Конец игры – лишь начало

— Хэй, Энди, привет, — светловолосая девушка с яркой улыбкой поприветствовала знакомую, проходя через стеклянные двери. — Ты идёшь обедать? — Привет, Кэтрин, — с мягкой усмешкой кивнула Сакс и взглянула на настенные часы. — Эмили, я уйду на перерыв, окей? — Полчаса, не забудь, — напомнила британка, не отрываясь от документов. Она привыкла игнорировать модель, которая изредка приходила к ним, когда Миранда отсутствовала в здании. Девушка определённо знала меру в дружбе с ассистенткой их босса. — Да, конечно, — отозвалась Сакс и нажала на кнопку сохранения, прежде чем встать. Кэтрин подхватила её под локоть, и они вместе направились в кафетерий на втором этаже издательского дома. — Знаешь, я прочитала пару глав той книги, которую ты посоветовала, — поделилась блондинка, когда они вместе зашли в лифт. — Я не ожидала, но мне очень понравилось. Какая-то особенная атмосфера. — Абсолютно согласна, — кивнула Андреа, повернув голову к собеседнице, всё ещё державшей её за локоть. — Я прочитала её лет в семнадцать, но даже тогда она слегка напугала меня. Некоторые вещи я до сих пор не могу воспринимать так же, как до этой книги. Грейс вспомнила, что читала данное произведение в свете одной маленькой лампы холодным зимним вечером у окна. С каждой страницей ей становилось всё некомфортнее находиться рядом с прозрачным стеклом. И совсем не важно, что окно было закрыто плотными шторами. Её воображение столь живо представляло зелёные травяные фигуры, внешне кажущиеся безопасными*, что сердце заходилось от страха. Продолжая разговор, Энди и Кэтрин прошли в кафетерий и взяли подносы, перед тем как встать в очередь. Многие люди здесь выглядели такими же моделями, как и Кэтрин, но большинство, безусловно, казались обычными среднестатистическими людьми. Забавно, что сотрудники «Подиума» кучковались за дальними столами, будто одно только соседство с журналистами какой-нибудь газеты, офис которой также располагался в этом здании, делало их грязными или проклятыми. Кэтрин в очередной раз подвела приятельницу к столу своих знакомых. С некоторыми из них Андреа виделась уже не впервые, а потому приветливо улыбнулась. Девушке нравилось общаться с этой веселой и забавной блондинкой, но растущая розовая полоска слишком сильно напрягала. Энди даже не знала, что именно вызывало рост романтических отношений. Она не предпринимала буквально ничего, что могло быть расценено, как романтический интерес. И от этого любые объятия и прикосновения приятельницы казались неестественными. Но Андреа порой забывала об этом, смеясь над какой-то хорошей историей вместе с подругами блондинки. Она веселилась и пускала всё на самотёк. Нет смысла контролировать то, что изначально тебе неподвластно. Да и не могла же она сказать Кэтрин, что каким-то волшебным образом узнала о симпатии к себе? За весёлыми разговорами пролетело время обеда, а тарелка оказалась пустой. Приятельница провожала брюнетку к офису Миранды, пока между ними тёк разговор о других книгах, которые Андреа очень нравились. Остановившись неподалеку от приемной, в которую не следовало входить вместе, ибо Миранда уже вернулась с одной из встреч, Кэтрин, взяла Андреа за ладони и привстала на носочки, чтобы поцеловать девушку в щеку. — Пока, дорогая, — светло улыбнулась блондинка и направилась обратно к лифту. Энди оставалось только шокировано смотреть вслед Кэтрин. Она провела пальцем по щеке, пытаясь определить есть ли на ней помада. Уверившись, что любые внешние признаки поцелуя отсутствуют, Энди вошла в приемную, всё ещё ощущая смущение и лёгкий неприятный осадок. Она просто не знала как реагировать. Вернее, она знала, что должна напомнить блондинке, что у неё есть парень, и ей не нужны отношения с девушками ни сейчас, ни в будущем. Это правильное поведение. Единственная проблема заключалась в том, что внутри всё дрожало от смущения и неудобства. Даже сев за свой стол, Сакс не знала куда себя деть. Миранда совсем скоро продиктовала ей новую порцию заданий, но даже выбежав из здания в солнечный весенний день, Энди не могла успокоиться и прийти в себя. Только к вечеру она приняла эти ощущения, как нежелание терять дружбу с девушкой и сильное смущение из-за этого. Лишь тогда ей стало легче. В этот вечер щетина Нейта не казалась Андреа забавной или мешающей. Она ей нравилась, определённо.

***

Энди только успела вернуться с очередного задания вне офиса, стараясь не выглядеть запыхавшейся, когда Эмили неожиданно позвала её в кабинет Миранды. Очевидно, главный редактор хотела что-то сообщить обеим ассистенткам сразу. — Наконец-то, Андреа, — подняв взгляд, вымолвила Пристли, а затем снова перевела глаза на экран ноутбука. — Через неделю состоится прием, как вы знаете. И на нем мне понадобятся обе ассистентки. — Простите, но разве это не обязанность первой помощницы? — с удивлением спросила Сакс, проигнорировав одно из правил общения с начальницей. Эмили «незаметно» ткнула её локтем в ребра. — Да, но поскольку первая помощница в последнее время чрезвычайно забывчива, то я предпочту подстраховаться, — седовласая леди впилась взглядом в карие глаза Андреа. — Эмили, введите вашу коллегу в курс дела. — Хорошо, Миранда, — поспешно согласилась Чарлтон кивком головы указала брюнетке на выход из кабинета. Британка немного покраснела от смущения и «унижения», которыми её наградила Миранда. Алый цвет расцвел на её шее и щеках, от чего казалось, что Эмили чем-то больна. Лёгкий блеск глаз намекал на лихорадку, но рыжая определённо не страдала ни от какой болезни. Разве что её «поклонение богине» можно было так назвать. — Приём пройдет в «Scalini Fedeli», он находится на Дуэйн-стрит десять, ясно? — Энди кивнула, попутно записывая адрес в свой блокнот. Вдруг на её стол грохнулась, иначе не скажешь, толстенная черная папка. — Вечер начинается в семь, и к этому моменту ты должна выучить всех гостей и стоять у входа в ожидании Миранды. Лучше прийти за пятнадцать минут до этого времени. — Мне нужно выучить каждого человека отсюда? — с удивлением переспросила брюнетка, указывая на папку. На каждой странице располагалось по два лица с коротким описанием их «заслуг». Людей было неимоверное количество. — Разумеется нет, — фыркнула Эмили. Она достала из своего стола такую же папку положила её на стол коллеги. — Ты должна выучить оба альбома. — Это смерть, Эмили, — печально и тихо произнесла Энди, глядя на лица гостей. — Я выучила каждого, значит и ты сможешь, — похвалилась британка и вернулась за своё рабочее место.

***

Алая помада заскользила по полным девичьим губам, оставляя яркий след. Ловкие пальцы сделали ещё несколько точных мазков, выравнивая форму. Наконец в зеркальном отражении Андреа увидела себя и пораженно моргнула, разглядывая свои длинные накрашенные ресницы и идеальные стрелки. — Вау, — выдохнула она и улыбнулась визажисту, продемонстрировав белые зубы, отлично контрастирующие с яркой помадой. — Люци, ты просто художник.

/ Вы получили +5 очков к макияжу /

— Не льсти мне, дорогая, — хмыкнул мулат и встал позади брюнетки, чтобы подправить её причёску: идеальные крупные локоны, лежащие на изящной светлой коже. Платье Сакс было, разумеется, идеально черным с приспущенными длинными рукавами, которые открывали вид на круглые плечи, ключицы и шею. Декольте совершенно отсутствовало: ткань облегала кожу Энди всего на пару сантиметров ниже ключиц. Но при этом тонкий материал прочно обхватывал тело брюнетки, демонстрируя её фигуру. Энди никогда в жизни не чувствовала себя такой красивой, как в это мгновение. Она могла представить, что молодая женщина, подобная её нынешней версии, запросто может быть прекрасной героиней какого-нибудь фильма, в который влюблены многие девочки-подростки. Невероятное ощущение. — Спасибо тебе огромное, — с благодарностью проговорила Сакс, глядя на мулата. — Пожалуйста. Повеселись там. Андреа очень сомневалась, что сможет повеселиться на этом мероприятии, но всё равно улыбнулась Люци и поднялась с кресла. Возле банкетного зала на ступеньках кучковались журналисты с фотоаппаратами и яркими вспышками, какой-то мужчина вещал в телевизионную камеру, и Энди легко поборола своё желание показать рожицу, когда проходила за спиной ведущего.

/ Вы получили +1 очко воли /

На здании висело огромное полотно, гласившее: «Подиум. В ознаменование эпохи Моды». Что ж, Миранда, если эту фразу придумала она, любила всё дорогое и несколько пафосное. Идя по красной ковровой дорожке между гостями и журналистами, Андреа слышала щелканье камер, лёгкую ненавязчивую музыку и шумные разговоры гостей. Эта атмосфера оказалась ей совершенно незнакома. Будто её провинциальный разум окунули в высшее общество звёзд, бизнесменов и влиятельнейших людей Америки. Она бы не удивилась, если бы на это празднование приехала жена Джорджа Буша, или он сам прилетел из Вашингтона. — Вау, Андреа, ты… — довольно тихо проговорила Эмили, глядя на свою коллегу. — Всё настолько печально? — игриво спросила Энди, не услышав продолжения. Она расправила невидимые складки на узком платье до колена. — Это отпад, — честно ответила Чарлтон, всё ещё выглядя неверящей в стоящую перед ней девушку. — Спасибо, — улыбнулась брюнетка. — Слушай, мне кажется, или ты похудела? Эта простая фраза произвела на рыжую даже больший эффект, чем если бы Энди прямо сейчас преклонила бы перед ней колени, восхваляя её красоту. Казалось, глаза британки в одно мгновение превратились в два алмаза. — Правда? — с улыбкой переспросила она, приложив руку к груди. Платье Эмили тоже выглядело тонким, но в отличие от четко очерченного наряда Сакс, ткань будто скользила по талии и ногам Эмили. Тонкие бретельки почти не прикрывали её плечи. — Ну, я пока что на зрение не жаловалась, — широко улыбнулась Андреа и подхватила коллегу под локоть, чтобы ввести в банкетный зал. — Это всё для Парижа, — на волне радости призналась Эмили. — Я придерживаюсь очень строгой диеты, чтобы осенью примерять платья без оглядки на висящие бока или толстые ляжки. — Ты уверенно идёшь к цели, — кивнула Сакс, хотя на самом деле ей стало жаль эту девушку. Она действительно морила себя голодом, при этом считая, что лишний килограмм сделает её уродиной. Андреа надеялась, что никогда не станет настолько ярой последовательницей худобы. Она, если быть честной, сбросила немного веса за время работы в «Подиуме», но это произошло само по себе, и Энди знала меру. Теперь регулярное и здоровое питание являлось её целью. Терять всю свою массу ей не хотелось. Внутри Сакс с детским интересом разглядывала банкетный зал с высокими потолками, массивной мраморной лестницей и элегантными белыми цветами в красивых вазах цвета слоновой кости. К счастью, дресс-код не позволял большого буйства цветов, и гости не приходили в ярких цветастых нарядах, от чего глаза непременно заболели бы. Эмили и Андреа остановились у лестницы и стали выглядывать свою начальницу в толпе. По идее, Миранда уже должна была приехать на прием, но в толпе почему-то не наблюдалось культовой седой шевелюры. — Странно, до начала всего пять минут, а её ещё нет, — задумчиво поджала губы Энди, в который раз окинув зал взглядом. Эмили открыла было рот, чтобы что-то ответить, но затем её глаза увидели что-то за спиной собеседницы. Девушка не издала ни звука, прикрыв рот рукой. Оглянувшись, Сакс увидела всего лишь Миранду, которая с улыбкой спускалась по лестнице и взмахом руки здоровалась с кем-то в толпе. — Она великолепна, — благоговейно прошептала Чарлтон и шмыгнула носом. — Ты плачешь? — недоуменно нахмурилась Андреа, переведя взгляд на коллегу. — Не говори глупостей, — дрожащим голосом ответила британка и осторожно провела пальцем под веком, пытаясь убрать лишнюю влагу. Пристли тем временем уже спустилась и подошла к ассистенткам, коротко взглянув в глаза каждой. Не проронив ни слова, женщина двинулась дальше, чтобы начать приветствовать важных шишек и известных людей. Сакс ещё раз посмотрела на Эмили, а затем на несколько оголенную спину Миранды. Она не могла понять, что именно заставило рыжую так среагировать, если их начальница выглядела просто чуть более светски и «раскованно» сегодня. Чёрное платье в пол, глубокое декольте с приспущенными бретельками платья, голая кожа спины. Даже акулья улыбка Грозы «Подиума» не должна повергать Эмили в такой религиозный экстаз. Отбросив мысли о странностях приятельницы, Андреа сконцентрировалась непосредственно на своей сегодняшней работе. К Миранде подходили разные люди, большинство из которых она явно видела не впервые, но Чарлтон всё равно приходилось подсказывать имена гостей. Энди со смешком подумала, что все эти важные шишки даже не представляют, что великая и неповторимая Дьявол-в-Прада не помнит их имён и лиц. — Добрый день, Миранда, — к седовласой леди подошёл очередной мужчина, в этот раз белокурый, и продемонстрировал обаятельную улыбку во все тридцать два зуба. Он что-то коротко сказал о прекрасной организации приема, а затем его глаза впились в Энди, стоящую в некотором отдалении за спиной босса.