Конец игры – лишь начало

— Ты домой собираешься? — спросила Эмили, надевая пальто. В офисе осталось совсем мало людей: большинство уже сидело в теплых уютных квартирах. — Да, но чуть позже. Мне ещё нужно занести кое-какие документы Найджелу, — ответила Энди, разбирая свой захламленный бумагами стол. — Знаешь, трудолюбие — это хорошо, но если ты умрешь от перенапряжения, то я тебя убью, — пригрозила Эмили почти совсем без огонька и завязала на шее шарф. Под конец понедельника даже на ней сказывалась усталость. — Я тоже тебя люблю, — фыркнула Энди и снова опустила взгляд на документы. Как же она ненавидела эту бюрократию. Чарлтон подошла к её столу и взглянула на объём работы. — Не сиди слишком долго, — вымолвила британка, похлопав коллегу по плечу, и направилась на выход. — До завтра, — не глядя, отозвалась Сакс. Андреа очень нравилось, что отношения со старшей ассистенткой так хорошо сложились. Эмили могла быть по-настоящему хорошим другом, если считала, что человек достоин её дружбы. А Энди хорошо доказала, что достойна. Сначала их отношения не складывались, конечно, но теперь они вместе могли справиться почти со всем. А в связке с Сереной и Найджелом и вовсе сумели бы свернуть горы. Кстати о Найджеле. Поднявшись с кресла, брюнетка направилась в кабинет друга. К сожалению, там никого не обнаружилось, что было несколько удивительно, но девушка заметила ридикюль Киплинга. Значит, он ещё в здании. Решив, что второй «локацией», где она могла найти Найджела, был Шкаф, Сакс направилась именно туда. Последние сотрудники уже отправлялись домой к телевизору и тёплому ужину. Энди как никогда понимала фразу Киплинга, сказанную несколько месяцев назад. «Моя квартира пуста, так что мне некуда торопиться». Как ни странно, эта мысль не заставила её грустить. Отворив дверь в зал с тоннами одежды и обуви, Энди не увидела никого. Решив пройти дальше, она заглянула в один из рядов и увидела мужчину, который разбирал очередные пакеты с одеждой. — О, привет, дорогуша, — поздоровался креативный директор, поднимая голову. — Да, снова здравствуй. У меня тут документы по сотрудничеству с «Sixteen», и ещё Миранда недовольна седьмым разворотом. — Да, я уже в курсе, — кивнул Найджел, вынимая из коробки шикарное чёрное платье. — Так, давай сделаем так. Ты сейчас отнесешь это Миранде, она в примерочных, а я пока разберусь с этим, — мужчина забрал у неё документы и сунул вешалку с платьем. — Я думала, что она уже ушла домой, — нахмурилась Энди. — Не совсем. После Недели Моды она всегда глобально пополняет свой гардероб, а я ей помогаю. — Она не замечает, что ты на неё обижен? — поинтересовалась брюнетка, глядя на слишком серьезного друга. — Конечно замечает. Но ничего с этим не делает. Я привык, — грустно улыбнулся Киплинг. — Отнеси это ей. Давай, девочка, она наверняка уже ждёт. Помощница послушно направилась в указанное место, в очередной раз размышляя над ситуацией, в которой оказался её друг. Самой девушке было тяжело даже представить, как бы она отреагировала, если бы кто-то отобрал у неё должность мечты, ради которой она трудилась более семнадцати лет. Подумать только. Ей самой недавно было семнадцать. Занавески на всех кабинках оказались раздвинуты, кроме самой дальней. Рядом стояло две вешалки, похоже, с одобренными нарядами и теми, что не прошли проверку. Андреа присела на один из пуфиков напротив кабинки и стала ждать. Странно, что Эмили не сказала ей об этой традиционной смене гардероба. Обычно британка всегда предупреждала её о подобном, даже если непосредственно для их работы это не имело ни малейшего значения. — Андреа? — позвала Миранда, прервав разглядывание Энди невидимой точки на полу. — Где Найджел? Главный редактор слегка высунулась из-за занавески, придерживая её ладонью. Так что брюнетка могла наблюдать только голову и пальцы босса. — Он ушел разобраться с документами по «Sixteen» и попросил передать это, — помощница подошла к начальнице и приподняла платье, позволяя женщине лучше его разглядеть. — Хорошо, — кивнула седовласая леди и забрала вешалку из рук подчинённой. — Останьтесь здесь. Ассистентка без возражений вернулась на своё место, чинно сложив руки на коленях. От скуки она начала разглядывать одежду, которую, очевидно, примеряла главный редактор. Обладая прекрасным воображением, Энди легко сумела представить босса в каждом из этих нарядов. Что ж, теперь ей ясно, что Гроза «Подиума» наверняка отвергла это зелёное платье. На ней действительно смотрелось бы ужасно. Тут занавеска распахнулась и из кабинки вышла сама Пристли, бросившая короткий взгляд на сотрудницу. Женщина подошла к большому зеркалу в пол, начав рассматривать себя в отражении. Она задумчиво хмурилась, глядя на наряд. — Как вам, Андреа? — наконец спросила Миранда, поймав взгляд помощницы в зеркале. — Мне нравится, — пожала плечами брюнетка. — Кого я спрашиваю? — пробормотала седовласая леди, и зашла обратно в кабинку. Энди улыбнулась этому риторическому вопросу и покачала головой. Миранда иногда была крайне забавной. Такое случалось очень редко, но всё же случалось. Несколько минут спустя вернулся Найджел, который присел на пуфик рядом с приятельницей. Они сидели в молчаливом ожидании, думая каждый о своём. Наконец шторка снова отодвинулась, и главный редактор вышла в новом наряде. Платье цвета шампанского открывало её плечи, довольно рискованное декольте показывало много кожи. Платье без бретелек имело завышенную талию, оно не облегало тело Грозы «Подиума» целиком, но всё равно почему-то появлялось ощущение, что женщина почти голая. — О, вот это интересно, — проговорил Килпинг, поднимаясь. — «Versace», верно? — Да, Донателла хорошо постаралась в этом году, — подтвердила Пристли, поворачиваясь к зеркалу. — Я думаю, что под него подойдут те черные «Manolo Blahnik». — С красной подошвой? — с любопытством спросил мужчина, обходя начальницу кругом. Главный редактор согласно кивнула, поправляя прическу. — Это было бы неплохо. Может черный пояс? Как акцент? Креативный директор отошёл к столику, где находилось целое море аксессуаров, в том числе и пояса. Миранда скрестила руки на груди, выразительно демонстрируя своё нетерпение, но её внимание привлекла абсолютная неподвижность подчинённой. — Андреа, я выгляжу, как ваш ночной кошмар? Почему вы так пялитесь? — раздражённо спросила Пристли, повернувшись к сотруднице. Энди действительно пялилась. Она только сейчас поняла, что чувствовала Эмили, когда почти расплакалась на одном из официальных вечеров. Девушка оказалась крайне удивлена тем, как красиво начальница смотрелась в этом платье. И без всякого пояса. — Кхм… я не хотела, — скомкано извинилась Сакс, опустив взгляд. Она ощущала себя не в своей тарелке. — Вернулись к жалкому бормотанию? — поинтересовалась Гроза «Подиума», забирая пояс из рук Найджела. — Мне казалось, что вы уже пережили этап глупого блеяния. Эта фраза заставила брюнетку мгновенно поднять голову и запалила фитиль где-то в глубине её души. Что за глупости? В прошлый раз начальница была возмущена тем, что её подчинённая слишком много болтает. — Вообще-то, вам невероятно идёт это платье. Я просто слегка растерялась, — четко и ровно вымолвила Сакс, привлекая внимание Миранды и Найджела. — Растерялись от моего вида? — переспросила женщина, пока Киплинг переводил взгляд то на неё, то на Энди. — Разве что слегка, — с усмешкой ответила Андреа, выпрямляя плечи. Будь она хоть трижды смущена, но не станет показывать это боссу.

/ Вы получили достижение «Обаяшка». +5% к уровню обаяния /

Несколько долгих секунд седовласая леди сверлила подчинённую неясным взглядом, а затем молча зашла в кабинку и резким движением задернула штору. Креативный директор перевел взгляд на подругу и всплеснул руками, будто бы спрашивая: «Что это сейчас было?» Сакс развела ладони в стороны, не зная, что ему ответить. Миранда её дразнила, так что Энди не могла промолчать. В последнее время такое случалось всё чаще. Несколько минут спустя Миранда вышла из примерочной в своей рабочей одежде и, быстро проговорив «это всё», направилась на выход. Андреа вопросительно посмотрела на приятеля, пока тот задумчиво наблюдал за удаляющейся руководительницей. — Что с ней? — недоуменно спросила брюнетка, когда дверь в Шкаф отчётливо хлопнула. — Думаю, ты её смутила, — неуверенно произнёс креативный директор, повернувшись к Энди. — А что с тобой случилось? — Я не знаю! Это платье, как на неё шили, я просто смотрела, — слегка сбивчиво произнесла ассистентка. — Ну вот есть такие моменты, когда ты видишь человека и понимаешь, что он выглядит очень красиво. Вот и всё. Энди не видела ничего необычного в своих словах. Миранда ежедневно получает комплименты. Она просто сказала, что начальнице идёт платье. Это же чистая правда. — То есть, у тебя была гей-паника? — Нет, Найджел, я — не лесбиянка. У меня не может быть гей-паники, — резко ответила Сакс. — И вообще, она первая начала, не надо было меня подначивать. — Ладно, успокойся, дорогуша, — подняв руки вверх, проговорил Найджел. — У тебя не было гей-паники, как скажешь. — Это не смешно. — Но она точно смутилась, я тебя уверяю, — хмыкнул креативный директор и подошёл к приятельнице, чтобы похлопать её по плечу. — Твой комплимент произвел на неё впечатление. — Ты дурак, что-ли? — обиженно спросила Сакс. — Ладно, давай просто сделаем вид, что не заметили её странного поведения. — Если хочешь, — выразительно подняв бровь, согласился Киплинг.

***

Экран ноутбука освещал лицо своей хозяйки неровным холодным светом, выделяя некоторые несовершенства кожи. Сакс сосредоточенно печатала очередную статью, которую Кристиан пообещал отправить знакомому издателю. Мужчина уверял, что под его руководством у неё выйдет опубликовать статью. Не то чтобы Андреа не понимала, к чему всё идёт, но избавляться от такой возможности она не желала. Томпсон смотрел на неё совершенно недвусмысленно, но Энди незаметно тормозила все его попытки чрезмерного сближения. Вероятно, он считал, что девушка играет недотрогу. Блондин был ей симпатичен, но ложиться с ним в постель пока не хотелось. Вздохнув, ассистентка потёрла глаза и отодвинулась от стола с ноутбуком. Ещё и розовая полоска в отношениях с Мирандой увеличилась после случая в примерочной. Энди не знала радоваться ей или раздражаться от того, что, казалось, каждый начинал испытывать к ней все эти положительные чувства. Будь то случайный прохожий или давний знакомый. Многие легко вели с ней разговор, отношения улучшались с каждой её улыбкой. С каждым разом ей всё больше казалось, что быть девушкой, в которую все влюбляются, — просто ужасно. И самым интересным был тот факт, что ей самой никто не нравился. Она не хотела отношений: неизвестно сколько времени ей отведено в этом мире. Может, через пару месяцев Андреа достигнет необходимого уровня карьеры, чтобы наконец вернуться домой? Не хотелось бы оказываться на распутье между прошлой жизнью и любимым человеком. Выбросив эти лирические размышления из головы, Сакс направилась спать, чтобы уже через семь часов недовольно выключить будильник. Настал новый день. Главный редактор, к счастью, никак не демонстрировала, что у неё есть хоть капля симпатии к своей подчинённой. Всё шло совершенно обычно. Те же тихие холодные слова, те же резкие смены заданий, со стороны никак не объяснимые. Но всё-таки было изменение, которое радовало помощницу больше всего: в неё перестали бросаться одеждой. Теперь Пристли не целилась своим пальто в сотрудницу, а небрежно клала его на стол. Пожалуй, для Энди этого было достаточно. Приехав к таун-хаусу Грозы «Подиума», брюнетка вышла из машины и, забрав Книгу и химчистку, поднялась по светлым каменным ступеням. Ловко отперев дверь одной рукой, ассистентка облегчённо выдохнула и прошла чуть дальше по коридору, чтобы положить Книгу на стол. Непременно между двумя вазами. На лестнице послышались торопливые шаги, но Сакс проигнорировала их, заходя в первую дверь слева. Гардеробная босса поражала её до сих пор. — Эй, — позвал детский голос, и Андреа обернулась. Перед ней стояли две серьёзно настроенные близняшки, смотрящие на неё тяжёлым проницательным взглядом. Через несколько лет они, возможно, сумеют соревноваться с матерью по созданию напряжения одним только выражением глаз. — Привет, — поприветствовала детей Энди. — Я могу вам чем-то помочь? — Да, — тут же произнесла одна из сестер. — Мы для этого и спустились. Брюнетка с мысленной усмешкой отметила, что все Пристли одинаковые. Две рыжие копии Миранды. — Я слушаю. — У мамы что-то плохое случилось на работе? Она вечно ходит грустная. И сейчас тоже сидит в кабинете с таким лицом, типа сейчас расплачется, — подала голос другая девочка. — Сделай что-нибудь с этим, вы там все слишком плохо работаете. Андреа поразилась этой прямолинейности и непосредственности детей. На работе ничего необычного не произошло, так что, вероятно, Гроза «Подиума» всё ещё переживала из-за развода. — Тут дело не в работе, ваша мама сейчас разводится и переживает из-за этого, — спокойно ответила Андреа и получила два скептических взгляда. Энди на какую-то секунду увидела в детских лицах взрослое выражение жёсткости и безразличия. Истинного безразличия к человеку, которое вырабатывалось только с годами, наполненными предательствами и яростью. Словно эти дети уже были старше её самой. — Стивен — идиот. Мама не может грустить из-за этого, — снова заговорила первая девочка. Возможно, Кэролайн. — Не важно, кто он, — покачала головой Сакс. — Это третий брак вашей мамы, и, я думаю, она расстроилась из-за того, что снова ошиблась в выборе человека. Я не могу помочь. Девочки синхронно скрестили руки на груди, став на несколько мгновений задумчивыми статуями. Казалось, фраза Энди действительно заставила их переосмыслить свои выводы. — Тогда просто поговори с ней. Ты же взрослая. Нас она не воспримет всерьез, — решила вторая близняшка после недолгих раздумий. Брюнетка нахмурилась, пытаясь придумать, как же обойти этих детей и не получить кару от Миранды. — Ты — помощница. Так помоги ей, — серьёзно произнесла одна из сестер. — Это твоя работа.