говорить о мобильном. Когда стрелка часов приближалась к цифре восемь, тело от усталости едва двигалось, и Артемию просто хотелось поскорее оказаться дома и рухнуть в кровать, оставив позади неприятные воспоминания сегодняшнего дня. Заканчивая свой последний прием, мужчина ощутил стягивающий внизу живота узел и невольно нахмурился. Этого еще только не хватало! Золотистый ретривер весело вилял хвостом, пока Артемий осматривал его уши и старательно игнорировал нарастающее возбуждение, а хозяин животного лениво листал новостную ленту в социальной сети. – Явных проблем я не вижу, уши чистые, – прокашлявшись, заговорил мужчина, – но если зуд появится снова, то запишитесь к Диане Игоревне, это наш дерматолог. – Хорошо, – кивнул молодой парнишка. Он окинул врача взглядом, и Артемий не смог не заметить странную усмешку. – Выглядите так, словно ваш соулмейт – моя собака. Мужчина поспешил застегнуть халат, скрывая внезапное недоразумение, снова прокашлялся и натянуто улыбнулся, будто не звучала в стенах кабинета столь неуместная шутка. Парень попрощался, забрал карту, и скрылся в коридоре, а Артемий тут же схватил телефон.

Я Какого дьявол ты творишь?!

Ответ пришел через пару минут: Пашка черт, прости! тут просто такой стендап нашел, тебе скинуть? Артемий убедился, что парень не занят, потому нажал на кнопку вызова абонента, и у уха тут же послышались протяжные гудки. Паша ответил быстро, голос, как всегда, задорный, готовый заражать своим оптимизмом, а на лице – мужчина уверен – сейчас сияла яркая улыбка. – Приветствую, мистер врач! Ты уже освободился? – Прекрати ржать, как лошадь, ты отвлекаешь меня от работы! – Воу, полегче, я же не специально, – радость на миг сменилась замешательством, словно мальчишку родители застали за чем-то непристойным, – день херовый? – Просто выруби сраное видео! Паша и слова вставить не успел, как звонок сбросился. Артемий пальцами потер переносицу, постепенно начиная понимать, что срываться на другого – не самый приятный поступок, только вот что сделано, то сделано. Мужчина тихо выругался, ощущая укол вины внутри, но снова позвонить Паше не дал новый прием. Он последний по расписанию, потому Артемий пообещал себе извиниться сразу же, как вернется домой.

***

На сообщения парень больше не отвечал и в сети не появлялся. Артемий еще раз проверил профиль Паши, пока ехал в лифте, но чуда не возникло. Ссоры случались в их отношениях, однако никогда не затрагивали связь соулмейтов, ведь глупо злиться на то, в чем ты не виноват. Звон ключей нарушил тишину парадной, а квартира встретила хозяина привычным мраком. Артемий лениво снял ботинки и уже собрался направиться прямиком в ванную, как услышал шорох на кухне, после чего там сразу же включился свет. Мужчина напрягся, однако знакомый голос заставил страх отступить, а мышцы расслабиться. – Снова без зонта ушел? Мокрый весь. Паша стоял в домашних штанах с ананасами и растянутой серой футболке, а в руке держал кружку с горячим, свежесваренным кофе. И улыбался. Мягко так, привычно, будто не Артемий пару часов назад накричал на него. – Забыл, – устало ответил мужчина, откидывая пальто на спинку рядом стоящего стула. – Выглядишь паршиво. Паша поставил кружку на стол и обвил руками чужую, но столь родную, талию, носом утыкаясь в шею. Та колется из-за легкой щетины, однако так даже лучше и приятней. Артемий обнял парня в ответ, прижав к себе так сильно, насколько мог, и прикрыл глаза. Усталость тяжелого рабочего дня отступила на второй план, сонливость накатила волной, а нервозность и раздражение постепенно исчезали, словно их убирали стирательной резинкой. – Прости, – прошептал Артемий на ухо и оставил легкий поцелуй на мочке, отчего Паша тихо посмеялся. Парень отстранился, посмотрев в глаза, и Артемий в который раз убедился – пропал в этом человеке полностью и на веки вечные. – Прости меня, дурака, что сорвался, не стоило кричать на тебя. – Ну а как я могу злиться? Я правда расстроился сначала, но потом понял, что скорее всего у тебя день-пиздень, вот и не сдержался. Так что прощаю. – Могу загладить вину. – И как же? – игривые искорки мелькнули в глазах Паши, и мужчина опустил руку с поясницы на ягодицы, тут же слегка сжимая их. – Приватным осмотром. – А-а… гав? – Фу, боже! Паша рассмеялся, едва не сбив кружку со стола взмахом руки. Артемий взглядом впитывал каждую мимическую морщинку, каждую эмоцию и мысленно сделал пометку, что даже за всю жизнь не сможет этим насытиться. Рядом с Пашей необычайно легко, все проблемы отходили на задний план, а уверенность, что они будут шагать бок о бок всю жизнь, никуда не пропадала. И в потоке простых мыслей случайно и тихо, словно кто-то другой мог услышать, слова вырвались наружу: – Я люблю тебя. Паша перестал смеяться, глазами гуляя по лицу мужчины. Он знал, что такими словами Артемий просто так разбрасываться не будет, что за все время их отношений подобное никогда не звучало, только простое "ты мне нравишься", что "я тебя люблю" в своей жизни врач говорил лишь несколько раз: своим маме и бабушке. Парень оставил на чужих губах легкий поцелуй, не в силах сдерживать улыбки, а когда отстранился, в них же прошептал: – Я люблю тебя тоже…