Конец игры – лишь начало

Девочки синхронно скрестили руки на груди, став на несколько мгновений задумчивыми статуями. Казалось, фраза Энди действительно заставила их переосмыслить свои выводы. — Тогда просто поговори с ней. Ты же взрослая. Нас она не воспримет всерьез, — решила вторая близняшка после недолгих раздумий. Брюнетка нахмурилась, пытаясь придумать, как же обойти этих детей и не получить кару от Миранды. — Ты — помощница. Так помоги ей, — серьёзно произнесла одна из сестер. — Это твоя работа. Сакс прикрыла глаза и помассировала переносицу. Вечно она вляпывается в какое-то дерьмо, и почему-то всё чаще оно связано с её начальницей. Теперь вот рыжие близнецы почему-то считают, что она сможет помочь их матери справится с разводом.

/ Вы участвуете в событии «Частная территория» /

— Ладно. Дайте мне только снять верхнюю одежду, — сдалась девушка, мысленно готовясь к быстрому и резкому выпроваживанию из таун-хауса. Миранда на многое закрывала глаза, но это точно не сойдёт ассистентке с рук. — Окей. Только старайся сильнее. — Безусловно, дорогая, — сладким голосом и с самой слащавой улыбкой произнесла брюнетка, от чего дети мгновенно скривились. — Я буду очень стараться, чтобы ваши угрозы не прошли даром. — Не разговаривай так с нами! — возмутилась одна из близняшек. Очевидно, многие пытались сюсюкаться с девочками, выросшими с Дьяволом-в-Прада. Кто бы сомневался, что им не нравятся ласковые обращения от посторонних людей? — Тогда вы тоже не переходите грань. Я уважаю вас, а вы — меня. Всё честно, — более серьезно произнесла Энди, уже сняв сапожки. — Вы сказали, что она в кабинете? Дети переглянулись и молча вышли из гардеробной. Андреа чувствовала, как в её груди всё чаще стучит сердце. Она никогда не нарушала главного правила: территория дальше коридора — неприкосновенна, если Миранда сама не позовет тебя. И вот теперь Сакс идёт вверх по лестнице по собственной воле, потому что близнецы переживают о душевном спокойствии своей матери. Что она могла сказать своему боссу? Девочки остановились на втором этаже и молча указали гостье на закрытую дверь. Брюнетка кивнула и жестом попросила, чтобы сестры ушли. Даже если у неё и получится поговорить с седовласой леди, то уж точно не под надзором двух одиннадцатилетних детей. Выдохнув, Энди уверенно постучалась и открыла дверь кабинета. Гроза «Подиума» сидела в совершенно незнакомой для подчинённой позе с поджатыми под себя коленями, да ещё и укрытая теплым пледом до самых плеч. На коленях лежал фотоальбом, рядом на столике неярко горела лампа с теплым уютным светом. — Андреа? — несколько недоуменных секунд спустя спросила женщина, глядя на сотрудницу поверх очков. Сама же Сакс быстро закрыла дверь, чтобы избавиться от возможности подслушивания. — Что вы здесь делаете? — Кэролайн и Кэссиди беспокоятся о том, что вам грустно, поэтому попросили поговорить с вами, — ответила помощница и подошла к начальнице, чтобы положить на небольшой столик Книгу. — Зачем моим детям делать это? Я похожа на депрессивное ничтожество? — вновь начиная словесную атаку, произнесла главный редактор. Она опустила ноги на пол, вероятно, не чувствуя себя достаточно комфортно, чтобы сидеть в столь расслабленной позе. — Нет, но они попросили, и я не смогла отказать, — вздохнула Андреа, продолжая стоять у дивана. Она не решалась занять место на нём или в одном из кресел, в которых они с начальницей сидели не так давно. — Не смогли? — стянув с лица очки, жёстко переспросила Пристли. — Знаете, что они мне сказали? «Ты — помощница. Вот иди и помогай. Это твоя работа».

/ Вы открыли секретный диалог. Уровень отношений соответствует необходимому/

Главный редактор сначала удивлённо посмотрела на сотрудницу, а затем совершенно неожиданно улыбнулась. — Так и сказали? — поинтересовалась она всё ещё с улыбкой на губах. — Абсолютно точно. Седовласая леди прикрыла рот рукой, вероятно, пряча очередную улыбку. Энди ещё не видела в исполнении начальницы такой смеси гордости, веселья и удовлетворения. Похоже, её настроение и правда улучшилось. В таком случае, девочки могли бы справиться и своими силами. Миранда ни на кого так не реагировала, как на своих дочерей. Одно только упоминание о них явно улучшало её самочувствие. — Я уверена, что это сказала Кэролайн, — тихо хмыкнула главный редактор, а затем перевела взгляд на подчинённую. — Не стойте столбом, Андреа. Девушка послушно села с другой стороны дивана, всё ещё не веря, что её очередное нарушение правил так легко игнорировалось боссом. Словно, это не Миранда установила все эти порядки, за попрание которых наказанием была казнь. — И что вы собирались мне сказать? — полюбопытствовала женщина, откладывая альбом на столик. — Не знаю. Продумать план у меня не осталось времени, — пожала плечами ассистентка, расслабившись. Опасность миновала. Пока что. — Даже не удосужились придумать хоть что-то? — подняв брови, спросила Миранда. — Вы улыбнулись словам, которые передала вам я. Это уже успех, разве нет? Гроза «Подиума» усмехнулась этой фразе, но как-то иначе, чем обычно. Возможно, это свет лампы сделал её ухмылку более теплой и приятной. Энди не была уверена почему сидит здесь и болтает со своей весьма стервозной начальницей, но отчего-то это не доставляло дискомфорта. — Андреа-Андреа… Ваша безрассудная отвага иногда поражает. Я увольняла и за меньшее, — тихо проговорила седовласая леди, глядя на подчинённую. Сакс приподняла подбородок, стараясь казаться более уверенной в себе, пока её сердце часто билось о ребра. Не собиралась же Миранда и вправду её увольнять? — Что такого страшного в том, что я увидела вашу улыбку? — Дело не в улыбке, — покачала головой женщина и отвернулась. — Вы стали слишком свободно чувствовать себя рядом со мной. — Может быть, — пожала плечами девушка. На самом деле они обе прекрасно знали, что это правда. — Я всё равно не вижу в этом ничего плохого. — А что хорошего? Если мои подчинённые не будут меня бояться, то не смогут и уважать, — резко произнесла главный редактор, повернувшись к ассистентке. Голубой взгляд снова стал жёстким и холодным. — Вы не смотрите на это с другой стороны. — Это с какой же? — Если я отношусь к вам хорошо, если чувствую себя рядом с вами спокойно, то больше боюсь разочаровать, — вымолвила Энди, в одну секунду понимая, что давно размышляла над этим. — И чем больше я буду бояться вашего разочарования, тем выше моя мотивация работать. Не так ли? Седовласая леди сидела, слегка склонив голову, и смотрела на свою помощницу внимательным оценивающим взглядом. В который раз брюнетка становилась жертвой этой рентгеновской проверки. И всё-таки она находилась здесь и даже не переживала так уж сильно, как могла бы. — Мне, по-вашему мнению, стоит каждого одаривать похвалой, чтобы все вокруг меня любили и боялись разочаровать? — Это не со всеми работает, — не согласилась Сакс. — Просто некоторые… — Нет, вы всего лишь снова считаете себя особенной, — перебила её Пристли. Удивительно, но в голосе не было того пыла, с которым она раньше пыталась доказать наивность взглядов своей собеседницы. — Считаю, — кивнула Энди, уже предчувствуя ответ. — И почему вы так считаете? Вы не лучше и не хуже всех остальных моих помощниц. Что отличает вас от других? — неожиданно спросила Гроза «Подиума». Брюнетка ожидала, что босс скажет ей нечто вроде: «Вы совершенно не особенная. Обычное ничтожество», но Миранда всё-таки удивила её. — Моя личность не ограничивается тем, что я выполняю на работе, — проговорила девушка откинувшись на подлокотник дивана. Она не собиралась соперничать, не сегодня. — Хорошо, что отличает вас от любого другого человека на Земле? Почему вы считаете, что я должна относиться к вам иначе? Главный редактор внимательно следила за её лицом и движениями, выражением глаз, словно анализировала все эти невербальные знаки. Что могло дать ей это разглядывание? — Вы ничего не должны, Миранда. А отличаюсь я тем, что только одна Андреа Сакс во всём мире работает ассистенткой Миранды Пристли и говорит ей абсолютно дерзкие вещи, при этом выглядя ужасно глупо. Второй такой вам не найти, — решив сбавить градус напряжённости, произнесла Андреа и ярко улыбнулась. Почему-то каждый их длительный диалог, не касающийся работы, превращался в соперничество умов и внутренней философии. Они рьяно сталкивались лбами каждый раз, будто иначе и быть не могло. Двух настолько похожих и при этом разных людей стоило ещё поискать. — Ладно, с этим я соглашусь, — внезапно произнесла Пристли, чем повергла сотрудницу в шок. — Что? Второй такой упертой идиотки, как вы, действительно нет, Андреа. Сакс не смогла не улыбнуться этой фразе. Может Миранда и сказала не слишком приятные слова, но что-то в её тоне показалось девушке странно мягким. Возможно, она придумала себе это, как и последовавший за этой фразой нечитаемый взгляд. — Странный комплимент, — пробормотала Энди, подставив руку под щёку. — Это был не комплимент, к вашему сведению, — насмешливо произнесла седовласая леди и, судя по движению под пледом, поджала под себя одну ногу. — Да, Андреа, раз уж вы всё равно здесь… Начинайте искать Эмили замену. Брюнетка снова улыбнулась, глядя на босса. Неужели Миранда наконец оценила старания её подруги и решила повысить британку? Эмили наверняка будет вне себя от восторга. — Хорошо, — кивнула девушка, мысленно уже предполагая, какой путь ей предстоит пройти. Главный редактор смотрела куда-то вниз, сложив руки поверх пледа. Возможно, она размышляла над тем, куда отправит Чарлтон, а может просто думала о чем-то своем. Пристли задумчиво откинула голову на спинку дивана, от чего и так растрёпанная прическа ещё больше потеряла форму. Андреа внезапно почувствовала какой-то ужасающий комфорт, который не испытывала раньше. Может дело в самой атмосфере кабинета, а может сегодня просто такой день, но почему-то ей сильно захотелось сидеть в этой комнате как можно дольше. Какое-то спокойствие окутало их обеих. — Знаете, Андреа, — тихим и совершенно расслабленным голосом произнесла Миранда, — даже вы сумели понять почему я отдала должность Найджела этой француженке. Но Найджел до сих пор не в состоянии это принять. Вам стоит поговорить с ним об этом. Мне не нравится работать таким образом. Гроза «Подиума» наконец перевела взгляд на подчинённую, и почему-то по телу девушки прошлись мурашки. Иногда взгляд босса всё ещё пробирал её до самых костей. — Мы оба понимаем причину и оба не принимаем её, Миранда. У нас одно мнение по этому поводу, — покачала головой брюнетка. — И если вам не нравится работать в такой атмосфере, то это вам нужно поговорить с Найджелом. — Снова дерзите, — цокнув языком, Пристли отвернулась от собеседницы. — Я совершенно серьезно. Без шуток, Миранда. Моё мнение по поводу вашего поступка не изменилось. — Но вы почему-то не ходите, как обиженная сопливая девчонка, — холодно произнесла женщина, не поворачиваясь. — Потому что вы отобрали работу мечты не у меня. И даже не смотря на тот факт, что вам пришлось сделать это из-за Ирва, не предупредить Найджела о крахе его планов было бессмысленно и жестоко, — спокойно и тихо возразила Энди. Она уже пережила стадию горячей ярости, но обида за друга всё ещё жила и теплилась в её сердце. Возможно, начальница всё-таки услышит какие-то из её доводов и тогда возместит Найджелу потерянную должность. Девушка опустила взгляд вниз на свои беспокойные пальцы, теребившие тканевый пояс от брюк. — Я полагала, вы всё-таки согласились со мной, — повернувшись, проговорила женщина, выглядя озадаченной. — Почему тогда вы ведёте себя так, будто не кричали о своих ненависти и презрении ко мне? — Когда это я сказала, что ненавижу вас? — переспросила Сакс. Она действительно не помнила подобного момента. — В машине, когда выговаривали мне как какой-то школьнице, — процедила седовласая леди, превращаясь в фурию. Спокойная атмосфера мгновенно испарилась.

/ Внимание, ваш выбор повлияет на сюжет /

— Ни разу за всё время работы я не говорила, что ненавижу или презираю вас. Ни вам в лицо, ни за спиной, — четко произнесла девушка, понимая, что от силы её убеждения зависит очень и очень многое. — И даже если я была зла на вас или обижена, это не означает, что я буду злиться на вас вечно. — Значит вы ветреная, Андреа, — отчеканила главный редактор и, откинув плед, поднялась с дивана. — Я просто добрая и отходчивая. Гроза «Подиума» обошла свой стол и открыла один из ящиков, достав какую-то фотографию. — Я была когда-то такой же, — продемонстрировав подчинённой снимок, произнесла женщина, а затем положила фото на стол и села в кресло. — Как видите, ваша доброта — это ненадолго. Энди не стала в очередной раз спорить с боссом насчёт своих убеждений. Она лишь поднялась с дивана и подошла к столу, взяв в руки фотографию. Со своего места она не успела толком её разглядеть. Со снимка на неё смотрела группа людей, среди которых находилась молодая Миранда. У неё были светлые пшеничные волосы, спускавшиеся чуть ниже плеч. Группа молодых людей смеялась, в то время, как Миранда удивлённо смотрела в камеру. Создавалось впечатление, будто только она заметила фотографа, но не успела среагировать, прежде чем тот сделал снимок. В этом снимке было столько жизни. Миранда выглядела слишком юной, недостаточно зрелой. И дело даже не в том, что возраст повлиял на её внешность: голубой взгляд казался беззащитным и абсолютно открытым. Что же с ней случилось? — Каждый из этих людей предал меня, Андреа. Я была предана ими всеми. После этого моя вера в друзей и прочую чушь исчезла, — глухим тоном, произнесла женщина, будто отвечая на мысли сотрудницы. — Не повторяйте мои ошибки. — Плевать на этих предателей, — всё ещё разглядывая фотографию, произнесла Сакс. — Вы отлично получились. — Глупости, это был второй час вечеринки, я вся растрёпанная. Забудьте об этом, — выдернув фото из рук помощницы, жёстко произнесла главный редактор. — Это всё. Энди недоуменно посмотрела на начальницу. В это мгновение она не видела ни капли той открытости, что пронизывала фотографию. Пристли снова заперлась на тысячу замков. — Вы правда хорошо выглядите на фото, — игнорируя холодный взгляд, вымолвила Андреа и подошла к двери. — Повторяю. Забудьте о нём, — произнесла седовласая леди, пряча фотографию обратно в ящик стола. — Ладно. Но сейчас вы всё равно выглядите ещё лучше, — усмехнулась брюнетка и вышла из кабинета, закрыв за собой дверь. Последнее слово снова осталось за ней.