Окровавленые стрелы

Настал день, когда мы сокрушим это никчёмное поселение воров. Мы шли по той дороге, которую запомнили при слежке. Большой удачей является то, что эта, с позволения, «деревня» была окружена лесом. Мне было легко занять выгодную позицию, в соответствии с планом, что составил учитель. Теперь главное – не ошибиться. Это поселение почти никак не охранялось. Один только «пропускной пункт» и десяток стражников по периметру, поделённые на группы по двое. Напасть на такое убежище для разбойников - плевое дело. Но, как ни крути, их в несколько раз больше, поэтому мы должны действовать тихо. Я поинтересовался тем, как мы вернём украденное людям, на что получил довольно неожиданный ответ: - Скоро новость об этом поселении разлетится по всей округе. Всё разберут, каждый получит грош. Что-ж, наверное, это самое рациональное решение, даже несмотря на то, что настоящим владельцам придётся невольно делиться своими сбережениями с другими. Мы дождались, когда одна из групп разделилась и настал наш час смертоносной атаки. Я достаю стрелу, прицеливаюсь, натягиваю тетиву и… «Погодите, если я отпущу, то он ведь умрёт. Я стану убийцей… Но ведь он этого заслуживает, он наверняка обокрал не одну семью, мне нечего его жалеть». Как бы я себя не пытался пересилить, а сомнения брали надо мной верх. Не в сочувствии было дело, но в страхе настоящего убийства. Убить, в первый раз, должно быть трудно всем. Во время этих моих раздумий стражник стоял неподвижно и даже не подозревал, что кто-то сейчас решается его убить. Моё время истекало. Я чувствовал, как Мёрдок вскоре выйдет и мне стоило действовать быстрее. «Если я сейчас не убью, всё провалиться, нас поймают! Поймают и будут пытать! Я должен быстрее, как можно быстрее попасть в него!», - тревога охватила меня. Я ещё раз, в панике, прицелился, натянул и… отпустил, закрыв глаза. Из любопытства, я посмотрел вслед летящей стреле. Миг и человек, что мирно стоял ещё секунду назад, падает на землю, как мешок. Он был мёртв, в этом не было никаких сомнений. Я убил его собственными руками… Мёрдок вышел из-за угла и, осмотрев труп со стрелой в шее, посмотрел в сторону выстрела, намереваясь посмотреть на меня. Оглянув место моего расположения, он жестом скомандовал мне двигаться дальше по периметру. Ноги еле поднимались, лицо не выражало никаких эмоций, а в голове раз за разом воспроизводилась картина падающего трупа. Я ничего не чувствовал, меня настолько переполнило оцепенение, что я потерял возможность даже чувствовать. Неужели это то, с чем должны столкнуться все защитники справедливости? Пересиливая себя с каждым шагом, я всё же дошёл до следующей точки и мне нужно было повторить это ещё раз. Ещё раз положить конец человеческой жизни. От чего мне так тяжело? Неужто проснулась жалость к этим убийцам? Или осознание того, что на мне лежит кровь настоящего человека? Сквозь муки я выпускаю ещё одну стрелу, наблюдая, как на моей совести появляется ещё одна жизнь. И ещё, и ещё раз. На этом был конец и прошлому мне, и моей прошлой жизни. «Если бы я мог…», «Если бы я знал, что всё обернётся так…». Сожаления о том, что я вообще помыслил встать на такую тропу, переполняли меня. Однако, ничего нельзя повернуть вспять - одна из величайших трагедий человечества. После того, как мы зачистили охрану, по плану нужно поджечь все дома, чтобы им было негде жить, а они сами утонули в пепле. Но, «не хочу вставать», «не хочу идти», «не хочу ничего», - пересиливало весь план. Я свалился с ног. У меня не было сил даже на слёзы, что уж говорить об остальном. Я и не мог представить, что кровь на руках окажется такой тяжелой. Почему отнимать жизнь человека так тяжело? Сострадание? Мораль? Страх? Не могу понять ни одну возможную причину. Не могу потому, что ничего не чувствую. Лишь безграничная апатия накрывает меня и погружает во всеобъемлющий мрак. Поднимаясь с усилиями, каких не требовалось после самой уничтожающей тренировки, я начал понимать, что же так тягот меня. Смерть. Неизбежная и ужасающая смерть, которой стал я сам, убила меня изнутри прямо, как я убил того парня. Тот, кем я был, останется только в воспоминаниях, а на его месте появилось оно, смерть во плоти, в лице меня самого. Я больше не могу быть обычным человеком после того, как я забрал жизни таких же людей. Я смотрел, как Мёрдок подпаливает все дома, которые видит. Интересно, он тоже что-то подобное чувствовал? Та самая королевская гвардия сделала его таким безжалостным убийцей? А может он был таким изначально? Закончив со всеми домами, он приказал следовать за ним. Я плёлся, пытаясь идти так быстро, как мне только позволяло моё тело, но ничего, кроме медленной перестановки ног не получалось. Добравшись до него, мы без промедлений выдвинулись из деревни туда, где мы «жили» на открытом воздухе. Шок немного покинул моё тело, чего не сказать о разуме. Тела моих жертв всё также вызывали во мне чувство ужасной подавленности, которую, даже и мысли не приходило, чем-то перебить. Неожиданно для себя, у меня появились глупые, отчаянные мысли: «не хочу больше этого», «не хочу больше мстить разбойникам», «хочу всё забыть». Но увы, ничего из того, что я видел, забыть нельзя, сколько не старайся. Я не мог вернуться к прежней жизни. Наконец, мы добрались до знакомого места, хоть здесь можно немного уйти от того ужаса. Но стоило мне немного прийти в себя, как Мёрдок начал отчитывать меня: - Ты слишком замешкался. Это могло подставить меня под удар. В следующий раз не витай в облаках и внимательно придерживайся— - «Не витай в облаках»?! То, что ты, безжалостный маньяк, можешь убивать направо и налево, не значит, что я могу также! Я не такой, как ты! - Если ты не готов без колебаний убивать, то тебе не выжить. Это первый пункт выживания, если тебе это не по силам, ты можешь всегда уйти. - Я никогда не хотел уходить… Я верил, что этот путь правильный. Но я никак не мог представить, что убить будет так тяжело. Я восхищался, тем, как вы спокойно побеждаете своих врагов в смертельной схватке. Мне хотелось быть таким же, но похоже, что я слишком слаб для этого. Мёрдок почти незаметно вздохнул, прежде чем произнести: - Арий, хоть я и немного знаю, но ты куда сильнее, чем хочешь думать. Ты смог пересилить себя и продолжил следовать плану. Не каждый смог бы на твоём месте. - Увы, легче от этого на душе не становится. Да и к прежней жизни мне никак не вернуться, с таким грузом на душе. Ну и куда мне податься? - Я оставлю тебя одного. Подумай о том, куда теперь подашься. Если будешь готов вернуться, я буду ждать здесь. Я, кинув на него взгляд, промолчал. Став абсолютно потерянным, я не представляю, что вообще мне делать со своей жизнью? В любом случае, мне нужно время. Время, чтобы успокоиться и прийти в себя. Может, тогда я пойму, что мне делать дальше?